Валентина Киренкова и Сергей Лесков. Как наладить жизнь за пределами больших городов?

Гости
Сергей Лесков
Ведущий программ
Дмитрий Лисицын
сопредседатель исполнительного комитета Экспертного совета по малым территориям
Валентина Киренкова
генеральный директор ООО «Борисоглебское»

Как живет село? Будни российского села... Как наладить жизнь за пределами больших городов? Ведь звучат призывы развивать только крупные агломерации. Посмотрим, как сегодня себя чувствуют деревенские жители Владимирской области. Туда отправилась очередная «Экспедиция ОТР». О ее итогах беседуем с гостями в студии.

Константин Чуриков: Итак, говорим о буднях российского села, как нам всем наладить жизнь за пределами больших городов. Там живут люди, людям там сложно, сложно с работой, много трудностей, зарплаты крайне низкие, работы нет. Но сегодня тем временем звучат призывы бросить село и развивать только агломерации. Вот давайте вы нам поможете сегодня сформулировать еще пока несостоявшийся нацпроект «Деревни», его предлагал включить в стратегическую программу наш вице-премьер Гордеев, но пока такого проекта нет, есть просто задача развивать всю страну, общая задача.

Оксана Галькевич: Ждем от вас идей, предложений, ваших мнений, уважаемые телезрители. Пишите нам на SMS-портал 5445, это бесплатно, или звоните нам в прямой эфир, телефон так же, как и SMS-портал, указан на вашем экране, это тоже все совершенно бесплатно.

Давай представим наших гостей. Собственно говоря, Сергея Лескова мы уже представили, сказали, Сергей Леонидович остался с нами еще на час, и Валентина Киренкова, генеральный директор ООО «Борисоглебское», – Валентина Алексеевна, здравствуйте, мы вас приветствуем.

Валентина Киренкова: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

У меня как ни странно, если вы не против, Валентина Алексеевна, первый вопрос будет к Сергею.

Валентина Киренкова: Пожалуйста.

Константин Чуриков: Потому что вы-то во Владимирской области уже давно, у вас успешное предприятие, мы покажем какое. Вот впечатление Сергея – Сергей, как живет Владимирская область сегодня?

Сергей Лесков: Владимирская область, мне кажется, в XII-XIV вв. жила лучше, чем сейчас, если сравнивать с другими какими-то там окрестными областями, тогда это был центр российского государства, они жили побогаче, чем в Москве, очевидно, побогаче, чем в Рязани, потому что это княжество было сильнее, чем рязанское. Но исторические судьбы, видите, так вот распорядились.

Мы, между прочим, не первый раз нашей экспедицией заезжаем во Владимирскую область, мы были там и прежде, и мы, в общем-то, поездили там достаточно. Есть области в московском регионе, в московской агломерации, которые хуже живут, – Тверская живет хуже, чем Владимирская, Ярославская, мне кажется, живет похуже. Вот это вот село, про которое мы говорим, Борисоглеб оно, по-моему, называется…

Валентина Киренкова: Да.

Сергей Лесков: Оно внешне производит приличное впечатление. Мы были во время нашей экспедиции в селах, которые бы вызвали слезу у Радищева по пути из Петербурга в Москву. Оно прилично выглядит.

Оксана Галькевич: Оно живое, значит, да?

Сергей Лесков: Да.

Константин Чуриков: Валентина Алексеевна, расскажите коротко о селе, и будем уже смотреть сюжет.

Валентина Киренкова: Ну я, наверное, больше скажу не только о селе, а о своем хозяйстве, потому что все село держится на тех людях, которые работают по сути дела в близлежащем окружении. Если люди получают регулярно зарплату, если им нравится работа, естественно, все люди довольны своим проживанием в этом селе. И я могу просто сравнить, когда мы начали только заниматься сельским хозяйством и сегодняшнее состояние, я просто вижу 10-летний опыт и сейчас, могу сравнить, как люди одевались. Поскольку мы своим сотрудникам выдаем ссуды, я могу понять, что на эти ссуды, на какие цели были предназначены, они теперь ездят на машинах, а не ходят пешком. То есть в любом случае жизнь развивается, и если человек работает, он обязательно вкладывает и в себя, и в детей, в образование детей и, естественно, облагораживает то пространство, где он живет.

Оксана Галькевич: Вы знаете, Валентина Алексеевна, у нас, у журналистов, есть такое понятие перед сюжетом «подводка». Мне кажется, то, что вы сейчас рассказали, является идеальной подводкой к следующему сюжету, потому что уже всем интересно посмотреть на это село и на этих людей, о которых вы только что сказали.

Валентина Киренкова: Пожалуйста.

Константин Чуриков: И короткое пояснение: экспедиция не простая, а книжная, как всегда мы развозили книги по сельским библиотекам. Итак, седьмая экспедиция ОТР – Муромский район, Владимирская область, репортаж Татьяны Григорьянц.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: У нас просто обновляется ежесекундно лента наших сообщений на SMS-портале. Башкортостан пишет: «Долго, видимо, такое село искали», – людям даже трудно поверить, что такое бывает.

Оксана Галькевич: Нижегородская область нам пишет: «Муром? Да это показуха», – не верят, представляете, Валентина Алексеевна?

Валентина Киренкова: Неправда.

Константин Чуриков: И Ульяновская область: «Почему государство не строит дома в селе? Я пенсионерка, поменяла бы квартиру в городе на село».

Оксана Галькевич: А вот, кстати…

Константин Чуриков: Так вот давайте сейчас начнем наш SMS-опрос, касается он сельских жителей. Из деревни в город переехать хотите? – пожалуйста, нам отвечайте «да» или «нет» на номер 5445, это наш SMS-портал, в конце этого часа подведем итоги.

Оксана Галькевич: Валентина Алексеевна, напомните еще раз, как давно вы приехали в это село Борисоглеб? Когда начали?

Валентина Киренкова: В 2008 году.

Оксана Галькевич: То есть мы поняли, что картина тогда и картина сейчас в этом селе были две совершенно разные ситуации?

Валентина Киренкова: Ну все равно как ни говори, а жизнь развивается. Естественно, когда люди работают на производстве, на котором регулярно платится зарплата, это и сказывается на жизни селян обязательно.

Оксана Галькевич: Я вот просто это к чему спрашиваю? К тому, что вот вы, человек, который пришел со стороны, вы не местный житель, вы не коренной, вы все-таки несколько со стороны приехали туда на постоянное место жительства, организовали там предприятие. Чего, по-вашему мнению, ему не хватало и чего до сих пор не хватает?

Валентина Киренкова: Инициатив, я думаю.

Оксана Галькевич: Инициатив?

Валентина Киренкова: Да, инициативы со стороны предпринимателей, бизнесменов, жителей этих сел, которые могут развивать свой бизнес. Естественно, когда развивается бизнес, хочется, чтобы в округе было не только у тебя хорошо, но и в округе это было, этот пример заразителен.

Константин Чуриков: Почему тогда в округе ничего нет? У вас на предприятии работает 150 человек, население Борисоглебска 700 человек. Получается, это такое селообразующее предприятие?

Валентина Киренкова: Я бы сказала, что оно районообразующее.

Константин Чуриков: Так, а в районе почему ничего нет другого?

Валентина Киренкова: Вы знаете, когда мы пришли в 2008 году, в районе было 15 хозяйств, и каждый год одно из хозяйств закрывалось. Причем директор того хозяйства, которое было у нас, он говорил, что не хватает денег, не хватает денег. Но когда мы его спросили: «Ну вот тебе сегодня дай 100 миллионов денег, что ты с ними сделаешь?» – он знаете что сказал? «Я куплю соломорезку». – «А дальше куда?» – «А я не знаю, куда их потратить». То есть наличие денег совершенно не единственное условие, для того чтобы получалось развитие села.

Константин Чуриков: Секунду, это важно: все-таки, смотрите, кредит 400 миллионов и 600 миллионов своих денег, до этого вы занимались бизнесом. Каким бизнесом, где вы взяли вот эти исходные 600 миллионов?

Оксана Галькевич: Но не бизнесмен по образованию, радиоэлектроника.

Константин Чуриков: Вот первоначальный капитал откуда был на это все?

Валентина Киренкова: Наш бизнес образовался в 1988 году, когда у нас вышел закон о кооперации. Мы одни из первых предпринимателей, которые стали вообще в России. В этом году нашему бизнесу 30 лет, и за это время мы чем только ни занимались, честно говоря.

Константин Чуриков: Ну чем?

Валентина Киренкова: Первоначально это были разработки, наш кооператив в то время разработал стиральную машину «Лилия-мини», которая, в общем-то, продавалась в России. Затем мы занимались торговлей, от маленького магазина до большой торговой сети, в один прекрасный момент мы ее продали. Поскольку мы радиоинженеры, мы были первыми провайдерами Интернета в Муроме…

Константин Чуриков: Ничего себе.

Валентина Киренкова: Потом занимались бытовыми услугами, у нас есть оздоровительный центр. Мы построили два торговых центра, которые мы продали… В общем, мы создавали свой бизнес и продавали его.

Оксана Галькевич: Валентина Алексеевна, а вот мне интересно, в вашем окружении, в вашем селе, где вы сейчас живете, ваше предприятие работает, где-то там в районе таких людей, вы же их чувствуете, это как журналист журналиста видит издалека, – вы вот таких людей, как вы, видите, или их все-таки мало? Людей, которые могут вам составить по-хорошему конкуренцию и составить это бизнес-сообщество, поднимать людей?

Валентина Киренкова: Вы знаете, в селе нет конкуренции. Все, кто что-то делает в селе, очень доброжелательно все относятся, администрация относится, жители к этому очень доброжелательно относятся. Там столько простора, что «конкуренция» в данном случае, наверное, неуместное слово.

Константин Чуриков: Надо было режиссерам в тот момент, когда Валентина Алексеевна рассказывала о предыстории, показывать Сергея Леонидовича и меня, потому что у нас просто челюсти отвисли.

Сергей, как вы считаете, это исключение из правил, то, о чем нам сейчас рассказывает Валентина Алексеевна?

Сергей Лесков: Ну конечно, это исключение из правил.

Константин Чуриков: Вы много областей проехали.

Сергей Лесков: У меня есть предложение, что надо сделать, чтобы Владимирская область процветала. Учитывая некоторые особенности российского государственного устройства, самое большое, что можно было бы сделать для Владимира, – это перенести туда, например, Государственную Думу.

Константин Чуриков: С какой целью?

Сергей Лесков: С какой целью? У нас… Значит, плюсов очень много. Во-первых, сами депутаты, мы только что говорили…

Константин Чуриков: …уезжают из Москвы.

Сергей Лесков: …безумно оторвались от народа и не знают, как живет народ, а тут, может быть, они бы и увидели, в общем-то, чем дышит Россия. Кроме того, туда пошли бы инвестиции в этот регион: у нас развиваются только властные структуры, вокруг них на самом деле какие-то райские кущи процветают. Если нет какого-то символа власти, то получается, что, в общем, этот регион оказывается депрессивным. И это далеко не все: это облегчило бы участь Москвы, которые пока как пылесос высасывает из провинции все ресурсы (и экономические, и людей, причем не худших). Почему Конституционный суд переехал в Санкт-Петербург? Но этого мало, надо из Москвы выбросить поочередно все государственные структуры, оставить здесь, предположим, только администрацию президента. Если взять самую процветающую страну в Европе (а Россия ведь Европа) Германию…

Константин Чуриков: Часть России есть Европа, скажем так.

Сергей Лесков: Часть, да. В Германии все министерства, все федеральные ведомства находятся в разных федеральных землях, это известно, они рассредоточены, в Берлине сидит только одно ведомство. Так надо сделать и в России. У нас ведомств больше, чем где бы то ни было, хватит на все 80 регионов.

Константин Чуриков: Сергей, но куда эти ведомства, депутатов, недепутатов направить? Потому что они приедут в село Борисоглеб, они подумают, что все хорошо, что вот таких, как Валентина Алексеевна, очень много, и страна, село живет прекрасно. Куда их лучше направить?

Сергей Лесков: Нет, я думаю, что механизм будет другой. Каждый депутат может стать шефом-донором (у вас там доярки, а тут доноры будут) для каждого этого умирающего хозяйства.

На самом деле наша экспедиция… Вот хорошо, что в Борисоглебе есть процветающая ферма, а в принципе куда ни приедешь, везде нам рассказывают, что в нашем селе был колхоз-миллионер, в нашем селе был колхоз-миллионер, а сейчас мы весь скот забили, потому что невозможно. Каким образом вообще выживает село, для меня загадка, но в общем-то ответ есть: все молодые парни уезжают в города, предположим, из Вологодской области работают на череповецком комбинате. Скот уже не держат, детские сады закрывают, школы закрывают. Вот в этом замечательном селе есть же школа?

Валентина Киренкова: Есть.

Оксана Галькевич: Конечно, 700 человек.

Сергей Лесков: Есть, по-моему, и какой-то больничный пункт.

Валентина Киренкова: Есть.

Сергей Лесков: И живет село. Я, кстати говоря, думаю, я даже для себя вывел некоторую формулу: село живет до тех пор, пока там есть библиотека.

Оксана Галькевич: Давайте послушаем Юрия из Санкт-Петербурга, давно довольно ждет уже на линии. Юрий, здравствуйте, слушаем вас.

Зритель: Добрый вечер, ничего страшного. Я хотел поддержать Сергея по поводу того, что, понимаете… Да, в первую очередь хочу сказать, что маленькие хозяйства, вот эти фермерские, которые нам все время стараются воткнуть сюда в Россию, они не пройдут. Понимаете, у людей нет ответственности, потому что он сегодня захочет сажать картошку, а завтра он раздумает, послезавтра он напьется или займется другой деятельностью.

А колхоз, когда директор в колхозе не пьяница и не вор, это прекрасно задуманная штука. Когда люди в колхозе садятся за стол и каждый выставляет свое сделанное в этом колхозе, то получается богатейший стол, и радость у людей, и школа маленькая, понимаете? Школы ни в коем случае закрывать нельзя, пусть даже там 10 человек учится, а на 3 села можно сделать какой-нибудь торгово-развлекательный центр, что туда люди будут на выходные ездить. По-моему, очень много людей сейчас просто хотят ехать на землю, скучают о ней, переживают, надо восстанавливать все. Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Да, Юрий, но ведь земля – это еще и определенное обременение, кроме того, что она стоит денег, пункт №1, она еще и требует вложений, элементарно за нее надо платить налоги, нужно обрабатывать, нужно кучу денег. Вы миллиард вложили.

Валентина Киренкова: Да, а с тремя рублями в сельском хозяйстве делать нечего.

Оксана Галькевич: Валентина Алексеевна, но не только земля ведь стоит обременений. Знаете, мы когда обсуждаем эти темы, понятно, что люди возмущаются, что закрываются школы, понятно, что люди хотят, чтобы были торговые центры на 3 села. Но вы вот как бизнесмен, как предприниматель, деловой человек понимаете, что за всем этим тоже ведь стоит определенная экономика.

Валентина Киренкова: Конечно.

Оксана Галькевич: Держать школу на 10 человек, когда там уже, собственно… Строить торговый центр на 3 села, где нет жителей, невозможно.

Валентина Киренкова: Я даже хуже скажу. Я же общаюсь с директорами школ, и есть школы, в которых 3 человека выпускаются, а есть школы, в которых 10, и сотрудники, учителя, все говорят, что уровень знаний в школе, чем больше школа, тем уровень знаний детей совершенно другой.

Оксана Галькевич: Лучше или хуже?

Валентина Киренкова: Лучше.

Сергей Лесков: Лучше, конечно.

Валентина Киренкова: Зачем делать вот эти маленькие школы? Может быть, я непопулярно сейчас скажу, маленькие школы, в которых один учитель ведет несколько предметов, естественно, он не может дать тех знаний, ну не может человек…

Сергей Лесков: Ну есть программа «Школьный автобус», да?

Валентина Киренкова: Вот. Единственное, что нужно делать, – надо делать шикарную школу, чтобы она была лучше, чем условия жизни на селе, лучше, чтобы ребенок, придя туда, хотел идти в эту школу, чтобы там было тепло, красиво, уютно.

Константин Чуриков: Ну вот мы видели этого паренька, школьника, который читает, который ходит в библиотеку. Еще не факт, что его сверстники так же знают некоторые пласты литературы.

Оксана Галькевич: В городах ты имеешь в виду, да?

Константин Чуриков: И еще сообщения поступают: «Хватит финансировать Москву». Челябинская область, пишет наш зритель: «Не на что ехать».

У нас еще много звонков. Давайте послушаем Викторию из Кировской области. Виктория, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Вы в городе или в селе? У телевизора звук выключайте, нас в трубке слушайте.

Зритель: Здравствуйте. В свое время, в 2008 году мы тоже с мужем, горожане, из города Кирово-Чепецка… Сегодня выступал на телевидении наш губернатор Васильев, ну не получилось у меня дозвониться, хотя были, конечно, к нему вопросы определенного рода, но это так, к слову. Хочу сказать о том, что мы, горожане, переехали в деревню, купили дом в собственность с землей, и вот в течение этого времени мы пытаемся заниматься своим хозяйством не для бизнеса, как ваша гостья в студии, а просто для того, чтобы питаться, как-то поддержать в такое сложное время себя продуктами питания. Держим мы птицу (гуси, курицы, утки) и двух поросят. Хочу сказать, что на данный момент мы даже не можем позволить себе завезти козу. Кировская область заросла борщевиком, тот участок… Это как по фильму «Кавказская пленница»: «Имею желание, но не имею возможности».

Константин Чуриков: Да-да.

Зритель: У нас даже гусей пасти негде, кругом один борщевик. Деревня в одну улицу расположена около бывшего совхоза-миллионера, о котором говорили. Тут точно так же, как сейчас очень многие совхозы, колхозы пришли в упадок, поэтому поддержки нашей деревне в одну улицу, расположенной в 3-х километрах от этого населенного пункта, абсолютно никакой. Хочу сказать еще о том, что даже мы хотим что-то держать и для себя производить, не на продажу, хочу отметить, это не бизнес, это только для своей семьи. Вы знаете, насколько сложно в области…

Вот я живу в Кирово-Чепецком районе, губернатор смотрел, он знает, какой это район, – мы покупаем корма по цене, допустим, для куриц 1 килограмм зерна стоит 10 рублей. При всем при том, что мы должны сами приехать, сами загрузить, сами отвезти, это мы с мужем, разгрузить. Это очень дешево, потому что дальнейшая цена – это 12, 13 и выше. Но это полбеды, мы не знаем, где взять корма, это первое. Мы не знаем, где взять отпил: лесной край, лесопилки стоят, отпил, чтобы подстелить курицам, подсыпать, за это мы заплатили, привезли машину небольшую, 1 200. Вот и вывод о том, что выгодно или невыгодно, даже если ты хочешь что-то держать, вот такая ситуация.

И еще вот у меня один вопрос к Сергею Лескову, вашему гостю. Я глубоко его уважаю, с вниманием смотрю, когда он у вас выступает в «Личном мнении». Вот такой вопрос, Сергей, забыла отчество…

Константин Чуриков: Леонидович.

Зритель: Леонидович, извините. Вот ваше мнение о принятом в первом чтении законе о туалетах. Потому что мы вот даже хотели что-то, с дворами разбираться или как-то, но мы попросту боимся.

Константин Чуриков: Спасибо.

Сергей Лесков: Ну прежде всего я скажу, что я был в Кирово-Чепецке. У меня остались яркие воспоминания о вашем городе. По-моему, нет на нашей планете города, где было бы больше химических комбинатов. Как вы там умудряетесь заниматься сельским хозяйством, для меня загадка, там вздохнуть невозможно.

Константин Чуриков: Борщевик и химия.

Оксана Галькевич: Такие вот у нас героические женщины, вот у нас в студии и там, в Кировской области.

Сергей Лесков: Вот, наверное, поэтому борщевик и растет. Поэтому исходя из моей теории, для того чтобы в Кирово-Чепецке была нормальная жизнь, туда должно переехать Министерство экологии и природных ресурсов.

Оксана Галькевич: Понятно, вы уже всем раздали по министерству.

Сергей Лесков: Ну да, пусть дышат там.

Константин Чуриков: Сергей сегодня в ударе, да.

Оксана Галькевич: Смотрите, у нас очень много сообщений…

Сергей Лесков: Кстати говоря, из Кирово-Чепецка ведь родом самый гениальный советский хоккеист Александр Мальцев, который в 15 лет играл лучше, чем все взрослые мужчины. Может быть, он тоже в какой-то степени мутант химический?

По поводу закона, о котором вы спрашиваете, – ничего о нем не знаю.

Константин Чуриков: Самый важный закон-то вы и пропустили.

Оксана Галькевич: Давайте просто пойдем дальше…

Сергей Лесков: А почему же общественные туалеты так интересуют Кирово-Чепецк?

Константин Чуриков: Видимо, индивидуальный деревянный.

Оксана Галькевич: Потому что проблема там с этим, наша телезрительница пыталась это объяснить.

Очень много сообщений на нашем портале. Например, из Ленинградской области пишут: «Приезжайте к нам, посмотрите, как у нас живет село: закрыли магазин, закрыли ФАП, в селе осталось больше 100 человек, работы нет никакой». Таких сообщений на самом деле с какой-то безвыходной ситуацией очень много. Но есть Москва и Московская область: «Коренной москвич, 56 лет, хочу в деревню», – такие тоже пишут.

Валентина Киренкова: Пускай приезжает.

Оксана Галькевич: Давайте сейчас подключим к нашей беседе еще одного человека. На связи с нами сейчас Дмитрий Лисицын, сопредседатель исполнительного комитета Экспертного совета по малым территориям как раз Москвы.

Дмитрий Лисицын: Добрый день, коллеги.

Константин Чуриков: Здравствуйте-здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Дмитрий Владимирович.

Константин Чуриков: Дмитрий Владимирович, ну смотрите, мы видим, налицо успех того предприятия, того начинания, которым занимается Валентина Киренкова. Мы видим просто целый ворох сообщений о том, как все плохо на селе в разных регионах страны. Мы понимаем, что есть пример человека конкретного, и мы думаем, как нам это все распространить на другие регионы страны. Возможно ли это и при каких условиях?

Дмитрий Лисицын: Ну такие, скажем так, попытки предпринимаются, существуют всевозможные банки проектов, существуют базы, которые собирают лучшие практики по всей стране. Собственно говоря, сами практики, можно сказать, в определенной степени накоплены, то есть говорить о том, что у нас прямо есть недостаток самих хороших начинаний, проектов, наверное, не приходится. Скорее у нас есть недостаток ресурсов, воли, может быть, какой-то осмысленной государственной политики.

Константин Чуриков: Дмитрий Владимирович, вы сказали, что есть банки практик, слово «банки» меня прямо включило, я вспомнил, что сегодня Центробанк повысил ключевую ставку до 7.75%. Видите, кредиты подорожали. Так, наверное, без денег-то нечего делать, как нам наша гостья говорит, в сельской местности, ничего не откроешь. Как сделать так, чтобы кредиты стали доступны тем, у кого есть пакет этих удачных практик?

Дмитрий Лисицын: Это действительно очень существенная проблема, я имею в виду вообще недостаток финансирования. Собственно, она стоит не только перед сельской местностью, но и перед малыми городами, мы это называем перевернутой бюджетной пирамидой, то есть когда налоги на продукцию, произведенную или реализованную на территории муниципалитета, уходят в бюджеты более верхнего уровня (или в федеральный, или в региональный). И сейчас ведется достаточно интенсивная работа со стороны экспертного сообщества и со стороны представителей самих городов.

Здесь, наверное, таким лидером этого движения можно назвать мэра города Суздаля Сергея Владимировича Сахарова по тому, что часть каких-то налогов все-таки оставлять на меня. В частности, в Суздале, насколько я знаю, смогли добиться того, что часть налогов от слабоалкогольной продукции (знаменитой суздальской медовухи) остается именно в бюджете города Суздаля. И в принципе, конечно, упрощенное налогообложение – это действительно та мера, которая сейчас рассматривается именно для поддержки небольших поселений в силу того, что это показывает свою действенность, здесь регион сам вправе решать, сколько денег…

Константин Чуриков: А медовухи, хреновухи и клюковки у нас достаточно.

Оксана Галькевич: Суздаль на самом деле является таким довольно посещаемым местом, интересный в этом смысле пример. Спасибо большое. На связи с нами был Дмитрий Лисицын, сопредседатель исполнительного комитета Экспертного совета по малым территориям Москвы.

Вы знаете, вот вспомнил наш собеседник Дмитрий Владимирович сейчас об упрощенном налогообложении, и я сразу вспомнила, что в Российской империи были разные режимы налогообложения для городов и сельских территорий. Вот чтобы стать городом, получая статус города, ты получал соответственно и новую ставку налогообложения. Почему, например, Кимры, долгое время оставаясь сапожной столицей Российской империи, не хотели, так скажем, получать статус города, хотя населенный пункт на тот момент уже был достаточно большой. Может быть, с налогами, с налогообложением для сельских территорий тоже сейчас что-то придумать, подумать на эту тему, а не только министерства всем раздавать, Сергей Леонидович?

Сергей Лесков: Ну если поговорить с любым предпринимателем, да и вы не дадите мне соврать, то, в общем, стонут под тяжестью налогового бремени ну просто… По-моему, 70%, примерно такой объем…

Валентина Киренкова: Я с вами не соглашусь, честно говоря.

Константин Чуриков: Так-так.

Оксана Галькевич: Не согласитесь? Это очень интересно. Давайте, Валентина Алексеевна.

Сергей Лесков: Может быть, у вас на селе именно, в сельском хозяйстве другой режим, но предприниматели живут, конечно, в условиях жесточайшего прессинга, в том числе…

Константин Чуриков: Давайте сейчас сделаем паузу…

Оксана Галькевич: Очень интересно, если сейчас выяснится, что мы теоретики, а Валентина Алексеевна практик и у нее другой совершенно взгляд на эту ситуацию.

Сергей Лесков: Да нет, я просто излагаю то, что я слышу от многих и многих.

Валентина Киренкова: Поскольку у меня 30-летний опыт бизнеса, я все системы налогообложения знаю за 30 лет.

Константин Чуриков: Вы платите все налоги.

Валентина Киренкова: Мы платим, естественно, все налоги, поскольку мы входим в нацпроект, если мы не заплатим налоги, мы не получим никаких субсидий, то есть мы 100%-ы плательщики всего того, что нам причитается.

Оксана Галькевич: А как же налоговый гнет, вот эта вся история?

Валентина Киренкова: Вы знаете, мне платим единый сельхозналог. Если мы вкладываем большие деньги в развитие, то по сути дела за 10 лет мы единого сельхозналога не заплатили, потому что наши расходы превышают доходы. Но это касается как раз инвестиционных предприятий, так скажем. С нового года вводится НДС для плательщиков единого сельхозналога, и вот это изменение системы налогообложения, честно говоря, ни сажая, ни сея, ни выращивая, оно позволит предприятиям, на мой взгляд, улучшить просто свои показатели, потому что другая система налогообложения. То есть финансовое состояние будет одно и то же, а показатели предприятий будут совершенно другими.

Оксана Галькевич: Как интересно.

Константин Чуриков: Вы первый человек за последние несколько месяцев, который хвалит налоговые изменения с нового года. Еще раз, что это значит? Вы конкретно говорите о налоге на добавленную стоимость с…

Валентина Киренкова: Налог на добавленную стоимость вводится для предприятий, которые применяют единый сельхозналог.

Константин Чуриков: Так. Мы-то слышали и в основном сейчас говорят как раз про плюс 2%, было 18%, станет 20%.

Валентина Киренкова: Ну мы-то вообще не платили НДС, мы не были плательщиками этого налога. Получается за счет чего? То, что мы продаем, мы увеличим на 10% НДС, поскольку наша ставка 10%, например, на молоко, на мясо. Но мы будем вычитать входящий НДС, а он, как правило, 20%. И поэтому мы, я думаю, не очень-то будем много платить НДС, но из себестоимости 20% затрат…

Сергей Лесков: А вы молоко по какой цене сдаете?

Валентина Киренкова: 26-27 рублей.

Сергей Лесков: За литр?

Валентина Киренкова: За килограмм.

Константин Чуриков: Горожане, все слышали? – 26-27 рублей.

Сергей Лесков: То есть дешевле воды в магазине.

Константин Чуриков: Ну у нас бутылка воды в Останкино, сейчас вот пойдем вниз, спустимся, 45 рублей.

Валентина Киренкова: У нас родниковая не стоит этих денег.

Константин Чуриков: Вот так.

Сергей Лесков: То есть молоко после всех этих трудовых подвигов стоит дешевле, чем вода?

Валентина Киренкова: Молоко… Селяне всегда сравнивают, знаете, молоко не с водой, а с соляркой. Вот все говорят, что молоко должно стоить столько же приблизительно, сколько солярка, тогда вообще село будет процветать.

Оксана Галькевич: А логика такого сравнения в чем, объясните нам?

Валентина Киренкова: Вот исторически так сравнивают.

Сергей Лесков: Солярка дороже.

Валентина Киренкова: Солярка дороже почти в 2 раза, а были времена, примерно 3-4 года назад, когда солярка почти равнялась цене молока.

Сергей Лесков: И тем не менее вам содержать такое огромное стадо, как войско Чингисхана по числу голов, все равно выгодно?

Валентина Киренкова: Я не могу сказать, что там огромные прибыли, совершенно не доходный бизнес, я уже сказала, что эти вложения вряд ли окупятся в ближайшее время. Но мы этим занимаемся и не собираемся это бросать.

Константин Чуриков: У нас одна минута, чтобы выслушать звонок.

Оксана Галькевич: Я просто хочу это подчеркнуть на самом деле: друзья, обратите внимание, люди вложили своих денег очень много и не рассчитывают на то, что они вернутся даже, продолжают работать.

Сергей Лесков: То есть прибыли нет?

Валентина Киренкова: Практически нет.

Сергей Лесков: Но как же, бизнес существует ради прибыли.

Валентина Киренкова: Вы знаете, разный бизнес есть у людей. Может быть, наше предприятие еще не дошло до той ситуации, когда оно будет очень прибыльным. Конечно, цена молока сказывается, несомненно, я считаю, что она должна быть минимум на 10-20% больше, но, к сожалению, диктует цена…

Сергей Лесков: И все равно оно будет дешевле солярки.

Валентина Киренкова: Все равно будет дешевле.

Константин Чуриков: Вы говорили, что ваш предыдущие предприятия, начинания вы рано или поздно продавали.

Валентина Киренкова: Да.

Константин Чуриков: Вот это предприятие продадите?

Валентина Киренкова: Вы знаете, к сожалению, мой муж заболел и умер, и когда он заболел, мы решили это наше предприятие продать. Пришли покупатели, тяжелый труд, непонятно, потянула ли бы я вообще в принципе это хозяйство. Нам предложили цены, которые, в общем-то, неприемлемы, то есть считалось, что можно продать его за какие-то небольшие деньги, а с учетом того, что у нас был большой кредит еще в то время, залог на имущество наложен, пришлось отказаться от этой мысли продать и доводить его до того состояния, чтобы оно было рентабельным, перспективным и радовало нас.

Константин Чуриков: Ну сельское хозяйство – это игра вдолгую.

Валентина Киренкова: Да, несомненно.

Константин Чуриков: Давайте подведем итоги нашего противоречивого опроса, судя по результатам. Мы спросили, хотят ли люди, сельские жители из деревни в город переехать: 45% сказали «да», «нет» все-таки большинство, 55%, чуть больше половины.

Оксана Галькевич: Большинство все-таки на вашей стороне, будет вам и с кем работать, и с кем хозяйство поднимать.

Спасибо нашим гостям. Мы вам желаем удачи, Валентина Алексеевна.

Валентина Киренкова: Спасибо.

Оксана Галькевич: Дальнейшей рентабельности, крепости, стабильности в вашей работе, какого-то преумножения капитала. Генеральный директор ООО «Борисоглебское» была в нашей студии, Валентина Алексеевна Киренкова…

Константин Чуриков: Это наша гостья, Ну и, конечно же, коллеге нашему Сергею Лескову большое спасибо, обозреватель ОТР у нас тоже был в студии, участник экспедиций ОТР прошлых и будущих.

Оксана Галькевич: Заслуженный, можно сказать, неоднократный. Спасибо.

Константин Чуриков: У нас еще не все.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

И Экспедиция ОТР во Владимирскую область

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты