Виктория Перская: Почему в Китае беспошлинный экспорт и импорт? Потому что по классификатору ВТО он до сих пор «развивающаяся страна»

Виктория Перская: Почему в Китае беспошлинный экспорт и импорт? Потому что по классификатору ВТО он до сих пор «развивающаяся страна» | Программы | ОТР

Вирусная экономика: кто зарабатывает на эпидемии, а кто, наоборот, несет убытки?

2020-01-29T14:20:00+03:00
Виктория Перская: Почему в Китае беспошлинный экспорт и импорт? Потому что по классификатору ВТО он до сих пор «развивающаяся страна»
Зима будет аномальной
Рубль заболел. Снова... Как лечить от коронакризиса нашу валюту?
Поучились – и хватит. Московских школьников раньше срока отправляют на каникулы
Регионы. Что нового? Хабаровск, Уфа, Нижний Новгород
Коронавирус: вторая волна ограничений. Война в Нагорном Карабахе. Лес в собственность. Новые правила поверки счетчиков. Депутаты из народа. Соцконтракт против бедности
Удочка вместо рыбы: как работает система социального контракта
Идеальный депутат
Карабах: неужели война?
Коронавирус наступает
Бедность пошла в рост?
Гости
Виктория Перская
директор Института исследований международных экономических отношений Финансового университета, доктор экономических наук, профессор, заслуженный экономист РФ

Петр Кузнецов: Коронавирус продолжает распространяться по планете, им заражены почти 6 тысяч человек уже, еще больше 9 тысяч находятся под подозрением. Скончавшимися именно от коронавируса или от последствий считаются 132 человека. Также известно о четырех случаях излечения. Все не очень хорошо по-прежнему не только для жизни, но и для экономики, хотя здесь как посмотреть, кто-то теряет, кто-то, наоборот, в таких ситуациях зарабатывает. Кто зарабатывает, кто теряет, о тех и других мы поговорим прямо сейчас в рубрике «Личное мнение».

Ольга Арсланова: Мы приветствуем директора Института исследований международных экономических отношений Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Викторию Перскую. Виктория Вадимовна, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Виктория Перская: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Это рубрика «Личное мнение».

Расскажите, что сейчас происходит в Китае? По вашим данным, какая там обстановка, особенно в регионе, где обнаружили вирус?

Виктория Перская: Ну вы знаете, что? Я приехала в декабре месяце, ближе к концу декабря, в тот момент еще вируса не было. Но на что я для себя обратила внимание? Вот материковый Китай, только человек почувствовал себя плохо, температуры нет, кашель, легкая простуда, тут же надевают маски, причем даже на маленьких детей, они еще ведут их в детский сад, но уже с маской на лице, представляете?

Ольга Арсланова: Но в детский сад все-таки ведут.

Виктория Перская: Но ведут в детский сад, а надо работать. На что я еще обратила внимание? Китайцы очень одержимы работой, очень одержимы работой. Вот Шэньчжэнь город – это свободная экономическая зона, там практически люди начинают работать с четырех, с полпятого...

Ольга Арсланова: Утра?

Виктория Перская: Утра, конечно, утра. И город затихает где-то часов в 10–11 вечера, причем мы были и в рабочих кварталах, и в центре города. То есть люди, фактически все китайские граждане хотят заработать, это их основная такая, знаете, движущая сила. Причем с ними вот поговоришь, сначала общий разговор, а потом сразу начинается, где можно сделать бизнес, как можно заработать, на чем можно заработать, и это отличительная черта китайцев. То есть они хотят работать, они много работают, и они чувствуют очень большую конкуренцию со стороны своих же соплеменников.

Ольга Арсланова: А как на вот это влияет сейчас обстановка с вирусом?

Виктория Перская: Значит, скажу вам...

Петр Кузнецов: Сейчас у них и Новый год, во-первых, и так бы не работали...

Ольга Арсланова: Сбиты настройки.

Петр Кузнецов: А тут еще и вирус.

Виктория Перская: Да. Ну это вот мне друзья позвонили оттуда и рассказывают ситуацию. Во-первых, когда только появились вот эти сообщения о вирусном заболевании, они сразу многие надели маски, сразу автоматически надели маски. Кто-то поехал праздновать Новый год кто в Европу, кто к своим родственникам, и больше всего они испугались того, что начинается паника. Паника искусственно разжигалась, причем сразу вам скажу, что она шла с разных, как они мне сказали, источников. Но вы знаете, что в Китае Google заблокирован, YouTube заблокирован, у них местный WeChat, вот эта система общения. И, естественно, то, что сейчас западные каналы транслируют, как люди падают в обморок, как люди там сразу на заправках...

Петр Кузнецов: На улицах, вот есть эти ролики.

Виктория Перская: Да, вот эта вся собирается информация, транслируется, подается как общее целое. Но в какой-то степени это инспирирует панику, чтобы была начата большая паника на территории Китая. Ну с точки зрения потерь, кто заработает, кто потеряет. Мы можем сейчас говорить только по аналогии. Вирус атипичной...

Петр Кузнецов: Ну то есть бизнес, бизнес тоже вот этой панике поддается?

Виктория Перская: Ну естественно. Понимаете, экономика... Вот мои знакомые бизнесмены в какой-то степени реагируют на эту панику, но только в части личной гигиены, личной безопасности и дела свои не прекращают.

Ольга Арсланова: Ну то есть работают как обычно, моют руки в 2 раза чаще, все.

Виктория Перская: Да, да.

Петр Кузнецов: Ага.

Виктория Перская: На предприятиях люди, если у них есть еще отгулы, которые предоставило государство, они гуляют; если нет отгулов, они идут на работу. Это я вам просто сейчас говорю то, что мне сообщили мои друзья.

Теперь кто теряет? По аналогии, судя по атипичной пневмонии, потери китайской экономики составили около 40 миллиардов долларов, это 2001–2003-е гг. вот мы смотрим. Тогда, обратите внимание, общий ВВП Китая был в разы меньше, чем сегодня. Общие потери мировой экономики составили 50 миллиардов долларов. Сегодня объем мировой экономики, 2019 год, 85 триллионов, тогда он составлял около 22, вот в 4 раза. Значит, китайской экономики ВВП 13 триллионов, вы просто считайте эти суммы, 1/7, наверное, или 1/6. То есть какие можно ожидать здесь потери? Фондовый рынок резко отреагировал, на фондовом рынке на 3–5% упали акции.

Ольга Арсланова: Ну это тоже на фоне паники в первую очередь.

Виктория Перская: На фоне паники.

Петр Кузнецов: И это в первые дни, да? Он потом выправился.

Виктория Перская: Да, совершенно верно, потом это стало изменяться, потом стала тенденция стабилизироваться. Фармацевтические компании Китая, сейчас я вам рассказываю уже по китайской прессе, они высказывают большие надежды на высокую прибыль.

Ольга Арсланова: Ага.

Виктория Перская: Малый бизнес... Ну что? Рынок – это в какой-то степени аморальная система, если ее не регулировать, правильно? То есть все делают деньги так, как они могут. Не хватает масок, не хватает вот этого облачения...

Ольга Арсланова: ...можно продавать в десять раз дороже.

Виктория Перская: Помимо того, что в десять раз дороже, малый бизнес занялся тем, что как-то постирают, вычистят и опять на продажу.

Ольга Арсланова: Ага.

Виктория Перская: Вторичное, третичное использование.

Ольга Арсланова: Даже так.

Виктория Перская: Китайское правительство вводит штрафы, и очень большие штрафы, за это, потому что это распространение коронавируса и прочих заболеваний, но малый бизнес рискует, риск иногда оправдывается, иногда нет.

Петр Кузнецов: Извините, это у них сейчас мы говорим.

Виктория Перская: Я говорю про Китай сейчас.

Петр Кузнецов: Да. А, например, тот же масочный бизнес сейчас вообще на планете тоже... ? Допустим, если мы сейчас их берем прирост

Виктория Перская: Вы знаете, что? Я посмотрела, просто посмотрела, в какой-то степени вот эта паника будет способствовать тому, что будет массовое потребление масок на планете.

Ольга Арсланова: Может быть, мне показалось, у нас в принципе же каждый год эпидемия гриппа, иногда бывают люди в масках в России, но нечасто. Мне почему-то кажется, что сейчас в метро чуть чаще люди в масках стали встречаться, как будто бы наши уже, еще не дошел коронавирус до России...

Виктория Перская: Да, у нас пока нет.

Ольга Арсланова: ...а люди на всякий случай маски надевают.

Виктория Перская: Да. Вы знаете, это...

Ольга Арсланова: Китайские туристы же гуляют, на всякий случай.

Виктория Перская: Да, у нас гуляют китайские туристы, правда, вот выступала Анна Попова, вы знаете, что она сказала, что у нас пока не обнаружено, то есть информация о том, что...

Ольга Арсланова: То есть даже наши, которые маски ну не очень любят носить, в этот раз они это делают.

Виктория Перская: Да, не очень любят, они надевают. Это общий тренд, это общее вот это паническое немножко состояние у людей, которое в какой-то степени подогревается и СМИ какими-то. Но что я вам хочу сказать? Фармацевтические компании ожидают и считают свои очень большие прибыли. Пока их акции не особенно возросли, но будут расти, потому что они существенно вкладывают деньги, существенно расширяют продажу антивирусных препаратов.

Петр Кузнецов: Вообще, то есть не то что какой-то препарат против коронавируса и они продают эти пузырьки массово?

Виктория Перская: Нет, просто, просто, на всякий случай.

Петр Кузнецов: Вообще все.

Ольга Арсланова: А вдруг поможет.

Виктория Перская: Да, на всякий случай, да, вдруг поможет.

Петр Кузнецов: Как от того же гриппа.

Виктория Перская: Да. Вы знаете, я, готовясь к нашему эфиру, специально переговорила с вирусологами знакомыми, и мне интересную вещь сказали, что, понимаете, особенно тяжело переносят люди старше 69 лет, потому что уже иммунная система не столь сильная, есть уже ряд комплексных заболеваний, которые уже от возраста, с течением жизни их человек приобрел. И тогда да, это сказывается на почечной недостаточности. Но в принципе, говорят, от обычного гриппа уровень смертности еще выше, если так брать, от обычного гриппа. А люди молодого возраста – ну максимум одна неделя.

Как сообщают китайские СМИ, они говорят, что не могут сейчас сообщить, сколько людей выздоровело, потому что выздоравливать они держат не на карантине, а на лечении 2 недели, а смертность определяется значительно быстрее. Поэтому китайские медики, исходя из китайской информации, указывают на то, что у них выздоровление будет значительного, большого числа из числа всех зараженных этим заболеванием.

Петр Кузнецов: Ага.

Ольга Арсланова: Ага.

Транснациональные корпорации, была информация, что частично уходят из Ухани, понятно, из каких-то городов рядом...

Виктория Перская: Они эвакуируют свой персонал.

Ольга Арсланова: То есть закрываются, по большому счету не работают.

Виктория Перская: Нет.

Ольга Арсланова: Это как-то может повлиять?

Петр Кузнецов: Рейсов меньше стало.

Виктория Перская: Нет. Вы знаете, рейсов стало меньше, туризм, да, туризм очень сильно... Ну не сильно, опять не могу вам сказать, что очень сильно пострадает. Ведь вот китайские власти зафиксировали, что 7 февраля должен наступить как бы переломный момент, то есть до этого момента они держат закрытыми вот эти рейсы. Ну максимум может быть продлено в связи с изменением мутации этого вируса, то до конца февраля могут сдерживаться, вот эти меры карантина проводиться в жизнь.

Но Китай вообще, если сейчас посмотреть, 60% экономики или ВВП получается за счет внутреннего потребления. Вот сегодня, по сегодняшним статистическим данным Китая, внутреннее потребление сократилось до 35%, вот что страшно, понимаете?

Петр Кузнецов: С 60% до 35%?

Виктория Перская: Да. Ну то есть 60% – это в ВВП, формирование за счет внутреннего потребления, а 35% – это вот сегодняшняя ситуация в связи с тем, что люди не выходят из дома, что подарки, которые планировали купить, не купили...

Петр Кузнецов: Да, ведь это же траты как раз существенные новогодние.

Виктория Перская: Конечно. И вот эти все накопления... Ведь китайцы же очень бережливые, они очень расчетливые, и вот они в течение года откладывают суммы, для того чтобы приехать к своим родственникам, а они поддерживают связи, если вам так честно сказать, у них нормальная свадьба 400 человек, 400–500 человек, это средняя свадьба. То есть они едут к родственникам в свой регион, они везут подарки разнообразные, не особо дорогие, но они экономят на то, что сделать эти подарки. И сейчас они их не делают. А кому они будут передаривать? Они никому не будут передаривать. На следующий год будут другие, а сейчас они эти деньги аккумулируют и откладывают. И вот по подсчетам китайских экономистов только за счет этого будет определенный нанесен вред развитию китайской экономики.

Петр Кузнецов: То есть речь идет на сегодняшний день о каком-то замедлении китайской экономики, давайте замахнемся на этот термин?

Виктория Перская: Вы знаете, что? Я резко выступаю против этого тезиса, сразу вам говорю.

Петр Кузнецов: Не будем панику... ?

Виктория Перская: Нет, тут не в этом дело. Это вот западные наши, как их теперь называют, партнеры пытаются сказать, что китайская экономика впадает в кризис, ей нужны реформы, у нее всего темпы роста 6%.

Петр Кузнецов: Торговая война с США...

Ольга Арсланова: Всего, всего.

Виктория Перская: Торговая война сейчас немножко затихла, об этом мы тоже можем с вами поговорить, если хотите. Но всего 6%. Понимаете, это оптимальные темпы роста для любой крупной экономики. Экономика Китая, я вам сказала, 13 триллионов с хвостиком, и потребление у них... А численность населения – 1 миллиард 400 миллионов только в самом Китае, понимаете? В этих условиях Китай сформировал среднезажиточное общество, где уровень ВВП на душу населения достаточно высокий, около 10 тысяч долларов, это много, это зажиточное население.

И, конечно, Китай абсолютно правильно сделал, что они сейчас стимулируют внутреннее потребление как источник роста, чтобы не зависеть от внешнего рынка, поэтому оптимум, это опять теоретический такой посыл, оптимальная зависимость страны от внешних рынков должна быть не более 25–27% от ВВП. Если доля экспорта-импорта выше, то страна попадает автоматически в зависимость к внешним рынкам, к потреблению и к поставкам ресурсов или продуктов.

Вот что произошло у Китая с США? Китай слишком ориентировался на инвестиции США, слишком ориентировался на их технологии, и США выступали основным потребителем той продукции, которая производилась в Китае. И вот сейчас введение санкций со стороны Трампа, они теряют рынок, понимаете? Поэтому в данном случае я предполагаю, это, конечно, мое мнение, но темпы роста Китая в размере 6% – ничего нет страшного, и многие китайские эксперты, вот мы как раз в Шэньчжэне встречались по этому поводу, они тоже придерживаются этой точки зрения.

Но хочу вам интересный факт привести: а вот основоположники китайской идеологии развития 1990-х гг., потому что были и такие представители, члены ЦК КПК, довольно уже в возрасте, они очень интересно заявили такую точку зрения: Китай должен расти по-прежнему 15% в год. Ну, понимаете, это невозможно, потому что потребление... Ведь это же надо знать, куда ты растешь, что ты производишь, а кто будет потреблять. И вот тут выступает туризм. Но туризм давал, в общем-то, где-то 5%. Но если это снизится на 5%, ну я не думаю, потом китайцы очень сильно расширят эту сферу.

Ольга Арсланова: Вот вы про Соединенные Штаты Америки упомянули, нам тут пишут: «Коронавирус произведен в США, это наказание Китая за непослушание», – такая популярная конспирологическая версия. О ней вообще в Китае кто-нибудь всерьез говорит, ну так, хотя бы на кухнях обсуждают?

Виктория Перская: Вы знаете, я общаюсь не столько с вирусологами и с конспирологами, сколько с политиками и экономистами, они не придерживаются этой точки зрения.

Ольга Арсланова: А там над этим смеются.

Виктория Перская: Они не придерживаются. Они четко вот сейчас, как мне они сказали, что они раскопали в этих отходах вот этих змей, которых съели, нашли в этих змеях этих самых летучих мышей уже переваренных...

Петр Кузнецов: А-а-а, летучая мышь попала в змею, а потом змея попала в человека.

Виктория Перская: Кобру какую-то, кобра, они кобр едят.

Петр Кузнецов: Ага.

Виктория Перская: И съели вот этих вот...

Петр Кузнецов: Вы не пробовали, кстати?

Виктория Перская: Нет, спасибо.

Ольга Арсланова: А кобр съели люди, правильно, да?

Виктория Перская: Да, и так как у Китая есть такой тренд, понимаете, слабопрожаренное мясо, ну, собственно, сейчас в московских пабах, в кафе слабопрожаренное, среднее, middle они называют. Китайцы очень часто обжаривают в масле сверху, а внутри, значит, кровь идет. И вот за счет этого они и подцепили смутировавшего вируса. Это позиция китайской стороны.

Петр Кузнецов: По поводу американцев, кстати, нам Ивановская область пишет, опасны ли посылки из Китая. А что конкретно, давайте по гигантам пройдемся возможным, у AliExpress падение? Потому что это самый популярный сервис, россияне пользуются, дешевое совершенно что-то, там и за 100 рублей можно заказать.

Виктория Перская: Да.

Ольга Арсланова: А вдруг вирус попадается?

Петр Кузнецов: Вот по AliExpress и по Apple еще поговорим. Во-первых, опасны ли, как считать? И можно ли считать, что сейчас правда мало по всему миру стало, вот сейчас AliExpress несет убытки существенные? Насколько сильно?

Виктория Перская: Вы знаете, что? Это не убытки, это упущенная выгода, назовем так.

Петр Кузнецов: Да, это разные вещи.

Виктория Перская: Убытков пока вы еще не знаете.

Петр Кузнецов: Да-да-да.

Виктория Перская: Убытки – это когда подводятся расходы, доходы, потом итог, правильно? А сейчас идет упущенная выгода, то есть на что вы рассчитывали, но что вы недополучили. Да, в связи с паникой это инспирируется. Более того, вы сами знаете, вы же следите за информационными агентствами, прошла информация, что, если грязные руки, почесал глаза или потер глаза, можно через слизистую глаз получить этот вирус, то есть люди пугаются. Наши эпидемиологи, как я тоже слушала по телевидению, по радио, говорят о том, что так он не передается, страшного ничего нет.

Но вот паника, разжигаемая в информационных сетях, причем очень часто она направлена, имеет определенную цель ради какой-то кампании или против какой-то кампании, проплаченные бывают кампании, то в этих условиях, конечно, какое-то сдерживание объемов поставок будет, спрос будет уменьшаться. Но чтобы это сказалось вот так вот фатально, я не предполагаю, что это будет.

Петр Кузнецов: На примере компании Apple, ведь очень много комплектующих, да почти все собирается там...

Виктория Перская: Да.

Петр Кузнецов: Причем, насколько я понимаю, изучая информацию, вот эти заводы, крупные фабрики как раз находятся в регионах, близких к заражению.

Виктория Перская: Да.

Петр Кузнецов: Как это скажется на крупных компаниях, которые заказывают комплектующие?

Виктория Перская: Вы знаете, что? Опять-таки я должна вам сказать, что я не хочу гадать на кофейной гуще, высказывать свои умозрительные заключения. Я исхожу из реальных фактов. Дональд Трамп поставил задачи перенести производства, в том числе Apple, на территорию США. И первое, с чем они столкнулись, не с тем, что Apple не может организовать производство и сделать, а с тем, что нет кадров, которые могут работать на территории США, это кадры среднетехнического персонала.

Петр Кузнецов: Казалось бы, да?

Виктория Перская: То есть техникумы и ПТУ, то, что было, у нас есть, техникумы и ПТУ, вот этого среднетехнического персонала нет.

Ольга Арсланова: А у них есть либо высокие, квалифицированные кадры, либо чернорабочие.

Виктория Перская: Либо есть... Ну то есть люди, которые после школы, не имея среднего специального образования, особенно в «ржавых» поясах. И вот, понимаете, не могут сейчас Соединенные Штаты отказаться от комплектующих, производящихся в Китае, не могут, просто физически не могут, это закономерность просто, понимаете? И поэтому, конечно, в угоду информационной определенной политике, да, что-то может быть сделано, а потом ведь там работают китайцы на этих предприятиях, они могут дать какие-то отпуска, правительство Китая установило более длительные выходные, и компании вынуждены подчиниться.

Но опять-таки, исходя из речи председателя КНР Си Цзиньпина, я могу вам сказать, что он четко сказал, что они будут именно обеспечивать для иностранных инвесторов и компаний иностранных, которые работают на территории Китая, равный режим пребывания и бизнес-деятельности такой же, как для китайских компаний. То есть убирать они ничего не будут.

Петр Кузнецов: Послушаем Татьяну, наша телезрительница из Курской области дозвонилась. Здравствуйте, Татьяна.

Ольга Арсланова: Добрый день.

Зритель: Да, здравствуйте. Я хотела бы задать гостю передачи вопрос.

Петр Кузнецов: Пожалуйста.

Зритель: Почему у нас доля импорта из Китая такая высокая? Потому что это гибнет наша экономика, мы должны немедленно сократить долю импорта и так же из других стран, чтобы возродить свою экономику.

Ольга Арсланова: Спасибо. Можно еще, знаете, добавить: и как нам научиться у Китая тоже делать так много востребованной продукции? Было бы неплохо, наверное.

Виктория Перская: Вы знаете, Китай к этому пришел начиная с 1990-х гг., когда еще Дэн Сяопин дал политику открытых дверей и реформ, то есть Китай шел к этому достаточно последовательно. И Китай, будучи во взаимодействии с... Компании Соединенных Штатов стали выносить производства на территорию Китая почему? Потому что Китай, вступив в ВТО в 2001 году, я вам как раз всю эту историю рассказываю и отвечаю на вопрос слушательницы, доход на душу населения у Китая был менее 500 долларов. Это означает, что Китай является страной, которая отнесена к классификатору развивающихся стран, то есть у нее идут беспошлинные поставки как по экспорту, так и по импорту, понимаете?

Петр Кузнецов: А сейчас 10 тысяч долларов.

Виктория Перская: А сейчас 10 тысяч. А ВТО не пересмотрело эту классификацию, так вот они и остались в этом сегменте, понимаете? И Трамп пошел по пути повышения протекционистских действий, то есть повышения тарифов на импорт из Китая. То, что сказала наша слушательница, – это абсолютно верно, но у Китая уже был гарантированный рынок сбыта, для кого они производят вот эту высокотехнологичную продукцию, понимаете? То есть они знали, кому будут поставлять.

Мы сегодня только начинаем, я бы сказала, года 2 как у нас пошел процесс реиндустриализации, ведь в 1990-е гг. мы разрушили все свое промышленное производство, но уже условия у нас жестко конкурентные мирового рынка, у нас нет гарантированного сбыта, понимаете, нет покупателей. И поэтому вот так вот наша...

Ольга Арсланова: Там все поделили уже, да.

Виктория Перская: Да, вот так, как говорит наша слушательница, она правильно говорит, что надо обеспечить самодостаточность особенно в ключевых, стратегически важных сегментах, и вот эти сегменты мы пытаемся сейчас обеспечить как самодостаточные с минимальной зависимостью от импорта. Но ведь есть и другие сегменты, предположим, ткань, поставка готового ширпотреба для одежды китайская, я не говорю об электронике, хотя электроника тоже поставляется из Китая. И необходимости восстанавливать это – а кто будет потреблять? Потому что в Китае ниже издержки, ведь есть еще издержки.

И следующий момент, который мы забываем: у нас предприятия не дотируются, у нас предприятия работают в конкурентной среде, есть только субсидирование по экспорту как контрмера в рамках ВТО на санкции, субсидирование сельского хозяйства, есть сельскохозяйственного машиностроения субсидирование.

Ольга Арсланова: А остальные сферы?

Виктория Перская: А все-то работают остальные, как вот работают? А сколько у нас стоит кредит? Ну кредит долгосрочный?

Ольга Арсланова: А в Китае по-другому, да?

Виктория Перская: А в Китае субсидирование крупных промышленных предприятий, которые заняты экспортом, у них идет субсидирование со стороны государства. Вот второй пункт или вторая фаза переговоров Трампа с Си Цзиньпином, с китайской стороной должна именно затронуть вопросы субсидирования и поддержки государственных компаний. Но вот когда я была в Китае, я как раз слушала выступление Си Цзиньпина, когда он сказал о том, что они по-прежнему будут поддерживать государственные компании, государственный сектор как локомотивы экономического роста.

Ольга Арсланова: Ага.

Виктория Перская: Поэтому, понимаете, вот так вот сразу раз! – взял и сократил объем импорта, как предлагает наша слушательница...

Петр Кузнецов: Да-да, немедленно.

Виктория Перская: Мы об этом пишем вы знаете, сколько лет уже? Очень много. Но разрушить-то легко, а создать сложно, тем более когда конкурентная основа существует. А куда ты это поставишь?

Ольга Арсланова: Так даже на внутреннем рынке мы не всегда можем конкурировать, правильно?

Виктория Перская: А я вам про это и говорю.

Ольга Арсланова: То есть у нас люди выберут что? То, что дешевле, AliExpress тому пример.

Виктория Перская: То, что дешевле, то, что качественнее. Вот сейчас, предположим, в Китае идет очень активная кампания по рекламе российской продовольственной продукции.

Ольга Арсланова: В Китае?

Виктория Перская: Да, в Китае, потому что она очень качественная, очень естественная, что называется, без всяких...

Петр Кузнецов: А что это такое? Мы им что успешно так пытаемся продать?

Ольга Арсланова: Сельскохозяйственные?

Виктория Перская: Молоко, сметана им понравилась, сыр понравился...

Ольга Арсланова: Мороженое, наверное, очень наше популярно.

Виктория Перская: Про мороженое не знаю, я китайцев спросила, они не понимают его, вот с кем я общаюсь, они его не понимают, они замораживают сок как-то и вот облизывают это, считают, что это мороженое. Ну, наверное...

Петр Кузнецов: Цепляют потом эти вирусы.

Виктория Перская: Ну в отношении вирусов не знаю, но во всяком случае... И что происходит? Наши компании не могут прорваться на китайский рынок, потому что сами китайцы, малый и средний бизнес, предложили следующее: мы у вас закупаем все молоко и у нас изготавливаем, мы тут создаем предприятия на вашей стороне, мы все изготавливаем, но пойдет под нашей маркой.

Ольга Арсланова: А-а-а, понятно.

Виктория Перская: Более того, в китайских магазинах, я зашла в Гонконге, смотрю, думаю, что такое, какие-то конфеты типа «Аленки». Я спрашиваю своего коллегу, говорю: «Слушай, а что это такое?» Он говорит: «А, это наши китайские ребята производят».

Ольга Арсланова: Вот они, протекционистские меры в какой степени...

Виктория Перская: Да это не протекционизм, это авторские права. Они взяли спокойно торговую марку, мы же ее зафиксировали, у себя зарегистрировали, у них не зарегистрировали. Они у себя зарегистрировали, все, русский продукт «Аленка».

Ольга Арсланова: А-а-а, понятно.

Петр Кузнецов: Спасибо вам большое. Уж прогнозы давать не будем, вы это не любите, вы с факторами работаете...

Виктория Перская: Нет-нет, факты, я работаю с фактами.

Петр Кузнецов: Поэтому, собственно, само оно как-то и исчезнет, надо полагать, потому что с этими истериями мы уже встречались, и атипичная, и Эбола, в общем, все это мы проходили.

Виктория Перская: Вы знаете, что? Да, давайте не будем паниковать...

Петр Кузнецов: Видели, как экономика реагирует, останавливается.

Виктория Перская: Давайте будем работать, спокойно смотреть и надеяться на лучшее.

Петр Кузнецов: Спасибо большое!

Виктория Перская: Ну если материально.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо. Рубрика «Личное мнение», Виктория Перская, директор Института исследований международных экономических отношений Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, была у нас в гостях. Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)