В интернет - по паспорту?

В интернет - по паспорту? | Программа: ОТРажение | ОТР

Когда в нашу жизнь придёт цифровая идентификация

2021-03-25T12:48:00+03:00
В интернет - по паспорту?
Послание Президента России Федеральному Собранию – 2021. Главное
Послание Президента: международная политика
Послание Президента: ответственность бизнеса
Послание Президента: региональная политика
Послание Президента: социальная политика
ТЕМА ДНЯ: Путин. Послание. Главное
Цифровое рабство. Сложная формула пенсии. Конец нефтяной иглы? Коттедж в ипотеку. Автомобили дорожают
Алгоритм цифрового рабства
Климат-контроль для России
Интуристы едут за «Спутником»
Гости
Дмитрий Мариничев
интернет-омбудсмен
Дмитрий Винник
ведущий аналитик Института исследований интернета, доктор философских наук

Петр Кузнецов: По паспорту и через Госуслуги. Роскомнадзор предлагает новые правила регистрации в социальных сетях. От новых пользователей, внимание, именно новых, могут потребовать все личные данные, вплоть до адреса и номера телефона. В проекте уточняется: интернет-площадки должны получать от человека дополнительное согласие на обработку данных через свои собственные платформы или систему Роскомнадзора, а выбор при этом остается за человеком. Если пользователь выбирает второй вариант Роскомнадзора, верифицироваться сведения будут через портал, как раз, Госуслуг. В специальную форму придется ввести ФИО, паспортные данные, адрес, телефон, электронную почту. Так это будет происходить. Честно говоря, не совсем понятно, что нового появилось.

Оксана Галькевич: Как это будет работать?

Петр Кузнецов: Потому что все уже о нас, и о старых пользователях, все это уже давно есть в интернете. Давно уже в интернет мы входим, грубо говоря, по паспорту. Единственный случай, когда мы не оставляем какие-то свои паспортные данные, если мы покупаем левую сим-карту. А в остальных случаях, мне кажется, паспортные данные есть у всех, везде и о нас о всех.

Оксана Галькевич: Подожди, а здесь же речь о соцсетях как раз идет. О такой, знаешь, каналах коммуникации, где будут требовать паспортные данные.

Петр Кузнецов: Именно, обрати внимание, для новых пользователей. Дмитрий Мариничев, интернет-омбудсмен с нами на связи. Дмитрий Николаевич, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Ну, у нас-то уже поздно с тобой паспорт спрашивать, кому это интересно. Здравствуйте, Дмитрий. Скажите, а почему вот именно такой акцент на социальных сетях? И почему именно на новых пользователях?

Дмитрий Мариничев: Ну, потому что к старым пользователям это достаточно сложно применить. И, соответственно, обратной силы закон в данном случае точно иметь не будет, потому что вы их никак не заставите идентифицироваться. А для новых пользователей это все легко сделать.

Оксана Галькевич: То есть это контроль над молодежью получается, в основном, потому что у нас с этими технологиями-то... Кто там, ТикТок, что там еще...

Петр Кузнецов: Ну, или для тех населенных пунктов, куда, например, только сегодня, вчера, завтра пришел интернет.

Оксана Галькевич: Притянули, подтянули, да, этот интернет.

Дмитрий Мариничев: Да, только вы, наверняка, знаете, что подростки достаточно рано присоединяются к социальным сетям. А обычно, по правилам таких вот наиболее популярных сетей раньше, чем 14 лет вы это сделать не можете. И они, конечно, накручивают себе возраст, регистрируются под учетками родителей. То есть, здесь тоже есть такая серая зона, и если вводить реальную официальную регистрацию, то она, конечно, будет бессмысленна. Она убьет в достаточной степени развитие сетей, создаст для них трудности. Но это избыточная форма, она уже достаточно давно обсуждается, эта тема, но, я считаю, ее бессмысленно и ненужно с точки зрения будущего как концепции...

Оксана Галькевич: Слушайте, сделают: нет паспорта у тебя до 14 лет, сделают по какой-нибудь социальной карте, например.

Петр Кузнецов: Студенческому.

Оксана Галькевич: Нет, ну студенты уже с паспортом все-таки.

Дмитрий Мариничев: Здесь нужно понимать, что социальных сетей все-таки гораздо больше, чем привычные нам Фейсбук, Твиттер – вот то, что на слуху. И если закон, а закон должен требовать исполнения от всех сервисов, то большая часть иностранных сервисов вообще не будет никак реагировать на социальные карты или, соответственно, какие-то паспорта или другие документы, удостоверяющие личность при регистрации. И, естественно, это изменит конкурентный ландшафт, сделав менее популярными именно отечественные сервисы, то есть отечественные компании. Это в некотором роде безрассудство со стороны, конечно, Роскомнадзора предлагать такие вещи.

Но я хочу напомнить, что мир-то неумолимо движется вперед, и сейчас крупные вендеры, самые большие технологические компании всерьез рассматривают уже ситуацию по цифровой идентификации объектов сети как таковых, то есть, именно контентной части. То есть объясню на пальцах. Когда вы пишете какой-то текст, у вас есть там персональный компьютер, у него есть уникальный код, у вас есть подключение к сети, местоположение – все это уникальные вещи. И все эти уникальные вещи с помощью хэш-функций фиксируют контентную часть, которую вы создаете, и она уже становится вашей в момент создания в силу авторства. Мы начинаем заниматься адресацией по переходу не на сайты, где можно найти информацию, а непосредственно уже управлением самими смыслами информации.

Вот все технологические гиганты смотрят в эту сторону, и, благодаря таким технологическим решениям, ситуация радикальнейшим образом изменится и с точки зрения прав, и управления, и идентификации и без сбора персональных данных или паспортных данных, которые, в принципе, уже не нужны, потому что это архаика, это всего лишь навсего точка контакта с государством.

Оксана Галькевич: Вот я как раз и хотела уточнить, то есть паспорт будет не нужен, если эти новые технологии получат распространение. А как быстро они, собственно, входят в наш обиход?

Дмитрий Мариничев: Вот вы знаете, сейчас, во время пандемии об этом сильно задумались, потому что достаточно много у всех видеосвязи, и достаточно серьезно в нашу жизнь вошли дипфейки – это когда у вас, соответственно, неизвестно, нейросеть сформировала сейчас мое изображение и вообще это фейк, или я реально разговариваю с вами, сидя перед камерой ноутбука. И для того, чтобы эту проблематику снять, цифровая идентификация и начинает входить в нашу жизнь. Она просто вызов, угроза безопасности, поэтому...

Петр Кузнецов: Да в том-то и дело, Дмитрий Николаевич, мы топим все за цифровое внедрение, цифровизацию, а вот этими новыми какими-то фильтрами, дополнительными ограничениями мы как будто замедляем внедрение этой цифровой цивилизации.

Оксана Галькевич: Подождите, может быть, иногда все-таки в каких-то случаях это нужно?

Петр Кузнецов: Непонятно, во что мы играем.

Оксана Галькевич: Подождите, ну вот в обычной жизни, интернет ведь тоже часть уже нашей обычной жизни. Также как, я не знаю, там передвижение по улице, в том числе. Мы приходим в разные учреждения, в разные заведения, где-то у нас паспорт спрашивают, а где-то не спрашивают. Может быть...

Петр Кузнецов: Далеко не во всех уголках нашей страны интернет – это обычное явление.

Оксана Галькевич: И в интернете тоже так действует: где-то надо, где-то не надо.

Дмитрий Мариничев: Давайте смотреть с другой стороны. Соответственно, если именно сервисы будут спрашивать паспорт российского гражданина, и все сервисы, все социальные сети в сети интернет, то ваш паспорт будет однозначно доступен всем, потому что сто социальных сетей: какая-то маленькая, какая-то крупная, непонятно, как маленькие исполняют закон, но тоже собирают у вас паспортные данные, то паспортные данные придут просто... Превратятся в тыкву, как у нас говорят, да. Они вот станут дискредитированными. С точки зрения государства нужно, наоборот, развивать технологии, не собирать персональные данные, а государству создавать такие технологии, с помощью которых: с помощью больших данных, опять же, искусственного интеллекта – оно всегда может идентифицировать любого пользователя любой социальной сети за счет просто анализа его окружения. Вот то, о чем я говорил.

Оксана Галькевич: Да, совсем не хотелось бы, чтобы все знали паспортные данные. Наши, да, особенно. По разным причинам. Спасибо.

Петр Кузнецов: Дмитрий, спасибо. Дмитрий Мариничев, интернет-омбудсмен. Сейчас ведущий аналитик Института исследований интернета, доктор философских наук Дмитрий Винник с нами на связи. Дмитрий Владимирович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Дмитрий Винник: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Прокомментируйте, пожалуйста, сообщение от Натальи, которая нам через сайт написала, Наталья Быстрицкая подписалась. «Складывается впечатление, что власти в доле с интернет-мошенниками и принимают законы, облегчающие доступ к персональным данным населения».

Дмитрий Винник: Это действительно не так, то есть вы понимаете, просто это сообщение, которое демонстрирует недоверие...

Петр Кузнецов: Нет, доля с мошенниками – да, это вряд ли поддается какому-то комментарию. Имеется в виду, что мы просто облегчаем доступ для мошенников сбором дополнительных данных, которые могут утечь теперь уже из другого ресурса, из очередного.

Оксана Галькевич: Из большего количества сервисов, да.

Петр Кузнецов: Которые собирают, да.

Дмитрий Винник: Нет, ну понимаете, это из... На самом деле, подобные утверждения, они из серии конспирологии. Правдоподобные, конечно, но, тем не менее, конспирологии. Вот, ну что. Если существуют мошенники, если мошенники даже могут пробраться в спецслужбы и в операторы секретных баз данных. И что, нам не следует создавать секретные базы данных? Я считаю, что это не так.

Оксана Галькевич: Дмитрий Владимирович, скажите пожалуйста, а вот как вы считаете, в принципе, вот развитие, так скажем, нашего взаимодействия с интернетом, оно идет по естественному какому-то пути, или мы все время пытаемся придумать какие-то искусственные законы, нормы именно отдельно для интернета. Ведь, казалось бы, у нас есть законодательство, которое так или иначе регулирует наше пребывание в обычной среде, да. Ну, появился интернет. Хорошо, но он появился уже много лет назад. Мы за это время привыкли к нему. Нужно ли писать отдельные законы и устанавливать отдельные правила именно для интернета?

Дмитрий Винник: То, что некоторые люди измышляют законопроекты и какие-то нормы относительно того, как регулировать интернет, – это тоже часть, так сказать, естественного процесса становления интернета как отрасли народного хозяйства или, я не знаю, формы человеческих взаимоотношений. И это естественный совершенно процесс, потому что вторгается в нашу жизнь интернет, и этим процессом все-таки нужно как-то руководить. Мы же все-таки разумные существа. И отдать все это на невидимую руку рынка, я думаю, это неправильно. Иногда невидимая рука рынка его еще и убивает.

Вы знаете, я бы хотел обратить внимание просто на важный аспект. Дмитрий Мариничев говорил, да, что... Вы спрашивали относительно того, почему акцент на социальных сетях. На самом деле, если посмотреть внимательно на проект вот этого приказа и нам сам закон о персональных данных, там нет никакого акцента на социальных сетях. Более того, там нет даже понятия социальных сетей, потому что все уже давным-давно поняли, что определить социальную сеть корректно мы не сможем, дать это определение. Они очень быстро развиваются, и очень скоро у нас появятся новые платформы, которые, конечно, под это определение не подпадают. Речь идет в данных случаях об операторах персональных данных, то есть те, которые обрабатывают персональные данные.

Если вы смотрите приказ – человек, который не в контексте, непосвященный, там вообще ничего не поймет о том, что там написано. Если будет там слово «оператор», причем непонятно, оператор чего. Понятно, что при отсылке законов, судя по всему, речь идет об операторе персональных данных. Там есть, идет речь о создании некой информационной системы Роскомнадзора, которая создается, на самом деле, для того, чтобы другие операторы или вообще какие-то третьи лица, организации, которые получают доступ к таким персональным данным на каких-то законных основаниях, чтобы они могли проверить там, дал ли согласие этот пользователь. То есть, на самом деле система создается в иных целях, в несколько иных целях, нежели сейчас это представляется в прессе, что вот очередная акция по завинчиванию гаек и болтов.

Петр Кузнецов: Ну да, вот реакция из Мурманской области. «Придется в итоге отказаться от интернета, вынуждают», – пишет наш телезритель из Мурманской области. Как вам кажется, много ли уже у нас народу так вот размышляют, в такой плоскости «отказываться». Не будем сейчас рассуждать на тему, откажутся или нет, а вот задумываются ли после...

Дмитрий Винник: Конечно, много. Разумеется, задумываются, потому что, о, дивный новый мир, и цифровой тоталитаризм, конечно же, он всех пугает. А контуры его в той или иной степени прорисовываются. Как можно это отрицать? Разумеется, найдутся цифровые скописты, я их так называю.

Оксана Галькевич: Ну да, как есть люди, которые уезжают из больших городов и даже каких-то небольших населенных пунктов куда-то глубоко в тайгу. Спасибо большое. Дмитрий Винник у нас был на связи, ведущий аналитик Института исследований интернета, доктор философских наук.

Петр Кузнецов: В тайгу, говоришь, уезжают, да?

Оксана Галькевич: Есть такие.

Петр Кузнецов: Ну-ну, на выходные. Ну, например. Ну а как просто...

Оксана Галькевич: Ну, есть и такие, Костя. Господи, Петя, прости.

Друзья, мы меняем тему.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)