Уголовная ответственность для алименщиков

Гости

Ксения Сакурова: Ну что ж, как я сказала, платить придется, придется платить полностью — и все это об алиментах.

Виталий Млечин: Ты сейчас вот прямо как товарищ следователь.

Ксения Сакурова: Почему «как»?

Виталий Млечин: «Платить придется».

Ксения Сакурова: Как судья, который, собственно, присуждает это все, да. Все дело в том, что Госдума приняла закон, согласно которому неплательщики будут нести ответственность, даже если они ранее частично перевели средства на содержание детей и не трудоспособных родителей.

Виталий Млечин: Наказание наступит уже за двухмесячную просрочку. Сначала административная, а дальше за неоднократную неуплату уже уголовная вплоть до лишения свободы.

Ксения Сакурова: Как заявил спикер Госдумы Вячеслав Володин, сейчас злостные неплательщики уходят от ответственности, заплатив лишь часть назначенной судом суммы, и в результате годами безнаказанно уклоняются от своих обязанностей.

Виталий Млечин: В результате копятся огромные долги. В октябре этого года сумма задолженности по алиментам составила 156 миллиардов рублей. На исполнении находилось более миллиона исполнительных производств о взыскании денег. Практически все они — на детей.

Ксения Сакурова: Так что выходит, что у нас огромное количество детей недополучают средства на содержание, на жизнь. Что думаете об этом вы? Как вы считаете, нужно ли наказывать алиментщиков строже? Поможет ли вот это предложение, эта предложенная мера?

Виталий Млечин: Если вы сталкивались с такой ситуацией с любой стороны, если вам должны платить алименты и не платят, или наоборот, если вы должны платить алименты и по каким-то причинам этого не делаете, обязательно позвоните нам по номеру: 8 800 222-00-14, — или напишите сообщение: 5445, — расскажите о том, как это происходит у вас. Это бесплатно. С вами на прямой связи адвокат Виктория Данильченко. Виктория Борисовна, здравствуйте.

Виктория Данильченко: Здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Скажите, пожалуйста, ну, как бы мысль разумная. Если человек не выполняет решение суда, его нужно за это наказать, логично. Но! Если человек не платит по каким-то причинам, например, у него нет денег, он по решению суда отправляется в тюрьму. В тюрьме-то у него денег точно больше не станет. То есть получается, что главная цель-то не достигается таким образом. Если человек попадет в тюрьму, даже если он реально виноват, то он деньги платить от этого не начнет. Или я что-то не так понимаю?

Виктория Данильченко: Понимаете, в чем дело. Нет, смотрите. Значит, ситуация здесь достаточно обыденна, к сожалению, потому что, когда мы говорим о том, что дети от этого всего страдают, то проблема зачастую, я вам скажу так, гораздо более 50%, что не платят алименты не потому, что нет денег, да? А потому, что ну ее нафиг, эту тетку противную, с которой я развелся, еще я ей платить буду. И, собственно, в обратную сторону это тоже работает. То есть я не хочу огульно говорить, что только дяденьки плохие, а тетеньки все замечательные — все могут занимать странную такую, мягко говоря, позицию.

И вот до того момента, пока Госдума не приняла уже сейчас вот новый такой для алиментных обязательств закон, безусловно, все уходили от ответственности. Как это происходило? Смотрите, есть долг по алиментам, и у нас ведь, на самом деле, ничего нового не произошло. У нас возможно было привлечь человека к уголовной ответственности за неуплату алиментов. Однако. Если этот человек совершенно спокойно выплачивает... Ну, я вам сейчас грубо говорю, сумма его долга составляет 1 миллион рублей, вот он берет и 10 000 выплачивает — и уголовное наказание все, его больше нет. Человек же сделал какой-то первый взнос. Ну вот, как вы говорите, у него не было денег, а тут вот раз, он 10 000 заработал — ну какое же здесь уголовное наказание?

Понимаете, рассуждать: «у меня нет денег», — а что же ты тогда, мил человек, так сказать, рожал детей, я имею в виду, создавал какую-то семью и тому подобное, в расчете на то, что у тебя когда-то нет денег. Дети хотят есть, к сожалению, вне зависимости от материального положения мамы и папы. Также обращаю ваше внимание, что тоже зачастую почему-то у нас забывается, что платить и содержать своего ребенка — это святая обязанность обоих родителей, не только того, который где-то бегает, что-то там, гаденыш такой, не платит, но и той, если мы говорим, например, о женщине в данном случае, она тоже должна содержать своего ребенка.

И новым является тот момент, о котором сейчас все там громко заговорили, что больше ваших (в кавычках) этих неплательщиков алиментов, больше ваших 10, 15, 20 тысяч из огромной суммы погоды не сделают точно. Вы должны будете оплатить всю сумму — тогда не будет уголовного преследования, либо, простите, вы должны будете идти под суд и, собственно, отбывать наказание.

Я с вами не соглашусь в той части, что что же он там в тюрьме — он денег не получит. Почему же не получит? Они зарабатывают деньги, когда они находятся в исправительных колониях этих, идут работать и идут начисления денежные. Поэтому вполне себе как раз-таки деньги и будут.

Виталий Млечин: А что, там много платят в тюрьме, реально?

Виктория Данильченко: А что, надо обязательно много? Если он там много не получает, с него никто никогда в жизни много и не взыщет. Суд взыщет с него там 1 МРОТ, да? Предположим, с человека, у которого нет заработка, суд взыщет 1 МРОТ, ну и что? Хорошо, там 15 000. Ну, поверьте, что будет справляться, с 15 000 ребенку своему отправлять эти деньги.

Ксения Сакурова: Вот смотрите, вопрос какой. Тюменская область: «Скажите, пожалуйста, мы разведены, у нас двое несовершеннолетних детей, но он работает неофициально. Могу ли я подать на алименты?».

Виктория Данильченко: Да, конечно. В любом случае, всегда можно подать на алименты. Никого не будет беспокоить, официально он работает, неофициально. Если официально, просто меньше проблем потому, что есть подтвержденный заработок, и потому, что будет взыскана сумма, собственно, в зависимости, сколько детей: там 1 ребенок — одна четверть, 2-е — одна треть, и, соответственно, как мы знаем, 3-е или более — одна вторая от всех видов заработка. Соответственно, если заработка нет, то мы говорим о том, что будет взыскана твердая денежная сумма, которую будет устанавливать суд. Но не менее 1-го МРОТ, как я уже сказала.

Ксения Сакурова: Вы знаете, что нам еще пишут люди: «Была бы работа — платил бы, — это Хабаровский край, — работы нет, платить будем только после создания двадцати пятимиллионнов рабочих мест в России, а не в Москве». Я вот почему еще обратила внимание — очень часто слышу истории, что «а он не работает». Вот на что человек живет, я не знаю, но не работает. То есть даже не то, что он неофициально где-то работает. Ну, я не знаю, живет, может быть, на пенсию там своих престарелых родителей, есть у нас такие люди тоже в нашей стране. Вот этих-то как привлекать к ответственности? Ну не работает человек. Говорит, что не может найти.

Виктория Данильченко: Ну, так точно также привлекать к ответственности. Человек не работает. Еще раз: алиментные обязательства не зависят от того, работает человек или не работает. Ты должен содержать своего ребенка вне зависимости.

«Но у нас нет работы, я не знаю, что делать», — слушай! Поезжай на заработки, найди эту работу. Открываешь Интернет, газетку и смотришь, где кто требуется, и едешь, и зарабатываешь. То есть вот эта отмазка так называемая: «а денег нет потому, что нет работы, поэтому я никуда из дома не выхожу, и так далее», — тогда ее не будет, ничего не будет. Мы сами все хорошо понимаем, что было бы желание — все остальное приходит вместе с желанием. Говорить таким, знаете, трутнем находиться дома, рассуждать, что, вообще-то, у меня нет работы, мне кажется, что, наверное, это неправильно.

И, кстати, знаете, я вам напомню, коль у нас есть пару минут, я напомню о совершенно чудесном предложении отдельных депутатов, которые говорили, и, собственно, государство рассматривало этот вопрос о создании Государственного алиментного фонда. И вот это действительно бы работало, потому что тогда этого человека, у которого нет работы, припахивали очень даже на тот труд, который также оплачивается, а государство в этот счет переводило бы денежные средства на содержание ребенка этого человека. Это было бы, на мой взгляд, очень даже правильно.

Ксения Сакурова: А вот сейчас, исходя из судебной практики, как назначаются алименты таким людям, которые действительно нигде не работают, лежат на диване и не шевелятся?

Виктория Данильченко: Взыскивается твердая денежная сумма, но также суд обязательно будет смотреть на имущество, которое есть у этого человека. То есть если он лежит дома, но при этом ездит на дорогих иномарках и живет в дорогих квартирах либо домах, то, соответственно, суд будет исходить из его в принципе имущественного состояния. И, конечно, у такого человека никто 1 МРОТ не взыщет, будет взыскано значительно больше. Ну, тоже будет твердая денежная сумма.

Ксения Сакурова: Послушаем наших зрителей. Мария на связи с нами из Краснодарского края. Мария, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Мария. Вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте. Да, вопрос к Виктории как адвокату. Вот такая ситуация: 4 года назад подано на алименты. Человек фактически проживает в Дагестане. Обратились к приставам дагестанским, они постоянно меняются, то есть по факту они его найти не могут, алименты не уплачиваются. И вот как в этой ситуации быть, что делать? Наши ейские приставы, ну вот краснодарского края, мне ничем помочь не могут, они всегда отправляют меня в Дагестан. Там постоянно меняются приставы, то есть должника не найти. Ребенку уже 8, лет алименты не уплачиваются. Как в такой ситуации быть?

Виктория Данильченко: Вы знаете, я бы что вам посоветовала? К сожалению, приставы-то абсолютно правы. И приставы у нас могут работать только по той территории, которую, собственно, они обслуживают. И если должник находится совсем в другом не просто районе — в другом государстве фактически. То есть вы находитесь в Краснодарском крае, а должник находится…

Ксения Сакурова: Это все еще Россия, да?

Виктория Данильченко: Да, это Россия, но…

Ксения Сакурова: Это все-таки не другое государство.

Виктория Данильченко: К сожалению, пристав не может даже в свой другой район выехать. Я бы что вам порекомендовала? Я бы порекомендовала обратиться в центральный аппарат судебных приставов и написать о своей проблеме. Потому что там сейчас действительно люди начали работать, и мы видим работу приставов. Просто-напросто центральный аппарат может дать к немедленному исполнению в Дагестан, чтобы вам туда не ехать, просто нужно это все описать, опишите ситуацию, что вам сложно, у вас ребенок и так далее. И я думаю, что, конечно, помогут.

Ксения Сакурова: Надежда из Пятигорска с нами на связи. Надежда, здравствуйте.

Виталий Млечин: Надежда, добрый день.

Зритель: Добрый день.

Ксения Сакурова: Да, слушаем вас.

Зритель: У меня такой вопрос. Мой сын — работник полиции, ушел на пенсию. Когда работал в полиции, у него изымали алименты, а с пенсии не стали. И он сам отдает деньги бывшей жене. Но он побыл на пенсии немножко, устроился на работу, там у него тоже не берут деньги, он сам отдает жене. В общем, он алименты как бы платит, он хочет платить, сына любит, все. Но это нигде не фиксируется. Претензий пока нет. Но я как бывший бухгалтер — я пенсионер сейчас, — я, конечно, переживаю: так же не должно быть, это где-то должно быть фиксироваться, так же?

Виталий Млечин: А он как, наличными деньгами передает? Надежда, наличными деньгами передает или делает перевод банковский?

Зритель: Ну когда наличными, когда банковскими.

Виталий Млечин: Понятно.

Зритель: Ну как жена хочет.

Виталий Млечин: Понятно, спасибо.

Ксения Сакурова: Понятно, да.

Виталий Млечин: Виктория Борисовна?

Виктория Данильченко: Смотрите, здесь два пути. Во-первых, то, что вы рассказываете, что с него почему-то не взыскивают, — это вопрос к тем, почему они с него не взыскивают. С другой стороны, во-первых, у него есть два пути, опять же, как я говорю, написать заявление на работе у себя в бухгалтерии, и тогда с него будут взыскивать по его заявлению и будут официально переводится эти денежные средства. Если он идет на уступки матери ребенка и периодически платит денежные средства наличными, то, значит, всегда брать расписку, что алименты за такой-то месяц получила. Если он переводит сам с банковской карты, то там всегда есть окошко, что это за деньги. Вы пишите: «алименты за декабрь 2021 года», — то есть всегда писать, что это за деньги, чтобы потом не оказаться в неприятной ситуации.

Ксения Сакурова: Еще один звонок.

Виталий Млечин: Краснодарский край снова. Людмила, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Людмила, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. У меня такой вопрос: у бывшего мужа задолженность почти миллион, в этом году летом я только добилась, чтобы он платил в твердой денежной сумме. То есть до этого уже было решение суда, но он платил по 3 000 в месяц на двоих детей. Приставы разводили руками, говорят: «Спасибо за то, что он хотя бы чуть-чуть платит». Вот у него накопилась задолженность 900 000. Теперь с этого года после того, как я написала на помощника президента Кузнецову письмо, здесь прокуратура начала разбирать документы, в общем добились: он теперь платит по 11 000 на двоих детей. Но задолженность, которая 900 000, так и не погашается. Я просто прослушала немножко, вступил закон. Он дальнобойщик, свои доходы скрывает, машину одну оформил на маму, вторую — на сожительницу. И у него ни счетов, ничего нет. Как можно будет, можно будет его как-то привлечь к уголовной ответственности в связи с новым законом или нет?

Виталий Млечин: А скажите, пожалуйста, вы реально хотите, чтобы ваш бывший муж, отец вашего ребенка сел в тюрьму?

Зритель: Да, я реально хочу. Мы в этом году вообще подавали на лишение родительских прав, он с детьми вообще не общается в течение 10-ти лет.

Виталий Млечин: Понятно, спасибо.

Зритель: Вообще никак.

Виктория Данильченко: Да, да. Этот закон будет позволять, когда есть значительная задолженность, что человек будет привлечен к уголовной ответственности. Но для того, чтобы он был привлечен к уголовной ответственности, он должен быть привлечен по 5.35 административной ответственности, а так же по другой статье Административного кодекса, в том числе и за неуплату алиментов. Это все вам абсолютно приставы здесь помогут, потому что они рассчитывают полностью задолженность. И после этого можно обращаться возбуждению уголовного дела. И как мы с вами знаем, собственно, не только возбуждают уголовные дела и доводят до суда, и суд может отправить в места не столь отдаленные на срок до одного года.

Ксения Сакурова: Есть пара сообщений вот на какую тему. Например из Архангельской области: «А если жена бывшая тратит деньги на себя?». Вот можно ли как-то…

Виталий Млечин: Тут сразу несколько сообщений подобных, о том, что человек платит алименты…

Ксения Сакурова: Но не уверен.

Виталий Млечин: Да, но на что они расходуются не совсем понятно. Есть ли какие-то инструменты контроля, что ли, за тем, чтобы эти деньги реально на ребенка расходовались?

Виктория Данильченко: Да. У меня сейчас, кстати, похожий процесс есть. Ровно такой же. Когда мужчина ставит вопрос о том, что деньги расходуются не по назначению. Мы обратились в суд с иском об изменении уплаты алиментных обязательств. То есть иными словами, например, что половину алиментных обязательств платится на расчетный счет, который открывается на имя ребенка, а другая половина должна быть подконтрольна органам опеки и попечительства. Это все разрешает наш Семейный кодекс на сегодня. Потому что мы точно так же увидели, что идут оплаты совершенно явно к детям не имеющие никакого отношения. Так что да, конечно, все это можно, абсолютно наше законодательство позволяет это сделать.

Ксения Сакурова: А вот например, простите, тут было про строительство дачи. Ну вот дача ребенку же тоже, наверное, полезна, если деньги идут на это?

Виктория Данильченко: Понимаете, в чем дело? У нас алиментные обязательства не содержат в себе понятия строительство дачи, квартиры покупки и так далее. Алименты — это все-таки нужда ребенка: одеваться, есть, ходить в кружки, заниматься в секциях, носить одежду и так далее. Но совершенно не значит, что нужно строить дом, или нужно строить дачу, или нужно покупать квартиру. Это уже забота взрослых людей, которые не должны влезать в детские деньги, назовем это так.

Ксения Сакурова: Да, понятно. Спасибо большое.

Виталий Млечин: Спасибо большое. Адвокат Виктория Данильченко была с нами на прямой связи.

Несколько сообщений очень интересных.

Ксения Сакурова: Ивановская область: «Платить надо, — пишет мужчина, между прочим, — а то получается, сладку ягоду рвали вместе, горьку ягоду — мамаша одна должна тащить, и это несправедливо», — Валерий из Иваново, подписался даже под этим. Вот так.

Виталий Млечин: Из Коми: «Сажать за алименты — это превращать страну в страну уголовников. После тюрьмы за алименты люди лучше не станут, а неадекватнее станут. Кому это надо?».

Ксения Сакурова: А вот кое-кто и готов посидеть. Самарская область: «Лучше сидеть, чем один миллион отдавать. Их нет, а там хоть накормят». Интересно.

Виталий Млечин: Понятно. Ярославская область: «Мое мнение: государство само платит алименты и с должниками само решает вопросы. Тогда дети страдать не будут». Мне кажется, вот это главное: все-таки постановка вопроса не кто должен сидеть в тюрьме, не кого надо наказать, а как сделать так, чтобы дети не страдали? Потому что дети не виноваты, надо об этом помнить.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)