Уволить нельзя работать. О потере работы как самом большом страхе россиян

Уволить нельзя работать. О потере работы как самом большом страхе россиян | Программы | ОТР

наша БОЛЬШАЯ ТЕМА

2020-11-02T14:25:00+03:00
Уволить нельзя работать. О потере работы как самом большом страхе россиян
Помощь бедным. Мусорная чехарда. Пенсионеры и пенсии. Пьяные водители. Вредная соль. Заготовки на зиму. Рубрика «Промышленная политика»
Как помочь бедным? Правительство предлагает новый порядок учёта и поддержки малоимущих
Мусорная чехарда. Почему россияне не замечают положительных изменений в утилизации бытовых отходов?
Как нарастить пенсию до прожиточного минимума?
Достижения и проблемы российского машиностроения
Россияне всё реже делают домашние заготовки
Что консервируете? Сюжет о зимних запасах сибирских хозяек
ТЕМА ДНЯ: Как справиться с бедностью
В Госдуме предложили маркировать продукты с высоким содержанием соли
Выпил – отдавай машину
Гости
Мария Игнатова
руководитель службы исследований HeadHunter
Дмитрий Орехов
управляющий директор рейтингового агентства «Национальные Кредитные Рейтинги»
Алексей Петропольский
руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «ОПОРА РОССИИ»

Денис Чижов: Мы по-прежнему здесь. Это Ольга Арсланова...

Ольга Арсланова: Да, это программа «ОТРажение», и мы продолжаем. Сейчас время нашей большой темы, давайте поговорим о серьезных вещах. Главное осложнение во время пандемии – это экономическая нестабильность и потеря работы. Россияне назвали, кстати, последнее своим самым большим на сегодняшний день страхом, это выяснили ученые РГГУ.

Денис Чижов: Ну а вот еще одно исследование: россияне больше жителей других стран боятся потерять работу в ближайшем году. О своем страхе лишиться должности заявили 75% опрошенных наших соотечественников. Чуть меньше боятся жители Испании, 73% граждан, за ней следует Малайзия, там таких 71%. А вот меньше всего за свое рабочее место переживают жители Германии – 26%, Швеции – 30%, и Нидерландов – 36%.

Ольга Арсланова: Если говорить о нашей стране, то больше всего у нас работу боятся потерять жители Уральского и Северо-Западного федеральных округов, а также Москвы и области. А среди профессий меньше всего опасаются сокращения специалисты научно-образовательной и туристической отрасли, а больше всего представители сферы безопасности и топ-менеджеры. Хотя вот как раз в туризме очень много сокращений, но, вероятно, с этим уже люди смирились; топ-менеджеры потерять работу свою бояться тоже понятно почему, высокие зарплаты и большие проблемы с поиском аналогичных вакансий. Боитесь ли вы потерять работу? – это то, что мы сегодня хотим спросить у вас.

Денис Чижов: Присоединяйтесь к дискуссии...

Ольга Арсланова: Позвоните нам.

Денис Чижов: ...пишите, звоните.

Ну а обсуждать тему начнем с нашим гостем Марией Игнатовой, это руководитель службы исследований HeadHunter. Мария Викторовна, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Да, здравствуйте.

Мария Игнатова: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: У вас, Мария, кстати, тоже был опрос недавно, мы обратили внимание, который немножко оптимистичнее, чем все то, что мы сейчас показали. Расскажите поподробнее. Россияне немного адаптировались, видимо, к кризису и коронавирусу, судя по вашему опросу?

Мария Игнатова: Да, действительно, буквально недавно мы сделали похожее исследование, оно как раз ежеквартально замеряет настроение наших соискателей. И действительно, сейчас данные более оптимистичные, чем есть в более расширенной версии европейского исследования большого по странам. У нас сейчас где-то, наверное, треть соискателей, по нашим данным, боятся потерять работу, прямо это критично для них, но еще два квартала, вот в апреле месяце, когда был пик первой волны, таких было в 2 раза больше, таких было 50%, то есть, конечно, эта цифра в апреле очень сильно подросла.

Сейчас люди, видимо, действительно адаптировались, более-менее приспособились, то есть летом была разморозка бизнеса, то есть кто-то вернулся на работу, кто-то нашел какое-то другое место все-таки. С точки зрения вакансий и найма мы пока не видим какого-то снижения, то есть у нас где-то на 20% больше сейчас вакансий на рынке, чем в феврале, и этот тренд у нас сохраняется где-то уже, наверное, пару месяцев.

Ольга Арсланова: Ага. А скажите, вот по профессиям вы спрашивали, кто самый настороженный сейчас, тревожный?

Мария Игнатова: Ну, у нас по-прежнему в зоне риска, большой уровень тревоги у тех, кто занят на самых пострадавших отраслях, это искусство, масс-медиа, развлечения, спорт, фитнес. Это туризм, это административный персонал, это такие уже «старички» рынка, как бухгалтерия и маркетологи, офисный персонал. То есть эти люди и в апреле, и в принципе летом, и сейчас отмечают, что как раз больше всего боятся за свое место. Наоборот, в зоне комфорта, в более-менее благоприятной ситуации у нас рабочий персонал, он показывает очень такие интересные тренды в этом году, IT-сегмент, естественно, традиционно, это вот, наверное, ну и медицинские работники, госсектор – это вот такая четверка, которая чувствует себя комфортно.

Ольга Арсланова: А это, кстати, за исключением айтишников те самые люди, которых невозможно отправить на удаленку, то есть они уверены в том, что их физическое присутствие всегда нужно, их работа востребована.

Мария Игнатова: Ну это да, да. С рабочими еще интересный момент, что у нас еще немножко изменились миграционные потоки, соответственно, здесь тоже оказалось очень много свободных вакансий. И работодатели прямо отмечают, что для рабочего сегмента ну не то чтобы прямо повторяется тренд IT-сегмента, когда была очень высокая дефицитность и в принципе зарплаты очень высокие в этом направлении, но что-то похожее в рабочем персонале сейчас происходит, и это одно из немногих направлений, где в мае – июле мы отмечали рост зарплат на 30%.

Ольга Арсланова: О, Мария, а расскажите, пожалуйста, поподробнее...

Денис Чижов: ...про эту сферу.

Ольга Арсланова: Это же наша вечная тема, что из Москвы уехали 40% мигрантов, даже мэр говорил, что москвичи не спешат браться за лопаты и заменять их и надеются на приезжих из других регионов. Вот как сейчас замещаются эти вакансии, которые раньше как раз закрывали мигранты? Кто эти места занимает? Кто идет в рабочие сегодня в нашей стране?

Мария Игнатова: Ну, частично, конечно, они сейчас никак не закрываются, к сожалению, то есть поэтому, собственно, наблюдается дефицитность. Сфера ЖКХ, строительная сфера, многие отмечают, что у них не хватает кадров, то есть не идут опять же. Но стараются как-то зарплатами привлечь кандидатов, то есть повышают зарплаты, поэтому как раз строительное направление и вот рабочие все профессии, там как раз фиксируется неплохой рост зарплат в этом году, может быть, это как-то стимулирует. Но то, что у нас есть такой небольшой кадровый голод, это сейчас проблема для многих.

Ольга Арсланова: Ага. Да, спасибо вам большое. Мария Игнатова была с нами на связи, руководитель службы исследований HeadHunter. Узнали мы об исследовании как раз этой компании, которое показывает, что оптимизм постепенно появляется, точнее пессимизм не так глубок, у опрошенных HeadHunter россиян.

Денис Чижов: Зато пессимизма много у наших телезрителей почему-то. Вот из Костромской области пишут: «Сейчас и так много безработных. Конечно, страшно потерять работу, в нашем городе ее и так нет», – Кострома, полагаю. Ставропольский край: «Нельзя потерять то, чего в нашем крае нет». Так, значит: «Сейчас такая жизнь, – из Тверской области нам пишут, – откажешься делать лишнюю работу, сразу уволят».

«Боитесь ли вы потерять работу?» – с этим вопросом мы обратились к жителям Омска, Волгограда и Нижнего Новгорода. Давайте посмотрим ответы.

ОПРОС

Денис Чижов: Ну вот мы узнали результаты нашего опроса в трех городах. Давайте еще один город, примем звонок из Пензы. Любовь, вы боитесь потерять работу?

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Нет. Здравствуйте. Большое вам спасибо, что я дозвонилась до вас.

Денис Чижов: Вы не боитесь, я так понимаю?

Зритель: Я не боюсь потерять работу.

Денис Чижов: Вы на пенсии?

Зритель: Нет, я работаю воспитателем в детском саду с 19 лет, мне сейчас 63 года.

Денис Чижов: Ага.

Зритель: Сорок четыре года стажа, и никто меня с работы увольнять не собирается. Даже просят меня остаться на работе, потому что в нашу должность, на нашу должность не очень-то торопятся бежать молодые люди.

Денис Чижов: Полагаю, из-за зарплаты?

Зритель: Да конечно, конечно. Может быть, я еще не боюсь, потому что какая-никакая пенсия, пусть она 11 тысяч, маленькая, но какой-то задел есть, вот, а у молодежи и этого задела нет. У меня все-таки стаж, образование, а они начинают с минимума, и так получается, что не хочется им долго на минимуме этом сидеть.

Ольга Арсланова: Ага. Любовь, скажите, вот сейчас у вас, как, собственно, и везде в стране, пандемия коронавируса. Вам не страшно ходить на работу? Чувствуете какую-то тревогу?

Зритель: Вот почему-то не страшно, понимаете? Даже дети маленькие, трехлетки, они требуют к себе внимания, их надо обнять, приласкать.

Денис Чижов: Прямо оптимизмом пышет Любовь. Любовь, замечательно, спасибо большое.

К нам присоединяется Дмитрий Орехов, управляющий директор рейтингового агентства «Национальные Кредитные Рейтинги». Дмитрий Владимирович...

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Дмитрий Орехов: Здравствуйте.

Денис Чижов: Ну вот услышали мнения наших телезрителей. Я пытаюсь понять, мы вроде бы как прошли же уже, видимо, пик увольнений, а вот опасения телезрителей по увольнениям потенциальным обусловлены экономикой, или ну просто боятся, как всегда, в любой момент? Потому что всех, кого могли уволить, вроде уже уволили, или я не прав?

Дмитрий Орехов: Вы знаете, на текущий момент ситуация следующим образом выглядит. Есть отрасли, которые столкнулись с проблемой увольнения сотрудников именно в условиях пандемии.

Денис Чижов: Да.

Дмитрий Орехов: Это мы увидели на примере таких отраслей, как, допустим, коммерческая недвижимость, малый и средний бизнес, большинство сферы услуг, это мы вот прямо ощущаем на себе. Но есть такие отрасли, которые в принципе уже до пандемии испытывали существенные проблемы, и пандемия лишь подхлестнула, усилила эту проблематику. Например, ситуация в угольной промышленности, ситуация в таких отраслях, например, как машиностроение, поскольку уже давно инвестиционный спрос был ослаблен, а сейчас ситуация только усугубилась.

Денис Чижов: Но волна сокращений уже закончилась, я правильно понимаю? Все, мы уже зафиксировались?

Дмитрий Орехов: Ну, по нашему мнению, да, действительно, основная волна уже прошла. Но тем не менее существуют, естественно, риски того, что в ближайшие несколько месяцев, до конца года и, возможно, в начале следующего года мы еще испытаем определенные трудности в этом направлении. И конечно же, это время... С одной стороны, это риск, кризис, с другой стороны, это время возможностей. Там, где есть возможность у работников найти более стабильную работу, работа, которая будет им обеспечивать больший доход, прекрасное время задуматься. Конечно, не всегда это возможно сделать, но там, где есть такая возможность, я бы вот подумал...

Денис Чижов: А где вот эту возможность можно поискать? Порекомендуйте нашим телезрителям, на какие отрасли обратить внимание.

Дмитрий Орехов: Да. Я бы очень рекомендовал, например, обратить внимание в данном случае именно на отрасли IT, они точно будут востребованы. Точно будут востребованы отрасли, связанные с медициной, она растет.

Денис Чижов: Ну, с медициной – вы имеете в виду ближе к ученым или именно работу руками, то есть медсестры, врачи?

Дмитрий Орехов: Вы знаете, мне кажется, что и в том и в другом направлении будут очень востребованы сейчас специалисты. Как мы видим, активизировалась история по направлению развития вакцин новых, создание вакцин, их применение. Также очень много дополнительных появилось потребностей в создании дополнительных лекарств, в создании средств защиты, и здесь также нужны новые руки. Также я бы советовал обратить внимание на такую отрасль, как все, что связано с IT-индустрией...

Денис Чижов: Там нужны люди, IT и медицина.

Ольга Арсланова: Это все, что требует очень серьезной подготовки...

Денис Чижов: ...и обучения.

Дмитрий Орехов: Да.

Ольга Арсланова: Дмитрий, смотрите, какой момент. Безработными в основном боятся остаться, судя по многочисленным исследованиям, все-таки сотрудники сферы малого и среднего предпринимательства. Вполне оправданно они этого боятся, учитывая, что во время пандемии именно эти люди теряли работу из-за того, что закрывались предприятия общепита, кафе, какие-то салоны красоты и прочее. Примерно 40% населения страны в этом участвуют, это люди, которые создают рабочие места, сами являются рабочими руками, не напрягая собой государство, и эти люди оказались, в общем-то, в зоне риска. Совершенно понятно, что для них сложные времена не закончились, учитывая, что нет былого спроса.

Вот как вам кажется, как государство должно просчитывать риски в этой сфере? Должно ли оно вообще помогать людям этой сферы, учитывая, что у нас действительно бюджетники и частники существуют все-таки в разных реальностях?

Дмитрий Орехов: Да, вы совершенно верно сказали, что с точки зрения именно масштаба бизнеса наиболее пострадавшими являются предприятия малого и среднего бизнеса, потому что у крупных предприятий больше возможностей, больше поддержки со стороны государства и более стабильная история с занятостью сотрудников.

На наш взгляд, конечно, необходимо дополнительно поддерживать государству эту категорию людей, эту категорию предприятий, поскольку далеко не восстановился спрос до докризисного уровня, в некоторых направлениях, в некоторых секторах до сих пор компании не смогли получить то количество заказов, то количество клиентов, которые были до кризиса. И знаете, даже если мы не видим напрямую такое количество банкротств в этой сфере, которое было изначально, в начале года прогнозировалось, то все равно существует риск того, что до конца года, в начале следующего года, в первом полугодии 2021 года мы увидим еще дополнительную волну увольнений, дополнительную волну сокращений в данном направлении.

Конечно же, государство должно дополнительно стимулировать спрос здесь, это, мне кажется, наиболее действительно работающая история. И все меры, которые принимает государство, уже оказали определенную положительную роль, но, конечно, этого недостаточно. Я бы сконцентрировал внимание на стимулировании спроса для компаний малого и среднего бизнеса от государства.

Ольга Арсланова: Да, просто учитывая то, что выплаты были не такими уж большими, профсоюзов как в других странах у нас, можно сказать, действующих нет, права работников вот как раз из малого и среднего бизнеса практически никто не защищает.

Дмитрий Орехов: Да, у нас есть такие организации, как, например, «Опора России», которая отстаивает права малого и среднего бизнеса, причем делает это активно на всех уровнях, Торгово-промышленная палата постоянно инициативы доносит до руководства страны по поводу поддержки этого сегмента, поскольку, как вы правильно говорите, очень много занятых находится в этом сегменте и они не так защищены, как крупные корпорации. Но вы поймите тоже, с другой стороны, у государства возможности не безграничны, вынуждено постоянно балансировать наше правительство, наши чиновники между тем, поддержать социальную сферу, поддержать малый и средний бизнес или поддержать условно крупный бизнес, пытается всегда найти золотую середину, что не всегда так просто.

Ольга Арсланова: И вопрос по поводу безработицы. Все-таки как вы оцениваете ее реальные масштабы в нашей стране? И как вы оцениваете масштабы тех, кто работает «всерую», точнее количество вот таких людей? И что будет с этой сферой на волне пандемии, будет она расти, схлопываться?

Дмитрий Орехов: Да, по текущим данным, официально порядка 5 миллионов безработных у нас зарегистрировано, но по неофициальным данным их существенно больше, раза в 2–3, то есть от 10 до 15 миллионов. По нашим расчетам, до конца года возможно еще дополнительное ухудшение ситуации по количеству безработных, то есть наш прогноз – это где-то 10–15%, вполне возможно, еще добавится людей к тем, которые уже сейчас зарегистрированы в качестве официально безработных.

Ольга Арсланова: Ага. А те, кто работают «всерую»? То есть они безработные для государства, при этом они нигде не оформлены, но они где-то там что-то зарабатывают, себя обеспечивают.

Дмитрий Орехов: Ну да, получается, что... Знаете, там несколько факторов существует. Может быть, даже люди, с одной стороны, не хотят идти регистрироваться на биржу труда в качестве безработных, с другой стороны, они являются безработными не до конца в соответствии с официальным определением, то есть, безусловно, они работают часть только времени в течение трудовой недели, условно 3–4 дня рабочих из 5 дней, вот. И здесь, конечно, эту статистику всегда было очень тяжело собрать и официально ее обобщить, здесь только можно проводить определенные опросы, аналитические исследования. Но все, конечно, прекрасно понимают, что официальная статистика в несколько раз меньше, чем данные, которые свидетельствуют о реальном уровне безработицы.

Ольга Арсланова: А вот смотрите, Дмитрий, еще такой вопрос. Как вам кажется, пандемия, сейчас все, что происходит с рынком труда, – это нормально? То есть пандемия очищает рынок от самых неэффективных, подгоняет нас к новой жизни, к новой ситуации нас приспосабливает, учит людей перестраиваться в меняющемся мире? Или это действительно серьезный кризис и нужно с этими процессами что-то обязательно делать, предпринимать, то есть направлять эти процессы и участвовать в формировании новых рабочих мест, помогать людям удержаться на этих рабочих местах до последнего?

Дмитрий Орехов: Да, вот смотрите, зачастую компания как работодатель не может напрямую воздействовать на объем спроса. При этом то, что может сделать компания-работодатель – это оптимизировать свои затраты. К сожалению, сотрудники, наемные работники являются той частью возможной экономии для компании с точки зрения оптимизации своих затрат. И здесь, конечно, если там сотрудник работает в рыночной экономике, на частом предприятии, то риск того, что он попадет как раз-таки под оптимизацию затрат компании, существует, и он гораздо больше, чем у сотрудников, допустим, бюджетной сферы.

Ольга Арсланова: Тогда, да, можно сказать, что в таком случае пандемия, как ни цинично это звучит, санитар леса и самых неэффективных будет выкашивать?

Дмитрий Орехов: Это правда, это одно из направлений в том числе по поводу оптимизации. Да, действительно, санитар леса.

Ольга Арсланова: А в бюджетной сфере нужны такие процессы, как вам кажется, оптимизации?

Дмитрий Орехов: Вы знаете, как раз в бюджетной сфере... Я бы встал на сторону бюджетников, и здесь правительство точно такую же позицию занимает, вы все слышали уже, не раз, неоднократно заявлялось, что социальные расходы будут сохраняться на прежнем уровне, а то даже и увеличиваться. В условиях кризиса, в условиях сокращения доходной части бюджета будут сокращаться, урезаться другие расходы, но социальная сфера будет оставаться, ее финансирование, на том же самом уровне, что и в предыдущие годы.

Ольга Арсланова: А для сотрудника в этой сложной обстановке какие есть шансы? Как ему стать незаменимым сотрудником, учитывая, что многие из его коллег совершенно точно падут вот сейчас, во время этой волны?

Дмитрий Орехов: Ага. Вы знаете, самым, наверное, простым и понятным способом является постоянное совершенствование, повышение своей ценности. Поскольку в нынешнее время, это вот отличается существенно подход от того, что было в советское время, когда не нужно было постоянно развиваться, постоянно становиться лучше, постоянно увеличивать свои компетенции. В настоящее время сотрудники, которые не хотят развития, не хотят дополнительно обучаться, совершенствоваться, к сожалению, остаются не у дел. И если есть такая возможность, я бы, конечно, всем рекомендовал параллельно с текущей работой по мере возможности, необходимости совершенствоваться, повышать свою квалификацию, повышать свои навыки.

Денис Чижов: Дмитрий, а вот мы в начале приводили цифры опроса, 75% россиян боятся потерять работу, а вот, например, в Германии только 26%, там были еще другие страны... Но ситуация-то во всем мире сейчас экономическая не очень. То, что россияне больше других опасаются потерять работу, на ваш взгляд, это связано с отсутствием в таких объемах помощи государства? То есть, например, немцы, что, рассчитывают, что, хорошо, работу потеряют, но им выплатят какие-то значительные пособия, с этим связано?

Дмитрий Орехов: Да, вы знаете, скорее всего, в основном с этим связано, поскольку, вы знаете прекрасно, уровень пособия, которое по безработице выплачивается в нашей стране, существенно меньше, чем в тех же самых европейских странах. С другой стороны, очень много, как мы уже упоминали, компаний являются компаниями малого и среднего бизнеса в нашей стране, и, конечно же, в условиях пандемии неуверенность сотрудников, в таких компаниях работающих, только увеличилась, и риск потерять работу стал еще больше. Если человек работает в государственной структуре, может быть, там уровень дохода и меньше, чем в частной компании, но при этом стабильности больше. А поскольку у нас компаний много малого и среднего бизнеса в последнее время, данное направление развивается все больше и больше, к сожалению, опасения и страхи людей обусловлены в том числе и увеличением доли этого сегмента в экономике.

Ольга Арсланова: Спасибо вам. Дмитрий Орехов, управляющий директор агентства «Национальные Кредитные Рейтинги», был у нас в эфире.

Денис Чижов: Примем звонок.

Ольга Арсланова: Да, но сначала сообщения хочу прочитать.

Денис Чижов: Давай.

Ольга Арсланова: «Четыре раза, – пишет нам зритель, – оставался без работы. Поверьте, это очень страшно. С другой стороны, как минимум 4 раза находил (этот же телезритель). Об этом нужно говорить».

Денис Чижов: Ну да, да. Вот из Челябинской области еще пишут: «Инвалид III группы, без работы осталась, вряд ли ее сейчас найду». Ленинградская область: «За год потеряла 4 раза работу», – почему-то по 4 раза все теряют и в Ленинградской области в том числе.

Давайте послушаем, что происходит в Еврейской автономии, нам дозвонился Александр.

Ольга Арсланова: Да, здравствуйте.

Денис Чижов: Александр, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Слушаем вас, Александр.

Зритель: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Добрый.

Зритель: Алло?

Ольга Арсланова: Да-да, слушаем.

Денис Чижов: Да-да, мы вас слушаем, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте. Я... Алло?

Денис Чижов: Да-да-да, мы вас слушаем.

Ольга Арсланова: Да-да, говорите.

Зритель: Вы слушаете, да?

Я машинистом проработал 35 лет. Уволился, пошел на пенсию и тут же, тут же устроился на работу, потому что профессия моя такая востребованная. Я не боюсь, допустим, ее потерять. Вот сейчас мне 61 год, и могу в принципе даже... И пенсия достаточная, и зарплата достаточная. Поэтому как бы если даже потеряю работу, я вновь устроюсь.

Денис Чижов: Ага. А что ваши знакомые говорят? Связан этот страх в основном с тем, что профессия какая-нибудь невостребованная, образования не хватает, а все специалисты останутся у дел.

Зритель: Да конечно, все специалисты останутся, конечно, у дел! Ну, в общем-то, мне кажется, что просто есть еще лень человеческая, те, которые ну не хотят работать просто.

Денис Чижов: Ага, ага. Вот какие...

Зритель: У меня круг таких вот, вот круг такой у меня, значит, знакомых, что многие просто не хотят работать просто-напросто. Либо надо зарплату такую, либо работу такую, но не столько работать.

Денис Чижов: Никакие меры не предпринимают для этого. Понятно, спасибо большое. Это была Еврейская автономия.

А наши корреспонденты спросили жителей российских городов, что они будут делать, если вдруг потеряют работу, и куда вообще там можно устроиться. Давайте узнаем.

ОПРОС

Денис Чижов: К нам присоединяется Алексей Петропольский, руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «Опоры России». Алексей Игоревич, ну вот наши телезрители говорят, что не пропадут, а малый бизнес, средний бизнес пропадет или нет? Потому что вот все-таки очень много действительно говорят, жалуются, многие жалуются предприниматели, вот что делать, сотрудников уволил, непонятно, как семью прокормить. Но тем не менее люди приспосабливаются, экономика приспосабливается, вроде бы не все так страшно.

Алексей Петропольский: Добрый день.

Ну конечно, малому бизнесу сейчас тяжелее всего...

Денис Чижов: Но еще не перестроился разве? Уже же сколько месяцев прошло.

Алексей Петропольский: Да вы что, как можно перестроиться...

Денис Чижов: Нет, да? Так.

Алексей Петропольский: Все пытались накопить денег, чтобы закрыть старые долги, которые накопились в прошлую волну. Не успели накопить, началась новая волна, и по сути продажи продолжают падать. И для того чтобы хоть как-то выжить, приходится резать все касты. Один из самых главных и болезненных для предпринимателей расходов – это фонд оплаты труда. И конечно, особенно в регионах зарплаты урезают от 30% до 70% и предлагают человеку, что могут либо платить так, либо увольняться, поскольку продаж нет, платить зарплату не с чего.

Денис Чижов: Но это же закон рынка, так и должно быть, избавляются от самых неэффективных.

Алексей Петропольский: Ну, как сказать... Если мы с вами будем говорить про рынок мегаполисов, то здесь да, здесь действительно кадры на вес золота, хороших кадров никто не увольняет, их стараются держать до последнего и себе в ущерб платить зарплату. Если мы говорим о регионах, то там кадровый голод в целом не так ощутим и, уволив всех, можно собрать за месяц опять хорошую команду из профессионалов, по деньгам при этом предлагая им зарплату чуть выше государственной. И это во многом определяет то, что там гораздо более серьезная безработица в сфере малого и среднего бизнеса.

Ольга Арсланова: Алексей, скажите, как сейчас обстоят дела у малых и средних предпринимателей с арендодателями? Это была одна из основных проблем, в частности в Москве, во время первой волны и во время самоизоляции, просто многие не хотели срезать стоимость аренды.

Алексей Петропольский: Сейчас совершенно по-другому обстоит дело, поскольку огромное количество площадей офисных, торговых пустуют, то договориться с арендодателем всегда можно, идут навстречу, дают скидку, дают отсрочку. Многие договорились за процент от продаж платить аренду, ну то есть арендодателя подключают к кассовому оборудованию, и он видит полностью выручку, от нее получает свой процент.

Ольга Арсланова: Вот да, я не просто так спросила. Мы все-таки увидели какие-то плюсы пандемии, бизнес стал более дружным, что ли, более ответственно относиться друг к другу стали бизнесмены?

Алексей Петропольский: Да, но при этом государство по отношению к бизнесу свое положение не поменяло.

Ольга Арсланова: Так.

Алексей Петропольский: У нас до сих пор действуют вот эти пресловутые сферы, которые якобы пострадали, хотя пострадали абсолютно все бизнесы, практически у 90% бизнесов упала выручка от 30% до 50%. И кому-то помогать, а кому-то не помогать – это тоже кощунство, поскольку налоги платить всем тяжело, кредиты тоже тяжело выплачивать, а помощи от государства на сегодняшний момент никакой. И как вот по теме, сейчас самое сложное – это выплатить зарплаты, поскольку платить их просто не с чего, и вот здесь государство должно сейчас вот, в эту вторую волну, на мой взгляд, помочь, хотя бы 50% от среднего оклада компенсировать предпринимателям, для того чтобы они выплатили людям.

Денис Чижов: Алексей, а вот субсидии же какие-то государство выделяло вроде бы, это все закончилось, выплаты? Сейчас ноль?

Алексей Петропольский: Да, сейчас только для пострадавших сфер дают возможность отсрочки налогов, повторюсь, отсрочки. Многие не смогли заплатить налоги за прошлые периоды; если они были должны рубль, должны два, а через два квартала будут должны четыре. Откуда будут брать эти деньги, вопрос, но это опять же только те, кто в особо пострадавших. А те, кто считаются не пострадавшими, просто закрывают бизнесы, поскольку ни на налоги, ни на зарплаты, ни на что не накопили, собственно, вот эта неопределенность будущего не дает возможности хоть на что-то надеяться.

Денис Чижов: Ага. А вот можете по пунктам, вот компенсировать государство, на ваш взгляд, должно оклады сотрудникам, да? А вот что еще, какие пункты, чего не хватает малому и среднему бизнесу?

Алексей Петропольский: Ну смотрите, бизнес с бизнесом договориться может всегда, а вот бизнесу договориться с государством всегда сложно. Поэтому самое ощутимое – это налоги, налоги с тех же зарплат составляют почти 47%, то есть с каждого рубля, который человек получает на руки, еще 47 копеек работодатель выплачивает в казну. От этих налогов, конечно же, в сегодняшний момент нужно освободить предпринимателей, и по возможности налоги с продаж и НДС тоже для бизнесов, где падение выручки более 50%, тоже нужно освобождать. Только так мы сохраним рабочие места, только так мы через полгода, к весне хоть как-то останемся на плаву и из 19% ВВП останется хотя бы 15%, которые будет привносить малый и средний бизнес.

Ольга Арсланова: Алексей, во время первой волны и во время самоизоляции было понятно, кто главная мишень, кто будет больше всего страдать от этого времени. Понятно, что это были кафе, туристические компании, ну вот в основном сфера услуг. Сейчас вторая волна, развитие эпидемии не очень предсказуемо, все не так линейно, но, возможно, от этого и сложнее, могут быть, в общем, симптомы тоже очень неприятные. Вот по вашим прогнозам, прогнозам ваших коллег, кто, у кого сейчас самое сложное время и кто будет под ударом в ближайшее время?

Алексей Петропольский: Ну конечно, сфера туризма и сфера организации мероприятий находится под полным ударом, потому что она практически мертва. Люди пытаются сохранить коллектив, сохранить какие-то договорные отношения, и все это делают на кредитные средства либо изыскивают где-то извне дополнительные бюджеты.

Что касательно всех остальных, то в принципе у всех сейчас огромная проблема, и решать ее в такой стадии без поддержки государства очень и очень тяжело, поскольку просто брать деньги неоткуда, а люди на сегодняшний момент, кто находится на изоляции или кто работает, они очень бережно тратят деньги и думают о том, что их могут уволить, о том, что ситуация неопределенная, и тратят только на товары первой необходимости деньги, и это тоже составляет огромную проблему. С учетом того, что и зарплаты стали резать, так и лишних денег нет.

Денис Чижов: Алексей, вот вы сказали, что ивент-сфера практически мертва, – а разве не удалось перестроиться на онлайн? Вот я наблюдаю, сейчас много онлайн-мероприятий.

Алексей Петропольский: Ну это земля и небо, поскольку денег в онлайне нет столько, сколько было в офлайне. Люди все-таки привыкли собираться по классической схеме, общаться, любят коммуникации живые, живое общение всегда будет более продуктивно. А в онлайне больше 40 минут и просидеть-то тяжело, плюс ты отвлекаешься на домашние всякие факторы, которые не дают сконцентрироваться.

Денис Чижов: Ага. Спасибо большое.

Ну что, будем учиться жить по-новому, видимо, да, придется нам как-то пользоваться и онлайном в том числе. Несколько сообщений от наших телезрителей в завершение. Челябинская область: «Жаль работников с низкой квалификацией и малым опытом, увольняют», – ну да, об этом мы говорили, что под ударом в основном оказываются люди низкой квалификации. Вот в сфере IT ситуация, например, не такая сложная, по словам наших экспертов.

Любопытная тема, будем следить за ее развитием. А программа «ОТРажение» продолжится после новостей.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
наша БОЛЬШАЯ ТЕМА