Тотальная слежка по-китайски. Будет ли в России внедряться система контроля за людьми по QR-коду, как это делается в КНР

Гости
Саркис Дарбинян
ведущий юрист «РосКомСвободы», руководитель Центра цифровых правт
Леонид Ковачич
китаист, журналист-международник

Тамара Шорникова: Кто куда ходил? Когда и с кем? Все будет видно.

Китайский лидер Си Цзиньпин предложил внедрить коды здоровья по всему миру. Система действует в Китае с начала пандемии. Суть такая: уникальный электронный код, привязанный к ID человека, то есть к паспорту. Код надо показывать при входе в любое заведение, в общественный транспорт. Зеленый знак кода, зеленый цвет – проходи, ты здоров. Желтый или красный – значит, контактировал с заразным человеком, возможно, даже не зная об этом, просто проехал в одном автобусе с тем, у кого обнаружили COVID. Информация постоянно в режиме реального времени обновляется.

Иван Князев: «Тотальный контроль нужен, чтобы предотвратить новые вспышки заболевания и быстро изолировать всех, кто может быть заразным, гасить локальные очаги, не останавливать экономику». Но! Какие побочные эффекты могут всплыть, если во всем мире начнут следить за всеми?

Что вы думаете по этому поводу? Лучше так и без новых карантинов? Или все-таки боитесь, что контролеры войдут во вкус, коронавирус уйдет, а коды останутся?

Тамара Шорникова: Ну, всякие ограничения, действительно эта тотальная слежка. Будем говорить с экспертами. Ждем ваших звонков.

Сейчас с нами на связь выходит Леонид Ковачич, китаист, журналист-международник. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Леонид.

Леонид Ковачич: Здравствуйте.

Иван Князев: Леонид, рассказывайте, что там китайцы придумали. Как у них это все работает? Насколько это адекватно может быть нашим реалиям или нет?

Леонид Ковачич: Дело в том, что у них с самого начала пандемии, практически сразу, в течение двух недель была введена система так называемых кодов здоровья. Действительно, как вы правильно описали только что, каждому человеку присваивается QR-код определенного цвета – в зависимости от большого количества данных. Это и история его перемещений. Это и его медицинская история. В том числе история его покупок. Например, если он в аптеках покупал жаропонижающие какие-то или противовирусные средства, то код здоровья может быть изменен.

В общем, суть в том, что только те люди, у кого цвет QR-кода зеленый, могут свободно перемещаться по городу. Это значит, что риск того, что они могут быть носителями коронавирусной инфекции, минимален.

Собственно сейчас, несмотря на то, что Китай, можно сказать, успешно справился с эпидемией коронавируса, ежедневно регистрируются единичные случаи заболевания коронавирусной инфекцией в Китае, и то большая часть из них привозные, в принципе, уже в общественных местах даже не требуется носить индивидуальные средства защиты, маски и перчатки, – тем не менее система этих кодов здоровья сохранена. И, видимо, будет сохранена на долгое время, если не навсегда.

Иван Князев: А как они смотрят, какой у меня индикатор – желтый, зеленый, красный? Где они это видят?

Тамара Шорникова: Это приложение в смартфоне?

Леонид Ковачич: Очень просто. Приложение на мобильном телефоне генерирует этот QR-код…

Иван Князев: Восстанавливаем пока связь.

Мне просто интересно, Тамара, как это перенести в российские реалии. Хорошо, я сейчас еду на работу, у меня еще пока код зеленый. В общественном транспорте кто-то со мной прокатился. Я подъезжаю к зданию Останкино – у меня уже показывает: «Извини, красный». Представляешь, какой дурдом может начаться в нашей стране, когда люди просто…

Тамара Шорникова: Как минимум у меня будет инфаркт.

Иван Князев: Ну, это самое минимальное. Но вообще в целом? Вот человек едет… И второй момент – не у всех же есть телефоны, смартфоны. Я представляю, как наши бабушки и дедушки будут со всем этим разбираться.

Тамара Шорникова: Когда у нас вводили в Москве, например, если ты помнишь, QR-коды на вход куда-то, электронные паспорта, то у нас же была такая опция «Позвонить по телефону»…

Иван Князев: И узнать.

Тамара Шорникова: Как-то выписать, да. Здесь как мы сможем обходиться, если действительно нужны будут всем мобильные телефоны и специальные приложения?

Восстановили связь, продолжаем разговор. Расскажите еще раз, как это работает. Что это за приложение?

Леонид Ковачич: В общем, это приложение, которое генерирует код здоровья, оно само автоматически анализирует все данные человека о его перемещениях, в том числе данные геолокации мобильного телефона, о его покупках, о его контактах с другими людьми посредством блютус-соединения. Отслеживание контактов с другими мобильными телефонами, находящимися поблизости.

Если у человека есть какой-либо риск заражения коронавирусной инфекцией, то приложение это меняет цвет QR-кода. То есть его цвет – это, по большому счету, просто визуализация. Смысл в том, чтобы с помощью технологии больших данных и отслеживания геолокации, отслеживания контактов определить, насколько высок риск заражения человека.

Иван Князев: Леонид, а китайцы вообще сами к этому как относятся? Они так послушно все это принимают, а потом гуськом идут? В очередях – чик-чик-чик! – приложили. Их вообще абсолютно не беспокоит, следят за ними или не следят?

Леонид Ковачич: Ну, дело в том, что важно еще понимать специфику восточной культуры. Дело в том, что для восточных стран, в том числе для Китая, какое-то коллективное благо важнее индивидуальных и личных свобод. Так было вообще исторически в течение многих тысячелетий. Поэтому для подавляющего большинства китайцев важнее общественное благо, безопасность, в данном случае борьба с пандемией, нежели какие-то собственные личные свободы.

Да, конечно, это поначалу определенные неудобства для них оказывало, потому что система была изначально не очень хорошо отлажена, и приложения давали сбой. Сейчас, за время…

Иван Князев: Ну, привыкли.

Тамара Шорникова: Да, понятно. Леонид, коротко буквально. В Китае большое количество бедняков. Наверняка тоже не было телефонов. Раздавали всем эти гаджеты или как? Просто хочется сразу аналогию провести с нашей страной в этом смысле.

Леонид Ковачич: Дело в том, что, в принципе, худо-бедно какой-нибудь смартфон есть у многих. Более 800 миллионов человек в Китае пользуются мобильным интернетом – а значит, у них есть смартфон, и на нем можно установить этот QR-код. А QR-код можно установить на любом смартфоне.

Но если его нет, например, то тогда в ход идут старые добрые средства. Есть большое количество специальных работников, дружинников, особенно в сельской местности, которые обходили буквально с листком, с ручкой, с бумажкой людей и занимались отслеживанием контактов по старинке, вот таким методом. Это для тех, у кого нет QR-кода.

Тамара Шорникова: Понятно.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Иван Князев: Леонид Ковачич, китаист, журналист-международник, был с нами на связи.

Китайцы вообще, конечно, интересные люди – всю эту заразу в мир принесли, а теперь хотят еще всех тотально обвешать разными QR-кодами.

Тамара Шорникова: А возможно, и продавать всем свое приложение, да?

Иван Князев: Конечно. Ну а что же они еще думают?

Тамара Шорникова: Что пишут наши телезрители? Сейчас, через секунду возьмем звонок.

Вологодская область, пишет телезритель: «У меня кнопочный телефон». Мол: «А куда этот QR-код помещать?» Алтайский край: «Согласна, нужен повсеместный контроль». То есть – за QR-коды.

Иван Князев: Телезритель из Югры вообще не выбирает выражения, говорит: «Сбрендили совсем с этой идеей. Электронные лагеря какие-то у нас появляются», – как концлагеря, наверное.

Тамара Шорникова: Послушаем телефонный звонок. Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Тамара Шорникова: Александр из Санкт-Петербурга, приветствуем.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Добрый день. Спасибо, что продолжаете эту тему.

Говоря о Китае, я должен сказать, что, во-первых, у каждого гражданина Китая есть понятие и чувство родины и государственности, ну и общественная значимость самого себя в этом государстве. Мы, к сожалению, постепенно это теряем.

И второе. Все меры, которые принимаются в Китае, они обозначены государственной политикой партии и самого государства. Приезд Си Цзиньпина в первые дни в эти очаги мобилизовал всю страну. Понимаете? У нас сегодня ситуация обратная.

Иван Князев: Понятно, да. Спасибо большое за ваше мнение.

И еще один эксперт выходит с нами на прямую связь – Саркис Дарбинян, ведущий юрист «Роскомсвободы», руководитель Центра цифровых прав. Здравствуйте.

Саркис Дарбинян: Добрый день, коллеги.

Тамара Шорникова: Саркис, во-первых, такой вопрос как возможному пользователю такой системы. Как вы думаете, она у нас возможна технологически сейчас, по каким-то другим показателям?

Иван Князев: Приживется ли?

Саркис Дарбинян: Я бы сказал, что Москва уже пытается репродуцировать практику азиатскую. Видимо, мэр Москвы долгое время поездил по Гонконгу, Сингапуру и Китаю, поэтому отчасти у нас тоже реализуется слежка (мы знаем это) по QR-кодам, соответственно, по SMS. Заведения пробовали уже это делать. И это все имеет привязки к Госуслугам. Соответственно, идентификация каждого человека…

Иван Князев: Саркис, я прошу прощения. Вы же знаете, как у нас это все работает. Помните, как весной было? На входе в метро поставили полицейских, которые у всех начали что-то проверять. И какая у нас там была давка, очереди? Потом быстро все это отменили.

В связи с этой инициативой, с этими QR-кодами что получится? Не получится ли еще хуже? Как вы считаете?

Саркис Дарбинян: Естественно, идея эта очень плохая. И крайне не хотелось бы, чтобы Москва шла по китайскому пути. Но надо смотреть правде глаза. Все те же технологии распознавания, технологии отслеживания по геотаргетингу, обязательная установка приложения «Социальный мониторинг» – это то, что мы видим сейчас. И это то, что, судя по всему, Москва и некоторые другие регионы попытаются продолжать.

Иван Князев: В общем, к этому придем мы, скорее всего.

Тамара Шорникова: Но, с другой стороны, может быть, сейчас временно эти все системы поработают, зато мы по-прежнему будем ходить в магазины, зато по-прежнему будут работать предприятия, кафе и так далее.

Саркис Дарбинян: Честно говоря, мне бы хотелось, чтобы они работали и так, понятное дело, с какими-то основными мерами предосторожности.

Но введение подобного – это, конечно, жесткий удар по правам человека. Об этом говорил и комиссар Совета Европы: обеспечение здоровья населения не должно стать карт-бланшем для слежки за частной жизнью. Несомненно, когда мы отслеживаем перемещения гражданина по городу, все его траектории, все его локации, то это очевидное вмешательство в частную жизнь.

Тамара Шорникова: Да, понятно. Спасибо.

Саркис Дарбинян: Это запрещено международными конвенциями.

Иван Князев: Спасибо большое. Саркис Дарбинян, ведущий юрист «Роскомсвободы», руководитель Центра цифровых прав, был с нами на связи.

Какие QR-коды, Тома? У нас людей убивают за то, что в автобусе попросят маску надеть. О чем тут говорить?

Тамара Шорникова: К следующей теме.

Иван Князев: Давайте к следующей теме перейдем.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)