ТЕМА ДНЯ: Скинемся на дороги?

Гости
Темур Абдуллаев
координатор проекта «Дороги Ярославля»
Олег Бадера
председатель комитета по развитию транспортной инфраструктуры Общероссийской общественной организации «Деловая Россия»
Андрей Мухортиков
член Общественного совета при Министерстве транспорта и дорожной инфраструктуры Московской области

Иван Князев: В эфире «ОТРажение», мы продолжаем, с вами Тамара Шорникова...

Тамара Шорникова: ...и Иван Князев. Есть к вам предложение скинуться на наши дороги: Министерство транспорта хочет привлечь средства массового пользователя, поделился глава ведомства Евгений Дитрих, проще говоря, занять у населения на магистрали, путепроводы и так далее. Поучаствовать в строительстве инфраструктурных объектов мы сможем, если приобретем облигации у государства. Нам обещают доход, ну и, собственно, новые дороги.

Иван Князев: Ну да, своих-то денег у государства не хватает. Вот смотрите, друзья, комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры, вот так он у нас называется, такой самый дорогой и самый недофинансированный из национальных проектов. В 2020 году на него требуется 1 триллион рублей, в следующем году уже 1 триллион 200 миллиардов, а в 2022-м 1,5 триллиона рублей, вот эти деньги нужны. А что вот сейчас есть в бюджете? А в бюджете денег на треть меньше, 300 миллиардов рублей в этом году только запланировано, то есть не хватает их.

Тамара Шорникова: Ну и, судя по новостям, желающих инвестировать в крупные проекты сейчас стало меньше. Так ли это и что будет с планами правительства и с нашими дорогами? Насколько перспективной может быть идея с облигациями? Вот такой вопрос к вам: вы готовы скинуться на ремонт дорог? Это наш SMS-опрос, отвечайте на короткий номер «да» или «нет».

Иван Князев: Да, в конце обсуждения посмотрим, сколько граждан готовы скинуться на ремонт дорог в нашей стране. Ну, кое-где это уже происходит. Вот смотрите, с миру по нитке – горожанам дорога: в некоторых регионах страны люди решительно взялись за вторую национальную беду. Жители улицы Тургенева в Батайске, чтобы больше не тратить на ремонт своих автомобилей по 40–50 тысяч в год, скинулись сообща на реконструкцию проезжей части квартала, они потеряли вообще всякую надежду достучаться до администрации города. Среди активистов-батайчан оказались и те, кто разбираются, оказывается, в дорожном строительстве, они лично руководили нанятыми работниками. Правда, собранной суммы, 28 тысяч рублей, хватило лишь на латание дыр, а не на полноценный ремонт, хотя скинулись все соседи.

Олег Дзыс: Кто сколько, да, потому что не каждый может там много себе позволить по нынешним ценам, заработкам и в свете, как говорится, последних событий.

Сергей Кирокасян: Нам понадобилось всего 4 машины, на 4 машины нам не хватило, мы купили 3. Если бы мы могли собрать тысяч 80–90, здесь бы положили вообще хороший слой.

– Да, мы бы здесь положили просто полностью.

Сергей Кирокасян: Наняли бы трактор, грейдер и выравняли.

Тамара Шорникова: А в Новосинеглазово, это район Челябинска, жителям на новую дорогу удалось собрать больше, почти 230 тысяч рублей. Заказали 15 машин для снятия асфальта, нашли трактор, каток, отремонтировали впервые за 15 лет. А спустя несколько дней местные чиновники объявили, что собирались приступить к ремонту со дня на день, но просто не успели. Горожане, впрочем, просят власти не расстраиваться: денег жителей хватило лишь на 700 метров, это меньше третьей части той самой убитой дороги.

Иван Князев: Вовремя власти спохватились. А меня, Тамара, знаешь, вообще поражает: понимаете, граждане на полном серьезе обсуждают, «вот мы столько потратили, нам столько не хватило» – это вообще не должна быть их забота, а они за это взялись сами. Вот это очень интересно.

Тамара Шорникова: Слушай, ну должна не должна, вот давай и спросим у наших телезрителей. Если денег действительно не хватает, что делать? Ждать еще столетие?

Иван Князев: Звоните-пишите нам, друзья.

Тамара Шорникова: Рассказывайте, да, делитесь своим мнением.

Мы приглашаем к разговору эксперта – Андрей Мухортиков, член Общественного совета при Министерстве транспорта и дорожной инфраструктуры Московской области.

Иван Князев: Здравствуйте, Андрей Вячеславович.

Андрей Мухортиков: Добрый день.

Иван Князев: Андрей Вячеславович, для начала давайте все-таки разберемся, что это за облигации такие, что это за схема, как она работает, как вот рядовые граждане могут в этом поучаствовать и зачем им это нужно по большому счету?

Тамара Шорникова: Да, что им за это будет?

Андрей Мухортиков: Ну, гипотетически облигации может выпускать и Министерство финансов, их могут выпускать и регионы. В данном случае, насколько я понимаю, речь идет о федеральных облигациях, что логично, потому что федеральные облигации имеют, скажем так, максимальный рейтинг и шансов, что их будут покупать, больше всего. Какой будет на них спрос, зависит от надежности, это мы уже выяснили, надежность высокая, и от доходности, соответственно, сколько ставка по этим облигациям будет выше, например, ставки, которую обычный гражданин может получить в банке, положив деньги просто на вклад. Сейчас ставки по вкладам снижаются, поэтому в принципе интерес к каким-то биржевым инструментам, в том числе облигациям, растет.

На мой взгляд, сама идея очень правильная, давно было пора нечто такое сделать, то есть это действительно возможность для людей какую-то доходность на свои сбережения получить и, соответственно, помочь стране решить проблему с дорогами. Странно, что этого раньше не делали.

Иван Князев: Но я так понимаю, что были уже, да, такие примеры. Насколько я понимаю, «РЖД» как-то пользовался тоже такой схемой, Минфин, вот как вы сказали. Денег-то собрать удалось? И вот просто еще для понимания, какая здесь часть будет именно денег народных, рядовых граждан, а какая инвесторов, ведь компании же тоже могут поучаствовать, купить эти облигации?

Андрей Мухортиков: Да, это зависит от того, насколько это будет, так сказать, структурировано, насколько просто будет их купить, будет ли какая-то комиссия банков и какой она будет. То есть несколько лет назад был такой народный как раз облигационный займ Минфина, достаточно популярный, насколько я помню, там все эти облигации разошлись в течение буквально нескольких дней, максимум недель, хотя там был довольно большой объем привлечения, несколько десятков миллиардов рублей. То есть спрос на такие инструменты есть.

Тамара Шорникова: А еще подробнее можете про условия рассказать, чтобы мы телезрителей заинтересовали в новом инструменте? Как мы получаем доходы со вкладов банковских, мы уже примерно понимаем, а вот здесь это раз в год начисляются проценты, когда можно деньги забрать? Вот схема известна?

Андрей Мухортиков: Я могу рассказать, как это с народными облигациями, потому что я сам в них вкладывал.

Тамара Шорникова: Ага.

Иван Князев: Ага.

Андрей Мухортиков: Значит, приходишь в банк, заключаешь договор, открывается счет, соответственно, сдаешь в кассу деньги, тебе, соответственно, дают договор подписанный, тебе дают отчет в режиме онлайн или SMS-оповещение, сколько денег лежит, и раз в квартал идет начисление дохода, соответственно, на эти самые облигации. Этот доход можно как-то снять, перевести на карточку; соответственно, по истечении всего срока, там было 3 года, тебе на карточку переводят, соответственно, всю сумму вклада, проценты, получается, ты снимаешь в процессе. Значит, эти облигации в принципе можно продать, если там внезапно деньги понадобились, но это уже, скажем так, вопрос фондового рынка.

Иван Князев: А они будут там дешеветь, дорожать и так далее в процессе?

Андрей Мухортиков: Они могут немного дешеветь и дорожать, да, это там зависит от вопросов, нюансов, связанных с фондовыми рынками.

Иван Князев: Ага.

Андрей Мухортиков: Но как правило, там такой волатильности, как говорят, нет, то есть это, в общем, облигации достаточно высокого класса, фактически надежность денег такая же, как в банке, может быть, даже и выше, потому что это государство.

Тамара Шорникова: Ну и примерно понятно, что зависит от того, сколько вложить, то есть сколько купить этих облигаций. Ну вот вы примерно сколько заработали, чтобы было понятно, о чем вообще речь идет?

Андрей Мухортиков: Ну, там получалось где-то в среднем, если брать за 3 года, примерно 9% годовых, то есть в принципе это выше, чем по банковскому вкладу.

Тамара Шорникова: Ну конечно, да, с учетом нынешних процентных ставок.

Иван Князев: Давайте звонок послушаем, только сначала несколько SMS. Тульская область пишет: «А где же деньги государства? Куда уходят налоги с населения? Не верим мы вообще всему этому». Костромская область пишет, чтобы построить самим дороги, иначе их сделают платными. Краснодарский край: «Моя мать скупала в свое время облигации, на книжку все несла. Жили мы бедно и были фактически нищими, зато потом весь наш вклад сгорел». Еще телезритель спрашивает: «А где деньги «Платона» и так далее? Где же транспортный налог, акцизы на бензин? Почему все время этих денег... ?»

Андрей Мухортиков: Я могу прокомментировать. Значит, прежде всего деньги, которые взимают в виде налогов, они тратятся на огромное количество целей, начиная с выплаты пенсий, зарплат бюджетникам, оборона, полиция, медицина, образование и так далее. Значит, есть так называемые окрашенные налоги обратной связи – это деньги, которые поступают в бюджет от продажи бензина в виде налогов и акцизов, горюче-смазочных материалов, тот же транспортный налог. Так вот сейчас все эти деньги не покрывают и половины тех денег, которые нужны на строительство дорог, на ремонт, на содержание. То есть дороги не просто нужно построить, их нужно ремонтировать, их нужно убирать, снег чистить, весной латать...

Иван Князев: Ну понятно. Ну то есть, когда нам говорят, что «вот вы платите транспортный налог, вы платите за систему «Платона», это совершенно не означает, что эти деньги идут как раз-таки на ремонт дорог?

Андрей Мухортиков: Эти деньги... «Платон» идет, там отдельная история, там деньги частично идут, собственно, оператору системы, бо́льшая часть идет именно на строительство и реконструкцию, то есть это как раз вот такая целевая история.

Иван Князев: Ага. Но судя по всему, их не хватает.

Андрей Мухортиков: Их считанное количество, то есть нельзя вести речь о том, чтобы там, знаете, на несколько десятков миллиардов рублей можно было бы всю Россию обустроить, – нет, конечно, то есть это речь идет о единицах проектов. У нас в России больше 1,5 миллионов километров дорог, и денег на них, разумеется, не хватает. То есть в последнее время ситуация улучшилась, но пока отрасль все еще недофинансируется, и водители столько не платят, чтобы это все содержать объективно, это вкладчики и бюджет.

Иван Князев: Понятно.

Тамара Шорникова: Да. Давайте послушаем вместе телефонный звонок, Владимир из Липецка. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Владимир.

Зритель: Здравствуйте.

Во сколько раз обходятся новые дороги дороже у нас в России, чем за границей? Их ремонт, их укладка? И почему такая большая разница? У нас ведь гораздо дороже. У нас каждый год перекладывают дороги. Есть такая программа общественно полезных пространств, и вот вместо того, чтобы один лот в одни руки отдавать, разбить можно на сто грантов и выделить сынам Отечества, ребятам, которые своими руками эти дороги будут делать, не чужие фирмы, свои, свою придомовую территорию, с них можно будет спросить и за качество, и за совесть, потому что перед соседями они будут отвечать, потому что живут в этом дворе, и у них никто не сломает, не сворует.

И вот еще один вопрос: а куда же девается бэушный материал, бордюры, которые год назад были новые, были, как сказать, сотнями миллионов бюджетных средств? Их убрали, вывезли на помойку. Вот этот срез, который купили в предыдущем, как сказать, выпуске, что вы сейчас показывали, – это же все должно быть достоянием государства, достоянием моей Родины, это все должно быть в державу, а сейчас все разбазаривается.

У нас вот в Липецке, простите, жуткая чехарда с руководителями дорожного хозяйства, фондов, ну потому что коррупционная составляющая большая. И к сожалению, 4-й миллиард «заармянивают» именно так, и ни копейки до липчан не доходит. Мы бы с удовольствием, как говорится, поучаствовали в благоустройстве собственного двора, собственного города, получили бы этот грант, неважно, 10, 20, 30 тысяч, принесли бы домой, накормили своих детей, сыновья выросли, пошли бы защищать Родину. Ну почему у нас в стране вот все не так, как нужно? Липецк у нас всегда был в топе, а мы сегодня просто... Понимаете?

Иван Князев: Понимаем, да, понимаем ваш вопрос, почему у нас в стране все не так, как нужно.

Андрей Мухортиков: Можно ответить?

Иван Князев: Андрей Вячеславович, да, вот я хотел бы как раз-таки, чтобы вы ответили вот на какой вопрос именно как член Общественного совета по дорожной инфраструктуре в Москве, – а куда уходят все старые бордюры-то у нас?

Андрей Мухортиков: Значит, тут зритель затронул сразу 3 вопроса. Первый – что у нас дороги дороже, чем за границей. Это, скажем так, не совсем так, вернее, совсем не так. За границей, как правило, в стоимости дорог не учитывается стоимость выкупа земли и переноса коммуникаций, у нас это учитывается, соответственно, поэтому получается дороже, и то не всегда.

Второй – контракт жизненного цикла, это когда одна дорога строится и этой же организацией обслуживается. Сейчас у нас объективно просто очень мало желающих, чтобы дорогу построить и дальше ее обслуживать, а если эта дорога небольшая, то это просто невыгодно, то есть это нужно целую сеть делать, а целую сеть делать, строить новых дорог, соответственно, нет денег. А старые дороги... никто не хочет.

Иван Князев: А контракт, прошу прощения, вот этого жизненного цикла у нас, я так понимаю, достаточно длинный или, наоборот, короткий? То есть у нас дороги не очень, что ли, получаются?

Андрей Мухортиков: Идея в чем? Смотрите, идея очень простая. Идея в том, чтобы построила какую-то большую дорогу какая-то организация и чтобы они ее построили так, были заинтересованы построить качественно, чтобы она не разрушалась, сразу с ними заключить контракт на 10 лет, что им раз в год платится какая-то сумма. Если они сразу ее хорошо построили, они, соответственно, с этой суммы больше заработают, потому что меньше придется тратить на ремонт. Идея очень простая и правильная.

А дальше все упирается в детали: чтобы это было выгодно, соответственно, этой компании, во-первых, да, она должна дорогу построить с нуля, то есть не просто отремонтировать, а построить именно с нуля, во-вторых, дорога должна быть большой длительности. То есть в принципе по такой схеме примерно осуществляется с платными дорогами, с той же дорогой Москва – Санкт-Петербург, там примерно такая схема и работает. Но таких дорог у нас пока очень мало, опыта такого также мало.

Последний вопрос насчет среза асфальта, среза бордюров – весь этот материал не выбрасывается. Значит, срез асфальта, как правило, идет обратно в асфальт, это рециклинг так называемый, все это срезается, измельчается, разогревается и обратно укладывается. Что касается бордюров, то опять-таки есть дробилки, которые все это, значит, старый бордюр измельчают в щебень, щебень опять-таки подсыпается в дороги. То есть оно все идет в дело, ничего просто так не выбрасывается.

Иван Князев: Ага, не списываются то есть на свалки?

Андрей Мухортиков: Нет, не списываются, во всяком случае точно не должно. Если что-то такое происходит, это уже предмет для разбирательства компетентных структур.

Иван Князев: Понятно.

Тамара Шорникова: Ладно, про бордюры все-таки спросим, мы думали, что это только москвичей волнует, но вот зрители из разных регионов тоже звонят. Куда, куда уходит вот это вроде свежее дорожное полотно, нормальные, новенькие бордюры?

Иван Князев: То есть они перерабатываются, да, я так понимаю, и дальше в дело идут?

Андрей Мухортиков: В принципе они перерабатываются, да. Но так сказать, вопрос, надо ли менять так часто бордюры, на мой взгляд, так часто их надо менять не везде, на мой взгляд, скорее надо больше внимания уделять, например, понижению уровня газона. У нас очень часто трава выше бордюра, и в любой дождь стекает грязь на дорогу, соответственно, дорога становится грязной, ее надо чистить, это все оседает на машинах, мы все этим дышим. Вот программа по системному понижению уровня газона и установки бордюров там, где их нет, например, – вот такая программа, на мой взгляд, необходима, на мой взгляд, она была бы социально одобряема очень даже.

Иван Князев: Спасибо. Андрей Мухортиков был с нами на связи, член Общественного совета при Министерстве транспорта и дорожной инфраструктуры Московской области.

Тамара Шорникова: Да. Послушаем телефонный звонок, Владимир, Кемеровская область. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Владимир.

Зритель: Здравствуйте. А у меня вот такой вопрос. Допустим, с районного центра до областного центра люди скинулись, деньги, все, и построили, а какой-то олигарх купил эту земельку, дорогу, и потом сделал ее платной, и люди опять платят денежки. Так может быть в России?

Иван Князев: Это кто же ему отдал-то эту дорогу, хочется узнать? Что за олигарх-то такой?

Зритель: А вы не знаете? У нас в России так не делается? У нас все возможно такое, мое, так сказать, мнение.

Иван Князев: Понятно. Ладно, хорошо, спасибо вам.

И Свердловская область у нас еще на связи, Любовь дозвонилась. Здравствуйте, Любовь.

Зритель: Здравствуйте, уважаемые ведущие.

Я хочу сказать, что не надо никаких облигаций, надо просто больше ответственности за ремонтом дорог. Не надо укладывать асфальт в лужи, в дождь и в слякоть. Хотя бы одного вот этого начальника, кто вот так вот разрешил делать, наказали? Нет. Это просто зарывание денег в землю, и никакого бюджета на это не хватит, потому что каждый год тратятся миллионы, триллионы и там больше денег и ничего не получается. Ямочный ремонт тоже не помогает: прошел дождь, стоит лужа, кидают, ногами потопчут, все, дорога сделана. Еще раз говорю, что ни одного начальника вот этой дорожной службы не посадили, не оштрафовали, не наказали никак.

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: А с народа собирать деньги – да никаких денег не хватит. Соберут с меня деньги, так же в яму закопают, но это же мои деньги, а повлиять я на этого начальника никак не могу.

Тамара Шорникова: Да, спасибо, Любовь, очень правильный вопрос.

Иван Князев: Спасибо вам, Любовь, за ваше мнение, за вопрос.

Тамара Шорникова: Ответственность, помогут ли бо́льшие деньги при нынешнем подходе или нет...

Иван Князев: ...сделать дороги качественными.

Тамара Шорникова: Да. Смотрите, промежуточный итог подведем: скинуться вот в такой формулировке на новые дороги готовы лишь 8% россиян, соответственно, большинство нет, не готовы. Немного переформулируем, спросим: готовы ли дать в долг государству на дороги? Даже доход какой-то обещают. «Да» или «нет», вот интересно будет посмотреть, изменятся ли цифры.

Иван Князев: Вот в связи с этим Иркутская область пишет: «Чтобы эти облигации окупились, должны окупиться дороги, а дороги, значит, станут платными?» Курганская область по поводу качества: «У нас построили дорогу, сразу же начали потом трубы укладывать». Астраханская область, село Никольское: «Дорог вообще нет, нечего ремонтировать».

Тамара Шорникова: Давайте посмотрим, что в Вологодской области, как с дорогами там, наш видеоматериал сейчас.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Долго ждать придется.

Тамара Шорникова: Ну вот смотрите, там 300 метров, там 700 метров. Давайте покажем информацию, подобрали тут, подбили цифры, сколько у нас вообще дорог в России. Росстат предоставляет данные о протяженности путей сообщения в нашей стране (данные, правда, на 2018 год) – 1 миллион 500 тысяч километров, ну чуть больше. Это всего столько дорог, а доля дорог с твердым покрытием в общей протяженности этих автомобильных составляет более 70%.

Иван Князев: Ну то есть есть еще 30%, которые не покрыты вообще никак.

Тамара Шорникова: Которые, да, вроде как дорога, но может быть направление. И посмотрим, что с плотностью автомобильных дорог в других странах. Вот по плотности автомобильной сети Россия уступает многим развитым странам мира и даже соседям по СНГ. То есть ну понятно, мы уже привыкли, что там где-нибудь в Америке, в Германии получше...

Иван Князев: В Японии, во Франции, да, ситуация получше.

Тамара Шорникова: Да. Но лучше ситуация, как выясняется, и, например, в Таджикистане, и в Молдавии в той же. Почему так выходит, будем выяснять вместе с новым экспертом: Олег Бадера выходит с нами на связь, председатель Комитета по развитию транспортной инфраструктуры Общероссийской общественной организации «Деловая Россия».

Иван Князев: Здравствуйте, Олег Алексеевич.

Олег Бадера: Да, здравствуйте, Иван и Тамара, рад вас видеть.

Иван Князев: Взаимно.

Тамара Шорникова: Да. Олег Алексеевич, ну вот сейчас попытались разобраться. Страна у нас большая, конечно, территории огромные, но при этом как так получается все-таки, что у нас дорог, вот их протяженность, охват, меньше даже, чем у соседей? Может быть, мы привыкли думать, что у нас-то с экономикой получше, например, наверное, чем в Таджикистане или Молдавии.

Олег Бадера: Мы с вами эту тему уже обсуждаем лет 10, и, к сожалению, несильно меняется ситуация. Мы в прошлом году как-то воодушевились все, когда был принят нацпроект «Безопасные дороги России», и выделили на этот нацпроект 5 триллионов рублей, уже тяжело даже выговорить такие цифры. Но к сожалению, сейчас все реже начинаем говорить про этот нацпроект.

Дороги находятся в плохом состоянии, к сожалению, и ситуация меняется медленно. И вот новая тенденция, что давайте выпустим облигации, привлечем еще деньги... Я, к сожалению, пропустил этот Координационный совет, был в отпуске и не успел послушать, какие важные задачи, зачем еще привлекать деньги, хотя мне казалось, что 5 триллионов рублей достаточно на 5 лет, чтобы можно было и дороги привести в порядок, и построить.

Иван Князев: Ну, как видите, не хватает.

Олег Бадера: И мы отстаем, мы не успеваем осваивать эти деньги. Вы помните, что правительство Медведева писал было уволено в том числе за срыв реализации нацпроектов, и нацпроект по дорогам такой важный, центральный, и, к сожалению, везде подводили итоги, что он тоже был не исполнен. Посмотрим, что будет по итогам этого года.

Тамара Шорникова: Да, вот как раз тоже хотелось бы понять. У нас телезрительница интересовалась, насколько эффективно вообще работают у нас дорожники и те, кто выделяют деньги на дороги, помогут ли бо́льшие деньги улучшить качество работ, ускорить ремонт и так далее.

Вот маленький пример по области, я думаю, что такую ситуацию можно распространить на страну. Кировская область, Кировстат дает данные: почти 80% муниципальных дорог не соответствуют нормативам. И вот что касается скорости ремонта, за год на 0,6% удалось как-то ситуацию поправить. Восемьдесят и ноль целых шесть десятых – мы понимаем, что с такими темпами ремонта нужен будет век на то, чтобы ситуацию исправить. За этот век, естественно, те, что недавно отремонтировались дороги, уже придут в негодность. Соответственно, вот мы хотим собрать больше – а мы сейчас умеем эффективно использовать наши деньги?

Олег Бадера: К сожалению, мы эту тему очень редко обсуждаем, она редко обсуждаема, редко кто обсуждает. Вообще для чего нужны дороги? Дорога – это подвижность населения, это люди должны перемещаться и приносить государству дополнительные доходы: это и налоги, это и развитие бизнеса. Но никто не видит этот процесс замкнутый, все видят процесс, что надо взять деньги, надо потратить и с каким-то там коэффициентом что-то где-то построить. Какой будет от этого эффект, никто не видит и не считает, это, наверное, главная проблема в нашем государстве, мы не занимаемся экономикой, у нас нет экономических процессов, у нас процесс, как взять, потратить и отчитаться за эту трату. И к сожалению, эффекта от этого нет.

Иван Князев: А почему же тогда строим так медленно все-таки, Олег Алексеевич, хотелось бы понять? Технологий не хватает, умения не хватает, людей не хватает, лопат не хватает?

Олег Бадера: Замкнутый круг все время. Государство сначала обещает, потом не дает деньги. Подрядчики сначала верят государству, идут строят, потом денег нет, с ним не рассчитываются, банкротятся. Тут еще вмешивается коррупция. И дальше вот этот замкнутый процесс... Посмотрите, у нас многие компании являются однодневками. И этот процесс, вот сколько мы, мы десятилетия уже на эту тему говорим, и процесс несильно меняется.

Иван Князев: Но давайте как раз-таки поговорим по поводу этих компаний-однодневок. Для начала несколько SMS. Во-первых, Дагестан пишет: «А где гарантия, что 70% этих денег, которые мы скинемся, не лягут в карманы кого-то, чего-то?» «Деньги свои в долг государству? Да никогда!» – пишет Московская область. А вот Тула готова одолжить государству, но под 25% в день.

А теперь по поводу инвесторов. Смотрите, в моем представлении, может быть, конечно, я ошибаюсь, бизнесу должно быть, наверное, выгодно получать различные подряды, потому что здесь мы не строим что-то там высокотехнологичное, получаешь заказ, строишь, получаешь свою прибыль, ну и даже кое-чего где и умыкнуть-то можно, что у нас в принципе и делается. А почему не хотят вкладываться именно инвесторы во все это?

Олег Бадера: Смотрите, эта тема вообще не новая, еще в царской России в 1867 году были концессионные соглашения на строительство железных дорог, и тогда царская Россия, правительство привлекало деньги населения, деньги инвесторов и выпускало царские облигации, и эти царские облигации гарантировались золотом. И тогда огромные инвестиции были из различных стран. Вообще смысл в том, чтобы деньги... извне, не только от наших граждан, но деньги пришли извне, чтобы были инвестиции, и эти инвестиции нужно чем-то гарантировать. К сожалению, и тот эксперимент царский закончился не очень, потому что в 1917 году новая советская власть отменила свои обязательства, только в 1997 году урегулировали как-то эти вопросы, но многие вкладчики в те облигации или правнуки этих вкладчиков до сих пор остались недовольны.

В сегодняшней России в сегодняшней ситуации привлечь вот в такие облигации деньги, на мой взгляд, вообще не очень реально, потому что, ну вы сами видите, у нас курс доллара был не так давно 30, потом стал 60, сегодня ни с того ни с сего он уже стал 70 – как можно инвестировать деньги рублевые и получать... Ведь все, кто инвестируют, хотят получать гарантированный какой-то доход, выгоду.

Иван Князев: Ну что, вы считаете, государство обманет инвесторов, что ли, не выплатит им деньги? Почему они не хотят брать такие контракты?

Олег Бадера: Если государство возьмет и изменит курс национальной валюты, то считайте, что обманет. Потому что, с одной стороны, государство нас всех уверяет, что у нас все стабильно, а потом раз! – и цена наших денег изменилась на 10%.

Тамара Шорникова: Ага, спасибо.

Иван Князев: Понятно, да, спасибо вам большое.

Давайте звонок. Виктория, Омская область у нас на связи.

Зритель: Добрый день.

Тамара Шорникова: Виктория, да, слушаем.

Зритель: Мы живем... К нам ближе Казахстан, чем город Омск, у нас больше 230 километров. Слава богу, в этом году до района хоть дорогу сделали, мы очень этому рады. Но чтобы с района добраться в деревню, иной раз даже в этот автобус садиться не хочется. У нас уже который год засыпают глиной, да с такими булыжниками, это ужас какой-то. Грузовые машины это все выбивают, и опять ямы.

Скорая помощь наша..., а ведь в деревнях очень много пожилых людей, которым нужна медицинская помощь, и даже бывали такие случаи, когда людей просто не успевают довезти до района. Всего 40 километров. Если что-то привезти с района, это тоже проблема, потому что те, кто занимаются перевозками, 2 тысячи, чтобы привезти 40 километров. Мы начинаем говорить: ну что ж так дорого? Они говорят: ну дорога у вас. А мы-то здесь при чем? И каждый с нас пытается содрать деньги, а помощи-то никакой.

Куда только ни звонили, куда только ни писали, мы никому не нужны в деревнях, особенно старики. Я, например, не хочу уезжать из деревни, мне хорошо здесь, но из-за дороги, я не знаю, придется какой-то вариант искать, потому что уезжает молодежь именно из-за дорог, многие дети не приезжают к родителям, потому что это проблема, машину потом как ремонтировать? И всем плевать.

Иван Князев: Спасибо вам, Виктория.

Тамара Шорникова: Спасибо вам за ваш звонок.

Иван Князев: И есть у меня подозрение, что такая ситуация не только в Омской области.

Тамара Шорникова: Давай послушаем Санкт-Петербург.

Иван Князев: Что там?

Тамара Шорникова: Большой город, должно быть хорошо все с дорогами. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Александр.

Зритель: Добрый день. Это вас беспокоят из Санкт-Петербурга. Вы ошибаетесь по Санкт-Петербургу, что у нас все хорошо.

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: По вчерашней теме: пляжей уже нет 20 лет, 20 лет пляжей в Петербурге.

То что касается дорог, я вам должен сказать как не специалист, а как человек, проработавший в структурах более 40 лет, был, так сказать, на высоких должностях территории и федеральном уровне. Эта песня поется уже лет 50, и она будет вечно. Почему? Потому что у нас дорожная отрасль не определена как ведущая, приоритетная отрасль государства, она отдана на откуп непонятно кому.

Вы имейте в виду, что у нас практически не готовятся специалисты среднего звена по подготовке, так сказать, всего этого дела. У нас абсолютно разрозненно Министерство транспорта и все институты автодорожные, которые готовят, так сказать, проекты, предложения, которые у нас скупает заграница. У нас непонятна структура формирования цены за километр дорожного покрытия. У нас отсутствует реестр федеральный всех видов дорог и их принадлежность, и так далее, и так далее.

Пока вот такая чехарда будет, плюс криминалитет, так сказать, сидит на этой отрасли, это родная сестра ЖКХ, и мы с вами будем говорить, при вашей жизни, при жизни ваших детей об одном и том же, понимаете? Никому не нужно это дело, и люди правильно говорят вашему Общественному телевидению России, приглашайте государственных людей, которые наняты нами, чтобы они отчитывались на Общественном телевидении России, а не вы приглашали, так сказать, экспертиков, которые живут на те же деньги государственные и всякие фонды. Они не несут никакой ответственности...

Тамара Шорникова: Александр, спасибо за ваш звонок.

Иван Князев: Спасибо вам.

Тамара Шорникова: Зовем, вот не поверите, каждый раз.

Иван Князев: Спасибо за ваше мнение, за ваше предложение.

Тамара Шорникова: Ждем, конечно, в прямом эфире.

Иван Князев: Да. Еще один эксперт у нас на связи – Темур Абдуллаев, координатор проекта «Дороги Ярославля». Здравствуйте, Темур.

Темур Абдуллаев: Добрый день, друзья.

Иван Князев: Темур, расскажите, чем вообще ваш проект занимается. Я так понимаю, это организация-то общественная, то есть мы каким-то образом пытаетесь повлиять на то, что происходит с дорогами в Ярославле? Хотелось бы понять, насколько успешно тогда.

Темур Абдуллаев: Ну, вот я как раз послушал сейчас предыдущих людей, которые звонили вам, и понимаю, что вот эта проблема, которую они..., характерна для... О чем мы можем говорить? – о том, что у нас некачественно проводятся работы, у нас очень некачественные проекты, у нас затягиваются сроки, и это все непосредственно влияет на... работы, на качество работы и в итоге на те деньги, которые водители вкладывают в ремонт своих автомобилей.

Иван Князев: Ага.

Темур Абдуллаев: Каким образом мы влияем на ситуацию? Мы связываемся с государством, с властями, с заказчиками, то есть это может быть областной уровень, городской, муниципальный, неважно. Мы привлекаем сторонников нашего движения, которые непосредственно на месте контролируют ход проведения работ. Зачастую... Как раз вот предыдущий звонивший сказал, что у нас нет специалистов среднего звена и это очень сильно сказывается на качестве, потому что зачастую эти люди не знают, каким образом строить дороги. И там в принципе базовые принципы достаточно простые, и любой человек, который чуть-чуть почитал, уже сможет указать на явные огрехи, на какие-то достаточно простые моменты, которые на несколько лет увеличат срок службы дорог.

Тамара Шорникова: Ну, тем не менее, если говорить о том, как обычный гражданин может не только скинуться, но и повлиять на какое-то там состояние дорог в своем регионе, что можно сделать? Дайте алгоритм.

Темур Абдуллаев: Ну, мы начинали с того, что вышли на связь с мэром города Ярославля, мы узнали контакты людей, которые непосредственно отвечают, то есть у нас есть агентство по муниципальному заказу, у нас есть Департамент городского хозяйства. И со всеми этими людьми мы постарались наладить нормальный конструктивный диалог. Нам, как мне кажется, это удалось, и зачастую те претензии, которые мы предъявляем заказчику и подрядчику в ходе производства работ, они учитываются и исправляются. То есть таким образом любой гражданин может повлиять путем звонка, ну в нашем случае это обращение либо к нам, либо напрямую к представителю властей, который находится в нашем же паблике.

Иван Князев: Темур, скажите, пожалуйста, вот вы говорите, проблема с квалификацией среднего звена, нет специалистов. А вот, например, хотя бы же в вашем муниципалитете разве руководителям муниципальных образований невыгодно, чтобы дороги сделали раз и навсегда? Ведь потом на следующий год снова нужно закладывать ремонт, если что-то сделают не так. Они что, не заинтересованы, или их прямо действительно совсем не найти, что вот прямо нужно, чтобы общественники смотрели и подсказывали ремонтникам, как класть асфальт?

Темур Абдуллаев: Ну, давайте так. Дело в том, что задача властей, на мой взгляд, заключается в том, чтобы отчитаться вовремя об освоении средств.

Иван Князев: Ага.

Темур Абдуллаев: Про качество здесь никакого разговора нет, он к этому процессу отношения не имеет. У подрядчика, особенно у плохого подрядчика, в голове эта мысль есть, и он понимает, что, затягивая сроки, он приведет ситуацию к тому, что заказчик вынужден будет ему помогать принять плохие дороги.

Иван Князев: Даже так?

Темур Абдуллаев: Да.

Иван Князев: Ну а то, что подрядчик репутацию свою потеряет, то, что в следующий раз он контрактов не получит, это его не волнует?

Темур Абдуллаев: Ну, я вам могу сказать то, что между юридическим лицом как подрядчиком и между бенефициаром иногда существует разница, и если у нас на подряд выходит организация, ООО с уставным капиталом 200 тысяч рублей, то ничто не мешает на следующий год зарегистрировать другую и опять зарабатывать, не теряя никакую репутацию, которой, собственно, и нет.

Тамара Шорникова: Успеем послушать вместе телефонный звонок, Светлана из Ярославля как раз. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Светлана.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем.

Зритель: Здравствуйте. Меня зовут Светлана, я из Ярославля. Хотела бы поделиться, что у нас происходит в нашем городе.

Ну, во-первых, хочу сказать, что в этом году городу исполняется 1 010 лет, юбилейный год, и даже в год юбилея, когда как бы хочется ожидать, что будет город как-то больше приводиться в порядок, даже к этой дате не делается в городе ничего. В каком состоянии у нас в центре города дороги, это просто ужас, уже я не говорю про окраины, про дворы. То есть вот тут говорилось много про какие-то там деревни, поселки – ладно деревни, у нас жемчужина Золотого кольца...

Иван Князев: В центре города.

Зритель: ...и не делается ничего.

Иван Князев: Ничего не делают.

Зритель: Даже в центре, уже не говоря про остальное.

Теперь по поводу, ну как бы мое мнение, почему так происходит. Во-первых, по-моему, никто не несет никакой ответственности...

Иван Князев: Светлана, очень коротко, мы уже целый час пытаемся разобраться, почему так происходит, у нас, к сожалению, ну просто не остается уже...

Тамара Шорникова: В двух словах.

Иван Князев: Да, либо совсем в двух словах.

Зритель: Да, в двух словах. Вот если отвечать на ваш вопрос, то я бы дала в долг государству, но только с одним условием, чтобы я могла проконтролировать, куда на конкретную дорогу пошли мои деньги.

Иван Князев: Понятно.

Зритель: И я бы могла это проверить.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: И таких, как вы, Светлана, 5%, готовы дать в долг государству на дороги.

Тамара Шорникова: Да, увидимся.

Иван Князев: Спасибо. И спасибо нашему эксперту Темуру Абдуллаеву.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
В Минтрансе хотят предложить россиянам поучаствовать своими деньгами в строительстве и ремонте магистралей