Валерий Оськин: 44 года – это уже норма, когда дети начинают жить отдельно от родителей. И она дальше пойдет

Гости
Валерий Оськин
руководитель Центра объективных мнений «Социальные лифты»

Александр Денисов: «А у нас все дома» – следующая тема. В мире набирает силу тенденция, когда молодежь, даже преодолев порог 30-летия, продолжает жить с родителями. Казалось бы, ну и что? Вместе веселее. Да и в России это, можно сказать, традиция, когда в одной квартире ютятся сразу несколько поколений одной семьи, никто не удивится, узнав об этом.

Марина Калинина: Ну да, и ученые видят в этом некий признак инфантилизма, что молодежь не спешит вступать во взрослую жизнь и перекладывает решение проблем с жильем, с постоянной работой на когда-нибудь, на потом.

И вот несколько цифр. С конца 2000-х гг. доля жителей Евросоюза от 18 до 34 лет, которые живут с родителями, выросла, причем как раз за счет тех, кому за 30. В лидерах роста южноевропейские страны, которые традиционно отличает более позднее отделение детей от родителей (Италия, Испания, Греция, Хорватия), и увеличилась доля таких людей в Германии и Франции.

Александр Денисов: Вот на фоне этих стран скандинавская молодежь самостоятельнее оказывается, то есть начинает свою жизнь, отправляется в свободное плавание, потому что там до некоторых пор была госпрограмма по предоставлению жилья, вот это объяснение. Феномен отложенного взросления, так социологи назвали эту тенденцию, приобрел общемировой масштаб. В США доля молодежи, которая живет с родителями, достигла максимума за последние 70 лет.

Марина Калинина: Молодые люди, когда им задавали вопрос, почему они хотят жить с родителями, чаще всего отвечали, что просто с родителями комфортно, вместе жить дешевле, меньше расходы на питание и коммунальные услуги, ну и родителям тоже в свою очередь надо помогать, – вот такие причины назывались.

Сейчас будем обсуждать эту тему с нашим гостем: Валерий Валентинович Оськин, председатель правления компании «Развитие человеческого капитала». Здравствуйте.

Александр Денисов: Здравствуйте, Валерий Валентинович.

Валерий Оськин: Национальной конфедерации.

Марина Калинина: Национальной конфедерации, хорошо.

Александр Денисов: Вы такой веселый, то есть тенденция нестрашная, да?

Валерий Оськин: Ну…

Марина Калинина: Вы когда из дома ушли, рассказывайте.

Валерий Оськин: На днях.

Александр Денисов: С утра то есть?

Валерий Оськин: Нет, на самом деле у меня действительно очень любопытно, мне эта тема близка, потому что так вот сложилась жизнь интересно, что я в 50 лет ушел к маме на несколько лет жить. И мне любопытно было наблюдать и за собой…

Марина Калинина: Блудный сын вернулся домой.

Валерий Оськин: Да, и наблюдать за тем, что творится. Поэтому эта тема мне близка и понятна.

Александр Денисов: Вопрос «почему» задавать вам или не стоит?

Валерий Оськин: А это как хотите, я пришел, чтобы отвечать на ваши вопросы.

Александр Денисов: Почему вернулись?

Валерий Оськин: Вернулся, потому что изменилось семейное положение, и я решил попробовать пожить с мамой. И скажу, что это на меня очень благотворно подействовало, и то, о чем пишут во всех этих статьях и все это, это хорошо, это правильно, проводят исследования. Но здесь два момента. Первый момент – это сегодняшнее поколение «У» так называемых («миллениум», «игрек», как ни назови, они все равно вот такие), и это их потребность. А в себе я просто чувствую иногда такие черты вот этих новых поколений, что сам удивляюсь.

Марина Калинина: Ну а вы считаете, почему такая тенденция все-таки складывается в последние годы и на Западе, и так далее? Италия такая страна немножко своеобразная, там вообще поздно вступают в брак, поздно, потому что развестись очень сложно, именно, видимо, поэтому. А почему такая тенденция складывается?

Валерий Оськин: Марина, мы сейчас за Россию говорим или за мир?

Марина Калинина: Вообще, мы же все люди.

Валерий Оськин: В мире. Да, в мире такая тенденция, потому что реально идет смена поколений, одно за другим. Эту теорию поколений придумали когда-то американцы, но она правильная. И одно поколение отличается от другого, и это закономерно. Вот я когда рос, становился понимающим жизнь человеком, для меня что было? – мы лидеры, Гагарин, вот мы первые, вот мы там первые, вот если враг, мы его сейчас замордуем. И это все было, и это впиталось в меня, в моих друзей. Сегодняшнее поколение живет в другом состоянии, когда в любой подъезд зайдешь, там шприцы валяются (ну почти в любом).

Александр Денисов: Валерий Валентинович, а мне знаете какая мысль в голову пришла? Вот вспомним прекрасного советского писателя Олега Куваева, роман «Территория» про освоение Северстроя и так далее. То есть раньше твой жизненный рост, личностный воспринимался с отъездом, с приездом на Север, открыть месторождение, стать геологом, месторождение нефти, золота. А сейчас все свелось к смартфону, понимаете? То есть ты можешь делать карьеру не выходя из дома, тебе не нужно никуда ехать. Если ты станешь прекрасным программистом, ты будешь получать минимум 200 тысяч в месяц, они сейчас самые востребованные и больше всего получают среди молодежи. Поэтому, может быть, жизнь поменялась? У нас другие цели, другие амбиции, не связанные с географией, а связанные, что как бы останься на своем месте, приложи усилия дома, возле своего компьютера, и ты сделаешь карьеру. Просто жизнь изменилась, может быть?

Валерий Оськин: Соглашусь, но отчасти. Отчасти вы правы, но в то же время раньше, представляете, поехать в Казахстан, вот я когда-то там в Казахстане строил какие-то там коровники в студенческие воды – это же хрен знает куда уехать, это же целое гигантское путешествие. Сейчас слетать на Дальний Восток – это 9 часов поспать, кто умеет спать в самолете, и все, просыпаешься и нормально, вот он, Дальний Восток. Речь о другом, речь о том, что в советское время поехать на такую стройку – это у-у-х, я сильный. А сейчас поехать туда – да хрен знает, что там такое непонятное…

Александр Денисов: То есть ты неудачник, что ли?

Валерий Оськин: Да вроде я здесь не пригодился, я там поищу место, понимаете? Вот это не совсем правильно, и не совсем правильно это именно с точки зрения политики. Сколько сейчас денег вкладывают в Дальний Восток? Сколько сейчас… Агентство наконец создали развития человеческого капитала, прямо как у нас называется конфедерация, и я предсказывал 20 лет назад, что будут такие государственные органы, вот они появились.

Но почему они такие слабые, что они не могут молодежь туда притащить? Что, один гектар или два гектара ты возьмешь? Они же сейчас имеют великий доступ к информации, они заглядывают и видят: ага, так, а там с работой-то плохо, а условия труда, опять на деревню один курятник, который называется центром культуры? А им уже этого не хочется. Поэтому если мы хотим, здесь нужно много с этим работать. Но мы сейчас немножко о другом, да? Мы об отрыве от семьи. Первое мы с вами обсудили, это поколение миллениума. Второе: для России вот этот отрыв, который продемонстрировал нам Советский Союз, был не родной. В России все-таки, в сельской России большие избы почему строили?

Марина Калинина: Большие семьи и все вместе.

Валерий Оськин: Да. И у меня, например, внутри сидит желание жить большой семьей. Вот в прошлом году, к сожалению, похоронил маму, ей было 92 года, и вот она была олицетворением большой семьи, вокруг нее все клубилось. Я сейчас, прошло несколько месяцев, понимаю это, сколько сильно вот это, когда вместе со старшим поколением, это важно. А вот когда мы говорим про этих итальянцев и прочих, во-первых, у ребят свои правила. А у итальянцев очень интересно, у них есть два термина к таким детям, которые остались: первый термин – mammoni, а второй – bamboccioni, что-то примерно так.

Марина Калинина: Взрослый ребенок?

Валерий Оськин: Первый – это как бы маменькины сынки, а второй – это другой, просто такие инфантильные, которые не хотят отрываться. И вот они вот эту разницу очень четко отслеживают, там даже парламент обсуждает это дело. Помните Берлускони? В его правительстве был подготовлен закон о том, что после 18 лет не имеешь права жить… Ну этот закон не прошел, но понимаете, государство стремилось вот эту тенденцию переломить. Почему? Рождаемость вниз, трудовая мобильность вниз, а это же задача государства, о мобильности мы с вами как раз и говорили.

Марина Калинина: Уважаемые телезрители, если вы живете с родителями или ваши взрослые дети живут с вами, позвоните нам, расскажите ваши истории. Вот нам дозвонился сейчас Николай из Саратовской области. Николай, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Слушаем вас.

Зритель: Хочу немножко поздно, но поздравить вас всех и всю страну с Новым годом.

Марина Калинина: Спасибо.

Зритель: Пусть Новый год принесет нам радость, счастье, хорошей жизни.

А вот теперь моя история. Я уже, конечно, в летах, но вырос в советское время. Мальчишка, сопливый мальчишка, закончил школу и сразу после школы из одной республики я переехал в другую республику...

Александр Денисов: …потому что было распределение, скорее всего, да?

Зритель: Нет-нет, после школы, я после школы, закончил школу. Вот вы понимаете, мальчишка, сопливый мальчишка, я закончил школу, школьник, и сразу же после школы с одной республики поехал в другую республику поступать в институт. Дошло? Вот вы понимаете, в сегодняшней ситуации одного ребенка отправить после школы куда-то без родителей, безо всего? Сейчас из школы ребенка во двор не выпускают, но это детали.

Потом, значит, была в мое время возможность устроиться, было жилье, можно было получить специальность. После института я работал… Да, вот насчет жилья. Я сам лично строил, я строитель, сколько мы строили жилья! Все жилье было ведомственное, за время моей работы только 2 кооператива, остальное все жилье молодежь, молодые семьи и я лично, это все давало государство бесплатно, безвозмездно.

Марина Калинина: Ну давайте не будем вспоминать, как было, сейчас есть как есть.

Зритель: Да. Вот теперь…

Марина Калинина: Ваши дети живут с вами, нет?

Зритель: Теперь. Одному моему сыну я успел купить квартиру, второй сын, младший, живет со мной. Он в жизни, ни я, ни он не получим жилье, потому что нет жилья, нет работы. И вот как строить семью? Вот поэтому у нас все плохо. У нас не только плохо, говорят, что рыночная экономика, – к чему привела рыночная экономика? Сейчас была передача про продукты, правильно: я пришел, все было по одной цене и сегодня, и завтра, и послезавтра, если что менялось, менялось мизерно, абсолютно не било ни по карману, ни по идеологии…

Марина Калинина: Николай, ну понятно, мы с вами уже углубляемся в другое. А сколько лет вашему сыну, который с вами живет?

Зритель: 39 лет моему сыну, и никогда он не сможет иметь свое жилье, потому что реально смотрим, никакого строительства, абсолютно никакого строительства, а если оно есть, то это строительство надо ждать, может, его внуки или правнуки, может быть, получат, но тогда уже нашего государства не будет.

Марина Калинина: Или он женится на женщине с квартирой. Спасибо большое, это был Николай из Саратовской области.

Давайте еще Надежду из Москвы послушаем. Надежда, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я вот господину хочу задать вопрос, что у него мама 92 года, жили вместе. Я вот тоже сейчас, моей маме сейчас 92 года, у нас четыре поколения, мы живем в 3-комнатной квартире, и это совсем невесело. Молодежь не хочет жить со взрослыми, внуки тоже. Как быть? Если средства не позволяют, куда обратиться и как быть?

Александр Денисов: Понятно. То есть вы вынуждены жить четырьмя поколениями в одной квартире, да?

Зритель: Да, вынуждены. Работали и как бы… И дети сейчас в таком возрасте, и дочь, и сын, и внучка…

Александр Денисов: А сколько вашим детям, дочери, сыну?

Зритель: Дочери 37, сыну 32.

Александр Денисов: А они пытались купить квартиру или не получалось?

Зритель: Нет, не получалось, как-то вот все на средствах у нас остановилось, неоткуда брать, только зарплата.

Марина Калинина: Понятно, спасибо большое. Ну вот квартирный вопрос и отсутствие денег есть тоже большая причина, для того чтобы жить вместе с родителями. Вот четыре поколения уже.

Валерий Оськин: Ну вот моя разница, что я хотел и мама хотела, а здесь люди просто задвинуты в такую ситуацию.

Марина Калинина: Может, и не хотели бы, но вынуждены.

Валерий Оськин: Да, они не хотят. Но в то же время, смотрите, звонили двое родителей.

Александр Денисов: Да, детей это не особо волнует, что интересно.

Валерий Оськин: Это как раз вот эта разница поколений. А те – им хорошо: пришли, мама покормила.

Александр Денисов: Не проблема.

Валерий Оськин: Не факт, тоже их если спросить, тоже проблемы будут.

Марина Калинина: Еще пропылесосила, пыль протерла.

Валерий Оськин: Но у них эти проблемы меньше, у них выгоды больше, интереса больше. Но смотрите, какой патернализм по отношению к родителям, его создали сами родители. Николай, я вас не критикую, я просто понимаю вашу позицию, а вам с этой позицией удается сыну внушить: «Родной, ты не можешь…»

Александр Денисов: То есть одни барьеры, никаких возможностей?

Валерий Оськин: А я, например, наблюдаю… Я сегодня приехал из Подмосковья, там наблюдаю соседний домик, строят двое молодых людей из Тольятти. Они приехали, нашли работу в Подмосковье, снимали квартиру, а потом решили: что они будут снимать? Они набрали долгов, купили маленький участок, совсем маленький, и на нем строят дом сами, стараются, сначала купили какую-то там снесенную баню. Вот, у них тоже денег совсем немного, но они стараются, у них это получается. У кого-то не получается, у кого-то получается. И очень важен здесь подход родителей.

Вот, кстати, когда мы смотрим на северные страны и видим, что по статистике, о которой вы сейчас говорили, в северных странах молодежь все-таки лучше уходит, – да, с одной стороны, это социальная политика государства, точно: и жилье, как люди говорят и вы говорили, легче получить, и работу государство лучше обеспечивает. А сейчас мы Гайдаровский форум с вами посмотрели – что? Количество вот этих людей, детей-бумерангов, которые улетели и вернулись к себе, количество их уменьшилось? Нет, оно будет продолжать увеличиваться при такой политике.

Молодежь… Сколько я сейчас молодых людей наблюдаю! Причины, явные причины, почему они не могут? Первая причина, что действительно рынок труда им плохо предлагает это. Социальные службы, службы занятости, вот у нас в Москве есть центр занятости молодежи, построили шикарный центр, красивый. Присмотритесь: не очень он может помочь.

Марина Калинина: Толку ноль?

Валерий Оськин: Нет, не ноль, толк есть, но толк малый, не такой, как вложенные средства. А почему? Например, одна из причин: на Западе активно к этим программам подключаются профессиональные кадровые агентства, у нас их не подключают к этому, нельзя. Но это одна из причин. Дальше смотрим: родители, с одной стороны, прожили жизнь, которая труднее все равно, чем у сегодняшней молодежи. Когда моя мама рассказывала…

Александр Денисов: Ну как посмотреть еще, квартиры-то давали, а сейчас-то.

Валерий Оськин: Квартиры давали, но как? Война…

Александр Денисов: Спору нет, конечно.

Валерий Оськин: Она в войну обучалась в техникуме, она до прошлого года удивлялась – надо же, и как государство ей давало стипендию в виде пайка, как рабочему на производстве, понимаете, вот такой же? А это государство думало, что война-то кончится, а после этого вот эти технологи, химики будут нужны. А сейчас получается, мы что, думаем, что те, кто за свой счет обучатся, и все, остальные не нужны? Плохая позиция, отвратительная позиция.

Но сейчас мы обращаемся к людям, мы бы, наверное, пользы больше принесли вот таким, как вот звонили нам, помочь им сориентироваться, что делать в этой ситуации. А себя изменить. Вот, например, взяли в семье, собрались и решили предельно честно: давай решим, а мы хотим, чтобы мы вместе жили или нет? А может быть, все-таки мы хотим, и тогда не надо ничего, да?

Александр Денисов: Но раз звонят, значит, проблема есть.

Валерий Оськин: Проблема есть всегда, у кого-то ложечка алюминиевая, у кого-то позолоченная недостаточно, это по-разному. Дальше надо обдумать, а существует ли на самом деле серьезная причина, почему мой отпрыск живет здесь и не может уйти? Вот есть она или нет?

Александр Денисов: Валерий Валентинович, вы знаете, а мне кажется, это наша традиция. Помните, в «Обломове» Штольца, одно слово сказать «немец», выставил с копейкой денег, а вся дворня вокруг стояла и плакала, какое жестокосердие отправить своего ребенка выживать. А Штольц вон выжил, а с Обломовым вон что произошло, умер от болезни.

Валерий Оськин: Ну правильно.

Александр Денисов: Это в нашей традиции укоренено, что родители считают, что они ответственны за свое чадо до последних своих дней. Пенсию потом еще будут отдавать, чтобы он мог первоначальный взнос оплачивать и так далее за ипотеку.

Валерий Оськин: Но этим же мы наносим вред детям. Мы растим их инфантильными. И сейчас вот говорили, 30-36 лет…

Марина Калинина: Еще эгоистичными.

Валерий Оськин: А сейчас эта позиция уже доходит до 44-х, и это норма, она дальше пойдет, понимаете? И вот если надо людям, они должны честно сами с этой своей проблемой поработать.

Марина Калинина: Давайте послушаем, что думает Шаура, из Башкирии она нам дозвонилась. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Слушаем вас.

Зритель: Я вот что думаю? У всех ведь разные причины, что дети вместе живут с родителями. У меня сын и дочь. Сын со мной жил, его жена со своей дочкой 5 лет. Дочь жила со мной тоже после того, как сын ушел, значит, решил жилищную проблему, дочь жила со мной вместе тоже 5 лет, тоже замужем, уже были свои дети. Это, наверное, зависит от каждой семьи. Инфантильными они не стали.

Александр Денисов: Шаура, вопрос: а вы живете в своем большом доме, я так понимаю, да?

Зритель: Да нет, дом небольшой, правда, три комнаты было, барачный дом. А потом мы сообща решили… детей вместе даже тогда, когда я осталась уже без мужа, отец у них больной был. Это зависит от каждой семьи, как именно поставлен вопрос, полностью я отвечаю за них или мы совместно решаем эти проблемы. Мне кажется, вот это самое главное, решать совместно проблемы, никакой инфантильности тогда не угрожает. Наверное, тут какая-то мудрость родительская нужна. Вот об этом я хотела сказать.

Марина Калинина: Спасибо большое. Вот родительская мудрость нужна.

Валерий Оськин: Да, она права, она права, совершенно права, нужна родительская мудрость. Но при этом должен отсутствовать родительский страх: вот оторвутся от меня дети и им будет плохо. Может быть, им будет хуже, чем с тобой; может быть, они похуже будут есть; может быть, им не столь комфортно будет жить, но они станут самостоятельными.

Марина Калинина: Кстати, наши зрители пишут, из Нижегородской области сообщение: «У нас очень гиперопекающие мамы: выпустить птенца из гнеда – потерять смысл жизни».

Валерий Оськин: Да-да.

Марина Калинина: Вам пишут с Сахалина: «Ваш гость холост или как? Мне очень симпатичен», – Татьяна.

Спасибо большое. Валерий Валентинович Оськин, председатель правления компании «Развитие человеческого капитала».

Александр Денисов: Спасибо, Валерий Валентинович.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Об инфантилизации новых поколений

Комментарии

Владимир Березовский
Если бы вместо страны - в которой можно гарантированно: найти работу, купить жильё, поступить в ВУЗ, обладать реальными свободами политическими и деловыми по своему личному выбору , иметь возможность влияния на действия властей всех уровней и т.п.- Россия не была бы превращена Кремлём в затхлую "неотапливаемую" пещеру, то люди не были бы вынуждены "согреваться" первобытным способом - плотно прижавшись ко всем членам семьи.
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты