ТЕМА ЧАСА: Социальный лифт дальше не идёт?

ТЕМА ЧАСА: Социальный лифт дальше не идёт? | Программы | ОТР

Почему протекция так популярна в российских компаниях?

2021-01-28T14:27:00+03:00
ТЕМА ЧАСА: Социальный лифт дальше не идёт?
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Деньги на свалку
Что нового? Южно-Сахалинск, Бийск, Санкт-Петербург
«Корона» пала: когда вернёмся к нормальной жизни? Китай победил абсолютную нищету, а когда мы? «Жаворонки» и «совы» на работе: кто лучше?
А поутру они проснутся. О новых правилах доставки пьяных в вытрезвители
Чтобы проспаться… Как сегодня работают вытрезвители в регионах. СЮЖЕТ
Гости
Иван Алехин
генеральный директор компании «Новые технологии»
Алексей Петропольский
руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «ОПОРА РОССИИ»
Алексей Мазуров
эксперт в области управления персоналом

Ольга Арсланова: Это программа «ОТРажение», мы продолжаем, и сейчас время большой темы. Мы поговорим о том, является ли в современной России работа и карьера социальным лифтом, можно ли по-честному сделать карьеру, без блата, протекции? А возможно, в блате и в протекции ничего нет плохого? Давайте обсуждать это вместе.

Петр Кузнецов: Мы не знаем, что это такое с Олей, мы попали... по заслугам.

Ну а пока мы работаем по блату. Дело в том, что компаний, которые ищут новых сотрудников через знакомых, стало в 2 раза больше. За последние 2 года их доля выросла, представляете, с 26% до 50%, вот эти цифры, эти графики, эти колонки. То есть поиск через друзей сравнялся по показателям с набором через интернет-ресурсы.

Ольга Арсланова: В исследовании, на которое мы ссылаемся, также отмечается, что организации стали чаще брать на стажировку студентов и выпускников вузов. Эксперты считают, что способы набора работников изменила пандемия.

Петр Кузнецов: ВЦИОМ провел свой опрос среди молодежи, видите, их доля же тоже растет, стали чаще их принимать из вузов. Так вот, в каких сферах можно преуспеть без всяких связей, спрашивали, а только собственными силами. Оказалось, россияне настроены очень оптимистично: 95% считают, что смогут продвинуться по карьерной лестнице и получить высокую должность без помощи; 90% надеются найти хорошую работу, 78% открыть свое дело, 63% попасть в элиту.

Ольга Арсланова: Топ причин, которые могут помешать преуспеть в жизни, – это, по данным опроса, нехватка денег, отсутствие связей, недостаток личных качеств, как, например, трудолюбия, плохое образование.

Петр Кузнецов: Что же происходит, когда именно по такому принципу, через знакомых, работают наши социальные лифты? Работают ли? Какие лифты у нас остались? Куда они едут, или они на ремонте? Будем выяснять в большой теме.

Ольга Арсланова: Присоединяйтесь к нашей беседе. Как вам кажется, какие социальные лифты у нас работают в стране? Позвоните, напишите SMS, задавайте вопросы нашим гостям вместе с нами.

Петр Кузнецов: Алексей Мазуров, эксперт в области управления персоналом, генеральный директор компании «Норма HR». Алексей Михайлович, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Алексей Мазуров: Здравствуйте. Только я должен поправить, я не генеральный директор компании «Норма HR» уже давно.

Ольга Арсланова: Спасибо, будем иметь в виду.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Смотрите, мы часто употребляем вот это словосочетание «работа по блату», и есть негативный оттенок, хотя мы понимаем, что за рубежом это называется нетворкингом, принимают на работу очень часто по рекомендации, в общем, наверное, это и не плохо: если вдруг в компании вас рекомендует уже проверенный сотрудник, значит, вы чего-то да стоите. Хорошо это или плохо, по вашему мнению?

Алексей Мазуров: Ну смотрите, надо разделить два понятия: одно понятие – это кумовство, и другое понятие – это рекомендации. Кумовство, когда ставят на какую-то позицию человека непрофессионального, не имеющего никакого отношения к этой работе, скажем так, то есть ни специальности, ни опыта у него нет, – вот это кумовство, это, конечно, отрицательное явление, которое не должно существовать, но бывает.

Есть такое понятие, как рекомендации, то, о чем вы говорите сейчас, это когда люди стараются проверить человека по тем или иным своим каналам: связи, знакомые, проверяют соцсети, проверяют его репутацию. Вот это как раз хорошее, правильное дело, без него не обойтись в современном мире. Ну просто все научились писать резюме красиво, а риск большой очень взять неспециалиста на работу.

Ольга Арсланова: Когда мы говорим о социальных лифтах, мы имеем в виду возможность менять свое социальное положение, переходить из одного условного сословия в другое, повышать свой уровень жизни. И очень часто в России сейчас с этим проблемы, даже по сравнению с Советским Союзом, где эти социальные лифты работали, образование выступало таким социальным лифтом, дальше государство помогало при трудоустройстве, целевой набор присутствовал.

Алексей Мазуров: Да.

Ольга Арсланова: Сейчас этого ничего нет, нет распределения, человек предоставлен самому себе, и даже уже на уровне школы социальные лифты начинают буксовать, потому что разные финансовые возможности у семей, и если тебе не повезло родиться в семье бедной, у тебя меньше шансов пробиться по сравнению с советскими реалиями. Почему так происходит, как вам кажется?

Алексей Мазуров: Понятно, потому что общество совсем другое, соответственно, здесь другие требования и к тебе лично. Если в Советском Союзе за тебя думали, то здесь надо думать самому, это первое.

Ну, я бы немножко не согласился с тем, что социальные лифты вообще ушли, они у нас есть, вот, просто сложнее стало по ним пробиться. Тот же ЕГЭ, который критикуют все кому не лень, дает возможность людям без денег поступать в учебные заведения на бюджетные места и получать это высшее образование. Почему? Само наличие высшего образования перестало быть, скажем, таким социальным статусом, потому что у нас практически все имеют высшее образование так или иначе, ценность самого вот этого высшего образования несколько упала.

Поэтому недостаточно иметь хорошее образование, чтобы как-то подняться по социальной лестнице, нужно еще очень много работать. Необязательно, кстати, подняться по социальной лестнице, имея это образование лишь, то есть здесь много факторов: надо постоянно учиться, постоянно добывать себе новые какие-то знания параллельные, надо действительно быть трудолюбивым, и тогда... В принципе социальные лифты у нас есть...

Петр Кузнецов: Да, Алексей, вот, надо быть трудолюбивым. Есть ли здесь проблема в том, что большинству из нас никакая самореализация не нужна? Большинству нужны деньги, ну и желательно побольше. Знаете, это как с коррупцией, точнее отношение к коррупции даже на низших уровнях: мы вроде как призываем с ней бороться, а сами там коньяк за место в очереди принесем, потому что это работает, это помогает, без этого очередь никогда до тебя не дойдет.

Алексей Мазуров: Ну смотрите, я с вами согласен, да. И здесь надо еще обратить внимание вот на какой фактор. Мы с вами так воспитаны в нашей стране, что мы все хотим именно достичь вершин. И когда я общаюсь с коллегами со своими из-за рубежа, они этому очень сильно удивляются. Они говорят: «Почему у вас не считается, допустим, хорошим стать специалистом отдела, всю жизнь там проработать и при этом получать нормальный, достаточный тебе уровень заработной платы и комфорта, при этом быть уважаемым человеком?» Это может быть токарь, я вам повторюсь, уже говорил здесь у вас, фрезеровщик, это может быть просто простой бухгалтер, которого уважают все. Но нам этого почему-то недостаточно, нам надо обязательно стать самым главным на свете начальником. Вот, может быть, это, как сказать, стремление надо чуть-чуть пригасить и искать то, что тебе действительно нужно конкретно?

Петр Кузнецов: Приложив при этом, кстати, минимум усилий.

Скажите, пожалуйста, но разве может экономика развиваться, приспосабливаться к каким-то новым вызовам вот при таком подходе общества? Экономика же, наверное, дело достойных, тех, кто крутятся, тех, кто самосовершенствуются, тех, кто делают сам себя, власть достойных, то, что, наверное, увы, не про нас?

Алексей Мазуров: Смотрите, здесь надо тоже понимать: процент вот таких, которые рвутся куда-то, что-то делают, что-то открывают, достаточно низок. Основная масса работников, скажем так, просто трудолюбивые люди, которые приходят и работают, то есть они выполняют свой перечень функций, который они должны выполнять. Потом, если у нас будут одни изобретатели, ну кто металл-то будет лить? Ну кто будет машины собирать? Это же тоже нужно.

Ольга Арсланова: Алексей, а вот кто нужен, как раз, может быть, и определяет государство? Вы сказали в начале нашей беседы о том, что сейчас, в отличие от советского времени, мы предоставлены сами себе. В советское время, условно, ту же научную элиту растили осознанно с детского периода, были специальные школы, были даже интернаты, были подразделения, которые выращивают тех, кто нужен стране в настоящий момент, и это выстраивалось в единую систему. Сейчас такого нет, то есть человек не понимает, будет ли его специальность востребована, сможет ли он пробиться сам, и он дезориентирован, в итоге он никуда на социальном лифте не едет.

Алексей Мазуров: Ну смотрите, опять же говорю, конечно, это сейчас все практически в основном на самотеке, хотя информацию получить о востребованных в будущем профессиях при желании можно, это должны принять в этом участие в первую очередь родители, но и учителя, и те же вузы, когда они проводят рекламные кампании, ну дни открытых дверей, среди учеников школ. Многие грамотные работники вуза или, допустим, скажем так, руководители регионов об этом думают заранее уже сейчас, потому что они понимают, что надо проводить определенную, ну давайте назовем так, рекламу или подготовительную работу, чтобы ученики после школы шли на те специальности, которые, как считают аналитики тех или иных регионов, будут востребованы через 5–10 лет. И есть такая работа, просто она в самом начальном этапе. Я, допустим, знаю, что в Сахалинской области очень много губернатор и правительство работают над этим.

Петр Кузнецов: Я реплику про Советский Союз хотел вставить. Мы тут как будто бы в пример многое ставим оттуда, но мне кажется, что кумовство, точнее даже... Не знаю, я мало жил в Советском Союзе, лет 6, наверное, у меня получилось, но размах кумовства в СССР был, просто, как мне кажется по тому, что я читал, говорили, слышал, он был сосредоточен скорее в сфере услуг, что ли, а просто сейчас это переместилось в такую ключевую сферу, как то же трудоустройство, например.

Алексей Мазуров: Ну смотрите, он был везде, во всех сферах, кумовство в советское время тоже было, и у нас оно при устройстве на работу, как правило, сейчас такого глобального кумовства нет.

Почему люди уходят с сайтов и начинают искать по знакомым? Тут две причины на самом деле. Первая причина – это то, что... Ну, я как специалист по персоналу скажу: у нас квалифицированных, грамотных, трудолюбивых работников очень мало, очень мало в стране, именно работников, поэтому найти специалиста очень трудно. Зачастую берут людей, через 3 месяца расстаются как с не прошедшими испытательный срок, а это все потеря денег, и это может быть не один раз. Поэтому и собирают рекомендации.

Петр Кузнецов: Ага.

Алексей Мазуров: Вторая причина, почему люди уходят с сайтов таких, – они дорогие для работодателя на самом деле сейчас, то есть там расценки есть совсем запредельные, именно на специализированных сайтах. Если мы говорим про обычных поисковиков типа, я не знаю, можно это говорить, Avito или...

Петр Кузнецов: Можно.

Алексей Мазуров: ...то там в принципе это одна из частей направления работы сайта, там не так популярно, как, допустим, тот же hh.ru условно, но hh.ru очень дорогой.

Петр Кузнецов: То есть, вы частично уже ответили на этот вопрос, сложно сейчас сказать, от приема на работу по блату организация в большей степени проигрывает или все-таки выигрывает?

Алексей Мазуров: Ну смотрите, если по знакомым, по рекомендациям, то выигрывает; если по блату, то проигрывает. По блату требуют, когда ставят человека, ну просто вот мой племянник, я его поставлю, организация тогда проигрывает жестко. Если это идет именно по рекомендациям хороший специалист, тогда организация только выигрывает.

Петр Кузнецов: А в частных, надо полагать, этого меньше всего, потому что там и профессиональная репутация, и... ? То есть, скорее всего, это в государственном секторе сосредоточено?

Алексей Мазуров: Ну да.

Петр Кузнецов: Или на частные тоже распространяется?

Алексей Мазуров: На частных тоже распространены, тоже любят ставить своих, вроде бы как потому что он не предаст якобы, но при этом он неспециалист и своими верноподданическими решениями может принести больше угрозы предприятию. Конечно, в госструктурах тоже есть такая проблема, но там сейчас достаточно сложный отбор, конкурсы практически везде, то есть там сложнее на какие-то позиции более-менее серьезные протащить человека.

Ольга Арсланова: Вот нам пишут зрители: «Невозможно устроиться на работу с достойным образованием», «У нас все по блату, родные или друзья, у кого нет знакомых, то и не видать работы на эту должность, зачем тогда молодежь учится?». У нас большая страна, и неравенство в том числе и по региональному признаку присутствует. Молодежь талантливая, которая учится где-нибудь в глубинке, потому что нет возможности приехать жить в Москву, даже если общежитие предоставляется, может ли потом устроиться, например, в большом городе на хорошую зарплату? Или если ты родился в глубинке, то лифт оттуда тебя в центр не повезет, даже если образование хорошее?

Алексей Мазуров: Ну, если у них есть хоть какой-то царь в голове, потому что... Объясню. Можно всегда оправдываться тем, что кто-то там своих набрал, можно приезжать, и устраиваться, и учиться на работу, только требовать какую зарплату? Если у тебя нет опыта, если ты молодой специалист, тебе будут платить копейки; отработав год, тебе повысят зарплату, может быть раньше, если ты блеснул на работе, если ты показал себя грамотным, знающим специалистом. Но на начальном этапе никто вам хорошую зарплату не даст.

Я вам больше скажу: даже опытным специалистам, приезжающим из регионов, допустим, в Питер или Москву, все равно дают меньшую зарплату, потому что они еще не привыкли к такому темпу, ритму работы, к тем знаниям, которых им не хватает. Набрав его за год-полтора, они переходят в статус уже как бы приработавшихся, грамотных специалистов и получают ту самую хорошую зарплату.

Ольга Арсланова: То есть получается, что мы изначально в этом здании, о лифте в котором мы говорим, рождаемся на разных этажах и очень сложно что-то с этим сделать.

Алексей Мазуров: Да, я с вами согласен. Но я из деревни Самарской области, вот я лично сам, из маленькой деревушки, родители учителя, учился в сельской школе, нас в классе было 13 человек. И таких случаев очень много, было бы желание, желание именно учиться и работать, и работать много, и учиться много.

Петр Кузнецов: Вот здорово, что...

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: ...хорошим и личным примером закончили. Спасибо большое. Алексей Мазуров и его комментарий.

Мы идем дальше. «Благодаря чему можно добиться успеха в нашей стране?» – прямо сейчас увидим, услышим мнения жителей Нижнего Новгорода, Кунгура и Ростова-на-Дону.

ОПРОС

Ольга Арсланова: Продолжаем.

Петр Кузнецов: Мнения людей на улицах различных городов, в данном случае трех.

Вот что нам пишут, и, честно говоря, от этого хочется оттолкнуться прямо сейчас, когда мы побеседуем со следующим экспертом. «У нас должности любые, причем на разных уровнях, переходят от отца к сыну, как наследство и титул», – пишет нам Краснодар.

Звонок еще послушаем, наши телезрители уже в прямом эфире. Наталья, Ульяновская область, верно?

Ольга Арсланова: Добрый день.

Зритель: Да, добрый день.

Петр Кузнецов: Здравствуйте. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Говорите!

Зритель: Здравствуйте, говорю!

Ольга Арсланова: Слушаем вас, добрый день.

Зритель: Алло?

Ольга Арсланова: Да-да, вы в эфире.

Зритель: Очень приятно.

Я хочу вам сказать, я уже на пенсии, родилась я при Союзе, и не близко я не поставлю нынешнее и то, что было при Союзе, близко не поставлю.

Ольга Арсланова: А как было в ваше время, расскажите.

Зритель: Я закончила свой институт, хотя родители были, просто мать была уборщица, отец был плотник. Мы все трое получили высшее образование, и каждый в своей отрасли: младший инженер, средний ветврач, я зооинженер. И все работали и были прекрасные, на переднем плане, и ничего мы не потеряли, и только радовались тому, как жили.

А сейчас для того, чтобы устроить своего ребенка куда-то на работу, нет блата, нет родных, которые сунут, – ничего не сделаешь. Простой пример в Ульяновской области: предшественник перед нашим губернатором работал в администрации, дети в администрации, внуки в администрации, сватья в администрации. Нынешний губернатор – то же самое. Вы просто поинтересуйтесь, кто работает. У нас, говорят, чиновников очень много развелось, – ну и что? Для того чтобы нам пыль в глаза пустить, мы вот это министерство закроем, мы его сократили, – ну и что? Завтра другое выросло, потому что куда он своих родственников-то денет, сватье-братье? Там кумовство.

Ольга Арсланова: Наталья, простите, что перебиваю...

Зритель: Ничего.

Ольга Арсланова: А эти родственники хорошо работают, как вам кажется?

Зритель: Вы знаете, я бы так сказала: хотелось бы лучше. Но я сказать хорошего о своей области, много хорошего не могу.

Ольга Арсланова: Ага, спасибо.

Петр Кузнецов: Наталья, простите, а можно вот о Советском Союзе? Поправьте меня: разве в Советском Союзе не было вот этой формулы «комбайнеров возьмите»: отец-комбайнер, сын будет комбайнером, сын сына будет, поможем, сделаем... ? Это считалось нормой, честью, доблестью.

Ольга Арсланова: Но не чиновником.

Зритель: Да, и прекрасно работало, и люди работали, оставались в селах, пока не пришел Борис Николаевич, Михаил Сергеевич...

Петр Кузнецов: О-о-о...

Ольга Арсланова: Ясно, спасибо вам.

Петр Кузнецов: К нам пришел Иван Алехин, генеральный директор компании «Новые технологии», виртуально пришел.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Иван Алехин: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Когда мы говорим о работе как о социальном лифте, речь идет о том, чтобы люди могли менять свою позицию в социальной иерархии. И основная жалоба наших зрителей на то, что сейчас это происходит с большим трудом. Не так давно Организация экономического содружества и развития опубликовала отчет, в котором указывается, что гражданам из бедных семей потребуется примерно 150 лет, или 5 поколений, для повышения своего социального статуса, и Россия и страны СНГ занимают в этом рейтинге одни из самых плохих позиций. Согласны ли вы с такой оценкой? Действительно ли так сложно у нас?

Иван Алехин: Добрый день.

Я полностью согласен. Более того, вы знаете, мне самому приходят в последнее время такие лозунги просоветские «Мы не рабы, рабы немы». Собственно говоря, почему? Потому что за сегодняшний эфир, который я смотрю, раз десять было слово «блат». Я слово «блат» не слышал со времен советской эпохи, потому что действительно у нас снова появляется поколение блатных, а это тюремный жаргон. У нас появляются люди, которые действительно по блату трудоустраиваются, и я на 101% согласен вот со всеми теми высказываниями, которые были людей на улице, которые говорили, что писал перспектив никаких нет.

Потому что на сегодняшний день мы находимся в эпохе застоя, то есть эпоха застоя длится дольше, чем даже брежневские времена, собственно говоря, когда людям казалось, что вот чуть-чуть, чуть-чуть, и будет коммунизм. И к большому сожалению, пилюля счастья не была выдана, потому что мы помним, что в период застоя у нас была очень дешевая водка, народ пил безбожно просто, но по крайней мере все знали, что есть зарплата 120, 150, 175, 205, 215, 250 и 500 рублей на Севере, как я сейчас помню, собственно говоря. У людей были перспективы, они знали, что можно денег заработать, поехать на Север, годик поработать, денег скопить, купить корову, построить дом.

На сегодняшний день, к большому то ли счастью, то ли сожалению, но ситуация повторяется, это то же самое грабли. Грабли, потому что, помните опять же советскую поговорку, молодым у нас дорога, старикам у нас почет? Следовательно, если взять средний возраст пенсии, к примеру, 65, а средний возраст жизни мужчин у нас в стране 64, то мне кажется, что определенным старикам уже пора, так сказать, почет знать, уйти на покой, чтобы молодым была дорога. Так вот, к большому сожалению, есть такая вещь, как вирус COVID, есть и другие вирусы, вирусы-паразиты, которые заражают наше общество. И вот та самая круговая порука, как, помните, в песне у «Наутилуса Помпилиуса»: «Круговая порука мажет, как копоть, Я беру чью-то руку, а чувствую локоть»?

Так же и сейчас: чтобы что-то создать, нужно иметь много локтей перед собой, позади себя и быть связанным одной цепью, а желательно коррупционной либо семейной цепью. Потому что если ты не помазан, то на тебя нет никакого дела, а если на тебя нет никакого дела, то тебя не за что привлечь и ты как бы вне системы, потому что вся наша система на сегодняшний день коррумпирована. И когда мы с вами говорим о том, что есть комбайнер, кузнец, сын комбайнера, сын кузнеца, это преемственное дело, дело, то то, что было сказано про власть в конкретном городе, то это, наверное, такой потомственный паразитизм.

Потом в советское время была такая фраза «человек, ведущий паразитический образ жизни». Вот на сегодняшний день, к большому сожалению, именно сожалению, все, что касательно городских администраций, где есть семейная преемственность, – это в большинстве своем паразитический образ жизни, потому что они ничего не производят, и, как бы ни было странно, люди могут спокойно жить без них, вот без главы города, потому что механизм сам по себе живет.

Петр Кузнецов: Иван...

Иван Алехин: Я более того скажу, что люди могут жить даже без президента, без премьера и без министров, ну потому что люди находятся в едином потоке, это зарабатывать деньги и тратить деньги.

Петр Кузнецов: Иван, скажите, при этом между тем положительным примером из Советского Союза, когда были перспективы, и до сегодняшнего времени было как минимум два периода, которые призваны были разморозить эту социальную мобильность. Первое, как мне кажется, девяностые, которые назывались временем возможностей, но почему-то эти возможности у нас очень быстро обесценились, и нефтяной бум начала нулевых, когда произошел общий рост благосостояния, и, казалось бы, это должно было произвести какое-то революционное действие в этом плане, но не произвело.

Иван Алехин: Ну почему же не произвело? Вы очень сильно ошибаетесь. Есть еще один пункт, который вы не упомянули, – это НЭП, новая экономическая политика, которая существовала почти 20 лет, и она показала мощнейший рост, просто мощнейший рост экономики страны. Если говорить про девяностые, подождите секундочку, а как появился «Магнит», а как появилась «Евросеть», а как появился «Связной»? Вы забыли про тот же самый «РОЛЬФ», вы забыли про все крупные частные компании, которые появились в девяностых.

Причем мы не будем забывать, что руководство нашей страны – это и есть те самые девяностые. Тогда зарождался бизнес, и тогда власть занималась своим распределением простор, собственно говоря, между властью и криминалитетом, силовики занимались своим. И когда все со всеми разобрались, дальше стали смотреть, а где еще деньги, чтобы еще под себя забрать. Вы знаете, это такой вот... Я не знаю, как это животное называется, но он вечно голодный, наверное, бычий цепень, который находится в организме человека, такой паразит. Так вот у меня такое ощущение, что на сегодняшний день все, что вокруг уже обычных граждан – это все силовики, это все государственники, это все госкорпорации, – это один такой большой, жирный бычий цепень вот просто, который уже не знает, кого еще сожрать.

Ольга Арсланова: Но, Иван, с другой стороны, в этих структурах, о которых вы говорите, работают те же самые россияне, это их рабочие места, это их стабильная зарплата.

Иван Алехин: Да, совершенно верно.

Ольга Арсланова: Ну кто такие силовики? Кто такие работники полиции? Это такие же граждане России, которые там работают.

Иван Алехин: Нет, нет, нет. Знаете, к большому сожалению, многие люди говорят, особенно девушки, которые выбирают себе мужчин, они говорят: «Я ценю мужчину по поступкам, по его делам», – ну бывает такое, да, говорят женщины иногда. Вот если это перенести на поступки и на дела, собственно говоря, то есть такая категория людей, как охранники. Вот охранниками рождаются, как бы странно ни показалось, то же самое рождаются полицейскими, вот ими рождаются, и рождаются чиновниками. Это такой генетический вид, который сам по себе пожирает других.

То есть если вы вспомните, раньше была самая страшная программа, называлась «Дорожный патруль» на телеканале «ТВ-6», и там, значит, были какие-то, значит, вот такие страшилки за весь день. На сегодняшний день практически все СМИ и даже наш разговор сейчас – это одна большая страшилка и ужастик, потому что она приведет ровно к тому, что перспектив нет.

Петр Кузнецов: Иван, вот по поводу новых технологий, вы же гендиректор компании «Новые технологии».

Иван Алехин: Да.

Петр Кузнецов: Скажите, с другой стороны, вот сейчас Instagram, всякие блогеры, TikTok с миллионами за рекламу, или там тоже все, скажем так, по знакомству? То есть вот этот блат, как бы вы ни любили это слово, старый добрый блат уже и оцифроваться успел, там тоже в принципе эти схемы работают?

Иван Алехин: Ну послушайте, давайте посмотрим блат и оцифровку. Если мы хотим найти...

Петр Кузнецов: Ну условно оцифровку.

Ольга Арсланова: Но это новый социальный лифт на самом деле, цифровые технологии.

Иван Алехин: Да, это так и есть. Но смотрите, все, что касательно тех сервисов, которые вы перечислили, и Instagram, и TikTok, они никакого отношения к Российской Федерации не имеют. Это ресурсы, так сказать, минимальной свободы либо иллюзорной свободы, потому что весь TikTok – это Китай, а весь Instagram – это США, это ЦРУ, это АНБ...

Петр Кузнецов: Но доходы они приносят гражданину России, мне, блогеру.

Ольга Арсланова: Нет, Иван, речь о другом, то есть речь о том, что обычный человек может быстро взлететь вот на этом лифте...

Петр Кузнецов: Абсолютно, без...

Ольга Арсланова: ...пользуясь цифровыми технологиями.

Иван Алехин: Безусловно, в такой формулировке да. Но на 147 миллионов человек сколько миллионов или сколько процентов взлетело как некая история успеха? Я могу, наверное, по пальцам перечислить человек 10–15 тех, которых я знаю, если не считать каких-либо накруток. Я вот, допустим, хорошо знаю, ну не хорошо с точки зрения близко, а хорошо знаю в плане именно информации Даню Милохина, по которому сейчас все с ума сходят. Даня Милохин –10 миллионов подписчиков, 3 миллиона рублей в месяц он зарабатывает...

Петр Кузнецов: Не все, да.

Иван Алехин: Но я знаю девочку Софию, которой 20 лет, которая занимается бизнесом, и она зарабатывает в 20 лет по 10 миллионов рублей в месяц. Это вообще никак не связано с теми ресурсами, о которых вы сказали.

Потому что на сегодняшний день из всех тех комментариев, которые были, единственный правильный комментарий маленькой девочки, которая сказала, что «я буду делать все сама, и спасибо родителям за то, что они мне в этом деле помогают». Потому что наша страна – это такой, знаете, хороший тренажер выжженной территории, потому что перспектив в нашей стране даже иллюзорных нет ни у кого, потому что наша страна славится революцию, и те, кто сейчас кайфуют, или те, кто сейчас, значит, чувствуют себя на лаврах, они как бы забывают историю или плохо знают историю.

Ольга Арсланова: Да, спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо. Иван Алехин, генеральный директор компании «Новые технологии».

Очень много телезрителей на линии, давайте послушаем Елену из Петербурга.

Ольга Арсланова: Елена из Петербурга, как раз город революций. Здравствуйте, Елена.

Зритель: Здравствуйте, добрый день.

Ольга Арсланова: Слушаем вас.

Зритель: Вы меня слышите, да?

Ольга Арсланова: Да, слушаем.

Зритель: Алло? Слышите?

Петр Кузнецов: Да, ага.

Зритель: Я хотела сказать, я согласна вот с товарищем, который только что выступал. Да, у нас в Санкт-Петербурге или в стране страшное положение с коррупцией, с блатом, с устройством по блату, это очень страшно. Потому что вы говорите о блогерах, которые ничего не дают стране, а я хочу сказать об оборонке, о легкой промышленности, обо всем. Я работала в оборонке, мне 70 лет, столько слез и столько ужаса я не видела... Ну я не знаю...

Вот сейчас у меня многие дети работают за границей, не мои дети, к сожалению, мои дети – это рабочие лошадки, которые за копейки трудятся вот на этих детей, которые устроены. Думаете, они там работают, как вы сказали, комбайнер комбайнера? Комбайнеры-то работают, и работают люди рабочие, вот АО КБСМ, пожалуйста, они работают, они вкалывают на тех, кто там раздутый аппарат...

Ольга Арсланова: Да, спасибо.

Петр Кузнецов: Да, ваша позиция понятна.

Тамару успеем еще послушать? ХМАО, Тамара, пожалуйста, вы давно ждете просто.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Да, добрый день.

Петр Кузнецов: Да, пожалуйста.

Зритель: Это из Нягани Тамара говорит. Вот у меня внучка закончила нефтегазовый университет, магистратуру...

Петр Кузнецов: Ух ты.

Зритель: Нигде устроиться не может, работает, устроилась медрегистратором в стоматологию. Никакого просвета нет. Закончила еще, по торгам получила диплом, но знакомства нет, и никакой работы более-менее...

Петр Кузнецов: Когда-то образование считалось тоже отдельным социальным лифтом.

Зритель: Раньше было распределение, направляли, отправляли, покажешь себя и работаешь.

Ольга Арсланова: Да, спасибо вам.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: С нами на связи руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «ОПОРА РОССИИ» Алексей Петропольский. Алексей Игоревич, здравствуйте.

Алексей Петропольский: Добрый день.

Ольга Арсланова: Скажите, а бизнес российский сегодня можно считать социальным лифтом? Если человек решил улучшить жизнь свою, своей семьи, развиваться, стоит ли идти в бизнес?

Алексей Петропольский: Ну, конечно стоит. Бизнес должен развиваться, мы все-таки с вами уже 30 лет практически в капитализме живем, а капитализм должен порождать все новые и новые бизнесы, и люди должны к этому стремиться. И я думаю, что так и будет происходить в ближайшие будущие десятилетия.

Вот касательно прошлого спикера, говоря о кадровых каких-то лифтах после получения высшего образования, здесь я вам могу сказать четко. Во-первых, образование образованию рознь. Действительно, у нас остались некоторые вузы в Москве, где человек выходит готовым специалистом, которого можно взять на зарплату от 100, даже от 150 тысяч рублей, но это все же исключение, нежели правило.

А если говорить в целом о бизнесе, как происходит прием на работу, то, конечно, все ищут людей с опытом. Потому что платят не за диплом, а платят за знания, а знания в подавляющем большинстве случаев получаются, только когда человек уже отработал в смежной области и понимает вообще, как устроена та или иная должность, те или иные должностные обязанности.

Ольга Арсланова: Алексей, когда мы говорим о социальных лифтах, мы имеем в виду движение в социальной иерархии. А оно, как вам кажется, вообще должно быть? То есть сейчас многие эксперты жалуются на то, что у нас стагнация: вот родился ты в бедной семье, ты так и будешь жить в глубинке в бедной семье, шансов у тебя мало. А может быть, так и надо? Может быть, нынешняя экономическая система заточена на то, чтобы каждый был на своем месте, излишняя мобильность не очень нужна?

Алексей Петропольский: Ну, я считаю, что в России у нас еще есть социальные лифты, но они связаны больше со временем и случаем. То есть если тебе повезло, то ты по факту можешь устроиться на хорошую работу и по стечению обстоятельств попасть в струю; если не повезло, то, собственно, будешь сидеть на одном месте, тяжело будет куда-то двигаться. Так, чтобы на себя роль социального лифта брало государство либо брал бизнес, увы, конечно, это происходит крайне редко, и по сути человека после вуза никто нигде не ждет, как это было в советское время. Даже на государственной службе внутри, устроившись туда, довольно тяжело расти, поскольку, как правило, есть, что называется, каста своих, которые растут, и каста тех, кто работает постоянно не покладая рук и по факту остается на той же должности многие года.

Петр Кузнецов: Алексей, на примере бизнеса – что происходит с использованием связей, неважно, с ближним окружением, с друзьями, со знакомыми? Когда конкуренция за ресурсы, наверное, возрастает, можно ли сказать, что они еще нужнее, они еще становятся плотнее?

Алексей Петропольский: Ну, вообще я вам скажу, что в бизнесе, вот если берем классический бизнес, где люди именно зарабатывают деньги и компании работают в рыночных условиях, здесь в первую очередь нужен хороший, грамотный специалист.

Как правило, от родственников приходят люди, которые ничего не умеют и хотят просто получать зарплату, и таких бизнесменов, собственно, кто берет таких людей на работу, очень мало, если, конечно, это не дочерняя точка какой-нибудь государственной компании, в которую по тендеру заходят миллиарды, где не надо особо ничего делать, кроме как деньги распределять, прибыль. Но это все-таки опять же исключение, нежели правило.

Поэтому если выбирать свой трудовой путь в бизнесе, то в первую очередь нужно прокачивать себя самого, скиллы, обучаться, идти, пусть и в начале, на маленькую зарплату, но получать опыт, потому что именно за опыт будут платить.

Петр Кузнецов: Опять же есть ли экономические условия для стимулирования этих скиллов для работы социальных лифтов?

Алексей Петропольский: Экономические условия в посткоронавирусное время гораздо тяжелее, но так или иначе сейчас онлайн-образование впереди планеты всей. Я вот даже лично юридический курс запустил, uristov.net, и даю реальные советы, как юристу устроиться на работу и как получить опыт...

Петр Кузнецов: Как пример.

Алексей Петропольский: ...который действительно будет приносить деньги. То есть человек закончил вуз, как правило юридический, две ноги, две руки, не знает, что делать...

Петр Кузнецов: Спасибо, Алексей, время, простите.

Алексей Петропольский: Да.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Алексей Петропольский.

Наша большая тема, о социальных лифтах говорили. Совсем скоро продолжим, третий час «ОТРажения» впереди.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Почему протекция так популярна в российских компаниях?