Улов завернули

Улов завернули | Программы | ОТР

Получат ли россияне доступную рыбу после приостановки экспорта в Китай?

2020-12-24T17:28:00+03:00
Улов завернули
Траты на 8 марта. Чего хотят женщины. Как укрепить семью. Вакцинация шагает по стране. Гостевой бизнес
Поздравляем с 8 марта. Дорого
Женщины должны/хотят работать?
Сергей Лесков: Русская женщина всегда обладала таким набором добродетелей и качеств, который делал её самой желанной на свете
Чтобы семьи были больше, нужно...
Что делать, если с вас пытаются получить чужие долги?
Вы к нам из тени, а мы вам - кредиты!
ТЕМА ДНЯ: Цветы и подарки к 8 марта
Посчитают доходы и помогут
Уколоться - и забыть о COVID-19
Гости
Валентин Балашов
председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна (Мурманск)
Александр Савельев
руководитель информационного агентства по рыболовству

Константин Чуриков: Тут сейчас выбор такой: либо подарок, либо стол, как говорится. Ну смотрите, сейчас будем о рыбной продукции…

Оксана Галькевич: Воды-то в стакан нальешь, Костя.

Константин Чуриков: Да, воды, конечно.

Итак, говорим сейчас о нашей рыбе – ну, о той рыбе, которая, в общем-то, наша, но поставлялась за рубеж нашему главному стратегическому партнеру – Китаю. Вот смотрите, как поступил стратегический партнер. По данным участников рынка, Китай закрыл все порты для приема российской рыбной продукции. Причина, как сообщают наши, – это карантинные меры якобы для борьбы с COVID.

Теперь будем разбираться, куда пойдет дальше та рыба. Известно, что вряд ли это будет Южная Корея, наш второй крупнейший партнер по поставкам рыбы, – у него порты уже тоже перегружены. Итак, в чем тут причина? Что будет с рыбой? И так ли она опасна, кстати, как говорят китайцы?

Оксана Галькевич: Что будет с нами на самом деле?

Константин Чуриков: И с нами.

Оксана Галькевич: Может быть, мы наконец увидим рыбу на наших прилавках, в наших магазинах по доступным ценам? Потому что я смотрю на наш SMS-портал – и люди нам тут пишут, что рыбу едят очень редко, потому что это дорого. «А если подешевле, то она либо ржавая, либо несколько раз была разморожена-заморожена. В общем, есть все это невозможно», – это был Нижний Новгород. И таких сообщений… И из Якутии, они пишут: «У нас рыба дорогущая – 700 за килограмм, 1 200 за килограмм. Ряпушка – 300». Ну и так далее. Волгоград пишет: «Только селедку раз в месяц могу себе позволить – 220 рублей за килограмм».

Константин Чуриков: Ну а сейчас мы просим в эфир Александра Савельева выйти – это руководитель информационного агентства по рыболовству. Александр Анатольевич, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Александр Савельев: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Александр Анатольевич, Китай – такая достаточно загадочная и закрытая страна. Там не поймешь, что на самом деле. Просто, понимаете, меня смутило то, что, если я правильно ознакомился с информацией (а я правильно с ней ознакомился), что решение, как говорит один из участников рынка, может быть связано с тем, что есть потенциальная угроза распространения COVID от нашей рыбы.

Александр Савельев: Вы знаете, как говорил Макиавелли: «О чем бы мы ни говорили, мы говорим о деньгах». На самом деле любопытно вообще, что такая серьезная тема попала в несерьезные новости. Китай, конечно, является нашим дружественным соседом, но, к сожалению, туда уходит более 60% нашей российской рыбы, которую вылавливают, особенно на Дальнем Востоке, российские рыбаки. Это миллиарды долларов К сожалению, ситуация, которая сейчас сложилась… Кстати сказать, китайцы закрыли не только порты, но и сухопутную границу перекрыли, поэтому туда не только рыбы, но и живые, и замороженные крабы не поступают.

Так вот, что касается денег. Конечно, китайцы используют эту ситуацию с COVID для того, чтобы просто опустить цены на нашу лучшую в мире рыбу. В прошлом году этот минтай стоил 1600–1800 долларов за тонну, а теперь он опустился до 1000–1200. Я думаю, китайцы продолжат вот эти требования выдвигать по различным поводам. Так или иначе они цену еще ниже опустят.

Ну, бог с ними, с китайцами. Вот эта проблема с огромным количеством российской (я подчеркну – лучшей в мире) рыбой, которая…

Оксана Галькевич: Александр Анатольевич, вы знаете, вы на самом деле вот такими похвалами разжигаете нашу пролетарскую грусть, я скажу. Хотя на самом деле…

Константин Чуриков: Да. Чем она собственно лучше? Та, которую видим на прилавках, вот эта зеленая…

Оксана Галькевич: Нет, я на самом деле даже не об этом. Если она такая прекрасная, если она такая замечательная, то почему мы ее не видим на своих столах? Почему она нам недоступна? Почему она отправляется на экспорт за границу? Так же, как самая лучшая наша нефть, а у нас бензин по космическим ценам. И самый лучший наш газ, а у нас деревни не газифицированы. Я вот так вот развернула!

Константин Чуриков: Свой баян…

Александр Савельев: Нет, хорошо вы так дали, так сказать. Понимаете, во-первых, лучшая она постольку, поскольку ее добывают в северных широтах. А известно, что чем рыба севернее, тем она жирнее. А чем она жирнее, тем она полезнее. Россию омывают 14 морей, у нас 2 миллиона озер, более 2 миллионов рек, поэтому в наших северных широтах и водится, и добывают здесь самую лучшую в мире рыбу. Она востребована на всех мировых аукционах, поэтому больше половины российской рыбы, как вы совершенно справедливо с горечью констатировали, уходит на экспорт.

Вот эта проблема, которая сейчас сложилась в Китае, возможно, повернет, так сказать, чиновников, которые регулируют эту отрасль, в сторону внутреннего рынка. Вы действительно правы в том, что за последние пять лет катастрофически упало потребление рыбы в Российской Федерации – до 12 килограммов.

Оксана Галькевич: Между прочим, на мы рыба-то по здоровью очень была бы нужна, потому что это и витамин D (рыбий жир), и много полезных омега-кислот, которые нужны нам для здоровья – нам как жителям северных территорий, а не китайцам, которые гораздо южнее.

Александр Савельев: Совершенно верно! Я абсолютно с вами согласен. Больше того, многие эксперты сейчас, оценив эту ситуацию в Китае, полагают, что как раз это повод для того, чтобы рыбу вернуть в Российскую Федерацию и продать по цене в два-три раза ниже как раз малообеспеченным людям. Я не знаю, входите ли вы лично в малообеспеченные, но я думаю, что и вы не отказались бы поесть великолепный минтай по цене в два-три раза ниже, чем вы сейчас покупаете.

Константин Чуриков: Александр Анатольевич, мы были бы малообеспеченными, если бы регулярно покупали, например, красную рыбу. Ну мы же понимаем, о чем мы говорим. Когда элементарно ты сравниваешь ценники…

Александр Савельев: Согласен.

Константин Чуриков: Люди приезжают из Европы и говорят: «А вы знаете, почем семга?» – на том берегу, во Франции. И мы как бы понимаем, что у нас-то эта семга для нас дороже.

Давайте сейчас послушаем несколько звонков и продолжим разговор. Наталья из Воронежской области. Наталья, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Вся страна в йододефицитной зоне, а мы морскую рыбу продаем соседям.

Константин Чуриков: Наталья?

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Я слушаю вас. Вы меня слышите?

Оксана Галькевич: Да. Вас страна слушает, Наталья.

Константин Чуриков: Оксана вас уже слышит.

Оксана Галькевич: И Константин.

Зритель: У меня такой вопрос. Есть такая рыбка маленькая, называется мойва.

Константин Чуриков: Знаем.

Зритель: Так эта рыбка стоит за 600 рублей. Ее удочкой ловят?

Оксана Галькевич: Ну да, похоже, что так.

Константин Чуриков: А пробовали тюльку? Есть такая рыбка, я очень люблю, типа кильки.

Зритель: Да-да-да. Можно подумать, что кто-то сидит на бережку и ловит. Подошли, попробовали, взвесили. И что с ней?

Константин Чуриков: Ну, Наталья, ваша мойва дороже моей тюльки. Спасибо за звонок.

Как прокомментируете, Александр Анатольевич? Мойва дорогая.

Александр Савельев: Дорогая не только мойва. Я еще раз подчеркну: за последние пять лет рыба подорожала в 2,5–3 раза. Естественно, это обрушило, катастрофически обрушило потребление в России. И ваша собеседница, и миллионы других людей просто не в состоянии купить эту рыбу.

Оксана Галькевич: Александр Анатольевич, скажите, а можно устроить как-то на этом рынке таким образом, что мы сначала своих детей кормим, свою семью кормим, а излишки уже продаем? И мы своих детей кормим, за стол сажаем, мы же не говорим: «Так, с тебя сегодня 10 рублей, с тебя – 20, а с тебя – 150». Понимаете? Ну, как-то накормить сначала свою страну, свою семью, а излишки уже продавать. Так можно?

Александр Савельев: Совершенно верно. Но пять лет назад в отрасль пришел такой олигарх Глеб Франк, который заинтересован продавать задорого рыбу за границу. Понимаете? И его поддерживает и отраслевой регулятор (Росрыболовство), который всячески мотивирует экспорт рыбы. В таких условиях поставлять на внутренний рынок совершенно нет никаких экономических смыслов.

Вот если всю эту махину, что называется, развернуть и мотивировать рыбаков поставлять для своих соотечественников прежде всего рыбу по доступным ценам (а эти рычаги в руках государства, безусловно, есть), то тогда, возможно, мы будем наслаждаться теми богатствами, которые имеем. А то действительно, вы правильно говорите, и лес, и нефть, и все увозим за границу.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо вам большое. Александр Савельев, руководитель информационного агентства по рыболовству.

Инна из Тамбовской области. Моря-то в Тамбовской области нет, но потребность в йоде, как ты сказала, осталась. Инна, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Слушаем вас.

Зритель: Я бы хотела высказать такое мнение. Наша страна окружена океанами и морями, но рыбу мы не видим на своем столе. Честно говоря, даже минтай мне недоступен. Я хотела сказать, что раньше за рыбу не считался минтай, а сейчас я не могу купить.

Константин Чуриков: Инна, получается, что вы никакую рыбу вообще в принципе не едите?

Зритель: Ну, если я и позволяю себе, то это как праздник. В общем, могу купить, может быть, раз в месяц. И то не захочется…

Константин Чуриков: Это правда.

Зритель: Я уже в таком возрасте, когда она просто необходима.

Константин Чуриков: Конечно, Инна! О чем речь?

Оксана Галькевич: Конечно.

Константин Чуриков: Есть рыбоеды, есть мясоеды. И даже любой мясоед все равно в душе рыбоед. Спасибо.

Оксана Галькевич: Люди пишут, что рыба дороже мяса. Это правда.

Давайте посмотрим небольшой опрос. «Почему нет хорошей и доступной рыбы у нас в магазинах?» – спрашивали корреспонденты во Владивостоке (кстати, рыбный город), в Курске и Самаре.

ОПРОС

Константин Чуриков: Посмотрим, каким он будет. Мы сейчас приглашаем в эфир Валентина Балашова – это председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна. Валентин Валентинович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Как интересно!

Константин Чуриков: Валентин Валентинович, помните, две недели назад Путин беседовал с членами Правительства, с министрами. Они там рассказывали, как все здорово, как перевыполнен план по импорту, как вообще мы себя обеспечили. Я просто подумал – может быть, вообще в принципе на все случаи жизни записать это обращение, которое он тогда делал министрам, и говорить: «Пандемия тут ни при чем. Вы что? Это же не шуточки! Доходы населения падают». А кому это показать? То есть от кого идет эта накрутка цен дикая?

Валентин Балашов: Я полностью с вами согласен, что, кроме портрета руководителя государства, соответствующим чиновникам надо рядом вешать основные профильные цитаты и высказывания об экономической политике в том или ином ведомстве. Полностью согласен.

По поводу приостановки экспорта российской рыбы в Китай я бы хотел вот что сказать.

Первое. Конечно, поражает сама форма принятия этого решения. То есть руководители муниципалитета того региона Китая, где находятся соответствующие порты, принимают решение фактически об остановке российского экспорта рыбы. Ну, само по себе, знаете, вообще-то, это факт, который требует осмысления, на мой взгляд, на политическом уровне.

Константин Чуриков: То есть это унизительно, вы хотите сказать, странно как-то, да?

Валентин Балашов: Да, вообще-то, это унизительно. Надо хотя бы как-то предупреждать заранее по линии МИД и так далее. А если каждый глава муниципалитета будет… Я понимаю, что там муниципалитет может быть размером с половину России по населению, но тем не менее…

Оксана Галькевич: Ну, у них там своя вертикаль, Валентин Валентинович.

Валентин Балашов: Понятно. Но я разовью эту мысль. В нашей жизни стало слишком много Китая. Вот пример рыбы: из этих почти 2 миллионов тонн рыбы, которая экспортируется Россией ежегодно, половина приходится на Китай. И из этой половины основная часть – это минтай.

Соответственно, выходит, что все эти программы экономической политики, увеличение экспорта продукции агропромышленного комплекса, в частности рыбы, с 5 миллиардов долларов до 8,5, выходит, у нас по рыбе замыкаются на Китай. А глава муниципалитета может эту политику, в общем-то, принимаемую руководством России…

Оксана Галькевич: Валентин Валентинович, а как нам замкнуть эту цепочку на самих себе – на вашей семье, на моей семье, на семье наших зрителей, которые сейчас перед экраном? Тамбов нам звонил, Нижний Новгород, Рязань, Тула, Ленинградская область… Вот как нам на себе замкнуть? Нехай они там у себя в Китае что-то решают. Как нам своих людей накормить?

Валентин Балашов: Спасибо за вопрос. Это была вторая часть моего комментария к событию.

Вы знаете, я абсолютно уверен, что сильная страна – это сильный внутренний рынок. И конечно же… Вот берем пример. У нас 22 миллиона жителей – это дети от 3 до 16 лет. 22 миллиона. У нас есть муниципальный и государственный общепит – детские сады и школы. Если даже два раза в день… извините, пожалуйста, два раза в неделю эти дети будут кушать минтай… А это по всем мировым стандартам великолепная рыба, поверьте. И американцы ее едят, и европейцы ее едят. Это шикарная рыба, просто у нас ее не знают. Так вот, если даже два раза в неделю дети будут есть по 100 грамм этой рыбы, то они съедят почти 300 тысяч тонн минтая. Вот тебе, пожалуйста, рынок.

А теперь – про цены. Сегодня в Китай продается по 70 рублей. А в Москву приедет или в центральные регионы – будет стоить максимум 150. Это дешевле цыпленка. То есть, конечно же, государству, Правительству, соответствующим ведомствам необходимо заниматься подробнее этими вопросами и организовывать эти процессы на соответствующем уровне.

Оксана Галькевич: Валентин Валентинович, вот вы представляете рыбопромышленников Северного бассейна. Вы знаете, когда мы сегодня к этой теме готовились, прочли, что у нас перерабатывающих производств недостаточно. Ну, нам проще, как лес срубить и кругляком гнать через границу. Еще какие-то вещи просто сырьем продавать. Так же и с рыбой: поймали и отправили. Переработки не хватает? Так или не так? Скажите. Может быть, нам в этом звене поработать, здесь какие-то инвестиции попросить привлечь у Правительства или самим как-то, не знаю, привлечь?

Валентин Балашов: Ну, тут очень много об этом говорится. Я вам сразу могу сказать, что много мифов про это. Конечно, можно перерабатывать тот же минтай в филе и возить его, например, на внутренний рынок. Но оно уже будет стоить не 150 рублей, а 300. А может быть, и больше.

Оксана Галькевич: А по-вашему, лучше, когда Китай покупает у нас это морское и речное сырье, перерабатывает и нам уже упакованное продает? Это лучше?

Валентин Балашов: Это не лучше и не хуже. Если сегодня Россия вместо миллиона, скажем, даже полутора миллиона тонн минтая в круглом виде продаст 500 тысяч тонн филе (а сегодня она продает, не знаю, может, 50 тысяч тонн), то цена на филе просто обвалится, и никакой экономической выгоды не будет. Это просто иллюзия. Это люди говорят, которые вообще в экономике слабо разбираются.

Константин Чуриков: Вы знаете, есть хорошая новость. Я внимательно слежу за крабовыми палочками, особенно перед новым годом. Я стал замечать, что их наконец-то делают у нас, потому что раньше их делали только там.

Давайте сейчас послушаем Татьяну из Твери. Татьяна, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Здравствуйте, дорогие ведущие. Хочу вас поздравить с Новым годом!

Константин Чуриков: Спасибо.

Зритель: А особенно Оксану.

Оксана Галькевич: Ой, спасибо!

Константин Чуриков: Правильно.

Зритель: Мне очень нравится, как она освещает проблемы.

Константин Чуриков: Сама спрашивает – сама отвечает.

Оксана Галькевич: Это все сильное плечо рядом.

Константин Чуриков: Так-так, слушаем вас.

Зритель: Скоро никто не будет к вам дозваниваться, потому что будут регистрировать, например, как на пресс-конференции президента. И тут же тот, кто-то задаст вопрос, будет получать ответ.

Константин Чуриков: Ну давайте про рыбу.

Оксана Галькевич: Про рыбу.

Константин Чуриков: Сейчас порепетируем, так сказать.

Оксана Галькевич: Часто ли рыба появляется у вас на столе вашем?

Зритель: Про рыбу ваши эксперты расскажут, которые ничего не понимают и от которых ничего не зависит. Это разговор в одну сторону только. Ваши эксперты ничего не решают, от них ничего не зависит.

Константин Чуриков: Нет, ну подождите, подождите, подождите! От экспертов много чего зависит, потому что эксперты за нужными круглыми столами появляются.

Валентин Валентинович, что зависит от председателя правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна? С главой Росрыбнадзора встречались?

Валентин Балашов: Мы встречаемся с руководителями и Росрыболовства, и Минсельхоза, и с вице-премьерами. Ну, сейчас в онлайн-режиме. Просто пример: в Мурманске полтора месяца назад из-за недоработки законодательства в области рыболовства был остановлен контролерами прибрежный промысел, 30 судов встало, почти 3 тысячи человек не работали. Сегодня уже Госдума принимает закон. Почему? Потому что руководители общественных организаций писали письма, обращались.

Нет, я не согласен с тем, что никто никого не слышит. И средства массовой информации, кстати говоря, и канал ОТР в первую очередь, который я очень люблю смотреть и всем рекомендуют, являются реальной четвертой властью, о которой говорят. И я полностью не согласен с тем, что от экспертов ничего не зависит.

Константин Чуриков: Валентин Валентинович, если можно, коротко. Значит, с сахаром, с подсолнечным маслом пока, до поры до времени, на несколько месяцев разобрались. Что делать сейчас с рыбой? То есть сначала надо насытить рынок, а потом что-то с ценами сделать? А как? Зафиксировать? Или, может быть, их можно снизить?

Валентин Балашов: Ну, первое, что я бы порекомендовал Правительству… Это урок, это хороший урок с Китаем. Даже если они откроют, как говорят, завтра эти порты, но это все равно урок отличный.

Константин Чуриков: 15 секунд.

Валентин Балашов: Нужно создать механизм, который бы «прокачивал» эту рыбу, в первую очередь в детские сады и школы. Это почти 300 тысяч тонн минтая уйдет. И он будет стоить дешевле курятины.

Константин Чуриков: Правильно.

Оксана Галькевич: То есть это будет какой-то государственный заказ?

Валентин Балашов: Да.

Оксана Галькевич: И люди будут понимать, что он есть. Понятно. Спасибо.

Константин Чуриков: Да всех «прокачать» рыбой! Построить рыбопровод и всех «прокачать». Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Чуриков, за первое место – 10 кило семги ежегодно.

Валерий Балашов… простите, Валентин Балашов был на связи, председатель правления Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного бассейна.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)