ТЕМА ДНЯ: Неприступная «вышка»

ТЕМА ДНЯ: Неприступная «вышка» | Программы | ОТР

Насколько доступно бесплатное и платное образование в нашей стране? И какие знания качественнее - за деньги или без?

2021-01-25T15:20:00+03:00
ТЕМА ДНЯ: Неприступная «вышка»
Траты на 8 марта. Чего хотят женщины. Как укрепить семью. Вакцинация шагает по стране. Гостевой бизнес
Поздравляем с 8 марта. Дорого
Женщины должны/хотят работать?
Сергей Лесков: Русская женщина всегда обладала таким набором добродетелей и качеств, который делал её самой желанной на свете
Чтобы семьи были больше, нужно...
Что делать, если с вас пытаются получить чужие долги?
Вы к нам из тени, а мы вам - кредиты!
ТЕМА ДНЯ: Цветы и подарки к 8 марта
Посчитают доходы и помогут
Уколоться - и забыть о COVID-19
Гости
Павел Красноруцкий
председатель Российского Союза Молодежи, член Общественной палаты РФ
Олег Смолин
депутат Государственной Думы РФ, первый зампред комитета по образованию и науке
Амет Володарский
омбудсмен в сфере образования

Петр Кузнецов: Мы в прямом эфире, это программа «ОТРажение», дневная ее часть. Сегодня понедельник, Ольга Арсланова, Петр Кузнецов. Продолжаем, поговорим о высшем образовании. Оно должно быть бесплатным: треть россиян не согласны платить за обучение, они не готовы отдавать деньги ни за себя, ни за детей, или у них просто нет таких денег, в этом опросе не уточняется.

Ольга Арсланова: Больше всего противников платных вузов в Южном федеральном округе и на Северном Кавказе, меньше всего на Дальнем Востоке и в Санкт-Петербурге, то есть вот как раз в этих двух регионах чаще родители готовы платить за образование.

Петр Кузнецов: При необходимости за высшее образование готовы платить чуть больше 60% опрошенных, и только 7% уверены, что хорошее высшее образование можно получить только за деньги.

Ольга Арсланова: Интересно, что отношение граждан к кредитам на образование тоже меняется в последнее время. Несмотря на то, что более двух третей россиян согласны платить за высшее образование, брать на эти цели кредиты готовы меньше половины, остальные никогда не брали и не возьмут кредит на образование.

А образование высшее бесплатное или за деньги? Это наша большая тема в Татьянин день, в студенческий день самое время об этом поговорить.

Петр Кузнецов: «Нужно ли высшее образование в наше время?» – этот вопрос мы задавали людям на улицах различных городов. Давайте посмотрим, что получилось.

ОПРОС

Ольга Арсланова: Хотим провести свой опрос, поговорить с вами, готовы ли вы платить за образование, может быть, уже платите, зачем вы это делаете. Как вам кажется, высшее образование – это история массовая или все-таки не для всех? Нужно ли нам всем получать высшее образование в обязательном порядке? Давайте об этом говорить прямо сейчас.

Петр Кузнецов: С нами сейчас на связи Олег Смолин, депутат Госдумы, первый зампред Комитета по образованию и науке. Олег Николаевич, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Олег Смолин: Добрый день, уважаемые ведущие и уважаемые зрители канала.

Петр Кузнецов: Если мы отталкиваемся от опроса, с которого мы начали, почему такое ощущение, как вам кажется, граждан сейчас к высшему образованию? Только ли здесь дело в деньгах?

Олег Смолин: Ну, во-первых, меня удивили цифры, что 2/3 готовы платить за высшее образование, это поразительно.

Ольга Арсланова: Ага. Причем, Олег Николаевич, вряд ли это потому, что эти люди очень богатые.

Петр Кузнецов: Там знаете, как это? Я прошу прощения, там есть такая опция, как «при необходимости». Если говорить о том, что готовы платить, потому что это вот только за деньги хорошее образование, это 7%. Вот что такое «при необходимости», это тоже нужно понимать.

Олег Смолин: Да. А можно я все-таки закончу мысль?

Итак, этот результат меня поразил, поразил с точки зрения того, что у нас гораздо больше бедных, чем принято думать. Если верить социологическим опросам, 10% говорят, что им денег не хватает на еду, это даже не бедность, это прямая нищета, еще примерно 30% говорят, что денег не хватает на одежду, какое тут высшее образование, это уже 40%. Сто процентов минус сорок процентов получается шестьдесят. Значит, похоже, что даже 6% тех, кому денег не хватает на одежду, готовы ради высшего образования лишать себя очень многого. Это, с одной стороны, удивительно, а с другой стороны, показывает отношение родителей в частности к тому, как они высоко ценят образование для своих детей.

Кстати, если верить социологическим опросам (я отвлекусь на минуту), отдельный человек может вполне пробиться и без высшего образования: Билл Гейтс, да мало ли других. Но если верить общей экономической социологии, то человек с высшим образованием создает в среднем вдвое больше национального богатства на душу этого человека, чем человек без высшего образования, не каждый отдельный, а в среднем. Точно так же люди с высшим образованием, особенно мужчины, в среднем дольше живут. Встречаясь со студентами, я всегда говорю: «Девчата, обратите на это внимание, хотите жить долго и счастливо – имейте это в виду».

Люди с высшим образованием в среднем более ответственные граждане. И наконец, учитывая печально знаменитый закон о повышении пенсионного возраста, люди с высшим образованием значительно легче находят работу в предпенсионном возрасте, чем люди, такого образования не имеющие. Поэтому на уровне страны, на уровне общественных групп высшее образование по-прежнему остается крайне полезным, это первое.

Теперь что касается платного и бесплатного. Я хочу разочаровать 7% граждан, которые заявили, что только на платной основе можно получить хорошее высшее образование. Среднестатистический, среднесоциологические данные показывают, что опять же в среднем в России бюджетное образование более качественное, чем платное. Когда вводили в России платное образование, рассуждали так: раз человек платит, он будет чувствовать свою ответственность. У нас иногда бывает наоборот: «Мы вам заплатили, чего вы еще от нас хотите?» – такие позиции есть. Я напомню, что сын одного из российских олигархов, фамилия неважна, недавно ушел из Высшей школы экономики, где он получил последний рейтинг, и был отправлен отцом в армию, ни больше ни меньше.

Ольга Арсланова: Российский, заметим, да.

Олег Смолин: Вот. Поэтому само собой, с моей точки зрения, нужно расширять возможности получения высшего образования на бюджетной основе. Напомню, что, когда учился я в советский период, 220 студентов на 10 тысяч населения учились, получали высшее образование бесплатно, сейчас таких меньше 130 на 10 тысяч населения, это первый факт.

Факт второй: когда я учился, стипендия студенческая моих товарищей (я получал больше как человек с инвалидностью), студенческая стипендия обычная составляла 80% от прожиточного минимума, сейчас расчетная стипендия составляет 13% от прожиточного минимума. И мы с грустью шутим, что прежде студент учился и подрабатывал, а теперь работает и подучивается.

Что касается вопроса, который мне задавали накануне этой программы: а правильно ли, что студент может получить высшее образование бесплатно только если он получает высшее образование впервые? Неправильно. Мы вносили законопроекты многократно, по крайней мере по этой позиции трижды. Один назывался «О народном образовании», другой «Образование для всех», а третий специальный законопроект, в котором мы утверждали, что если человек первое высшее образование получил за деньги, то он имеет право однажды второй раз, какое бы оно ни было по счету, получить образование за бюджетные деньги, если он, конечно, выдержал конкурс. Вот наша позиция по этому поводу.

Ольга Арсланова: Ага.

Олег Николаевич, я знаю родителей, которые начинают на высшее образование детям откладывать, пока те еще ходят в младшие классы школы, потому что воспринимают высшее образование действительно как социальный лифт, и вы привели аргументы в пользу как раз такого мышления. Но вопрос: неужели у нас мало людей, которые получили высшее образование в свое время, работают не по специальности и выполняют низкоквалифицированную работу, потому что это образование им не пригодилось? И это не потому, что они глупые или образование плохое, а вот такой перекос на рынке труда.

Олег Смолин: Ну, давайте начнем с того, что что такое «работают не по специальности»? Ну, например, депутатов Государственной Думы и членов правительства никто не учил на депутатов Государственной Думы и членов правительства, начнем с этого. Точно так же, скажем, люди, закончившие педагогические университеты, если они работают не в школе, например, в какой-то системе, где выстраиваются отношения человек – человек, мы считаем, что педагогическое образование здесь, мягко говоря, не повредило.

Другое дело, что, действительно, у нас есть некоторые перекосы на рынке труда. В последнее время больше ребят идут после 9 класса не в старшие классы, а в систему среднего профобразования отчасти потому, что поняли, что иногда квалифицированный рабочий может получать больше, чем учитель, это во многом тоже перекос нашей социальной политики. Но в значительной степени идут в средние профучебные заведения, потому что хотят избежать Единого государственного экзамена, 52% детей после 9 класса идут уже в СПО, а не в старшие классы.

Поэтому здесь много, много факторов, но в целом, повторю еще раз, не надо думать, что высшее образование оправдано только тогда, когда человек работает ровно по той специальности, которую он получил. Оно может пригодиться и в других сферах деятельности.

Петр Кузнецов: Что у нас сейчас происходит с этим балансом платное не платное? Вот в прошлом пандемийном году президент поручил довести количество бюджетных мест до 60%, совсем недавно мы обсуждали в этой студии новость о том, что возраст студентов-бюджетников могут повысить до 35 лет. Что сейчас? В каком направлении?

Олег Смолин: Ну, начну с того, что нет такой новости, что возраст могут повысить до 35 лет. Это в советский период было ограничение очного высшего образования 30 годами, в действующем законе этого нет. Поэтому коллеги, которые вносили или готовят законопроект про 35 лет, просто не прочитали действующий закон, начнем с этого.

Петр Кузнецов: Ага.

Олег Смолин: Теперь что касается бюджетных мест. Действительно, по поручению президента в 2020-м и в 2021-х гг. прием на бюджетные места увеличится. Но после 2016 года он с каждым годом сокращался, поэтому в 2021 году, после исполнения поручения президента, мы более-менее выйдем на 2016 год, не более того. Напомню еще раз, да, в советский период 220 студентов на 10 тысяч населения, сейчас меньше 130 студентов на 10 тысяч населения.

Правда, сейчас в законе об образовании записана красивая формула, не меньше 800 студентов на 10 тысяч молодежи в возрасте до 30 лет. Но во всем мире считают студентов в расчете не на молодежь, а на все население, потому что теперь формула «образование один раз на всю жизнь» заменяется формулой «образование в течение всей жизни», и другое высшее образование может потребоваться человеку и за 30, и даже за 40.

Петр Кузнецов: Безусловно.

Можно ли сказать, что у нас есть четкие государственные планы? Концепция какова вообще в плане... ? Сделать образование доступным, сделать его более распространенным?

Олег Смолин: Дело в том, что благодаря усилиям родителей и самих студентов мы одна из первых стран мира по количеству людей с дипломами о высшем образовании, подчеркиваю, 54% у нас и в Канаде, рекорд.

Петр Кузнецов: Ага.

Олег Смолин: Последние данные, которые я видел.

Петр Кузнецов: И охранников с дипломами у нас много.

Олег Смолин: Но количество дипломов – это не то же самое, что количество людей, действительно имеющих высшее образование. Я, конечно, не разделяю мнение о том, что наши университеты, в том числе МГУ, где-то там должны быть во второй сотне, я считаю, что МГУ точно должен быть в первой сотне, я думаю, что в первой тридцатке, а может быть, даже и в первой десятке. Но мы должны понимать, что наличие диплома – это не то же самое, что наличие образования.

Дипломированных очень много, образованных, увы, гораздо меньше, и по сравнению с советскими временами качество высшего образования, увы, заметно упало. Как говорил мой учитель и друг, декан с 40-летним стажем гуманитарного факультета в городе Омске, он говорит: «Сейчас выпускник гуманитарного факультета знает примерно столько же, сколько хороший выпускник советской школы».

Ольга Арсланова: Это правда, в смысле старшее поколение тоже так говорит.

Олег Николаевич, а что насчет цен? Вот не так давно ваши коллеги по Госдуме предложили ввести мораторий на рост цен на образование. Как вам кажется, дорогое ли у нас образование платное сейчас? И что с этими ценами должно быть?

Олег Смолин: У нас платное образование сейчас в основном подешевле, чем в социальных государствах Европы. Но если посчитать в соотношении с заработной платой, то оно дорогое, это первое. Второе: существуют подзаконные акты, которые предусматривают, что не должны цены на высшее образование расти быстрее средних цен по Российской Федерации. Но повторяю, самое главное, с моей точки зрения, нужно увеличивать количество бюджетных мест, чтобы расширять доступ к высшему образованию для тех, кто не умеет за него платить.

Но у нас удивительная вообще история. Во всем мире считается нормой, если половина студентов в процессе обучения отчисляются, не выдерживают, не осваивают программы высшего образования. У нас мало принимаем на бюджетные места, но, если уж приняли, тогда стараются ни в коем случае не отсеивать. Это тоже неправильно. Студент должен понимать: поступил? – учись изо всех сил.

Петр Кузнецов: Спасибо вам большое за этот комментарий.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Олег Смолин, депутат Госдумы и первый зампред Комитета по образованию и науке.

Мы читаем и слушаем наших телезрителей, в данном случае последнее. Давайте послушаем Владимира из Московской области, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Добрый день, Владимир.

Зритель: Добрый день, добрый день, уважаемые ведущие.

Полностью поддерживаю выступавшего перед этим товарища. Хотел бы высказаться, почему высшее становится недоступным. Я 40 с лишним лет назад учился бесплатно, как вы понимаете, ну а сейчас мы всем семейством учим внучку в университете, вот поэтому оно недоступно для большинства людей становится. Потому что мало того, что родители платят, подключены все бабушки, дедушки, и общими усилиями мы доучим, конечно, внучку, благо она на IV курсе и уже начинает подрабатывать. Но, в общем-то, это не дело, конечно, потому что вся семья отказывает себе в чем-то, лекарства и прочее, прочее...

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, а как вот это поднатаскивание происходит всей семьей?

Ольга Арсланова: Скидываются?

Зритель: Нет, не поднатаскивание, а мы помогаем материально...

Петр Кузнецов: А-а-а, материально.

Ольга Арсланова: А сколько стоит, если не секрет?

Петр Кузнецов: Боже, я почему-то представил картину, что все над одним учебником...

Ольга Арсланова: Владимир, а сколько... ?

Зритель: Хотя натаскивать мы тоже можем, потому что все с высшим образованием, все педагоги по большей части.

Ольга Арсланова: Очень интересно все-таки, Владимир, сколько, если не секрет, стоит это образование, в котором приходится участвовать даже, я так понимаю, пенсионерам.

Зритель: Около 100 тысяч в год.

Ольга Арсланова: Сто тысяч рублей в год.

Зритель: Это очень недорогой рязанский университет.

Петр Кузнецов: А, это даже рязанский. Да, по разбросу цен мы еще поговорим.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Мы сейчас еще в один регион отправимся, у нас история семьи тоже, но из Перми. Как они готовятся к поступлению дочери в высшее учебное заведение?

СЮЖЕТ

Петр Кузнецов: Это история из Перми.

Ольга Арсланова: Из Чебоксар, собственно, да, из Чебоксар. Ну, страна у нас большая...

Петр Кузнецов: Окей.

Ольга Арсланова: Давайте как раз и об этой истории в том числе поговорим прямо сейчас...

Петр Кузнецов: Да.

Ольга Арсланова: ...потому что с нами на связи председатель Российского Союза Молодежи, член Общественной палаты Павел Красноруцкий.

Петр Кузнецов: Вот, моего высшего образования недостаточно, чтобы отличить Пермь от Чебоксар.

Ольга Арсланова: Павел Павлович, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Павел Павлович, у нас на SMS-портале пишут, что высшее образование не нужно платное, потому что платное высшее образование получают те, кому это не надо.

Павел Красноруцкий: Ну, я бы не совсем согласился с таким тезисом. Платное образование получают, наверное, в первую очередь те, кому это нужно, так как тот человек, который платит деньги, он отдает себе отчет, что любые вложения, конечно, в дальнейшем должны окупаться, поэтому я не совсем согласен с таким тезисом.

Ольга Арсланова: А вопрос качества этого образования, вот как раз по мотивам нашего сюжета, мы только что посмотрели, там героиня будет за деньги учиться медицине. В общем, в народе, честно говоря, к врачам, которые учились за деньги, отношение ну очень скептическое. Как вам кажется, платное образование – это всегда знак равно менее качественное образование, точнее даже не менее качественное образование, а менее способный ученик либо менее мотивированный ученик, ну раз он не смог поступить на бесплатное, то, скорее всего, его уровень будет существенно ниже?

Павел Красноруцкий: Ну, я вам такой тезис сейчас скажу: любое образование – оно любое платное. Ведь образование – это такая сложная услуга, которая в себя включает значительные организационные, технологические, людские ресурсы, и тут лишь разница в том, кто за это образование платит, платит за это образование государство либо платит за это образование родитель либо сам студент. Поэтому здесь, наверное, вопрос правильнее поставить не о том, качественное оно будет или некачественное образование после того, как, соответственно, студент поступил и учится, а, наверное, вопрос стоит о том, как он учится.

И очень много примеров того, когда поступают на, скажем так, платное образование и не совсем, так сказать, успешный ученик, не набравший, может быть, необходимого балла по ЕГЭ, поступил в университет, после этого стал хорошим специалистом. А есть такие еще примеры, когда происходят целевые наборы, специально предприятия платят за студентов, для того чтобы в дальнейшем эти студенты переходили к ним работать.

И на самом деле тут так вот категорично говорить о том, что платное образование априори плохое, нежели бесплатное, – а сколько, кстати, примеров есть, когда поступают, вот мои даже коллеги, мои однокашники, которые поступили сначала на платный бюджет, а потом со II курса перешли на бесплатную форму обучения, потому что они хорошо сдали на I курсе экзамены, таких тоже много примеров. И тут, еще раз говорю, однозначно нет знака равенства, платное образование равно какому-то плохому качеству образования.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, а что, по-вашему, мы регулируем наличием или отсутствием в том или ином количестве бюджетных мест?

Павел Красноруцкий: Ну, во-первых, мы же с вами помним ситуацию, когда у нас только ленивый не поступал в университет, конец 1990-х – начало 2000-х гг., все подряд. Забыли, что такое колледжи, забыли, что такое профессиональные специальности, и у всех такое как бы было мнение, что, если ты не получил высшее образование, значит, у тебя дальше путевки в жизни нет.

Потом была целая там работа над тем, чтобы... Проходили сокращения разных филиалов. Иногда такие были филиалы, что там скрывать, в автошколах проводили, так сказать, обучение, в каких-то гаражах находились эти филиалы разных университетов, не будем говорить каких. И Рособрнадзор совместно с Министерством науки и высшего образования проводили систему по ликвидации вот этих вот таких вот нерадивых филиалов и даже университетов. Это касается и государственных, и частных. Сейчас количество, конечно же, сократилось, соответственно, сократилось количество и бюджетных мест.

При этом параллельно активно стала развиваться система подготовки в СПО, и с точки зрения востребованности на рынке труда, – а мы должны, наверное, отталкиваться и от этих задач, – именно по профессиям сейчас возрастает. И те студенты или те абитуриенты, которые для себя приняли решение не поступать в университеты, а поступить, соответственно, в колледж по той или иной специальности, в дальнейшем чтобы трудоустроиться и получать хорошую зарплату, потому что, я так скажу, в стране не хватает квалифицированных сварщиков, токарей, которые...

Петр Кузнецов: Ну да, и именно поэтому там больше, технически бюджетных мест больше, потому что, наверное, это не способ дать бесплатное образование, сколько государство показывает, что «вот здесь вот я показываю свою заинтересованность».

Павел Красноруцкий: Да. И более того, как я сказал, есть же еще и целевые наборы, которые действительно... Те предприятия, которым нужны специалисты именно этих специальностей, они оплачивают, и в дальнейшем они как бы... Некое такое как бы распределение. Ведь раньше, когда мы говорим, что в советское время было только бесплатное образование, там же было еще и распределение, давайте об этом не забывать.

Петр Кузнецов: Ага.

Павел Красноруцкий: Если государство платит, то, пожалуйста, будь добр, поедь в какой-нибудь отдаленный уголок нашей страны и отработай по распределению, а потом, если захочешь, возвращайся. Сейчас же распределения нет. Поэтому если я хочу получить, вот этот сюжет перед тем как, так сказать, я включился, сюжет о стоматологии, о стоматологах, которые, соответственно, платно поступили и обучаются на эту профессию. Но это хорошее, прибыльное дело, люди вкладывают, для того чтобы в дальнейшем зарабатывать на этой профессии. Я на самом деле еще раз подчеркну, ничего плохого в этом не вижу, когда есть смешанная система. Да, у нас большинство – это, конечно, бесплатное образование, но есть и платное; те, кто недобрал баллов, почему они не имеют права за деньги продолжить обучение?

Ольга Арсланова: Давайте наших зрителей подключать к беседе. У нас из Читы Екатерина на связи. Добрый день, слушаем вас.

Зритель: Добрый день, добрый день.

Ольга Арсланова: Да, добрый день.

Петр Кузнецов: Здравствуйте. Говорите, пожалуйста, Екатерина.

Зритель: Да, здравствуйте.

Мы находимся, мы живем в Забайкальском крае. У меня дочка заканчивала простую школу. Мы, получается, получили 277 баллов на ЕГЭ. Исходя из этой ситуации, анализировали прошлый год и поняли, что мы можем поступить в вуз в Москву. Конечно, мы подали в этой сложной ситуации в московский вуз документы, но при наличии 35 бюджетных мест мы смогли поступить только платно.

Ольга Арсланова: Ага.

Зритель: Если в том году мы могли поступить бесплатно по этим баллам, то в этом году вмешалась ситуация с коронавирусом, и дети, которые только вышли на региональный этап, они получили преимущество, то есть сразу 100 баллов. То есть в каждом регионе было не один, не два, не три победителя, а сразу 15. И соответственно, рейтинг очень сильно поднялся и очень поднялись баллы на бюджетные места. На сегодняшний момент...

Ольга Арсланова: Простите, а вы были готовы вообще к такому материально, к тому, что придется платить за образование?

Зритель: Ну, вы знаете, мы были готовы к тому, что будем платить, копили в течение 2 лет. Но, конечно, не были готовы к цене в 290 тысяч.

Ольга Арсланова: Это за год или за семестр?

Зритель: Это за год, это за год. Соответственно, на что вуз пошел на уступку и для детей, набравших большое количество баллов, сделал скидку 60%. В результате мы сейчас учимся, учимся в московском вузе, нам предоставлено общежитие. То есть говорить о полном крахе этой системы образования я не могу, но опять-таки ситуация нестабильная и зависит от успеваемости моей дочери.

Петр Кузнецов: Ага.

Зритель: Соответственно, очень такой, ну как сказать, интересный момент, что все-таки оценка дальнейшая в вузе уже знаний моей дочери идет уже не, так скажем, не по тестированию, а по личному как бы мнению преподавателя. Соответственно, бывают разные ситуации.

Ольга Арсланова: Да, понятно.

Зритель: На сегодняшний момент как бы она сдала все отлично, я уверена, что скидка сохранится, это вариант дальше продолжать обучение, вариант для нас выучить ребенка.

Ольга Арсланова: Спасибо большое. Ну вот смотрите, хорошая история со скидкой, то есть оно вроде бы платное образование, но при этом индивидуальный подход сохраняется.

Павел Красноруцкий: Ну, я на самом деле здесь бы что сказал? Тут несколько тезисов. Первый: а кто сказал, что образование в университетах не московских хуже? Уровень проживания в регионах тоже дешевле. Может быть, изначально смотреть, что у вас там не максимальные баллы, 277 баллов – это в принципе высокие баллы, но параллельно пробовать сразу смотреть по этим же специальностям еще и некоторые региональные вузы поближе к вашему дому.

И качество образования полученного зависит, наверное, не только от вуза и тех преподавателей, но в том числе и от самого студента, насколько ты хочешь это образование получить. Сейчас же ведь, может быть, «благодаря» пандемии нас приучили работать и дистанционно. Если есть желание действительно получать образование, есть много различных дополнительных курсов, в том числе бесплатных курсов онлайн, в которых можно дополучать те знания, которых, может быть, вам не хватает, это первый тезис.

Второй тезис. Все-таки если вы решили поступить в московский вуз на платное образование, платить 290 тысяч за первый, скажем так, год, то, как я уже говорил пример, и вы сами это еще раз подтвердили, что есть такие варианты, когда, если ты хорошо учишься, либо дают скидку, либо вообще переводят на бесплатное образование. И здесь тоже в этом направлении нужно поизучать, заранее, может быть, узнать, только после этого уже для себя все-таки принимать решение. Но тоже нужно принимать во внимание тот факт, что проживание в Москве и обучение в Москве дороже, нежели это все будет проходить в регионе.

Ольга Арсланова: Ага.

Павел Красноруцкий: И при этом, еще раз повторюсь, качество образования я бы не сказал, что прямо так сильно отличается, московский либо хороший госуниверситет того или иного региона.

Петр Кузнецов: Да, но потом, получив его даже в хорошем Томском университете, они же все равно приезжают в Москву просто потому, что они приезжают сюда работать уже со своим образованием.

Павел Красноруцкий: Ну, мне кажется, в этом и есть ключевая проблема, вернее не проблема, а желание получить образование в Москве, чтобы потом в Москве закрепиться.

Петр Кузнецов: Или так.

Павел Красноруцкий: Соответственно, параллельно на старших курсах найти работу уже потихоньку, проходить какие-то стажировки или подрабатывать, и после того, как закончится обучение в университете, плавненько перейти уже работать в какое-то одно из предприятий.

Ольга Арсланова: Правда, правда российской жизни.

Павел Красноруцкий: Да.

Ольга Арсланова: Хотя наши зрители пишут, что уровень образования в Томске и Новосибирске выше московского, но техническая база ниже, вот такой получается разброс. Спасибо. Павел Красноруцкий был у нас в эфире.

Петр Кузнецов: А мы приветствуем еще одного эксперта – Амет Володарский, омбудсмен в сфере образования. Амет Александрович, здравствуйте.

Амет Володарский: Да, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Чтобы далеко не отходить от столичных и региональных вузов, скажите, пожалуйста, а почему такая разница в стоимости по вузам? От чего это зависит? Зависит ли это от качества образования, от преподавательского состава? Или здесь бренд прежде всего?

Амет Володарский: Значит, во-первых, к сожалению, Рособрнадзор в свое время установил лимит, ниже которого, значит, та или иная программа не может стоить. На мой взгляд, это безобразие. Есть вузы, частные вузы, которые благодаря своим новым методикам, благодаря своей предприимчивости сократили расходы, например, на хозяйственное обслуживание зданий, лабораторий и так далее и уменьшили себестоимость обучения. Но есть по каждому направлению, значит, точка, ниже которой опускаться нельзя, это первое.

Второе. Сегодня самые дорогие вузы, самые дорогие по стоимости обучения – это государственные вузы. Поэтому я, честно говоря, вот сейчас послушал несколько экспертов, репортажи посмотрел… Вы знаете, я очень переживаю за то, что у нас очень много людей лицемерят, когда начинают говорить про государственное и частное образование, начинают говорить про то, что платное образование априори хуже, чем государственное, потому что оно менее эффективное, оно менее, значит, популярное. Но, коллеги, вот те самые люди, которые так говорят, я вот им задаю вопрос: вы к стоматологу какому ходите, к частному или к государственному?

Ольга Арсланова: Ага.

Амет Володарский: Вы своих жен отправляете рожать в государственную или частную клинику? Естественно, я задаю этот вопрос тем людям, которые лицемерят, начинают рассказывать и бороться с частным образованием, говоря о том, что оно априори хуже. Так вот выясняется, что, естественно, к стоматологу они ходят частному в частную клинику, детей они рожают в Лапино или в каких-то других клиниках, тещ отправляют в Израиль лечиться в платные клиники...

Ольга Арсланова: Но, Амет Александрович, очень часто (я прошу прощения, вас перебью) во всех этих самых дорогих местах работают как раз врачи, которые получали бесплатное советское образование.

Амет Володарский: Неправда, неправда.

Ольга Арсланова: Часто.

Амет Володарский: Неправда. Значит, вот тут готов с вами поспорить.

Во-первых, бесплатного образования, как правильно сказал предыдущий оратор, не было никогда. Даже, значит, в период первобытнообщинного строя были первые детские сады и так называемым «воспитателям», которые присматривали за детьми воинов, им платили продуктами, добытыми на поле войны. Поэтому никогда не было образование бесплатным: либо это платит государство, но государство платит из какого кармана? – из налогов, из наших с вами налогов.

Поэтому у меня вопрос, почему те же самые государственные вузы, сейчас есть вузы, в которых мы насчитали 80% студентов, учащихся на платной основе. Внимание: там здание построено за счет народных средств, наших с вами налогов; там лаборатории и преподавательский состав получают зарплату за счет государственных средств. И еще 75–80% студентов там на платной основе. Поэтому... Это я как бы не отвечаю в данном случае на ваш предыдущий вопрос.

Но на предыдущий вопрос хочу ответить следующее, что сегодня вообще нет граней в мире, вот уже на сегодняшний момент практически нет граней между средним специальным образованием, высшим образованием и так называемым апгрейдом, когда человек в рамках long-life learning постоянно повышает свою квалификацию, мы с вами об этом говорили, про модульную систему образования. И вот те самые врачи, которые работают и в Лапино, и в других клиниках, они постоянно получают дополнительное образование, и оно платное, оно дорогое. И нет сегодня хорошего врача, который бы не занимался ежегодно апгрейдом своих знаний, и это образование очень дорогое.

Ольга Арсланова: Да, главное, чтобы деньги были, действительно. Спасибо вам большое.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Амет Володарский был с нами на связи, омбудсмен в сфере образования. Сегодня Татьянин день, поэтому вот такие студенческие темы в нашем эфире.

Мы продолжим через несколько минут.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Насколько доступно бесплатное и платное образование в нашей стране? И какие знания качественнее - за деньги или без?