Вакцинация: добровольная и принудительная

Гости
Алексей Старченко
член Общественного совета по защите прав пациентов при Росздравнадзоре, доктор медицинских наук
Александр Сафонов
доктор экономических наук, профессор Финансового университета

Иван Князев: Итак, больше 30 регионов России ввели обязательную вакцинацию, давайте посмотрим прямо сейчас на нашу графику, 34 региона, если быть точным. Не будем их, конечно же, все перечислять, сами вы их видите. Рекомендовано ввести такие меры в Крыму, Саратовской области и Ингушетии; в 5 субъектах, Свердловской, Новосибирской, Иркутской областях, Ханты-Мансийском округе и Красноярском крае, об обязательной вакцинации пока только подумывают.

Тамара Шорникова: А тем временем в Москве отменили систему QR-кодов для посещения ресторанов и других заведений. По данным властей, этому поспособствовал резкий рост тех, кто уже сделал прививку. Роструд разъяснил работодателям, что делать с сотрудниками, которые отказываются от прививки без уважительной причины: мол, с кнутом у нас все в порядке, что с пряником? Поговорим о последних послаблениях и ограничениях, о том, как жара влияет на вирус и почему в нашей стране сейчас, собственно, антирекорды по смертности от COVID-19. Вопросов много, ждем ваших в прямом эфире, звоните и пишите.

Иван Князев: Да, разные эксперты у нас будут в прямом эфире. Сейчас на связи Александр Сафонов, проректор Финансового университета при Правительстве России. Здравствуйте, Александр Львович.

Александр Сафонов: Добрый день.

Иван Князев: Александр Львович, тут вот я разговаривал с некоторыми предпринимателями, не будем сейчас вдаваться в подробности отношения того или иного предпринимателя или того или иного работника к вакцинации, негативное либо позитивное, просто вопрос сейчас вот в чем. Люди теряют своих сотрудников, хотели бы они этого, не хотели, и говорят, что потом их возвращать будет достаточно тяжело. Что у нас сейчас в связи с этим на рынке труда происходит? Лихорадит его либо не лихорадит? Либо, наоборот, в принципе ничего страшного?

Александр Сафонов: Ну, вы знаете, на рынке труда, как всегда, происходят сложные процессы, люди прибывают, убывают. Ну, начнем с того, что все-таки рынок труда сейчас испытывает дефицит кадров по многим направлениям. Это связано с тем, что значительное количество людей из стран Средней Азии, Украины, Молдавии, которые ранее присутствовали на рынке труда, в результате пандемии остались дома. Естественно, это вызывает определенный дефицит, в таких секторах, как строительство, например, сельское хозяйство он имеет такой фундаментальный характер. Поэтому, естественно, потери рабочих или работников в силу того, что возникает в том числе, например, недопонимание необходимости участия в вакцинации, они могут приводить к очень серьезным последствиям для бизнеса вплоть до его остановки. Поэтому где-то легко справиться с этой проблемой, ну... те отрасли, где, скажем так, нет недостатка рабочей силы, а вот в тех отраслях, где эта проблема №1, это очень существенно.

Тамара Шорникова: Да. Александр Львович, нам подсказывают, что не очень хорошо вас слышно, давайте попробуем связаться с вами по телефону. Мы напомним о том, что, собственно, новый срок подачи справок, заявлений о вакцинации сотрудников сейчас у бизнесменов продлили до 22 июля, ранее нужно было предприятиям отчитаться до 15-го о вакцинации 60% коллектива. Управятся ли в новый срок или нет, будем еще это обсуждать. Как мотивировать людей вакцинироваться?

Иван Князев: Ну, по-разному, по-разному предприниматели подходят к этому вопросу: кто-то премии выплачивает, кто-то еще что-то. Но вопросы мотивации все-таки очень важны. Как все-таки мотивировать людей, давать деньги, может быть, продукты, дополнительный выходной, вводить тотальные запреты для тех, кто не хочет прививаться? Вот что говорят люди в разных регионах России.

ОПРОС

Тамара Шорникова: Вернулись в студию, вернемся и к нашему эксперту. Александр Львович, видим вас снова. Мы уже говорили о том, что в срок до 22 июля нужно теперь предприятиям привить 60% своего коллектива, наши телезрители предложили разные варианты, как можно стимулировать людей делать вакцину. Как вы считаете, вот такие меры способны побудить: премии, допвыходной, ну, путевки, наверное, из сферы фантастики, но вдруг? Или все-таки это все не приведет к нужному результату?

Александр Сафонов: Ну, вы знаете, очень правильно телезритель сказал, что всегда должно быть сочетание кнута и пряника. Дело в том, что если просто использовать мотивацию в виде пряника, то, конечно, так сказать, значительная часть людей среагирует очень правильно на эту мотивацию, потому что в системе управления всегда в первую очередь надо стремиться мотивировать людей положительными какими-то моментами, это более, скажем так, эффективно. И в данном случае все перечисленные меры, это дополнительный отпуск, это премии, это возможность доплат каких-то, связанных, например, с оплатой занятий фитнесом или, например, ДМС, путевки, – все это, конечно, играть будет положительную роль для вакцинирования.

Но все-таки, как мы знаем, всегда найдутся люди, которые будут относиться к этому негативно, поэтому без, скажем так, практического регулирования через законодательство эту проблему не решить. Я просто напомню, что есть 825-е постановление правительства, которое требует обязательной вакцинации тех людей, которые связаны с оказанием услуг массового характера, в обществе общепита, например, в здравоохранении, образовании, это те люди, которые непосредственно контактируют с очень большим количеством клиентов и, естественно, могут являться, скажем так, угрозой при передаче коронавируса очень большому количеству людей, всегда были определенные требования обязательными. Соответственно, это контролируется нормативными актами, например, так сказать, без специальной книжки медицинской не допускаются люди к исполнению трудовых обязанностей. Поэтому сочетание разумное одного и второго очень важно.

Но я бы еще обратил внимание на третий аспект, который не прозвучал в данном случае, – это необходимость разъяснительной работы. И эта работа должна вестись не только с экрана, потому что человек, когда он, скажем так, имеет какое-то сомнение по отношению к проводимой акции, совершенно спокойно переключит передачу, даже если она будет очень интересной, на более интересную ему в этот момент. А вот проведение разъяснительной работы в непосредственно трудовых коллективах на соответствующих собраниях, здесь работники медицинские и специалисты Роспотребнадзора могли бы очень серьезным образом помочь изменить сознание людей, разъясняя им, почему это необходимо.

Иван Князев: А они как должны это помогать, на предприятия приходить, приглашать?

Александр Сафонов: Конечно.

Иван Князев: Я вот просто сейчас пытаюсь смоделировать.

Александр Сафонов: Конечно-конечно-конечно. Ну я вот приведу пример нашего вуза, когда у нас на Ученом совете выступал заведующий кафедрой из Первого меда. Он подробно в течение 30 минут рассказывал о том, что из себя представляет вообще вакцинация как таковая, что происходит в мире, причем это было направлено на людей, которые имеют очень свою активную жизненную позицию, наделены опытом житейским, обладают знаниями, и это достаточно была серьезная вещь. Но также в связи с этой разъяснительной работой одновременно было принято решение как раз двух типов, принудительно-мотивационное, то есть предоставить дополнительный отпуск тем лицам, которые отправились на вакцинацию еще до того момента, как было требование, возникло требование Роспотребнадзора о 60% обязательной прививки. То есть надо с коллективом всегда работать...

Иван Князев: Ну это хорошо...

Тамара Шорникова: Александр Львович, а это нужно работодателям, вот эта вся разъяснительная работа, эти премии и так далее?

Иван Князев: Практика-то, конечно, хорошая, да.

Тамара Шорникова: Или просто 22 июля у нас большое количество людей останется без денег и отстраненными от работы, мол, не хотите – найдем, кто будет работать?

Александр Сафонов: Ну, вы знаете, нормальный работодатель никогда этого не сделает. Почему? Потому что я себе с трудом представляю любое производство, даже если, так сказать, на нем работает достаточно большое количество людей неквалифицированных и они выполняют те работы, которые может выполнить любой, например, после небольшого инструктажа. На сегодняшний день, еще раз подчеркну, есть проблема дефицита рабочей силы, поди потом их найди, этих людей, кому ты сейчас откажешь от рабочего места по той простой причине, что они не прошли вакцинацию.

Иван Князев: Вот я почему про это и спросил, Александр Львович, в самом начале, потому что очень серьезные трудности, например, испытывают сельхозпредприятия, когда народ, который у них работает из деревень соседних, еще откуда-то, ну не хотят прививаться, фактически там производство встает, и как убедить работников сделать прививку, работодатель просто не знает. Вот эта практика с разъяснением мне очень понравилась, просто вопрос, что дальше-то будет. Ну они не сделают прививку и не вернутся, что в связи с этим делать?

Александр Сафонов: Ну, вы знаете, еще раз подчеркну, что здесь нет вот таких вот одномоментных, готовых решений, когда палочкой волшебной взмахнули мы с вами и все стали послушными и отправились вакцинироваться. Нет, люди имеют право опасаться за свое здоровье, люди имеют право задавать вопросы. И здесь, еще раз подчеркну, без активного участия медицинского сообщества, в том числе врачей, которым доверяют люди, а кто большей частью контактирует с врачами, я имею в виду, с какими врачами контактируем? – это, естественно, население врачей, терапевты, то есть... Вот я понимаю, что у них сверхнагрузка сейчас, просто колоссальная, но именно через них, так сказать, идет та информация первичная, которой люди доверяют.

Ну и одновременно, вы знаете, в свое время было общество знания, активно привлекалось к различного рода решениям в Советском Союзе по разъяснениям какой-то политики, каких-то направлений развития, – ну почему бы и этот канал не задействовать? В любом случае, еще раз подчеркну, в людях надо формировать самосознание, то есть понимание того, что нужно это делать.

Тамара Шорникова: Да. Александр Львович, буквально очень коротко. Была информация о том, что работника отстраняют без оплаты труда, и при этом если в это время он заболевает, ему и больничный тоже платить не будут. Это так?

Александр Сафонов: Ну, вы знаете, так сказать, если человек заболел, у нас по закону нет четко прописанного формата, при котором, если он был отстранен, ему не платят больничный, больничные платят, подчеркну, не работодатель, а Фонд социального страхования, поэтому здесь возможны разные вариации. Но по крайней мере закон не описывает ту ситуацию, о которой вы сказали.

Тамара Шорникова: Ага, спасибо.

Иван Князев: Спасибо большое! Александр Сафонов, проректор Финансового университета при Правительстве России, был с нами на связи.

Послушаем телезрителей. У нас Анатолий из Самары на связи. Анатолий, здравствуйте.

Зритель: Анатолий Сергеевич меня звать.

Иван Князев: Здравствуйте, Анатолий Сергеевич.

Зритель: Я вот хотел сказать. Самая такая... Я за полную вакцинацию. И должна мотивация такая быть, что говорить людям, вот которые антипрививочники, которые не хотят прививаться, самое главное сказать им, что рядом с вами находятся мать, отец, братья, сестры, вот они заболеют – как они на это будут смотреть, когда они будут погибать, лежать? Как вот на это, какая мотивация? Самая лучшая мотивация, чтобы смотреть на родных, чтобы заботиться о родных, а не какой-то мотивации там, вот что я хочу сказать.

Тамара Шорникова: Да, спасибо вам.

Иван Князев: Да, спасибо вам, спасибо.

Тамара Шорникова: И следом давайте послушаем Ирину из Нижегородской области.

Зритель: Здравствуйте.

Вот я из Нижегородской области, нас принуждают просто прививаться. У нас уже четыре человека уволилось, остальные сотрудники тоже скоро уволятся, будет работать только один директор. Что нам делать?

Тамара Шорникова: Ирина, что за предприятие у вас?

Зритель: У нас АО «Тандем».

Тамара Шорникова: Чем оно занимается?

Зритель: Торговля.

Тамара Шорникова: Торговля.

Зритель: Магазин «Магнит», да.

Иван Князев: И что, все сотрудники предприятия тотально не хотят прививаться?

Зритель: Не хотят прививаться.

Иван Князев: А они уже думали, что они дальше будут делать? Куда работать пойдут?

Зритель: Вот, значит, будут сидеть дома. Я тоже не хочу прививаться...

Иван Князев: Ну то есть...

Тамара Шорникова: ...перспектива потери работы вас не пугает?

Иван Князев: ...перспектива потери работы, раз, перспектива заболеть коронавирусом, два – все это не пугает даже в такой комбинации?

Зритель: Не пугает, нет.

Иван Князев: Не пугает. Ну, тогда тут уже какие вопросы и к вашему работодателю в том числе.

Тамара Шорникова: Спасибо вам.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем Алексея Старченко, это член Общественного совета по защите прав пациентов при Росздравнадзоре, доктор медицинских наук.

Алексей Старченко: Добрый день.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте.

Алексей Анатольевич, разные ограничения вводят регионы, давайте сначала с них коротко начнем. Как вы считаете, какие сейчас, по мнению медицинского сообщества, нужны, чтобы остановить новую волну коронавирусную?

Алексей Старченко: Ну, конечно, во-первых, вакцинация необходима, и связанные с этим ограничения в ряде профессий законны. Другое дело, что как вот предыдущий ваш корреспондент, человек сам решает, что для него важнее. Меня больше интересовала, например, мотивация, почему все эти сотрудники готовы уволиться, какова степень... То есть это говорит о высокой степени недоверия к вакцине, во-первых, наверное, и боязнь каких-то осложнений. Вот это меня волнует. Почему? Потому что, видимо, люди не соотносят возможности летального исхода, предположим, риска. И чем они это мотивируют? Откуда эта информация о том, что не нужно прививаться?

Другое дело, что разные вакцины у нас есть, разные возможности для этого, есть более безопасные, поверхностные вакцины, более глубокие, задействующие генный аппарат вирусов, но есть и вакцины, которые достаточно поверхностные, поэтому ими тоже можно рассмотреть возможность прививаться. То есть что движет человеком, когда он отказывается напрочь? Это очень важный такой социологический аспект медицинский, потому что тогда, когда мы будем знать, что движет конкретными людьми, какие конкретные моменты, связанные с их здоровьем, тогда, наверное, мы сможем и предупредить это или дать ответ на этот вопрос.

Тамара Шорникова: Алексей Анатольевич, а вот это вот любопытная история. Во-первых, откуда? В интернете сейчас полно информации, врачи отговаривают, понимаете, обычные врачи, к которым приходишь на прием, отговаривают делать прививку, тоже важный вопрос для изучения. Но вот, например...

Алексей Старченко: Ну, нужно знать, что, что они говорят. Просто потому, что она опасна, или она небезопасна, или... ?

Тамара Шорникова: Смотрите, Алексей Анатольевич, вот здесь как раз любопытно. Есть же распространенные мифы, естественно, сейчас, такие пункты, которые, как сейчас говорят...

Иван Князев: ...отваживают.

Тамара Шорникова: …«триггерят» население, беспокоят. Например, что это окажет вред на репродуктивные функции, вот знаем такой страх – как с ним работать, например?

Алексей Старченко: Ну, когда мы говорим о репродуктивных функциях, мы должны понимать, что не все вакцины из этих трех даже могут гипотетически воздействовать на репродуктивную систему. Например, пептидная вакцина ну никак не может воздействовать на репродуктивную систему, может быть, гипотетически та, которая связана с геном вируса. Если ген вируса попадает, допустим, в ядро клетки и там где-то что-то сделает отрицательное, тут возможно, но когда мы говорим о второй вакцине, то этого не может быть по определению даже гипотетически, не говоря уже о третьей, которая просто инактивированный вирус. Вот это нужно говорить сегодня людям, значит, со стороны Министерства здравоохранения, Роспотребнадзора, Росздравнадзора. То есть понятно, что, наверное, репродуктивная функция – один из серьезнейших факторов для будущего человека и его семьи, будущего его потомства, но здесь нужно говорить, что нет этого и гипотетически даже быть не может.

То есть если это какая-то будет системная аллергическая реакция, то она тоже должна быть чем-то подкреплена, какими-то предыдущими аллергологическими особенностями человека, и здесь должны быть четкие тогда медотводы. Мы сегодня ждем от Минздрава четкий документ, например, по онкологическим пациентам, потому что разная нозологическая единица злокачественного образования по-разному себя ведет, разная степень злокачественности, опухоли, разный период, когда человек, допустим, в ремиссии или когда он находится в активном лечении, – вот здесь нужны четкие медотводы, я понимаю с этим. Допустим, при бронхиальной астме нужны четкие медотводы, в каких-то состояниях.

А если мы говорим о практически здоровом человеке, значит, мы должны ему предложить максимальное обследование. Если мы предполагаем, что практически здоровый – это человек недообследованный и он сомневается в эффективности вакцины, не доверяет ей, значит, мы должны ему предложить углубленное диспансерное наблюдение, с тем чтобы выявить любые особенности его организма, препятствующие вакцинации. Вот что нужно тогда предлагать.

Иван Князев: Да, Алексей Анатольевич, это понятно.

Алексей Анатольевич, хотим поговорить об ограничениях и об их послаблениях. Смотрите, уже эксперты говорят, что у нас в стране 60%-й коллективный иммунитет появился, – так ли это? Просто раньше говорилось, что, когда мы его достигнем, можно будет уже ограничения снимать.

Алексей Старченко: Ну, во-первых, мы имеем с вами международный опыт повторных заболеваний, то есть мы говорим о том, что разные штаммы все-таки приходят в разные страны, и, наверное, говорить о 100%-м иммунитете, даже популяционном, я имею в виду, вот этими 60% не смогут нас защитить на 100%, то есть будут какие-то повторные инфицирования, будут какие-то повторные заболевания у ряда уже вакцинированных в том числе пациентов. Поэтому это был сначала посыл, о 60%-й необходимости, пересечения этого барьера, это был первый посыл, потому что мы впервые столкнулись с такой инфекцией. Вот сейчас, наверное, уже нужно будет больше думать об этом...

Иван Князев: Смотрите, просто вот что...

Алексей Старченко: ...у людей разные вакцины применять, предположим, привился одной вакциной, через год прививаешься другой вакциной.

Иван Князев: Хорошо. Просто то, что происходит, например, сейчас в разных странах, в Британии уже сняли вообще все ограничения, потому что у них уже огромное количество, не помню, сколько у них, по-моему, 90% населения, даже больше, провакцинировались, поэтому убрали даже из их жизни маски. В Израиле, наоборот, сейчас ужесточают уголовное законодательство, уголовную ответственность за то, что, если ты заболел, будешь выходить на улицу. У нас какая ситуация? И как нам сейчас действовать? Вот QR-коды в Москве пробыли у нас совсем недолго.

Алексей Старченко: Ну да, они были 2 недели в ходу, в общем-то. Но опять же мы увидели снижение заболеваемости. Ведь если мы доверяем этой статистике и мы видим, я думаю, что, наверное, власть предержащим все-таки известна какая-то статистика, которая, может быть, углубленная, и, наверное, они исходят из этой статистики, принимают решение о снижении каких-то вот этих вот барьерных мероприятий. Но мне сложно, я не получаю, только из средств массовой информации эти данные, если есть действительно снижение, наверное, надо снижать. Но я думаю, что цифра в 60% иммунизации, наверное, нужно большей добиваться, но это опять же вопрос доверия к вакцине и вопрос возможности государства каким-то образом помочь человеку принять правильное решение на основании медицинских данных. То есть каждый должен быть дообследован и у него сформироваться должны медицинским работником индивидуальные показания или противопоказания.

Тамара Шорникова: Алексей Анатольевич, но это же невозможно в текущих обстоятельствах.

Алексей Старченко: Почему невозможно? Возможно.

Тамара Шорникова: Во многих регионах невозможно попасть сейчас к врачам, ну какая дополнительная углубленная диспансеризация?

Алексей Старченко: Нет, мы сейчас будем это развивать. А как же? А другого пути не будет, значит, тогда люди не пойдут вакцинироваться. То есть мы должны все равно предусматривать этот момент. То есть если человек говорит, что он не будет вакцинироваться, мы его спрашиваем: «Почему?» – «Потому что я не доверяю». – «А если мы тебя дообследуем и покажем, что тебе это безопасно?» – наверное, какая-то часть людей будет вакцинирована.

Иван Князев: Ну, как говорится, на войне все средства хороши.

Алексей Старченко: То есть, значит, те, которые слепо доверяют, они уже пройденный для нас этап, мы теперь должны бороться за каждого, кто не доверяет. А как же?

Тамара Шорникова: Давайте за Любовь поборемся, Ивановская область у нас на связи. Любовь, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Любовь.

Зритель: Здравствуйте.

У меня вот просто такой вопрос. Вот когда была самая первая волна, она была самая опасная и смертность была очень высокая. Тем не менее продуктовые магазины, они как работали, так и работали, фактически все продавцы были на передовой, получается так. Почему тогда не было никакой возможности хотя бы на пару недель закрыть, чтобы не пошло дальше распространение вот этой волны?

Иван Князев: А что закрыть, продуктовые магазины закрыть? А где же люди тогда будут продукты покупать?

Зритель: Но ведь был же такой бум, когда все говорили, что закупайте туалетную бумагу и гречку, потому что скоро...

Иван Князев: Ну так и что в этом было хорошего? То есть вы имеете в виду, что нужно было тогда закрыть продуктовые магазины, чтобы...

Тамара Шорникова: То есть закупиться и закрыться?

Иван Князев: Закупиться всем и сидеть дома?

Зритель: Я имею в виду, подождите, хотя бы на небольшой период времени, чтобы остановить массовое заражение.

Тамара Шорникова: Любовь, если попробовать уйти от сослагательного наклонения и о том, что мы могли бы сделать в прошлом, – вот вы сейчас сделали вакцину?

Иван Князев: Прививку.

Зритель: Вот, я сейчас и хочу к этому. А сейчас вакцинация является добровольно-принудительной вплоть до отвода с работы. То есть фактически я подписываю свое полное согласие на вакцинацию, хотя я совершенно не согласна и не доверяю прививкам, как вот говорилось ранее, но зато в первую волну, когда смертей было очень много, никто о нашем здоровье не позаботился совсем. Как вот так?

Иван Князев: Ну, вообще-то... Да, сложно здесь, конечно, что-то прокомментировать...

Тамара Шорникова: А почему не доверяете?

Зритель: Ну потому что вакцина была разработана очень быстро, потому что испытаний никаких нет об этом и очень много негатива сыплется со всех сторон. И как вот вы ранее сказали, даже врачи отговаривают делать эту вакцинацию.

Тамара Шорникова: И коротко, «негатив со всех сторон» – это откуда все-таки? Какие источники информации вы используете? Кому доверяете?

Зритель: Ну вот даже, например, я недавно читала на минздрав.рф информацию о том, что прививка совершенно не защищает от повторного заражения коронавирусом, она не отменяет ни ношение масок, так же все происходит, точно так же.

Тамара Шорникова: Любовь, но это не новость, прививка действительно не защищает.

Иван Князев: Во-первых, это не новость, действительно заболеть можно, но другой вопрос, в какой форме вы заболеете, в тяжелой и окажетесь в реанимации на аппарате ИВЛ или все-таки дома, как вот... У нас даже у сотрудников родители буквально вот на днях заболели и легко перенесли с легкой температурой, это вот уже личные.

Зритель: Ну, дело в том, что у меня есть тоже знакомые, которые после второй прививки в течение 42 обещанных дней очень тяжело заболели именно коронавирусом, и как бы это не слухи, это действительно факты.

Тамара Шорникова: Алексей Анатольевич, есть у вас дополнительные вопросы для телезрительницы? Может быть, есть попытка переубедить?

Алексей Старченко: Да нет, дело в том, что вакцина – это не скафандр, то есть человек вакцинированный все равно будет контактировать с воздушно-капельным путем распространяемым вирусом. То есть он получает этот вирус от зараженного на свою слизистую оболочку, какое-то время на слизистых оболочках вирус присутствует, другое дело, что он быстро при этом инактивируется.

Но вакцина не скафандр, то есть человек все равно будет контактировать с вирусом, а раз он с ним контактирует, то может быть, мы говорим о так называемой латентной форме или о носительстве, то есть какое-то заражение, может быть, он и кому-то принесет, но при этом все равно вирус будет уже гораздо ослаблен, потому что он будет поражен... Если, предположим, на вакцинированного чихнули и он, допустим, через пять минут контактирует с совершенно невакцинированным другим человеком, все равно этот вирус уже получит на себе отпечаток антитела какого-то, то есть это будет уже не тот вирус, который абсолютно вирулентен, он все равно будет ослаблен даже при передаче от вакцинированного к невакцинированному, то есть здесь нужно тоже это понимать.

Да, могут быть случаи, когда человек вакцинирован и заболевает, потому что у него могут быть другие тяжелые заболевания, например онкологическое заболевание, которое само по себе является иммуносупрессивным, то есть та реакция, на которую мы рассчитываем у вакцинированного, образование иммунных антител и образование клеток памяти иммунологических, оно происходит гораздо медленнее, при хронических заболеваниях, сердечно-сосудистых заболеваниях, при сахарном диабете, при онкологических заболеваниях, конечно. И в этом смысле все люди разные, и, конечно, какой-то элемент повторных заболеваний будет. Но в целом, если мы говорим о популяционном иммунитете, то все равно инфекция сойдет на нет только благодаря переболеванию и вакцинированию, другого пути в инфекционных заболеваниях просто не существует.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам, Алексей Анатольевич. Алексей Старченко, член Общественного совета по защите прав пациентов при Росздравнадзоре, доктор медицинских наук. Отвечать на вопросы, что вакцина не прошла испытания, что она совсем какая-то быстро сделанная...

Тамара Шорникова: Лучше расскажем о том, что дальше будет в эфире.

Иван Князев: Да, лучше расскажем о том, что дальше будет.

Тамара Шорникова: А дальше в эфире мы будем обсуждать, что делать с долгами россиян за ЖКУ. По данным Росстата, за I квартал этого года эти долги выросли на триллион с лишним рублей, рост почти на 6%, если сравнивать с тем же периодом прошлого года. Кто и как будет расплачиваться?

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Почему у нас антирекорд по смертности от ковида?