Вечеринки строгого режима

Вечеринки строгого режима | Программы | ОТР

Любые санкции - дешевле потери бизнеса?

2020-12-29T23:18:00+03:00
Вечеринки строгого режима
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Евгений Тимаков
главный врач медицинского центра, врач-инфекционист
Алексей Петропольский
руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «ОПОРА РОССИИ»

Александр Денисов: ОМОН пошел по барам и ресторанам, выбивая кувалдами двери. А что делать, если несмотря на запрет там гуляют в неурочный час.

Елена Медовникова: И вот в Москве ОМОН заглянул в бар «Квартира». Там висела табличка, что «Мы закрыты», но ОМОН решил проверить. Двери вскрыли кувалдой, а за ними полный зал народу и, в общем-то, веселье в разгаре. Несмотря на то, что время было за полночь, за другими нарушителями далеко идти не пришлось, так как в соседнем баре под названием «Никуда не едем» тоже гудели от души. В баре Birds в деловом центре «Москва-Сити» при появлении омоновцев всех посетителей решили спрятать в лифте, где они успешно и подрались.

Александр Денисов: В Петербурге сформировалось настоящее барное сопротивление. Дело в том, что власти города после концерта Басты запретили кафе и ресторанам работать с 30 декабря по 3 января, в другие дни позволили развлекать гостей только до 7 вечера. В итоге примерно полсотни баров открыли фронт питейного сопротивления, заявив, что работать все равно будут. ОМОН, Росгвардия и Роспотребнадзор пришли к ним на огонек, в трех барах были выявлены нарушения, там тоже ломали двери, вынимали кассы, документы. Особо отличился бар Commode, там попытались отстоять заведение, пошли врукопашную на полицию, в итоге досталось и сотрудникам бара, и посетителям. Ну побарствовали, как говорили герои фильма «Любовь и голуби».

И сегодня глава Верхнего Уфалея Вера Ускова объявила выговор своим сотрудникам. Оказывается, что те в пятницу вечером собрались в кафе «Созвездие» на новогодний корпоратив, где их и застала полиция, пришла по адресу. Ну даже вот региональные власти так гуляют.

На связи с нами два эксперта, два собеседника. Алексей Петропольский, руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «ОПОРА РОССИИ», – Алексей, здравствуйте.

Алексей Петропольский: Добрый вечер.

Елена Медовникова: Добрый вечер.

Александр Денисов: И Евгений Юрьевич Тимаков, главный врач медицинского центра, врач-инфекционист, – Евгений Юрьевич, добрый вечер.

Евгений Тимаков: Здравствуйте. Приветствую коллегу.

Елена Медовникова: Здравствуйте.

Александр Денисов: Да. У меня такое ощущение, вот я когда смотрел эти кадры, не знаю, как у вас, вот помните старые голливудские фильмы и романы Фицджеральда про период сухого закона, вот про эти вечеринки подпольные? Наверное, это добавляет, конечно, остроты жизни, Алексей, а вот риск-то велик для заведений. Вот стоит ли рисковать? Ну сколько они заработают за ночь, а штрафы под миллион, по-моему?

Алексей Петропольский: Да, действительно, штраф под миллион, и помимо этого, если кто-то заразится и не дай бог умрет, то вплоть до уголовной ответственности. Но надо сказать, что многие бары и рестораны пытаются обойти закон и по факту не оказывают услуг общепита, а сдают помещение в аренду, где до этого членские взносы заплатили, некие клубные членские взносы, все посетители, и в эти взносы были включены уже свои еда и напитки. Конечно, в суде будет довольно тяжело доказать, если вас ОМОН с тремя камерами (или сколько там их было) заснял и, собственно, здесь все факты налицо. Но тем не менее многие предприниматели будут пытаться в суде оспорить эти штрафы.

Александр Денисов: Евгений Юрьевич, а давайте разъясним, есть шуточки, что вирус – это ночной хищник, мол, непонятно, почему это после 23-х запрещено собираться толпой, гулять, ходить ходуном. Расскажите, почему, власти же не просто из вредности, вот сидите дома и все. По какой причине именно такое время выбрали для запрета?

Евгений Тимаков: Ну, здесь причина очень понятная. На самом деле после 10 вечера, после 11 вечера, у кого-то после 12 ночи бары закрываются с ресторанами. Просто дело в том, что как раз по средней статистике, к этому времени люди в барах и ресторанах принимают ту долю алкоголя, которая отключает полностью контроль над своим поведением. То есть человек в итоге социально близко подходит к другим людям, начинает активно общаться, соответственно, нарушать социальную дистанцию, начинаются пляски, гулянки и так далее. Соответственно, если в это время будет источник инфекции, то остальные окружающие, кто танцует вместе с ним, просто-напросто попадают под раздачу и заражаются, к сожалению, инфекционным процессом. Поэтому после этого времени, вот именно ночного времени и было решено закрыть бары и рестораны.

Александр Денисов: Можем мы сейчас сказать, что люди, которые... Вот у меня среди знакомых достаточно, я эти истории слышу регулярно, отметили день рождения, трое или четверо спустя несколько дней оказались заражены, наверняка и у вас тоже такие истории бывают. Вот можем ли мы сказать, что гарантированно человек, который погулял ночь в таком баре, он рискует, может быть, даже со 100%-й вероятностью заразится?

Евгений Тимаков: Я еще в октябре назвал коронавирусную инфекцию вирусом тусовочным, то есть это вирус тесных контактов, вечеринок. Потому что основная масса людей, которые заболели, заразились, – это, к сожалению, люди, которые были на общих мероприятиях: корпоративы, дни рождения, к сожалению, поминки с нашей коронавирусной инфекцией. И каждых раз с этих мероприятий по 3–4, зависит от того, сколько там людей было, да иногда и половина, иногда 90% присутствующих заболевали коронавирусной инфекцией.

То есть по факту коронавирусная инфекция – это инфекция тесного контакта. Именно поэтому целесообразно было ограничивать большое количество людей, то есть ограничивать количество посещений ресторанов и общественных мест, чтобы просто-напросто разрядить немножко обстановку.

При этом если грамотно организовано, грамотно идет рассадка и есть система выявления контактных больных в каком-то баре и ресторане, то почему бы тогда не отпраздновать Новый год? В принципе я в этом противопоказаний никаких не вижу, потому что гораздо лучше это, чем подпольные бары и клубы, где мы не знаем, кто с кем проконтактировал, где люди, извините, употребляют спиртное просто-напросто бесконтрольно, это как раз рассадники инфекционных процессов. Поэтому с этой стороны, наверное, было бы адекватнее разрешить официально с определенными ограничениями работать барам и ресторанам.

Елена Медовникова: Евгений Юрьевич, а такой вопрос. Мы же все говорим сейчас о том, что должен выработаться некий иммунитет массовый. Может быть, вот сейчас действительно уже как-то люди начинают в каких-то случаях, кто переболел, уже антитела вырабатывают, ну вот уже ситуация вроде как налаживается, ну пусть гуляют себе.

Евгений Тимаков: Ну, в данный момент ситуация пока еще не налаживается, она потихоньку пытается стабилизироваться. После Нового года, естественно, будет рост заболеваемости, популяционный иммунитет еще до конца не сформировался, сформируется он, скорее всего, только к лету, я так думаю, более-менее на том уровне, когда мы сможем контролировать эпидемический процесс. Поэтому сейчас лицам, которые не переболели коронавирусной инфекцией, лицам, которые находятся в группе риска, я бы настоятельно не рекомендовал посещать общественные места.

При этом на улице праздновать Новый год, когда мы будем собираться, для того чтобы просто повеселиться, есть традиция определенная празднования Нового года, вот на улице я бы, наверное, все-таки разрешил всем общаться при условии, что они будут все-таки на каком-то расстоянии друг от друга, без обнимашек. Но именно коллективный эмоциональный взрыв, коллективный эмоциональный подъем празднования – вот это было бы хорошо, это можно.

Елена Медовникова: Да, спасибо.

Алексей Игоревич, вам вопрос. Вот сообщение из Коми: «Запреты всегда порождают нарушения. Бизнес всегда ищет способ заработать, любой ценой нарушая правила». И действительно, ну вы знаете, мне кажется, что вот показательны такие примеры, что чем у людей больше запретов, знаете, запретный плод всегда сладок, тем больше людей будет хотеть прийти в такие заведения.

Алексей Петропольский: Так и есть. Ну что тут говорить, во времена сухого закона зарабатывались самые большие деньги. То же самое и сейчас: спрос найти где-то кулуарно, где можно отметить Новый год, колоссальный, и денег люди готовы платить практически любых. Ну, многие привыкли так отмечать и свои привычки не хотят менять. Поэтому это будет рождаться и бороться с этим будет довольно тяжело. Даже штрафы и какие-либо показательные выступления, увы, не перекроют той прибыли, которую будут нести хорошие большие заведения.

Но опять же нельзя сказать и про то, что многие предприятия были вынуждены вообще полностью свернуть свой бизнес. Если мы возьмем ночные клубы, то по России уже больше 50% закрылись и никогда не откроются, потому что где-то арендодатели не пошли навстречу, где-то просто невозможно было содержать персонал и поддерживать площадку. И мы увидим, что огромное количество площадей будет пустовать уже в новом году.

Александр Денисов: Поговорим со зрительницей, Ольга из Ивановской области к нам дозвонилась. Ольга, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер, здравствуйте.

Елена Медовникова: Мы вас слушаем, здравствуйте.

Зритель: Вы говорите, что бары и рестораны должны быть закрыты в ночное время. У нас на Красноветкинской улице работает бар «Зефир» с 11 вечера и до 7 утра. Народу, вся молодежь здесь. Как так?

Елена Медовникова: Давайте, да, может быть, спросим как раз у наших специалистов. Алексей Игоревич?

Алексей Петропольский: Ну понимаете, я сам нахожусь в Красной Поляне и был в Краснодаре до этого. В Краснодаре, допустим, закрыто практически все, в торговых центрах вообще ни один ресторан не работает, фуд-корты работают только на вынос без посадочных мест. Но при этом отъехать на какую-нибудь первую линию Торговой улицы, там никто и закрываться не думает. Конечно, это незаконно. Конечно, если вы пожалуетесь, по идее правоохранительные органы, прокуратура, Роспотребнадзор должны отреагировать и данное мероприятие закрыть. Почему они работают, остается огромным вопросом. По всей видимости, есть некая взаимосвязь с теми, кто проверяет.

Александр Денисов: А помните вот историю с артистом Ефремовым, что он регулярно ходил в бар как раз в период полного карантина, когда все должно было быть закрытым, этот бар спокойно работал, он там захаживал, как раз после этого бара все и случилось, трагедия произошла. Неужели местный Роспотребнадзор, управа районная не в курсе происходящего? Да вряд ли это. Алексей, как организовано?

Алексей Петропольский: Конечно, в курсе. Но вы поймите, местные власти, как правило, аффилированы с бизнесом и терпеть дальнейшие потери финансовые не готовы. И пока до них не дойдет с телевидения либо федеральная власть, которая уже может действовать сверху спустить вниз приказ, ничего не произойдет. Вот то же самое, я сейчас нахожусь в Красной Поляне, только что пришел домой, в принципе никто закрываться и не думает, все работает до последнего клиента, а клиентов сейчас здесь, мягко говоря, много.

Елена Медовникова: Ой, а расскажите, пожалуйста, как вот меры безопасности соблюдаются.

Алексей Петропольский: Ну, в целом нормально. Вот первые дни, которые были очереди, все рассосалось, открыли подъемники новые, все практически работает. Везде стоят санитайзеры, стараются соблюдать, чтобы очереди были именно через метр, через полтора...

Елена Медовникова: Вот, Алексей, а в очереди все... Вот действительно, вы говорите, сначала очереди были, стояли все и соблюдали социальную дистанцию, или все равно толпа была?

Алексей Петропольский: Толпа была... Знаете, что забавно? Толпа была не только из людей, кто хотел подняться, но и из тех, кто давно не катался и сразу же въехал в столб или улетел с горы. Собственно, была еще «толпа» из скорых, людей увозили каждые две минуты на скорой в травмпункт.

Елена Медовникова: Видимо, действительно ни о каком режиме уже соблюдения каких-то правил речь не шла.

Евгений Юрьевич, вот о соблюдении режима, кстати говоря, сообщение из Владимирской области: «На Новый год все в баню, ну гульнем». Действительно, ведь традиция есть такая русская, во многих селах и городах ходят в бани. Стоит ли идти в баню?

Евгений Тимаков: Ну, по поводу бани смотрите. Во-первых, в баню, к счастью, пойдут люди, которые здоровы, потому что с пневмонией идти в баню тяжело. Если в бане будет соблюдена определенная дистанция, то в сауне, в парилке вирус не передается, там, где большая скученность людей, где сидят рядышком, друг с другом, там вирус просто-напросто на корню будет уничтожен по факту. В бассейнах вирус не передается.

Вирус может передаваться, только если мы будем сидеть за столом близко друг к другу и заниматься обнимашками. Опять же в бане, извините, социальные условия такие, что обнимашками заниматься тяжело, поэтому в принципе баня здесь не противопоказана никаким образом, можно спокойно идти и соблюдать свою традицию, катастрофы нет. И не забывайте, что в баню ходят все-таки люди, которые знают друг друга и общаются независимо от бани в своих компаниях, то есть приходят определенные компании, которые и до этого контактировали.

Елена Медовникова: Которые привыкли быть в своей компании и не соблюдать дистанцию, вот в чем вопрос, понимаете.

Евгений Тимаков: Да, поэтому баня не будет источником эпидемиологического обострения ситуации у нас в стране, это однозначно, идти можно спокойно.

Елена Медовникова: И кстати, многие телезрители спрашивают: если уже выработались антитела, есть ли вероятность заразиться второй раз? Опасаться ли?

Евгений Тимаков: Однозначно да, такие случаи заражения есть, причем есть случаи и два, и три раза я знаю, когда повторно поднимались антитела активного процесса, IgM у людей, которые непосредственно контактируют с коронавирусной инфекцией. Гарантированный срок, приблизительно когда заболеть тяжело, – это полгода, это сейчас по новым данным. После полугода, после перенесенного первого заболевания, зависит от того, насколько тяжело оно было перенесено, зависит от того, какие уровни антител, дальше антитела снижаются и человек может на самом деле заболеть. Через год однозначно у нас часть населения будет болеть повторно, но в легкой форме, то есть это будет та эпидситуация, которая не будет требовать госпитализации и не будет схлопывать систему здравоохранения.

Елена Медовникова: То есть в любом случае нужно соблюдать меры, да, безопасности?

Евгений Тимаков: До весны я настоятельно рекомендую, да.

Александр Денисов: Александр из Крыма к нам дозвонился. Александр, здравствуйте.

Елена Медовникова: Здравствуйте, мы вас слушаем.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Смотрите, мнение такое хотел сказать. У нас наш менталитет тоже очень своеобразный российский, во всех странах СНГ, выходцев из бывшего Советского Союза. Все наши праздники проходили как, дни рождения, бесконечные свадьбы, выпускные в школах, в садиках проходили как? – выпивка, какие-то пляски, сон. То есть люди привыкли вот так вот отдыхать. Вот если бы они могли по-другому отдыхать, ходить на лыжах, ходить в горы, допустим, в тех регионах, где есть горы, где их нет, пошел в лес на лыжах. Ты не заболеешь этим коронавирусом и также получишь кучу положительных эмоций, проведешь время с семьей со своей же на тех же лыжах или где-то путешествуя.

А вот наш народ, вот ему хоть сколько делай штрафов, будут ходить на эти вечеринки, потому что вот они с детства привыкли так отдыхать, вот низкосортный вид отдыха для них смысл жизни. Вот страх, здесь риск, страшно заразиться болезнью, заразить своих близких и от этого умереть, ты можешь сам умереть, а самое страшное заразить своих близких и пережить смерть близких. И они готовы пойти на эту вечеринку, потому что им не хватает положительных эмоций, а других положительных эмоций они не могут не из чего исчерпать.

Они привыкли вот так, вид отдыха у них вот такой, отдыхать только так, а от других моментов, от занятий спортом они не так получают... Есть, конечно, один из десяти, кто от спорта получает положительные эмоции, но у девяти из десяти положительные эмоции только при помощи алкоголя, каких-то пьяных плясок и тому подобного.

Александр Денисов: Спасибо, Александр, поняли вас. Как раз вот у нас Алексей Петропольский любитель кататься на лыжах. Алексей, один из десяти вы, или побольше народу приехало покататься? Справедлив ли упрек зрителя?

Алексей Петропольский: Ну, вы знаете, здесь колоссальное количество людей, такое ощущение, что вся Россия собралась. Но вы знаете, при этом, хотя я и люблю спорт, люблю кататься на лыжах, да, но тем не менее я уже заболел и переболел коронавирусом, собственно. Но при этом даже в семье у меня никто не заболел, я, наверное, то ли вовремя изолировался, то ли они каким-то образом имели какие-то иммунные свойства, чтобы не заразиться. И в баню вроде я хожу, и в клубы особо не хожу, в рестораны, не пью особо, но тем не менее мне кажется, что в общественном транспорте где-то я подцепил этот коронавирус, маска мне немного не помогла.

Александр Денисов: Вот мне показалось, Александр еще намекал на то, что это дорого, возможно, куда-то приехать, отдохнуть. Расскажите, покататься на лыжах в Сочи дорогое удовольствие?

Алексей Петропольский: Ну вот меньший минимум, то, что вы оставите, начинается от, наверное, 80 тысяч рублей на неделю, дешевле просто нереально сделать. А пределов здесь совершенства и цены нет. Если бронировать все заранее, гораздо заранее, допустим за полгода, что в этом году было рискованно, то можно, конечно, эту сумму снизить в 2 раза. А если решите завтра приехать, то, я боюсь, и 150, и 200 тысяч не хватит. Но это Красная Поляна, есть же другие курорты, есть Архыз, есть Шерегеш, где цены гораздо ниже и наплыв туристов гораздо ниже, а качество...

Александр Денисов: Но туда, правда, лететь дольше, Шерегеш в Кемеровской области, туда добраться надо.

Алексей Петропольский: Это да.

Александр Денисов: С другой стороны, можно в лесу на лыжах покататься, дешевле будет.

Елена Медовникова: Алексей Игоревич, мне кажется, наш телезритель затронул еще очень одну важную тему. Действительно, на мой взгляд, у нас несколько деформирована сама культура отдыха. Может быть, сейчас она начинает как-то вот возрождаться? Мы привыкли многие, что нужно куда-то поехать, лежать, может быть, где-то на пляже или наоборот. Ну то есть у нас нет действительно культуры такой, знаете, выйти на лыжах, покататься на коньках.

Алексей Петропольский: Культура даже катания на лыжах горных подразумевает, что, спустившись 3–4 раза с горки, ты останавливаешься в баре. А бары эти есть практически просто на каждой высоте, хоть 2 400 метров поднимись, казалось бы, на пяти подъемниках доедь, там будет стоять шалешка такая маленькая, и там будет обязательно какой-нибудь напиток алкогольный.

Елена Медовникова: Вот, кстати, интересный момент: если бы не было этих баров, столько же людей было бы на спусках на горнолыжных?

Алексей Петропольский: Вопрос. Но честно вам скажу, когда устаешь и выпиваешь какой-то такой напиток, очень приятно на душе становится, домой быстрее бежишь.

Александр Денисов: Да.

Евгений Юрьевич, вы сказали, что вирус тусовочный. А может быть, он еще и транспортный? Все-таки Алексей заразился где-то в общественном транспорте. Вот рисковать этой зимой, отправляться в поездку или нет, помня, что именно там как раз он и гнездится, на тусовках и в аэропортах?

Евгений Тимаков: Транспорт транспорту рознь на самом деле, потому что если мы будем брать самолет, то это самое безопасное место, где коронавирусом заразиться очень тяжело, сам по себе самолет, я не говорю аэропорт, где люди находятся, а именно сам самолет. Потому что в самолете воздухообмен за 3 минуты, там свежий воздух, новый воздух, циркуляция, воздух обновляется постоянно, плюс стоят фильтры, то есть там вирусом заразиться на самом деле очень тяжело.

Если мы говорим про метро, в метро заразиться вирусом, если ты находишься в маске, то на самом деле тоже очень тяжело, метро – это безопасный вид транспорта. Но если мы, скажем, будем говорить про автобус, набитый людьми, в котором нет вентиляции, то в автобусе заразиться гораздо легче, к сожалению, в маршрутке заразиться легче. То есть здесь вопрос в вентиляции: если есть вентиляция, циркуляция воздуха, то вирусом заразиться тяжело.

Если у нас с вами офис большой, с большим помещением и с рассадкой, вы сидите друг от друга на 2 метрах, заразиться тяжело. Если у нас маленький офис без вентиляции, без проветривания, если у нас маршрутка, то коронавирусную инфекцию подцепить будет где-то на 15–18% вероятности, если человек находится без маски, если находится в маске, то вероятность всего лишь 3% будет.

Александр Денисов: Спасибо большое, что предупредили.

Елена Медовникова: Спасибо.

Александр Денисов: На связи с нами был Евгений Тимаков, главврач медцентра, врач-инфекционист, а также Алексей Петропольский из «ОПОРА РОССИИ».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)