Уголовное наказание за пропаганду наркотиков в интернете

Уголовное наказание за пропаганду наркотиков в интернете
Кого и как учить? Китайцам въезд запрещён. Хакеры атакуют банки. Опасен ли 5G? Передел рыбного рынка. Индексация для работающих пенсионеров
Сергей Лесков: У нас очень неравномерное распределение ресурсов по стране. Где-то не хватает рабочих, а где-то работы. Это беда!
Сергей Обухов: С тех пор, как отменили индексацию работающим пенсионерам, их количество резко сократилось. Стало меньше налогов и отчислений в ПФ
Герман Зверев: В стоимости рыбы - 35% отпускная цена рыбака. Остальное - это перевозка и ритейл
Татьяна Овчаренко: У сбытовых компаний манера обсчитывать и начислять долги просто фантастическая!
Как оплачивают счета в глубинке, где нет почты и денег на интернет?
Валентина Иванова: Норматив школьного питания вырос вдвое – до 75,6 рублей. Но есть проблема ежедневного контроля качества и разнообразия рациона
Почему наши мегаполисы превращаются в гетто?
5G убьёт абонента? Действительно ли высокочастотные сети провоцируют онкологию?
Пассажир, выключи музыку! Надо ли запретить использовать в транспорте гаджеты без наушников?
Гости
Дмитрий Мариничев
интернет-омбудсмен
Арсений Левинсон
эксперт Института прав человека, юрист правозащитной группы «Гражданин и Армия»

Марина Калинина: Следующая тема такая. Президент поручил рассмотреть вопрос об уголовной ответственности за пропаганду наркотиков в Интернете. МВД предложило увеличить штат сотрудников, опять же, которые будут бороться именно с оборотом запрещенных веществ.

Константин Чуриков: И среди остальных мер, которые поручено рассмотреть правительству, это профилактика потребления наркотиков, лечение и реабилитация наркоманов. Давайте вместе подумаем, как отучить молодежь от дури? Почему десятки регионов страны, можно сказать, уже захвачены наркодилерами? И давайте сразу запустим опрос. Вот вам попадалась реклама наркотиков? Неважно, в Интернете, не в Интернете. Где угодно. «Да» или «нет»? Отвечайте 5445. Подведем итоги этого опроса очень скоро. А сейчас у нас на связи Дмитрий Мариничев, это Интернет-омбудсмен. Дмитрий Николаевич, здравствуйте.

Дмитрий Мариничев: Добрый день.

Константин Чуриков: Дмитрий Николаевич, сейчас мы вас, я надеюсь, не только увидим, но и услышим. Почему именно заострено внимание президента на распространении, на пропаганде наркотиков именно в Интернете?

Дмитрий Мариничев: Наверное, потому, что это единственный информационный канал, который до сегодняшнего дня не очень четко контролируется. И вот у вас вопрос есть относительно того, попадалась или не попадалась реклама употребления наркотиков. Нужно понимать, что любая реклама в Интернете – это, собственно говоря, информация. Кем-то созданная и кем-то дистрибутируемая. Работающая по законам жанра. Это контекст. Это если вы или, не дай бог, ребенок, сделал какой-то запрос по наркотикам, то с высокой долей вероятности такого рода информация будет появляться в избыточном состоянии у него на компьютере в Японии, еще где-то, на других сайтах, которые он посещает. Это может быть завуалировано. Поэтому контроль за фактически теми, кто создают этот зловредный контент и пропагандируют наркотики. Поэтому обязательно должен быть контроль со стороны государства. И ему нужно уделять глубочайшее внимание, поскольку именно в регионах России они приобретают очень масштабный характер и огромное количество молодежи вовлекается и в наркоторговлю, и в употребление наркотиков.

Марина Калинина: Интернет – это огромная сеть, да? Меняются домены, адреса и т. д. Если до сих пор это нельзя было отследить, такие попытки, может, и предпринимались, но как-то, видимо, неудачно, если уже президент об этом говорит и об уголовной ответственности говорит, – то что может измениться в будущем? Вы сказали, что должен быть контроль. Но будет ли он? И как он будет осуществляться? Не очень понятно.

Дмитрий Мариничев: Сейчас именно абсолютное, 100%-ное попадание к словам президента тоже нужно сделать. Повторюсь: необходимо искать и наказывать тех, кто создает этот контент. До сегодняшнего дня мы боролись с последствиями. Например, запрещали смотреть видео о наркотиках или запрещали оборот информации, блокировались какие-то сайты. И они появлялись, как вы правильно заметили, новые, как грибы после дождя. И это неправильный подход. Потому что чаще всего мы получали такой эффект в среднем, когда заблокированные…

Константин Чуриков: Дмитрий Николаевич, к сожалению, пропал звук. (К вопросу об Интернете, кстати. Качество соединения не очень.) Нам звонят и пишут активно зрители. Пишут, что «вот у нас много пропагандистов наркотиков. Это те полицейские, которые их подбрасывают. Лишь бы штат сотрудников увеличить». В общем, пишут, что попадались.

Марина Калинина: «Очень много надписей на домах, на заборах, на асфальте». Это город Калининград.

Константин Чуриков: Это к вопросу о том, только ли в Интернете.

Марина Калинина: Да.

Константин Чуриков: Сейчас к нашему разговору подключается Арсений Левинсон, эксперт Института прав человека, консультант по вопросам наркополитики. Арсений Львович, здравствуйте.

Арсений Левинсон: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Вот мы уже только что поняли, сделали свой, может быть поспешный, вывод, что не столько и не только Интернет, сколько, я не знаю, асфальт, дверь подъезда и т. д. Скажите, как быть с традиционными способами распространения этой информации?

Арсений Левинсон: Наверное, надо начать с того, что вообще введение уголовной ответственности – это не то средство, которым решаются социальные проблемы. И рассчитывать, что, введя уголовную ответственность, мы прекратим таким образом распространение наркотиков, не приходится. Это опять тушение спичек вместо пожара. Опять у нас будут колонии наполняться теми, кто, собственно, какие-то там разместил картинки или репосты сделал, вместо того чтобы противодействовать реально наркобизнесу.

Константин Чуриков: Арсений Львович, а вот чтобы реально противодействовать распространению наркотиков, что тут можно сделать? Может быть, вспомнить советский опыт, извините, когда у нас была уголовная статья и за потребление наркотиков? Может быть, так подойти, более радикально? Как вы считаете?

Арсений Левинсон: Да к сожалению, мы видим, что уголовная ответственность же не помогает. У нас в последние 15 лет ужесточается антинаркотическое законодательство, а наркотики стали только доступнее. Потому что вот эти жесткие санкции в отношении потребителей наркотиков не приводят к тому, что прекращается их распространение. Если обсуждать эту инициативу по пропаганде, есть опасность, что поручение президента будет опять же исполнено так, что начнут заниматься всякими малозначительными действиями: картинками, репостами, рэперами какими-нибудь и еще шуточками в Интернете, – вместо того, чтобы ввести, даже если говорить о пропаганде, ответственность за создание собственно специальных сайтов в Интернете, противодействовать развивающемуся наркобизнесу в Интернете.

Марина Калинина: Но как, как противодействовать? Как противодействовать тому, что эти надписи на дорогах появляются? Вот много пишут: прямо под окнами, и пишут телефоны и т. д. Пишут, что замазывать, везде камеры поставить, я не знаю, отслеживать это как-то. Как? Что делать, если не уголовно наказывать это?

Арсений Левинсон: Действовать, начиная с верхушки, а не снизу. Не с заборов, закрашивать заборы, тысячи, десятки тысяч, расширять штат полиции, а…

Марина Калинина: …А с крыши, которая и в прямом, и в переносном смысле в этом бизнесе есть.

Арсений Левинсон: Конечно. Конечно. У нас же сотни тысяч дел, и среди них, по нашим данным, к нам обращаются тысячи людей, никаких наркобаронов нет. Сидят самые низкоуровневые участники, кто ходит на заборах что-то рисует или закладки делает. А те, кто этот бизнес организует, уходят от ответственности. И никаких реальных мер, эффективных, противодействия, например, за распространение наркотиков в Интернете не предпринимается. Ни блокировки, ни уголовная ответственность за пропаганду – это не поможет.

Константин Чуриков: Арсений Львович, а в каких регионах сейчас фиксируется наибольший объем вовлеченности той же молодежи в наркопотребление? Это какие регионы, какая часть нашей страны?

Арсений Левинсон: Наверное, если говорить о наркотиках в Интернете, которые с помощью Интернета приобретаются, – это в крупных городах в основном распространено. Этот способ распространения наркотиков, бесконтактный: через Интернет, через закладки, – в крупных городах. Москва, Петербург, Екатеринбург, другие крупные города. Но на самом деле важнее другое. Надо просто понять уже, что повышение финансирования полиции не приводит к сокращению уровня употребления наркотиков и никак не влияет на это. У нас президент предлагает повышать численный состав и финансирование полиции, но почему-то не предлагается мер по реальным каким-то программам – лечения, реабилитации.

Константин Чуриков: Но, кстати, между прочим, поручено это сделать правительству, что касается как раз профилактики употребления наркотиков, лечения и реабилитации. Скажите, пожалуйста, у нас вообще на государственном уровне есть ли какие-то известные медицинские программы по ОМС? Условный наркоман, он может от этого лечиться?

Арсений Левинсон: В том-то и дело, да, что у нас десятки и сотни колоний, в которых отбывают наказание десятки тысяч, сотни тысяч людей, употребляющих наркотики. А реабилитационных центров государственных, бесплатных, 4 на всю страну. И в них могут проходить лечение только те, кто в этих регионах. Например, в Москве есть хороший реабилитационный центр для зависимых от наркотиков – один. Но из Московской области в него уже нельзя попасть бесплатно. В Московской области такого центра нет. И эта ситуация, вы представляете, на всю страну 4 реабилитационных центра! Не говоря уже о том, что наиболее эффективные – это программы заместительной терапии, программы снижения вреда от наркотиков, которые вообще практически не финансируются государством. И у нас чудовищное распространение из-за этого вирусных гепатитов, ВИЧ-инфекции. Уже пандемия ВИЧ.

Константин Чуриков: Подождите, Арсений Львович, а разве у нас заместительная терапия разрешена? Т. е. когда вместо одного наркотика наркоман, наркозависимый потребляет другой наркотик. Разве у нас это легализовано?

Арсений Левинсон: Вот, к сожалению, у нас запрещено это прямо федеральным законом. И на самом деле разумных оснований к этому нет никаких. Потому что во всех странах мира, буквально кроме трех или четырех, заместительная терапия легализована. В том числе в Китае, в Беларуси, в Казахстане и т. д. И это эффективный способ вывести человека из как раз участия в незаконном обороте наркотиков. Он перестает приобретать или продавать нелегально эти вещества и получает их в медицинском учреждении. Потому что он – больной, зависимый от наркотиков. И как раз это вот тоже та мера, которая может реально подорвать в некоторых случаях наркобизнес. Потому что те, кто раньше вынужден был воровать и приобретать наркотики, будут получать их бесплатно в медицинских учреждениях, и соответственно база распространения наркотиков сузится.

Константин Чуриков: Но все равно, знаете, как-то звучит… «будут бесплатно их получать в медицинских учреждениях».

Марина Калинина: Звучит немножко странно. Это под контролем медиков будет происходить или как?

Арсений Левинсон: Конечно, да. Как это происходит во всем мире. Т. е. человеку…

Марина Калинина: Они будут там находиться, как в стационаре, в этом центре?

Арсений Левинсон: Нет, они получают обычно в виде жидкости, выпивают в присутствии медицинского персонала заместитель этого наркотика опиоидного. И, собственно, не испытывают абстинентного синдрома, ломки. Могут лечиться. Могут трудоустраиваться и т. д. Люди выводятся в социум из криминального…

Константин Чуриков: Я все-таки хочу понять. Вот сейчас, например, наркозависимый, не знаю, пойманный, выявленный полицией, его какое наказание ждет за то, что он потребляет наркотики?

Арсений Левинсон: Административная санкция. До 15 суток ареста, а если его обязывают пройти лечение и он не проходит, там до 30 суток ареста.

Константин Чуриков: Если ввести уголовную ответственность за это, как вы думаете, наркопотребителей станет больше или меньше?

Арсений Левинсон: Фактически у нас уже и есть уголовная ответственность. Потому что нельзя же употреблять наркотики и не хранить их и не приобретать. При этом у нас почти любой размер наркотика, даже начиная, например, с 2-3 грамм, влечет уголовную ответственность. Потребитель наркотиков приобретает наркотик – совершает уголовное деяние. У нас и так уже…

Константин Чуриков: Участвует в незаконном обороте вот этих запрещенных веществ.

Арсений Левинсон: Конечно, да.

Константин Чуриков: Понятно.

Арсений Левинсон: Т. е. само употребление не криминализовано, но приобретение нескольких доз…

Марина Калинина: …И хранение.

Арсений Левинсон: …и хранение уже влечет уголовную ответственность. У нас переполнены тюрьмы сидящими по 228-й статье, а эта статья уже называется народной. И причем сидят в большинстве своем не распространители, а именно потребители. Люди, которые, собственно, пострадали от доступности наркотиков. Государство не может обеспечить прекращение этого наркотрафика, но сажает тех, кто оказался в поле зрения полиции: наиболее незащищенных людей.

Марина Калинина: Спасибо.

Арсений Левинсон: На самом деле эффективные средства – это социальная поддержка и медицинская, а не наказание.

Константин Чуриков: Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо. Арсений Левинсон, эксперт Института прав человека. Спасибо большое.

Константин Чуриков: У нас еще есть звонок из Кемеровской области. Давайте буквально коротко побеседуем со зрителем. Здравствуйте.

Марина Калинина: Владимир, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я Владимир Борисович.

Константин Чуриков: Владимир Борисович, мы видели статистику, по которой у нас Сибирь просто захлебывается от наркотрафика. Расскажите, что в Кемеровской области вы наблюдаете.

Зритель: Ну, я за этим, так сказать, не слежу. Я просто хотел поделиться своим жизненным опытом. Я всю жизнь работаю в авиации. И начинал с авиации, т. е. со спортивной авиации, училище закончил, и продолжаю работать в авиации. Мне сейчас 67 лет. И я еще летаю до сих пор. Понимаете, нет? И государство было заинтересовано в развитии, в частности, нашего вида спорта. Я не говорю, что он единственный такой…

Константин Чуриков: Так, Владимир Борисович, как это связано с темой наркопотребления, простите?

Зритель: Да. Так вот, занять, вот те же самые прыжки, к примеру, с парашютом – это замена буквально наркомании.

Константин Чуриков: Занять молодежь. Все понятно. Да.

Марина Калинина: Адреналин, в общем.

Константин Чуриков: Это вечная проблема, что вот молодежь-то у нас все хотят чем-то занять и ничем занять не могут. Спасибо за ваш звонок. Мы переходим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски