Тихая Олимпиада

Гости
Николай Яременко
спортивный обозреватель, главный редактор газеты «Советский спорт»
Алексей Кыласов
руководитель центра традиционных игр и спорта Института наследия

Анастасия Сорокина: «Тихие игры»: глава Международного Олимпийского комитета Томас Бах не исключил, что игры в Токио пройдут... без зрителей. Организаторам в какой-то мере это даже проще, да и доходы от рекламы выше, чем от продажи билетов.

Томас Бах: Я хочу провести Олимпийские игры в безопасных условиях для всех в мире. Мы должны подготовить реальные сценарии. Никто не хочет, чтобы Олимпиада прошла без зрителей, но мы готовы принять необходимые меры для того, чтобы провести это мероприятие в безопасной среде.

Тосиро Муто: Мы не рассчитывали на то, что эпидемия коронавируса пойдет на спад. С другой стороны, если Токио сможет провести Игры в условиях пандемии, то это станет примером для подражания в будущем, в последующих Олимпиадах или международных мероприятиях. Мы всерьез надеемся, что успешное проведение Игр в Токио позволит оставить след в истории всего человечества.

Александр Денисов: Ну и наш первый собеседник Николай Яременко, спортивный обозреватель, главный редактор газеты «Советский спорт». Николай Николаевич, добрый вечер.

Николай Яременко: Да, добрый вечер, коллеги.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Александр Денисов: Да-да. Вот из оргкомитета японского товарищ сказал, что будет примером, только вот каким примером, хорошим, плохим ли, примером, что и без зрителей можно проводить Олимпиаду? К тому же говорят, что без зрителей им же проблем меньше, реклама больше приносит денег, чем билеты.

Николай Яременко: Ну, я столкнулся с тем, что очень многие журналисты, к сожалению… сказанные Томасом Бахом, к примеру, потому что количество рекламы не поменяется, может быть, даже будет чуть ниже, чем обычно... те или иные массовые мероприятия с учетом болельщиков, и для них это важно, показать, что мы были на этом фестивале спорта, мы точно так же здесь присутствовали. Поэтому говорить о том, что не так страшно и не так уж будет страшно отсутствие зрителей, я, конечно, не стал бы, это попытка сделать, конечно, такую хорошую мину при плохой игре.

С другой стороны, конечно, можно представить, что расходов будет меньше: расходов на волонтеров, на билетеров, на службу безопасности, которая должна обеспечивать правильный проход граждан на трибуны и прочее, прочее. С другой стороны, вы посмотрите, мы сейчас смотрим, как происходят те или иные спортивные мероприятия в нашей стране, на футбол 10% зрителей плюс не подпадающие под эти 10% ложи идут, и что-то от этого мы не видим вспышек резких заболевания и так далее. И очень многие страны начинают уже поглядывать, а правильно ли они сделали, что все спортивные соревнования без зрителей проводят. Поэтому да, сложно говорить, как ситуация будет развиваться дальше.

Да, понятно, что мартовские-апрельские желания месяц, два, три, ну может быть, чуть дольше переждать и тогда вирус мы победим, оказались слишком оптимистичными, ясно, что с вирусом нам жить годы. Но тем не менее, что по большому счету такой катастрофической ситуации, как в жанре «мы все умрем», не происходит. Поэтому заявление это – это такая попытка прощупать почву, посмотреть, как на нее будут реагировать. Часть заявлений представителей японского оргкомитета сопряжена с предвыборной кампанией токийского губернатора, здесь тоже надо понять, что это идет заигрывание с массовой аудиторией. Аудитория сейчас хочет слышать, что в Японию не будут приезжать иностранцы, вот сейчас аудитория напугана, она хочет услышать это. Поэтому губернатор, он же член оргкомитета, один из высокопоставленных членов оргкомитета Летних Игр-2021 это произносит. Но...

Александр Денисов: Николай Николаевич, ну вот сейчас в Японии-то ситуация ухудшается, причем серьезно, у них там даже тестов на всех нет, стоит один тест по 400 долларов, я вот вчера такую информацию, об этом прочитал, что за 400 долларов тебе сделают тест. Учитывая это, не являются ли... Вот эти слова уже явно не пустыми выглядят в контексте происходящего.

Николай Яременко: Вы знаете, коллега, вы журналист, мне хочется верить, что я журналист, и вы прекрасно понимаете, что как есть ложь, наглая ложь и статистика, три вида лжи, так и в журналистике можно любое количество материала, подпадающего под ваш тезис, подобрать, и с точностью до наоборот можно точно так же подобрать. Мне за 2 900 предлагают тесты коммерческие, это тоже, если там в евро переведете или в рубли, тоже немаленькая сумма будет.

Александр Денисов: Но не 400 долларов, Николай Николаевич.

Николай Яременко: Да, но количество зато заболевших в России в процентном отношении намного превышает те вспышки, про которые мы с ужасом говорим про Японию, и что-то вроде, тьфу-тьфу-тьфу, мы пока с вами живы.

Александр Денисов: Да. А вы как зритель, имеет для вас значение, заполнены трибуны или нет? Как-то это сказывается, не знаю, на динамике спортсменов, на их настрое?

Анастасия Сорокина: Насколько им это необходимо?

Николай Яременко: Для спортсмена это драйв. Конечно, у всех индивидуальные подходы. Я помню, как Сергей Бубка мне рассказывал, что вот настраиваешься на прыжок, полная тишина на стадионе, ясно, что прыжковый сектор, Бубка на очередной мировой рекорд, 24-й или 25-й, идет. И в тот момент, когда он берет шест, разбегается и через 3–4 секунды он должен правильно его поставить и перелететь 6-метровую планку, в этот момент посреди полной тишины «Лужников» раздается выкрик: «Серега, давай!» Он говорит, что сбивает это безумно.

Александр Денисов: Сбивает все-таки, да?

Николай Яременко: Ну вот он рассказывал, что его сбивает, я прекрасно помню это интервью.

С другой стороны, конечно, если вы спросите у любого председателя командных видов спорта, ну невозможно играть в пустом зале, где баскетбольный мяч от паркета как гулкое эхо в пещере разносится, когда бьешь по мячу, а то, что не очень цензурной лексикой в этот момент тебе кричит с тренерской скамейки главный тренер, очень хорошо слышно даже несмотря на интершум, который в телетрансляции пытаются заглушающе поставить.

Поэтому, конечно, где-то есть плюсы, но в массе своей нет праздника. Ну мы видели с вами 2 года назад праздник в Москве, праздник во всех российских городах, когда шел Чемпионат мира по футболу. Вот представьте на секундочку, что был бы точно такой же праздник, но без сексуальной вакханалии на Никольской улице, без радости и объятий во всех городах, без огромного количества красивых иностранных болельщиц, которые радовали наши глаза и радовали наши чувства...

Александр Денисов: Николай Николаевич, а на Никольской была сексуальная вакханалия? Расскажите поподробнее, интересно.

Николай Яременко: Это не является темой нашей сегодняшней передачи, позовете, я вам расскажу много ярких воспоминаний, меня и моих коллег, меня нет, конечно, я взрослый дяденька уже, а многих моих молодых коллег из редакции, я с удовольствием поделюсь. Мы даже в «Советском спорте» хит-парад соответствующий...

Александр Денисов: ...сексуальных воспоминаний, да?

Николай Яременко: Ну, назовем это так, да. Вот. Поэтому представьте на секундочку, что всего этого не было, то есть были те же результаты, были те же победы, но не было всего, что происходило в метро, не было всего, что происходило вокруг «Лужников». Вот представьте, что вот этот пласт, – а для меня, например, это 90% от успеха того чемпионата, если не больше, – вот этого фестиваля нет.

Да, конечно, Олимпиада – это не Чемпионаты мира по футболу, спортивного туризма там намного меньше, нет семейного туризма, когда заодно поездим по незнакомой стране, мама, дети, а папа на футбол заодно сходит с друзьями, вот этого, конечно, в такой степени нет, и Сочи-2014, конечно, в этом смысле в разы и на порядки уступал Чемпионату мира-2018. Но тем не менее, зная, как технологично, ярко и красиво это могли бы сделать японцы, я буду страшно переживать, если я приеду на Олимпиаду и буду только среди журналистов и спортсменов, а болельщиков не будет.

Анастасия Сорокина: Но все-таки речь идет о следующем годе, там дата с 23 июля по 8 августа, может быть, действительно какие-то найдутся компромиссы и вот этот вызов, скажем, действительно смогут представители японской стороны придумать какой-то выход из этой ситуации, чтобы и праздник сохранить, и в то же самое время сохранить безопасность для здоровья?

Александр Денисов: А они придумали, только японские зрители будут, вот сегодня уже сообщил об этом председатель оргкомитета, сейчас я скажу, как его зовут... Да, сейчас найду, только японских.

Анастасия Сорокина: Пока ты смотришь, давай...

Николай Яременко: Я тем не менее хочу сказать: это хорошо, когда найдут компромисс, но здесь очень важный момент Томас Бах произнес, и мне кажется, что на это надо обратить внимание. Это произнес он уже не сейчас, не на этой неделе, а с этой мыслью он живет, наверное, последние месяца полтора, как было принято окончательное решение уже, что Олимпиада не в 2020-м, а в 2021-м пройдет. Постоянно звучала тема: а не надо ли будет перенести дальше, может быть, на 2022-й? И вот Томас Бах очень четко обозначил позицию, и правильно сделал: либо она будет летом 2021-го, либо Олимпиады не будет вообще.

По большому счету, да, конечно, это трагедия, если ее не будет вообще, но мы с вами уже проходили отсутствие Олимпиады в 2016-м, в 2020-м, мы проходили отсутствие Олимпиады в 1940-м, в 1944-м по понятным военным причинам. Но по большому счету сейчас идет война с вирусом, слава богу, это не такая разрушительная война, как мировые войны, когда человечество все в большом количестве гибнет миллионами, но это тоже разрушительная война, и счет тоже идет, в общем-то, не на единицы. Поэтому если Олимпиады не будет, ну это лучше, чем если она будет до бесконечности переноситься.

Александр Денисов: Да там уже другие не согласятся. Да, вот я нашел, глава оргкомитета Есиро Мори предложил только японцев пускать. Где там, Пекин следующий, там зимняя Олимпиада?

Анастасия Сорокина: Да.

Александр Денисов: И еще там в 2024 году...

Анастасия Сорокина: ...в Париже.

Александр Денисов: Да, в Париже, парижане уже сказали, что «нет, до свидания, мы вас вперед пропускать не будем».

Николай Яременко: Тут история ведь какая? Понимаете, могут организаторы что угодно сказать о том, что Олимпиада, Япония для японцев… Но ведь они попытались в этом году на этапы «Формулы-1» никого не приглашать, как отреагировали боссы «Формулы-1»? – а тогда не будет этапа в Японии вообще; зачем нам ехать, если вы не открываете границы для иностранцев? И как-то японцы по поводу этапа «Формулы-1» Гран-при Японии 2021 года неожиданно посговорчивее оказались, понимают, что тут уже миллионы-миллионы утекают от такого выгодного вида спорта, высокотехнологичного.

Поэтому я думаю, что и Томас Бах жестко обозначил свою позицию, но не будет дальнейших переносов. Думаю, японцы когда посчитают все, окажутся посговорчивее и все-таки найдут какой-то компромисс не в жанре «хорошо, мы никого не пускаем, а за это проводим Олимпиаду» – нет, Олимпиаду проводим все-таки с высокой степенью вероятности со зрителями.

Анастасия Сорокина: Николай, выслушаем наших зрителей. Сейчас Сергей из Белгорода на связи. Здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте.

Ну вот я слушаю вас, у меня как бы было и свое мнение, но хочу еще, наверное, к вам добавить все-таки. Вы знаете, вот у нас ведь многие люди еще до сих пор не верят, что этот вирус существует, игнорируют это все с таким вызовом, что это все придумали, это мировой заговор и все такое. Но если эта угроза действительно существует, а я верю, что она существует действительно, то нужно принимать меры к тому, чтобы уменьшить это все распространение и опасность для, скажем, заражения тех же туристов. Потому что соблюсти все меры предосторожности все равно не получится, кто-то будет, скажем..., и без маски, и без прочих мер безопасности – ну зачем это делать?

Да, Олимпиаду нужно провести, я считаю, нужно, в сроки, может быть, с ограничениями какими-то, ничего страшного, если она пройдет, скажем, без зрителей. Считать деньги – это одно, человеческая жизнь – это совсем другое. Вот такое мое мнение.

Александр Денисов: Спасибо, Сергей. Вы будете смотреть несмотря на отсутствие зрителей, не скажется на атмосфере?

Анастасия Сорокина: Не смущает вас это?

Александр Денисов: Сергей отключился уже.

Анастасия Сорокина: Видимо, отсоединился.

Александр Денисов: Ну спасибо за мнение, Сергей из Белгорода был.

Следующий наш собеседник Алексей Кыласов, руководитель Центра традиционных игр и спорта Института наследия. Алексей Валерьевич, добрый вечер.

Алексей Кыласов: Добрый вечер.

Александр Денисов: Да. Алексей, вот, честно говоря, уже есть такая утомленность от вот этих Олимпийских игр, уже замучили: то нас не пускать, вот сейчас опять Родченков активизировался, там что-то призывает; то предложили спортсменам открыто выражать свою политическую позицию на Играх. Честно говоря, уже достало, спорт стал откровенным слугой политики. Может быть, тогда забудем про эти Олимпийские игры, раз с ними столько возни, непоняток, сейчас еще и вирус к тому же... ? Ну, ребята, ну раз так... ?

Алексей Кыласов: Ну, прежде всего меня удивляет позиция Томаса Баха. На самом деле я вот не слышал, чтобы произошло изменение в Олимпийской хартии, а статья в Олимпийской хартии предписывает очень четко: если в течение года, на который назначены были Олимпийские игры, они не проведены, то в статье в Олимпийской хартии содержится предикат о том, что эти игры отменяются. Поэтому сам по себе перенос на 2021 год вообще-то создает такую интересную каузу, как говорят юристы, интересный случай юридический, потому что идет вообще прямое нарушение Олимпийской хартии. И в этом смысле очень удивительно, как собираются выйти уважаемые олимпийцы во главе с Томасом Бахом из этой юридической коллизии.

Но несмотря на то, что как бы ведутся переговоры и Томас Бах говорит, что если в 2021-м не будут проведены переговоры, я все-таки очень сильно удивляюсь, как это будет расценено, вообще говоря, юристами, почему до сих пор они не обратили внимание на столь, в общем, резкий отход от фундаментальных положений Олимпийской хартии, а это положение относится к числу фундаментальных, которые не могут быть изменены даже просто сессией МОК, для этого требуется решение Конгресса, это созыв Конгресса, более широкой аудитории для обсуждения этого вопроса в соответствии с той же Олимпийской хартией.

Александр Денисов: А может быть, им не привыкать нарушать вот эти привычные, все, к чему привыкли, все, что написано? Вот каждый раз поступают как удобно?

Алексей Кыласов: Ну, я надеюсь, вы иронизируете сейчас, потому что все-таки мы ждем решений каких-то обусловленных, обговоренных заранее и вправе ожидать того результата, который, в общем, как-то нами ожидаем более реально. И в этой связи мы апеллируем к Международному олимпийскому комитету при защите интересов наших спортсменов, сборной страны, и если уж, в общем, и здесь идет такой намеренный отход от правил, то, в общем, наверное, все меньше стоит ожидать каких-то предсказуемых решений, и мы, в общем, погружаемся в пучину такой стратегической нестабильности, и это, в общем, ничего хорошего не предвещает.

В случае с Японией, кстати говоря, вот там есть еще одна очень важная деталь, что все-таки Олимпийские игры – это, согласно той же Олимпийской хартии, я просто вот сегодня на ней хочу сосредоточиться, прежде всего мероприятие для зрителей и для спортсменов, но не для организаторов. И сегодня попираются права, кстати говоря, и тех и других, потому что, в общем, ведь даже доходы организаторов очень сильно зависят...

Я на самом деле не соглашусь с мнением Николая, прозвучавшим перед этим, потому что на самом деле в Японии намеревались установить рекорд по сборам от продажи билетов, по показателям, так называемым матчдэй, почти 7 миллиардов. Понятно, что об этих деньгах можно забыть при таких вот ограниченных допусках, и в этом смысле, конечно, потери организаторов серьезные, отсюда и спонсорские поступления тоже будут, в общем, совсем не те, потому что когда все это уходит в виртуальную среду, то праздник, в общем, сворачивается.

И это, кстати, проблема любых крупных мультиспортивных мероприятий, в которых зрители являются примерно на 50%, если так можно сказать с точки зрения культурного воздействия, мне как культурологу проще об этом говорить и судить... Вот в Монголии вообще пошли на невиданный шаг и отменили празднование Эрын гурбан наадана, это крупнейший национальный праздник, где три игры мужей проходят, это борьба, скачки и стрельба из лука. Так вот это верх идиотизма, я считаю, я даже обратился к ЮНЕСКО и президенту Монголии с разъяснением о том, почему этого делать нельзя. Потому что, например, в России мы отменили главные русские игры, Атмановские кулачки, и в Шотландии Highland-игры отменили, это тоже мультиспортивные мероприятия, где проходят сразу много разных мероприятий.

Так вот и Олимпийская хартия, я хочу сказать, вот это положение было разработано после того, как были взвешены все варианты, связанные с вот этими традиционными играми, с мероприятиями мультиспортивными, и отмена, простая вот такая отмена мероприятий или запрет зрителей – это, в общем, достаточно серьезный вызов, и есть максимально скептические воззрения о том, что это пошатнет очень сильно олимпийское движение, и речь идет уже не о финансах, речь идет уже не только о...

Анастасия Сорокина: Алексей, речь же сейчас действительно о такой ситуации, которой не было, с пандемией столкнулись, с такой масштабностью этой проблемы впервые, и как раз организаторы говорят о том, что, возможно, вот эта Олимпиада в Токио станет тем самым примером, которому дальше, уже потом будут следовать остальные, если не дай бог такая же ситуация повторится. Каким вы видите решение? Понятно, что совершенно по-другому все будет происходить и для зрителей, которых могут не пустить, и для спортсменов, которые могут соревноваться без поддержки, но, может быть, действительно есть вот тот самый компромисс, и самое главное, чтобы все-таки они состоялись в любом случае, со зрителями или без?

Алексей Кыласов: Здесь такой парадокс, с которым мы сталкиваемся, что примером эта Олимпиада не станет, она уже стала, можно говорить уже в прошедшем времени. Она уже стала, потому что мы ее уже обсуждаем, проектируем, и в этом смысле мы ее наделяем какими-то особыми качествами, которые казались нам совершенно немыслимыми еще, например, полгода назад. И в этом смысле вот сама ситуация с проектированием, с этим новым подходом гораздо важнее, чем сама Олимпиада, потому что от этого проектирования, которое происходит прямо сейчас на наших глазах и в котором мы все участвуем и можем высказывать свои точки зрения, как вот сейчас мы с вами обсуждаем это, – это и есть залог того, сохранится олимпийское движение или не сохранится.

Я бы именно так ставил вопрос, потому что тут ведь речь идет не столько о каких-то формальных изменениях, это очень серьезный вызов, и в рамках, конечно, вот такого простого обсуждения сложно высказать всю полноту угроз, которые создаются олимпийскому движению. Но поверьте, это уже стало темой не одного обсуждения, и уже много достаточно научных работ пишется и готовится, проводятся исследования, потому что ситуация намного серьезнее, чем это может показаться на первый взгляд.

Александр Денисов: Зрители тоже у нас дозвонились, Павел из Томска. Павел, добрый вечер.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Я по поводу пустых трибун хотел сказать, без зрителей, без вот этой атмосферы всей праздника. Для меня кажется, что это полный будет крах всех Игр, потому что вот возобновилась у нас Премьер-Лига не так давно, смотрел по телевизору несколько матчей, ну мы из глубинки, – ну атмосфера совершенно не та. Может быть, где-то будет народ относиться по-другому к этим Играм, к этим матчам, к этим соревнованиям, но это будет совершенно не то. Это будет терять смысл всего, и спортсменам, я думаю... Я как бы занимался тоже, и когда трибуны ревут, орут, это атмосфера, это драйв какой-то, и это теряется все, это все теряется.

Александр Денисов: Понятно, Павел, спасибо, интересно. Алексей, вот зритель не будет такую Олимпиаду смотреть без атмосферы.

Алексей Кыласов: Ну естественно, это особый визуальный продукт, и естественно, тот символизм, который содержит телевизионная картинка в первичном виде, ее наполнение напрямую связаны. И в данном случае, если мы убираем одного из активных акторов этого процесса, зрителей, то мы получаем совершенно иную картинку, мы получаем совершенно иной телевизионный продукт на выходе. Ну представьте себе ток-шоу, в котором нет зрителей, – это совсем другое шоу.

Александр Денисов: Ну сейчас так и есть, Алексей.

Анастасия Сорокина: Сейчас так и снимают.

Александр Денисов: Сейчас так и снимают, да-да-да.

Алексей Кыласов: Ну да, но телевизионные рейтинги от этого не растут, и вам это хорошо известно.

Александр Денисов: Да, и есть же поговорка, зритель какой, 12-й игрок на поле, это если футбол брать, да?

Алексей Кыласов: Да, конечно, конечно. То есть есть много разных поговорок.

Александр Денисов: Вот все-таки, если подытоживать, не кажется ли вам, что сам Международный олимпийский комитет в какой-то мере и виноват в этом кризисе, в который они зашли, плюс еще свалилась вот эта история с болезнями, то есть сверху прихлопнуло еще и этим?

Алексей Кыласов: Ну, совершенно вы правы, кризис нарастал, издалека шел. Это коррупция, это нерешаемая проблема с допингом, это не совсем какие-то адекватные ходы по урегулированию этих процессов с одной стороны были, а с другой стороны, ситуация с допингом – это, в общем, глобальная угроза, которая поставила МОК перед решением проблемы, которая оказалась пока что не по плечу этой международной организации, одной из старейших, глобальных международных организаций. И это надо признать, и это сегодня уже не является какой-то тайной для большинства экспертов мира, для моих коллег-ученых, которые занимаются вопросами культуры, вопросами социологии спорта. И в общем и целом практически все ведущие специалисты сходятся на мнении, что МОК не справился с поставленной задачей.

Александр Денисов: Да, еще трансгендеры упали им на головы, мужики, которые среди женщин выступают, тоже ясности все это не добавляет.

Алексей Кыласов: Ну, я думаю, что еще проблемы будут нарастать как снежный ком, потому что, например, я думаю, что возникнет резонный вопрос, почему нет негров в фигурном катании.

Александр Денисов: Спасибо, Алексей, вы добавили, так сказать, еще темноты, да.

Анастасия Сорокина: Это был Алексей Кыласов, руководитель Центра традиционных игр и спорта Института наследия.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Игры в Токио могут пройти без зрителей. Обсудим плюсы и минусы такой перспективы