Вадим Покровский: Можно сказать, что эпидемия ВИЧ идет. И она будет, если мы не станем использовать профилактических мер

Вадим Покровский: Можно сказать, что эпидемия ВИЧ идет. И она будет, если мы не станем использовать профилактических мер
Онкология. Блокировка банковских счетов. Рынок подержанных авто. Бензин. Работа для подростков. Промышленная политика
Рак: каждый имеет право на бесплатное обследование, лечение и реабилитацию по ОМС в крупных центрах
Алексей Рощин: Ранний детский труд поможет. Потому что хорошее образование приобрести трудно, а вот навыки пойдут на пользу
Как производят вентиляционное оборудование и системы отопления на заводе в Бронницах
Бензин снова дорожает. Это несмотря на соглашение между правительством и нефтяными компаниями
Покупка автомобиля на вторичном рынке. Пошаговая инструкция от специалиста по автоподбору
«Переводы между физлицами - самые подозрительные платежи на свете!» Что делать, если счет заблокирован? Советы специалиста по консалтингу
Почему канцерофобия страшнее самого рака? Главврач Центра им. Димы Рогачева - о ситуации с диагностикой и лечением онкологии
Обманутые дольщики. Мужчины 50+ без работы. Драка в Чемодановке. Проблемы ЕГЭ. Конфискация денег у госслужащих. Рубрика «Аграрная политика»
Как мужчинам после пятидесяти лет найти хорошую работу: почему служба занятости не может помочь?
Гости
Вадим Покровский
академик РАМН, заместитель директора Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора

Ольга Арсланова: «Телемедицина», как всегда с вашим участием проходит эта рубрика, мы ждем ваших звонков, ваших вопросов. Сегодня говорим о разного рода эпидемиях. Какие эпидемии в нашей стране в последнее время были и какие еще впереди, скорее всего?

Дело в том, что интенсивность заболеваемости гриппом и ОРВИ в России пошла на спад, об этом заявила глава Роспотребнадзора Анна Попова. По ее словам, специалисты ведомства считают, что эпидемиологический подъем гриппа должен завершиться в первые недели апреля, то есть еще все-таки вероятность заболеть довольно высока до этого времени. Ранее в ведомстве отчитались о вспышках кори, причем эти вспышки в разных участках страны происходят, заболеваемость за год выросла в 3.5 раза. Можно ли это назвать эпидемией, например?

В том числе об этом будем говорить прямо сейчас с нашим гостем: у нас в студии академик РАН, заводящий отделом Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора Вадим Покровский. Вадим Валентинович, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте.

Вадим Покровский: Добрый день.

Ольга Арсланова: Итак, действующие эпидемии в России сейчас есть?

Вадим Покровский: Да, эпидемию гриппа, наверное, все почувствовали по сообщениям прессы, даже если сами не заболели. Как правило, мы каждую зиму или через зиму встречаемся с этой эпидемией. Здесь играет роль скученность людей, зимой все собираются вместе в одних помещениях, поэтому вирусу легко распространяться. Это как бы привычно, к сожалению, те вакцины, которые у нас есть, все еще недостаточно распространены, может быть, они неполностью защищают от заражения, поэтому мы еще будем встречаться неоднократно с гриппом, будем принимать меры предосторожности, но не только вакцинацию, но и ношение масок, это вот то, что поможет нам от гриппа.

Второе, на что обратили внимание, – появились вспышки кори. Но это все-таки вспышки. Относительно кори ситуация лучше, потому что у нас есть вакцина, если человек вакцинирован, то он вообще невосприимчив к кори. К сожалению, многие люди пренебрегают вакцинацией или не могут вакцинироваться. Вот, кстати, нам завезли это в основном люди из других стран, где с вакцинацией плохо обстоит дело. Ну а если у нас кто-то не прошел эту вакцинацию, то он и заражается, поэтому наблюдается вспышки. Конечно, ни о какой эпидемии кори нет речи, но вот вспышки будут, люди могут заразиться и корью.

Ольга Арсланова: А эпидемии начинаются с какого порога? Это как вообще вычисляется? – число заболевших или скорость распространения? Что такое эпидемия?

Вадим Покровский: Ну здесь нужно подходить, немножко разные инфекции, здесь другие подходы. Есть заболевания, как грипп или туберкулез, они постоянно встречаются, туберкулез есть и в нашей стране, но нельзя говорить, что это эпидемия, как бы все время какой-то фон существует его заболеваемости. Грипп может и летом встречаться, но это, как правило, единичные случаи, а потом вдруг осенью или зимой начинается большая вспышка. Это тоже вспышка, переходящая в эпидемию, но одни говорят, что в 3 раза больше должно быть случаев, другие в 10 раз.

Ольга Арсланова: Чем обычный, привычный режим?

Вадим Покровский: Чем летом, да, так примерно.

Ольга Арсланова: А почему корь не эпидемия, если заболевших больше, чем за 3.5 года?

Вадим Покровский: Ну их было 3, а стало 9, поэтому…

Ольга Арсланова: Ну как же 9? В одном только Новосибирске 45 человек.

Вадим Покровский: Ну это все равно речь идет о десятках. Эпидемия – это всегда тысячи случаев, конечно.

Если говорить о тех эпидемиях, которые у нас реально существуют, то я бы здесь назвал ВИЧ-инфекцию и гепатит С. Эти инфекции очень хитрые, потому что люди когда ими заражаются, может не быть никаких проявлений, но при ВИЧ-инфекции вообще не выздоравливают, потом десятки лет могут распространять вирус, не зная, что больны. А при гепатите 80% не выздоравливают, только 20% выздоравливают, а 80% могут тоже распространять этот вирус скрытно, начало заболевания без проявлений, никакого чихания, никакой температуры. И вот эти, конечно, есть, особенно ВИЧ-инфекция, здесь много новых случаев, поэтому относительно нее мы можем сказать, что у нас все-таки эпидемия идет, хотя ее не сравнишь с гриппом по охвату.

Виталий Млечин: Да, от ВИЧ все-таки в некотором роде проще защититься, чем от гриппа.

Ольга Арсланова: Вопрос тогда, почему так активно вирус распространяется.

Вадим Покровский: Ну когда я сказал, что легче надевать маску или пользоваться презервативом, это вопрос…

Ольга Арсланова: Но тем не менее вопрос в том, что когда ты болеешь гриппом, ты сам об этом прекрасно догадываешься и скорее всего на работу не пойдешь.

Вадим Покровский: Ну здесь другое.

Ольга Арсланова: А здесь вопрос диагностики. Вот в чем, как вам кажется, основная проблема распространения ВИЧ в России? Вроде не Африка. Информации не хватает, я не знаю, каких-то действий со стороны властей?

Вадим Покровский: Основная проблема – потому что мы думаем, что мы не Африка и чем-то отличаемся от нее. Мы думаем, что наше поведение лучше, чем у африканцев, они там безобразно себя ведут…

Ольга Арсланова: Нет, я не говорю о поведении людей, я говорю о регулировании властей. Как раз в Африке удалось купировать эпидемию.

Вадим Покровский: А как могут власти изменить ситуацию, когда, скажем, сейчас люди заражаются, у которых 1-2-3 половых партнера, они не думают, что они в группе риска находятся, поэтому никаких мер предосторожности не принимают. Это значительно зависит от людей.

Что касается государства, то оно должно предоставить людям информацию, чтобы они беспокоились, берегли себя. Но вот тут вопрос сложный, потому что наше государство, ни один чиновник слово «презерватив» не произнесет, боится его произносить, вдруг кто-то что-то о нем не так подумает. Ну и вот такие, казалось бы, мелочи, но они складываются в целую проблему информирования. И то, что, скажем, Общественное телевидение далеко не все смотрят, а некоторые вообще не смотрят телевизор, заняты своими делами – вот как их проинформировать о том, что надо предохраняться? Это очень серьезная проблема, ее надо на государственном уровне решать.

Ольга Арсланова: Но когда возникает эпидемия та или иная, давайте на примере ВИЧ как раз поговорим, как правило, встает вопрос о медикаментах. Как у нас обстоят дела с противовирусными препаратами для ВИЧ-инфицированных? Потому что ВИЧ-инфицированный на препаратах практически не опасен для окружающих, если он получает это бесплатное лечение.

Вадим Покровский: Да. Но надо, конечно, принимать всю жизнь и огромному количеству людей, поэтому надо очень много препаратов. Поэтому следующий вопрос уже к нашей Думе, которая соответственно в бюджете должна заложить деньги, необходимые для лечения всех, у кого выявляется ВИЧ-инфекция. Пока заложили на 40%, поэтому нет охвата всех лечением. Здесь вопрос исключительно финансовый. Ну и, конечно, организационный, надо врачей дополнительно, медицинских учреждений, которые оказывают помощь, расширить их возможности. В принципе здесь все упирается только в деньги, все это можно купить, врачей можно привлечь.

Поэтому задача нашей Думы – увеличить бюджет, и с лечением мы решим вопрос. Но дело в том, что проблема, что скрытых, тех, кто не знает о своем заражении, тоже очень много, поэтому эпидемия будет продолжаться, если мы не будем и другие уже профилактические меры, кроме лечения, использовать.

Ольга Арсланова: Давайте обратимся к нашим зрителям: позвоните в прямой эфир, расскажите, каких эпидемий вы боитесь. Потому что все равно же есть какие-то мифы и недостаточная информированность присутствует.

Вадим Покровский: Да.

Ольга Арсланова: С той же корью, например. Многие убеждены в том, что болезнь неопасная, нестрашная, детская и что, в общем-то, прививаться от нее совершенно необязательно.

Вадим Покровский: Ну это связано с тем, что отвыкли и не знают, что от кори умирает очень много. В некоторых странах, где население, скажем, плохо кушает, недостаточное питание, достигает до 20-30% смертность детей от кори. У нас, где получше условия, порядка 1% может быть смертельных исходов, в среднем где-то 5% составляет. Поэтому корь является весьма опасным заболеванием. Скажем, все знают Людовика XIV, «король-солнце», у него все потомство, внуки умерли от кори, остался только один правнук, ему меньше года было, его пришлось королем после Людовика XIV выбирать, был у них король-ребенок – все это из-за кори, представьте себе.

Виталий Млечин: А вот про корь как раз спрашивают: «Мне 68 лет, я болела корью в детстве. Есть ли у меня иммунитет?»

Вадим Покровский: Как правило, иммунитет держится очень долго, некоторые считают, что пожизненный, но некоторые считают, что лет 50 держится. Поэтому я думаю, что сохранился. Этот вопрос и меня интересует, я болел корью в детстве, но у меня еще сохранились антитела, поэтому мне не надо прививаться.

Виталий Млечин: В общем, можно пойти и проверить в принципе?

Вадим Покровский: Да, я думаю, что если это беспокоит, то надо пойти и узнать, достаточно ли антител против кори в крови.

Ольга Арсланова: Еще сообщение: «Гриппом болеют во всем мире. Когда люди ездят в другие страны, заражаются и привозят эпидемию, приезжают с болезнями мигранты, Россия на 4-м месте по заболеванию ВИЧ, – вероятно, тоже наш зритель предполагает, что его откуда-то нам завезли. – Какие болезни еще привезут?» – спрашивает Александр.

Вадим Покровский: Конечно, болезни завозят, ВИЧ к нам действительно завезли, его раньше не было, но его завезли…

Ольга Арсланова: Не только к нам, в общем-то, завезли.

Вадим Покровский: …во все страны, да, в течение 30 лет это заболевание попало во все страны, уже там только кто кого хочет обидеть, говорит, что мы от вас этот вирус получили. Но действительно сейчас угроза эпидемии, особенно воздушно-капельной, как грипп, выросла в связи с тем, что очень быстро люди обмениваются, за несколько часов можно из Америки прилететь в Россию и привезти тот же вирус гриппа какой-то американский или из Китая китайский.

Ольга Арсланова: А как, кстати, он потенциально быстро может распространиться на территории? Может ли, например, один человек создать эпидемию?

Вадим Покровский: Безусловно, да. Один инфицированный проедет на метро по какой-нибудь Арбатско-Покровской линии…

Ольга Арсланова: Таганско-Краснопресненской!

Вадим Покровский: Да, час езды туда-обратно, и конечно, много людей может заразиться, постепенно развиваться эпидемия в течение 2-3-х недель, это вполне возможно, да.

Ольга Арсланова: У нас на связи Лидия. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот гость вашей программы говорил о тенденции к увеличению заболеванием гепатита С. Я хочу сказать о гепатите В. Среди моих знакомых очень много, которые носители гепатита В. Никто не знает, что они являются носителями, потому что сдавать анализы на гепатиты у нас никто не дает направления.

Вадим Покровский: Да.

Зритель: Только если человек идет на операцию.

Ольга Арсланова: Извините, Лидия, я не поняла: то есть они не знают о том, что они носители, а вы знаете?

Зритель: Конечно! Направление не дают на гепатит, только когда идешь на операцию.

Ольга Арсланова: А как вы узнали?

Зритель: Потому что… Как я узнала? Я перенесла тяжелейший острый вирусный гепатит В, тяжелая форма, желтушная, я в шаге от смерти была, запущена по вине врачей. Диагноз стоял «ОРВИ», 10 дней меня лечили от ОРВИ и остеохондроза, не стероидами противовоспалительными.

Ольга Арсланова: Очень похожие болезни.

Зритель: Уничтожили все: поджелудочную, печень, все у меня было воспалено, я чудом осталась, 2 месяца я восстанавливалась, 15 дней под капельницами. Поэтому я хотела сказать, чтобы люди знали, являются ли носителями или нет, чтобы врачи в случае… Значит, как они делают? Они направляют только на общий анализ, общий анализ не дает ничего, в моем случае это было, и только через 10 дней направили на биохимию, понимаете, что получилось? И получилось то, что в биохимии все АЛТ, СТ и все показатели были в 3 раза завышены, вот в чем причина.

Ольга Арсланова: Понятно. Спасибо.

Виталий Млечин: Спасибо, Лидия.

Вадим Покровский: Вопрос правильно поставлен. Мне замечание, что я гепатит В не упомянул, потому что с гепатитом В немножко лучше обстоит дело, потому что очень хорошая вакцинация от гепатита В существует, поэтому сейчас идет явное снижение числа новых случаев. Но те, у кого есть хронический гепатит В, сейчас, конечно, они нуждаются в лечении, а пока еще методов полного излечения гепатита В нет, поэтому проблема здесь сохраняется. А вот гепатит С уже научились лечить.

Ольга Арсланова: У нас зрители интересуются, как можно гепатитом В и С заразиться, где больше всего рисков.

Вадим Покровский: Эти инфекции передаются тоже половым путем, но чаще всего это с какими-то инструментами при повреждении кожных покровов. Это может и в медицинских учреждениях, к сожалению, происходить, но чаще всего при употреблении наркотиков, но немало случаев и внутрибольничного, так сказать, заражения.

Виталий Млечин: А долго вирус может существовать вне человека, то есть вот этот самый, которым потом люди заражаются?

Вадим Покровский: Ну если говорить с точки зрения науки, вирусы могут жить только в другом живом организме, быть только паразитами. Но какое-то время они могут во внешней среде сохраняться, например, если какие-то материалы в замороженном виде находятся, заморозят специально даже кровь, через 20 лет там вирус обнаружат. Поэтому какое-то время в зависимости от условий этот вирус может сохраняться. Но вот в основном в тканях человека каких-то, кровь или органы замороженные.

Ольга Арсланова: У нас интересуются, как обстоят дела с гепатитом С, лечение только за свой счет или можно тоже получать бесплатные препараты от государства?

Вадим Покровский: Значит, пока очень трудно получить лечение за государственный счет, потому что тоже здесь недостаточно средств. Но, конечно, все врачи работают в этом направлении, чтобы действительно было бюджетное финансирование. Но это тоже обращение к нашим депутатам – не просто подписывать тот бюджет, который им правительство присылает, а все-таки вносить корректировку в соответствии с пожеланиями наших людей, которые нуждаются в лечении.

Ольга Арсланова: Спрашивают также наши зрители о кори по-прежнему. «Дочь была привита от кори в 6 лет, сейчас ей 20. Недавно сдала анализ на антитела кори, результат отрицательный. Бывает ли такое? Нужна ли ревакцинация уже взрослому 20-летнему человеку?»

Вадим Покровский: Я думаю, да, конечно, здесь нужна ревакцинация, потому что действительно делают вакцинацию, но иногда могут быть проблемы, связанные с тем, что, например, эту вакцину неправильно хранили, она оказалась недостаточно эффективной. Поэтому если есть возможность, установили, что антител нет, то лучше повторить, сделать прививку еще раз.

Виталий Млечин: А вот тоже пишут: «Моей дочери делали все прививки, в том числе от кори и скарлатины, все равно она ими переболела, заразившись в летнем лагере от таких же привитых детей».

Вадим Покровский: Вот это некоторая проблема, конечно, существует с качеством этих прививок, которые делаются. Ну этого мы избежать не можем, что здесь? – человеческий фактор, неправильно хранили вакцину, неправильно делали прививку…

Виталий Млечин: Всем, кто был в летнем лагере?

Вадим Покровский: Такое может быть, да, все может быть.

Ольга Арсланова: Звонок из Москвы, Кирилл с нами на связи. Здравствуйте, добрый день.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Кирилл.

Зритель: Здравствуйте. Вот к Вадиму Валентиновичу у меня такой вопрос. Я вот сам болею больше 20 лет ВИЧ-инфекцией. И вот мне интересно, ее вылечивать когда-то будут, или мы так и будем вот эти таблетки кушать килограммами? Спасибо большое.

Вадим Покровский: Вот чем мы, конечно, все занимаемся, ученые, – это ищем способ, как излечивать ВИЧ-инфекцию. Поэтому я думаю, что в течение 5-6 лет такие препараты появятся, которые полностью излечивают. Но там тоже будет вопрос, где взять деньги на всех наших пациентов.

Виталий Млечин: Поначалу они, конечно, будут дорогими.

Вадим Покровский: Да, безусловно, это процесс, как правило, сложный, потому что сейчас одного человека вылечили, но это делали пересадку костного мозга, подбирали доноров… Вот этот случай, так называемый «берлинский пациент», показывает, что в принципе мы можем вылечивать ВИЧ-инфекцию, но надо еще поработать над методиками излечения.

Ольга Арсланова: Есть какие-то инфекции, которые раньше считались, буквально совсем недавно, неизлечимыми, но удалось…

Вадим Покровский: Как раз главный пример – это гепатит С. Еще буквально 5-10 лет назад не было методов лечения или были методы очень тяжелого такого лечения, не все переносили, даже бросали. А сейчас появились очень эффективные, малотоксичные препараты, то есть сделан вот этот вот шаг к возможности излечивать вирусные инфекции. До этого мы считали, что вирусную инфекцию вообще нельзя излечить, нет эффективных методов воздействия на вирусы.

Ольга Арсланова: А был интересный тоже вопрос где-то о вирусе ВПЧ, очень распространенном вирусе.

Вадим Покровский: Да.

Ольга Арсланова: В частности, онкогенные его штаммы. Можно ли тоже его вылечить, или он навсегда остается в организме человека?

Вадим Покровский: Можно во всяком случае предупредить развитие опухоли, то есть надо проходить специальные гинекологические обследования – кстати, и у мужчин опухоли этот вирус вызывает, – и соответствующие терапевтические мероприятия проводить. Но тоже эта инфекция очень интересная, здесь идет разработка вакцины, уже предложена эффективная вакцина. И ищут, конечно, и методы лечения. Но еще раз говорю, что пока мы только гепатит С из вирусных инфекций можем точно лечить, но думаю, что недалек тот час, когда и с остальными справимся.

Виталий Млечин: А если сравнить, скажем, с западными странами, наша медицина на уровне идет с ними, или мы как-то отстаем? Мы вообще как-то взаимодействуем в этих вопросах?

Вадим Покровский: Ну взаимодействие сейчас не очень хорошее, потому что дружат с теми, у кого деньги есть, у нас на развитие новых медицинских технологий не очень много выделяют, и научные исследования по той же ВИЧ-инфекции не очень хорошо финансируются. Но в принципе то, что мы можем предоставить сейчас, то есть врач может порекомендовать и представить пациентам, то же самое, что и на Западе. Вопрос только, кто за это будет платить.

Ольга Арсланова: «Заразен ли в быту гепатит С?» – спрашивают зрители.

Вадим Покровский: Ну гепатит С малозаразен в быту, это известно. Но вот с кровью и какими-то процедурами, связанными с нарушением кожных покровов, конечно, можно заразиться.

Ольга Арсланова: И вот такой вопрос, не знаю: «Что делать, если заразился гепатитом В?» – лечиться, вероятно?

Вадим Покровский: Да. По счастью от гепатита В 90% выздоравливают, а может быть, и больше. Поэтому вот если произошла хронизация этого процесса, тогда, конечно, надо наблюдаться у докторов, и если действительно создается угроза развития такого хронического гепатита, то здесь можно, уже есть тоже препараты, которые этот процесс останавливают. И тоже вопрос, кто будет финансировать это лечение.

Ольга Арсланова: Понятно, что вопрос общий, но очень интересно, как вообще эпидемии возникают, что становится спусковым крючком. Вот мы помним ту страшную историю с Эболой в Африке, когда вдруг много лет не было таких вспышек, как вдруг эпидемия, которая угрожала всему миру, а потом опять затишье. Что происходит в эти моменты, когда эпидемия расстраивается?

Вадим Покровский: Ну если говорить уже прямо, то на самом деле похоже, что Эбола не такое уж высокозаразное заболевание, как хотели ее представить, потому что это действительно происходит в Африке, заражение происходит от животных, подозревают летучих мышей: какой-то ребенок поймал эту мышь, некоторые даже едят этих мышей, и этот первый заразившийся, дальше он может контактировать с какими-то другими людьми. Причем очень интересно, что большую роль в передаче вируса в этих странах сыграли ритуальные процедуры при похоронах: этих умерших обязательно должны мыть, вот как раз происходит близкий контакт с умершим, и в этот момент многие очень заражались именно при этой процедуре.

Ну и действительно там в этих регионах очень низкий уровень гигиены, прямо скажем: и одним шприцом делают инъекции, и контактируют больные между собой, когда их привозят в одну, скажем, больничку, получается, что эта больничка становится очагом инфекции. Вот эти все факторы, конечно, сыграли роль. Но ни одной вспышки Эболы в странах более развитых…

Ольга Арсланова: Ну здесь локализовалось, да.

Вадим Покровский: …не было несмотря на все эти завозы так называемые.

Виталий Млечин: Вадим Валентинович, время наше практически вышло. Давайте подводить итог. Можно ли выработать какие-то рекомендации, максимально безопасное поведение (без фанатизма, конечно), чтобы максимально себя обезопасить?

Вадим Покровский: Ну конечно. Мы должны простые вещи всегда соблюдать: кипятить воду, мыть руки, носить маску, если идет заболевание какое-то капельным…

Ольга Арсланова: …прививаться вовремя.

Вадим Покровский: Но не от всех существуют прививки, а маска предохраняет от заболеваний, которые через воздух передаются, презерватив – от всех заболеваний, которые половым путем передаются. Вот такие простые вещи уже значительно снизят риск заразиться. Если бы мы все ими пользовались, как японцы, которые все в метро надевают маски, когда эпидемия гриппа, то, наверное, это само по себе могло бы многие эпидемии остановить.

Виталий Млечин: Спасибо вам большое.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Виталий Млечин: У нас в гостях был академик РАН, заведующий отделом Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора Вадим Покровский. Мы беседовали об эпидемиях.

Вернемся через пару минут, пожалуйста, оставайтесь с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео