Укрепление рубля - это удар по почкам нашему производителю

Укрепление рубля - это удар по почкам нашему производителю
Дмитрий Гордеев: Местные бюджеты – это «тришкин кафтан»: очень большие публичные функции, а средств катастрофически не хватает
Саркис Дарбинян: Если мы хотим иметь конкурентные IT-сервисы, надо раз и навсегда отказаться от репрессивного правового регулирования этой отрасли
Погашение кредитов: какую часть семейного бюджета это отнимает?
Год в сапогах: военкоматы теперь займутся новобранцами и без официальной прописки
Таганрог остался без воды. О ситуации в городе - наш корреспондент Дмитрий Андреянов
«Матчи Евро-2020 у нас совершенно точно не отберут!»
Сокращение чиновников: станет ли в стране меньше бюрократии?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
В ожидании индексации: какие пенсии сегодня получают в регионах и на что их хватает?
Пенсионный фонд России: сколько он тратит на свои нужды? Наш сюжет
Гости
Никита Кричевский
доктор экономических наук, профессор

Бизнес в России. Эксперты сообщили о росте желания россиян продать свой бизнес. На фоне роста предложений стоимость выставленного на продажу бизнеса сократилась в среднем на 8 процентов. Пользователей «Авито» в этом году больше всего интересует приобретение компаний из сферы услуг, торговых предприятий и компаний из области общепита. Сельское хозяйство, индустрия развлечений и строительство, как и прежде, пользуются наименьшим спросом. С какими проблемами сталкиваются владельцы бизнеса и почему хотят его продать?

Тамара Шорникова: Мы начинаем нашу большую тему. До этого расскажем, как с нами связаться. Вы можете нам позвонить по телефону, можете написать SMS на наш короткий номер. Не забывайте про наши странички, группы в соцсетях – там тоже можно комментировать, репостить, отвечать на вопросы друг друга, например. То же самое можно делать и на нашем сайте: рядом с окошком прямого эфира есть чат, можете познакомиться друг с другом и задать вопрос нашему эксперту, высказать свое мнение. В общем, подключайтесь к нашему прямому эфиру.

Иван Князев: Да, звоните, пишите.

Тамара Шорникова: Вот о чем будем говорить прямо сейчас. Российские предприниматели сворачивают бизнес? Ну, как минимум по данным сервиса объявлений «Авито», количество предложений о продаже компаний «под ключ» за три месяца – с апреля по июнь – выросло почти на треть по сравнению с тем же периодом в прошлом году. Покупать готовый бизнес тоже стали чаще, но тут, конечно, рост не такой впечатляющий – всего 6%.

Иван Князев: Так вот, средняя стоимость компании «под ключ», выставленной на продаже на «Авито», сократилась за последний год на 8%. Если вдруг решитесь купить, готовьте 3 миллиона – это средняя стоимость.

Также спад цен наблюдался в большинстве регионов, и компенсировать его не смогло даже то, что в некоторых крупных городах готовый бизнес заметно подорожал. Это речь о Воронеже – там на 37%; Тольятти – 35%; Казань – 32%. А вот где понижение оказалось наиболее заметным – так это в Санкт-Петербурге, Тюмени и Саратове, цена опустилась на четверть.

Тамара Шорникова: Да, в Екатеринбурге и Ульяновске – на 23% дешевеет, тоже отметим.

Что дешевеет? Интернет-магазины – в первую очередь, средняя стоимость за год упала сразу на 39%. Заведения общепита на 11% «просели». Производственные предприятия, сельскохозяйственные компании и компании, работающие в сегменте развлечений, тоже дешевеют.

Иван Князев: Логично, что часть этого списка совпадает с другим. Что сейчас чаще всего покупают? То, что можно взять по выгодной цене или от чего ожидают больше отдачи. Мотив тут важнее – насколько он обоснован.

В общем, будем сейчас разбираться вместе с Никитой Александровичем Кричевским, он у нас сегодня в гостях, доктор экономических наук, профессор. Никита Александрович, здравствуйте.

Тамара Шорникова: До того, как услышим экспертное мнение…

Никита Кричевский: Здравствуйте. Дайте сказать. Тамара, добрый день.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте. Торопимся просто наших телезрителей оторвать от работы и призвать позвонить нам.

Никита Кричевский: А у них обед.

Тамара Шорникова: А?

Никита Кричевский: У них обед.

Иван Князев: Это смотря где.

Тамара Шорникова: В частном бизнесе график гибкий – возможно, и работают.

Никита Кричевский: Как мы с вами.

Тамара Шорникова: Как мы с вами?

Никита Кричевский: Да.

Тамара Шорникова: Ну, мы, правда, не частный бизнес, но тоже работаем.

Никита Кричевский: Но работаем.

Тамара Шорникова: Итак, если вы бизнесмен, и неважно, в каком сегменте, неважно, по какому графику вы работаете, – позвоните нам, задайте свой вопрос, расскажите о своей жизни, в общем-то. У вас как? Все хорошо, прибыль есть? Или тоже подумываете, как бы избавиться от того, что только тянет соки из вас?

Никита Кричевский: Только давайте сразу… Административный гнет, непомерное налогообложение, падающий спрос – это мы все знаем, это мы все знаем.

Иван Князев: Будем говорить тогда о других причинах, хорошо.

Никита Кричевский: Конечно. Нам интересно что-то свое, что-то индивидуальное, почему у людей бизнес не идет. Я хотел бы…

Иван Князев: Вот такие пожелания от нашего эксперта.

Никита Кричевский: Иван, я хотел прокомментировать в двух словах ваше вступление.

По моим подсчетам, на одно предложение о покупке приходится десять предложений о продаже, то есть соотношение – 1 к 10. Причем я вам должен сказать, что… Почему продают бизнес? Потому что не хватает оборотных средств, в первую очередь, то есть на зарплату, на приобретение новой продукции, комплектующих, ингредиентов и прочего.

Очень часто, очень часто те, у кого есть деньги, и кто теоретически мог бы вложиться в этот бизнес (я уж не говорю о том, чтобы его купить), предлагают финансирование, но финансирование на совершенно определенных условиях. Они говорят о том, что: «Я готов вас профинансировать, но вы мне должны уступить, скажем, контрольный пакет в вашем бизнесе, внести залог в виде вашего предприятия, а то и заложить квартиру, написать мне расписку», – и прочее, прочее, прочее.

Иван Князев: Ну, такие ультиматумы ставят.

Никита Кричевский: Да, на сумму существенно большую. И очень часто ситуация выливается в то, что бизнесмены, которым деваться буквально некуда, потому что у них и сотрудники, и продукция, и аренда, и долги по налогам, они на это идут.

Иван Князев: Продают.

Никита Кричевский: Не продают, а они соглашаются на эти условия – и в итоге этот бизнес теряют, но теряют за существенно меньшие деньги, нежели чем они это выставляют на том сайте, о котором вы говорили.

Тамара Шорникова: А как правило, чего чаще, каких случаев в этих девяти из десятки? Продают, и все? Или просто продают один профиль работы, грубо говоря, и переходят в другой сегмент?

Никита Кричевский: И так, и так. Бывает, что продают для того, чтобы начать что-то новое. Бывает, что занимаются тем же самым, но, скажем, локация торговой точки, месторасположение появляется более удачное. Либо на паях с кем-нибудь из знакомых создают более крупное предприятие. Либо уходят наемными работниками.

Тамара Шорникова: То есть хочется понять, какая тенденция у нас активнее развивается – бизнес сворачивается все-таки или ищут, пробуют, разные варианты и сферы деятельности?

Никита Кричевский: Это бизнес, это бизнесмены.

Тамара Шорникова: Предприниматели.

Никита Кричевский: Да. Естественно, если в вас течет предпринимательская жилка, вы не пойдете наемным работником, например, к другому предпринимателю либо не пойдете в муниципальные или федеральные органы власти. Вы будете пытаться организовать что-то свое – на паях или, может быть, индивидуально, сменив профиль деятельности. Но бывает, что ситуация складывается таким образом, что нужно продавать, потому что долги.

Иван Князев: А о каких сегментах вообще речь идет? Какие сейчас самые популярные? Я сегодня пытался поискать на «Авито». Даже если сейчас открыть, то что продают? Продают оптовые магазины в рассрочку. Продают салон красоты, кстати. Магазин аксессуаров продают, и совсем недорого – 800 тысяч, если брать по меркам среднего бизнеса.

Никита Кричевский: Вот вы, Иван, сделали абсолютно верно, когда в начале программы перечислили, какие наибольшие предложения по объему. Вы сказали об интернет-магазинах…

Тамара Шорникова: Интернет-магазины, общепит.

Никита Кричевский: …о предприятиях общепита, о продовольственных магазинах, о небольших лавочках. Почему вы сделали абсолютно правильно? Вы дали нашим зрителям четкую установку, куда идти не стоит.

Иван Князев: Вот! Потому что интернет-магазин сейчас может создать любой.

Никита Кричевский: Абсолютно.

Иван Князев: Может, поэтому они так и делают? Вот создал я свой интернет-магазин, немножко денег вложил, в принципе минимум денег – и уже продаю готовый бизнес.

Тамара Шорникова: Это с одной стороны. А с другой стороны, мы все привыкли…

Никита Кричевский: Это не готовый бизнес.

Тамара Шорникова: В кафе всегда ходят. Почему общепит-то?

Никита Кричевский: Это не готовый бизнес. Для того чтобы интернет-магазин был раскручен, нужно вкладываться в рекламу, нужно задружиться (естественно, материально) с поисковиками, чтобы они выдавали вас наверх…

Иван Князев: Ну ладно! Для этого достаточно SEO-специалиста и хорошего эсэмэмщика нанять – и за месяц все будет.

Тамара Шорникова: Это будет стоить больше, чем…

Никита Кричевский: Вам нужен склад. Вам нужно договориться с поставщиками. Иными словами – договориться и заключить контракт, договор с каким-то из оптовых поставщиков, для того чтобы забирать у них товар. Вам нужно решить вопрос с пунктом выдачи заказа.

То есть необходимо создать инфраструктуру, для того чтобы вы занимались реализацией той продукции, на которую вы делаете ставку. И вот тогда у вас появляется готовый бизнес. Но в связи с тем, что магазинов очень много, интернет-магазинов очень много, они…

Иван Князев: Продают?

Никита Кричевский: …да, они практически всегда в лучшем случае выходят в ноль. Ну, за исключением тех, которые крупные и давно себя зарекомендовали.

Иван Князев: Давайте послушаем, звонок у нас, Александр дозвонился из Ставрополья. Вот сейчас узнаем, каким бизнесом он занимается. Александр, вы нас слышите?

Зритель: Да, я вас слышу. Здравствуйте, уважаемые ведущие и эксперт.

Иван Князев: Вы случайно бизнес не продаете свой?

Зритель: Нет, я сейчас бизнес не продаю, пока держусь и работаю.

Тамара Шорникова: А чем занимаетесь?

Зритель: У меня производство, трикотажное производство, трикотажные изделия, рабочие перчатки с полимерным покрытием. То есть – довольно-таки востребованный сегмент.

Иван Князев: Ну, жить можно?

Зритель: Жить?

Иван Князев: Прибыль есть?

Зритель: Ну, скажем так, выживать можно.

Иван Князев: А какие проблемы тогда?

Зритель: Значит, основная проблема, как говорил ваш уважаемый экс… Я давно слежу за вашей передачей, смотрю. Помимо налогов, администрирования и всего этого… Понятно, груз есть, все понятно. Но проблема бизнеса в России лежит в совершенно другом – в неправильном регулировании добавленной стоимости на произведенный продукт. Мы, производители, работаем с рентабельностью 5–10% – и это в лучшем случае. То есть это наш доход. Оптовая торговля добавляет еще 10%, иногда 15%. Потом розничная торговля добавляет от 50 до 100%. Но в производстве одного вида продукции заняты десятки, сотни и тысячи человек, а в продаже этой продукции занято два, три, пять, десять. Понимаете как?

Иван Князев: Ну да.

Зритель: И теперь еще… Вопрос в другом – есть внешняя конкуренция с китайскими производителями.

Иван Князев: В общем, я так понимаю, на инвестиции какие-то, на развитие денег совсем уже не остается? Вот только немножко прибыли, зарплаты и так далее, да?

Зритель: Да, совсем не остается. Я бы сказал даже, что проблема и с уплатой налогов, потому что платить надо людям достойно. И оборудование у меня сложное, нужны квалифицированные кадры, чтобы не было баловства на работе.

Тамара Шорникова: Александр, простите, что прерываем вас – чаще, чем хотелось бы, просто из-за ограниченного времени в эфире. Поняли о проблемах, а теперь хотим узнать ваш метод решения. Мы потом позже обсудим, что правительство предлагает сделать. Вот вы как думаете, какой бы метод, какая бы мера правительственная, не знаю, от ваших коллег по цеху помогла бы вам?

Зритель: Я понял. Метод решения очень прост – это государственное регулирование надбавки к стоимости в производстве, в оптовой торговле и в розничной. То есть нужно отдавать приоритет производственникам. Отсюда, из этой маржи будет формироваться достойная зарплата и нормальная и своевременная уплата налогов.

Большое вам спасибо, вы очень откровенная и честная передача, я смотрю за вами всегда.

Никита Кричевский: Александр, а каким образом государство должно регулировать надбавки на ваши перчатки?

Зритель: Значит, смотрите. Я думаю, что здесь должен быть принят некий закон, который должен ограничивать минимальную надбавочную стоимость для производителей, минимальную надбавочную стоимость для оптовой и розничной торговли. То есть максимум – пожалуйста, конкурируйте, кто хочет больше. Но должен быть определенный минимум, потому что складывается иной раз между производителями демпинг. Производитель хочет продать завалы своей продукции и начинает демпинговать по себестоимости – тем самым он рушит других, соседних производителей.

Никита Кричевский: А вы не пробовали напрямую договариваться с розничной торговлей?

Зритель: Напрямую не получается.

Никита Кричевский: Почему?

Зритель: Потому что только через опт.

Никита Кричевский: А почему? Почему вы не можете прийти в магазин или на рынок и договориться?

Зритель: Представьте себе, у меня производство – 450 тысяч пар в месяц, допустим, по перчаткам. Вы можете представить, какой охват магазинов? Вот я работаю в Ставрополье…

Никита Кричевский: Очень хорошо. Тогда – сделать собственное оптовое звено по реализации продукции.

Зритель: Да, оптовое звено занимается.

Никита Кричевский: Ну, чтобы оптовики ваши были.

Зритель: Ну, не всегда. Тут опять же конкуренция.

Никита Кричевский: Нет, я понимаю. Вы это можете сделать?

Зритель: Нет.

Никита Кричевский: Почему?

Иван Князев: Потому что деньги, наверное, надо в этот склад вложить.

Зритель: Потому что я занимаюсь производством, а не сижу на оптовом рынке.

Никита Кричевский: Ну, у каждой производственной фирмы есть собственный оптовый отдел реализации.

Зритель: Я тогда начинаю нести расходы, которые связаны с арендой на оптовом рынке, с содержанием там реализаторов. То есть у меня накладывается на стоимость лишняя копейка.

Никита Кричевский: Я понимаю. Я не об аренде складов, а я о том, чтобы взять несколько человек, которые могли бы, скажем, реализовывать продукцию оптовикам по приемлемым ценам, могли бы заниматься интернет-реализацией. Вот я об этих вещах говорю.

Зритель: Реализация происходит. Оптовики выходят напрямую на меня, и товар поставляется на оптовые рынки. То есть менеджеры занимаются и реализуют. Но такую продукцию непосредственно в магазины поставить очень сложно. Это нужно иметь очень-очень большую и разветвленную сеть. Представьте себе оптовый рынок, вот у нас есть региональный. Допустим, у одного оптового продавца сотни магазинов-клиентов, которые к нему обращаются, приезжают покупать разные, различные товары.

Никита Кричевский: Я еще раз свой вопрос повторю: сделать свой собственный отдел реализации что вам мешает?

Зритель: Да у меня есть отдел реализации.

Никита Кричевский: Значит, он плохо работает у вас.

Зритель: Вы извините, но дело в том, что вы, наверное, немножко не понимаете…

Никита Кричевский: Ну конечно, я не понимаю! Куда же мне?

Тамара Шорникова: Хорошо, ладно, Александр. Спасибо вам за ваш звонок. Дадим контакты, можно будет пообщаться вне эфира, если будет такое желание. Вот такой один из советов, одна из мер от нашего телезрителя.

Иван Князев: Никита Александрович, вот это была, скажем так, частная проблема одного предпринимателя. А если в целом говорить?

Никита Кричевский: Это не частная проблема, а это наша общая проблема, которая называется «неэффективная организация производства».

Иван Князев: Ну, согласен.

Никита Кричевский: Этому учат в экономических вузах, даже в колледжах.

Иван Князев: Хорошо было бы, если бы все наши бизнесмены заканчивали экономические вузы. Но это не так.

Никита Кричевский: Я считаю, что если вы не имеете достаточных компетенций, вам нужно найти молодого и смышленого паренька или девчонку…

Иван Князев: И платить им хорошую зарплату.

Никита Кричевский: И поручить им заниматься организацией реализации вашей продукции. И пусть мне будут говорить о том, что я ничего не понимаю, еще что-то, но, вы знаете, я проходил это больше 30 лет назад в вузе, а потом занимался этим непосредственно на производстве в реальном секторе экономики. Ну я знаю, что все можно организовать, все.

И в данном случае апеллирование к государству, которое должно решить ваши проблемы, установить надбавки на перчатки с латексом и на перчатки с люрексом, а также на перчатки со стразами и без таковых, – понимаете, это перекладывание ваших проблем на проблемы государства, на плечи государства. «Оно должно этим заниматься».

Иван Князев: А государство вообще никаких проблем у нас для стимулирования малого бизнеса не должно решать?

Никита Кричевский: Иван, представляешь, какой список должен быть у государства? Потому что сегодня перчатки, завтра резиновые сапоги, утепленные, демисезонные…

Иван Князев: Ну понятно, что нельзя какой-то конкретный случай решать. А вообще в целом какие сейчас проблемы для стимула предпринимательской инициативы необходимы? Вот как Набиуллина заявила. Я дословно ее сейчас процитировал. Какие стимулы нужны для предпринимательской инициативы? Инвестиции? Что? Я хотел бы у вас спросить.

Никита Кричевский: Я понятия не имею. Вы же Набиуллину цитируете.

Иван Князев: Хорошо, ладно.

Никита Кричевский: Я не изучаю ее танки, не зазубриваю их наизусть. Я к тому, что… Вот Александр нам позвонил из Ставрополья. Мне всегда приходят… И вы, кстати говоря, по поводу Набиуллиной сказали. Мне всегда приходят на ум двустишья по этому поводу: «А из нашего окна деградация видна. А из нашего окошка – лишь депрессии немножко». Вот у Александра: «А и здесь нашего окна деградация видна». А у Набиуллиной: «А из нашего окошка – лишь депрессии немножко». Понимаете, какая история? Вот у Александра – деградация, а у Набиуллиной – депрессия.

Тамара Шорникова: Ладно, хорошо…

Никита Кричевский: Вот как хочешь, так и живи.

Иван Князев: Мы потом это обсудим еще отдельно.

Тамара Шорникова: Подождите. Иван интригу повесил, давайте все-таки полностью процитируем Эльвиру Набиуллину, потому что я считаю, что это действительно важная вещь.

Никита Кричевский: Давайте процитируем.

Тамара Шорникова: Это глава Центробанка!

Никита Кричевский: Это к вопросу об Александре, который призывает регулировать цены на перчатки с люрексом государству.

Тамара Шорникова: Значит, еще раз. На Международном финансовом конгрессе в Санкт-Петербурге глава Центробанка Эльвира Набиуллина сделала ряд заявлений, в частности: «Для улучшения роста экономики надо кардинально улучшит инвестиционный климат».

Никита Кричевский: Молодец!

Тамара Шорникова: И дальше цитаты: «Есть две серьезные проблемы, которые нельзя замалчивать, если мы действительно хотим устойчивого роста экономики, – это Эльвира Набиуллина, прямая цитата. – Во-первых, необходимы стимулы для предпринимательской инициативы. Экономический рост создает бизнес, а не государство».

И дальше подробнее: «Частные инвестиции – это не кредиты, полученные под низкие проценты в банках под госгарантии. Частные инвестиции – это прежде всего дополнительный акционерный капитал, собственные средства крупного бизнеса и малых предпринимателей, которыми они готовы рискнуть в расчете на будущий рост. А готовность взять на себя этот риск напрямую зависит от пресловутого инвестиционного климата. Если эффективный бизнес не готов инвестировать, то не стоит удивляться, что финансовый сектор неохотно кредитует компании».

В общем, тут как бы эффект очевидный, как всегда: «Давайте как-нибудь сами».

Иван Князев: Нужно инвестировать. А почему боятся инвестировать?

Никита Кричевский: Хо! Ну, в каждом случае история отдельная, как у нашего перчаточника Александра.

Иван Князев: Ну а если в целом взять?

Никита Кричевский: Слушайте…

Иван Князев: Раньше бизнес боялся…

Никита Кричевский: Подождите!

Иван Князев: Хорошо, ладно, давайте.

Никита Кричевский: Вот Александр нам говорил про китайскую конкуренцию. И одновременно мы обсуждаем инвестиционный климат. А теперь смотрите. На 1 января этого года курс доллара составлял 69,47 рубля, 69 рублей 47 копеек, а на сегодняшний день – 63 рубля 40 копеек. Не надо быть… не надо подсчитывать в компьютере, на калькуляторе в телефоне. Я вам сразу скажу ответ: за эти полгода курс укрепился на 9%. То есть китайские товары стали более востребованными и более дешевыми на российском рынке, нежели чем та продукция, которую производит Александр. Китайцы просто делают дешевле. Почему? Потому что у них курс фиксированный.

Иван Князев: Понятно, вопрос конкуренции.

Никита Кричевский: А Набиуллина борется с инфляцией каким образом? Укрепляет курс рубля. Кстати говоря, за эти полгода импорт свинины в Россию… точнее, простите, экспорт свинины в Россию вырос на 86%. Почему? Потому что курс рубля укрепился, а курсы национальных валют, откуда эта свинина поступает в Россию (ну, например, из Бразилии), остались на прежнем уровне. Свинина стала дешевле, и поэтому везут к нам. Что перчатки, что свинину, что другую продукцию. Это дешевле.

И одновременно мы видим, что борются-то не с каким-то, знаете ли, непонятным явлением в экономике, а борются с инфляцией. А инфляцию разгоняет кто? Вот это к вопросу об инвестиционном климате. Инфляцию разгоняет правительство. А каким образом? ЖКХ с этого полугодия выросло? Цены на бензин растут. Тарифы растут. Причем совершенно непонятно – почему. Что мешает правительству сказать, что цены на услуги ЖКХ заморожены, скажем, на 3–5 лет? У них огромный запас прочности, у жилищно-коммунальных хозяйств. Огромный! Они это все… И у энергетиков.

Тамара Шорникова: Слушайте, но мы же не можем жить в «морозилке»: бензин заморозить, ЖКХ заморозить…

Никита Кричевский: Подождите, подождите, подождите.

Тамара Шорникова: У нас же рыночная экономика.

Иван Князев: Тем более мы это уже делали.

Никита Кричевский: Это к вопросу о регулировании. Ну, я исхожу из тех расчетов, которые мы делали несколько лет назад с одним из моих аспирантов. Там оказалось, что по АО-энерго, по региональным энергетическим операторам, запас прочти – минимум 20%. Минимум!

Тамара Шорникова: Эффективнее выставлять тарифы, разбираться в ценообразовании их…

Никита Кричевский: Вы заморозьте! Если прокуратура, Следственный комитет не может разобраться и не может наказать виновных, потому что коррупция, потому что землячество, местничество, кумовство и прочее, – ну просто на федеральном уровне давайте заморозим. «Нет!»

Тамара Шорникова: Но разве это не тянет нашу экономику назад, когда мы замораживаем все? Вместо того, чтобы разобраться с чем-то…

Никита Кричевский: Экономику тянет назад повышение тарифов – в данном случае на жилищно-коммунальные услуги.

Иван Князев: Друзья, друзья, можно я вас немножко остановлю, потому что мне кажется, что это тема совершенно отдельной программы – заморозка тарифов. Давайте все-таки вернемся…

Никита Кричевский: Это не отдельная программа, а это часть инвестиционного климата.

Тамара Шорникова: Давайте вернемся к звонкам, к регионам.

Иван Князев: Давайте к звонкам вернемся.

Тамара Шорникова: Сейчас – Эрна, Воронежская область.

Никита Кричевский: Почему? Потому что растут тарифы, подрастает инфляция – и Набиуллина вынуждена укреплять рубль. А укрепление рубля – это «удар по почкам» нашим производителям.

Иван Князев: Никита Александрович…

Никита Кричевский: Я!

Тамара Шорникова: Эрна, Воронежская область. Слушаем.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Алло.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте.

Зритель: Эрна из Воронежской области.

Тамара Шорникова: Очень приятно.

Иван Князев: Здравствуйте, здравствуйте.

Зритель: Мне хотелось бы вашему гостю задать вопрос. Я очень уважаю его высказывания, он очень хорошо говорит, все правильно. Хочу задать такой вопрос.

Мой муж был предприниматель, держал ларек, но потом ларек продал. Мы в деревне живем, и глава администрации нашей попросил старушкам подвозить хлеб, молоко, яйца, консервы. Вот мой муж сколько лет работает? С 2002 года так работает. Предпринимательская деятельность у него так и осталась, он платит налог. Теперь его заставляют взять кассовый аппарат, но это просто невозможно!

Тамара Шорникова: Онлайн-касса.

Зритель: Торгует же на улице, старушкам в дом подвозит. В мороз и в жару этот аппарат не будет работать. Что нам делать?

Никита Кричевский: А почему он не будет работать? Объясните.

Зритель: Ну как? В мороз не работает аппарат.

Никита Кричевский: В Воронежской области мороз сколько градусов? Минус 70? 80?

Зритель: Ну, я не знаю. Мне кажется, что он не работает…

Никита Кричевский: Вам не кажется. Вы должны следовать действующему законодательству, а законодательство предполагает контрольно-кассовую технику – и не потому, что это чья-то блажь, а потому, что это борьба с неуплатой налогов. Вот и все.

Зритель: Но он-то платит налоги.

Никита Кричевский: Так если он платит налоги, то что ему мешает этот контрольно-кассовый аппарат завести и использовать его в своей работе?

Иван Князев: Хотите я вам отвечу? У него месячная выручка меньше, чем кассовый аппарат этот стоит.

Зритель: Он два раза в неделю ездит и старушкам подвозит продукты.

Никита Кричевский: Нет, кассовый аппарат не зависит от выручки.

Иван Князев: Я про что и говорю. Поэтому он просто физически не может его купить.

Никита Кричевский: Вы не про это говорите. Контрольно-кассовый аппарат не зависит от выручки. Вы приходите в магазин – вам пробивают чек. При чем здесь выручка?

Иван Князев: Я говорю: купить сам аппарат сложно для предпринимателей, у которых выручка очень-очень маленькая.

Никита Кричевский: Копейки, поверьте, копейки.

Тамара Шорникова: Купить и обслуживать его – это для многих дорого.

Иван Князев: Конечно.

Никита Кричевский: Нет.

Тамара Шорникова: Это писали нам многие.

Никита Кричевский: Нет!

Тамара Шорникова: Это в любом случае…

Никита Кричевский: Я не соглашусь.

Иван Князев: Все, спасибо нашей телезрительнице из Воронежской области.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Никита Александрович…

Никита Кричевский: Это ваши затраты, которые вы имеете полное право переложить на конечную цену реализуемой вами продукции.

Тамара Шорникова: Можете, но…

Никита Кричевский: Таковы правила.

Иван Князев: Так кто же у нее будет покупать, если она переложит на поднятие цен?

Тамара Шорникова: Вы можете, но покупательский спрос ограничен сейчас.

Иван Князев: Конечно. У нее там три покупателя в деревне стоит. Если она цены поднимет, то к ней просто никто не придет.

Никита Кричевский: Есть калькуляция затрат, где можно до копейки рассчитать, на что вы тратите деньги, которые вы перекладываете в конечную цену. Вы можете договориться с производителем об уменьшении цены. Вы можете использовать вместо бензина, например, газомоторное топливо…

Иван Князев: А можно и на повозке с лошадкой.

Никита Кричевский: Можете на повозке это делать.

Иван Князев: Понятно.

Никита Кричевский: Вы за советскую власть или за тех, кто уходит от налогообложения?

Иван Князев: Вы меня, как Чапаев, спрашиваете: «Вы за красных или за белых?» Давайте все-таки…

Никита Кричевский: Вот я, Иван, у вас и спрашиваю. С одной стороны, вы говорите о «сером» секторе, о том, что нет уплаты налогов в бюджет. А с другой стороны, вы говорите: «Ну, это же очень дорого!» И что? И что? И что?! Индивидуальный предприниматель платит 6% в год. Почему нельзя стать индивидуальным предпринимателем, Иван? Не отводите глаза!

Иван Князев: Никита Александрович…

Тамара Шорникова: Никита Александрович, а вы считаете, что…

Никита Кричевский: Не отводите глаза! Почему нельзя стать индивидуальным предпринимателем?

Иван Князев: Давайте вернем наш разговор в какое-нибудь более или менее…

Никита Кричевский: У вас нет никаких налогов – ни НДФЛ, ни НДС, ни налога на прибыль. У вас нет ничего, вы платите 6% в бюджет – и все!

Иван Князев: Я согласен.

Никита Кричевский: Что вы нам рассказываете здесь? Что вы нам говорите о том, что в жару в Воронежской области контрольно-кассовая техника работать не будет и что это дорого?

Иван Князев: Да это не я говорю, это телезрители говорят.

Никита Кричевский: Шесть процентов. Шесть процентов! Привыкли к тому, что бардак в стране.

Иван Князев: Давайте еще один звонок… Все, стоп! Давайте еще один звонок примем.

Тамара Шорникова: А перед звонком у меня один короткий уточняющий вопрос, Никита Александрович, просто, так сказать, для ясной картины в моей голове.

Вы действительно считаете, что те налоги, которые не доплатили в полном или в неполном объеме представители малой армии сейчас у нас малого и среднего бизнеса – это существенно влияет на наш бюджет, это гораздо важнее, чем спрашивать налоги в достаточном количестве с госкорпораций, с других крупных компаний? Это вот то, за что нужно бороться?

Никита Кричевский: Это демагогия!

Тамара Шорникова: Это серьезно пополняет нашу казну?

Никита Кричевский: Налоги должны платить все.

Тамара Шорникова: Никто не спорит.

Никита Кричевский: А налоги с малого и среднего бизнеса – это в основном налоги, которые идут в региональную и местную казну. Они не идут в федеральный бюджет. Например, «упрощенка» или единый налог на вмененный доход – они идут в региональный и муниципальный бюджеты.

Тамара Шорникова: То количество SMS, которые к нам приходят…

Никита Кричевский: Ну почему я плачу налоги, а Воронежская область должна проскакивать мимо? Объясните мне.

Иван Князев: Потому что вы бизнесом не занимаетесь.

Тамара Шорникова: «Мы закрываемся». «Я думаю о том, чтобы закрыться»…

Никита Кричевский: У меня есть ИП, у меня есть ИП, оно оформлено по всем правилам. И хочешь не хочешь, но мне платить придется.

Иван Князев: Давайте у Дмитрия сейчас спросим…

Тамара Шорникова: Сейчас, еще секунду.

Никита Кричевский: Ну, потому что я хочу спать спокойно. А если человек не хочет заниматься установкой контрольно-кассовой техники, то пусть он уходит из этого бизнеса, уходит. Из-за чего? Из-за того, что у него нет желания поставить контрольно-кассовый аппарат.

Иван Князев: Да скоро все уже уйдут, Никита Александрович.

Тамара Шорникова: Челябинская область: «У дочери хозяйки кафе сократила второго повара», – и так далее. Курганская: «Закрываемся. Не тянем». Владимирская: «Слишком дорогие налоги». Липецкая… И так далее, и так далее, и так далее.

Вместе со всеми тратами, в том числе и на онлайн-классы, и так далее, количество предпринимателей, людей, занятых в малом и среднем бизнесе, вопреки нашим национальным целям, сокращается это количество. Какое количество налогов мы примем с компаний, если вместо десяти станет две?

Никита Кричевский: Тамара, вы неправильно сейчас прочитали. Надо делать акцент на виде экономической деятельности, потому что вы сейчас обращаетесь к тем людям, которые обдумывают, куда им пойти. Вот вы говорите, что сократили второго повара в кафе…

Тамара Шорникова: На биржу труда? Или куда?

Никита Кричевский: «Так! Значит, в общепит мы не идем». Дальше? Что там еще было?

Тамара Шорникова: Не все указывают сферу деятельности, а просто говорят о трудностях конкретной компании.

Никита Кричевский: Да я вам могу об этих трудностях рассказать гораздо больше, чем наши слушатели и зрители. Я сразу сказал, что административный гнет, непомерное налогообложение, контрольно-кассовая техника и прочее. Это мы все знаем, это мы все знаем, об этом разговаривать смысла нет никакого. Я к чему? Я к тому, что всегда в любом бизнесе заниматься тем, чем занимаются все – это верный путь к банкротству.

Иван Князев: Давайте еще одну историю посмотрим…

Никита Кричевский: Подождите, Иван.

Иван Князев: У нас просто время ограничено в эфире.

Никита Кричевский: Ну подождите! Верный путь к банкротству. Чем есть смысл заниматься? Тем, чем не занимается никто либо занимается очень малое число людей. Не надо говорить о сельской местности – там живут 25% населения. 75% живут городах.

Я все время вам привожу пример двух волгоградских братьев, которые в начале 2000-х сделали онлайн-игру. И первая их выручка была, вы не поверите, 100 долларов на двоих. Сегодня, через 18 лет, состояние каждого – 1 миллиард 400 миллионов долларов. Другой вопрос, что эти люди перерегистрировались в кипрской юрисдикции.

И я могу этих примеров привести множество. Это к вопросу об инвестиционном климате, о том, что рассматривать каждый конкретный случай в нашей программе нельзя ни в коем случае. Надо говорить о том, что у нас нет соответствующих условий для того, чтобы этот бизнес развивать.

И вот эти слова, которые вы приводили в пример (я имею в виду госпожу Набиуллину), – это та же самая демагогия, потому что это знают все, об этом говорят все. Реальность же говорит ровно наоборот. Реальность говорит о том, что чем дальше, тем больше мы уходим в сторону зарегулированности, тотального контроля. Последнее – грибы, ягоды, березовый сок. Вопросов нет.

Иван Князев: Ну да. Есть история из Бийска, давайте все-таки ее посмотрим. Владелица арт-галереи иногда подумывает продать ее из-за сложностей, но пока держится, справляется, хотя расходы растут с каждым годом. Давайте смотреть.

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: Культурная сфера точно не относится к самым популярным…

Никита Кричевский: Это товары неэластичного спроса, есть такая категория. Эластичный спрос – это товары первой необходимости (ну, предельно упрощенно).

Что касается галереи и вообще предметов искусства, то те, которые не оценены, скажем, через аукционы или через какие-то каталоги, их цена варьируется (ну, я утрирую, конечно) от нуля до бесконечности. То есть лаг для снижения цены у Ирины огромный. Достаточно договориться с теми, кто выставляет работы, и объяснить им, что сегодня не то время, когда приобретают подобные предметы. Людям кушать нечего, не то чтобы картины покупать.

Иван Князев: Не до картин сейчас.

Никита Кричевский: Да.

Иван Князев: Давайте все-таки поговорим о мерах, которые спасут малый бизнес, чтобы поменьше у нас было объявлений на «Авито» о том, что хотят продать тот или иной бизнес.

Никита Кричевский: Ну, Иван, объявления будут всегда, потому что… В той же Америке, например, из ста малых предприятий первые три года переживают от силы двадцать, а 80% разоряются. Так везде, во всем мире, и у нас. Так и будет всегда. И будут неверные шаги, и будут разоряться, и будут сталкиваться с ситуацией, когда безумная конкуренция или взял кредит и не смог рассчитаться, или где-то государство тебя поджало. Всегда во всех странах так есть и будет.

Я не об этом. Я о том, что если мы говорим о структурных реформах, то это не инвестиционный климат и не частные инвестиции, как по госпоже Набиуллиной, а это учет в экономической политике, в стратегии экономического развития нашего национального менталитета. Мы об этом с вами говорим постоянно.

Что я имею в виду? Я имею в виду в первую очередь восстановление доверия к государству. А каким образом это восстанавливается? Через солидарность. Иркутская трагедия – скидывались всем миром. Кто-нибудь из олигархов положил хоть копейку? Они заняты другими вещами.

Самодостаточность. То есть – как можно больше закрыть внутреннего рынка, чтобы у Александра из Ставрополья не было проблем с реализацией перчаток, которые ничем не хуже, а даже лучше, например, китайских. Мы это сами умеем производить. Почему китайцы себя обеспечили сами, а мы вынуждены у них закупать продукцию для того, чтобы наполнить собственный рынок?

И последнее – это справедливость. Справедливость – это не только прогрессивный подоходный налог или налог на капитал, восстановление налога на наследование и дарение в огромных суммах, о которых сегодня постоянно говорят; это наказание тех, кто не дает развиваться малому и среднему предпринимательству, предельно жесткое наказание.

Иван Князев: Как бы их найти еще…

Никита Кричевский: Они есть, их имена известны. Возьмите любой телефонный звонок сейчас и спросите: «Кто конкретно?» И вам имя, отчество и фамилию – все вам скажут!

Тамара Шорникова: Давайте попробуем у Дмитрия спросить. Амурская область, Дмитрий.

Иван Князев: Здравствуйте, Дмитрий.

Тамара Шорникова: Кто мешает конкретно вам развиваться в бизнесе (если вы, конечно, предприниматель?

Зритель: Да, я предприниматель, и уже очень давно, больше 20 лет. Последние двенадцать лет занимаюсь производством встроенной мебели. У меня раньше предприятие было – около 120 человек. Ну, последние лет пять после кризиса – осталось около 50 человек.

Основные проблемы, с которыми сталкиваемся, которые не дают возможностей для развития, – это, конечно же, недостаток оборотных средств. Банки не очень хотят сотрудничать с такими предприятиями производственными, потому что мы в зоне риска находимся, так скажем. И кроме того, достаточно высокий процент по кредиту. Может быть, для торговых предприятий покрываются издержки и затраты, но для того, чтобы, допустим, модернизировать, оборудование купить – это необходимы средства достаточно большие и крупные, на длительный срок.

Никита Кричевский: Возьмите в лизинг…

Зритель: Да, слушаю.

Никита Кричевский: Возьмите в лизинг. Зачем покупать? Берите в лизинг.

Зритель: Да, можно, конечно, есть и такие программы. То есть лизинг тоже рассматриваем, тоже пытаемся. Мы различными путями идем. Допустим, необходимо на приобретение материалов затраты сделать, приобрести что-то, чтобы хранить на складе, чтобы не покупать маленькими партиями по дорогой цене. Здесь необходимы все равно достаточно большие вливания. И как бы проценты, к сожалению, «съедают» всю маржу.

Кроме того, для того чтобы получить кредит… Вот мы несколько лет назад взяли небольшой кредит – в районе 3,5 миллиона. Но для этого нам потребовалось заложить все активы, которые существуют в компании, а это больше 40 миллионов.

Никита Кричевский: Дмитрий, это все понятно, спасибо вам огромное. Я вам по секрету скажу: ровно те же проблемы у столичных мебельщиков, у подмосковных мебельщиков, у мебельщиков всей Центральной России. Вот один в один, вы не поверите! Я с ними очень тесно и близко общаюсь на протяжении 25 лет. Вот один в один! И смысл этих проблем очень простой: нет спроса. То есть у людей свои шоурумы в крупных торговых центрах. И вот один из них мне недавно звонил, он говорит: «За последние пять дней не было ни одного звонка». Не то чтобы просмотра, а звонка не было по поводу их мебели. А у них мебель очень хорошая, качественная. А кредиты висят.

Тамара Шорникова: На недавней «Прямой линии» президент, как мантру, повторял, что ничто не улучшит наше качество жизни, ничто не повысит наши доходы, ничто как раз таки не повысит спрос, зависящий от наших с вами доходов, как производительность труда. С этим никто не спорит. Как ее поднять?

Никита Кричевский: Замкнутый круг! Производительность труда зависит в первую очередь от государства. Дмитрию нужно дать соответствующие льготы, соответствующие программы, для того чтобы он внедрял более качественное оборудование, для того чтобы он переобучал своих работников, для того чтобы он занимался инновациями. Это зависит от государства, это государственные программы. Это замкнутый круг.

Путин говорит о том, что должно делать государство. А я вам по секрету скажу: при этом правительстве ни о какой производительности, ни о каком экономическом росте можно даже и не мечтать. Потому что я только что вам что говорил? Менталитет нации учитывать! А ведь что есть менталитет? Менталитет – это… Ну так, чтобы на пальцах.

Молоко – 404 килограмма – норма ВОЗ и в Советском Союзе. Знаете, сколько сейчас норма, установленная государством, на потребление молока? 325 килограмм в пересчете на сырое молоко. 325 килограмм. Это ниже нормативов ВОЗ. А фактическое потребление еще меньше. Почему? Потому что вреднее, наверное, оно стало. Это все детали, из которых складывается общая картина. Не интересно заниматься производством молочной продукции. Почему? Потому что государству это не надо. Государство установило нормативы – вот что хочешь, то и делай.

Тамара Шорникова: У нас буквально минута. И мне хочется оторваться от государства, потому что уповать на него сейчас – ну, как минимум это значит, что в очень далекое будущее смотреть. Что мы сами конкретно можем сделать, не дожидаясь реализации тех постулатов, которые практически «свобода, равенство, братство», которые мы только что перечислили?

Никита Кричевский: Солидарность, самодостаточность и справедливость – это не свобода, равенство, братство.

Тамара Шорникова: Что мы можем сделать без государства, чтобы сами улучшить свою жизнь?

Никита Кричевский: Вы можете сделать только одно: вы должны рассматривать себя как свой собственный индивидуальный автономный проект. Вы должны работать на свою капитализацию. Вы должны заниматься тем, чтобы как можно выгоднее себя преподнести, преподать, чтобы это была надежная и очень интересная обертка, чтобы вас как продукт, вас как проект покупали, а через этот проект, через вас как проект покупали то, что вы предлагаете. Вы должны наконец-то отойти от упования на государство и думать только о себе.

Потому что сегодня молодежь ровно так и поступает: она не надеется ни на государство, ни на корпорации, ни на дядю, ни на Трампа, ни на кого, ни на Папу Римского, она надеется только на себя. Она знает: «Если я преподнесу себя так-то, так-то и так-то – с использованием сетей, с использованием «сарафанного радио», с использованием телевидения, всего чего угодно, – я буду капитализироваться, я буду дороже стоить, я буду получать больше дохода».

Тамара Шорникова: Спасибо вам большое.

Иван Князев: Вы прямо сейчас историю Стива Джобса рассказали. Спасибо. Никита Александрович Кричевский был у нас сегодня в гостях, доктор экономических наук, профессор. Спасибо.

Тамара Шорникова: И это наша тема дня. Напоминаем, что наши коллеги вернутся к ней вечером. Будем еще искать выходы, решения и конкретные советы давать для предпринимателей.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски