Оксана Галькевич: Хорошие новости, уважаемые зрители. Дефицита продовольствия в нашей стране не ожидается. У нас в этом году опять отличный урожай: и яблок море, и свеклы с подсолнечником. В общих словах и в цифрах всего много! Так, Константин Николаевич, огласите все цифры, пожалуйста. С ними как-то понятнее. Константин Чуриков: Пожалуйста! Картофеля в этом году… А картофель – это картошка фри, картошка пай, пирожки с картошкой. Оксана Галькевич: Второй хлеб, Костя, второй хлеб. Константин Чуриков: Да. Значит, картофеля в этом году 7 с лишним миллионов тонн. Это больше, чем в год пандемии. По овощам огромный прирост – сразу на 200 тысяч тонн. По бахчевым культурам… Тут я уже немножко так с дрожью в голосе. По арбузам и дыням, проще говоря, тоже скачок – почти на 21%. Но аккуратнее, аккуратнее с выбором арбуза! Оксана Галькевич: А почему с дрожью в голосе? Константин Чуриков: Ну, за новостями следи. Оксана Галькевич: А! Да-да-да. Константин Чуриков: Это все официальные и самые свежие данные из глубин нашего Минсельхоза. Оксана Галькевич: По зерновым – тут рекордов у нас нет, но поводов для беспокойства тоже никаких, потому что в последние годы как раз сплошные рекорды у нас были. Цифры хорошие, даже очень, поэтому все хорошо, все спокойно. В общем, так, уважаемые зрители, пустым полкам в наших магазинах не бывать! Главное, чтобы теперь эти прекрасные до невероятности наши урожайные перспективы ну хоть как-то на рост цен повлияли. Вот у нас есть большое предложение, но чтобы и цены как-то осадили они. Ну и чтобы наша покупательная способность тоже не подвела. Константин Чуриков: Оксана, ты поаккуратнее! Потому что когда в нашей стране говорят, что пустым полкам не бывать, граждане обычно тут же бегут в магазин. Оксана Галькевич: Это не я сказала, это Минсельхоз говорит. Константин Чуриков: Тем более, тем более. Оксана Галькевич: Что всего так много, что пустым полкам не бывать. Константин Чуриков: Сейчас мы послушаем, что нам скажет Александр Фомин, профессор кафедры экономической теории и менеджмента Госуниверситета по землеустройству, зам. председателя Комитета по развитию агропромышленного комплекса Торгово-промышленной палаты. Александр Анатольевич, здравствуйте. Оксана Галькевич: Здравствуйте, Александр Анатольевич. Александр Фомин: Здравствуйте. Константин Чуриков: Александр Анатольевич, мы рады, что официальная позиция такая. И хорошо, что оно так. Но из отдельных регионов приходят в этом году довольно тревожные сигналы. Это и тот же, по-моему, Татарстан, Тюменская область и так далее. Так все-таки Минсельхозу можем верить? Александр Фомин: Минсельхозу надо верить, скажем так. Я напомню, Константин, мы как раз с вами и с Оксаной обсуждали перспективы урожая, и много было проблем. Я просто начну все-таки, напомню нашим телезрителям, что началось у нас не так просто. У нас сразу в начале посевной резко подорожали минеральные удобрения, ГСМ, многие семена стали дороже. И мы боялись цен. В конце концов, следующий этап был (извините, я опять же напомню), когда возникли проблемы, что у нас классический «борщевой набор» стал дорогим и так далее. То есть, в принципе, урожай действительно… Я абсолютно согласен с Минсельхозом, потому что это подтверждается прогнозами экспертов, у нас не ожидается проблем каких-то кардинальных. Но с точки зрения цены тоже есть определенное, небольшое пока снижение, связанное с тем, что урожай начали собирать. Ну знаете, как говорят крестьяне: «Урожай – не то, что в полях, а то, что в закромах». Наверное, многие знают, что у нас, к сожалению, очень много продовольствия погибает во время уборки, тем более во время хранения. Более того, я не хочу ни в коей мере добавлять пессимизма, но на самом деле с тем же картофелем у нас не так все просто, потому что… Вы сказали про картофель, что его больше. Но в этом году, опять же учитывая непростую весну, у нас много картофеля, который, скажем, не самый крупный. Ну, опять же это на вкус и цвет, как говорится… И вот картофель как раз показывает, что на вкус и цвет товарищей нет. Я, наоборот, люблю мелкий. Но проблема, с которой производители картофеля столкнулись: их не берут в крупные сетевые структуры, потому что они утвердили стандарт, и мелкий картофель не подходит. Оксана Галькевич: Подождите, Александр Анатольевич, я прошу прощения, пытаюсь вклиниться с вопросом. Мелкий вы любите. Ну хорошо, когда он мелкий, молодой картофель. Константин Чуриков: Отварить, и все. Оксана Галькевич: Его можно просто помыть, да, и отварить. А когда, простите, он уже такой… Константин Чуриков: Развивать мелкую моторику, Оксана. Оксана Галькевич: Я нормально в своей жизни развивалась. Я думаю, побольше, чем ты. Поэтому и спрашиваю. Александр Фомин: Я еще раз говорю, что, действительно, урожай будет больше. Не все однозначно. Можно по каждой категории поговорить. Начнем, например, с зерновых. У нас на самом деле, действительно, зерновых в этом году не рекордный урожай. Ну, вы знаете, у нас страна большая: где-то не рекордный, где-то рекордный, где-то урожайность повысилась, где-то понизилась. В целом обеспечение зерновыми (а это значит, что и крупа) вполне достойное будет. Константин Чуриков: Обо всем поговорим, Александр Анатольевич. Уважаемые зрители, давайте сейчас посмотрим сюжет, потому что все, действительно, не так просто, как мы говорили. Вот в Магадане спасают картошку от заморозков. В Чувашии убирают то, что сумели вырастить, несмотря на засуху. А в Краснодаре обещают, что страна без подсолнечника не останется, причем не только наша. Вот сейчас будут подробности. СЮЖЕТ Константин Чуриков: Не запреет семечка, не запреет! Все как надо. Оксана Галькевич: Я стала переживать за внутреннего потребителя. Константин Чуриков: Александр Анатольевич, тем временем, пока мы и Татьяна Григорьянц, в общем, рассказывали об успех и проблемах нашего сельского хозяйства в этом году, что нам зрители пишут? «Вы бы про цены, а не про урожай», – Орел. «Лишь бы цены были покупные, а не пугающие». Вот так. «Россияне не боятся пустых полок, а боятся пустых кошельков». Важный вопрос: а по каким ценам мы все это получим? У нас картошка сколько стоило еще год назад? 18 рублей, да? Ну, полтора года назад. А сейчас стоит уже за 30 и даже больше. Что будет? Какие цены? Ценовой прогноз можно? Александр Фомин: Ну давайте я все-таки с позитивного начну. Константин Чуриков: Да. Александр Фомин: Мне очень понравились ваши репортажи, улыбающиеся наши комбайнеры, фермеры. Действительно, урожай везде неплохой, я подтверждаю. Второй момент – по ценам. Я уже предвидел, наверное, этот разговор, что телезрители будут задавать такие вопросы. Я сразу сказал, что… И косвенно об этом сказал сельхозпроизводитель из Чувашии: «Будет ли доход?» Мы должны понимать, что когда мы обсуждаем цены, то мы понимаем, что, с одной стороны… Конечно, мы понимаем, что главное – защитить потребителя. А вторая тема: если у нашего фермера, у нашего сельхозпроизводителя не будет прибыли, то, соответственно, на следующий год он не будет столько засеивать, и мы не увидим таких урожаев. Поэтому тут надо соблюдать золотую середину. Я поддержу тех, кто говорит, что нужно платить достойные зарплаты и пенсии. Мы об этом много уже говорили. И второй момент – помогать малоимущим. С точки зрения цен. Я могу повторить только одно: у нас эта компания была действительно дороже в силу объективных и субъективных причин (повышение цен на отдельные комплектующие, ГСМ, минеральные удобрения). Но кардинального повышения не будет. Совсем недавно эта дискуссия про рост цены на «борщевой набор» была большая, и мы услышали из уст руководителей страны, было сказано: «Мы обеспечим достаточную конкуренцию. Возможно, может быть, чуть-чуть приоткроем доставку овощей наших коллег из стран СНГ». Хотя это тоже очень опасно, на грани. Если мы сможем сбить, конечно, некоторые цены, то наши производители овощей могут потерять, соответственно, свой доход. С точки зрения картофеля. Видите, я тоже угадал, что есть такая проблематика – урожай хороший, но очень много мелкого. Поэтому надо быть готовым к тому, что, действительно, в этом году цены чуть выше. Но тем не менее урожай будет большой. Картофель еще будет снижаться. Если овощи и фрукты уже кардинально идут, картофель еще собирают. В разных регионах, в отличие от Магадана, еще будут собирать. В этом смысле какого-то кардинального и большого роста не будет, с моей точки зрения. Константин Чуриков: Надо просто шкурку аккуратнее срезать. И ножичек такой потоньше. Оксана Галькевич: Да? Константин Чуриков: Я умею, кстати, между прочим. Оксана Галькевич: Отлично, Костя! Константин Чуриков: Меня можно на картошку. В смысле – чтобы я сидел и чистил. Оксана Галькевич: Можно и туда на картошку, и чистить на картошку. Надежда из Брянской области у нас на связи. Есть-то мы все любим мелкую картошку, а вот чистить… Константин Чуриков: Очень медитативное занятие, кстати говоря. Оксана Галькевич: Здравствуйте, Надежда. Зритель: Добрый вечер. Константин Чуриков: Добрый. Оксана Галькевич: Ой, я вас узнала, Надежда. Здравствуйте. Зритель: Да, давно я до вас не дозванивалась. Спасибо вам всем за принятый звонок от меня. Ну, я тоже хочу немножко похвалить свою Брянскую область. Оксана Галькевич: Давайте. Зритель: Мы тут неплохой урожай собрали и продолжаем собирать – овощей, зерновых. Сахар у нас, конечно, будет… Я думаю, из-за жаркого климата свекла будет не очень, и сахаристость свеклы будет не очень, и урожай будет поменьше. А вот цены… Я больше чем уверена, что цены будут расти, как всегда. Допустим, меня это не удивляет. Я сейчас вам сказала уже вашему редактору, что неделю назад я зашла в «Пятерку», посмотрела нашу морковочку, немытую. Килограмм – 31 рубль. Это в прошлый понедельник. Я где зашла, морковочка лежит, ну практически та же самая. Я не думаю, что за неделю ее скупили. Ну, может, подвезли посвежее. И 51 рубль! На остальное я не видела разницы в цене. Лук лежал по 30–35, так он и лежит, за неделю не изменился. А вот на морковь я обратила внимание. Так что у нас будет и подсолнечник, и рапс у нас очень хороший в Брянской области. Картошка. А каждая седьмая картошка в России – это наша картошка. Урожай, да, помельче, может, немножко поменьше, но урожай будет. Он уже есть. Константин Чуриков: Отлично! Зритель: Но цены, повторюсь, цены будут расти. Вот в этом я уверена. Константин Чуриков: Ну, проверим. Вы нас сразу прямо пугаете, Надежда. Оксана Галькевич: Спасибо, Надежда. Вашим примером я просто хочу вдохновить других зрителей. Звоните нам в прямой эфир, как Надежда. Смотрите, она и с администратором звонка поговорила, и в эфире с нами пообщалась, и другим зрителям все рассказала. Константин Чуриков: Я хочу вдохновить официальным отчетом Минсельхоза. Оксана Галькевич: Давай. Константин Чуриков: Сейчас прямо могу процитировать: «Кукуруза на зерно обмолочена. Сахарная свекла выкопана. Лен-долгунец вытереблен». Понимаете? Все развивается, все в порядке! Оксана Галькевич: У тебя не только моторика, у тебя и вот эти интонации такие, знаешь… Константин Чуриков: Александр Анатольевич, а чего у нас в этом году… Скажем так, с чем проблемы? Давайте все-таки сформулируем проблематику. Кроме картошки вашей мелкой, нашей. Александр Фомин: Нашей. Она общая наша. Кстати, Надежду похвалю, она хороший и позитивный аналитик такой. Действительно, Брянская область картошкой снабжает практически до Урала всех. Надо учитывать, кстати, эту проблематику, региональное разделение. Если у нас гречка в основном производится в Алтайском крае, то картошка – это, действительно, Брянская область и рядом. Вы знаете, с моей точки зрения… Вот давайте, может, о стратегических вещах. Я понимаю, что люди любят конкретику, сколько будет стоить, но все-таки будущая и сегодняшняя стоимость продовольствия зависит от того, как государство занимается аграрной политикой. Константин Чуриков: Так? Александр Фомин: Вот буквально недавно была скорректирована госпрограмма. Я хочу не все время хвалить Минсельхоз, а хочу немного покритиковать. Скорректированная госпрограмма осталась достаточно такой консервативной – то есть не более 1,5% роста в год. Если взять даже то, что потребление продовольствия растет, конечно, это очень маленькие объемы. В этом смысле проблем достаточно, я только их перечислю. У нас на сегодняшний момент есть проблема, связанная, например, с так называемым тарифным и нетарифным регулированием. Спросите у всех производителей зерна, насколько они пострадали от этого тарифного регулирования. То есть кардинально это не повлияло на стоимость зерна, с одной стороны, но, с другой стороны, это ограничило их перспективы планирования, стратегического развития предприятий, с точки зрения именно производства, введения новых земель сельхозназначения, возвращения в оборот и так далее. У нас очень низкие темпы развития российской экономики, у нас самая низкая зарплата в сельском хозяйстве и много других проблем. Большая зависимость от импортных средств производства, от семян и многое другое. Поэтому проблем очень много. И над ними надо работать хотя бы для того, чтобы не росли цены на продовольствие. Но есть еще вторая часть, и мы об этом тоже с вами говорили уже – о том, что надо сделать более короткую дорогу от производителя продовольствия к покупателю. Оксана Галькевич: Александр Анатольевич, а это как? Закрыть эти все, как нам люди пишут, «Пятерочки» и прочие магазины, а открыть рынки? Александр Фомин: Ни в коем случае. Вы знаете, как раз в этом году, накануне сбора урожая, наконец-то у нас Государственная Дума приняла решение о том, что можно фермерам продавать продовольствие, официально продавать, это уже разрешено по закону, то, что они производят – ту же самую картошку – прямо на полях, то есть рядом с полем. И вот сегодня пример из Магадана был очень хороший. Я считаю, надо в тех регионах, где картошки много, внедрять этот метод. Он еще в советское время активно использовался. Я помню себя, мы тоже ездили собирать огурцы, и нам отдавали 10% огурцов, мы привозили, такими добытчиками в семье были. Константин Чуриков: Поверьте, с большим удовольствием мы бы, например, сегодня, Оксана, в поле провели, правда? Оксана Галькевич: Ты-то особенно, конечно. Константин Чуриков: Почему нет? Оксана Галькевич: Ручки покажи, Костя. Трудовые твои руки! Константин Чуриков: Спасибо большое, Александр Анатольевич. Оксана Галькевич: Спасибо. Константин Чуриков: Александр Фомин, профессор кафедры экономической теории и менеджмента Государственного университета по землеустройству, зам. председателя Комитета по развитию агропрома Торгово-промышленной палаты России. Оксана Галькевич: А у нас еще один собеседник сейчас – президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский. Аркадий Леонидович, здравствуйте. Аркадий Злочевский: Здравствуйте. Оксана Галькевич: Аркадий Леонидович, вот видите, Александр Анатольевич сказал: «Спросите специалистов, как они пострадали от этого тарифного регулирования». Расскажите, как оно отразилось на вашем планировании в этом сезоне. Аркадий Злочевский: В прошлом сезоне в среднем карманы крестьян потеряли 200 миллиардов рублей, то есть через это тарифное регулирование. Государство обещало вернуть, компенсировать, но, во-первых, компенсировало только чуть меньше 40 миллиардов при потере 200, а во-вторых, не в те карманы, в которых 200 было потеряно. В этом сезоне потери будут еще больше – порядка 300 миллиардов рублей, как мы примерно прикидываем. Это то, что потеряли крестьянские карманы. И это, конечно, болезненный процесс, потому что он лишает возможности поддерживать технологический уровень. И из-за стоимости ресурсов, которые дорожают просто не по дням, а по часам, мы не можем просто весь комплекс технологических мероприятий профинансировать. Не хватает у крестьян денег в карман для того, чтобы купить достаточно количество спецзащиты, удобрений, которые подорожали, кстати, в два раза. Оксана Галькевич: Аркадий Леонидович, вы знаете, когда мы сегодня готовились к эфиру, увидела такую цифру опять же из отчета Минсельхоза. Ну, кроме того, что у нас рекордный урожай сахарной свеклы, картофеля, прекрасные виды на урожай зерна и так далее, там было сказано о том, что в этом сезоне активно поддерживали сельхозпроизводителей доступными кредитами. Прямо такие там обороты! Банки не справляются, направо и налево выдают эти кредиты. И планов еще больше. Аркадий Злочевский: Вы поймите, что делать, когда денег не хватает? Оксана Галькевич: Допустим, идти за кредитом. Аркадий Злочевский: Надо бежать и занимать. И то, чего не делали обычно крепкие крестьяне, то есть крепкие хозяйства, стоящие на ногах, в этом году, в этом сезоне бросились занимать деньги в банках. Раньше они этого просто не делали. Им всегда с удовольствием дадут. Они надежные и проверенные клиенты. Но у них не было нужды, они не обслуживали банковские карманы. Ведь, вы поймите, ставки при этом недешевые совсем. Константин Чуриков: Аркадий Леонидович, а можно вопрос? Вот у нас сложная ситуация в этом году была с погодой, где-то засуха. Ну, много где она была. В общем, лето весьма специфическое было. Хорошо, а неурожай? Государство какие-то гарантии со своей стороны дает? Я тут недавно смотрел один зарубежный телевизионный канал, и он мне рассказывал о том, как их одно правительство одной очень известной страны в Европе (ну, Франции) поддерживает крестьян. Аркадий Злочевский: У нас, к сожалению, гарантий никто никаких не дает. Да, бывает, что выделяется помощь в случае чрезвычайных ситуаций, но она очень странно как минимум распределяется (подберу такой термин). То есть далеко не всегда тем, кто пострадал от различных погодных катаклизмов и чрезвычайных ситуаций, эти деньги достаются. Ну, бог бы с ним. В конце концов, даже то, что выделяется, никогда не покрывает потери и ущерб – в отличие от других стран, особенно наших конкурентов. Ну, приведу, наверное, наиболее яркий пример. Смотрите, как, например, произошло в 2013 году в Америке. Там была жесточайшая засуха – жестче, чем у нас в 2010 году. Помните, у нас в 2010 году… Константин Чуриков: Когда все полыхало, да-да-да. Аркадий Злочевский: Да, все полыхало, горело. Константин Чуриков: Кстати, в этом году тоже полыхало, просто не в Москве, а в других регионах. Аркадий Злочевский: В 2013 году в Америке была очень жесткая засуха. В результате цены поднялись. И уже только одним подъемом цен на зерновые, которые сгорели тогда от этой засухи, крестьяне американские компенсировали себе экономические потери. Плюс к этому им еще были выплачены страховые возмещения, которые добавили в копилку доходов фермерских в Америке еще плюс 20%, а то и 30%. Константин Чуриков: Аркадий Леонидович, у нас буквально пять секунд… Аркадий Злочевский: У нас, как только что-то происходит, у нас только потери. Константин Чуриков: Спасибо. Давайте о хорошем. Урожай-то уродился? Все будет хорошо? Аркадий Злочевский: Да, урожай есть. Он пострадал, в том числе и от засухи, и от разных погодных явлений. Ну, 118 миллионов тонн в этом сезоне – наш прогноз. И этого более чем достаточно. Константин Чуриков: Нам хватит. Аркадий Злочевский: Ну, съедаем мы 80. Константин Чуриков: А мы еще больше съедим и уложимся в квоты. Спасибо. Аркадий Злочевский, президент Российского зернового союза. А что, аппетит пришел во время беседы. Оксана Галькевич: Да нет, некоторым не надо уже, наверное. Спасибо большое. Константин Чуриков: Зерно, кстати, для разных целей используется.