Велика ли налоговая нагрузка на россиян?

Гости
Сергей Катасонов
депутат Государственной Думы РФ
Константин Корищенко
доктор экономических наук, профессор РАНХиГС

Оксана Галькевич: Минфин назвал российские налоги крайне низкими, так в министерстве прокомментировали результаты опроса ВЦИОМ. Больше трети респондентов считают обязательные платежи в России чрезмерными, а половина – достаточными.

Петр Кузнецов: Среди считающих налоги чрезмерными в основном молодые люди от 25 до 34 лет (напомню, это все еще молодые люди). Поколение старше 60 относится к нагрузке терпимее, как чрезмерные их оценивают только 25%.

Оксана Галькевич: Кстати, интересно, что 1% опрошенных ответил, что налогов у нас недостаточно, мол, нагрузка слабовато, надо бы и прибавить, давайте еще, еще.

Петр Кузнецов: Опрос проводился в министерстве. Ведь при этом далеко не все знают, какая у нас сейчас ставка НДФЛ, только 65% ее смогли назвать, а среди молодых таких финансово, налогово безграмотных меньше половины.

Оксана Галькевич: Ой-ой-ой.

Друзья, хотим выяснить, насколько вы финансово, налогово грамотны, знаете ли вы, какая у нас ставка НДФЛ, сколько вы платите налогов кроме этой ставки и считаете ли вы налоговую нагрузку чрезмерной или достаточной. Звоните нам, пожалуйста, в прямой эфир.

Петр Кузнецов: Да, выделяете ли вы налоги вот среди всех сборов. Напомню, не все сборы называются у нас налогами, многие путают, и поэтому создается впечатление, что налогов у нас много.

Оксана Галькевич: Почему так? Сергей Катасонов, депутат Государственной Думы, будет у нас сейчас на связи...

Петр Кузнецов: У нас еще продолжение этого опроса быстро, до нашего эксперта. По результатам опроса ВЦИОМ выяснилось, это правда очень важно, потому что эти цифры тоже будем обсуждать: половина россиян платит подоходный налог через бухгалтерию своего предприятия, компании, подают декларацию самостоятельно 8%, не платят НДФЛ 9% наших сограждан, а у 31%, по их же словам, нет доходов, облагаемых этих налогом.

Оксана Галькевич: Вот так. Если говорить о налогах на имущество, то за прошлый год россияне чаще всего платили за автомобиль, квартиру, земельный участок, дом или дачу или гараж. Каждый 5-й опрошенный заявил об отсутствии имущества, подлежащего налогообложению, каждый 10-й не платит, так как имеет льготы по каким-то причинам.

Петр Кузнецов: Сергей Катасонов, депутат Государственной Думы, вместе с нами следил за результатами этого опроса. Здравствуйте, Сергей Михайлович.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Сергей Катасонов: Да, добрый день, добрый день.

Петр Кузнецов: Вот скажите, пожалуйста, ну вот реакцию народа, по крайней мере по результатам опроса, мы сейчас внимательно изучили. Есть реакция Минфина, который считает, что налоговая нагрузка крайне низкая. Вы как считаете? Вы как автор, кстати, законопроекта о введении новой прогрессивной шкалы НДФЛ, видимо, тоже считаете, что нагрузка не совсем справедливо у нас распределена по людям, да?

Сергей Катасонов: Да. Вот этот тезис мне очень нравится, который вы сказали. Нельзя сказать, что я сторонник повышения налогов, я сторонник справедливого распределения. Вот вы коснулись закона о прогрессивной шкале налогообложения. Так вот если мы в том виде, в котором внесли, примем и освободим до 17 тысяч рублей в месяц от подоходного налога, то льготы, такие преференции с налоговым вычетом получат практически 70% населения, то есть у которых налоговое бремя уменьшится.

А вот та часть, которая получает свыше 10 миллионов рублей в год, на них налоговая нагрузка будет увеличиваться, по моему предложению, от 10 до 100 миллионов 25% плюсом, а свыше 100 миллионов 35%. Вот эта категория совсем небольшая, последняя категория – это не больше 10 тысяч человек у нас получают в стране более 100 миллионов рублей в год. Но при этом, перейдя на эту систему налогообложения, они смогут практически треть налогов, подоходного налога давать казне.

Оксана Галькевич: Сергей Михайлович, вот у нас когда говорят о прогрессивной шкале налогообложения, оппоненты основные этой идеи говорят о том, что богатым, так скажем, людям состоятельным это не очень понравится, потому что налог будет расти вместе с доходом, а они у нас люди, как нам говорили высокопоставленные некие деятели, так скажем, умные, знают, как там свои деньги забрать и куда-то в другое, более удобное место перевести.

Но, может быть, хорошо, их не трогать, этих богатых, пусть там будет какая-то ровная ставка от определенного дохода? Вот нам люди пишут, Краснодарский край: «С таких зарплат, как у нас, в других странах вообще налогов не берут». Может быть, выделить некую категорию с низкими зарплатами, которую просто освободить от налога подоходного? Ну вот этот тот же МРОТ, ну с чего там брать 13%? Позорище же, а?

Сергей Катасонов: Вот я в своем выступлении, может быть, отвечал не на ваш вопрос, а рассказывал о справедливости. Как раз до 17 тысяч, не МРОТ, не 12 700 рублей, это в том числе прожиточный минимум...

Оксана Галькевич: Ну, это я говорю о нынешнем положении, да.

Сергей Катасонов: Да. Мы предлагаем так. Есть цифра 17 тысяч, это Всемирный банк, наш президент говорит, что это вот начало среднего класса, нижний порог, 17 тысяч рублей в месяц. Вот мы предлагаем до этой цифры освободить, то, о чем вы сейчас сказали. Это предложение освободить полностью от НДФЛ, от 13%. Это практически 1 700 в месяц, или 25 тысяч рублей в год получат вот эти люди, которые практически на прожиточном минимуме находятся. Но чтобы скомпенсировать эти цифры, они достаточно большие...

Петр Кузнецов: Да-да-да, я хотел спросить, какие шансы у этой инициативы, государство пойдет ли на такое.

Сергей Катасонов: Да. Если мы не найдем замены выпадающим доходам, то, конечно, государство отнесется к этому отрицательно, потому что выпадающие будут для этой категории, но это 53 миллиона человек, из 72 миллионов работающих это практически основная масса, которые снизят нагрузку, это потеря в 1,5 триллиона рублей, это большая цифра. Но...

Оксана Галькевич: С другой стороны, подождите, допустим, на эти выпадающие налоги они могут как-то потратить их на что-то. Ведь налог – это не только НДФЛ, правда, есть еще и косвенные прочие налоги, есть еще и акцизы, которые, в общем, тоже налоги. Мы что-то потребляем на эти деньги, и мы раскочегариваем, поддерживаем свою экономику внутренним потреблением, нет, не считали так?

Сергей Катасонов: Абсолютно, абсолютно верно. Но я думаю, что не нужно загружать Минфин и околопрезидентские структуры теоретическими рассуждениями. Я предлагаю сделать так, как делает весь мир: человек, который получает в год свыше 100 миллионов рублей, человек не может платить 13% подоходного налога как человек, который работает в больнице, например. Ну весь мир этот путь прошел, зачем нам искать свой путь и говорить, что вот мы активизируем потребительский спрос, мы вернем... ? Обязаны люди, которые получают свыше 10 миллионов рублей и свыше 100 миллионов, платить по другой ставке, и это как раз скомпенсирует и даже даст прибавку, по нашим расчетам, от 0,5 до 1 триллиона рублей мы получим плюсом с учетом освобождения.

Оксана Галькевич: Сергей Михайлович, раз уж у нас с вами такие парламентские слушания, обсуждения получились, смотрите. Те люди в тех странах, где они это делают, там ситуация следующая: им никак не удрать в Америку со своими капиталами, в Лондон не переехать, понимаете...

Сергей Катасонов: Ага.

Оксана Галькевич: ...не сбежать никуда, а у нас же как? Только тебе говорят «Слушай, ты большой молодец, ты больше зарабатываешь», он тут же хоп! – и ближайшим рейсом уже там, а денежки уже где-нибудь в офшоре. Вот в чем проблема, понимаете? Нашим есть куда бежать, а их некуда.

Сергей Катасонов: Вы знаете, вы немножко отстаете от жизни.

Оксана Галькевич: Ага.

Сергей Катасонов: Дело в том, что с приходом премьера нового поставлена четкая задача адресности тех субсидий, которые государство дает. То есть условно мы распределяем, даже вот ближайшее – это по 5–10 тысяч рублей, что мы давали в пандемию на детей. Но не все дети, не все семьи нуждаются в такой поддержке, условно мне такая поддержка не нужна, я депутат Госдумы, я достаточно получаю, а кому-то она нужна. И вот премьер поставил задачу адресности, но вы не думаете, что он посчитает только бедных, то есть вся страна посчитает всех. То есть мы будем четко понимать доходы каждого человека и доход семьи, понимаете? Мы перейдем сейчас к новой методике, к домохозяйствам, чтобы ориентироваться, чтобы семья выжила, а не по человеку, поэтому этот вопрос будет решен, раз.

Второе в отношении бегства. Значит, я думаю, что здесь тоже наши слушатели знают, американцы, вы же сейчас видели, они поставили задачу изъять все имущество у граждан, которые не смогут подтвердить происхождение своих вилл, домов, квартир...

Оксана Галькевич: Ну, мы очень рады за американцев.

Сергей Катасонов: Эта тема будет и в Европе.

Оксана Галькевич: А как у нас с этим делом?

Сергей Катасонов: А вы знаете, а я рад за наших. Никто никуда не побежит, потому что, как сказал Путин, правда, еще 5 лет назад, «замучаетесь пыль глотать», выбивая свои квартиры и деньги оттуда. Все. Я смотрю, как у нас развивается тема ухода из офшоров, на наших двух островах, на Русском, в Калининграде регистрируются все компании, они уходят, заканчивается вот эта вакханалия, когда все бежали. Потом, дорогие мои, вот эти цифры, 10, 15, 20, 100 миллионов в год и миллиарды, эти деньги спрятать нельзя, нельзя. Это наши госкорпорации, это наши топ-менеджеры, это крупнейшие частные компании, они не будут платить в конвертах эти деньги, ну тоже уже это все просчитано. Поэтому вот этот вот шум, который сейчас идет, понятно, кто его поднимает, – те, кто зарабатывают больше 10–15 миллионов, вот они сейчас все и шумят.

Петр Кузнецов: Да. Сергей Михайлович, мы сейчас к телезрителям обратимся: видите, под нами с Оксаной вопрос «За что я плачу налог?», можете на него отвечать, задаваться таким вопросом. На самом деле примерно такие же вопросы сейчас на SMS-портале, не все понимают. Что нужно изменить в нашей налоговой системе, по-вашему? Куда сместить акценты? Вот предложение такое стартовое для вас, если непонятно. Из Коми: «Налоги надо поднять на недвижимость и транспорт, а не с людей копейки отнимать», – пишет наш телезритель.

Оксана Галькевич: Сергей Михайлович, а может быть, проблема с уплатой налогов и с тем, что чрезмерной кажется нам эта нагрузка, не в цифрах, собственно говоря, не в том, что там 13% НДФЛ, или для кого-то он 15%, или еще там что-то, суммарная какая-то, знаете, есть разные подсчеты, что больше 40% у нас суммарная нагрузка, совокупная нагрузка по налогам, включая косвенные? Может быть, не в этом проблема-то, не в цифрах, может быть, проблема в том, что мы не видим, как эти налоги работают?

Вот знаете, опять же за границей едешь где-нибудь, дорогу копают и пишут нам: «Уважаемые жители района, простите за неудобства доставленные, здесь работают ваши налоги, потрачено столько-то денег, собраны в таком-то районе, тра-та-та, за такой-то период», – и люди знают, что да, это мои налоги, вот они работают.

Петр Кузнецов: Они едут по налогам, да.

Оксана Галькевич: А тут едешь, распутица, а... В общем, и вот где мои налоги?

Сергей Катасонов: Этот элемент есть, о котором вы мне сейчас говорите, о том, что люди хотят знать. Это было бы им более понятно и более приятно эти налоги платить. Но мы как бы в начале передачи поставили как бы вопрос, достаточно ли платим налог, лишнего или мало. И как мы вот с вами пришли к выводу, что все-таки, наверное, надо перераспределить более справедливо эти платежи. Поэтому то, что вы говорите, да, это положительный такой плюсик, правильный вектор, когда в муниципалитете знают, что эти дороги строятся за счет тех граждан, которые здесь в муниципалитете.

Еще даже надо бы пойти дальше, как делают там, на Западе, где вы говорите: они, прежде чем ремонтировать дороги, сначала определяют, что является актуальным, парк, дорога, и это идет на слушаниях в городе. Вот это эффективно...

Петр Кузнецов: С тем же народом. У нас народ в итоге, граждане имеют право требовать от власти отчета об использовании всех налоговых поступлений? Если да, то как это... ?

Сергей Катасонов: Ну конечно, конечно.

Оксана Галькевич: А как, как это сделать, расскажите.

Сергей Катасонов: Смотрите, у нас при каждом принятии бюджета города, области, страны проходят публичные слушания, и сюда вот (ну, мы говорим про муниципальный, наверное, уровень, про областной) приходят все желающие, объявляется. Это идет разговор об исполнении бюджета прошлого года и основных параметров нового года. Поэтому... Ну, обычно приходят, конечно, парламентские партии, я там представляю партию ЛДПР, приходят коммунисты, «Единая Россия» обычно не задает вопросы. Но любой гражданин может прийти и сказать, вот по этой статье как, насколько эффективно... Он может даже задать точный вопрос: вот у меня дорога в городе Оренбурге..., сколько денег потрачено и почему она через год развалилась? То есть предмет и механизм, конечно, есть.

Петр Кузнецов: Спасибо. Сергей Катасонов, депутат Государственной Думы, был с нами на связи.

«Знаете ли вы, сколько и каких налогов платите?» – этот вопрос задавали наши корреспонденты людям на улицах различных городов. Посмотрим, что получилось.

ОПРОС

Петр Кузнецов: Мы вернулись в студию. С нами Константин Корищенко, доктор экономических наук, профессор РАНХиГС. Константин Николаевич, приветствуем вас.

Константин Корищенко: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Константин Николаевич, да, опрос показал, что и платят, и нет, но тем не менее очень много граждан все-таки по-прежнему остаются сторонниками «серой» зарплаты, «давайте я лучше буду получать в конверте, но не буду платить в медицинский, в пенсионный фонды и так далее». Как вам кажется, в чем главная причина вот такой позиции? Неужели из-за такой уж сильной налоговой нагрузки?

Константин Корищенко: Нет, налоговая нагрузка в Российской Федерации, прямая налоговая нагрузка на работающих невелика. Косвенная большая, связанная с высокими налогами на сами компании, поэтому компании, платящие за работника достаточно большие налоги, они не могут повышать работнику заработную плату. И собственно, проблема не в самих налогах, а в том уровне заработной платы, которую получают работники, это если мы говорим о влиянии налогов.

А причина того, что люди не хотят платить налоги... Ну, во-первых, это историческое, культурное, которое, так сказать, сложилось годами. Во-вторых, это низкий уровень доходов. Когда человек понимает, что он обладает не очень большим объемом доходов, то для него каждый рубль, каждая сотня, каждая тысяча – это большая сумма, и он старается сэкономить.

Оксана Галькевич: Константин Николаевич, а вот как тогда вы прокомментируете высказывание Александра Аузана, декана экономфака МГУ, вот как раз по налоговой нагрузке в России? Он в свое время сказал (правда, это 2017 годом датировано высказывание, но с тех пор могла измениться нагрузка, несильно, но тем не менее), что сейчас мы отдаем государству в виде налогов 48 копеек с каждого рубля, что это миф, низкая налоговая нагрузка в нашей стране. 48 копеек – это 48% со 100.

Константин Корищенко: Ну, это абсолютно справедливое утверждение, только надо смотреть, из чего это состоит. Львиная доля того, что мы отдаем государству в этих 48 копейках, – это то, что платит за нас работодатель, и только относительно небольшая часть – это то, что платим мы в виде прямого подоходного налога.

Оксана Галькевич: Но в любом случае это большая нагрузка или маленькая? Сами мы это платим или работодатель в том числе, мы ему помогаем.

Константин Корищенко: Это достаточно большая нагрузка, это нагрузка примерно, если пересчитывать на подоходный налог, допустим, в тех же Соединенных Штатах и в Европе, это то, что платит обычно, так сказать, средний класс, то есть достаточно зажиточные люди. Такой размер у нас платит любой работающий.

Оксана Галькевич: Вот так.

Петр Кузнецов: Я знаете, что сейчас вспомнил? Другую инициативу, уже точно не помню от кого, не суть, важна как раз суть – НДФЛ отчислять самостоятельно, было несколько попыток, то есть это гражданин будет делать. Как вам такой инструмент в качестве... ?

Константин Корищенко: Я не очень понимаю, как это может работать. Во-вторых, это относительно большая...

Петр Кузнецов: Чтобы гражданин сам видел, сколько он... То есть это, видимо, работает, чтобы сам гражданин видел, сколько на самом деле он платит государству.

Оксана Галькевич: Так он спрашивать начнет тогда.

Петр Кузнецов: Да-да-да.

Константин Корищенко: Ну, мне кажется, здесь это скорее вопрос отчетности. Да, спросите, какая часть работающих смотрит на свои там листки, которые они получают по итогам месяца или квартала, далеко не все. Здесь вопрос не в том, не в смысле информирования, а здесь вопрос в размере. Понимаете, мы последние несколько лет наблюдаем отсутствие роста доходов. Мы понимаем, что по сути двукратная девальвация рубля привела к очень сильному удорожанию импортных товаров, так сказать, для населения. Поэтому соотнесение не растущих доходов и растущих цен, да неважно, каких товаров, не будем сейчас разбираться, национальных или импортных, создает ощущение нехватки денег у людей со всеми вытекающими последствиями.

Оксана Галькевич: Константин Николаевич, давайте примем звонок из Ленинградской области. Здравствуйте, Виктор, мы вас слушаем.

Зритель: Да, здравствуйте. Виктор, Ленинградская область.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Ну, что я думаю? Если государство у нас не может увеличивать налоги на богатых, в том числе и налоги на имущество, а не только на зарплату, то, значит, надо уменьшить налоги на бедных. И одна из причин того, что на богатых не хотят, потому что будут деньги якобы вывозить богатые за рубеж после увеличения налогов, значит, надо уменьшать налоги на бедных. 25–30 тысяч кто зарабатывает, максимум 5%, а кто получает меньше – 3%.

Петр Кузнецов: Виктор, а государству с кого тогда добирать-то?

Зритель: А вот это надо государству самому подумать.

Петр Кузнецов: Раз с богатых...

Зритель: Надо меньше помогать другим странам, а своему населению. Я думаю, после уменьшения денег, налогов на бедных бедные-то за рубеж деньги свои выводить не будут, в отличие от богатых, что государство боится, если увеличить на богатых, то богатые сразу будут деньги за рубеж вывозить. Бедным нечего будет вывозить, если уменьшит налоги государство на бедных, бедных хоть оживут хоть маленько. Вот так. Или увеличивайте налоги на богатых, или уменьшайте налоги на бедных.

Петр Кузнецов: Да.

Зритель: Не может быть, чтобы все одинаково платили.

Оксана Галькевич: Спасибо, Виктор.

Давайте сразу соседний город с Ленинградской областью, Петербург выслушаем, Александр у нас на телефонной линии. Здравствуйте, Александр.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Вот я всю жизнь прожил в Эстонии, ну первую половину жизни, и в начале нулевых приехал в Россию. Вот знаете, я когда узнал, что здесь платят транспортный налог какой-то на автомобиль, что ты ездишь на собственном автомобиле, ну в Евросоюзе нет вообще никакого транспортного налога, это даже в голову не придет. Я не знаю, это, честно говоря, дикость. Мне за россиян обидно.

Вот смотрите, россиянин, допустим, он ездит один-два раза в месяц на автомобиле, а платит огромную сумму в год, какой-то налог транспортный. Что за ерунда вообще? Да это дискриминация! Но человеку, понимаете, обидно иметь автомобиль, ему тогда вообще он не нужен, но ведь он хочет иметь автомобиль. Его надо вообще освободить от налога, он абсолютно несправедлив.

Петр Кузнецов: И главное, ездил бы он по дорогах, подобным эстонским, платя этот налог, хотя бы что-то, мы к этому возвращались.

Зритель: Ну, может быть, но Эстония маленькая, там дороги легче починить.

Петр Кузнецов: Тоже верно.

Зритель: И кстати, туда добавляют гранитную крошку, из-за чего дороги так не изнашиваются, как здесь. А тут конечно, асфальт, это что-то с чем-то, колейность появляется на второй год, я такого нигде в жизни не видел, всю Европу объездил, это одно.

А второе. Сколько нас российское государство обмануло, в 1991 году все сбережения моя семья потеряла, мама с папой откладывали на 18-летие, 18 лет деньги клали на счет вот этот вот, как он там, государственный, все деньги пропали. В 1998 году этот дефолт, все деньги пропали. Сколько нас государство обманывало, и еще ему налоги платить? Вы сначала верните те деньги, которые вы украли у россиян, а потом мы будем с них налоги платить. Или какой-то директор «Северстали», миллиардер долларовый, а у него работники получают 50 тысяч зарплату в месяц, рублей! Это не социальная дистанция, это социальная пропасть. И пока такая несправедливость в стране, я считаю, что вот эти богатые и должны платить столько налогов, что это может целый город вообще, людям вообще не платить налог.

Петр Кузнецов: Ага.

Оксана Галькевич: Да, накипело у Александра.

Зритель: ...не хватит столько, сколько один человек мог бы заплатить этот налог, миллиардер.

Петр Кузнецов: Человек, которому есть с чем сравнить. Константин Николаевич, ну в едином ключе таком оба телезрителя в принципе высказались. Есть у вас комментарий по выступлениям? Вы внимательно слушали вместе с нами.

Константин Корищенко: Ну, скажем, по первому выступлению я могу привести пример, например, Индии. Конечно, это другая страна, но в Индии 85% населения вообще не платят налоги в силу того, что они не имеют достаточного уровня доходов, просто низкие доходы у них. Поэтому такая история, что беднейшие слои населения не платят налоги, она вполне допустима. Другое дело, что мы же пытаемся бороться с бедностью, у нас вроде как их все меньше и меньше должно быть, поэтому здесь скорее вопрос политический признания какого-то уровня дохода как порога бедности, и, соответственно, люди, ниже его получающие, не платят налоги.

Петр Кузнецов: Вряд ли отсутствие налогов вытащит их из бедности, вы к этому, да?

Константин Корищенко: Да.

И второе. История по поводу прогрессивного налогообложения, она же не нова, она и в России запускалась, и в других странах существует. Заканчивается она всегда одним и тем же: люди выше определенного уровня дохода имеют достаточно много способов, прежде всего с помощью различного рода советников, юристов и других механизмов, просто этот доход не получать, соответственно накапливать богатство тем или иным способом, не показывая эти доходы для налогообложения. Заканчивается это тем, что сегодня инициатива последнего месяца, так сказать, когда Соединенные Штаты официально обратились к другим странам по установлению нижней планки налогообложения предприятий. То есть фактически это признание Соединенными Штатами проблем со сбором налогов.

Оксана Галькевич: Константин Николаевич, у нас еще один звонок, из Брянска Татьяна. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я тоже по поводу налогов очень возмущена.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: Дело в том, что, смотрите, продала родительскую квартиру в Мурманске. Квартира, родители всю жизнь там работали, на Севере, и я вот сейчас должна 13% отдать государству. За что?

Оксана Галькевич: Ага. Налог на наследство? Да, спасибо, Татьяна, понятно.

Константин Николаевич, скажите, вот вспомнил наш один зритель из Петербурга о крупных предприятиях, крупных корпорациях, у них у всех есть налоговые консультанты, которые помогают им так или иначе эту налоговую нагрузку оптимизировать, да? Если говорить о простом человеке, об обывателе, то такая налоговая консультация может чем-то помочь? Ну понятно, что суммы другие, но тем не менее.

Константин Корищенко: Ну вот тут была в интервьюировании семья, которая сказала, что они приобрели квартиру, вот сейчас ждут получения налогового вычета. Можно получить налоговый вычет на траты на образование детей и так далее, есть много статей, и в этом смысле у нас культура уплаты налогов, имеется в виду оформление налоговой декларации, еще не сформировалась. Но надо понимать, что налоговую декларацию имеет смысл заполнять тем, я имею в виду с помощью консультантов, кто имеет достаточный уровень дохода. Человек, который не обладает высоким доходом, собственно, заплатил свои 13% и, что называется, дальше занимайся всеми остальными вопросами. Еще раз повторюсь: ставка 13% по сравнению с тем, что существует в мире, низкая. Проблема не в налогообложении людей, проблема в налогообложении предприятий.

Петр Кузнецов: И в низких доходах. Спасибо.

Константин Корищенко: И в низких доходах.

Петр Кузнецов: Ну а это напрямую связано, собственно, с большим обложением бизнеса так или иначе. Константин Корищенко, доктор экономических наук, профессор РАНХиГС.

Скоро вернемся, впереди «Несерьезные новости», и дальше рубрика «Дорогая передача», где мы, напомним, разбираем ваши жалобы.

Оксана Галькевич: «А налоги платить надо», – пишет Архангельская область. Надо.

Петр Кузнецов: Надо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)