ТЕМА ДНЯ: Сладкая жизнь заканчивается - цены на сахар растут

ТЕМА ДНЯ: Сладкая жизнь заканчивается - цены на сахар растут | Программы | ОТР

Почему это происходит и чего ждать к Новому Году?

2020-11-23T14:04:00+03:00
ТЕМА ДНЯ: Сладкая жизнь заканчивается - цены на сахар растут
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Михаил Глушков
директор Плодоовощного союза
Иван Родионов
профессор департамента финансов НИУ ВШЭ
Георгий Остапкович
директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ

Иван Князев: Программа «ОТРажение» продолжает свою работу, Тамара Шорникова с вами...

Тамара Шорникова: …и Иван Князев.

Иван Князев: Сладкая жизнь у нас, друзья, с вами закончилась.

Тамара Шорникова: Как? Она начиналась когда-то, да?

Иван Князев: Ну вот это точно. С ценами на сахар творится что-то несусветное, они чуть ли не каждый день обновляют рекорды с начала этого года. Вот давайте смотреть вместе. В первой декаде ноября цены на сахар в России по сравнению с декабрем прошлого года выросли на 62%, это абсолютный рекорд для всех продтоваров. Если в начале года килограмм сахара в среднем стоил 31 рубль, то теперь его цена перевалила за 50 рублей в среднем.

Тамара Шорникова: Что по другим продуктам? Есть у нас данные Росстата, уточним. За одну неделю ноября, с 10-го по 16-е, на овощи рост в среднем 1,5%, в частности на помидоры 6%, огурцы больше 5% плюсом, картофель 2%, подсолнечное масло 1,5%.

Иван Князев: Это за неделю, за неделю только, да.

Тамара Шорникова: Да. Но конечно же, официальные данные будут отличаться от того, что вы видите на прилавках. Рассказывайте нам, кстати, что вы там видите.

Иван Князев: Ну и поэтому сегодня запускаем проект «Реальные цифры», хотим спросить у вас, сколько сахар сейчас стоит в вашем регионе, насколько подорожал с начала года, на какие еще продукты, товары и услуги цена выросла в этом году. Пишите на номер 5445, это будет наше с вами исследование, итоги подведем в пятницу. Ну а сейчас узнаем причины и прогнозы спросим у экспертов.

Тамара Шорникова: Да, погадаем на ценах, чего нам ждать в следующем, 2021-м.

Иван Князев: Михаил Глушков у нас сейчас на связи, директор Плодоовощного союза. Здравствуйте.

Михаил Глушков: Здравствуйте, да.

Иван Князев: Михаил Владимирович, смотрите, с одной стороны, все говорят, у нас неурожай, да, хорошо...

Тамара Шорникова: Свеклы.

Иван Князев: Свеклы, да, давайте с сахаром для начала разберемся. Неурожай свеклы у нас. Но ведь мы в прошлом году много достаточно собрали урожая, у нас, по данным Росстата, чуть ли не больше 1 миллиона тонн запасов сахара. Так почему же здесь тогда причиной роста цен называют вот именно это?

Михаил Глушков: Ну, сахар, честно говоря, не совсем моя компетенция, потому что я все-таки директор Плодоовощного союза, а сахарная свекла к овощам отношения не имеет, вот. Тем не менее у нас очень серьезный экспорт сахара, и поэтому часть урожая мы, собственно, отправляем на экспорт. Поэтому у нас цены, я только могу предположить, что по сахару выросли.

Плюс значительно в этом году сократились посевные площади по сахарной свекле по отношению к прошлому году, особенности севооборота, и здесь, я думаю, в следующем году все будет нормально. Плюс надо так же учитывать, что, значит, сама сахарная свекла в этом году, урожай у нас достаточно неплохой, то есть если говорить про урожайность, мы хорошую урожайность получили...

Иван Князев: Ну а какую хорошую, Михаил Владимирович? Смотрите, я вот тут данные Ростовской области смотрю, там к сентябрю вот приводят аналитики данные: урожайность 223 центнера с гектара против 349 в прошлом году.

Михаил Глушков: Ну это Ростовская область, а в среднем по России у нас хорошая урожайность.

Иван Князев: Ага.

Михаил Глушков: Потому что у нас сахарная свекла все-таки такой продукт, урожай которого собирается не в сентябре, а в октябре, продолжается, то есть в сентябре это предварительные, наверное, были данные, вот. Поэтому я думаю, что все будет хорошо с сахаром. И плюс если вы будете смотреть не только по отношению к прошлому году, когда она была значительно дешевле позапрошлого, а смотреть к уровню позапрошлого года, то цена примерно будет одинаковая.

Иван Князев: А экспорт-то мы зачем наращиваем? Вот в 5, даже больше раз у нас сейчас идет рост экспорта. Вот в этой связи, мне кажется, это как-то не совсем правильно.

Тамара Шорникова: Может быть, за счет сокращения его как-то придержать все-таки цены, понимаете?

Михаил Глушков: Ну, здесь это прерогатива Минсельхоза России.

Иван Князев: Ага.

Михаил Глушков: То есть когда они видят, что цены значительно растут, они просто вводят продовольственное эмбарго по тем или иным видам продукции, и, может быть, если они где-то заметят, да, что экспорт мешает ценообразованию на внутреннем рынке, тогда они могут ввести запрет на экспорт сахара, соответственно, будет деваться некуда, все цены будут снижаться.

Тамара Шорникова: Михаил Владимирович, давайте вместе послушаем телефонный звонок, Лидия из Курска пробивается, хочет рассказать нам...

Михаил Глушков: Давайте, да.

Тамара Шорникова: Здравствуйте, Лидия.

Зритель: Добрый день, студия, добрый день, родная страна!

Я хотела сказать следующее. С сахаром у нас в Курске, как и везде, видимо, значит, беспредел. Если он где-то в сентябре был 31 рубль, то на сегодняшний день уже за 50 рублей, где-то выше, чем на 70%.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Я считаю, что это просто необоснованное увеличение цен, вот. Я считаю, что как бы проконтролировать, на мой взгляд, ну и как бы это норма, должна Федеральная антимонопольная служба.

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: Сейчас глава поменялся Федеральной антимонопольной службы, я думаю, что он возьмет на контроль этот вопрос.

Иван Князев: Ну да, Лидия, поговорим, поговорим мы еще о работе антимонопольщиков, что там у них, какой у них ход деятельности в связи с этим.

Тамара Шорникова: Да. Хотим спросить у вас еще, по сахару поняли, ой-ситуация, а что по остальным продуктам? Можете сравнить свою корзину сейчас и, например, весной, в прошлом году? Какая она была, насколько выросло?

Зритель: Ну, знаете, что я хотела сказать? Дело в том, что у нас уже были такие ситуации в период пандемии, вы помните, гречка до 100 рублей доходила, рис, просто разметали все. Потом сейчас все лежит, никому не нужно, магазины все просто забиты.

Тамара Шорникова: Да-да. С товарами что? Можете отметить, что подорожало еще помимо сахара?

Иван Князев: Масло, молоко, хлеб?

Тамара Шорникова: Или все нормально?

Зритель: Ну вот да, подсолнечное масло, да, оно 100 рублей, оно было как бы где-то 80 с чем-то, сейчас уже больше 100 рублей. Молоко тоже, да, незначительно, но где-то на 10 рублей подорожало, вот. Я как бы люблю кофе, я люблю хороший шоколад, поэтому для меня это в первую очередь...

Иван Князев: Понятно, вас больше это волнует. Лидия, а вот вы говорите, лежит товар на прилавках. Просто хочу узнать, в Курске люди впрок не закупаются случайно?

Зритель: Уже мало берут. Это было, значит, в пандемию, брали по 3–4 пачки. Я взяла 2, и они лежат до сих пор, потому что я это не ем.

Иван Князев: Понятно, спасибо.

Тамара Шорникова: Да, Лидия, спасибо вам за подробный ответ.

Михаил Владимирович?

Михаил Глушков: Да?

Тамара Шорникова: Если теперь все-таки дальше по вашему профилю пройтись, что называется, помидоры +6%, огурцы +5% с лишним прибавили, картофель почти 2%. Тут у нас что не так?

Михаил Глушков: Ну, у нас все так на самом деле, это у нас ежегодно, когда в ноябре переходят, значит, потребители от огурцов сначала открытого грунта, потом парниковых огурцов и помидоров, которые такие сезонные, в теплицах выращивают, к промышленной продукции, соответственно, цены подрастают. Если же брать, например, в целом сейчас цены за этот период к аналогичному периоду прошлого года, то огурцы даже подешевели (это я про оптовые цены говорю), а томаты чуть-чуть подорожали, на пару процентов.

Тамара Шорникова: Ага.

Михаил Глушков: То есть здесь у нас ситуация стабильная более-менее, здесь у нас, наоборот, растет производство очень сильно, у нас примерно на 20% выросло производство огурцов и томатов в этом году именно в промышленных теплицах, и цены, значит, соответственно, на это реагируют.

Иван Князев: Ну то есть я правильно понимаю, у нас дефицита вообще быть не должно даже по тому же сахару, по другим овощным культурам в том числе?

Михаил Глушков: Ну, по сахару точно не должно. Значит, по молоку ничего сказать не могу, тоже, скорее всего, все у нас прекрасно, потому что потихоньку отрасль развивается, конечно, не такими темпами, как защищенный грунт. Ну по подсолнечнику, да, я слышал про эту проблему, потому что в этом году... Очень много опять же тут связано с экспертом, потому что мы начали экспортировать, началась поддержка экспорта активная, и сельхозники начали вывозить свою продукцию на экспорт. И вот это такой первый год серьезного экспорта подсолнечника, когда мы начали... Надо просто, чтобы рынок к этому привык.

Иван Князев: Ну...

Тамара Шорникова: Просто немного странновато, знаете...

Иван Князев: Я тогда пытаюсь понять, почему цены растут.

Тамара Шорникова: Да. То есть этого больше, огурцов больше стали выращивать, продаем больше.

Иван Князев: Только не говорите сейчас причину, что у нас рубль дешевеет, потому что вот это объяснение уже, мне кажется, народ не будет воспринимать.

Михаил Глушков: Нет, что касается курсов, у нас нет импорта вообще, это никак не связано с девальвацией рубля. По томатам да, у нас примерно там 40% импорта, но этот импорт, томаты, которые к нам приезжают, они в основном едут весной, осенью у нас минимальный импорт. Поэтому сейчас в основном, в основном идет уже отечественная продукция и по огурцам, и по томатам.

Тамара Шорникова: Что касается прогнозов, давайте все-таки на ценах действительно немного погадаем. Боятся буквально, телезрители пишут, непонятно, сейчас что-то закупать, в следующем году, дождаться его, может, каких-то распродаж? Что будет с ценами на продукты в 2021-м, как вы думаете?

Михаил Глушков: Ну, продукты впрок, я думаю, закупать смысла не имеет, потому что они не хранятся.

Иван Князев: Ага.

Михаил Глушков: Вот если только у кого-то есть погреб какой-то, можно купить картошки, вот, потому что она опять же будет дорожать, потому что мы видим ежегодное удорожание, я имею в виду сейчас, осенью, когда ее везде много, урожай собран, он закладывается на хранение, еще можно купить картофель достаточно недорого. Что касается дальше, после Нового года, то это уже будет поступать и овощная продукция, я имею в виду борщевой набор, он будет поступать уже из хранилищ, соответственно, там будет составлять по хранению именно в цене...

Тамара Шорникова: Михаил Владимирович, простите, перебью, я уточню сразу. Понятно, что этот год был непростым в том числе для производителей, в том числе для аграриев, которые вынуждены были простаивать, во-первых, во-вторых, покупать что-то по супердорогой цене, импортную технику, семена и так далее. Соответственно, вопрос: не возникнет ли желание отбить, что называется, расходы в следующем году за наш счет...

Иван Князев: Что, собственно, уже делают в этом году, в прошлом году тоже было.

Тамара Шорникова: …или сейчас, да?

Михаил Глушков: Ну, возникнет желание или нет, я не знаю, но какое бы оно ни возникало, всегда все определяет рынок, то есть соотношение спроса и предложения.

Тамара Шорникова: Ага.

Михаил Глушков: Если мы говорим о том, что урожаи хорошие, а они по всей вот этой номенклатуре в принципе достаточно нормальные, то никакого особенного влияния на цены это не должно оказывать.

У нас единственная проблема может быть по яблокам, которые в этом году примерно на 30% базовый сбор снизился из-за погодных условий на юге России весной этого года, здесь да, здесь действительно может быть какой-то всплеск, и то он будет после Нового года, потому что сейчас пока еще яблоки, собственно, они продаются, их много, их много на рынке. Если вот после Нового года мы перейдем на импортные яблоки раньше... Например, обычно с февраля, с марта активно импортировать начинаем яблоки, а здесь в связи с небольшим урожаем в этом году нашим отечественным, может быть, импорт начнет поступать чуть-чуть раньше, и тогда мы это можем почувствовать. Но опять же это такой год, а в следующем году, я надеюсь, с яблоками все будет хорошо.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Иван Князев: Спасибо. Михаил Глушков, директор Плодоовощного союза, был с нами на связи.

Давайте узнаем, какая ситуация в Ростовской области с ценами, Людмила нам дозвонилась. Людмила, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас. Что у вас сколько стоит?

Зритель: Я вот, что у нас сколько стоит... Ну, сахара я, конечно, закупила осенью, мешок целый, сейчас я даже не знаю...

Иван Князев: А, то есть вы спрос нагнетаете, да? Дефицит создаете.

Зритель: …очень дорого, говорят, 50 рублей килограмм.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Я покупала осенью, в сентябре, по 23 рубля килограмм. И слышала такой разговор между продавцами, ну и сама так это вообще почувствовала, что еженедельно идет повышение цен на все товары. Они даже не успевают поменять ценники. И на масло подсолнечное, и на молочку, и на колбасы – на все!

Иван Князев: Ну сколько масло у вас стоит?

Зритель: Масло? Ну вот если я покупала в сентябре 64 рубля, вот пачечка, то сейчас 102 рубля.

Тамара Шорникова: Ого!

Иван Князев: Нормально.

Зритель: Да, нормально.

Тамара Шорникова: Да, показательно, спасибо.

Давайте сравним эти цены с вологодскими, Татьяна дозвонилась к нам. Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас.

Тамара Шорникова: Татьяна, слушаем.

Зритель: Да-да, я слушаю, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Здравствуйте.

Зритель: Я позвонила с Вологодской области, город Череповец. Я пенсионер, пенсия у меня 11 200. Я хочу рассказать, какие цены...

Иван Князев: Татьяна, мы вас слышим.

Тамара Шорникова: Слышим, продолжайте.

Иван Князев: Вы телевизор выключите, в телефон говорите, рассказывайте о ценах.

Зритель: Да, выключен, выключен телевизор. Я вам говорю, что вот, значит, смотрю «Цена «не сахар». Сахарный песок у нас очень дорогой стал. Если в сентябре мы могли купить, 35 рублей за килограмм, сейчас он стоит от 60 и выше.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Вы понимаете, на 80–90%. Пенсия 11 тысяч. Растительное масло самое дешевое можно было купить 58–60 рублей, сейчас оно 112–122. Хлеб подорожал тоже очень намного, пшеничный хлеб у нас был, значит, 38–40 рублей, сейчас он у нас 44–50 рублей, а вес хлеба 600–700 граммов. Батон тоже больше 40 рублей, 300 граммов весит батон. Все дорожает, намного очень дорожает, а пенсия ни на сколько не растет. Если даже с января повысят на 6%, как говорят, так мы просто за ценами не успеваем расти.

Иван Князев: Не успеваете. Понятно.

Тамара Шорникова: Татьяна, скажите, от чего-то пришлось отказаться уже в связи с таким ростом цен?

Зритель: Конечно, конечно, от многих, от многого уже отказываемся. Хлеба мы берем, например, живем с мужем, мы хлеба берем полбуханки, полбатона. Если мы раньше брали по буханке или по батону отдельно, сейчас мы уже отказываемся. Сахарного песка мы берем только 1 килограмм. Гречу мы не покупаем, она тоже очень подорожала, на сильно. Мука подорожала, я делаю выпечку для внучки. Поэтому, вы знаете... Молоко подорожало, масло сливочное подорожало.

Тамара Шорникова: Понятно.

Зритель: Вот если раньше придешь, на тысячу можно было купить какую-то корзину себе, сейчас купишь хлеб, молоко...

Иван Князев: ...и все, и нет тысячи. Спасибо вам, Татьяна, за эту информацию.

Вот несколько SMS. Из Самарской области: «Сахар сейчас 67, обещают еще повышение. Овощи и фрукты дорожают, картофель почему-то импортный». Нижегородская область, оттуда пишет телезритель: «Яйца были 49, сейчас 56». Из Ивановской области: «Летом сахар покупала по цене 24–26, сейчас 38». Вот из Краснодарского края: «У нас со свеклой неурожай, сказалась засуха», – у нас как раз-таки есть возможность посмотреть, узнать, сколько сахар стоит в Краснодаре.

Тамара Шорникова: Давайте выясним, видеоматериал посмотрим и продолжим обсуждение.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Ну вот свинина на 50 рублей за неделю скакнула, это пишет телезритель из Свердловской области. Из Уссурийска: «Цена на сахар колеблется от 57 до 60 и выше». Тамбов: «Масло подорожало на 8 рублей, сахар был 38, теперь 46».

Тамара Шорникова: Да, продолжаем собирать сводки по регионам, звоните и рассказывайте, сколько что стоит в ваших магазинах, подорожало ли что-то, а может быть, наоборот, подешевело, ну вдруг. Ленинградская область: «У нас в Петербурге сахар подорожал в 2 раза с 25 рублей до 50».

Иван Князев: Ну а мы будем разбираться в причинах с нашими экспертами. Георгий Остапкович сейчас выходит на прямую связь со студией, директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики. Здравствуйте, Георгий Владимирович.

Георгий Остапкович: Да, добрый день, Тамара, добрый день, Иван.

Иван Князев: Какие еще основные причины помимо того, что у нас неурожай? Ну, с курсом рубля мы вроде как бы разобрались, хотя все-таки, наверное, тоже влияет, это производители говорят. Правда, не очень понятно, как.

Тамара Шорникова: Вы бы какие основные выделили причины?

Георгий Остапкович: Давайте два слова я скажу про сахар, все-таки это основная тема сегодняшней передачи, вернее основное подорожание. Действительно, сахар подорожал почти в 1,5 раза, это октябрь к октябрю, это по данным Росстата. Что произошло? Значит, посевная площадь под свеклу в этом году уменьшилась на 17%, плюс не самый удачный урожай, то есть урожай с гектара был меньше, чем в прошлом году. Плюс в прошлом году был перебор сахара, перепроизводство сахар, и сахар продавался по сниженным ценам, поэтому производители и свеклы, и сахара, сахарные заводы делают баланс. То есть за счет увеличения сегодняшней цены они балансируют прошлогоднюю и нынешнюю цены. К сожалению, так.

Иван Князев: То есть, другими словами, они пытаются как бы возместить убытки прошлого года, да?

Георгий Остапкович: Да. У них была пониженная рентабельность в прошлом году по сахару, понимаете? Они вынуждены были продавать его дешевле. И сейчас они балансируют эти 2 года. И главное – это -17% площади посадки. У нас...

Тамара Шорникова: Георгий Владимирович, а дальше эта лодка куда качнется? То есть сейчас цены нормальные для сахара или повышенные, и потом они все-таки стабилизируются и немного упадут?

Георгий Остапкович: Вы знаете, теоретически дефицита нет, потому что у нас есть еще белорусский сахар, больше 1 миллиона тонн резерва. Мы потребляем в год 5,9 миллиона тонн сахара, в этом урожае российском мы выйдем где-то на 5,1, то есть -0,8 миллиона тонн у нас дефицит.

Иван Князев: Но плюс резервы.

Георгий Остапкович: Но есть белорусский сахар, а что там будет в Белоруссии завтра, ну я не знаю, но резервы есть, то есть дефицита сахара нет. Но все-таки некоторые переработчики, сахарные заводы ввиду этого баланса начинают повышать цены. И вот так резко обвинять у меня, честно говоря, рука не поднимется. Торговые сети ставят на сахар ту же самую наценку, как в прошлом году, просто они получают прайс-листы, то есть по товару, значительно выше, чем в прошлом году. А наценку они делают тоже, то есть они...

Иван Князев: Но они не делают, Георгий Владимирович... (Прошу прощения, Тамара.) Просто, понимаете, всякие агенты-посредники во всей этой цепочке, тут аналитики пишут, что каждый добавляет по 500–1000 рублей на тонну, вот, уже после того, как производители его отпустят.

Георгий Остапкович: Я понимаю. Все у нас любят сбрасывать на посредников. Показали бы мне хоть одного посредника и было ли какое-нибудь судебное дело. Ведь все-таки ФАС, антимонопольная служба, в этом направлении работает, понимаете, и вряд ли там цепочки посредников огромные стоят. Но где-то есть.

Все зависит от конкуренции. Вот сейчас показали в Краснодаре масло Altero 200 с лишним рублей, а в Москве я покупаю масло то же самое Altero 110, 100 рублей, потому что Москва конкурентный город, через каждые 200 метров стоят магазины, здесь нельзя повысить на сахар значительно. Яйца повысились, но тоже незначительно.

Зависит от конкуренции: если у вас стоит один магазин продуктовый в радиусе 5 километров, да вы 70 рублей ставьте за сахар-песок, и он будет продаваться, вот в чем еще проблема роста цен, в конкуренции между и товаропроизводителями, и, главное, между розничными сетями и розничными магазинами, понимаете?

Тамара Шорникова: Да. Георгий Владимирович, без обвинений, но все-таки еще раз хочется о прогнозах: нам с такими ценами на сахар теперь дальше жить? Или вот сейчас они повышены, чтобы отыграться, и потом снизятся чуть-чуть?

Георгий Остапкович: Я думаю, что в конкурентных городах и мегаполисах цена сахара где-то к Новому году будет в районе 55 рублей. Более того, я скажу, что вот если брать индекс оливье, то есть отойдем от сахара, а вот наш любимый новогодний салат оливье повысится где-то максимум в 5% по отношению к прошлому году. И я все-таки думаю, что мешками закупать сейчас сахар – это такая идея, мне кажется, это оценочное мнение, это неудачная идея, если мы будем и картошку...

Есть большой один фактор серьезный, который может повлиять на повышение цен, – это девальвация рубля. Вроде последние дни она останавливалась, но до этого было вялотекущее понижение рубля, а ведь все-таки у нас импортная составляющая, импортные комплектующие и на сахарных заводах, и на свеклоуборочной технике, поливальной технике. Она становится дороже, естественно, производитель вынужден повышать цену.

Иван Князев: Ну неужели производитель все это только в этом году начал закупать? Ну раз ты купил технику, она у тебя стоит, ну какие там еще получаются комплектующие, какие еще... ?

Георгий Остапкович: Техника амортизируется, Иван, такого не бывает, что ты не закупаешь, что-то ты обязательно, или запасные части, амортизация, все равно ты что-то обязательно закупаешь. Нельзя купить в 2000 году...

Иван Князев: Я согласен, Георгий Владимирович, я просто думаю, что, понимаете, они отбивают за счет того, что экспорт наращивают, а экспортируют-то они совершенно по другой цене, поэтому внутри уже цену свою они не хотят держать такой же низкой, чтобы вот такой разницы не было.

Георгий Остапкович: Иван, абсолютно согласен, потому что экспортные цены сегодня на сахар достаточно высокие.

Иван Князев: Ага.

Георгий Остапкович: Конечно, производителям выгоднее это все везти на экспорт. Но для этого есть определенные квоты, есть антимонопольная служба, которая за этим всем следит, и есть в регионах различные там эти комиссии, которые ходят и все проверяют.

Иван Князев: Ну понятно.

Георгий Остапкович: Но инфляция общая продовольственная в этом году выше 4%, ну максимум 4,2% не выйдет. Другое дело, как эту инфляцию оценивать, понимаете, в каждом городе может быть своя инфляция.

Иван Князев: Я просто пока не забыл: так, может, немножко охладить пыл наших производителей тем, что мы будем импортировать, я не знаю, с Белоруссии, как вы сказали, Узбекистан, Азербайджан, Грузия, они ведь тростниковый сахар закупают, и цены там у них ниже. Или тогда обанкротятся наши?

Георгий Остапкович: Ну, вы знаете, обанкротятся, может, не обанкротятся, но вот какого-то фундаментального понижения цен вот эти затраты на импорт вряд ли дадут, они тогда начнут просто экспортировать. Если мы будем импортировать, они будут экспортировать.

Иван Князев: Ага.

Георгий Остапкович: И в итоге наш российский сахар будет уходить на экспорт, а мы будем получать из Белоруссии и, как вы говорите, у Туркмении. Но это же экономический нонсенс, если мы пойдем таким путем.

Иван Князев: Ну да.

Тамара Шорникова: В общем, да, можно так самостоятельно ногу прострелить.

Иван Князев: Да, так можно доиграться.

Георгий Остапкович: В том-то и дело, это мы себе в ногу стреляем, понимаете.

Тамара Шорникова: Понятно. Спасибо, спасибо за комментарий. Георгий Остапкович, директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики.

И снова цены от телезрителей, послушаем телефонный звонок Анастасии из Воронежской области.

Иван Князев: Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Очень рада, что вам дозвонилась, постоянно смотрю вашу передачу, спасибо вам большое.

Я хотела сказать. У нас в поселке есть и сахарный завод, и элеватор. С элеватора все зерно везут за границу, и везут его, нагружают огромные вагоны, все уходит за границу.

Иван Князев: Вот так.

Зритель: А по поводу сахарного завода хочу сказать, что в этом году очень сильно повысились как раз цены на сахар из-за того, что у нас неурожай, у нас практически в регионе 5 месяцев не было дождей.

Иван Князев: Ага.

Тамара Шорникова: Да, понятно.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам за эту информацию.

Продолжаем собирать статистику цен по стране. Вот опять же из Воронежской области: «Сахар был 28, сейчас 56–62. Гречка была в феврале 40, сейчас 125».

Тамара Шорникова: Да. И еще один телефонный звонок возьмем, Валентина из Мордовии.

Иван Князев: Слушаем вас, Валентина.

Зритель: Алло?

Тамара Шорникова: Да, Валентина, времени мало, поэтому быстро сумку рассматривайте свою, что купили и почем.

Зритель: Добрый день.

Я хотела бы вам сказать, родилась в 1953 году, завод наш сахарный ромодановский только строился, в Мордовии сахарный завод. Ангары все забиты сахаром, цена была 20 рублей март – апрель, сейчас 50 рублей, это при заводе. Ангары все забиты, но цена вот такая.

Тамара Шорникова: Вот так, да.

Зритель: Мы детьми еще работали на этом заводе, убирали территорию, и сейчас смотреть на это больно, что даже невозможно его купить, в заводском магазине 50 рублей.

Иван Князев: Спасибо вам.

Зритель: Двадцать рублей только было несколько месяцев назад.

Тамара Шорникова: Да, понятно. Спасибо.

Иван Князев: Спасибо.

Из Ростовской области полный отчет: «Сахар 45, яйца 51, масло растительное 113, яблоки 95, батон с отрубями 28», – вот такие цены.

Тамара Шорникова: Да. Сравним их теперь с твоими, калининградскими?

Иван Князев: Ну да. Цена на сахар резко подскочила и в Калининградской области, этот товар стал абсолютным лидером подорожания в регионе. Вот что у нас так получается? За месяц стоимость выросла на 23%, а с начала года на все 60%. В магазинах за килограмм сейчас придется заплатить в среднем 60 рублей. Основная причина подорожания – неурожай сахарной свеклы, в этом году ее собрали на четверть меньше обычного. Кроме того, на цены повлияло и введение таможенных пошлин в начале года, из-за этого импорт сахара из соседних Белоруссии и Польши, откуда его обычно завезли, стал невыгоден.

Алексей Елаев: При доставке товара на территорию Калининградской области цена значительно возрастает, и сейчас для нас сахар обходится примерно в 50 рублей.

– Наша семья покупает не так много сахара, но тем не менее, так как я работаю в бюджетной организации, у нас заработная плата так не растет, как цены на продукты.

Тамара Шорникова: На складах калининградских торговых сетей запасов сахара на 1,5 недели вперед, поэтому, как обещают ретейлеры, дефицита не будет. Однако подешевеет он, как считают поставщики, лишь в следующем году. Кроме сахара в регионе выросли цены на свежие огурцы, черный чай и рыбу.

Иван Князев: Ну вот дефицита не будет, а телезрители пишут, что 60 рублей за килограмм, получите и распишитесь.

Тамара Шорникова: Да. «Специально прячут продукты, чтобы цены задирать? Почему никто не регулирует цены?» – вопрошает Саратовская область. Вот сейчас и узнаем у эксперта, возможно ли это сейчас, при рыночной экономике. Иван Родионов, профессор Департамента финансов Высшей школы экономики. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Иван Иванович.

Иван Родионов: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да. Иван Иванович, вот все, скажем так, через одного спрашивают, «надо регулировать цены», «надо замораживать» и так далее. Это сейчас возможно?

Иван Родионов: Ну, мы видим на примере бензина и лекарств, что наше государство не умеет, поэтому я считаю, что невозможно.

Тамара Шорникова: Хорошо. Тогда какие видите вы варианты? Очень много SMS о том, что продуктовая корзина стала просто какой-то неподъемной, дорогостоящей, приходится отказываться от всего. Доходы падают, кто-то лишается работы, зарплаты. Что сейчас могло бы помочь людям? Продуктовые карточки, какие-то льготы? По-вашему, какой был бы наиболее разумный выход?

Иван Родионов: Ну вот смотрите, наше государство само подталкивает рост цен. Вот акцизные товары, сигареты, водки, «коммуналка», связь, подорожали. Санкции продовольственные продлены, то есть на самом деле сыр плохой и дорогой, альтернативы нет. Плюс стимулируют экспорт продовольствия, то есть лишают внутренний рынок продуктов.

Понятно, что у нас населения доходы просели, но они просели и у торговли; понятно, что торговля пытается найти товары, на которых она может это проседание как бы себе компенсировать. Понятно на самом деле, что это крупы, это растительное масло, это тот же самый сахар. Его вырастить на приусадебном участке нельзя, поэтому торговля постоянно будет искать такие неэластичного спроса товары, которые так же включены в разные другие, вы знаете, что от подорожания сахара подорожает все сладкое, и будет это делать постоянно.

Верить в то, что государство вдруг сумеет это сделать... А почему оно с бензином не делает 20 лет? А почему с лекарствами, даже жизненно необходимыми, такая ситуация? Нет, оно привыкло к тому, что цены будут расти.

Иван Князев: Нет, ну может, тогда хотя бы просто, может быть, Федеральной антимонопольной службе нужно где-то повнимательнее смотреть какие-то моменты?

Иван Родионов: Ну, вы знаете, кое-кто где-то у нас порой, мы это все еще из советского времени помним. Дело не в этом. Не умеют и не хотят. Средства есть, на Западе это делать умеют.

Тамара Шорникова: А какие, как можно это было бы сделать?

Иван Князев: Какие тогда?

Иван Родионов: Государственные запасы, у нас есть государственные резервы, регулирование опять разумное на местном уровне. У нас не хотят это включать, у нас люди заняты другим, они обогащаются на высших должностях, им неинтересно население. Посмотрите, вот сейчас выступило 3 или 4 эксперта, все объясняли, почему население должно платить больше, никто не пытался объяснить, почему население не должно платить. Это уже такой как бы подход, мы к этому привыкли.

Иван Князев: Иван Иванович...

Иван Родионов: Вспомните опять, что люди – новая нефть. Вот люди – новая нефть, они сейчас позволяют нашей стране точно так же, как мы жили 20 лет за счет нефти, жить за счет них.

Иван Князев: Ага.

Тамара Шорникова: Иван Иванович, но все-таки, вот вы говорите, запасы, регулирование. Запасы у нас есть и по зерну, например, и так далее. Регулирование, нам всегда говорят, ну какое регулирование, рынок все отрегулирует, мы, мол, при такой экономике сейчас живем.

Иван Князев: Либо просто боятся бизнес лишний раз дергать.

Тамара Шорникова: Все-таки какие рычаги есть у государства?

Иван Родионов: Еще раз повторю, хороший пример с бензином, там все ясно, там есть госрезервы, есть запасы. Не хочет государство это делать, не хочет.

Иван Князев: Понятно.

Давайте Чукотке дадим слово, Владимир у нас на связи, узнаем, что с ценами там. Здравствуйте, Владимир.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: У нас уже поздний вечер, 11 часов.

Иван Князев: Ага.

Тамара Шорникова: Да, спасибо, что еще с нами. Расскажите, что у вас в магазинах.

Зритель: Ага. Так, у нас пока все есть, но у нас доставка из райцентра, сначала с округа в райцентр, потом к нам. И вот цены у нас, на сахар я говорю, округ 70 рублей, район 75, все поселки 150 рублей.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Слышите?

Иван Князев: Да, слышим.

Тамара Шорникова: Да, слышим. Мы просто онемели, потому что, конечно, цены о-го-го.

Зритель: Ого. Я вот слушаю, слушаю, почему я позвонил: 30 рублей было, стало 50, было 20, стало 60... Масло сливочное 500–600, я не говорю о свежести, помидоры, огурцы, по 600–800 рублей.

Иван Князев: Да, Владимир, понятно, спасибо.

Тамара Шорникова: Короче, ребята, да...

Иван Князев: Но здесь есть еще один момент, на Чукотку все-таки...

Тамара Шорникова: У кого щи пустые, у кого жемчуг мелкий.

Иван Князев: На Чукотку далеко везти, там всегда цены были чуть выше.

Иван Иванович, вот что хотелось у вас еще спросить напоследок. Вот этот рост цен, что у нас сейчас происходит, мы в следующем году что получим, какую, я не знаю, ситуацию с нашими доходами и вообще с нашим уровнем благосостояния? Мы, получается, обнищаем тогда все.

Иван Родионов: Ну, сейчас очень легко на этот вопрос ответить, потому что мы знаем наше будущее на 30 лет. Вот оно нам обещает сохранение ситуации той, которая была в этом году, вот примерно так и будет, вот.

Иван Князев: Понятно...

Иван Родионов: Сахар, конечно, в следующем году опять подешевеет. Вспомните, 2–3 года назад он стоил 40–45, он подешевел до 30 лишь в прошлом году, вот. Ничего страшного, но найдут другой товар, опять товар, включенный везде, вот. Какой это будет товар? Не хочу давать советы, но, скорее всего, найдут.

Потом обратите внимание, в этом году новое явление опять, сезонность либо включается раньше, например, перцы пропали тогда, когда урожай еще не собран, и стали дорогими, а яблоки, наоборот, попозже, вспомните опять, они до конца июля были как будто бы импортные. Но на самом деле торговля будет искать методы сохранения своего уровня дохода.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Спасибо большое.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Иван Родионов, профессор Департамента финансов Высшей школы экономики, был с нами на связи. Говорили мы о том, что происходит у нас с ценами на сахар и другие продукты, что с ними будет дальше.

Скоро продолжим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Почему это происходит и чего ждать к Новому Году?