ТЕМА ДНЯ: Что вы едите, россияне?

Гости
Ростислав Гурман
эксперт по качеству и безопасности продуктов питания, председатель Ассоциации международного клуба любителей полезных продуктов питания
Александр Калинин
генеральный директор Национального фонда защиты потребителей, академик РАЕН

Иван Князев: В эфире «ОТРажение», мы продолжаем. С вами по-прежнему Оксана Галькевич...

Оксана Галькевич: ...и Иван Князев у нас в студии, друзья. Мы с вами, как всегда, ждем вашего какого-то интерактива, взаимодействия с нашим эфиром.

Наши зрители часто жалуются на плохое качество продуктов и на рост цен.

Иван Князев: Да, вот несколько SMS, смотрите, друзья. Вологодская область пишет, телезритель пишет: «Рыбка копченая – только нюхаем, мясо – только смотрим. Берем спинки бройлерские, 80 рублей за килограмм. Пенсия 9 500», – телезритель написал.

Оксана Галькевич: Да, тут не разгуляешься, конечно. Из Кировской области тоже сообщение: «Рыба настолько дорогая, как будто у нее вместо глаз бриллианты». Это из Московской области: «Где хороший недорогой сыр? – спрашивают нас зрители. – Не могу найти, он весь какой-то пластиковый».

Иван Князев: Из Мурманской области человек пишет: «Молоко не киснет месяц – разве такое может быть? Это же отрава!» В общем...

Оксана Галькевич: Слушайте, у меня аппетит пропал, вот просто, да, только читаешь, казалось бы, слышишь эти истории, а уже есть не хочется.

Иван Князев: А на обед уже идти не хочется. В общем, будем говорить о том, что мы едим сегодня в нашей стране, какого качества продукты и сколько они стоят. Вот последние данные по росту цен: за год сильнее всего подорожал картофель, 58%, в 10 раз больше инфляции, не отстают морковь, сахар, куриные яйца. О гречке уже говорили сегодня. Также подсолнечное масло, мука, рис, яблоки, там длинный список.

Оксана Галькевич: В общем, список весь, который мы, собственно говоря, едим, и он весь дорожает. Разумеется, люди подужались, так скажем, в тратах на еду: в феврале покупки яблок упали на 60%, люди стали меньше покупать овощей, особенно вне сезона, это вообще так здорово бьет по карману, но и хлеба тоже стали меньше покупать, -40% трат. Апельсины опять же...

Иван Князев: Не до них сейчас.

Оксана Галькевич: ...еще экономим на говядине, на свинине экономим. Все данные вот сейчас на ваших экранах, вы все это видите.

Иван Князев: Ну и еще мы хотим понять, хорошая еда – это обязательно дорогая еда? И как вообще должен питаться человек в нашей стране, чтобы нормально жить и трудиться? От потребительской корзины мы уже отказались, она не работает, признали это уже в Минтруде. Об этом будем разговаривать с экспертами, ну и у вас, конечно же, хотим спросить, что сегодня у вас на ужин, во сколько обошелся последний поход в магазин.

Оксана Галькевич: Да ладно на ужин, до ужина еще надо дожить, дотерпеть, сейчас обеденное время во многих регионах. Друзья, если у вас ужин, пишите, что у вас на ужин; если у вас обед, пишите, что у вас на обед.

А мы представим тем временем наших экспертов. В студии у нас сегодня Ростислав Гурман, эксперт по качеству и безопасности продуктов питания, – здравствуйте, Ростислав Валерьевич.

Ростислав Гурман: Добрый день.

Оксана Галькевич: И Александр Калинин, генеральный директор Национального фонда защиты потребителей, академик РАЕН, – Александр Яковлевич, здравствуйте.

Александр Калинин: Добрый день.

Иван Князев: Здравствуйте, здравствуйте, уважаемые гости.

Вопрос, то, что больше всего беспокоит наших телезрителей, – это качество, ну качество и цены в принципе. У нас сейчас какие есть стандарты? Вот, как мы выяснили, пока до прямого эфира говорили, раньше у нас было какое-то неимоверное количество ГОСТов, сейчас уже появились какие-то ТУ, это когда производитель сам решает, из чего он будет что-то делать, производить. Как у нас сейчас это выглядит?

Александр Калинин: Значит, у нас, если говорить о системе стандартизации, или сокращенно ГСС, то у нас количество стандартов в Российской Федерации составляет 25% от того, что есть, например, во Франции или в США, мы обеспечены стандартами.

Оксана Галькевич: То есть не только мы одни работали по ГОСТам так называемым, по стандартам неким, да?

Александр Калинин: Да.

Оксана Галькевич: Нам-то казалось, что это нашинская такая история, знаете, а Запад – он там все...

Александр Калинин: Нет-нет. Если мы посмотрим другие страны, у них значительно выше уровень стандартизации.

Оксана Галькевич: А у нас только 25%. Так, интересно.

Александр Калинин: И вообще-то, стандартизация – это один из элементов подтверждения суверенности государства, когда все стандартизируется.

Оксана Галькевич: Свои стандарты.

Иван Князев: А мы в какой момент их начали пересматривать? В 1990-х гг. мы начали пересматривать?

Александр Калинин: Я могу вам рассказать историю, это очень кратко. Во времена, когда был господин Ельцин у него был, значит, глава администрации известный Александр Стальевич, была создана рабочая группа при Администрации президента, которая кричала на всю страну, что надо отменить стандарты, это пережиток советской власти и так далее, и так далее. Сделали глупость. Единственный, кто пытался поправить это, председатель правительства Фрадков Михаил Ефимович, и он тогда сказал: «Нас втянули в неимоверную авантюру, но мы, наверное, все-таки из нее выберемся».

Сейчас стандарты активно разрабатываются, перед вами автор 64 ГОСТов, ГОСТ – это означает на 5 стран ЕАЭС, или ГОСТ Р, это стандарт, который на территории Российской Федерации. Это и молочная продукция, и напитки, и все остальное прочее, и особенно на новые продукты, которые приходят к нам на рынок.

Иван Князев: А когда производителям разрешили в принципе что-то свое производить из того, что они захотят? Там вот какие вообще есть, я не знаю, коридоры, люфты, как это назвать?

Александр Калинин: Значит, по техническим условиям предприятий разрешали всегда, и при советской власти, и сейчас.

Иван Князев: Ага.

Александр Калинин: Значит, вообще любой продукт производится по трем документам: по государственному стандарту, если это есть желание, по техническим условиям, по технологической инструкции, утвержденной и согласованной с властями, и, что является в основном коммерческой тайной, рецептуре продукта.

Иван Князев: Ага.

Александр Калинин: Вот чтобы вы понимали, это 3–4 документа, которые должен иметь каждый товаропроизводитель. Но я должен сказать, что стандарт – это не панацея. По стандарту можно выпустить замечательную продукцию, первую партию, сделать рекламу, показать, а потом делать такую гадость, которая...

Иван Князев: ...которая является еще коммерческой тайной.

Александр Калинин: ...которая является сегодня, являет себя во всех магазинах. Ну давайте я вам приведу пример – сыры. Вот если сейчас мы с вами пойдем в соседний магазин, вот «Дикси» рядом с нами, я заходил сейчас, и посмотрим там ассортимент сыров, ни одного продукта, который бы имел право называться сыром, там нет.

Оксана Галькевич: А разве это не экспертиза только может установить? Ростислав Валерьевич, вы тоже подключайтесь к беседе.

Александр Калинин: Я могу объяснить почему. Любой сыр делается на основе сычужно-ферментативной, понятно, да, он и пахнет соответственно, и дырки в нем, и много чего. А когда делается по интенсивной технологии, за 4–5 дней в цехе, то он скрипит на зубах, и вы это видите, когда его режешь, он блестит, а если оставишь на столе и пойдешь позвонить, придете, увидите, что он уже покрылся каким-то маслом. Это сырный продукт, произведенный по интенсивной технологии.

И сегодня, когда у нас некоторые товаропроизводители бьют себя в грудь и говорят: «Мы отечественные производители, у нас высочайшее качество», – да, когда идет выставка на ВДНХ, высочайшее качество предоставляется. Но потом придите в магазин, купите, и вы получите то, что я вам сейчас сказал. То же самое у нас делается в сфере масложирового комплекса, то же самое делается в сфере мясо-молочного комплекса.

Я уже не говорю о том, что, например, торговые инспекции наши, которые ликвидированы, Роспотребнадзор теперь этим занимается, приходят когда закупать хлеб, который мы едим, 52% хлебобулочных изделий бракуются, потому что зерно некачественное, мука некачественная, работа непонятная. И в результате что мы делаем? Мы покупаем батон, смотрим, а он уже весь белесый, весь уже картофельной болезнью зацвел, да, и есть его невозможно.

Оксана Галькевич: Да, ага.

Александр Калинин: Вот вам качество основных продуктов.

Оксана Галькевич: Ростислав Валерьевич, ну понятно, что вы эксперты, вы, может быть, что-то можете и на глаз, и на цвет, и, условно говоря, вообще издалека, с расстояния десяти метров определить, можно это покупать, нужно это класть в свою корзину или нет. А простому человеку как быть? На какие элементарные, так скажем, моменты нужно ориентироваться, приходя в магазин, чтобы понимать, что это берем, а вот это уже не берем?

Ростислав Гурман: Ну, здесь я, конечно, с коллегой соглашусь, что действительно сейчас достаточно сложно найти качественные продукты питания в ретейле и везде. Но надо понимать, что здесь чудес нет, что качественный продукт без «химии» будет стоить совсем других денег. А так как сейчас ситуация сложная, в стране кризис, производитель тоже находится в определенной сложной ситуации, и они могут делать качественные продукты, но тогда их продавать будет гораздо сложнее. Нет возможности реализовывать.

Оксана Галькевич: Ну смотрите...

Иван Князев: То есть первый критерий – это цена?

Ростислав Гурман: Здесь не только цена. На самом деле если говорить по каждой категории товаров, надо выбирать определенные как бы возможности, где покупать. Если говорить про рынок, то овощи, конечно, лучше выбирать на рынке, потому что все-таки там текучка, там все-таки, как сказать, эти арендаторы все-таки стараются работать на клиента долгосрочно, стараются свой качественный продукт улучшать. А если говорить про сети, то качество овощей и фруктов там достаточно низкое, потому что пока их довезут, пока их распределят, пока они выложат на прилавок... То есть качество продукта портится в пути.

Оксана Галькевич: Это проблема, но притом сколько там людей работает всегда в этих сетях, казалось бы, почему не обеспечить.

У нас много, уважаемые гости, звонков, давайте подключать наших зрителей. Дмитрий из Петербурга будет первым. Дмитрий, здравствуйте, спасибо за ожидание.

Зритель: Добрый день. Спасибо, что вы эту тему поднимаете.

У нас недавно в Петербурге прошел массовый рейд по торговым точкам, и оказалось, что пересортица идет ежедневная в магазинах продовольственной продукции, меняются этикетки, абсолютно отсутствует контроль, так сказать, со стороны государства в виде Госсаннадзора и так далее, и качество продукции, ну такие виды, как сыр, вот как правильно академик говорил, молочнокислая продукция тоже непонятно какого качества, вот начиная с молока, мясная продукция, рыбная и, что интересно, овощная продукция тоже потеряла свое качество. И почему-то импортного много завоза продовольственной продукции, которая вряд ли отличается качеством.

Иван Князев: Ну, Дмитрий, вы скажите, как вы выбираете продукты, как вот вы ориентируетесь, вот это можно купить, это можно, я не знаю, съесть, сегодня на ужин приготовить, а вот это вы точно не возьмете?

Зритель: Ну, во-первых, я вам скажу, что у нас резко сократился объем и номенклатура покупаемых продуктов, поэтому очень легко можно выбрать. Во-первых, мы посещаем два магазина, которые рядом находятся, мы там, так сказать, постоянные покупатели, к нам более-менее нормально, к пенсионерам, относятся, вот. Поэтому в любом случае нам подсказывают, будем так говорить, что взять сегодня, понимаете?

Оксана Галькевич: Нет, ну а что, хорошо, как с хорошим соседом с вами общаются. Спасибо большое, Дмитрий. Давайте еще Забайкальский край тоже выслушаем. Здравствуйте, Юрий.

Зритель: Здравствуйте-здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: У нас качество фруктов, все привозное здесь... На Дальнем Востоке климат резко континентальный...

Оксана Галькевич: Да.

Зритель: Ну и фрукты, качество желает лучшего. Но я бы побоялся, вот уже говорил вам, побоялся бы давать даже свиньям вот эти фрукты: груши, яблоки...

Оксана Галькевич: А откуда везут в основном, Юрий? Скажите, из какого региона? Из Китая по-прежнему, или сейчас из-за пандемии другие какие-то у вас регионы поставок?

Зритель: Так с Запада идет, с европейской части России.

Оксана Галькевич: С Запада. Раньше жаловались просто на продукцию китайского производства. Спасибо большое, Юрий.

Уважаемые гости, скажите, вот мы говорим, качество продуктов, качество продуктов. А что мы имеем в виду, когда мы говорим об этом? Вот смотрите, когда какая-то промышленная продукция, ну стул, например, если у него какая-нибудь там ножка кривая или подпиленная, это некачественный стул, сидеть на нем невозможно, стало быть, и продавать такое не нужно, ну кто его купит, что позориться. А когда мы говорим о некачественных продуктах питания, мы что имеем в виду?

Александр Калинин: Ну, давайте посмотрим элементарный вопрос.

Иван Князев: Оксана Глебовна, свежесть, свежесть и еще раз свежесть?

Оксана Галькевич: «У севрюги только одна свежесть», – помните, да?

Александр Калинин: Давайте подойдем сейчас, в любом магазине подойдем к полке с рыбными консервами.

Оксана Галькевич: Ага.

Александр Калинин: Возьмем консервы, произведенные на Курильских островах или на Камчатке, так, которые там произведены, и возьмем, например, некоторые консервы, которые произведены в Московской области, например в Наро-Фоминском районе, в других, «5 морей», разные другие, так сказать, привлекательные очень этикетки. Откроем одну банку и вторую и посмотрим, и сразу поймем, что такое качество, вкус, цвет и все остальное прочее. Почему?

Иван Князев: Ну что, одни из рыбы сделаны, другие, как вот Курганская область пишет, «там одни кишки и головы»?

Александр Калинин: Да. Теперь переведу на русский язык. Рыба замороженная во всех магазинах столицы и Московской области, которая не продается, ее никто уже не покупает, она потеряла товарный вид, она отправляется на завод, и при температуре 200 градусов из нее делают консервы рыбные. Супер!

Оксана Галькевич: Александр Яковлевич, а раньше разве было не так, да? Раньше производилось только исключительно на месте вылова свежей продукции, на месте сбора урожая, как вот... ?

Александр Калинин: В основном так и делалось.

Оксана Галькевич: Только так?

Александр Калинин: В основном так и делалось. Кроме того, у нас очень много сейчас в торговле рыбы, которая не должна вообще продаваться. Опять переведу на русский язык. Если вы видели «Клуб кинопутешественников», когда сидит медведь и лапой ловит рыбу, она идет на нерест, вот она пошла на нерест, она выбросила икру, вся обескровленная и, так сказать, обессиленная, ее течение несет, и у нее красные полосы по бокам, вот, и медведь такую рыбу никогда не позволит себе взять на еду, а там стоят внизу сети железные, которые это задерживают, и все идет на переработку нам, потребителям. Когда мы начали, например, это серьезное преступление вообще-то, по большому счету, когда мы начали воевать, когда принимался технический регламент на рыбную продукцию, мы ничего не могли сделать. Как писал Чингиз Торекулович Айтматов по другому только поводу, что может слово против возможности заработать большие деньги?

Иван Князев: Ну да, да.

Александр Калинин: Я соглашусь с ним.

Оксана Галькевич: Ростислав Валерьевич?

Ростислав Гурман: Я хотел бы добавить коллегу. На самом деле качество продуктов питания, на мой взгляд, – это продукт, который несет пользу организму в первую очередь. А сейчас ситуация выглядит достаточно непросто, что многие производители нацелены делать продукт, чтобы выглядел нарядно, чтобы долго мог храниться. Но вопрос пользы для здоровья, витаминов и содержательной части ставится на последний момент, к сожалению.

Иван Князев: Вот. Мы, кстати, недоговорили, насколько я понял, как понять, что продукт качественный, его можно есть. Вот цвет, запах?

Александр Калинин: Органолептика.

Ростислав Гурман: Ну, это надо к каждому продукту относиться избирательно. То есть когда мы смотрим, например, молоко, то есть выбираем, смотрим, ГОСТ или ТУ, смотрим, когда произведено обязательно, смотрим, нет ли повреждений на упаковке, например...

Иван Князев: Нет, просто, когда вы говорите, что продукты красиво выглядят, это ведь, наверное, не значит, что они прямо качественные-качественные.

Ростислав Гурман: Ну конечно. Я же только что сказал, что в основном производитель нацелен делать нарядные...

Иван Князев: Тогда как понять тогда?

Ростислав Гурман: Ну, это тогда только мы можем понять, придя домой и уже непосредственно потрогать его, понюхать, приготовить и посмотреть, как он себя ведет в пути. Если, например, овощи мягкие сильно, какие-то баклажаны, например, то видно, что они уже испорченные, такой продукт употреблять нельзя.

Оксана Галькевич: Так по идее, понимаете, сети все эти должны же как-то это перебирать, убирать негодную продукцию с прилавка, понимаете, а не выставлять это нам все на выбор. Кто-то понимает, кто-то не понимает, кто-то, простите, на Севере родился, вообще не знает, как этот баклажан должен выглядеть.

Ростислав Гурман: Вы знаете, сети сейчас нацелены на то, чтобы, их задача – продать любым способом любой продукт, для этого они включают определенные маркетинговые акции, схемы продвижения и все прочее. Поэтому даже много случаев мы знаем, когда переклеиваются ценники, перерисовываются и так далее, то есть стараются некачественные продукты продать как качественные.

Иван Князев: Вот это очень важный момент, давайте его сейчас запомним, просто прервемся на телефонный звонок. У нас...

Оксана Галькевич: Да, и на сообщения, прежде чем выведем, я просто зачитаю быстренько перед этим. Ставропольский край пишет, что «минтай 190 рублей за килограмм, дорого». Курган: «Сыр есть нельзя, все это резина». «На ужин тушеная картошка с мясом и квашеная капуста», – вас, наверное, потом, Ростислав Валерьевич, попросим оценить рацион наших зрителей. Волгоград пишет: «Натуральных продуктов не найти, все это для элиты», – то есть дорого опять же. Приморский край пишет: «Каша, на ужин манная каша». «Не едим фрукты, овощи, морепродукты, орехи и ягоды, то есть все, что нужно для здоровья, позволить себе не можем», – это было сообщение из Рязани. Опять же Рязань пишет, что в основном то, что вырастили, сами и употребляем.

Иван Князев: Ну а сейчас Наталья, Хабаровский край на связи. Наталья, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. Говорить можно, да?

Иван Князев: Да-да-да.

Зритель: Добрый вечер, уважаемые ведущие, уважаемые гости.

Вот про ужин. Сегодня на ужин была гречка моя любимая с индейкой и вареники с творогом.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: Меня все устраивает, крупа устроил, творог устроил.

Иван Князев: Ну это прямо, если бы не творог, прямо такой постный рацион у вас.

Зритель: Ну как бы... Нас это устраивает. Мы уже немолодые люди, нам нормально, вареники с творогом.

Оксана Галькевич: Ну и замечательно, спасибо.

Вы знаете, я обратила внимание, что многие люди пишут о том, что рацион, так скажем, неразнообразный, вот есть какой-то перекос, либо какие-то хлебобулочные, либо это крупы, либо это молочная какая-то продукция, кисломолочная. Это нормально, это хорошо? Так можно себя здоровьем, запасом здоровья каким-то обеспечить?

Ростислав Гурман: Нет, конечно, это ненормально, крайностей в питании быть не должно, надо стремиться, чтобы питание было сбалансированным. Конечно, сейчас мы видим, появляется очень много всяких сообществ и вегетарианцев, и всяких сыроедов, и одни ученые говорят сейчас, что это вредно, полезно, другие говорят, что не вредно. То есть рынок информации перенасыщен и люди уже не знают, кому верить и что есть, где эта золотая середина, где это качество, чтобы действительно нести пользу для организма.

Оксана Галькевич: Ну а где? Слушайте, я же не могу ходить со своим каким-то, вы знаете, сейчас показывают рекламу, какие-то анализаторы, воткни в помидор и увидишь, сколько в нем нитратов. Вот я что, каждый помидор должна в магазине обтыкать, что ли? Я должна потом купить и куда-то в Роспотребнадзор или куда там на проверку отнести? Это же с ума сойдешь каждый раз после закупки.

Ростислав Гурман: Это правда, да, это достаточно сложная история. Здесь надо исходить, что все мы все равно так или иначе уже на уровне интуиции или каких-то чувств можем выбирать максимальное качество...

Иван Князев: Либо опыта своего желудка.

Ростислав Гурман: Ну, либо опыт желудка в том числе.

Александр Калинин: Коллеги, можно я приведу некоторые цифры?

Оксана Галькевич: Конечно.

Иван Князев: Давайте.

Александр Калинин: Значит, по данным Всемирной организации здравоохранения, ФАО ВОЗ называется, в России с северным типом питания, у нас тип питания северный, мы должны съедать в год, каждый из нас, 976 килограммов всякой еды, включая воды питьевой.

Оксана Галькевич: Так, «всякой еды».

Иван Князев: Это потому, что у нас холодно, да?

Александр Калинин: Всякой еды.

Оксана Галькевич: А если вот как бы вот эту «всякость» разложить на... ?

Александр Калинин: Вот теперь... Вот, вы очень правильно меня спрашиваете. Вот эту если «всякость» разложить на составляющие, то у нас получится, что основной рацион жителей России – это хлеб и картошка.

Оксана Галькевич: Ой, нездорово, слушайте, дорога к сахарному диабету, если я не ошибаюсь, да?

Александр Калинин: Значит, докладываю вам. Картошка – это 101 килограмм в год, и получается, значит, и хлеб 126 килограммов в год. А если мы начнем смотреть с вами сейчас качественные продукты с высокой питательной ценностью, о чем говорил сейчас, намекал коллега...

Оксана Галькевич: Так, это что у нас? Это у нас что за продукты?

Александр Калинин: Это вот, например, рыба, молоко, мясо...

Оксана Галькевич: О, мы это вообще не едим практически.

Александр Калинин: ...и так далее, причем мясное разное...

Иван Князев: Да, желательно.

Александр Калинин: Вот если мы все это, овощи качественные, фрукты с питательной ценностью, которые несут витамины, белок, углеводы такие достаточно нормальные и так далее, то мы съедаем от международной нормы 701 килограмм, или 73% от международных норм, это первое.

Иван Князев: То есть мы недоедаем?

Александр Калинин: Второе. Вы здесь мне и всем телезрителям сказали в самом начале, что Роскомтруд отменил, уже готов отменить потребительскую корзину. Поясняю, чтобы не было заблуждения у телезрителей. Значит, у нас Роскомтруд и Росстат...

Иван Князев: Минтруд.

Александр Калинин: Минтруд, и там еще Росстат присоединился, «примкнувший к ним Шепилов», так сказать, понимаете...

Иван Князев: Да-да-да.

Александр Калинин: Так и здесь. Они не имеют права делать подобного рода заявления в печати по одной простой причине, что они не являются субъектами законодательной инициативы. У нас субъектом законодательной инициативы является президент, правительство и так далее. Если они выполняют поручение правительства, так надо и сказать, что правительство Российской Федерации изучает вопрос об отмене.

Но это полнейшая глупость. Почему? Потому что потребительская корзина есть во всем мире. В соответствии с потребительской корзиной, которая действует у нас по закону, срок действия заканчивается у нас 31 декабря 2001 года, закон «О потребительской корзине», она на 5 лет утверждается, у нас по закону порядок такой, у нас там 156 продуктов и товаров первого спроса, повышенного спроса, из них 50% – это пищевые продукты.

Оксана Галькевич: Есть еще непищевые, да, мы знаем.

Александр Калинин: Совершенно верно, есть непищевые, есть еще услуги.

Оксана Галькевич: Да.

Александр Калинин: Ну так вот, я должен сказать, что потребительская корзина делается в общем по стране и делается в каждом регионе. И, как вы догадываетесь, наверное, и телезрители это знают, в Чечне это одна потребительская корзина...

Оксана Галькевич: Одна корзина, ну да.

Александр Калинин: ...а в Якутии другая.

Оксана Галькевич: Ну да, потому что страна у нас не совсем, не вся полностью северная, так скажем, да.

Александр Калинин: Другие традиции, другие продукты, совершенно верно. Есть, конечно, казусы, когда господин Собянин, вот он сейчас нами руководит, у нас, например, в потребительской корзине пол-яйца в день, пол-яйца в день, написано, мы должны употреблять. Ну это, конечно, комедия, кто это вписал, не знаю, или 70 граммов рыбопродукции, не рыбы, а рыбопродукции.

Оксана Галькевич: Александр Яковлевич, а давайте теперь посмотрим, что у людей не по нормативам, а что у них в реальной тарелке, не в потребительской корзине, а что они едят.

Иван Князев: На самом деле, да.

Оксана Галькевич: Наши корреспонденты как раз спросили людей на улицах городов...

Александр Калинин: Вот.

Оксана Галькевич: И вот давайте послушаем, что нам ответили.

ОПРОС

Иван Князев: Вот такой рацион у наших телезрителей. Ростислав Валерьевич, я вот, помните, просил запомнить момент, вот мы сейчас прямо так очень сильно радуемся вот этим магазинам, дискаунтеры так называемые, радуемся скидке, хоть что-то можно купить. Но это же на самом деле очень плохо, под вот этими акционными товарами можно же протащить все что угодно на прилавок.

Ростислав Гурман: Правда, так и есть. Чаще всего это уже продукт, который уже подходит к концу срока годности и хранения, либо есть определенные нарекания по составу либо еще каким-то там, то есть он не востребован рынком оказался, то есть его просто сливают. Поэтому жить, только покупая такие продукты, и думать о том, что там в них максимальная польза для организма, я бы так не сказал.

Иван Князев: Потому что у нас каждая третья SMS – это вот «я покупаю только по акции», «я покупаю только по акции», немножко страшно становится, потому что даже не сколько там срок годности, а сколько ну просто некачественных продуктов туда могут идти, точнее не то что ненадлежащего качества, из разного сырья быть.

Оксана Галькевич: Ну ладно, ладно. С другой стороны, акция день ото дня меняется, сегодня акция на вот эти макароны, завтра эти макароны по полной цене стоят, условно говоря.

Иван Князев: Я просто как к явлению вот этому, что мы фактически начали питаться по акции.

Оксана Галькевич: Потому что дешевле.

Ростислав Гурман: Ну, это правда так и есть. Ну и плюс не всегда акция – это дешево на самом деле. Часто бывает, что завышенная цена изначально этого продукта, а акция – это всего лишь возвращение к цене, которую действительно продукт стоит, и нам внушают, что это мы покупаем со скидкой продукт, хотя на самом деле это не так.

Оксана Галькевич: Как питается Юрий из Томска, давайте узнаем у нашего зрителя. Юрий, здравствуйте, вы в прямом эфире.

Зритель: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Я бы вот хотел согласиться с вашими ведущими, которые очень дипломатично высказываются по поводу пищевой корзины наших потребителей, которая до минимума сократилась не только качественно, но и количественно, особенно в провинции. У нас в Томске проводили экспертизу всех креветок, которые забраковали не только в сетях, но и на рынке. В них обнаружено очень завышенное количество ртути и мышьяка, вы сами понимаете, что это такое. Взяли 20 сортов, пробы творога, в том числе фермерского, из 20 сортов творога было обнаружено в 14 сортах, в том числе в сетевых магазинах, прошедших сертификацию и проверку, кишечную палочку, вот о чем говорим.

Оксана Галькевич: Ох, господи...

Зритель: Тем более что давайте не забывать, что мы вступили в ВТО, у нас есть в стране так называемые тайные эмиссары, которые берут на экспертизу наши товары потребительские, в том числе продукты питания, которые не соответствуют международным нормам. Поэтому если убрать композит, синтетику, различного рода суррогат и фальсификат с наших полок в плане продовольственной корзины, мы столкнемся с таким дефицитом, которому позавидует Советский Союз.

Оксана Галькевич: Ой, Юрий, ну вы...

Зритель: Поэтому забудьте об импортозамещение.

Оксана Галькевич: Да, вы прямо нас напугали. Спасибо. У нас сейчас нет времени на то, чтобы стоять в очередях по несколько часов каждый день, добывая себе что-то там, еду какую-то для своей семьи.

Давайте Любовь с Сахалина тоже выслушаем. Любовь, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Я 30 лет проработала лаборантом на ферме, в совхозе. И вот качество молока я определю на вкус. И вот мы охлаждали молоко до 4 градусов у себя на ферме и везли на молокозавод.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: И если это молоко простояло четверо суток у нас при 4 градусах, охлажденное, его уже ни один молокозавод не принимал. А теплое молоко мы должны сдать были только в течение часа после дойки. И разная была цена: если я сдаю несортовое, это теплое молоко, платили 26 рублей за тонну; если сдавала второй сорт, значит, нам платили 30 рублей; если сдавали первый сорт, платили 36.

Оксана Галькевич: Понятно.

Зритель: И вот если я сдам, допустим, в месяц, ну как лаборант я полностью отвечала за качество, только за качество...

Оксана Галькевич: Да, Любовь, спасибо.

Зритель: Если я сдавала, допустим, в месяц 95% первого сорта, то я думала про себя: «Лучше бы меня 30% лишили зарплаты, чем идти на ковер к директору».

Иван Князев: Да, понятно, спасибо, спасибо вам большое.

Оксана Галькевич: Ох... Спасибо.

Александр Калинин: Правильно сейчас сказала бывший лаборант, любое молоко должно классически приниматься по следующим показателям: жирность, кислотность, засоренность, и в современной России ввели показатель «наличие белка», есть или нет.

Оксана Галькевич: Ага.

Александр Калинин: Однако сейчас получить где-то покупателю натуральное молоко очень сложно. Почему? Потому что сейчас у нас есть даже молочные продукты, так называемые аналоги молочных продуктов, продаются везде, вот возле метро «Алексеевская», например, магазин, я зашел...

Оксана Галькевич: Но они сейчас должны быть обозначены, что это из молока, а это вот какое-то ненастоящее молоко.

Александр Калинин: Да. Одно дело, когда делают напитки на зерновой основе и пишут «немолоко», это правильно делают, а когда делают и называют «молоко»... Молоко – это продукт железы внутренней секреции коровы, козы и буйволицы, точка, другого молока не бывает, это я процитировал Международную молочную федерацию, весь мир так живет.

Оксана Галькевич: А зачем мы, скажите, тогда вот эти планочки сами себе и снижаем? Потому что у нас... Почему вот у нас требования к отбору продукции, сырья, вообще к тому, что допускается до прилавков, вдруг стали ниже? С чего это вдруг?

Ростислав Гурман: Ну, во-первых, сейчас есть дефицит настоящего живого молока, с одной стороны...

Оксана Галькевич: Это не только же по молоку, понимаете.

Иван Князев: Вообще, в целом.

Оксана Галькевич: Да.

Ростислав Гурман: По молочной продукции. Ну если мы сейчас начали тему, говорить про молочную продукцию, я хотел еще просто дополнить, короткий комментарий, что сейчас вот технологии химические так сильно развиты, что никто не хочет нести потери, и производители, перестраховываясь, добавляют антибиотики, которые настолько растворяются, что многие лаборатории даже их проверить, увидеть не могут. И поэтому...

Оксана Галькевич: Ростислав Валерьевич, то есть получается (прошу прощения, что перебиваю), что денег на ставку лаборанта у предприятия, которое продукты выпускает, нет...

Ростислав Гурман: Нет, да.

Оксана Галькевич: ...а на то, чтобы антибиотики купить и вштырить в бутылку с молоком, есть?

Ростислав Гурман: Есть, да. И поэтому мы...

Оксана Галькевич: Логично ли это?

Ростислав Гурман: ...видим с вами, когда налить молоко, например, в стакан, он стоит по неделям и не киснет, конечно, это...

Оксана Галькевич: Или горчить начинает, к примеру.

Ростислав Гурман: Или еще темным цветом начинает покрываться...

Оксана Галькевич: Каким цветом?

Ростислав Гурман: Слегка темнеет даже.

Оксана Галькевич: Ой, кошмар, господи.

Ростислав Гурман: Вот, то, конечно, назвать это молоком нельзя, и регулярно такой продукт – это просто травмировать свой организм. Поэтому здесь, конечно... Плюс ко всему, у нас еще, на мой взгляд, есть проблема с самими лабораториями, потому как многие лаборатории в общей своей массе еще используют схемы проверок, еще стандартов советских времен. У нас, конечно, есть современные лаборатории, но их достаточно мало, и проверить качество продуктов – это достаточно затратная история.

Иван Князев: Качество современных продуктов.

Ростислав Гурман: Современных, да. Вот на современных лабораториях проверить на качество достаточно затратная история, и не каждый себе это позволяет сделать. Даже вот я, потребитель, пойду проверить на качество, если это высокотехнологичная лаборатория, это будет стоить дорого.

Александр Калинин: Смотрите, по поводу, если затронули молочную продукцию...

Оксана Галькевич: Да, давайте.

Иван Князев: Ага.

Оксана Галькевич: И звонок тоже.

Александр Калинин: Когда у нас развалился Советский Союз, на душу населения мы потребляли 320 килограммов молочной продукции в пересчете на молоко, ну по данным.

Иван Князев: А сейчас?

Александр Калинин: Сейчас еле-еле дотягиваем до 200 килограммов.

Иван Князев: Ого.

Александр Калинин: Почему? Это не потому, что вот мы с вами виноваты, а потому, что у нас упало поголовье дойного стада. У нас не занимаются воспроизводством дойного стада. И что мы получили в результате? Когда у нас Ельцин передавал права Путину в 2000 году, так сказать, Владимир Владимирович принимал, у нас количество дойных коров было на уровне 1946 года. Почему? Потому что за 10 лет ельцинского правления порезали коров, любим мясо, говядину, телятину, понимаете, да, вкусно очень. Когда Владимир Владимирович начал руководить, значит, вначале статистика была очень несимпатичная, потом она, естественно, стала нормальной. Сейчас у нас количество дойных коров на уровне 1917 года, доить-то некого, поэтому появляются заменители молочного жира. В Калининграде даже построен завод...

Иван Князев: ...соевый?

Александр Калинин: ...по производству заменителей молочного жира, и это разрешено государством и так далее. Вот отсюда все и идет, и на открытии завода был господин Онищенко, ну и так далее.

Оксана Галькевич: Александр Яковлевич, давайте выслушаем еще один звонок, у нас зритель ждет такой возможности.

Иван Князев: Ольга из Оренбурга.

Оксана Галькевич: Да, Ольга из Оренбурга.

Иван Князев: Здравствуйте, Ольга.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Да, говорите, пожалуйста.

Зритель: Мы раньше жили в деревне, у нас все было как бы натуральное хозяйство, вообще почти ничего не покупали, кроме хлеба, а теперь и хлеб перестали покупать, переехали в город, вообще ничего не стали покупать почти в магазине, хлеб сами печем.

Оксана Галькевич: А, сами печете.

Зритель: Да, покупаем муку и печем сами хлеб на закваске.

Оксана Галькевич: Ольга, слушайте, ну это, конечно, все здорово, но мы же понимаем, да, что в современном мире и ритм жизни несколько другой, и, в общем, на всех на нас много обязанностей... Я тоже какое-то время пекла-пекла хлеб, а потом ну все, чуть с ума не сошла, каждый день на всю семью не напечешься. Как вот вообще?

Иван Князев: Хотя некоторые эксперты, наоборот, отмечают такую положительную тенденцию...

Зритель: Ну, как бы это тяжело, ну а с другой стороны, такой хлеб есть вообще невозможно, ну это мы травим детей, травим сами себя, получается.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Вот этот сыр тоже невозможно есть. Сейчас много этих курсов онлайн, стали покупать молоко, стали учиться делать сыр сами.

Оксана Галькевич: Спасибо, Ольга.

Иван Князев: Понятно, спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо. Но все-таки это ведь...

Иван Князев: Про положительную тенденцию, то, что я имею в виду, сейчас многие люди действительно начали сами выращивать те же овощи и тот же хлеб печь.

Оксана Галькевич: Слушайте, ну так мы просто... Это что, back to натуральное хозяйство?

Иван Князев: Получается, нет худа без добра, или опять назад к натуральному хозяйству? Я вот не понимаю, как к этому относиться просто.

Ростислав Гурман: Ну, здесь это становится, знаете, сейчас люди начинают организовываться в сообщества, которые вот каждое находит для себя определенный уровень возможностей выращивать максимально качественные продукты питания. Я думаю, те, кто как-то сорганизуются в сообщества, это будет выход в сторону качества и доступа к таким продуктам питания.

Иван Князев: Но это же только, понимаете, это же не в мегаполисах...

Ростислав Гурман: Ну это да, это...

Иван Князев: Это для тех, кто живет на земле, могут себе позволить и так далее.

Ростислав Гурман: Дача, лето и все такое.

Иван Князев: А в городах у нас что получается тогда, останутся... ?

Оксана Галькевич: Уважаемые гости...

Александр Калинин: Что можно посоветовать потребителям, поскольку я их защищаю?

Оксана Галькевич: Да.

Александр Калинин: Первое: у нас рыночная экономика, как бы мы ее ни ругали, обеспечила ключевое право – право выбора, когда приходишь в молочный отдел, а там 70 с лишним наименований молочной продукции. Разве это плохо? Это, так сказать, завоевание современной России.

Второе. Никто не заставляет потребителя немедленно заниматься хватательными, так сказать, действиями, надо обязательно подумать, посмотреть, что выбрать и как. Третье: обязательно читайте этикетку. На этикетке, как бы там мелким шрифтом ни было написано, самое интересное как раз пишется мелким шрифтом...

Оксана Галькевич: Всегда.

Александр Калинин: Обязательно постарайтесь прочитать.

Оксана Галькевич: Не только в магазинах, но и в банках.

Александр Калинин: И если вы, например, увидите, что не масло, например, оливковое в продукте или масло подсолнечное...

Иван Князев: Не берите просто.

Александр Калинин: ...а написано «растительные масла», сразу надо подумать.

Иван Князев: Ну, это же, понимаете, Александр Яковлевич, еще от цены зависит, смотря сколько это стоит. Тут понятно, что нужно все натуральное.

Александр Калинин: И последнее – обязательно надо смотреть питательную ценность, количество углеводов, белков, жиров, сколько чего, питательная ценность. И последнее: если вдруг вы ошиблись, вас обманули, немедленно надо обратиться вначале, конечно, к продавцам, к администрации магазина...

Иван Князев: ...а потом в Роспотребнадзор, да?

Александр Калинин: А потом уже, если там не понимают, есть Роспотребнадзор, и общества потребителей по всей стране.

Иван Князев: Уважаемые гости, знаете, вот что интересует: а у нас в стране есть какая-нибудь, я не знаю, национальная политика питания, причем здорового питания? Потому что что мы с нацией в конечном итоге делаем?

Оксана Галькевич: Вот я как раз хотела спросить, Александр Яковлевич, вы сказали о том, сколько мы там, 970 килограммов должны съедать как северные жители всякой разной еды, разной еды, а сколько мы должны съедать не разной, а, так сказать, продуманной? Как продуманно подходить к своему рациону? Потому что хлеб да картошка...

Иван Князев: Щи да каша – пища наша.

Оксана Галькевич: ...далеко не уедем, лет в 40 ты уже диабетик, проблемы копятся и копятся. Вот что делать? Понятно, рыба и мясо... Давайте вот так вот учтем, что рыба и мясо – это цель такая же для нас, к сожалению, сейчас практически для многих недостижимая, как коммунизм. Так вот как дешево и эффективно составить свой рацион здоровый?

Александр Калинин: Очень сложно его составить. У нас в соответствии с законодательством нормы потребления рыбы на человека в России 19 килограммов в год. Разделите 19 килограммов на 365 дней, в Москве получается 70 граммов в сутки.

Оксана Галькевич: Да, ага.

Александр Калинин: Ну представьте себе, что мы Сергею Семеновичу Собянину, он подписывал, дадим 70 граммов рыбы – наверное, он будет не очень доволен, и пол-яйца у него написано, утверждено, ну и многое другое. То же самое по мясу, 59 килограммов сейчас с учетом, так сказать, ливера, с учетом всего, всяких внутренностей мясной продукции, не мяса, а мясной продукции.

Оксана Галькевич: Да.

Александр Калинин: 59 килограммов тоже ведь мало.

Оксана Галькевич: Время, Александр Яковлевич, я, к сожалению, вас прерываю...

Александр Калинин: И многое другое.

Оксана Галькевич: Да. Ростислав Валерьевич, если можно коротко, 30 секунд – что делать, как составить свой рацион, чтобы недорого, но правильно?

Ростислав Гурман: Ну вот сейчас у меня был небольшой опыт с коллегами, мы за 150 рублей приготовили овощные блюда и впятером поели. Я был очень сильно удивлен, что можно в принципе готовить дешево, вкусно и полезно.

Иван Князев: Это хорошо вот так...

Оксана Галькевич: Слушайте, вы правильную, кстати, вещь, между прочим, сказали, знаю по себе, по своему ведению хозяйства – ну просто самим готовить, отказаться от полуфабрикатов в первую очередь.

Ростислав Гурман: Да.

Оксана Галькевич: Спасибо большое!

Иван Князев: Спасибо. Ростислав Гурман, эксперт по качеству и безопасности продуктов питания, был у нас в гостях, и Александр Калинин, генеральный директор Национального фонда защиты потребителей, академик РАЕН. Спасибо вам большое, уважаемые гости.

Ростислав Гурман: Спасибо.

Иван Князев: После небольшого перерыва будем выяснять, как жить долго-то нам всем.

Оксана Галькевич: Кстати, связанные темы, да?

Иван Князев: Да.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Чем и как должна питаться страна, чтобы нормально жить и работать