В России гибнут пчёлы

Гости
Валерий Капунин
председатель Союза пчеловодов России
Андрей Четокин
разработчик и производитель органоминеральных удобрений, кандидат биологических наук, профессор

Дмитрий Лысков: В России массово гибнут пчелы. В начале июня это экологическое бедствие пришло в Башкирию, в конце июня – на Алтай, в Ульяновскую и Рязанскую области, Удмуртию. В августе прокуратура начала проверку по факту гибели 20 миллионов пчел в Красноярском крае. Причина, как говорят пчеловоды, везде одна – пестициды, которыми сельхозпроизводители травили поля.

Тамара Шорникова: В конце июня в России вступил в силу закон «О пчеловодстве». Он обязывает аграриев оповещать владельцев ульев в радиусе 7 километров от точки обработки полей за три дня. Пчеловоды должны заранее знать, что, где и когда будет распыляться, чтобы защитить насекомых.

Что о новом законе думают профессионалы? Как все работает? И почему пчелы продолжают гибнуть? Смотрим сюжет нашего корреспондента Анны Тарубаровой, возвращаемся в студию и обсуждаем.

СЮЖЕТ

Дмитрий Лысков: Вот так увидела проблему наша коллега Анна Тарубарова. И действительно огромный резонанс на нашем SMS-портале. Свердловская область: «Пчел умышленно травят. Андрей. Свердловская область». Из Пензенской области: «Это огромная проблема. Никто не предупреждает. Делают что хотят. Химия. Им главное – получить прибыль».

К нам присоединяется Андрей Четокин, разработчик и производитель органоминеральных удобрений, кандидат биологических наук, профессор. Андрей Павлович… Ой, прошу прощения! Андрей Михайлович, здравствуйте.

Андрей Четокин: Добрый день, добрый день, господа. Я внимательно слушаю.

Дмитрий Лысков: Андрей Михайлович, как же так получилось-то, что химия, которая должна в принципе помочь сельскому хозяйству, убивает другой сектор сельского хозяйства?

Андрей Четокин: Ну, господа… Конечно, я внимательно слушал вас. Ведь если урожайность, скажем, в середине прошлого века… Никто специально не травит. Ведь если урожайность в середине прошлого века была, скажем, 30 центнеров с гектара зерновых очень хорошей, то сегодня это 50, 60 и 70. Чтобы вырастить такой урожай, конечно, применяют очень много химии. А проблема-то общая.

Никто специально не травит, но это закон биологии. Когда один вид – Homo – начал вытеснять всех остальных (почему-то его назвали sapiens), тогда не только пчелам, а всем остальным биологическим видам, живущим на Земле, стало хуже.

Да, необходимо что-то делать, необходимо аграрное земледелие. И к этому уже страна повернулась. В 2018 году приняли закон. Правда, он буксует, пока еще мало кто вкладывает органических удобрений, органических средств защиты растений. А они есть. Мы в том числе разрабатываем такие. Есть и фунгициды органические, органоминеральные, есть и инсектициды очень хорошего качества, а тем более органические удобрения, скажем, на базе торфа, на базе других органических наполнителей. Это будет все.

Но сегодня, конечно, государству необходимо стимулировать сельхозпроизводителя вносить не быстрые (а они быстрые, эти химические удобрения), может быть, скажем, не быстро реагирующие, а органические. Но я вас уверяю, и уже это доказано практикой, что сельхозпроизводитель не теряет на урожайности, если он грамотно и правильно начинает замещать – с 20–25% и доходит через 3–4 года до полного замещения.

Тамара Шорникова: Андрей Михайлович, если пчелы будут гибнуть так же миллионами, это же ведь и на урожае в конце концов отразится.

Андрей Четокин: Конечно, конечно. Это же всем плохо. И потом, я думаю, что доля правды в этом есть. Если погибнет пчела, совсем погибнет, я думаю, как многие говорят, погибнет и человечество. Как к этому относиться? Пусть это каждый определяет сам. Но я в это верю.

Тамара Шорникова: SMS еще с нашего портала: «Если от такой химии пчелы гибнут, мы это в пищу можем потом употреблять?» Все там нормально?

Андрей Четокин: Они все, которые химию применяют, говорят, что это сложная химия, она распадается. Но остатки остаются, и они накапливаются в организме. А сегодня, к сожалению, много не только химических препаратов, сложных препаратов, гормональных, биогормональных, которые используют как средства защиты растений, как стимуляторы роста. Так они еще хуже. Они могут менять… И как это отразится на поколениях? Поэтому это очень…

Надо давно уже заниматься этим. Я думаю, что профильному министерству – Министерству сельского хозяйства – надо обратить внимание на это. Надо поддерживать, а не как раньше давали… Производителю давали что? Давали деньги, ему субсидировали химию. Надо поддерживать тех, кто вносит органические средства защиты растений, препараты применяет.

Дмитрий Лысков: Андрей Михайлович, но смогут ли органические средства защиты растений полностью заменить те препараты, те удобрения, которые используются сейчас?

Андрей Четокин: Вполне можно, вполне можно. Скажем, если это делать комплексно, правильный и грамотный севооборот… Потому что надо смотреть. Если у нас семечка по семечке, то, конечно, там ничем не убить, кроме химии, потому что разрастается из года в год пул этих микроорганизмов, с которыми бороться все сложнее, сложнее и сложнее.

А если правильно севооборот применять, там, где была одна культура, сеять другую, у них другие болезни, поэтому меньше нужно средств защиты растений, меньше химии требуется. Правильные аграрные мероприятия, агротехнические мероприятия. Поэтому, если все в комплексе это делать, все можно минимизировать. Может быть, немножко химии и оставить, но не такое количество.

Тамара Шорникова: Да, не такое количество. Спасибо. Андрей Четокин, разработчик и производитель органоминеральных удобрений, кандидат биологических наук, профессор.

Сейчас следом выходит на прямую связь со студией Валерий Капунин, председатель Союза пчеловодов России.

Дмитрий Лысков: Валерий Павлович, здравствуйте.

Валерий Капунин: Здравствуйте, Тамара и Дмитрий, как мне сказали.

Дмитрий Лысков: Совершенно верно.

Тамара Шорникова: Все равно, это мы.

Дмитрий Лысков: Насколько действительно…

Валерий Капунин: Спасибо вам огромное, что затронули эту тему колоссальнейшую, потому что гибнут пчелы. А мы считаем, что это индикатор того, что, во-первых, с экологией не все хорошо у нас в стране.

Дмитрий Лысков: Насколько глобальна эта проблема?

Валерий Капунин: Она глобальна настолько, что… Есть такая Всемирная организация пчеловодов Apimondia. Это одна из острейших проблем во всем мире. Вот она пришла и к нам. В 2019 году был всплеск массовой гибели пчел из-за отравления их пестицидами. В прошлом году и в этом году эта эпидемия пчелиной гибели, к сожалению, продолжается.

Тамара Шорникова: Валерий Павлович, 29 июня был принят закон «О пчеловодстве», который должен был как-то отрегулировать, чтобы и фермеры, и пчеловоды жили по соседству, никто друг другу не мешал. За это время какие-то результаты есть? Или все-таки нужны какие-то другие меры?

Валерий Капунин: Ну, к великому сожалению, закон «О пчеловодстве в Российской Федерации» не решил ни одной проблемы, которые годами и десятилетиями последними накапливались в нашем российском пчеловодстве. Более того, депутаты сами понимают в известном смысле ущербность этого закона. Вот у меня в руках…

Тамара Шорникова: По-вашему, что нужно, чтобы все-таки ситуацию исправить?

Валерий Капунин: Самая большая проблема заключается в том, что в стране применяются как средство защиты растений пестициды первого и второго класса опасности. Они опасны не только для пчел, но практически для всего животного мира. Вы правильно задавали вопрос: есть ли в продуктах питания остаточные явления этих ядовитых веществ, которые применяются как средства защиты растений? Можно сегодня смело утверждать об этом. И специалисты Министерства сельского хозяйства и Россельхознадзора говорят об этом…

Дмитрий Лысков: Валерий Павлович, спасибо огромное, спасибо огромное. Действительно, крайне важная тема, мы будем к ней возвращаться.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)