Василий Колташов: Зарплаты меньше 50 тыс рублей нужно включить в не облагаемый налогами минимум. Тогда не нужен будет штат чиновников соцподдержки

Гости
Василий Колташов
руководитель Центра политэкономических исследований Института Нового общества

Доходы россиян пересчитают. Доходы падают пять лет подряд. Это нелогично, решили в Росстате. Ведь формально зарплаты и торговля растут. Теперь методику подсчетов изменят. Что это даст нам с вами?

Ольга Арсланова: Ну а мы продолжаем, это программа «Отражение», давайте поговорим о наших с вами реальных доходах. Какие они и как их правильно посчитать? Дело в том, что доходы россиян снижаются, делают это уже несколько лет подряд, а официально зарплаты вроде как растут, и траты россиян в рознице тоже увеличиваются. Это нелогично, решили чиновники, и, возможно, теперь займутся самой методикой подсчетов реальных доходов.

Виталий Млечин: Давайте немного статистики вначале. Реальные доходы россиян, рассчитываемые Росстатом, снижаются уже 5-й год подряд. По итогам 2018 года они сократились на 0.2%. При этом по прогнозу Минэкономразвития реальные доходы населения в том же 2018 году должны были вырасти на 3.4%. В 2017 году сокращение составило 1.7%, в 2016-м 5.8%, а 2015-м 3.2%, в 2014-м 0.7%. Ну а в начале нынешнего, 2019 года показатель продолжил падение: в январе реальные доходы снизились на 1.3% по сравнению с прошлым январем.

Ольга Арсланова: В прошлом году еще первый вице-премьер Антон Силуанов подверг критике работу Росстата из-за показателя реальных располагаемых доходов, заметил, что только Росстат, вероятно, знает, как этот показатель рассчитывается, но качество счета реальных доходов назвал ужасным. Реальные доходы населения считаются, кстати, Росстатом не напрямую, так как это невозможно, а путем суммирования расходов, сбережений, а также изменений денежной наличности на руках у населения.

Давайте вместе разберемся, какие подсчеты идут сейчас, какие были бы справедливыми, а главное посчитаем реальные доходы простым народным способом – позвоните в прямой эфир и расскажите, какой доход у вас, поделитесь этой информацией с нами. Конечно, это, может быть, будет и нерепрезентативно в рамках всей страны, но все равно очень интересно узнать.

Виталий Млечин: И правдиво самое главное.

Ольга Арсланова: Присоединяйтесь к нашему эфиру, номер для SMS, номер телефона на ваших экранах.

Ну а мы приветствуем нашего гостя: у нас в студии сегодня руководитель Центра политэкономических исследований Института нового общества Василий Колташов. Здравствуйте, Василий.

Виталий Млечин: Добрый вечер.

Василий Колташов: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Давайте сначала с этой нелогичной схемой разберемся. Как же так, зарплаты растут, а доходы падают? Не всем понятно.

Василий Колташов: Зарплаты растут средние, а падают настоящие.

Ольга Арсланова: Еще раз.

Василий Колташов: Ну смотрите…

Виталий Млечин: Помедленнее, мы записываем.

Василий Колташов: Теперь про зарплаты, давайте начнем с этого. Зарплаты у нас высчитываются действительно средние, они высчитываются по данным по бюджетникам, по каким-то крупным компаниям, и они, конечно, не отражают ситуации. То есть средняя зарплата, если в любом регионе сказать людям, что у них средняя зарплата такая-то, они скажут: «Боже мой, мы таких денег никогда не видели и даже не представляем себе, что можно их зарабатывать». Поэтому средняя зарплата – это показатель, который не отражает не то что ситуацию, он не отражает даже тенденции. То есть когда в 2014-2016-х гг. было падение нашей экономики, то есть мы проходили вот этот вот шторм и на самом деле кризис нашей экономики, чисто сырьевой ее модели, заграница нам помогала, как мы помним, в тот момент санкциями, хотя во время первой волны кризиса в 2008-2009-х гг. все помогали Соединенным Штатам, все спасали, «давайте спасем Америку, стабилизируем мировую экономику». Вот тут они отплатили несколько иначе.

Тем не менее вот этот кризис привел к падению реальных доходов населения, и статистика Росстата по реальным доходам населения это отразила уж если не полностью, фактически, то по крайней мере тенденцию. И мы только что видели на графике, как это происходило: не очень большое падение в 2014-м, потом в 2015-2016-х гг. довольно сильное падение реальных доходов, а средняя зарплата все это время росла, средняя зарплата не падала. Ей зачем падать? Она же средняя зарплата, она вообще падать в России, видимо, не может. Она не то что падать не может, она не может даже отражать процессы, которые идут в экономике. Поэтому уж кто оторвался от реальности, так это средняя зарплата: что надо пересчитывать, для того чтобы получить хоть сколько-нибудь приближенные к реальной жизни данные, это вот этот показатель.

Виталий Млечин: А что с ним не так? Вроде должно быть несложно для Росстата посчитать.

Василий Колташов: Большая и негибкая, большая и негибкая.

Ольга Арсланова: И потом мы прекрасно помним и знаем об этом, что действительно зарплаты бюджетников подросли, а бюджетников у нас много.

Василий Колташов: Да, бюджетников у нас много, но у нас не все бюджетники.

Ольга Арсланова: Почему мы не можем верить этим данным?

Василий Колташов: Ну потому что у нас не все бюджетники, потому что если в 2015 году людям срезали зарплату в рублях, в 2014-м они потеряли в долларовом исчислении, то есть просто в покупательной способности своей зарплаты, то в 2015 году во многих регионах просто срезали работодатели с 25 до 15, например, с 30 до 20, то есть происходили вот эти «срезания» зарплаты.

Виталий Млечин: Ну а средняя зарплата это разве не учитывает?

Василий Колташов: А средняя зарплата к этому, конечно, никакого… Она это никак не учитывала. Но данные по реальным доходам населения тоже, конечно, не отражали всех процессов в полном виде, но по крайней мере по ним можно видеть тенденцию. И то, что в прошлом году происходило, 0.2% сокращение реальных доходов населения, в принципе отражает тенденцию, потому что в 2018 году у чиновников было прямо-таки головокружение от успехов, потому что экономика оживала, оживление было больше, чем в 2017 году, почти 200 заводов построили, казалось бы, все прекрасно, мы выходим на подъем, линейка экспортируемых товаров расширяется, у металлургов такие прибыли, еще у компаний прибыли, – ну почему, собственно говоря, должны быть такие низкие показатели?

Вот говорят: давайте поправьте эти показатели. Но дело в том, что если даже нарисуют нам не минус 0.2%, а плюс 0.2%, плюс 2%, от этого ничего не меняется, потому что на самом деле все-таки очень серьезное давление было оказано государством на население: и 2% НДС в этом году, а в прошлом году не было просто такого роста заработной платы.

Виталий Млечин: Но все-таки вот этот рейтинг, который нам говорят, что он неправильный, надо пересчитать, – он отражает по крайней мере реальность или нет?

Василий Колташов: Он отражает тенденции скорее. Он действительно отразил, что в прошлом году, конечно, не было такого сокращения реальных доходов населения, как в 2016-м еще, хотя в 2016 году как раз заканчивалась вот эта вторая волна кризиса: в начале года падали рынки, а потом уже ничего не падало, все росло. И компании начали оживать, и рабочие места начали появляться какие-то, это был 2016 год, и то там был минус, ну и в 2017 году эта тенденция тоже сохранилась. То есть вообще наша экономика оживала за счет дешевой рабочей силы во многом, то есть этот фактор как-то часто упускается из внимания.

Людям нужно, чтобы их зарплата на самом деле росла, чтобы государство послало в экономику положительные сигналы: например, чтобы больше работало учителей, чтобы они на ставку получали много денег, не так, что на 2 ставки можно жить, а на одну ставку можно только умереть в провинциальном ВУЗе или в школе, то же самое касается врачей. И вот такого рода сигналы экономики, когда государство платит даже больше, чем на рынке, они, мне кажется, простимулировали бы в значительной мере работодателей повышать зарплату. Потому что пока что работодатели делают выводы, что, в общем, повышать сильно нет смысла, и никакой пересчет статистики для реальных людей здесь ничего не поменяет.

Виталий Млечин: Нам пришло время узнать, что думает Анатолий из Кирова. Анатолий, здравствуйте, мы слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте. У меня, значит, вопрос такой. Для того чтобы поднять доходы населения, необходимо, как я считаю, сделать первое – это определить максимальную заработную плату, уровень ее 50 МРОТ, госслужащим начиная с министров. Тогда они предпримут все, чтобы МРОТ рос.

Виталий Млечин: Логично.

Ольга Арсланова: А скажите, пожалуйста, Анатолий, очень важный момент, нам просто очень интересно понять, какие доходы у нашей аудитории. Ваши реальные доходы, если вы можете назвать суммы, или по крайней мере как они менялись за последние 5 лет.

Зритель: Я пенсионер. Но когда жил в Советском Союзе, у меня была перспектива роста постоянная, я рос, рос и рос. Сейчас у меня сын, я у него перспективы такой не вижу, это об этом.

Но у меня конкретное предложение, чтобы до правительства, может быть, достучаться. Первое я назвал, что сделать, а второе: кто-то преднамеренно или нет убрал налог на сверхприбыль с предприятий, поэтому на все энергоносители цены увеличились в 5-6 раз, а в каждой гайке, в себестоимости ее 80% энергоносителей.

Ольга Арсланова: Понятно, Анатолий, ваше предложение, спасибо.

Виталий Млечин: Спасибо большое.

Ольга Арсланова: У нас тут еще о доходах своих люди пишут: «Работаю воспитателем в детском саду», – это вот о бюджетниках, кстати, я так понимаю, это государственный детский сад.

Василий Колташов: Да, по кому рисуют среднюю зарплату.

Ольга Арсланова: «Зарплата 18 тысяч, – это Самарская область. – За квартиру 10 тысяч, на что жить?» Вот из Ленинградской области нам написал инженер, тут повыше зарплата, 28 тысяч оклад, а коммуналка за трешку 11 тысяч. Вопрос тот же: как жить?

Виталий Млечин: И еще одно, дополним картину, из Кемерово: «Бюджетник, водитель «скорой помощи», зарплата 15-20 тысяч, не поднимали более 5 лет. Кругом ложь для галочки».

Ольга Арсланова: Смотрите, вот эта характеристика, которую Силуанов дал подсчетам, назвав их «ужасными», – о чем идет речь? То есть это речь о недоверии к методике, к Росстату, или просто динамика сейчас эта настолько разочаровывающая, что и других эпитетов не подберешь?

Василий Колташов: Знаете, для меня важно, что Силуанов сказал это не по поводу средних зарплат, он сказал это по поводу совершенно другого показателя, по реальным доходам населения. И здесь у него запрос на повышение, то есть он не стремится к пересмотру экономической политики, финансовой политики, он просто говорит: «Слушайте, показатели слишком низкие – просто из повысьте. Смотрите, общая экономическая ситуация ведь улучшилась за последние 2.5 года, а почему у вас показатели отрицательные? Сделайте их положительными хотя бы. Что, вам сложно? Тем более никто не знает, как вы считаете, никто вас не сможет никогда проверить и уличить тоже (что, кстати, характерно для экономики)».

Ольга Арсланова: То есть речь об это идет?

Василий Колташов: Ну речь идет, видимо, о повышении, о том, что нужно повысить. Он не говорит, чтобы показали по-настоящему минус, не 0.2%, а 2%, например, падение, потому что скорее всего 2% будут ближе к истине, учитывая инфляцию и снижение цен на нефть, которое происходило в прошлом году, оно, в общем, повлияло как раз на инфляцию. Поэтому нет, его интересует плюс, в то время как интересовать должна другая сторона: нужно все-таки стремиться к тому, чтобы мы получили реальный плюс, то есть не плюс нарисованный, нарисовать нетрудно, поменяют парочку человек в Росстате, встряхнут остальных, они посчитают, будет плюс, еще какой плюс насчитают.

Ольга Арсланова: Василий, скажите, откуда этому плюсу взяться, если объективная экономическая ситуация такова, в рамках тех ограничений, в том числе и внешних, которые у нас есть, мы этот плюс получить, наверное, не можем?

Василий Колташов: Мы можем получить этот плюс…

Ольга Арсланова: Каким образом?

Василий Колташов: …хотя бы просто уменьшив налоги с заработной платы, то есть ввести необлагаемый налогами минимум заработной платы. То есть государство забирает у людей много денег, и потом мы сталкиваемся с ситуацией, что эти в общем-то главные, на мой взгляд, для экономики потребители говорят, что денег у них нет. А почему? Потому что ушло 30% на социальные направление, 13% подоходный налог. Почему должен 13%-й налог взиматься вообще с людей, особенно с семейных, у которых хотя бы даже один ребенок есть, если им денег просто не хватает элементарно?

Ольга Арсланова: Вероятно, потому что таких как минимум 20 миллионов в нашей стране.

Василий Колташов: Потому что такая практика установлена.

Ольга Арсланова: И если мы не получим их налоги, как государство будет выполнять свои социальные обязательства? Этих людей слишком много.

Василий Колташов: А может быть, у него не будет таких социальных обязательств? Не нужно будет раздавать милостыню в виде вот этих социальных пособий, а у людей будет больше денег своих собственных, если им оставить их деньги. Потому что сейчас логика выглядит несколько странно: с одной стороны, налогами забрали у людей деньги с «белой» заработной платы, с другой стороны, им говорят: «Вы бедны, пожалуйста, обращайтесь, собирайте справки, и мы дадим вам пособие». А может быть, не надо здесь пособие, а нужно просто уменьшить налог? Для людей, у которых два ребенка в семье хотя бы, сделайте эти социальные отчисления не 30%, а 20%, а эти деньги выдавать на руки, 13% не взимать, зарплата меньше 50 тысяч рублей должна быть необлагаемым налогами минимумом. Это зачем?

Виталий Млечин: Это тогда сколько, полстраны, больше не будут платить налоги.

Василий Колташов: Полстраны, совершенно верно. Тогда не придется создавать специальный штат чиновников, которые будут следить за выдачей пособий, проверять документы, «а у вас справка липовая», «а ваша справка просроченная», «а вот мы соберем еще комиссию, выплатим гонорары специалистам и будем проверять, насколько вы бедные на самом деле, чтобы дать вам 500 рублей в этом месяце», а всех расходов на эти 500 рублей будет на 10 тысяч, если не на 100. Поэтому изменится сама модель.

Потому что сейчас у нас политика какая? Налоги собираются с бедных со всех, то есть это регрессивная налоговая система, хотелось бы прогрессивную, но для начала просто убрать регрессивную, снять налоговое давление с людей. Если у государства нет возможности дать напрямую или оно дает, но странным образом таким через вот эту адресную систему (не очень хорошую, на мой взгляд), значит, надо оставить людям их деньги, оставить их деньги. И кстати говоря, тогда будут выходить и из тени, будет больше «белых» зарплат.

Виталий Млечин: Владимир из Московской области вышел из тени и позвонил нам. Владимир, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Добрый вечер.

Зритель: Да, слушаю, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Мы вас слушаем.

Виталий Млечин: Это мы вас слушаем.

Зритель: А, да, пожалуйста. Смотрите, у меня такой простой вопрос: почему государство не занимается эмиссией?

Виталий Млечин: Эмиссией чего?

Зритель: Вот просто деньги не раздают, почему не занимаются? Пример простой. Вот вы говорите, деньги есть, профицит, а с другой стороны другие кричат, что денег нет.

Виталий Млечин: То есть вы считаете, что государство должно напечатать денег сколько надо и всем раздать?

Зритель: Я считаю, что государство должно заниматься населением, не личными вопросами, интересами. Зачем нам такое количество чиновников? Зачем такое количество огромных зарплат у чиновников?

Виталий Млечин: Нет, подождите, вы конкретно-то что предлагаете? Вы начали с эмиссии, а теперь про чиновников.

Зритель: Хорошо, я скажу, почему я начал с эмиссии. Я конкретно предлагаю повысить покупательную способность населения, что было слишком понижено.

Виталий Млечин: Каким образом?

Зритель: Начиная с 2010 года слишком падает конкретно покупательная способность.

Виталий Млечин: Каким образом вы хотите повысить?

Василий Колташов: Он сказал про эмиссию.

Виталий Млечин: Но эмиссия – это напечатать деньги, значит?

Василий Колташов: Да, напечатать деньги и раздать.

Виталий Млечин: Тогда деньги обесценятся и превратятся в бумажки.

Зритель: Да, совершенно верно, а почему нет?

Виталий Млечин: Да, потому что…

Василий Колташов: Потому что на эти деньги будет куплен импортный товар. То есть мы здесь все-таки в значительной мере в ловушке.

Зритель: А зачем деньги тогда в кубышках хранить, которые берут деньги и вкладывают в иностранные облигации? Зачем в кубышках хранить? Такой же вопрос. Почему их не включить в оборот внутри страны?

Ольга Арсланова: Владимир, хорошо, давайте Василий ответит…

Виталий Млечин: Мы так очень далеко зайдем.

Василий Колташов: Давайте разберемся с этим.

Ольга Арсланова: Давайте Василий ответит.

Василий Колташов: Да, давайте с этим разберемся. Во-первых, конечно, государство у нас только в виде Центрального банка печатает деньги, печатает достаточно много, вы видите новые пятитысячные купюры, двухтысячные купюры. В немалой мере они взялись в силу того, что просто преодолевался банковский кризис, для того чтобы не вызвать никаких проблем в этой финансовой сфере; были и санации, и отзывы лицензий, и это продолжалось довольно долго, поэтому денежная масса у нас увеличивалась. Проблема не в этом, проблема в том, что, конечно, деньги людям просто так не раздавал, но нужно иметь очень специфическую экономику, чтобы такой трюк помог быстро вырасти вашему производству, а не обвалил национальную валюту.

Вот в США во время Великой депрессии президент Франклин Делано Рузвельт именно на это сделал ставку, потому что экономика была во многом самодостаточной, американцы покупали американское, поэтому если кризис зашел очень глубоко, далеко зашел, то можно действительно было безработным выплачивать за какой-то общественный труд деньги, печатать доллары, и это перезапустило американскую экономику. Но наша ситуация несколько отличается, потому что мы моментально получим рост импорта. Очень быстро уравновесить выросшую вот эту массу покупательной способности отечественными товарами сложно, хотя есть один товар, на который государство, как мне кажется, могло бы направить эти деньги, – это жилье. Жилье у нас пока еще не привозят ни из Китая, ни из Южной Америки, ни из Африки, и оно не сезонное.

Виталий Млечин: Но жилье нужно не по всей стране, жилье пользуется спросом только в крупных городах сейчас, к сожалению.

Василий Колташов: В крупных городах, да. Жилищное строительство – это тот локомотив, который потянет российскую экономику, внутренний рынок. Я не думаю, что внешний рынок – это единственное, что может нас выручить и дать нам рост реальных доходов населения. Но жилищное строительство и стимулирование к покупке жилья – это то, что может помочь людям. Но для этого нужно повышать людям зарплату, создавать какие-то механизмы, когда, например, эти деньги у них откладываются в качестве первоначального взноса за жилье, то есть они не получают их на руки, но получают эти деньги в виде отложенной суммы, то есть отложенная сумма на счете для семьи, для покупки жилья плюс материнский капитал. И люди… Да, им трудно, но они в результате могут брать ипотеку, то есть здесь государство может предложить какие-то механизмы, но все равно нужно повышать оплату труда.

И самое главное. Про чиновников я понимаю критику, сейчас очень много и чиновники говорят, и про чиновников говорят. А чиновники говорят вообще замечательные вещи, откровенные провинциальные чиновники. Но дело-то в том, что государство должно нанимать не чиновников больше, а людей, чей труд является общественно полезным. Почему про учителей, про врачей мы говорим? – потому что они делают что-то, что полезно для всего общества, и людей, которые заняты на производстве, в торговле, в транспорте, даже в средствах массовой информации высвобождает. То есть если мы ребенка можем оставить в детском саду, это экономит нам огромные деньги, в Москве это минимум 30 тысяч рублей в месяц; а если не можем, соответственно, мы и работать тоже не можем, и бедность отсюда берется.

То есть государство, реализуя социальную программу и нанимая людей, работающих в социальной сфере, давая вот эти социальные услуги, как у нас принято говорить, всем фронтально (детские сады, школы качественные, какие-то досуговые центры, спортивные), оно с одной стороны создает потребителей, работающих в этой системе, а с другой стороны эти люди не бумажки перекладывают, не пишут друг для друга отчеты и послания, они выполняют обычную, но очень нужную всему обществу работу, то есть таким образом они еще и стимулируют к более эффективному труду всех остальных. То есть какова здесь экономическая логика, механика? Поэтому для повышения реальных доходов нужно, чтобы государство нанимало именно этих людей. А нанять, можно только количество людей увеличить в 2 раза в России, понимаете? У нас классы по 30 человек, это объективная задача, то есть классы дробить, строить здания школ, увеличивать количество педагогов.

Ольга Арсланова: Послушаем Галину из Рязани, нашу зрительницу. Галина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Говорите, пожалуйста, вы в эфире.

Ольга Арсланова: Вы в эфире.

Зритель: Алло. У меня вот такой вопрос. Я на пенсии, инвалид II группы, пенсия 7 700 с копейками, и 2 500 с копейками мне платят за II группу. Я живу одна, у меня однокомнатная маленькая квартира, 4.5 тысячи я отдаю за коммуналку. Как дальше жить? Вот были несколько раз еще какие-то индексации. Приезжаешь в Пенсионный фонд, они и группу собирают, и пенсию собирают: «Вам ничего не положено». Даже иногда индексацию не дают. Как же так, две разные статьи, пенсия есть пенсия, группа есть группа. Почему так считают?

Ольга Арсланова: Да. Ну тут риторический вопрос во многом. Спасибо, Галина.

Давайте сразу еще Краснодарский край послушаем, Александра. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я вот по поводу доходов не доходов. Вот бюджетникам повышают заработную плату, а вот простому работнику, я работаю на сельскохозяйственном производстве, у нас оклад 12 300, все, ни больше ни меньше. Вот как в принципе прожить, я даже не знаю.

Виталий Млечин: А как вы проживаете сейчас?

Зритель: У меня трое детей на моем обеспечении тем более еще.

Виталий Млечин: Ну и как вот сейчас вам это удается?

Зритель: Как нам сейчас удается?

Виталий Млечин: Да.

Зритель: С горем пополам. Хорошо, что живем в станице, у нас есть хозяйство, понимаете, уточки…

Ольга Арсланова: Можно помочь, да.

Зритель: Этим еще чуть-чуть спасаемся. Они что-то выводят, то у них куриный грипп, птичий, всякое такое…

Виталий Млечин: Понятно, спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо, что позвонили.

Смотрите, как вообще можно посчитать реальные доходы населения, когда у нас огромный «черный», «серый» сектор, когда у нас подсобное хозяйство по-прежнему в XXI веке помогает людям не голодать?

Василий Колташов: Ну это же не доходы.

Ольга Арсланова: Я понимаю, но насколько вообще эти расчеты имеют отношение к реальности?

Василий Колташов: Сложно сказать, потому что, конечно, люди стараются держать свои доходы в тени, то есть только очень наивный или привязанный к рабочему месту россиянин…

Ольга Арсланова: И их можно понять.

Василий Колташов: …показывает свои доходы, показывает, что работодатель платит за него налоги и не спрашивает, хочешь ты эти деньги оставить себе или заплатить налоги. Очень часто там, где спрашивают, люди предпочитают оставить себе и увести все в тень. Почему это происходит? Потому что они не доверяют, есть серьезное недоверие между государством, прежде всего экономическими, финансовыми его структурами и руководителями: например, Силуанов тот же пользуется вообще доверием в обществе? Нет, он не пользуется доверием, потому что только, по-моему, весной прошлого года он говорил, что у нас не будет повышение налогов, а потом НДС повысили. Ну как можно вообще пользоваться доверием?

Ольга Арсланова: Но мы же понимаем, что все равно с этой системой мы неразрывно связаны и дистанцироваться не можем. Давайте для итога такой абстрактный совет, как это доверие с двух сторон зародить? Что мы можем сделать и что там могут сделать?

Василий Колташов: Ну с точки зрения маленького человека никакого движения навстречу не будет. У него движение, что по нему бьют, а он убегает, вот все, как Эрих Фромм еще описал, в мультфильме «Том и Джерри» про мышку и кошку: мышка убегает и все время обманывает кошку. И вот эта вот логика мышка есть логика обычного россиянина. Вы хотите, чтобы мышка пошла навстречу кошке? Нет, она должна убедиться, что это не кошка для начала.

Ольга Арсланова: Хорошо, что кошка должна делать? Для Тома какие средства?

Василий Колташов: Поэтому что делать государству? Государство должно принять определенные меры, которые просто избавят людей от необходимости прятаться, то есть перестать их ловить. Потому что у нас когда говорят эту страшную фразу «мы вас выведем из тени», все очень сильно пугаются, потому что сразу ассоциация, что выводить будут в наручниках или как минимум с налоговыми штрафами. Но надо, чтобы люди понимали, что они выходят из тени, потому что государство заинтересовано в их экономической активности. Если это самозанятый, то им предлагается выйти из тени не для того, чтобы они платили налог, а для того чтобы открыть им возможность поднакопить немножко денег и дорасти до уровня малого предпринимателя, потому что самозанятый…

Виталий Млечин: Точно?

Василий Колташов: Ну а как? Если говорить о наемном работнике, которых у нас большинство, то все-таки здесь должен быть необлагаемый налогами минимум, то есть нужно уменьшить нагрузку, будет больше «белых» зарплат тогда, будет больше доверие. Вот так. То есть не брать хотя бы эти налоги и убрать налог с имущества физических лиц, по крайней мере с жилья. Если люди живут в квартире, тогда налог браться не должен, потому что по Конституции у нас жилье есть право и как-то абсурдно брать налог с права. Вся остальная недвижимость – это да, понятно, там логика другая, но там, где люди живут, это их жилье, там тоже не нужно брать налог. То есть почти навстречу, провести ряд мероприятий, которые будут не пугать, а наоборот, настраивать на лучшее. И тогда не сразу, а через год, два, три доверие начнет потихоньку возрождаться, а сразу, сходу оно не возродится, нет, его слишком долго устраняли.

Ольга Арсланова: Спасибо вам за комментарий.

Виталий Млечин: Спасибо.

Василий Колташов: Спасибо.

Ольга Арсланова: У нас в студии был Василий Колташов, руководитель Центра политэкономических исследований Института нового общества. Мы говорили о наших с вами реальных доходах.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты