Удалёнка: всё по закону

Удалёнка: всё по закону | Программы | ОТР

Профсоюзы разработали поправки в Трудовой кодекс

2020-05-25T17:55:00+03:00
Удалёнка: всё по закону
Почему не едет скорая? Что не так с дистанционным образованием? Непогода на острове Русский. «Светофор доверия» для бизнеса. Коммунальные долги. Инфляция и социальные выплаты. Экзамен на права. Пенсионные ожидания россиян
Дистанционка - образовательный фаст-фуд или новые возможности обучения?
Пенсия: завышенные ожидания
Почему не едет скорая?
Экзамен на права приблизят к жизни
Искусственный интеллект посчитает инфляцию
Как эффективно бороться с коммунальными должниками?
«Светофор» для предпринимателей
Школа удаляется на несколько лет?
Не время платить за парковки
Гости
Юрий Савельев
заместитель премьер-министра правительства Карелии
Владимир Морыженков
профессор бизнес-школы МИСиС

Оксана Галькевич: Удаленная работа – это экономия или дополнительные издержки? Это спокойнее – работать на дому, или все-таки хлопотнее? Я думаю, что сейчас в этом вопросе довольно много неразберихи. Ведь удаленная работа сотрудников, в таких масштабах, по крайней мере, у наших российских компаний прежде никогда не была организована.

Константин Чуриков: А вот по этому поводу Федерация независимых профсоюзов России разработала проект поправок в Трудовой кодекс о временной удаленной работе. Там есть предложение компенсировать работнику, среди прочего, часть затрат на электроэнергию, Интернет, телефонную связь и на установку необходимых компьютерных программ.

Оксана Галькевич: Да, если работа этого требует, почему нет. А еще там есть такой пункт о продолжительности рабочего дня, уважаемые друзья. А то многие удаленщики как раз и жалуются, что их день стал совершенно бесконечным. Коллеги, работодатели почему-то считают возможным сейчас беспокоить по рабочим вопросам в любое время, и телефон просто не умолкает.

Константин Чуриков: Такой режим работы 24х7, как сейчас говорят. Так вот, пожалуйста, нам скажите, те, кто работает на удаленке, как вам, каково вам? На удаленке работать легче? Пожалуйста, отвечайте «да» или «нет» 5445. В конце этой получасовки подведем итоги.

А сейчас к нам присоединяется для начала Владимир Морыженков, профессор Бизнес-школы МИСиС. Владимир Алексеевич, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Владимир Морыженков: Здравствуйте, уважаемые коллеги.

Оксана Галькевич: Владимир Алексеевич, скажите, пожалуйста, смотрите, как быстро на самом деле на ситуацию отреагировали. Уже готовятся поправки к закону о труде. Скажите, это был запрос снизу? Или запрос регуляторов, решили на опережение сыграть, чтобы не плодить эти бесконечные конфликты и сложные ситуации?

Владимир Морыженков: Я предполагаю, что эта идея сверху движется. Никто снизу. Снизу разговор, конечно… человек всегда ищет придумывать какие-то объяснения тому, почему дома на удаленке работать и пусть ему компенсируют тогда расходы. Это вот такое бурление услышано и подхвачено профсоюзами.

Но вполне справедливо, на самом деле. Только если мы говорим трафик 1,5 тыс. руб. предлагается Интернет оплачивать, я не очень уверен, что весь этот трафик будет посвящен рабочему дню. Здесь возникнут какие-то компромиссы. Но в целом это обоснованно. Я считаю, замечательная идея. Я бы поддержал. Ничего такого здесь нет, очень хорошая вещь.

Константин Чуриков: Но давайте даже о деньгах говорить не будем. Потому что, наверное, не все, мягко говоря, не все работодатели сейчас готовы к каким-то дополнительным издержкам. Интереснее именно пункт о рабочем времени.

Владимир Морыженков: Да.

Константин Чуриков: Какая здесь может быть консолидированная позиция? С одной стороны, мы понимаем, что человек, когда он сидит дома, рядом вопят дети, жена чего-то требует, и тебе нужно дать стране угля. Т. е. ты на работу явно тратишь не 8 часов, а больше. Вот как здесь быть с точки зрения действующего законодательства?

Владимир Морыженков: Здесь – явно, неявно – но правила могли бы быть очень простыми. Я и вижу, как это происходит. Первое: то, что начало рабочего дня у тебя, допустим, в 9 утра, ты обязан быть подключенным и дать сигнал о том, что ты присутствуешь. Это как бы открытие твоего табельного времени. И в 18 ты должен выйти из системы. Если ты во взаимодействии с руководством предприятия или теми людьми, которые находятся на удаленке, не выходишь на связь или не отвечаешь, это может рассматриваться как тебя нет на рабочем месте. Совершенно справедливо. Если каналы технической связи поддерживаются очень хорошо.

Поэтому, конечно, подготовка рабочего места и обеспечение надежности связи, канала, корпоративной культуры, уровня взаимоотношений и мягкость в отношениях позволяют, уважаемые коллеги, нарастить производительность труда на удаленном рабочем месте в разы и разы.

Но есть более серьезная проблема. Человеку…

Оксана Галькевич: Владимир Алексеевич…

Владимир Морыженков: Да?

Оксана Галькевич: …скажите, а на стоимости труда, как вы считаете, это как-то скажется?

Владимир Морыженков: Я вас уверяю, что основная, конечно, добавленная стоимость производится от творческого труда человека. И мы можем сказать, что из дома при современном уровне автоматизации и развитости так называемых ERP-систем люди могут совершенно свободно выполнять все рутинные операции, и за эти операции совершенно не стоит ни наращивать оплату труда, ничего. Это вообще как премия. Мы вот вводим даже премиальные, рекомендуем вводить премиальные: получи разрешение на удаленную работу после снятия карантина. И люди говорят: да, мы бы многим с удовольствием поступились.

Но здесь есть вот этот нюанс, я хотел о нем сказать. Это та атмосфера, в которой ты находишься дома. К сожалению, число разводов в России большое, ну, и в мире тенденция такая. И люди часто внутри дома не могут длительно находиться. Для них нахождение где-то за пределами дома – это спасительная отдушина. И таких практически больше половина. Вот где лежит проблема. А в тех семьях, где есть счастье, то за это счастье все готовы платить организацией труда детей, в смысле не труда, а занятости их развлечениями, но к.п.д. потрясающий. Мы это видим на своих сотрудниках и коллегах.

Оксана Галькевич: Владимир Алексеевич, знаете, меня порадовал ваш оптимистичный подход, ваша реакция. Как только я спросила, как это отразится на стоимости работы, вы сказали: «Ну, собственно говоря, да, это может хорошо оплачиваться». Но опасения у людей, напротив, иные совершенно. Если тебя переводят на удаленку, соответственно ты можешь потерять часть своей зарплаты. Почему-то вот есть некий такой стереотип, что удаленная работа – она, действительно… к.п.д. ниже, менее эффективна.

Владимир Морыженков: Давайте я вам скажу, что обратите внимание, с кем вы работаете на своих предприятиях, уважаемые коллеги. Старайтесь работать с теми, где есть ярко выраженная функция лидера. Лидер команды может ставить очень умные и толковые задачи. И вы можете разогревать своего лидера (как вот велосипедная гонка: лидера команды разогревает вся его команда) и ставить невероятные задачи. И на самом деле все это стало теперь доступно. И умные, хорошо поставленные задачи позволяют человеку вдохновенно… Никто не мешает, не уходишь в курилки и не топчешься по коридорам, не нужно тебе как-то организовывать разные… До 50% времени на работе в офисе тратят люди на обустройство личного своего положения внутри общества, доказывая, что ты что-то значим как человек. Здесь доказываешь своим результатом труда. И ты видишь, как вдохновение-то прямо в сети окутывает. Я вижу, сколько Zoom-конференций идет по всему миру. Сотни тысяч уникальных переговорных процессов, в которых рождается вот это лидерство на рынке по производству уникальных продуктов. Не стоит возвращаться в офис очень многим. Потому что эти процессы продолжатся.

И я вам еще один пример, очень хочу поделиться с вами таким наблюдением о знаменитой Силиконовой долине. Вот где сейчас происходят невероятные события. Там была невероятного уровня высокая цена арендной платы за офисы и за жилье вокруг. Т. е. цена за квартирку маленькую доходила до $5 000 в месяц. Это же в Силиконовой долине. Так вот, их перевели работать на удаленку, а денежек платить никто не хочет. Деньги люди зарабатывают те же самые, а платить за жилье теперь совершенно не хочется. И люди поехали по всему миру обустраиваться. И из Силиконовой долины сейчас рассыпаются кадры. Потому что все поняли, что на удаленке ты производишь тот же самый труд, – главное, что ты в команде очень сильных людей.

Поэтому я подчеркиваю: не оставайтесь работать с теми, у которых параноидальные какие-то идеи сохранить старое. Вы старайтесь идти с теми, кто думает, какой же мир теперь откроется перед нами. Это очень…

Константин Чуриков: Владимир Алексеевич, я, может, параноик, но у нас в стране такой прямо ярко выраженной Силиконовой прямо долины-то нет, понимаете? Вы говорите, что у творческих работников наивысшая добавленная стоимость. Но мы помним, что у нас самые эффективные компании в стране – это нефтяные компании. Совсем не творческие люди там работают. Однако зарабатывают ого-го.

Давайте сейчас послушаем нашу зрительницу Наталью из Красноярска и продолжим беседу. Наталья, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Добрый день.

Константин Чуриков: Добрый. У вас какие соображения?

Зритель: Я работаю в компании ОАО РЖД. Отношусь к зоне риска повышенной: у меня диабет и астма. И в первые же дни коронавируса мне предложили работать на удаленке. Предоставили компьютер и рорсовский телефон, т. е. служебный телефон. И минусов мало, больше плюсов.

Константин Чуриков: Так. А какие, например, плюсы? И в чем ваша работа заключается в РЖД?

Зритель: Я организовываю работу мобильных средств диагностики. Т. е. непосредственно за безопасность. И вся работа чисто в компьютере.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: И получается, единственное, что мне немного мешает, это невозможность общаться с людьми непосредственно, так, посмотреть им в глаза. А так вот, в принципе, по телефону все вопросы решаемы.

Оксана Галькевич: Наталья, а посмотреть в глаза – это необходимо при вашей работе? Ну, не знаю, уточнить что-то, подойти к сотруднику. Или…

Зритель: В некоторых ситуациях да. Непосредственно посмотреть в глаза этому, чем они мне по телефону поговорят, что-то скажут.

Оксана Галькевич: Понятно.

Константин Чуриков: Наталья, а скажите, вы в зарплате ничего не потеряли?

Зритель: Нет. Мне платят полноценную зарплату.

Константин Чуриков: Очень хорошо. Замечательно. Спасибо за ваш звонок. Давайте сразу еще Ирину из Подмосковья выслушаем. Ирина, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Ирина.

Зритель: Добрый вечер. Ой…

Константин Чуриков: Так.

Оксана Галькевич: Добрый. Говорите.

Константин Чуриков: Не волнуйтесь.

Зритель: Я бы хотела сказать следующее. Почему обязательно надо все регламентировать от начала и до конца? Почему не предоставить выборочно людям, как им удобно работать? Чтобы работник с работодателем договорился. У кого-то много детей, нет возможности, он скажет: нет, мне удобно работать в офисе. А другой скажет: нет, я совершенно спокойно могу сидеть, мне никто не мешает, я могу работать, как положено, сколько, и замечательно. Почему обязательно надо всем вот либо так, либо всем вот именно так?

Оксана Галькевич: Ирина, может быть, потому, что не всегда удается всем договориться, так скажем? Знаете, когда у работодателя развязаны руки, он может диктовать условия в определенных ситуациях. Не всем так везет, наверное, с работодателями, как вам, я так поняла.

Зритель: Понимаете, в чем дело. Как бы, работодатель так и так будет диктовать условия. Но один на один с работником все равно легче договориться, когда сверху спускаются какие-то указивки одни на всех.

Константин Чуриков: Указивки. Да-да.

Зритель: Ну… как сказать…

Константин Чуриков: Но правильно, правильно.

Зритель: Укажет, да. Потому что – ну, каждый индивидуально. Ну, какой-то работодатель не пойдет. Не захочет, скажет: нет, всем здесь присутствовать. А кому-то будет удобно и договориться, или там еще чего-то. А когда всем либо так, либо так, то там уже никакого договора, никакого удобства нету, ни тем, ни другим.

Константин Чуриков: Спасибо вам, Ирина. Очень интересное мнение. Владимир Алексеевич, вот правда, почему бы не пойти от человека? Вот свой пример приведу. Да, конечно, там, 7 дней отдохнуть после работы хорошо – неделю через неделю. Но вот не могу я, понимаете, вот дома торчать. Ну, не могу, все. Вот работать я не буду нормально.

Владимир Морыженков: Но я замечу вам, что работать нормально, если вам нужна коммуникация, то мы должны замерить ваш результат. Вот эту неделю вы отдыхаете, и вам надо там в офисе находиться. Вы, может быть, будете своим фактом присутствия на работе отнимать время у других своих коммуникаций. Или у вас все-таки будет стоять общая задача? Если стоит общая задача, находитесь в этой коммуникации. Потому что в Zoom-конференции с неограниченным временем (самый простой программный продукт привожу вам) вы находитесь, вы видите родные лица, у вас невероятной сложности задачи, – и, я вас уверяю, неделю спать не ляжете, будете друг на друга смотреть до надоедности, а решить надо. Очень сложные задачи. Потому что сегодня заработать деньги на рынке, когда спрос падает, это невероятно сложные задачи.

Если в бюджетной работа – вот предоставить выбор: как ты хочешь, в офисе или нет? Вот я вижу, что многие компании сейчас перестраивают просто радикально офисную стратегию. Да, действительно, в офисе должны производиться какие-то важные операции, и часть сотрудников неизбежно будет находиться в офисе. Вот коллега, только что звонившая, очень правильно сказала: да, должен быть хороший, разумный выбор. И важно сказать: а как я померяю твою эффективность в результате труда? Вот эта регламентация того, что существуют стандартные процессы, а существуют творческие процессы. Давай мы померяем, и делай их и там, и там…

Константин Чуриков: Владимир Алексеевич, но согласитесь, не каждую эффективность можно измерить. Например, эффективность труда учителя, скажем так. Потому что его всходы дают плоды лет через 10, может, через 20.

Оксана Галькевич: Его всходы в конце четверти дают плоды, Константин.

Константин Чуриков: Не у всех.

Владимир Морыженков: Коллеги, очень важную тему затронули. Учитель если даст в Интернете урок (я, кстати, слежу за этим)… Наберите «уроки физики» и посмотрите в Интернете: вы увидите сотни тысяч человек у определенных учителей и ни одного у других. Это и есть эффективность. Лайк. За что понравился? Да потому, что родитель посмотрел и говорит своему ребенку: «Тема такая-то, давай послушаем вот такого учителя». И поэтому возникает уникальный открытый чемпионат мира по уроку по физике по конкретной теме. Вы можете сегодня учить детей на невероятно высоком уровне. Главное – как ты создашь атмосферу дома, когда перед тобой выступает звезда, рассказывает уникальные, интересные вещи, и кто тебе потом у твоего ребенка проконтролирует знания?

Оксана Галькевич: Да. Спасибо большое.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Владимир Морыженков был у нас на связи, профессор Бизнес-школы МИСиС.

Я вот смотрю за тем, как идет наш опрос «На удаленке работать легче или нет?» Большая часть все-таки пока склоняется к тому, что все это не так просто.

Вы знаете, есть опрос одного из порталов по трудоустройству. Так вот, согласно его данным (сейчас покажут наши режиссеры эту информацию), после завершения всех этих режимов самоизоляции из-за коронавируса большинство работодателей, больше 70%, намерены все-таки вернуть сотрудников с удаленки обратно в офис. 17% компаний собираются оставить персонал работать из дома еще на какое-то время. Чаще всего назывались вот даты где-то с середины июня: уже хотят все так или иначе собраться в одном рабочем месте.

Константин Чуриков: Хотя бы друг на друга посмотреть.

Оксана Галькевич: Да, посмотреть.

Константин Чуриков: Далее с нами Юрий Савёлов, член президиума Объединения предпринимателей «Опора России». Юрий Михайлович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Юрий Михайлович.

Юрий Савёлов: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Юрий Михайлович, если вы нас слышите… вот, уже и слышите, и мы вас видим. Насколько сейчас в группе риска те, кто оказались на удаленке? Не получится ли так, что этих людей будет проще как-то, я не знаю, списать, проще от них избавиться? Те, кто, как говорится, ближе к телу, там, шефа, начальника – им, как говорится, путевка в жизнь, а остальные – до свиданья?

Юрий Савёлов: Нет, дело не в этом…

Оксана Галькевич: Вот нам, кстати, пишут, что дочери сократили зарплату на 20%, и т. д. Самые разные истории нам приходят.

Юрий Савёлов: Конечно. Они и будут самые разные истории. Я тоже хочу свою рассказать. У меня есть сотрудник в зоне риска, за 65 ему. Ой, за 60. Не скажу 65. Дело не в этом. Вот тут с ним был разговор. Он говорит: «Юрий Михайлович, разрешите мне придти на работу. У меня столько накопилось на столе образцов, которые я должна пощупать. Люди звонят: приняла я решение, не приняла? А я им не могу ничего ответить. Потому что мое присутствие обязательно на работе». Так вот затянулось. Потому что мы ей говорили, чтобы она на работу не выходила, но я не знаю… «Я, – говорит, – только под вашу ответственность». Вот она, наверное, все-таки вышла там на полдня или на день и смогла что-то в своей работе поднавести порядок, разгрести, если можно так выразиться.

Вот. Дело в том, что я вам что хочу сказать. На удаленке (мое личное мнение) потеря трудоспособности на 70%. Потому что никто не был к этому готов. Нам сказали: отправить всех тех, кто находится в зоне риска: кому больше 60, с сахарным диабетом… И туда, к сожалению, попали многие люди, которые вообще на удаленке не понимают, как работать, им очень тяжело. У них такие должности, что на удаленке им очень тяжело. Но мы их держим, вот зарплату платим и ждем, когда все-таки пандемия пойдет на нет. У нас в офисе работало 30% человек. Ну, 30% до 12-го мая. Сейчас уже 60. Потому что появилась работа, заработала Москва, заработали производственные предприятия, стройки. И людей просто не стало хватать. Вот уже нас 60 сейчас.

Оксана Галькевич: Юрий Михайлович, а может быть, это специфика вашего производства? Вот конкретно вашей сферы деятельности. И поэтому вам так сложно с удаленкой.

Юрий Савёлов: Вы знаете, дело в том, что и до пандемии на удаленке люди работали. Вот кого можно определить, что он должен делать и как делать, можно пощупать его работу… И неважно, к нему можно не обращаться, он может неделю на работе не появляться. Но он сдаст отчет в пятницу – и видно, что человек работал, работал очень плодотворно. А есть люди, которым очень сложно посчитать. Вот я слушал сейчас комментарий. Сложно посчитать, понимаете? Сложно проконтролировать.

И вообще я им хочу сказать, что человек, когда находится на удаленке, он сильно расслабляется. Вот у меня знакомый мебельным бизнесом занимается. Вот он говорит: «Я теперь понял, люди, которые у меня сейчас могут работать на удаленке и которым я разрешу не ездить в офис». Я ему знаете что ответил? Я говорю: «Подожди, сейчас да. А вот через 3 месяца? Может, люди настолько расслабятся, что они и работать-то не смогут уже так, как работали раньше. Как работали в офисе». Почему? Ведь есть контроль, на производстве даже курить надо выходить 1 раз в час. Везде смотрят камеры, как-то следят за сотрудниками. Сколько человек должен находиться на рабочем месте, все это проверяется. Когда человек понимает, что за ним идет контроль, он все-таки к своей работе…

Константин Чуриков: Он становится лучше, да?

Юрий Савёлов: …на рабочем месте. А дома он просто расслабится. Но мы все так с вами устроены, и деваться от этого некуда. Вот в этом опаска. Что через 2-3 месяца человек просто расслабится и на связь уже не выйдет, и из дома вроде вышел он на удаленке, пошел какие-то свои дела делать. Его отругают, наверняка оштрафуют. Но насколько это все будет эффективно?

Мы не готовы, понимаете? Вот так резко случилось, что просто мы не готовы работать на удаленке. И всего 4% предпринимателей, вот по вашей статистике, готовы оставить людей на удаленке.

Константин Чуриков: Юрий Михайлович, но и не все сферы могут работать на удаленке. Ну, как на удаленке приготовишь пиццу или обед? Как на удаленке, я не знаю, отвезешь кого-то, да?

Юрий Савёлов: Совершенно верно. Да. Поэтому разговор об удаленке… Вы знаете, я бы вам сказал: если бы нам, допустим, сказали, что если у вас личный состав 100 человек, то к Новому году 25 из них должны работать на удаленке. Вот тогда мы подготовились, выбрали бы должности, прописали бы инструкции, прописали бы какие-то отчеты, которые человек должен давать, по каким оценивать будем его работу. Выбрали бы эти должности. Вот тогда бы, конечно, мы были готовы.

А сейчас что мы делаем? Люди работают на удаленке, мы только ждем послаблений, чтобы эти люди обратно вышли на работу.

Оксана Галькевич: Юрий Михайлович, но давайте сейчас примем звонок, потом вопрос у меня к вам есть. Владимир из Москвы. Владимир, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу коротко высказать свое мнение. Я работаю программистом, и на самом деле я не вижу минуса в этом. Даже больше я скажу. Смотрите, у меня есть люди в подчинении, которые… они работают, у них принцип работа, они работают в других городах, работают на удаленке. И я не могу сказать, что они сидят там и ничего не делают. Я всегда в любой момент вижу: он находится за рабочим местом или не за рабочим местом? Если даже он не за рабочим местом, я всегда могу ему набрать, у нас IP-телефония, на прямую связь.

Я даже больше вам скажу. Я работаю за рабочим местом, и когда пользователи ко мне обращаются, хоть они за стеной, я не поднимаюсь, не подхожу к ним. Нет смысла ходить, понимаете? Уже не в том веке живем.

Константин Чуриков: Владимир, а если говорить о качестве работы? Вот ваши сотрудники, коллеги, подчиненные, они стали больше косячить вот сейчас, когда вы всех как бы…

Зритель: Нет, ну, подождите, моя же задача как начальника отдела – не только поставить задачу, но и проверить ее выполнение, да? Соответственно, мы точно так же, как и с пользователями, по удаленке подключаемся, я вижу их рабочий стол, мы с ними обсуждаем какие-то там задачи, обсуждаем те коды, которые они написали: оптимально, не оптимально.

Т. е. я не вижу вообще прямо никаких минусов для себя. Минус только один. День идет очень быстро, и я позже заканчиваю работу, чем я заканчивал ее в офисе.

Константин Чуриков: Вот.

Зритель: Понимаете, я начинаю…

Константин Чуриков: Все-таки есть минусы, да. Спасибо.

Оксана Галькевич: Да. Давайте, Юрий Михайлович, вы хотите что-то прокомментировать?

Юрий Савёлов: А вы вот сейчас работаете на удаленке, до пандемии еще работали или сейчас только начали работать и поняли, что айтишникам это удобно?

Зритель: Нет, только сейчас. Только сейчас мы стали так работать…

Юрий Савёлов: И поняли, что айтишникам это удобно, да? Быть на удаленке.

Константин Чуриков: Попробовали, и понравилось.

Зритель: Я уточню. Лично я начал работать на удаленке только сейчас. А мои сотрудники, они и до этого работали.

Константин Чуриков: Да. Спасибо.

Оксана Галькевич: Т. е. опыт какой-то был. Юрий Михайлович, вы знаете, а я вот все-таки хочу вас спросить. Ну, вот эта ситуация – хорошо, она внезапно наступила. Вы говорите, что не были готовы. Но, может быть, как-то этот опыт все-таки можно переосмыслить, проанализировать? Может быть, в вашей сфере деятельности часть рабочей силы можно как-то роботизировать, механизировать, что-то изменить в организации труда? Нет? Ни на какие мысли вас эта ситуация не наталкивает?

Юрий Савёлов: Нет, вы знаете, пока ни на какие мысли не наталкивает. Единственная мысль – мы активом, как говорится, пытаемся выжить, пытаемся как-то вот эту ситуацию перевернуть в пользу. Не во вред фирме, а в пользу. Мы пытаемся провести какие-то действия, чтобы заработать денег хотя бы заплатить людям зарплату, держать их. Вот сейчас идет о чем разговор. А не в упрощенке, да, кто-то в удаленке, автоматизировать. Пока нет. Мы ждем, когда будут послабления…

Константин Чуриков: О да.

Юрий Савёлов: …чтобы люди вышли на работу и работали.

Константин Чуриков: Этого все ждут. Давайте еще Александра из Владимира послушаем. Александр, здравствуйте. У вас какое мнение по поводу?

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Я хочу сказать свое мнение по поводу того, чтобы работать на удаленке. Это очень тяжело. Приведу вам аргумент. Аргумент заключается в том, что работать на удаленке могут, скажем так, люди с очень сильной самоорганизованностью. Потому что, ну, натура человеческая такая, что если есть возможность не работать, то он не будет работать. Только люди, которые имеют внутреннее такое понимание о том, что ответственность по отношению к работе, они могут работать на удаленке. Но…

Константин Чуриков: Вы хотите сказать, что сознательных у нас мало, да?

Юрий Савёлов: Трудоголиков мало.

Зритель: Я не скажу, что мало, понимаете? Не скажу, что мало. Сознательных у нас достаточно. Но есть и те, которые, грубо говоря, мягко выражаясь, филонят. Не очень сознательные.

Константин Чуриков: Да.

Зритель: И они пользуются тем моментом, что сейчас, на сегодняшний момент, можно, извините, отволынить от работы. Вот. Поэтому, собственно говоря, работа на удаленке – это палка о двух концах.

Константин Чуриков: Палка о двух концах. Спасибо. Юрий Михайлович…

Оксана Галькевич: Юрий Михайлович, но мне кажется, вот наш собеседник (Костя, извини) предыдущий из Москвы правильно сказал. Вопрос в том, как организован еще и контроль за выполнением работы, за качеством работы. В чем, собственно, сложность-то?

Юрий Савёлов: Да, я и сказал: сложность. Если работу можно просчитать, оценить, понимаете, по каким-то показателям. Допустим, если взять человека – менеджера по продажам. Он может сидеть где угодно, он может работать сколько угодно, или днем, или ночью. У него результат есть. Есть декадный результат, есть месячный – его отгрузок, его продаж. Увеличивается он или уменьшается. У нас, вы знаете, менеджер, я уже об этом говорил, у нас есть менеджер, который приходит в 7 утра. Ему так удобно. И он работает с регионами, у которых уже рабочий день в разгаре. А уходит на 2 часа раньше. Никто этого уже давно не замечает. Я имею в виду: он делает свое дело, он соблюдает показатели, даже их увеличивает. Ну, он ушел не в 6, а в 4. Потом приходит к 7: ни пробок, ничего. До пандемии. Вообще удаленка – это, вы знаете… Но это будущее, я вам хочу сказать.

Константин Чуриков: Вы пугаете, что это наше будущее. Уже не хочется этого будущего.

Оксана Галькевич: О, интересно. Кстати. А вот это интересный поворот. Интересный вывод ваш после того, что вот вы нам сказали и рассказали.

Юрий Савёлов: Да, к сожалению. Ну, это, может быть, не завтрашний день. Но все равно это будущее. На удаленке придется работать многим. Я еще раз говорю: как только должность или профессия человека будет позволять, что можно оценить его работу несложно, – конечно, он будет переходить на удаленку. В этом будет экономия и офиса, и во всем. И он, может быть, даже действительно может работать дольше.

Константин Чуриков: Но не будем забывать, Юрий Михайлович, что, по мнению зрителей ОТР, на удаленке работать труднее. Вот 68% говорят, что им нелегко. А 32% говорят, что все ок. Спасибо большое.

Юрий Савёлов: …просто не дали мне 2 минуты. Я говорю: если вы 5 лет работали ездили в офис, то сейчас за 2 месяца вам тяжело очень перестроиться. Это все понятно.

Константин Чуриков: Да, вопрос привыкания. Спасибо. Юрий Савёлов, член президиума Объединения предпринимателей «Опора России».

Но прежде чем поехать в офис, надо убедиться в том, что мы все поголовно здоровы. А скоро будет возможность привиться от опасного коронавируса.

Оксана Галькевич: Сейчас об этом расскажем, да.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Профсоюзы разработали поправки в Трудовой кодекс