Три счастливых дня

Три счастливых дня | Программа: ОТРажение | ОТР

Нужен ли нам дополнительный выходной? И можем ли мы его себе позволить?

2021-03-18T14:47:00+03:00
Три счастливых дня
Владимир Путин призвал провести газ бесплатно к границам земельных участков
В России заработают сто центров занятости нового формата
Поставьте оценку мусорной реформе
Мошенники научились обходить ограничения новой системы техосмотра
Саммит по климату. Чего ждать от заявлений глав ведущих мировых держав?
Что нового? Хабаровск, Санкт-Петербург, Кострома
Послание Президента России Федеральному Собранию – 2021. Главное
Послание Президента: международная политика
Послание Президента: ответственность бизнеса
Послание Президента: региональная политика
Гости
Сергей Вострецов
депутат Государственной Думы РФ
Андрей Бунич
Президент Союза предпринимателей и арендаторов России, генеральный директор Международного фонда «Содействие предпринимательству», кандидат экономических наук

Оксана Галькевич: Ох, ну а как все смеялись-то, а, помните, когда только прозвучало это предложение? Мол, других, что ли, более актуальных тем нет, мы и так много отдыхаем, куда еще? Это я, друзья, о четырехдневке сейчас говорю. Помните, в прошлом году разговор на эту тему завел Дмитрий Медведев, и, надо сказать, тогда начались довольно бурные дискуссии на эту тему.

Константин Чуриков: Ты хочешь сказать, и все засмеялись? Аккуратно.

Пока мы дискутировали, между прочим, кое-кто в Европе перешел от обсуждений к реализации, пока, правда, в качестве эксперимента. Вот испанцы предложили коммерческим и государственным компаниям на полном серьезе уже участвовать в пилотном проекте в прямом смысле с завтрашнего дня. Переход на четырехдневку обещают компенсировать деньгами при условии сохранения заработной платы.

Оксана Галькевич: Кстати, не только испанцы, во время пандемии такой формат даже в удаленном режиме уже протестировали в других странах, и, представляете, они остались довольны. У нас пока ограничились опросами общественного мнения. Ну вот, например, портал SuperJob выяснил, что за такой график для всех выступают 30% опрошенных, против 24%. Ну, на самом деле примерно близкие показатели, но тем не менее больше «за».

Константин Чуриков: Да. Ну, три счастливых дня, понятно, про выходные вот такие увеличенные. Как воспользоваться этими выходными? Как вы думаете, уважаемые зрители, вот за эти три счастливых дня чем в России займутся работники? Насколько плодотворно потом они будут работать?

А у нас пока на связи человек, который поддерживает, кстати, эту инициативу, Сергей Алексеевич Вострецов, депутат Государственной Думы Российской Федерации. Сергей Алексеевич? Сейчас мы с вами устанавливаем связь...

Пока напоминаем, что у нас есть SMS-портал. Так: «За ту же зарплату готов работать даже один или два дня в неделю», – сразу такая молния из Нижегородской области.

Вы знаете, я хочу сказать вам, уважаемые зрители, что не надо раньше времени радоваться, потому что в Японии сейчас тоже обсуждают ту же самую идею о переходе на четырехдневку, правда, там сразу предупредили: значит, минус один день рабочий – это минус 20% зарплаты; минус два рабочих дня (можно и три дня работать) – минус 40%.

Оксана Галькевич: Да. И давайте, мы еще хотели вас спросить, друзья, как вы считаете, больше отдыхаешь – лучше работаешь? «Да» или «нет», вот ваши ответы, мы сейчас выведем этот опрос на экран...

Константин Чуриков: Номер 5445 нашего SMS-портала.

Оксана Галькевич: Присылайте на наш SMS-портал.

А сейчас у нас как раз наладили уже связь с Сергеем Вострецовым, депутатом Государственной Думы. Сергей Алексеевич, здравствуйте.

Константин Чуриков: Сергей Алексеевич, действительно, вот были сомнения, что все это заработает. Хорошо, в Испании уже начали, в Японии обсуждают. Мы когда? Вот на каком, скажем так, горизонте событий мы сейчас находимся?

Сергей Вострецов: В Японии не обсуждают, в Японии тоже прошел эксперимент, намного стало меньше больничных, люди стали короче проводить встречи, эффективность, производительность труда выросла на 25%. Компания Microsoft, которая проводила эксперимент в Японии, остались очень довольны и люди, 99%, которые участвовали в эксперименте, и сама компания. Поэтому... Да, речь о том, что переводить кого-то насильственно, никто не собирается, но и остановить прогресс мы с вами не сможем, потому что сегодня уровень роботизации... Если раньше машину собирали в цеху 100 человек, сейчас робот собирает. Для того чтобы обучиться пользоваться этим роботом, нужно дополнительное время.

Если взять ребят, молодежь, которая сегодня живет фактически в интернете, и нас, восьмидесятников, семидесятников, нам уже, конечно, нужно гораздо больше времени на обучение и совершенствование. Потому что взять ту же систему образования, сейчас уже вовсю внедряется VR-образование, а много ли у нас с вами педагогов, которые могут обучать VR? Пандемия, к примеру, выявила такие нюансы, вот учитель физкультуры никогда не мог в жизни подумать, что ему может пригодиться интернет, а, как оказывается, можно занятия и по интернету вести.

Константин Чуриков: А что такое VR, извините, пожалуйста, Сергей Алексеевич? VR что такое?

Сергей Вострецов: VR – это очки, виртуальная реальность.

Константин Чуриков: А, virtual reality.

Сергей Вострецов: То есть обучение предметам, не просто смотреть картинку, а уже участвовать непосредственно в процессе. Так же, к примеру, фермер, он работает на ферме, а один день посвящает интернет-магазину, продвигает свою продукцию. То есть это может понадобиться кому угодно, взять того же, к примеру, дизайнера, изучает программу. Поэтому это не означает, что появится лишний, халявный какой-то день, это день... То есть прогресс не стоит на месте, мы должны соответствовать прогрессу, уже не столько физическая подготовка нужна, сколько умственное развитие, а на это нужно время тоже.

Оксана Галькевич: Так, Сергей Алексеевич, это вот, смотрите, прогресс, конечно, не стоит на месте, понятно, в Японии он там уже давно не стоит на месте, там роботы действительно, роботизируется, и вообще они трудяги большие, мы знаем, что они трудоголики...

Сергей Вострецов: Да ладно, при чем здесь Япония? Мы с вами...

Оксана Галькевич: А у нас-то местами прогресс, во-первых, не зашел еще, а во-вторых, простите, ну есть такие мнения, что мы и так много отдыхаем, мы не такие трудоголики, как японцы, и отпуска-то у нас подлиннее, чем у них, у них всего 2 недели максимум при больших заслугах.

Сергей Вострецов: Везде по-разному. Я не считаю, что мы супертрудоголики какие-то.

Константин Чуриков: Так.

Сергей Вострецов: К вопросу о том, что отдыхать надо тоже уметь, это не означает, что лежать на диване, пить пиво. То есть отдых может быть активный, человек может самосовершенствоваться, уделять время своему здоровью. Мы будем меньше тратить денег на лечение. Вот я как пример привел, в той же Японии меньше стало больничных, у нас их тоже станет меньше, если люди... Они однозначно должны не потерять в зарплате, не потерять в отпусках, тогда будет совсем другая мотивация: человек будет отдохнувший, он будет намного эффективнее работать.

Это не означает, что завтра мы все перейдем на четырехдневную рабочую неделю, это процесс далекий, например, на пятидневку переходили тоже почти 10 лет, поэтому... Но сравнить, как вы говорите, у нас не такая технология, – мы с вами разговариваем тоже по смартфону, еще в 1970-х гг. это казалось в фильме фантастики. То же самое, как, когда была шестидневка, в начале XIX века только появилась, тоже казалось, что в 1970-е гг., когда ракеты полетели, это тоже фантастика. Прогресс не стоит на месте, это не о том, что мы хотим или мы не хотим, мы все равно к этому придем, то есть это неизбежно, человечество для этого и развивается, чтобы высвобождать время для саморазвития, культурного развития, физического, духовного развития, если хотите. Поэтому какие-то отрасли перейдут быстрее, какие-то медленнее, здесь не стоит вопрос о насильственном переход.

Константин Чуриков: Ну да. Сергей Алексеевич, зрители хотят пообщаться с вами, избиратели, можно так сказать.

Оксана Галькевич: Электорат. Елена из Воронежа. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Вот я пенсионерка, смотрю вашу передачу постоянно. Вот вы где таких экспертов берете? Такое ощущение, что народ у нас живет в себе, а депутаты, им уже заняться нечем, они живут в себе. Ну какие? И так у нас вообще этих выходных столько, что молодежи... Вот они говорят хорошо все, спорт, спорт – да все кругом платное, заняться нечем, понимаете, какие выходные?

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Вот по телевизору глядела, Албанию показывали, там у них рабочий день с 7 до 15, но, если он после 15 остался, ему работодатель доплачивает. Ну почему же у нас пенсии и зарплаты не сделают, как на Западе? Почему только берут все... ?

Константин Чуриков: Елена, подождите, когда мы в эфире обсуждаем тему переработки, нам звонят люди и говорят, что вообще света белого не видят, муж не видит жену, жена мужа, они не видят детей и так далее, все плачутся. Вот, пожалуйста, предлагают четырехдневку, пока еще непонятно, как это будет работать, но тем не менее, да, а вы сразу против. А какие-то плюсы в этом же есть, Елена?

Зритель: Понимаете... Я вот уже на пенсии, я уже не верю депутатам. Вы понимаете, какая-то очередная мина, вот какая-то очередная мина.

Оксана Галькевич: Да.

Зритель: Ну не думают они о народе, вот не думают, они только думают о себе, что бы им там... У них деньги есть, что же, им столько выходных, они теперь поехали...

Оксана Галькевич: Ну, тут вопрос работы...

Константин Чуриков: Сергей Алексеевич, ответьте, пожалуйста.

Оксана Галькевич: Да, Сергей Алексеевич, высокая безработица, низкие зарплаты, конечно, люди боятся.

Сергей Вострецов: Смотрите, во-первых, что касается по занятости, я как председатель профсоюзного объединения профсоюзов России СОЦПРОФ сейчас как раз бьюсь за работников бюджетной сферы, а у нас их 12 миллионов человек, которые как раз занимаются внутренним совместительством и работают на 1,5, 1,7–1,8 ставки. Получается, одна ставка оплачивается 100%, а вторая голый оклад. Я сейчас добиваюсь, чтобы если и есть потребность у нас в кадрах и люди перерабатывают, чтобы эта переработка считалась не совместительством, а именно переработкой и по Трудовому кодексу оплачивалась в двойном размере.

Но тоже по-разному воспринимают, говорят: «Вот хотят лишить нас работы». Да не работы хотят лишить, а оплатить как положено по ТК в двойном размере, то есть надо разбираться. Вот женщина сейчас ругалась, да, а я, между прочим, ввел 10 лет назад уже курсы для пожилых «Бабушка онлайн», чтобы люди общались в «Одноклассниках», потому что сейчас люди замкнулись, мало друг с другом общаются, социальные сети – это для них тоже один из элементов общения. Когда человек общается, он и психологически совсем себя по-другому чувствует, он нужным себя чувствует.

Поэтому зря она ругается и отвергает технологии. Она на пенсии, может быть, делать особо нечего, а могла бы курсы какие-нибудь преподавать, если она учитель, дополнительно, или, я не знаю, психологом работать, или еще какую-то работу себе найти. Надо совершенствоваться, на пенсии не надо уходить, замыкаться, прогресс отвергать нельзя. Мы можем, конечно, сказать: «Нет, нам прогресс не нужен», – и остаться на обочине. И страна может сказать: «Нет, мы этого не хотим, мы этого делать не будем, мы не будем обучаться роботизации, мы не будем информационным системам каким-то учиться». Но мир пойдет дальше, он не остановится, мир все равно пойдет, и мы пойдем, никуда не денемся.

Константин Чуриков: Сергей Алексеевич, давайте еще один звонок рискнем принять.

Оксана Галькевич: Сергей из Тверской области.

Сергей Вострецов: Я спокойно отношусь к критике, тем более конструктивной.

Константин Чуриков: Правильно-правильно. Сергей, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Сергей.

Зритель: Здравствуйте.

Во-первых, я тезку поддерживаю, что надо делать четырехдневную, потому что я сам хожу каждую ночь, это самое, 5 километров лесом на работу с больными ногами, ноги... Вот мне 40 с лишним, все-таки деревенская жизнь, позвоночник больной, и вот ходишь по колено...

Сергей Вострецов: Вот молодцы. Это не только в деревне, в городе по 2–3 часа в пробках люди тратят, добираются, это тоже время на дорогу, ресурсы, а в деревне особенно.

Зритель: Да, вот я пешком хожу по сугробам, это самое, и в любую погоду, неважно, мороз не мороз...

Константин Чуриков: Подождите, мне послышалось, или вы сказали, что каждый день в ночь вы ходите через лес на работу?

Зритель: Да-да-да.

Константин Чуриков: В ночь? А почему в ночь?

Оксана Галькевич: Работа такая.

Зритель: В ночь, в ночь, в ночь.

Сергей Вострецов: Охранник?

Константин Чуриков: Охрана?

Зритель: Да-да-да.

Константин Чуриков: Понятно.

Зритель: На государство работаю.

Константин Чуриков: Сергей и вы, Сергей Алексеевич, мы все свои люди. Смотрите, нам вот пишут, а как же вот это дело, ну? Мужики-то запьют.

Сергей Вострецов: Да, смотрите, я еще раз говорю, здесь для взрослых людей, особенно вот нам семидесятники, восьмидесятники, 1950–1960-е гг. мы, наверное, уже не подтянем, но нам нужно все равно входить в конкуренцию с молодежью и учиться информационным технологиям, работать с более сложными механизмами, на это все требуется время. А молодежи, наоборот, нужно время учиться готовить, учиться заниматься с детьми, костер, палатку ставить, то есть нужно... Я еще раз говорю, дополнительный выходной – это не просто полежать на диване и пиво попить, это заняться семьей, заняться своим саморазвитием. Потому что, чтобы быть конкурентоспособным в этом обществе современном, нам надо уделять время и на самообразование, и на свою физическую культуру.

Константин Чуриков: Я так скажу, Сергей Алексеевич, хорошо, если пиво, да.

Оксана Галькевич: Да. А давайте вот сейчас еще Ростов-на-Дону, смотрите, из разных концов страны нам звонят, как Константин относится из Ростова-на-Дону к трем выходным, на что бы он потратил это время. Здравствуйте, Константин.

Зритель: Добрый день.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Ну, хочу я, значит, сказать также. Я соглашусь с предыдущим оппонентом, что депутаты у нас живут вообще отдельно от граждан.

Сергей Вострецов: Вам так кажется.

Зритель: Значит, хочу сказать, первое: вообще, когда люди нанимаются на работу, они подписывают контракт, они знают уже заранее, какая у них будет ставка, сколько у них почасовая оплата, у нас идет почасовая. Если вдруг, допустим, человека специально, законодательно они хотят убрать эти, то есть выполнить определенный тип работы, все равно нужно определенное количество времени потратить на это. То есть по-любому все равно вы либо больше людей будете нанимать на эту же...

Сергей Вострецов: Нет, смотрите, я вам отвечу на ваш вопрос. У вас почасовая оплата, у кого-то не почасовая.

Оксана Галькевич: Спасибо, Константин.

Сергей Вострецов: Но за счет чего? Оплата не должна падать за счет сокращения рабочего времени должна расти производительность. Меньше перекуров, меньше каких-то там, то есть бо́льшая мобилизация человека происходит, мотивация. Если у вас будет понимание, что у вас есть три свободных дня, вы будете намного эффективнее отдавать себя работе, чем когда у вас есть лишнее время, вы думаете, чем себя занять, сходить там поговорить, тут. Надо просто учиться ценить и планировать свое время, вот и все, эффективность труда вырастет, за счет этого не упадет зарплата.

Оксана Галькевич: Сергей Алексеевич, ну вот тот испанский опыт, который мы в самом начале привели, они ведь там компенсации компаниям, которые в эксперименте принимают участие, предлагают при условии, что те зарплату не будут сокращать. А вы предлагаете как это все реализовывать на практике?

Сергей Вострецов: Я пока никак не предлагаю. Еще раз говорю, это вопрос пока только дискуссионный, это вопрос изменения законодательства. Мы сейчас с вами по удаленке кучу законов приняли, потому что кто-то говорит: «Да, мне даже ночью звонили», – теперь нельзя, то есть четко определено, что на удаленке можно, что нельзя, какой рабочий график. То же самое и этот будет вопрос урегулирован, когда будет принято решение о четырехдневной рабочей неделе. Сначала, наверное, какие-то отдельные специальности будут выводиться, потом отрасли. Но это не произойдет так моментально, сначала те, кто хотят, пойдут в эксперимент, а таких предприятий уже достаточно на сегодняшний день в России. И вот вы говорите, доплачивали в Испании, а в Японии никто не доплачивал, так они еще и сэкономили, предприятия, порядка 10% за счет того, что электричества меньше тратили и всего остального.

Константин Чуриков: Сергей Алексеевич, смотрите, вот мы попросили зрителей проголосовать, у нас только 30% поддерживают эту идею. Ну, казалось бы, да, часто говорят, ой, да люди у нас не любят работать, – вот, пожалуйста.

Оксана Галькевич: 70%.

Сергей Вострецов: Вы знаете что? Понимаете, все новое всегда воспринимается... Знаете, когда-то ломали ткацкие станки, правда, еще что-то. То есть это вопрос...

Константин Чуриков: Луддиты, да, луддиты.

Сергей Вострецов: Да. Потихоньку, еще раз говорю, здесь никто же не говорит, что завтра вас заставят работать 4 дня, – да ни в коей мере. То есть сначала компании, которые готовы... Вот многие на удаленку кто ушли, они увидели, что у них производительность труда выросла, может, сначала вот эти компании перейдут. Потом посмотрим по другим компаниям. То есть это не будет завтра, по щелчку, такого быть не может, поэтому это все только добровольные решения.

Константин Чуриков: Ну хорошо, кого-то можно заменить, значит, ведущих уже давно можно заменить, и пора...

Оксана Галькевич: Некоторых особенно, Костя.

Константин Чуриков: Да, некоторых особенно. Не знаю, образовательные какие-то технологии, а вот депутатов кто заменит?

Сергей Вострецов: Нет, человеческий фактор мы не заменим с вами никогда.

Константин Чуриков: А вот депутата, как депутат будет выходить на работу 4 дня в неделю, а не 5? как?

Сергей Вострецов: Вы знаете, вот это вот какая-то определенная оскомина про депутатов, что там говорят, что вот депутаты оторваны от народа. Я родился в семье шахтерской, 5 детей, у меня у самого сейчас пятеро ребятишек, я с года дочку-инвалида один воспитывал, когда офицером-лейтенантом был, и я прошел общаги, и Крым, и рым, я все это знаю, я живу не на Луне. Поэтому да, у депутатов зарплаты высокие, но сегодня и директор школы, и директор института, и директор больницы какой-то, они уже даже в разы больше, чем депутаты, получают. Поэтому говорить, что там депутаты какие-то там космонавты, в заоблачном живут, это неправда. И депутатов Государственной Думы на страну всего 450 человек. Но был бы вопрос только уменьшить зарплату депутатов и стало бы людям легче жить, да я бы первый на это пошел.

Константин Чуриков: Да, и обратите внимание, вот депутат, между прочим...

Сергей Вострецов: Я за кресло точно не держусь.

Константин Чуриков: ...в пробке стоит, в пробке стоит или припарковался депутат, а так бы можно было с ветерком проехать, да, а вот депутат стоит, ждет. Спасибо вам большое, Сергей Алексеевич, спасибо.

Оксана Галькевич: Сергей Вострецов, депутат Государственной Думы, был у нас на связи сейчас в прямом эфире.

Друзья, давайте посмотрим небольшой опрос, который наши корреспонденты провели в Чебоксарах, Кемерове и Новом Осколе. Спрашивали, будут ли наши люди успевать делать свою работу за 4 дня. Такой, между прочим...

Константин Чуриков: Я все эти 10 минут смотрел, с какой скоростью едет депутат, да.

ОПРОС

Оксана Галькевич: Вот так вот.

Константин Чуриков: Ну, вот такие вот аргументы.

Давайте поговорим все-таки об этих трех счастливых днях. Ну, если отнестись к этой идее все-таки с теплом и с пониманием, что можно было бы такого хорошего и позитивного сделать? Потому что нам вот пишут, что три счастливых дня – это больше времени для пьянки, хулиганки, ну и так далее. Сейчас у нас на связи...

Оксана Галькевич: Давайте поговорим с практиком, с человеком, который, собственно, занимается организацией каких-то рабочих процессов, выплатой зарплаты своим сотрудникам. Андрей Бунич, предприниматель, кандидат экономических наук, глава Союза предпринимателей и арендаторов России, у нас в прямом эфире. Андрей Павлович, здравствуйте.

Андрей Бунич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Ну вот вы выслушали много аргументов, прежде чем мы вас вывели в эфир, и от зрителей, и от депутата. Что вы думаете? Ваше мнение?

Андрей Бунич: Я думаю, что бесплатных обедов не бывает, поэтому кто-то всегда должен платить за это. Во всех экспериментах, которые перечислялись, которые в этой сфере проводились, там всегда кто-то терял. То есть работники в Японии, естественно, получали меньше, когда работали на сокращенной неделе, и в других местах, если в Испании эксперимент, так государство тогда доплачивало. Все равно кто-то должен платить. То есть либо будут платить работодатели, да, если люди просто будут работать... Людям кажется так: вот три счастливых дня, просто я буду, значит, отдыхать три дня и все останется так же. Ну конечно, работодатель-то не захочет этого, соответственно, чтобы ему за это платили...

Константин Чуриков: Хорошо. Андрей Павлович, но согласитесь, не все сотрудники одинаковые. Есть сотрудник, который, например, тугодум, долго соображает, все долго у него, а есть быстрый, раз-раз. Ну почему, если человек выполнил план, сделал его, ну пускай гуляет, господи, пускай денек продышится.

Оксана Галькевич: Брать только быстрых на работу.

Константин Чуриков: Конечно.

Андрей Бунич: Дело в том, что это можно и сейчас сделать, можно по-разному строить процесс, нужно договариваться с людьми, как они будут работать. Тем более в современных условиях скорее мы видим тенденцию к тому, что у многих людей становится вообще ненормированный рабочий день и они работают чуть ли не каждый день вообще всю неделю, потому что, если творческий процесс или деловые какие-то процессы, они не прерываются никогда, он может и ночью иногда заниматься. Это как раз современная тенденция такая, что люди работают все время, и другая тенденция, что работают удаленно, гибкий график. Здесь очень трудно определить, когда кончается вообще рабочее время и начинается свободное время.

Константин Чуриков: Да.

Андрей Бунич: В том числе, кстати, в журналистике в той же.

Константин Чуриков: Я с вами согласен абсолютно, вот мы с Оксаной Глебовной постоянно спорим, я говорю, что вообще это творческий процесс, вот только вечером, только вечером надо работать.

Оксана Галькевич: О чем мы с тобой спорим-то, Костя?

Константин Чуриков: По поводу графика работы.

Сейчас у нас звонок есть. Валентина, наша зрительница, на связи из Тулы.

Оксана Галькевич: Я вообще не сплю, с утра до ночи и с ночи до утра. Здравствуйте, Валентина.

Константин Чуриков: Здравствуйте, Валентина.

Зритель: Здравствуйте. Я вам звоню из Тулы.

Вот хотела бы сказать по поводу этих трех счастливых дней. У меня сноха работает заместителем главного бухгалтера на большом предприятии и каждый день приходит домой в 7, в восьмом часу, в выходные выходит на работу. Переработки не оплачиваются, выходные – «возьмите отгул», а отгул взять тоже проблематично, потому что работы очень много, без конца проверки, то налоговая, то аудиторская, то еще какая-то. То есть я считаю, что ей эти три счастливых дня ни к чему.

Константин Чуриков: То есть просто этого не будет?

Оксана Галькевич: Пусть работает дальше?

Зритель: Ну вот...

Константин Чуриков: Понятно. Валентина, а в индивидуальном порядке как-то договориться? Можно, конечно, и выходные, что называется, убить, на работу потратить, но можно же договориться, что в будни как-то подольше сотрудник работает, а потом она взяла и нормально, субботу-воскресенье отдыхает.

Зритель: Так они работают в будни, не то что она одна так работает, вот у них именно бухгалтерия вся вот так работает.

Константин Чуриков: Так принято.

Зритель: Им не оплачивают эти дни.

Константин Чуриков: Да...

Оксана Галькевич: Да, собственно, бухгалтерия сама себе, получается, и не оплачивает.

Константин Чуриков: Кстати.

Зритель: Да, ну это же не бухгалтерия не оплачивает, а руководство...

Константин Чуриков: Ну да.

Оксана Галькевич: Руководство не подписывает. Понятно, спасибо.

Константин Чуриков: Еще звонок, Татьяна.

Оксана Галькевич: Давайте сразу Хабаровский край выслушаем. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Я считаю, что у нас сейчас очень много люди перерабатывают, например, те же продавцы, учителя, врачи, они работают на две ставки. Лучше платить за 8-часовой рублей день нормальную, достойную зарплату, чем вот это вот непонятное.

И еще. По законодательству пенсионному ведь льготный стаж, северные, педагогический, медицинский засчитывается человеку для досрочной пенсии только в том случае, если человек работал полный рабочий день, полную рабочую неделю. А если там, допустим, нас заводы в девяностые переводили в связи с простоями на четырехдневку, так вот сейчас Пенсионный фонд запрашивает и это в стаж из северного выкидывает. А как же с этим будем поступать?

Оксана Галькевич: Ой, Татьяна, это немножко другая уже, конечно, тема, но тоже важная.

Константин Чуриков: Я боюсь, что Андрей Павлович сразу так не ответит.

Андрей Бунич: Да.

Оксана Галькевич: Андрей Павлович, вы знаете, а я хочу по поводу переработок спросить. Смотрите, ну вот ваша позиция по поводу четырехдневной работы понятна, платить за это бизнес вряд ли, наверное, согласится, государство будет ли компенсировать, непонятно. А вот с переработками, смотрите, нам звонят и пишут люди, которые как раз в бизнес-структурах работают (я имею в виду по найму в коммерческих каких-то структурах), без конца переработка-переработка, переработка-переработка, и за это им тоже не платят.

Андрей Бунич: Это действительно имеет место. Но дело в том, что современный мир так устроен, что появляется все больше безработных в реальности. И вот как раз разговоры все о четырехдневной рабочей неделе – это путь как раз замаскировать эту скрытую безработицу под видом того, что мы вроде вам делаем лучше, а на самом деле просто побольше людей вообще, так сказать, убрать, потому что количество рабочих часов таким образом уменьшается. Поэтому на самом деле сейчас переработки, это касается скорее тех, кто востребованы. Понимаете, есть люди, которые не востребованы, и они как раз могут подлежать увольнению, точнее их зарплата сокращению в связи с тем, что будет четырехдневная неделя. А вот востребованные люди, они действительно перерабатывают зачастую, и не всегда правильно это оплачивается.

Но мне кажется, что это должно все равно регулироваться какими-то дополнительными соглашениями работодателя и работника, то есть надо предоставить возможность все-таки поработать в новых условиях, вот этот гибкий график, удаленная работа, посмотреть, кто как будет работать, и чтобы работодатель и работник сами как-то привыкли к этому и выработали новые формы. Поэтому сейчас преждевременно навязывать административно какие-то формы, которые для всех подойдут. Очень много разных видов деятельности, которые свести к единому знаменателю сложно, и мы начинаем говорить о том, что вот в будущем, через 10 лет кто-то будет работать 4 дня. А мы-то сейчас начинаем об этом говорить, когда у нас есть о чем поговорить.

Константин Чуриков: Так. Андрей Павлович, а знаете, почему мы сейчас об этом, в том числе об этом говорим? Вот давайте посмотрим вообще статистику, сколько работают в мире, стандартная рабочая неделя. Вот вверху списка, где работают меньше всего, Нидерланды (29 часов), Дания (32), Норвегия (33), Германия, Швейцария. Но есть и нижняя часть списка, в общем, из таких очень крепких стран только Южная Корея, Колумбия, Мексика, Коста-Рика, ну Турция еще, но развивающаяся все-таки страна. Вот нам с кем как-то хочется рядом оказаться?

Андрей Бунич: Опять же, я, честно говоря, не очень верю в реальность этих расчетов, потому что зачастую... Тут ведь как? Учитывается просто рабочее время, понимаете.

Константин Чуриков: Это Организация экономического сотрудничества и развития, да.

Андрей Бунич: Да. А то, что человек интенсивно работает и находится на работе, – это совсем не одно и то же. Можно находиться на работе и ничего не делать, понимаете?

Константин Чуриков: Это правда, вот.

Андрей Бунич: Можно просто болтаться в офисе, пить кофе, веселиться, общаться с друзьями...

Константин Чуриков: Да-да-да.

Андрей Бунич: ...круг по интересам там создать, это очень часто и бывает, кстати, в офисах.

Константин Чуриков: Конечно.

Андрей Бунич: И им там веселее, чем дома, они домой не хотят идти, их не выгонишь оттуда. Поэтому это не работает, но по часам будет, наоборот, много. Более того, они еще скажут, что они перерабатывают, они там по ночам сидят, кофе пьют и не только кофе. Поэтому я считаю, что надо смотреть все-таки на процесс. Сейчас общество идет к тому, чтобы платить не за количество часов, а за результат.

Константин Чуриков: Правильно.

Андрей Бунич: Хорошо работаешь – получил; плохо работаешь... А сколько ты там сидел, когда ты сидел, где ты сидел, это неважно, дай результат, понимаете? Даешь результат – все.

Константин Чуриков: Полностью, полностью согласны. Спасибо, спасибо огромное.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Андрей Павлович Бунич, предприниматель, кандидат экономических наук, глава Союза предпринимателей и арендаторов России.

Но все равно, действительно как-то у нас вот к новому, к каким-то инновациям люди не готовы.

Оксана Галькевич: А ты уже готов, все, да?

Константин Чуриков: А у меня уже мысленно вот сегодня четверг, я бы с удовольствием завтра уже...

Оксана Галькевич: Пятница.

Спасибо, друзья. Переходим к следующей теме...

Константин Чуриков: ...через несколько минут.

Оксана Галькевич: ...через несколько минут.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)