Валерий Федоров и Алексей Рощин. Новогодние мечты: решения каких проблем россияне хотят больше всего?

Гости
Алексей Рощин
социальный психолог «Центра политтехнологии»
Валерий Федоров
директор ВЦИОМ

Константин Чуриков: Три дня остается до Нового года, хочется понять, какие сейчас у вас предновогодние желания, чего бы вы хотели попросить у Деда Мороза. Ну да, мы перед Новым годом все как будто немножко впадаем в детство, вот мы, уже взрослые люди, но у каждого же есть мечта.

Марина Калинина: Тем не менее.

Константин Чуриков: О чем мечтаете, расскажите. Буквально одна реплика…

Марина Калинина: Давайте несколько цифр скажу. Большинство наших сограждан на Новый год попросили бы у Деда Мороза здоровья для себя и своих близких, 39% попросили бы настоящего счастья, 32% большую сумму денег, 15% в качестве подарка на Новый год заказали новый автомобиль, 14% новую квартиру или путешествие, 7% хотят от Деда Мороза новый смартфон, 5% хотят жениться или выйти замуж соответственно, для 4% желание родить ребенка, 3% хотели бы получить в качестве подарка какое-то ювелирное украшение. Это агентство «Ромир» устроило такой опрос, вот результаты.

Константин Чуриков: Да. Сегодня днем вы уже начали обсуждать эту тему и выяснили с помощью нашего эксперта в студии Светланы Барсуковой из Высшей школы экономики, что надо обращаться не к Деду Морозу, а к близким людям, к своему окружению, эти люди в состоянии помочь.

Светлана Барсукова: В тех странах, где государство не может заботиться о вас, заботиться надо о себе не в том смысле, что огородиться от мира и заботиться буквально о себе, живущих только в этой квартире. Мы, коллеги, друзья, соседи наши, сослуживцы, однокурсники, одноклассники – вот тот социальный мир, который должен сплотиться вокруг нас и сплести подушку безопасности, только так можно выжить. Умирают в одиночку, выживают только сообща. Потому что наверняка у кого-то из друзей есть возможность вас трудоустроить, у кого-то из бывших одноклассников оказался неработающий или ненужный холодильник. Давайте напоминать чаще о том, что мы есть, звонить, писать письма, приглашать на чай. Еще раз мой совет – внимательнее относитесь к своему социальному окружению, и оно отблагодарит вас. И жизнь будет комфортной несмотря на то, какие показатели макроэкономического роста Минфин или Минэк опубликует на следующий год.

Константин Чуриков: Уважаемые зрители, расскажите нам, о чем мечтаете? 5445, уже идут вовсю SMS. Вологодская область: «Мечтаю проснуться 1 января в Советском Союзе». Башкортостан: «Мечтаю, чтобы меньше врали». Алтай: «Дедушка Мороз, хочу новый трактор» и так далее, будем возвращаться к вашим SMS, пускать их на экран и говорить об этом.

Марина Калинина: «Сделай чудо – закончи ремонт трассы Е-95, уже вышли все сроки», – вот такие вот сообщения вы пишете.

Константин Чуриков: Давайте сейчас представим наших гостей. У нас в студии Валерий Федоров, директор ВЦИОМ, Всероссийского центра изучения общественного мнения, и Алексей Рощин, социальный психолог «Центра политтехнологий». Добрый вечер, уважаемые эксперты.

Марина Калинина: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Вы знаете, давайте все-таки оттолкнемся от такого психологического состояния россиян.

Марина Калинина: Психологическое – это к вам.

Константин Чуриков: Есть ощущение, что совсем невесело большинство людей в нашей стране особенно в этот Новый год.

Алексей Рощин: Ну 2018 год на самом деле вообще был действительно достаточно тяжелым, это признают сейчас многочисленные эксперты, не только психологи, но прежде всего экономисты, политики и так далее. Много всего было закручено в этот год. Начался он, может быть, с некоего всплеска народных надежд, которые у нас, как мы понимаем, были связаны с выборами нового старого президента, соответственно, с многочисленными обещаниями, настроем. Значит, люди были слегка разочарованы тем, что осталось практически прежнее правительство, а после этого пошли уже один за другим различного рода сюрпризы.

Естественно, главный сюрприз неприятного характера – это повышение пенсионного возраста и наметившаяся некая трещина, можно сказать, в отношениях между населением и властью, что отразилось, в частности, в прошедших региональных выборах. Соответственно, можно сказать, что на многие вопросы, которые появились у людей в 2018 году, они не получили устраивающих их ответов, каких-то прорывов экономических у нас тоже за это время не было отмечено, и люди, в общем-то, встречают Новый год достаточно тревожно, потому что непонятно, что будет дальше.

Константин Чуриков: Валерий Валерьевич, посмотрели подробную презентацию доклада ВЦИОМ по поводу настроений, эмоций, чувств, ожиданий россиян в канун 2019 года. Я обратил внимание на такую инфографику: «С каким чувством вы провожаете год и встречаете новый?» «Скорее с плохим настроением, пессимистическими ожиданиями» – в этом году 21% так заявил, и я смотрю, это вообще максимальный показатель за последние 12 лет.

Валерий Федоров: Да, исторический максимум, так же много было только в 2008 году в декабре, тогда, напомню, по планете прошелся мировой экономический кризис, а у нас он стартовал чуть позже, но уже было понятно, что все, сейчас цунами начнется, тогда 20% демонстрировали плохое настроение и пессимистические ожидания, сейчас 21%. Больше за 12 лет такого не было. А если сравнить с декабрем 2017-го, только 11%, то есть двукратно выросло.

Марина Калинина: А какие еще изменения характерны для этого года по сравнению с прошлыми годами? Чем особенно отличился этот год в умах россиян?

Валерий Федоров: Год был противоречивый, амбивалентный. Если сравнить собственную реальность, повседневность, жизнь, здоровье, семью, работу, доходы, детей, образование, то на самом деле каких-то катастроф, срывов, провалов не было. Когда мы спрашиваем, каким этот год был лично для вас, для вашей семьи, у нас ответы очень даже неплохие, очень удачным он был для 7%, в целом хорошим для 50%, скорее трудным для 28%, плохим и очень тяжелым для 12%, то есть баланс позитивный для себя. Более того, он более положительно выраженный, чем 2017-й.

Но если говорить о стране в целом, а сюда и экономическая ситуация, и перспективы, и изменения в законодательстве, и международное положение, санкции, конфликты, угрозы, то здесь это был, конечно, один из самых тяжелых годов. Если взять тот же самый временной отрезок, скажем, 10-12 лет, то сложнее, наверное, был 2015 год, если по цифрам судить, сложнее был 2009-2010-е гг. После этого самый сложный 2018 год, повторюсь, для страны, для страны в целом больше тех, кто полагает, что он был скорее трудным или плохим, очень тяжелым. Но вот эта вот реальность, как вы видите, расходится: получается, что у нас еще ничего и может быть даже очень ничего, а вот для страны в целом наступили тяжелые времена.

Марина Калинина: Алексей, вы сказали о том, что наметилась трещина между государством и людьми. Вот о том, что сейчас сказал Валерий, – не идет ли это к тому, что человек со своей семьей вообще абстрагировался от государства? То есть страна отдельно, государство отдельно, а я вот отдельно? То есть я буду выживать сам, вы мне не мешайте и особо меня не трогайте, как-то вот такие разные немножко направления.

Алексей Рощин: В принципе я бы сказал так, что вообще наше постсоветское население, построссийское население…

Валерий Федоров: Еще не построссийское.

Константин Чуриков: Еще пока российское.

Алексей Рощин: Пока еще российское, да.

Константин Чуриков: Мы еще, слава богу, существуем.

Алексей Рощин: Да. Оно вообще особо никогда не стремилось сливаться в экстазе с государством, можно сказать, такие яркие периоды прошли совсем недавно такого слияния, это 2014-2015-е гг., такая эйфория. А в целом, конечно, наши люди вообще всегда стремились жить на особицу, это еще такая древняя русская можно сказать традиция, то есть как бы несколько отдельно от государства, в своем мирке. Вот выступал тут эксперт из ВШЭ, она рассказывала про ближний круг. Вот в принципе она призывала к тому, что все россияне в принципе и так стремятся делать всегда.

Константин Чуриков: Тут уже один зритель написал: «Это же кого мне надо пригласить на чашку чая, чтобы у меня квартира новая появилась?» Действительно сложно.

Алексей Рощин: Да-да. Но проблема заключается в том, что, скажем, в этом году люди как-то начинают осознавать, что силы их ближнего круга может не хватить для поддержания или повышения своего уровня жизни, поскольку тенденция к снижению достаточно глобальна, то есть на самом деле все ее испытывают…

Марина Калинина: И ближний круг тоже немножко…

Алексей Рощин: Ближний круг тоже опускается и мы вместе с ним. И именно поэтому теряется это ощущение стабильности, из-за этого у нас в людях возрастает запрос, как отметили многие исследования, в частности осенние (Белановского и так далее), на справедливость, хочется теперь уже больше справедливости в распределении.

Константин Чуриков: Несколько сообщений. Пермский край: «Дедушка Мороз, мечтаю получать зарплату среднюю по региону». Ленинградская область: «Дедушка Мороз, мечтаю о порядочности во власти». Философские мысли, кстати, у некоторых зрителей, Шамиль мечтает забыть свои грехи, даже так.

Марина Калинина: Антонина у нас на связи из Самарской области. Антонина, приветствуем вас, говорите, пожалуйста, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте! Я вас поздравляю с наступающим Новым годом, желаю вам здоровья, творческой работы.

Константин Чуриков: Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо.

Зритель: И чтобы у нас мечта сбылась, в селе Кинель-Черкассы, самом большом селе России, чтобы открылся наконец детский сад… Он 3 года стоит, здание не работает, это у нас большая мечта села Кинель-Черкассы.

Константин Чуриков: Так и передадим Деду Морозу.

Марина Калинина: Дедушка Мороз, записал?

Константин Чуриков: Дед Мороз все слышит.

Еще сразу Татьяну из Волгоградской области послушаем. Вам тоже добрый вечер, с наступающим, Татьяна.

Зритель: Здравствуйте. С наступающим вас Новым годом.

Марина Калинина: Спасибо.

Зритель: Здоровья вам, всего вам самого наилучшего. Я, Татьяна, инвалид по зрению, и у меня желание, чтобы Дед Мороз помог мне обшить дом, утеплить, чтобы улицу не топить, и устроиться для прочтения книг для невидящих, то есть я не вижу, мне вот такое устройство. Вот и все мои пожелания. Спасибо вам за все. Всего доброго.

Константин Чуриков: Спасибо, Татьяна, с наступающим.

Марина Калинина: Спасибо вам.

Константин Чуриков: Валерий Валерьевич, вот тоже смотрю выводы, которые сделаны ВЦИОМ из полученной информации от респондентов: растет страх социальной несправедливости (собственно, многие сегодня ее ощущают), и как раз на втором плане доступность медицины, то, о чем нам наша зрительница рассказывает. Я хочу спросить, поскольку вы видите ситуацию не просто по стране в среднем, вы видите ситуацию по регионам отдельным, где у нас, можно сказать, такие прямо красные зоны, где вот опасно, где уже комплекс проблем довольно серьезный и настроения самые пессимистичные?

Валерий Федоров: Самые бедные регионы, конечно, где большие сложности с финансированием главных социальных сфер: здесь и образование, здесь и здравоохранение, здесь и дороги, здесь и жилищно-коммунальное хозяйство. Перечислять конкретику не буду, все-таки каких-то революций, к счастью, у нас не ожидается, мятежей, бунтов, восстаний – нет, мы не в той ситуации. Повторюсь еще раз, никаких катастроф не проходило и в ближайшее время не ожидается.

Константин Чуриков: Тут люди говорят, что они не хотят никаких потрясений, революций и прочего.

Валерий Федоров: Да, люди говорят, правда, не всегда это от них зависит. Тут не только, так сказать, люди важны, как известно, революции происходят при наложении целого ряда факторов. Так вот, значит, большинство из этих факторов у нас не в том состоянии, чтобы сейчас ждать каких-то мятежей. Речь скорее идет о том, что у нас в сентябре 2019 года будет очередной Единый день голосования, тоже довольно много регионов будет выбирать власть, и это, конечно, ситуация, к которой надо готовиться. Выборы пройдут в том числе в регионах, где власть непопулярна, где большинство или значительная часть избирателей считает ее неэффективной и хотели бы ее сменить.

Константин Чуриков: Алексей Валентинович, вот мы говорили о том, что был такой разнонаправленный год: сначала все было хорошо, Чемпионат, президента выбрали, зарплаты кому-то прибавили, а потом все плохо. С точки зрения социальной политтехнологии, когда лучше людям портить настроение, в какой период года? – в начале года лучше испортить, чтобы к осени, может быть, к выборам что-то стало выправляться, имеется в виду к губернаторским? В какой момент лучше это делать?

Алексей Рощин: Ну смотрите, на самом деле и здравый смысл подсказывает, и опыт, что, конечно, лучше испортить как можно раньше, чтобы к моменту эпохальных выборов люди уже как бы все забыли и уже приспособились. На самом деле, как совершенно очевидно, как, собственно, практически откровенно и признаются у нас наши «вожди», что они именно это и постарались сделать: только-только провели выборы президента и сразу же выкатили самую неприятную и самую такую болезненную реформу…

Марина Калинина: Но это же было во время Чемпионата мира по футболу, фактически в завершение его.

Алексей Рощин: Да, во время всеобщей эйфории…

Константин Чуриков: Пока мы гуляли по Никольской.

Алексей Рощин: Да, и так далее. То есть все было сделано, что называется, по науке. Но с другой стороны, проблема в том, что, возможно, есть такие реформы, которые когда их ни проводи, все равно хорошего не будет, потому что… Возможен, конечно, и обратный эффект, возможно то, что случится некий перелом настроений, как сейчас говорит Валерий, народ пока еще ворчит, выказывает недовольство, но ничего не делает, а может быть, как раз через какое-то время он уже и созреет, как раз к этому времени и будут выборы. Так что тут неизвестно, было ли на самом деле все правильно сделано.

Константин Чуриков: А помните, около месяца назад, может быть, чуть больше к Владимиру Путину приходил председатель Федерации независимых профсоюзов Шмаков, потом его даже цитировали агентства, ТАСС, – он сказал президенту, что люди очень обеспокоены растущими сборами, поборами, штрафами, налогами. И я прямо процитирую близко к тексту, что люди уже доведены до такого состояния, что достаточно любого скачка в их психике, чтобы произошло что-то непоправимое, какие-то массовые большие протесты. Скажите, пожалуйста, среди тех проблем, которые беспокоят, рост цен, инфляция, что доминирует? Низкие зарплаты, рост цен, налоги? Что является проблемой №1?

Валерий Федоров: Состояние системы здравоохранения, то есть доступность и качество. Доступность снижается, качество не растет по мнению значительного числа наших опрошенных. Дефицит высокооплачиваемых рабочих мест: безработицы нет, а хороших рабочих мест мало. Несправедливость во всем, прежде всего неравенство в доступе к суду, когда чиновник или его родственник или человек зажиточный кого-нибудь не дай бог задавит на дороге, наказание, которое он получит, по мнению людей будет сильно отличаться от того наказания, которое получит человек без связей. Отсутствующие карьерные лифты, то есть заканчивает ребенок, подросток или молодой человек ВУЗ, куда он дальше идет? На хорошее место, по мнению людей, он может устроиться только при наличии родственных связей или если взятку даст, а у детей чиновников, богатых людей, им такой золотой мост, дорога на лучшие места. Вот это все, конечно, людей напрягает, напрягает.

Сейчас ворчат, пока никуда действительно не выходят. Я напомню, летом наши политические партии пытались собирать митинги против повышения пенсионного возраста, никто не пришел. Сказали: ну ладно, это лето, жарко, не до того, отпуска, вот сейчас сентябрь…

Константин Чуриков: Не все их разрешали, по-моему.

Валерий Федоров: Ну их не разрешали только в период мундиаля, а он закончился 15 июля, поэтому там можно было после этого пособираться…

Алексей Рощин: В сентябре пытался…

Валерий Федоров: Никто не пришел. Сказали, что в сентябре будет осеннее наступление трудящихся. В сентябре объявили митинги, тоже никто не пришел. Все куда пришли? – все пришли на выборы, повезло на самом деле, что выборы были, что можно было таким законным, парламентским путем…

Константин Чуриков: По идее так и надо делать, собственно.

Валерий Федоров: Наверное, да. И что будет в следующем году? Еще раз, мы не ожидаем какого-то такого значимого, не видим по крайней мере поводов говорить, что сейчас народ выйдет на улицы, этого нет. Более того, проблема может и рассосаться, потому что я напомню, после того как выступил президент и сказал: «Да, мне самому реформа не нравится, но будем ее проводить, выхода у нас нет, мы должны это сделать сейчас, потому что иначе через 7-10 лет придется делать то же самое, но уже в гораздо худшей ситуации», – народ поворчал и замолчал. Тут, я думаю, риск в другом. Риск в том, что вот это у нас такое негативное настроение, ожидания скорее такие, что все пойдет не к лучшему, а к худшему, – это, конечно, не дает нам раскрутить мотор экономического роста.

Марина Калинина: А вот смотрите, про экономический рост. Не кажется ли вам, что наметилась такая тенденция у людей, что им надоело жить в таком болоте, где в принципе ничего не происходит, только немножко ниже их по чуть-чуть засасывает, засасывает, что люди готовы уже к какому-то рывку, в том числе экономическому, что вот эту кубышку уже надо как-то раскрыть, куда мы складываем разницу в цене от нефти, куда-то ее уже вложить, чтобы эти деньги работали. Люди готовы терпеть какие-то лишения какое-то время, но чтобы потом получить какой-то прогресс и действительно рывок, чтобы из этого болота каким-то образом начать уже вылезать.

Валерий Федоров: Нет, мне этого не кажется. Никто не готов ничего терпеть, уже терпели достаточно долго.

Марина Калинина: Вам тоже не кажется? Вы тоже считаете, что мы в этом болоте еще долго будем сидеть?

Алексей Рощин: Тут ведь у нас же и сам президент, как мы знаем, объявил именно концепцию прорыва, что нам нужно прорваться. Вообще слово «прорыв» звучит все чаще и чаще в наших агитационных материалах правительства. Но тут тоже проблема, потому что слово «прорыв» достаточно многозначно, то есть прорыв и вперед, и прорыв может быть, так сказать, в ткани.

Константин Чуриков: Ну и надорваться можно.

Алексей Рощин: Вот это людей и пугает. Можно прорваться куда-то, наоборот, вниз. Проблема нашего населения в том, что оно как раз ощутило некую зыбкость почвы под ногами скорее. То есть не то что люди рвутся куда-то вверх, а они вдруг многие, когда роста долго нет…

Марина Калинина: Не вверх, но хоть куда-то.

Алексей Рощин: …люди на самом деле вдруг начинают думать, докуда мы можем падать и где у нас там внизу страховочная сетка. Неожиданно народ понимает, что сетки никакой нет, реально на самом деле падать можно в принципе как угодно, никакого, как в западных странах, специального велфера, каких-то выплат компенсационных и так далее, у нас-то пособие по безработице, как мы знаем, порядка 2 тысяч именно среднее, которое выплачивается, и люди понимают, что на 2 тысячи они, конечно, жить не смогут в любом случае. И вот эта вот именно внезапно открывшаяся перспектива падать непонятно куда людей больше всего и тревожит, тревожность повышается.

Константин Чуриков: О чем мечтают россияне? «Дед Мороз, помоги исправить «двойку» по математике», – Дима, Курская область. Сбросить живот мечтают, «хочу полисос», так написано. Вы знаете, на самом деле про «пожить по-человечески» нам пишет Башкортостан, вот такие мечты незатейливые.

И спросим тоже Анатолия из Москвы. Анатолий, вы о чем мечтаете? Здравствуйте.

Зритель: Алло.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Марина Калинина: Говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте. Я очень хочу вас поздравить с наступающим годом. Для меня ваша передача – это №1, она мне очень нравится.

Константин Чуриков: Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: По ВЦИОМ, кстати, программа «60 минут» на канале «Россия». Так.

Зритель: Если бы я был президентом, я бы вам премию дал большую.

Марина Калинина: Ой, какая прелесть. Спасибо.

Зритель: Но я мечтаю, чтобы Новый год сделал так, чтобы мы, кто больше денег получает, тот больше налог платит, кто меньше, тот меньше.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок, Анатолий.

Кстати, Валерий Валерьевич, у нас постоянно возникает в публичном пространстве тема того, что надо отказываться от плоской шкалы налогов, что надо ее делать дифференцированной, прогрессивной.

Марина Калинина: Должна быть прогрессивной.

Константин Чуриков: Вот на эту тему, как-то она так вот вспыхивает и ее как-то гасят. Запрос на это насколько высок? Понимают ли россияне под этой шкалой как раз-таки, скажем, шаг навстречу социальной справедливости?

Валерий Федоров: Да, конечно. Огромное большинство россиян полагает, что налогообложение должно быть прогрессивным. Но правительство отвечает, что оно и так уже прогрессивное, потому что, во-первых, есть налоги на роскошь специальные: кто покупает яхты, самолеты частные, ювелирка, там налогообложение существенно выше, чем на хлеб, молоко и другие обычные продукты. Кроме того, говорят: извините, если вы получаете миллионы, а не десятки тысяч рублей, то по массе (пусть не в процентах, а по массе) вы платите гораздо больше. Ну и придумывают много других объяснений. В общем, не продвигается, конечно, эта тема, потому что все наши люди, которые получают много, считают, что, может быть, одно из узкого списка достоинств нашей социальной системы как раз-таки плоская шкала налогообложения, убедить их в противном очень сложно.

Марина Калинина: Екатерина из Пензенской области у нас на связи. Екатерина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый вечер. Вас с наступающим Новым годом.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Зритель: Хотела бы такой вопрос задать. О чем я мечтаю? Я недавно вышла на пенсию. О том, что я мечтаю… Здесь все, что проходит у вас в SMS, вы разговариваете, я тоже об этом мечтаю. Но в первую очередь я мечтаю о том, чтобы вот в это болото и эти бунты никогда не попали мои дети и внуки. Хотелось бы надеяться, что Россия все-таки с хорошими руководителями, с достойными руководителями выйдет на правильный путь и будет заботиться о своих гражданах, о своих непосредственно людях любой национальности, в любой республике, вся наша Россия чтобы процветала.

А у меня вот такая личная мечта или пожелание. Наш замечательный депутатский корпус, не собирать его как раньше в 5 лет. Я понимаю, сейчас жизнь идет очень быстро вперед, может быть, раз в год. А пускай бы они работали на своих местах, получали бы 30-35 тысяч, а остальные все их доходы, получаемые на данный момент, перераспределить на благо нашего достойного народа. Вот я думаю, что вот это такая моя маленькая мечта. Если бы она сбылась на уровне президента, руководства, то тогда, может быть, что-то и изменилось бы, покушали бы они хорошо и поспали сладко. Ну а вас всех с Новым годом, всем здоровья, россиянам, всем-всем мира и благополучия во всем мире.

Константин Чуриков: Взаимно, Екатерина, золотые слова.

Я обратил внимание, что у нас все чаще и чаще и зрители говорят, и в прессе пишут, как-то о депутатах стали вот так вот высказываться в последние годы определенным уже образом. С точки зрения политтехнологий что там надо подправить в этой консерватории, чтобы люди гордились депутатами, говорили, что вон какие у нас депутаты, какие они молодцы. Без иронии.

Алексей Рощин: Ну с депутатами ведь какая проблема? С депутатами в принципе, если реально поговорить с людьми и поспрашивать большую часть населения, выясняется, что почти никто не понимает, что они на самом деле вообще делают и зачем они нужны.

Константин Чуриков: Элементарно «знаете ли вы своего депутата?»

Алексей Рощин: Да, кто они такие и так далее. То есть в основном представление о депутатах, что это такие ходатаи перед руководством, которые должны ходить и как бы выбивать, допустим, тот же самый детский сад, чтобы в селе его наконец построили.

Константин Чуриков: Хлопотать.

Алексей Рощин: Хлопотать, да, или собирать эти самые наказы и ходить просить у тех, у кого есть реальная власть. И поэтому люди обижаются, что депутаты, оказывается, не ходят или ходят, но плохо…

Марина Калинина: Они даже на работу не ходят.

Алексей Рощин: Да, на работу, оказывается, не ходят, хотя у них работа именно должна состоять в том, чтобы ходить и просить эти самые детские садики, а они их не просят. Из-за этого люди не понимают, за что им тогда вообще платят деньги. Когда говорят, что депутатская работа это вырабатывать законы, то здесь…

Марина Калинина: …еще больше вопросов.

Алексей Рощин: …народ тем более не понимает, потому что в народе считают, что законы делает у нас правительство, на самом деле большая часть законов, если не 99%, которые принимаются, исходят из правительства, а не от депутатов, и опять непонятно, зачем они нужны. Соответственно, как можно улучшить отношение к депутатам? Наверное, только это произойдет в том случае, если у нас, что называется, Дума перестанет быть таким ритуальным собранием и действительно станет площадкой для дискуссий, какой она не является сейчас. Когда это будет, никто не знает.

Константин Чуриков: Валерий Валерьевич, сегодня открывал «Ведомости» (правда, электронную версию), я уже детально не воспроизведу, что они написали, но суть такая про итоги 2018 года, что россияне разочаровались во власти.

Валерий Федоров: Ну, может быть, речь идет о том, что рейтинги всех государственных и даже общественных институтов снизились в этом году, это действительно так, мы даже знаем, когда они снизились, в течение трех недель после 15 июня, когда было объявлено о повышении пенсионного возраста, по крайней мере председатель правительства впервые вышел с такой инициативой. Кто-то упал сильнее, кто-то слабее; президент, в частности, порядка 12% потерял, правящая партия побольше, Дума тоже прилично потеряла. Сейчас в декабре последние данные показывают, что чуть-чуть приподнялись, но это связано как раз, с одной стороны, с угасанием вот этой болезненной памяти (все проходит, все забывается немножко), а с другой стороны, все-таки предновогоднее настроение, мы всегда в конце года, если не происходит не дай бог чего-то такого из ряда вон, фиксируем повышение настроений, потому что все-таки хочется, чтобы было лучше.

Константин Чуриков: Оно еще все-таки, наверное, не просто забывается, а где-то кто-то об этом начинает меньше говорить. Или вы обратили внимание, как у нас сейчас любят выражаться официально, «изменения в пенсионной системе», то есть когда уже не говорят «пенсионная реформа», вроде ничего, нормально.

Валерий Федоров: Да. Плюс в январе же будет хорошая новость, я надеюсь…

Марина Калинина: Какая?

Валерий Федоров: Каждый пенсионер получит прибавочку по 1 тысяче рублей.

Константин Чуриков: Около тысячи, там плюс-минус в зависимости от…

Валерий Федоров: Около тысячи, да. Ну и ждем, конечно, других хороших событий прежде всего в экономической и социальной сфере. Если они будут и если их будет определенное количество, у нас есть хороший шанс все-таки переломить настроения к лучшему, а это очень важно. Я уже говорил, у нас мотор экономического подъема не раскрутится, если население и бизнесмены не будут активно участвовать в том самом прорыве. Пока никто не то что не горит желанием в нем участвовать, никто даже не верит в то, что он возможен.

Константин Чуриков: У нас сразу несколько звонков.

Марина Калинина: Подожди еще секунду, пока… Мы сегодня эту тему начинали обсуждать в первой части нашей программы «Отражение» днем, и когда мы спросили у зрителей, опять такой же вопрос задали, что бы они попросили у Деда Мороза к Новому году, очень много, удивительное количество просьб было по поводу кредитов, чтобы погасили их кредиты. Это еще один такой пласт проблем, который сейчас всплыл. Что по этому поводу?

Валерий Федоров: Все понятно, почему.

Алексей Рощин: Я бы еще мог сказать, что именно с точки зрения психологии очень интересны результаты ВЦИОМ, которые вы озвучили. Вспомним, что там было: счастье – абстрактная вещь, потом квартира, потом машина, потом iPhone, где-то внизу жениться или завести ребенка. Можно как это психологически интерпретировать? Ведь просить у Деда Мороза можно в двух плоскостях: или чего-то материального, чего тебе не хватает…

Марина Калинина: …или для души.

Алексей Рощин: …или отношений новых. И есть гипотеза, я думаю, она подтвердится, что когда человек благополучен, он больше ориентирован на отношения: встретить нового друга, жениться, больше детей, помириться с каким-то давним родственником, забыть грехи и так далее, а материальное будет тогда внизу. А если твое материальное положение тебя сильно беспокоит, то как раз отношения уходят на нижний план, сверху у тебя как раз вот эти запросы чисто конкретные: погасить кредит, получить квартиру наконец-то, купить машину, купить iPhone и так далее.

Константин Чуриков: Больше думать о духовном?

Алексей Рощин: Да, если мы закроем вот эту нижнюю часть своей пирамиды Маслоу, мы поднимемся выше.

Константин Чуриков: Если мы внезапно будем есть воображаемый бутерброд с черной икрой.

Валерий Федоров: А можно еще про кредиты?

Марина Калинина: Да, давайте.

Валерий Федоров: Про кредиты вообще очень интересно. Смотрите, у нас осенью 2016 года официально экономисты сообщили, что кризис закончился, осенью 2016 года, 2 года назад. Что наступает после завершения кризиса? Конечно, хочется, чтобы наступил рост, подъем. Как подъем воспринимается людьми, как они могут понять, что он наступил? Когда у них доходы растут. А доходы у нас практически не выросли, вся статистика показывает, что реально располагаемые доходы у нас на какие-то проценты или доли процентов, в общем, совершенно неощутимо. Более того, есть большие сомнения в этой статистике, неслучайно у нас поменяли главу Росстата. А позволить себе хочется побольше, потому что ты затянул пояс, ты долго жил, ждал, пока кризис закончится, ты накопил негативные эмоции, хочется позволить, а не можешь. Что делать? Надо брать кредит.

Марина Калинина: Брать взаймы.

Валерий Федоров: Но, увы, уже 2 года как берем в кредит, уже пришло время расплачиваться, а из чего расплачиваться, если доходы не прибавились либо доходы прибавились, но расходы выросли? Поэтому действительно плач уже стоит про эти кредиты, и я думаю, что у нас будут большие проблемы с перекредитованными гражданами.

Константин Чуриков: Нас сейчас смотрит Дед Мороз, Елена из Саратовской области тоже смотрит. Елена, здравствуйте, можете сразу к Деду Морозу обратиться. Добрый вечер.

Зритель: Ага.

Константин Чуриков: Там звук чуть-чуть запаздывает.

Марина Калинина: Елена, выключите, пожалуйста, звук в телевизоре.

Константин Чуриков: Нас в трубке слушайте.

Зритель: Да-да. Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Алло.

Константин Чуриков: Да-да, слышим вас. Говорите, обращайтесь к Деду Морозу.

Зритель: Здравствуйте.

Алексей Рощин: Вам колпак надо надеть.

Зритель: С наступающим вас Новым годом.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Алексей Рощин: Вас также.

Зритель: Дай бог вам здоровья и всего-всего самого наилучшего.

Я бы хотела вам такое сказать. Мечтаю в новом году, чтобы зарплата повысилась, потому что сейчас очень маленькая зарплата, 11 163 оклад у меня, я уборщица. Я бы хотела, чтобы зарплату прибавили в следующем году, потому что невозможно прожить на эту зарплату. Я из Саратовской области, тут очень большие цены на продукты, на все. Это очень мало, очень мало.

Константин Чуриков: Елена, есть две новости, одна хорошая, другая плохая. В будущем году, я так понимаю, вы называли только что минимальную зарплату…

Зритель: Да.

Константин Чуриков: В будущем году она вырастет. Плохая новость в том, что она вырастет только на 117 рублей, если верить тому, что Дума приняла.

Зритель: Ну хотелось бы побольше.

Марина Калинина: Ну это не от нас зависит, к сожалению.

Константин Чуриков: Передадим Деду Морозу, да.

Марина Калинина: Передадим, конечно.

Константин Чуриков: «Какой подарок вы бы попросили у Деда Мороза?» – с этим вопросом наши корреспонденты обратились к людям в некоторых городах страны, к взрослым людям. Давайте посмотрим.

ОПРОС

Марина Калинина: Вы с таким интересом смотрели этот сюжет. Я бы хотела, чтобы вы прокомментировали как-то ответы людей.

Алексей Рощин: Ну вот видите, на самом деле противоположность тому, о чем я говорил, тут действительно больше гораздо ответов как раз из области нематериальной: «хочу больше мозгов», например, мне очень понравилось, здоровья, собаку. Это ведь тоже нематериально, человек для души просит.

Марина Калинина: Для души.

Алексей Рощин: Да. И в этом смысле, если это все так, то действительно это замечательно. Люди все-таки не забывают о главном, о том, что все-таки Новый год волшебный праздник, что Новый год в любом случае должен принести что-то не просто новое, но и хорошее, именно на это и рассчитывают.

Константин Чуриков: Но не нам Валерию Валерьевичу рассказывать о том, как отличается очное интервью (тем более на камеру) от заочного. Потому что SMS, тут, в общем-то, очень много раздражения у нашей аудитории, мы понимаем людей, и вот ответы на камеру, которые вы услышали.

Валерий Федоров: Интервью хорошие. Я знаете как прокомментирую? Я назову ответы на вопрос, которые мы задаем респондентам. Вопрос звучит так: «Какие чувства вы испытываете в канун Нового года?» Тут, конечно, уже в самой формулировке некоторая такая подсказка, что канун Нового года, у всех уже улыбка. И что мы получаем? Конечно, на первом месте «радость, ожидание перемен к лучшему», 49%, это самый частый ответ. На втором месте «спокойствие и уверенность», тоже очень хороший ответ, 27%. Все остальные поменьше, но, увы, в этом году о них стали говорить чаще: «волнение» было 10% год назад, сейчас 15%; «усталость, опустошенность» – 8% год назад, сейчас 19%; «грусть» – 4% год назад, сейчас 10%; «разочарование» – 3% год назад, сейчас 10%. То есть смотрите, у нас скорее позитивный фон, но он немножко так вот уже отягощен даже в этот веселый, радостный праздник.

Константин Чуриков: Не в плане критики, просто хочется понять: а зачем вы так формулируете вопрос «с какими чувствами вы встречаете (готовитесь) встретить Новый год»?

Марина Калинина: Вроде как позитив получается.

Константин Чуриков: Да, как будто вы провоцируете на более такие радостные ответы.

Валерий Федоров: Мы много вопросов задаем, я вам обнародую одну сотую.

Алексей Рощин: Так вот даже провоцируют и все равно человек говорит «разочарование».

Валерий Федоров: Да, конечно, я об этом и хотел сказать, разумеется. Сейчас вот если не перелом, то какой-то надлом ощутился. И вот вы говорите: ну что, теперь у нас человек уже отделен от государства или нет? Вы знаете, мы действительно все живем давным-давно своим умом, знаменитая поговорка «подальше от начальства, поближе к кухне», никто ее не забыл. Но мы страдаем, когда государство о нас не заботится, мы очень страдаем. И вот повышение пенсионного возраста мы восприняли как то, что государство о нас не заботится, заботится о ком-то другом, и нам не хватает очень заботливого государства.

Константин Чуриков: Ну да, когда власть и кухня находятся в одном помещении.

Смотрите, нам многие пишут о том, что действительно пенсионеры нас смотрят, многие мечтают зубы поставить, пенсия этого не позволяет сделать. «Мечтаю поесть хорошей колбасы», – Карачаево-Черкессия, я тут разные вообще выбирал. «Мечтаю о натуральной шубе», – это у нас, кстати, Белгородская область, небедный регион, может быть, кто-то может себе позволить. «Мечтаю дожить до пенсии», – Вологодчина.

Марина Калинина: Давайте узнаем, о чем мечтает Галина из Иркутской области. Галина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Марина Калинина: Слушаем вас.

Зритель: Я тоже мечтаю, чтобы у меня… Я уже 20 с лишним лет нигде не была, хотя бы путевочку недалеко на соли в Усть-Куте, чтобы полечить суставы, у меня сильно больные ноги, одна нога оперирована, вторая на подходе. Вот мечтаю хоть какую-то путевочку поиметь.

Константин Чуриков: Галина, скажите, вы же из Иркутской области, правильно?

Зритель: Да-да, Иркутская область, до города далеко, Бодайбинский район, поселок…

Константин Чуриков: Подождите, а Усть-Кут как далеко от вас находится?

Зритель: Иркутск в тысяче километров…

Константин Чуриков: Вы сказали, что вы мечтаете съездить в Усть-Кут, ноги полечить. Мне просто хочется понять, о котором расстоянии идет речь, понять, почему это неосуществимо в течение всей жизни.

Зритель: Я живу на Севере, у нас тут прииски, у нас тут ничего этого нет. У нас даже на простое МРТ надо ехать, операция на глаза в Иркутске, 13 тысяч одна пенсия, туда и обратно надо 20 тысяч…

Марина Калинина: Понятно. Мы желаем вам здоровья и счастья в новом году, может быть, все-таки сбудется ваша мечта.

Константин Чуриков: Чтобы мечта сбылась.

Марина Калинина: Елена из Краснодарского края еще у нас на связи. Елена, приветствуем вас. Слушаем.

Константин Чуриков: Бежит Елена к телефону. Елена, здравствуйте, говорите, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте! Я вас слышу.

Константин Чуриков: Отлично, мы вас тоже.

Зритель: Я нахожусь в Краснодарском крае в Отрадненском районе. У меня такая маленькая просьба к Деду Морозу: сделайте, пожалуйста, моим родителям дорогу! У нас несколько лет тому назад пытались сделать дорогу через речку, у нас речка очень маленькая, называется она Гультюк.

Константин Чуриков: Гультюк называется, да?

Зритель: Да, Гультюк называется. Как ни обращаемся, наша местная администрация все время отвечает, что нет в бюджете средств, не заложены на это средства. Пытались обратиться в район, нам сказали, что надо обращаться по месту жительства. Получается круговая порука.

Константин Чуриков: Уважаемые мальчики и девочки Краснодарского края! Вы же уже большие мальчики и девочки, вы же знаете, что по поводу Гультюка надо не к Деду Морозу, надо на прямую линию президенту звонить. Пробовали куда-то повыше забраться?

Зритель: Да не получается, вам я звонила, с 20-го раза дозвонилась, жду, уже больше 20 минут вишу на вашей линии, вот только вам и смогла дозвониться в этом году.

Марина Калинина: Ну вот видите, значит, у вас все получится, раз вы нам смогли дозвониться.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок.

Уважаемые гости, у нас все меньше времени. Хочется осмыслить кучу информации, которую мы получили.

Марина Калинина: Кость, прости, еще очень много сообщений о том, что хотят в СССР обратно вернуться, хотят заснуть и проснуться в СССР.

Константин Чуриков: Тоже буквально каждое второе сообщение.

Марина Калинина: Большое количество таких сообщений.

Валерий Федоров: Ну тут все понятно, потому что СССР было государством всеобщей заботы, пусть зачастую и понятой превратно, то есть всеобщего контроля, ты нигде практически не мог оставаться вне этого. Распределение после ВУЗа обязательное, закон о борьбе с тунеядством, значит, даже если не хочешь работать, все равно тебя устроят, будешь прогуливать, посадят и так далее. О тебе заботились, политинформацию тебе читали, главное, все было предсказуемо, понятно.

Константин Чуриков: Заставляли жить хорошо, да.

Валерий Федоров: Заставляли жить хоть как-то по стандарту. А сейчас же ничего этого нет, и если молодое поколение чувствует себя в этом как рыба в воде, оно выросло уже в таких условиях, то огромная доля тех, кто вырос при другом строе, до сих пор себя чувствуют потерянно. И когда государство идет им навстречу, демонстрирует вот этот прежний стиль, они очень рады, а когда государство поворачивается другой стороной, они опять чувствуют разочарование и говорят: «Ну боже мой, ну как же, так хорошо мы жили в 1970-е гг. при Советском Союзе, почему бы нам туда не вернуться?» Увы, вернуться мы не можем, у нас нет машины времени, понимаете?

Константин Чуриков: Хорошо.

Алексей Валентинович, смотрите, поскольку мы видим недоверие к государству, у нас уже даже некоторые представители государства говорят, что государство нам не так-то много и должно в этой жизни. Вот в этой связи как вы думаете, что нужно сделать власти, чтобы принимать те решения, которые людям нравятся, чтобы исполнялись эти мечты? Как поменять программу, как поменять сами действия, как поменять имидж?

Алексей Рощин: Проблема же как раз в чем получается? В том, что государство с некоторых пор как бы хочет, с одной стороны, понимать население, но с другой стороны, оно как бы боится этому населению давать слишком много воли, потому что те же самые показывают выборы, они вдруг выберут кого-то не тех.

Константин Чуриков: Не того, кого мы хотим.

Алексей Рощин: Не того, кого надо. Поэтому одно время, кстати говоря, и сейчас еще остается, очень модная была такая идея в государстве: зачем нам всякие выборы, давайте будем пользоваться социологическими службами, тем же самым ВЦИОМ. ВЦИОМ нам всех опросит, все расскажет, и вот мы будем смотреть на то, что люди отвечают социологам, и работать.

Константин Чуриков: Ну в защиту ВЦИОМ – все-таки не драматически отличаются данные ВЦИОМ от коллег ВЦИОМ.

Алексей Рощин: Но все-таки получается, что это не совсем так, потому что одно дело отвечать интервьюеру, другое дело голосовать. И мне кажется, что на самом деле если власть хочет действительно знать реальные желания граждан, она должна более смело проводить нормальные выборы. Будут выборы, будет обратная связь, тут мы и узнаем на самом деле уже реально, чего именно хотят люди.

Марина Калинина: Мы успеем еще послушать Ирину из Челябинска. Ирина, здравствуйте. Буквально кратко, потому что у нас полминутки.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Говорить уже можно?

Константин Чуриков: Нужно.

Марина Калинина: Да-да, конечно.

Константин Чуриков: Слушайте нас, пожалуйста, в трубке, а у телевизора можно звук выключить.

Зритель: Вечер добрый. Сначала у меня пожелание руководителям нашей страны, всем депутатам, чиновникам, которые руководят нашим народом, чтобы они, во-первых, в Новый год выпили, подняли бокалы за здоровье нашего народа, за его терпение, это раз. Потом я очень желаю крепкого здоровья вам, ведущим, гостям замечательным.

Константин Чуриков: Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо.

Зритель: Долгих лет вам жизни, долгих лет вашей передаче, процветания.

О чем мечтаю? Вот у меня подрастают внуки, один уже ходит в школу. Во-первых, мне очень хотелось, чтобы в корне изменилась школьная программа, чтобы Министерство просвещения об этом задумалось, программа ужасная, но не буду вдаваться в мелочи. Допустим, «Окружающий мир» – это ужасно, это раз. Во-вторых, чтобы наше правительство реально заботилось о сельском хозяйстве, поднимало сельское хозяйство, чтобы народ опять поехал в деревню. Дальше в городах, чтобы… В крупных городах у нас что? Тяжелая металлургия да черная промышленность чтобы развивались…

Марина Калинина: Чтобы промышленность развивалась, да.

Константин Чуриков: Ирина, мы вас поняли, вы хотите изменить все, что касается нашего окружающего мира под названием Россия. Спасибо за ваш звонок, вас тоже с наступающим.

У нас уже совершенно нет верно далее подводить итоги этого непростого года и с ужасом или с любопытством заглядывать в наступающий 2019-й. Спасибо нашим гостям. У нас в студии были Валерий Федоров, директор Всероссийского центра изучения общественного мнения, и Алексей Рощин, социальный психолог «Центра политтехнологии». Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Но это еще не все, мы продолжаем.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Дискуссия с главой ВЦИОМ и социальным психологом

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты