• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Виктор Горбачев: На те деньги, которые тратят на третью взлетно-посадочную полосу в Шереметьево, мы бы с вами уже заасфальтировали всю Сибирь вместе с Якутией

Виктор Горбачев: На те деньги, которые тратят на третью взлетно-посадочную полосу в Шереметьево, мы бы с вами уже заасфальтировали всю Сибирь вместе с Якутией

Гости
Виктор Горбачев
генеральный директор Ассоциации «Аэропорт», член Общественного совета при Ространснадзоре

Виталий Млечин: Итак, россияне выбрали новые названия для аэропортов. Шереметьево будет теперь имени Пушкина, Елизово – имени Беринга, а Кресты – имени княгини Ольги. Но это, естественно, только малая часть. Мы отобрали лишь несколько, просто чтобы проиллюстрировать этот процесс. Но, соответствуют ли аэропорты громким именам? В каком состоянии инфраструктура, терминалы летные поля? Будем обсуждать все это в нашей большой теме. Пожалуйста, включитесь в нашу беседу, расскажите, в каком состоянии аэропорты в вашем регионе. Позвоните нам, напишите смс сообщение. Ну, как вы прекрасно знаете, скорее всего, это очень важно, без этого наша программа не работает.

Тамара Шорникова: Да, но в начале немного статистики давай добавим, чтобы так сказать ввести в дело. Посмотрим, какова у нас картина. Россия занимает первое место в мире по площади государственной территории. 17 миллионов квадратных километров. Ну, большая страна, и многие ее части может связать лишь авиационное сообщение. Без него Крайний Север, или, к примеру, Дальний Восток останутся отрезанными от других регионов, где родственники, работа, отдых. Но, именно там, где аэропорты нужнее всего, они исчезают. Всего за последние 17 лет по всей стране закрылось более 1 200 аэропортов.

Виталий Млечин: Давайте сравним нашу статистику с зарубежной. На ваших экранах сейчас несколько примеров. По количеству аэропортов мы можем сравниться с Китаем и Бразилией, но, там и площадь страны поменьше и людей, которые живут далеко, к которым не добраться, кроме как на самолете, тоже, в общем, поменьше.

Тамара Шорникова: Это о плохом, есть и положительная динамика. Количество перевозок воздушным транспортом на протяжении последних лет растет. В среднем на 10% в год. За 9 месяцев этого года российские авиакомпании на внутренних рейсах перевезли более 52 миллионов пассажиров, что на 10% выше аналогичного показателя прошлого года. Ну, правда, если сравнивать наши перевозки с международными, а там, опять же немного проигрываем. Почему, что с этим делать? Будем сейчас выяснять. У нас в гостях Виктор Горбачев.

Виталий Млечин: Генеральный директор ассоциации «Аэропорт», член Общественного Совета при «Ространснадзоре», Виктор Иванович, здравствуйте.

Виктор Горбачев: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Спасибо большое, что зашли к нам сегодня. Но вот статистика как-то вот не в нашу пользу. Очень большое число аэропортов закрывается, при этом, ну, с одной стороны, можно было бы подумать, что раз они закрываются, мы все-таки живем в рыночной экономике, то видимо, они не нужны. Так ли это на самом деле?

Виктор Горбачев: Ну, пользуясь, случаем, я хотел бы поздравить всех авиаторов России с международным днем гражданской авиации, который сегодня отмечается. Теперь по поводу количества аэропортов. Чтобы нормально обеспечивать и социальную сферу и промышленность, на сегодняшний день считается, что нужно где-то в России иметь не менее 700-750 аэропортов. Ну, и как вы показали на графике, их осталось чуть-чуть побольше двухсот, вот и все.

Виталий Млечин: То есть, аэропорты нужны?

Виктор Горбачев: Безусловно.

Виталий Млечин: А почему тогда они закрываются? Что происходит?

Виктор Горбачев: А вот, так сказать, на «дикий» капитализм. Вы же сами сказали, не выгоден – закроем. Но ведь же другой вопрос все время мы забываем, да, может быть здесь, в этом районе осталось 100, 200, 300, 500 человек. Да? И поэтому решают, возить их или не возить, перемещать или не перемещать. Но, нужно другой вопрос смотреть. А вопросы безопасности полетов кто-то рассчитывал? Ведь же у нас сейчас в Сибири практически влево и вправо негде сесть. Хоть в чисто поле садись, если, не дай бог, что-то случится с воздушным судном. В тайгу садиться? В болото? Вот здесь-то кто-то будет смотреть, или нет?

Виталий Млечин: А сейчас аэропорты в России в основном в частных руках, или они государственные?

Виктор Горбачев: В основном, это государственная структура, она осталась. В частных руках не так-то уж много. Ну, можно говорить, чуть ли не 50 на 50, вот так вот. Потому, что многие аэропорты, особенно крупные, конечно ушли под частные структуры. Это и «Базэл Аэро», да, это и, так сказать, «Новапорт», вот эта вот, понимаешь ли, структура довольно-таки крупная структура, структура крупная Вексельберга, вот. Но они собрали у себя эти крупные аэропорты, ну и что?

Виталий Млечин: Но вот и что? Они, частные структуры, поддерживают в каком состоянии аэропорты?

Виктор Горбачев: Понимаете, здесь очень хитрая такая, интересная вещь, потому, что основное все-таки бремя на себе несет государство. Государство ежегодно, так сказать, вкладывает до 40 миллиардов рублей в поддержании своей инфраструктуры, то есть, аэродромов. Если мы частнику отдали аэровокзальные комплексы какие-то, и еще другую инфраструктуру, но, например, аэродром, тот, который, так сказать, более значимый в этом отношении, он все-таки принадлежит государству. И государство вкладывает колоссальные средства на это содержание. Вместо того, чтобы, я вот, вот этого не пойму, если мы отдали, весь аэропорт продали какой-то частной структуре, ну почему не отдать, как говорится, со всеми этими пожитками? Понимаешь ли, вместе с аэродромом? Почему, например, ну, не хотите передавать, продавать, ну давайте на концессию переведем. Это уже другая система, это уже должен будет владелец вкладывать свои собственные деньги.

Виталий Млечин: Ну, это было бы логично, действительно.

Виктор Горбачев: Но, здесь есть, но здесь все опасаются, что вот, будет владелец вкладывать свои деньги, не государство, и владелец сразу поднимет ставку.

Тамара Шорникова: Но, тут есть ли желающие вкладывать вообще сейчас в гражданскую авиацию?

Виктор Горбачев: А вот, давайте определимся, государство, это тоже не «дойная корова», чтоб постоянно вкладывать и вкладывать. Есть куда вложить. Вот, например, для того, чтобы, понимаешь ли, там, вместо того, чтоб строить третью взлетно-посадочную полосу в Шереметьево, на которую уже 100 миллиардов ушло денег, и сколько уйдет, еще, не понятно. На эти деньги мы бы уже заасфальтировали всю Сибирь, с вами, вместе с Якутией.

Тамара Шорникова: Вопрос экономической эффективности еще обсудим, сейчас несколько смс, которые уже начали к нам приходить. Москва и московская область пишет – «Аэропортов в стране катастрофически мало и находятся в плачевном состоянии. Надо восстанавливать старые, строить новые. Но ведь это же нужно работать, а наши чиновники не любят работать. Соответственно, пока результат такой». Орловская область – « В нашей области аэропорт ликвидирован». Если говорить о развитии воздушных аэропортов в нашей стране, в каких регионах все хорошо, в каких регионах количество аэропортов катастрофически сокращается, и почему?

Виктор Горбачев: Ну, как говорится, до Урала еще что-то, чего-то, так сказать, теплится, то после Урала, конечно, идет катастрофа. Мы постоянно обращаем внимание на этот вопрос, и Государственную Думу и Совет Федерации, и Правительство, и Министерство. Но, к сожалению, тенденция ежегодного сокращения она идет постоянно.

Виталий Млечин: То есть, до сих пор еще что-то…

Виктор Горбачев: Если в первые годы российской власти да, 91-й, там, до 2000 года, просто катастрофа шла, по 20, 30, 50 аэропортов ежегодно сокращалось. А ведь же сокращается не то, что так, закрыли, законсервировали, поставили человека с ружьем и он там охраняет. Нет, полностью все ликвидируется, если были какие-то плиты, так сказать, на взлетно-посадочной полосе, они, все эти растасканы. Уже пошли в какие-то частные структуры или садовые участки, и все, все полностью ликвидировано.

Тамара Шорникова: До Урала, вы говорите, еще жизнь есть?

Виктор Горбачев: Еще жизнь теплится. А почему дальше аэропорты закрываются? Не хотят авиакомпании туда летать, потому, что нерентабельно? Дорого содержать?

Виктор Горбачев: И то, и другое, и третье, и четвертое. И дорого содержать, потому, что все-таки там-то вечная мерзлота, то холод, то, пятое, десятое. Значит, авиакомпания невыгодно летать, потому, что они не могут летать в маленькие аэропорты на расстояния, там, например, 300, 400, 500 километров на вот этих вот машинах, «Боингах» и «Эйрбасах».

Тамара Шорникова: Даже с учетом существующих субсидий государственных на региональные перевозки?

Виктор Горбачев: Да субсидии, они тоже очень такие, интересные. Они же не между собой, эти субсидии, они между регионом и Москвой. Это вот эти вот субсидии. И потом, они опять же не всех касаются. Они касаются, так сказать, инвалидов, там, стариков, там еще проживающих именно в этом районе. Ну, сейчас там, понимаешь ли, какие-то школьники, но это все равно не то, это же не массовое, то, что вот прямо все перевозки, они, значит, там поддерживаются государством.

Тамара Шорникова: Давайте посмотрим примеры из пары регионов, Иркутская область и Симферополь. Корреспонденты там рассказали про аэропорты, существующие в этих регионах. Вот, что они увидели.

«СЮЖЕТ»

Тамара Шорникова: Ну, вот конечно, Симферопольский аэропорт, с ним все понятно, тут даже комментировать не стоит. Его старались построить быстро, денег при этом не жалели, это очевидно. Если говорить о первом аэропорте, из Иркутской области, который был вначале нашего сюжета, насколько это типичная картина? Как часто вот именно так выглядят аэропорты в нашей стране? И есть ли хотя бы предположение, сколько, какая космическая сумма нужна из бюджета, чтобы, или не из бюджета, чтобы привести в порядок как минимум действующие аэропорты?

Виктор Горбачев: Понимаете, в чем дело, если посмотреть и разобраться, деньги, в принципе, они есть. Как бы дополнительно они не нужны. Но, нужно провести ряд мероприятий, чтобы высвободить эти деньги из тех объектов, аэропортов, которые, как мы вот говорили с вами, находятся в частных руках. Ну, ты купил аэропорт, Вексельберг, вот зачем, понимаешь ли, Ростову, ты купил аэропорт, построй его полностью. Построй аэровокзальный комплекс, построй аэродром, построй все коммуникации. Нет, я построю только вокзал. А вот все остальное, это государство. Это в 3-4 раза дороже, понимаешь ли, чем аэровокзал. Вот туда и были вложены деньги колоссальные, которые можно было бы переправить вот в эти вот аэропорты, которые находятся в бедственном состоянии.

Виталий Млечин: Давайте дадим слово нашим зрителям, пора это сделать. Ольга из Бурятии была первой. Ольга, здравствуйте, вы в эфире.

Зрительница: Здравствуйте. Вот такой вопрос интересует, у нас Улан-Удэ, да, рядом – город Иркутск. И нам приходится ехать до Иркутска, чтобы там купить билеты в аэропорту, да, потому, что там намного дешевле. На 3, на 5 тысяч дешевле билеты, чем у нас в республике Бурятия. Почему такая большая разница, вот ответьте, пожалуйста. Очень интересно.

Тамара Шорникова: Да это важный вопрос, Ольга, спасибо вам за него. Можем как-то прокомментировать?

Виктор Горбачев: Да это никак не прокомментируешь. Потому, что авиакомпании устанавливают самостоятельно свои эти билеты. Как это прокомментируешь? Ну, почему в одно и то же направление «Аэрофлот» берет такие деньги, за ним летит «Сибирь», берет вторые деньги? За ним летит, например, там, «ЮтЭйр», понимаешь, берет свои деньги?

Виталий Млечин: А их чего формируется цена?

Виктор Горбачев: О, там вот такая вот формула, понимаете, на 10 страниц.

Виталий Млечин: Нет, ну, знаете, тут главное, это что экономически обоснована или она зависит от жадности авиакомпании?

Виктор Горбачев: И то, и то. Да, потому, что жить нужно. Но, если говорить объективно, вот, так сказать, за 10 месяцев убытки авиакомпаний, так сказать, в этом году, составили 44 миллиарда рублей. Представляете? Это же деньги! Из чего все это выходит? Ведь мы же сами, государство наше уважаемое, загнало наши авиакомпании в тупик. На чем летать-то? Только нужно, чтобы покупать и брать в лизинг иностранные, так сказать, воздушные суда, за которые нужно платить валюту, не рублями расплачиваться, а валюту. Значит, чтобы купить один, понимаешь ли, одно евро или один доллар, нужно заплатить 70 наших рублей.

Виталий Млечин: Так, а как же сейчас, вот российские самолеты?

Виктор Горбачев: Какие?

Виталий Млечин: «Суперджет», «МС-21» то же вроде он как-то?

Виктор Горбачев: Так его нет. Он только облетывается. На сегодняшний день пока более-менее массово выпускается, это только «Суперджет», это среднемагистральная машина. И то она еще пока, тьфу-тьфу-тьфу, но в «сыром» состоянии. И поэтому, трудности существуют. В этом направлении мы, я говорю, зажали, зажали буквально в рамки. Ведь же если раньше, так сказать, все говорят – вы ностальгируете по советским временам, у нас с вами была, так сказать, линейка от «Ан» второго, понимаешь ли, от 12-15 пассажиров, до, понимаешь ли, «Ил» 86-го, 350 пассажиров. А между ними-то еще был и «Як-40», «Як-42», «Ан-24», «Ту-134», «Ту-154», «Ил-62», вон она была, какая, линейка.

Виталий Млечин: Так, а почему же отказались от всего этого?

Виктор Горбачев: От этого? Так нас Запад «задушил». Вот и все. Нас заставили.

Виталий Млечин: Нет, ну нас Запад «задушил» в том смысле, что на Запад нельзя них летать, но внутри страны-то можно?

Виктор Горбачев: Да. А здесь опять началось, так сказать, топливное обеспечение, экономия. Ведь на это тоже смотрят. На ресурс машин. Если, так сказать, движок у «Боинга» 16 000 часов, то у нас ресурс идет где-то, примерно, 5-8.

Виталий Млечин: Ну, то есть, значит, выгодней купить «Боинг» и все тут.

Виктор Горбачев: Вот выгодней, но за него-то нужно платить валюту, а не рубли наши.

Виталий Млечин: Ну, понятно, да.

Виктор Горбачев: Ну, промышленность-то наша, понимаешь ли, подняла руки и все. И не хочет этим заниматься.

Тамара Шорникова: У нас есть звонок, перед ним – пару, буквально смс. Добавляем, расширяем картину по стране. Алтайский край пишет – «В Бийске в аэропорт съездили, точнее – на его «останки». У нас чтобы улететь, надо сначала в Новосибирск добраться. И на билет в одну сторону истратить минимум 25 000 рублей в один конец. При наших зарплатах в 15-17». Это о доступности перелетов. Оренбургская область тоже жалуется на билеты – «В Питер улетала за 6 000, возвращалась за 13». Давайте теперь послушаем телефонный звонок.

Виталий Млечин: Калининград, Игорь с нами на связи. Здравствуйте, Игорь.

Зритель: Здравствуйте. Я вот сам работник авиации во втором поколении. И я вот немножко вот слушаю вашего, так скажем, гостя в этой программе. Он, я так понимаю, по возрасту захватил и советское тоже, так говорится, время. Вот. Я с ним не согласен по многим аспектам. Авиация и авиаперевозки – это очень дорогое удовольствие, и только сильная страна может себе это позволить. Если такие, как говорится, коммерческие структуры, у которых есть аэропорты, самолеты, которые вот берут «Боинги», «Эйрбасы» и так далее. Деньги на развитие внутри страны, авиационной промышленности, они на них отдают? Нет. Если бы мы сами же, государственная компания была бы, и она бы зарабатывала эти деньги, то она бы развивала бы авиационную промышленность внутри страны. А не отдавала деньги тем, кто сдает эти самолеты в лизинг.

Виталий Млечин: Ну, то есть, вы хотите сказать, что все государственное должно быть, или что?

Зритель: Да, все должно быть государственное. Во-первых, мы будет сами развивать свою отрасль, как таковую, это первое. Второе. Государственное, как бы, смотрение на ту же самую безопасность, на тот же самый уровень подготовки экипажей и всего остального, а не коммерческих структур, где, как говорится, коммерсант думает только о том, как заработать деньги, он не думает, как развить дальше все. Он думает, как в данный момент заработать, взять эти деньги.

Виталий Млечин: Ну, если не развивать, то не заработаешь. Спасибо вам большое за ваше мнение.

Тамара Шорникова: Оно популярное. Потому, что действительно, вот сообщение еще одно зачитаю. Из Ставропольского тоже – «Нужно разогнать хозяев-частников, государство возьмет на себя авиаперевозки». Но здесь вывод-то, какой? Многие люди уверены, что если государство возьмет в свои руки, там, аэродромы, да, там какие-то авиакомпании, может быть их деятельность, то это отразится на билетах, потому, что они станут фиксируемыми. Но, это, я думаю, точные люди, от которых следует отказаться.

Виктор Горбачев: Ну, я бы, я бы не сказал, у нас контролирующих органов масса. В конце концов, и антимонопольные службы, и, так сказать, контролирующие органы, и «Ространснадзор», и так далее и так далее. Так что, контролируйте себе с удовольствием. Я немного не соглашусь с нашим товарищем, понимаешь ли, во втором поколении из Калининграда. Потому, что как это деньги, понимаешь ли, перевозчики должны отдавать на промышленность? Это что ж тогда, каждый автомобилист, который за рулем, он должен, понимаешь ли, деньги еще промышленности отдать?

Тамара Шорникова: Так отдаем же в виде транспортных налогов.

Виктор Горбачев: Да, чтобы «АвтоВАЗ» наш повысить, понимаешь? Транспортный налог-то, он идет на дороги там, и тому подобное. Так что, дело промышленности это изготовить, дело, так сказать, эксплуатационников эксплуатировать и перевозить. Это разные совершенно вещи.

Тамара Шорникова: Что касается все-таки связей нескольких. Говорили о том, что авиакомпании действительно несут убытки, многие говорят о том, что сильно подорожал керосин, из-за этого выросли очень сильно затраты.

Виктор Горбачев: Не только.

Тамара Шорникова: Ну, во всяком случае, как одну из причин называют. И уже объявили о том, что неминуемо, безусловно, в следующем году цены на билеты будут поднимать. Это просто неизбежно. Как это отразится на аэропортах? Насколько вообще они зависят от благополучия тех или иных компаний? От их возможностей перевозить больше и так далее?

Виктор Горбачев: Нет, ну, безусловно, аэропорт зарабатывает на сегодняшний день только на авиакомпаниях. Основная масса. Это только, где-то там процентов 30 может быть это неавиационная деятельность. Да? Это то, что там, рестораны, так сказать, пирожки, которые продаются внутри аэровокзалов. А все остальное, конечно, это основная масса, это вот то, что работается с авиакомпаниями. Не будут летать авиакомпании, так сказать, не будет этого аэропорта, понятно. Хотя, аэропорт это не авиакомпания, он может быстро переквалифицироваться, да? Сразу какой-нибудь торговый центр откроется в аэровокзале, но это уже будет не аэропорт. Поэтому, да, так сказать, проблема с авиакомпаниями, она есть. И действительно, они тратят колоссальные средства, говорю, но, мы загнали их в тупик. В конце концов, надо что-то помогать этим же авиакомпаниям. Ведь же они колоссальные средства платят, это – таможенные сборы. Да? Когда перевозят, понимаешь ли, воздушные суда. Это раз. Значит, колоссальная цифра идет по авиационному топливу. Несмотря на то, что говорят, мы «заморозили» все, но разговор-то идет бензине и дизтопливе, никто не говорит о авиа керосине.

Виталий Млечин: Ну да, его ведь на заправках не продают, поэтому, да, как то все не следят особенно.

Виктор Горбачев: Колоссально, на сегодняшний день вот эта вот составляющая, по авиационному топливу, она выходит, чуть ли не первое место, вместо лизинга и платы, и содержания воздушных судов. Ну что же это мы загоняем? А потом мы говорим – почему билеты такие дорогие? А куда деваться-то? Это же начинают искать лазейки, как наша уважаемая, так сказать, авиакомпания «Победа», да? То то, то се, в конце концов, они могут довести и до платно туалета.

Тамара Шорникова: Ну, вот сейчас предлагают ввести платную регистрацию уже в аэропортах.

Виктор Горбачев: Вот. Но, это опять, понимаете, это что? Это платная регистрация, если ты будешь самостоятельно входить по интернету, и там будешь регистрироваться.

Тамара Шорникова: В аэропортах.

Виктор Горбачев: Не в аэропортах, если ты из дома будешь пользоваться интернетом этой авиакомпании, будешь самостоятельно регистрироваться. Ведь же можно и так делать, на сегодняшний момент. Вот. А значит там, когда ты уже пришел в аэровокзал, регистрируешься на стойке, там, конечно, не возьмут с тебя. А здесь о том, что вот содержат, понимаешь ли, интернет, содержат портал и так далее, вот здесь вот, там какие-то небольшие деньги. Ну, сегодня мы уже платим с вами, если выбираем место, да? Или у окошка, или там, впереди или сзади.

Тамара Шорникова: Сложнее назвать попробовать, за что мы не платим.

Виктор Горбачев: За что мы только не платим! Да. Но, вот какими-то путями они выходят.

Виталий Млечин: Я знаю, за что мы не платим. Самое главное, за что не платят наши зрители. За то, чтобы позвонить к нам в прямой эфир. Виктор из Тульской области. Здравствуйте, мы слушаем вас.

Зритель: Добрый день.

Виталий Млечин: Добрый.

Зритель: Добрый день, уважаемые ведущие и добрый день, Виктор Горбачев.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте, слушаем вас. Вас прекрасно слышно, говорите.

Зритель: Добрый день. Я хочу сказать о том, что вот у нас в городе Туле в 90-х годах, начале 90-х, был прекрасный аэропорт.

Виктор Горбачев: Да.

Зритель: Межрегиональное сообщение было прекрасное. Летали в Рязань. В Липецк, Воронеж. То есть, все общались люди, ездили, летали. Все, закрыли. И вот уже, как говорится, десятки лет уже он не работает. И причина в этом, я думаю, просто это, я не знаю, это просто элементарная бесхозяйственность. Вот честно. Не подумали о людях, об экономическом положении региона, Тульской области. Я вот приведу вам пример такой, да, я жил в городе Фрунзе. До 90-х лет, да, в районный центр, который стоял от города Фрунзе 90 километров. Летал самолет. Я учился в автодорожном техникуме, и мы, студенты, на 90 километров летали с друзьями на самолете в район. Билет стоил полтора рубля. На такси стоил столько же. В самолете летела жалобная книга, пожалуйста, отметь там все. Ну, это был шик! Просто вот вспоминаю и думаю, я жил где-то в совсем другой измерении. Сейчас что творится! Да горючее, вот смотрите, одним росчерком пера Медведев взял, и на полгода цены раз, и понизил. А здесь не могут ничего сделать. Топливо жмет на билеты, на все расходы и все. Ну, что это такое?! Это знаете, вот абсурд среди белого дня.

Виталий Млечин: Да, Виктор, спасибо вам большое. Все понятно, раньше было лучше. Давайте посмотрим небольшой сюжет, который подготовили наши корреспонденты. Спрашивали у людей на улицах, какой был лучший и худший аэропорты в их жизни. Вот, что отвечали люди.

«СЮЖЕТ»

Тамара Шорникова: Да, такие мнения.

Виталий Млечин: Виктор Иванович, а давайте мы вам такой же зададим вопрос. Какой лучший и худший аэропорт в нашей стране, по вашему мнению?

Виктор Горбачев: Так нельзя говорить, какой худший и какой лучший. Если к тебе летают 1 раз в неделю, или 1 раз в месяц, естественно, ты будешь худшим. А если у тебя такие объемы, понимаешь ли, сумасшедшие, как Внуково, Шереметьево, Домодедово и Пулково, естественно, ты будешь лучшим.

Тамара Шорникова: Я думаю, что Кургану с 1 рейсом на Москву сложно тягаться с Шереметьево.

Виктор Горбачев: Да это не только, понимаете, там на Москву. Даже между собой если будут, понимаете? Ну, нельзя же до бесконечно увеличивать какие-то ставки, сборы. Потому, что мы тогда вообще не полетим. Это действительно будет по 25, по 30, по 40 тысяч билеты стоить. Ну, никто же не будет летать, и никто не будет платить. Поэтому, ну, в настоящий момент государство приняло мудрое решение, создав федеральные казенные предприятия, так называемые. Вот если бы это не было создано бы, они бы тоже, у нас где-то примерно около, наверное, 80-ти аэропортов бы «скончалось» на сегодняшний точно.

Тамара Шорникова: Давайте расшифруем. Не все знают, они объединяют некоторые региональные аэропорты.

Виктор Горбачев: Федеральные казенные предприятия, это предприятия, которые государство взяло на себя их финансирует, и они не подлежат ни, понимаешь ли, банкротству, ни ликвидации. Это как бы социальные объекты. Вот к ним относятся аэропорты Севера, да, вот это вот Магадан, Якутия, аэропорты Дальнего Востока. Это вот то, что относится туда, в сторону Благовещенска, Хабаровска и, так сказать, этой части. Если бы не было бы, это все, был бы капец! Но государство не может, конечно, все на себя, все это взять. Или нужно тогда, иногда приходишь вот к этой страшной мысли, а не рано ли мы начали заниматься акционированием и приватизацией? Может быть, еще нужно было бы, учитывая, так сказать, нашу экономику нужно было бы еще и оставить государственным?

Виталий Млечин: Так, а государство в состоянии это содержать?

Виктор Горбачев: Вот был «Аэрофлот» мощнейший, потому, что там деньги перетекали. Если, например, богатая авиакомпания, деньги перетекают авиакомпания-аэропорт. Если, так сказать, более-менее держится аэропорт, деньги перетекают, так сказать, в авиакомпанию. И было все это дело единое. И не было убытков, все работали. Да были небольшие, так сказать, деньги, но это были деньги. Никто не считал себя убыточными. Ну что вот делать, 44 миллиарда, да? Убытка у наших авиакомпаний. Значит, авиакомпании с первого числа следующего года пойдут в банки, им же надо содержать людей-то, надо зарплату платить. Надо покупать керосин, чтобы летало все это дело. Ну, а вот эти деньги, которые они возьмут в кредит, им же дадут под 20, 25, 30 процентов. Куда-то они эти 30% должны девать. Они эти 30% положат на нас с вами. И все. И тогда что мы говорим, будут дешеветь билеты? Да никогда в жизни они не будут дешеветь, при таком отношении.

Тамара Шорникова: Правительство приняло комплексную, комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры до 24-го года. Там есть федеральный проект развития инфраструктуры региональных и местных аэропортов. Есть какие-то, на ваш взгляд, конкретные меры, которые помогут вывести вот эту нашу отрасль из пике?

Виктор Горбачев: Первым делом нужно решать, на чем мы будем летать. Вот, что должно государство сейчас принимать. Конечно, все это чудесно, «М-21», «Суперджеты», то, что мы собираемся делать с уважаемыми китайцами. Но, все это – «монстры». Где наши воздушные суда типа «Ан-24»? «Як» сорокового, вот которые должны как челноки, вот летать между собой. Дешевые наши машины. Вот об этом нужно говорить, а промышленность нам только начинает, так сказать, говорить о том, что мы будем модернизировать «Ан» второй. Но, ребята, машина, так сказать, еще послевоенная. Вы чего? Машине то уже 70 лет, чего модернизировать то в ней? Нет, мы вот, поставим, понимаешь ли, там, какие-то там, роллсройсовские, понимаешь, двигатели. Так он стоит-то в 3 раза дороже, чем весь самолет! Вы чего говорите?!

Тамара Шорникова: Нам как раз издалека позвонили. Магадан, Андрей. Давайте выслушаем.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Андрей.

Тамара Шорникова: Нашего телезрителя.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас, рассказывайте

Зритель: Да. Ну, несколько аспектов могу отметить. Вот вы начали с переименования аэропортов. Это, конечно, безумная затея, которую, по-моему, вообще никто не понял, что это было. У вас очень хорошо Лесков по этому поводу сказал, вот там ни убавить, ни добавить. Вот безумная совершенно затея, которая, мы здесь вообще не поняли на Дальнем Востоке. Потому, что здесь проблема-то основная, это тарифы, ужасные тарифы, вот. Причем, они внутрирегиональные не легче, чем, в общем, так, тариф Москва, ой, Москва, Магадан – Хабаровск может быть таким же, как Магадан – Москва.

Тамара Шорникова: А каким? Расскажите, сколько платите за билеты?

Зритель: Ну, сейчас эти, субсидирование есть, ну, вот правильно ваш гость говорит, что это же не на всех действует. Вот, допустим, есть Магадан – Владивосток, там он субсидированный, заявлен, сейчас, что-то в районе 5 000, или 3 500 даже, но это да, это вот по категориям определенным. А так билет в зимнее время тысяч 15 может стоить. В летнее, ну, как, вот, допустим, в летнее же там вообще билеты, «Аэрофлот» берет и объявляет, билетов эконом-класса нет.

Виталий Млечин: И все летите бизнесом.

Зритель: Ну, кому надо срочно, так. Остальные – заложники. Там сумма может доходить до 120 в один конец. Это вот они бизнес, объявляют, у нас нет билетов, все.

Виталий Млечин: Андрей, а в каком состоянии аэропорты, то с чего мы начали? Собственно, как дела обстоят именно с терминалами, в с взлетной полосой? Не страшная, нормально?

Зритель: Ее ремонтировала в Магадане. «Угрохали», сколько-то, миллиард. Потому выявились какие-то недостатки, вот. Короче, подрядчик там подвел. В принципе, в принципе нет, ее там что-то доделывают какой-то участок. Вот. Ну, то есть, такой, проблема вечного нашего, там, не то «распила», не то некачественного, некачественных работ. Сам аэровокзал, аэропорт, терминал, ну, между собой так если, мы так можем и сараем это назвать, конечно. Но, все, да, вот как на Камчатке тоже проблема. Там люди задыхаются, они называют «Сарай Вексельберга», между собой. Вот. И, в принципе бы мы потерпели, вот ради тарифов, знаете. Можно, конечно и лучше что-то построить, но убивают, конечно, тарифы. Когда ты смотришь, это вот лететь полтора часа в Хабаровск, а цена – 20 000 в один конец, ну, это что-то с чем то!

Виталий Млечин: Да, это, конечно, вызывает вопросы. Спасибо большое, Андрей, что позвонили, рассказали.

Тамара Шорникова: Абсолютно понятно, здесь ужас.

Виталий Млечин: Да.

Тамара Шорникова: Кратко, у нас осталось не так много времени. В чем аэропорты могут перестроить свою работу, начать зарабатывать самостоятельно, а где абсолютно точно не обойтись без государственных вложений?

Виктор Горбачев: Ну, во-первых, чтобы аэропорты нормально работали, зарабатывали, нужна соответствующая, так сказать, нормативно-правовая часть. На сегодняшний день аэропорты не обладают законодательством своим. Значит, мы регулируемся воздушным Кодексом. А в воздушном Кодексе всего лишь 5% написано об аэропортах, все остальное написано об авиакомпаниях. Мы уже 17 лет или 18 лоббируем этот вопрос, и говорим, о том, что нужен для аэропортов самостоятельный, свой закон, на который бы они ориентировались, и давали бы им работу. Ведь же здесь могли бы и приаэродромные территории, привокзальные территории использоваться. Как вот это все делается на Западе. Мы очень любим говорить, а как там, а там вот так вот. А мы не хотим прислушиваться к этому. Мы одного министра уговорим, как будто бы он все понял, его нет. Потом второй пришел, опять его уговорили, понимаешь ли, поняли, опять его нет. И вот Министерство уважаемое не хочет этим заниматься, а должно выходить то все-таки не от общественных организаций. Мы должны предлагать, и мы, принципе, и даже на блюдечке с голубой каемочкой принесли, вот, подготовили, за свои деньги, аэропортам, вам проект закона. Ну, черкайте его, ну, печка-то есть, от чего отталкиваться уже. Это же не с голого листа начинать. И этого не хотят! Нет, не нужно, будут дополнения и изменения, в воздушный Кодекс, в другие законы. Так мы сейчас дошли до того, что одно, так сказать, дополнение, изменение, понимаешь ли, оно не корреспондируется, понимаешь ли, с другим. В одном отменяется, в другом оно, понимаешь ли, назначается. Ну что это такое?! Ну, не серьезно. Если вы хотите поставить, вот, пожалуйста, понимаешь ли, ведь же моряки-то добились своего, ну, слава богу, был министр-моряк, Франк. И он, понимаешь ли, добился, чтобы был отдельный закон, по морским портам. Ведь же есть Кодекс мореплавания, там написано о морских портах, но моряки посчитали, что нужно для них отдельно этот закон. И вот, они сделали, подготовили. Вот и все. Наши, ну просто со страшной силой, так сказать, сопротивляются, нет, не нужно. Ну, а если не нужно, значит, ну и тут то можно так вот, понимаешь ли, как угодно трактовать всевозможные вещи. Пока не будет четкой системы, ничего у нас не получится. Или нужно все, так сказать, сейчас забирать в свои руки, приватизировать, понимаешь ли, государству, национализировать. И говорить, ребята, начинаем все сначала, с 91-го года. Все отнимаем у всех. Отнимем, понимаешь ли, у Тараценко, отнимем у Вексельберга, отнимем, национализируем все и начинаем сначала.

Тамара Шорникова: В общем, выбор есть, посмотрим, по какому пути пойдем.

Виталий Млечин: Спасибо большое, это был Виктор Горбачев, генеральный директор ассоциации «Аэропорт», член Общественного Совета при «Ространснадзоре». Мы говорили о российской авиации, об аэропортах, все, что с этим связано. Мы вернемся через пару минут.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

Anatoly Glushkov
Главный вопрос - качество государственного управления: можно написать массу хороших планов, программ, законов,- но если управлять не профессионально- то ничего хорошего не будет. Как Минтранс вас будет понимать, если департамент воздушного транспорта возглавляет бывший военный железнодорожник!?
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты