• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Владимир Кузнецов: Жильцы вправе оплачивать ЖКУ по факту, организовать раздельный сбор мусора и платить меньше, но это, я считаю, умышленно замалчивают

Владимир Кузнецов: Жильцы вправе оплачивать ЖКУ по факту, организовать раздельный сбор мусора и платить меньше, но это, я считаю, умышленно замалчивают

Гости
Владимир Кузнецов
генеральный директор Центра экологических инициатив

Оксана Галькевич: Первой темой нашего сегодняшнего прямого эфира будет подведение итогов недельного опроса. На этой неделе, уважаемые телезрители, мы с вашей помощью пытались разобраться с тарифами на вывоз мусора, просили вас писать, по какому принципу его рассчитывают, как изменилась сумма. Вот смотрите, что получилось.

В части муниципалитетов остался прежний расчет вывоза мусора с квадратного метра жилой площади. Многие жалуются, что это несправедливо. Вот, например, сообщение из подмосковных Люберец: «Живу одна, заплатила 356 рублей. Почему к мусору привязали квадратные метры? Разве мусорят они?»

Александр Денисов: Ну вот новость: тема сбора мусора и вывоза отходов предполагает, что взнос рассчитывается в том числе исходя из количества прописанных в квартире человек. По этой системе взимаются деньги за вывоз мусора в разных регионах, например, в Сочи. Сообщение оттуда давайте почитаем: «Платим 1 100 рублей в месяц за 5 человек». Еще одно сообщение уже из Череповца Вологодской области: «Платили с квартиры около 120 рублей, а прописаны 6 человек. Сейчас 140 рублей с человека».

Оксана Галькевич: Стало больше в 7 раз на самом деле, это очень существенно.

Александр Денисов: Да.

Оксана Галькевич: Да и в Сочи тоже, первое сообщение, стоит ощутимо. Надо сказать, что плата за вывоз мусора выросла во всех регионах практически, мы сравнивали именно тарифы, и оказалось, что в большинстве муниципалитетов все-таки предпочтительнее стала оплата с числа проживающих людей. Лидером по тарифу с человека стал тот самый Сочи, там он в разных районах варьируется от 231 рубля до 262 рублей с человека. При этом жители, естественно, считают его необоснованным. Ну вот смотрите, мы получили такую историю из этого города: «В 2019 году плата за мусор 262 с лишним рубля с человека. В семье четверо у нас, платим 1 050, при этом у нас частный дом, органику отправляем в компост, в месяц набирается всего 0.12 кубометра, это 4 маленьких мешочка мусора, – написал нам телезритель. – Мусор просто золотой!»

Александр Денисов: Да. На втором месте в нашем рейтинге нижегородский Дзержинск; довольно внушительные тарифы также в Кемеровской области, Тульской, Ростовской. Где-то, впрочем, суммы в платежных документах не изменились, например, в Воронежской области есть такое. Где-то даже снизились, например, в Курской области.

Оксана Галькевич: Сообщений о тарифах, которые рассчитываются с квадратного метра, в нашей почте, в наших SMS-сообщениях оказалось несколько меньше, но все равно ясны и лидеры, и аутсайдеры. Самые высокие тарифы в Московской, Ленинградской и Кировской областях. Невысокие пока расценки сохраняются в Пермском крае, Саратовской, Архангельской, Владимирской и Самарской областях.

Александр Денисов: Мы проанализировали все ваши сообщения, подведем итог: нижний ценовой порог за вывоз мусора в стране – 110 рублей, верхний (потолок) – 1 313 рублей в месяц, в среднем по России платят около 400 рублей. Напомню, в конце прошлого года Минприроды сообщало, что средний платеж за вывоз мусора за семью, проживающую в 2-комнатной квартире площадью 50 квадратных метров, составлял 125 рублей в месяц.

Оксана Галькевич: Очень многие нам писали в обсуждении этих тем, что реформа повернулась не самой приятной стороной: стало дорого, а результат люди пока еще не увидели. Вот когда мы, собственно говоря, с вами поймем, за что платим, давайте попробуем сейчас выяснить. В студии сегодня с нами Владимир Кузнецов, генеральный директор Центра экологических инициатив. Владимир Сергеевич, добрый вечер.

Владимир Кузнецов: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Сразу обращаемся к телезрителям: друзья, это прямой эфир, интерактивный, у вас есть возможность высказаться, присылать нам сообщения или позвонить в прямой эфир. Пользуйтесь, пожалуйста, этой возможностью.

Александр Денисов: Владимир Сергеевич, сразу вопрос. Может быть, мы не с того начали реформу? Для начала стоило людям объяснить, за что такие тарифы, за что мы будем платить? Что нам нужно строить заводы? Вот, например, мы вчера с Оксаной в новостях читали, что, по-моему, в Кировской области запустили калькулятор, чтобы каждый мог рассчитать, какой у него тариф за вывоз мусора. Может быть, с такого калькулятора и стоило начать, чтобы меньше было вопросов, чтобы у людей было понимание, для чего это, за что они будут платить? Как вы думаете?

Владимир Кузнецов: К сожалению, вы правы, что реформа пошла не с того конца, так будет говорить. Это, к сожалению, мы не первый раз наблюдаем, что нам сверху предлагают что-то, говорят, что будет только лучше. Мы не против «лучше» и не против «дороже», если это действительно оправдано и мы это видим. Но, к сожалению, по-моему, все жители видят, что ничего не изменилось: как вывозили полезные фракции вместе с мусором, так и вывозится, как и валилось все в один контейнер, так все и валится, как объемы были, так и остались, как услуга была в этом виде, так она и осталась. Что в Москве, что в регионах ничего не изменилось. В чем же дело?

Оксана Галькевич: Владимир Сергеевич, мы с вами на самом деле не первый раз уже встречаемся в этой студии, так, да?

Владимир Кузнецов: Да.

Оксана Галькевич: И говорим постоянно о проблемах с вывозом мусора, с его переработкой. Реформа-то готовилась, оповещалось об этом заранее, мы все оповещались, в том числе и вы, профессионалы, которые работают…

Владимир Кузнецов: 5 лет она.

Александр Денисов: С 2014 года, да?

Оксана Галькевич: А что, за 5 лет было не подготовиться? Не купить контейнеры для раздельного вывоза мусора? Не поставить их во дворах? Не знаю, не организовать какие-нибудь сортировочные центры? Ну хоть что-то сделать? А вот такое ощущение, что мы прямо с чистого листа 1 января все начали.

Владимир Кузнецов: Вы понимаете, одна и та же проблема: житель как собственник отходов и как участник этой реформы вообще отстранен. Это беда… Мы уже говорили, это не только в этой отрасли, кстати.

Оксана Галькевич: Нет, подождите, а я как житель что могу вообще в реформе реформировать?

Владимир Кузнецов: Можете.

Оксана Галькевич: Я могу сортировать, поставьте контейнер, я буду делать.

Александр Денисов: Кстати, не соглашусь. Почему отстранен? Общественные слушания – первое, самое непременное условие при выборе площадки, при выборе места для строительства завода.

Владимир Кузнецов: Ну вы их видели, эти обсуждения? Вы участвовали?

Александр Денисов: Нет, они должны быть.

Владимир Кузнецов: А.

Александр Денисов: Другое дело, были они, не были, но это непременное условие.

Владимир Кузнецов: У нас формально много чего должно быть, житель вроде как участник или передает свои полномочия органу, представителю власти и так далее, но он действительно не видит этих изменений, не участвует в этом, понимаете.

Александр Денисов: Что, ни в одном регионе не было общественных слушаний?

Владимир Кузнецов: Я не видел, я не видел и не слышал об этих…

Александр Денисов: Может быть, просто вы не видели.

Владимир Кузнецов: Даже в Москве, я активный гражданин, я этого не видел, я специалист по этому вопросу. Но здесь общественные слушания даже и не нужны. В данном случае…

Александр Денисов: В Москве-то точно, у нас просто свалок нет поблизости.

Владимир Кузнецов: Надо просто довести до сведения. Есть все документы, 354-й, правила предоставления коммунальных услуг. Да, большой документ, 140 страниц, но тем не менее там все есть. Там написано, что вы имеете право по факту оплачивать, вы можете организовать раздельный сбор. Но я считаю, что во многом этот документ умышленно не показывается и не рассказывается, что вы имеете это право. И там тогда тарифы ваши значительно снизятся, – не тарифы, а собственность услуги.

Александр Денисов: Обоснование не прописано.

Владимир Кузнецов: Конечно.

Оксана Галькевич: Но я все-таки хочу получить ответ на свой вопрос, мы несколько перескочили: что, за 5 лет было не подготовиться к запуску, к началу работу?

Владимир Кузнецов: Вопрос, конечно, во многом к власти. Но я считаю, что вот эта неповоротливость наша только из-за того, что опять малый бизнес отстранен от этого, начинается сверху во многом. Опять же участвуют в этом… Ну как вам сказать, вот сверху сказали «надо», «вот товарищи, которые будут участвовать, финансировать и будут наверху этой реформы. Я думаю, что этих товарищей все знают и это не секрет, в Москве у нас они известны, они одни и те же. К сожалению, нас участниками этого не сделали, местные власти участниками этого не сделали, потому что местную власть ставят опять перед фактом: вот вам региональный оператор, по конкурсу он должен выиграть, и вперед.

Александр Денисов: Не понял, а кто это? Сам регион и должен выбрать регионального оператора, кто его ставит?

Владимир Кузнецов: Должен, но вы понимаете, что как правило он уже определен.

Александр Денисов: Кем?

Владимир Кузнецов: Тем, кто в том числе участвует в финансировании этой реформы, те инвесторы, которые претендуют на что-то. Это как в Москве с нашими контрактниками, которые были определены, делится весь этот пирог, естественно, не у местной власти, а гораздо выше, к сожалению опять же. И поэтому мы получаем такие результаты, хотя на самом деле есть зарекомендовавшие себя мусоровывозящие компании, которые смело могут быть региональными операторами.

Александр Денисов: Ну кстати…

Владимир Кузнецов: Но во многом они были отстранены.

Александр Денисов: Под Новый год, мы тему эту обсуждаем постоянно, были случаи, – да, может быть, даже и не были они, а продолжаются, – когда мусор просто не вывозится, а оказывается, что у нового регионального оператора нет ни машин своих, ни контейнеров…

Владимир Кузнецов: Ни контейнеров, да, смена не произошла.

Александр Денисов: Да, а до этого успешно все работало, вывозилось, а тут вдруг бах! – нового выбрали, и перестал. Почему? Что это за региональные операторы такие у нас пришли?

Владимир Кузнецов: Здесь можно отчасти его понять, потому что, кстати, смена даже и подрядчиков всегда очень болезненна, потому что один подрядчик, старый, должен забрать свои контейнеры с контейнерной площадки, новый должен поставить, причем новые контейнеры он должен поставить. Вы представляете себе, когда региональный оператор, у которого регион, он должен все это сделать, у него должно быть место, где он технику поставит свою, у него техника должна быть…

Оксана Галькевич: Технику надо обслуживать определенным образом.

Владимир Кузнецов: Это полгода надо на то, чтобы это все организовать.

Александр Денисов: Оксана сказала, 5 лет было.

Владимир Кузнецов: Ознакомиться… Ну это я говорю уже о реализации, а то, что 5 лет, – это нормативка под это дело вся, и законы писались, нормативка. У нас законы только вводились, вы помните, все время отсрочка, отсрочка, отсрочка решения этих вопросов.

Александр Денисов: Кстати, почему опять отсрочка для Москвы, Севастополя, Санкт-Петербурга? И примем звонок. Что тут у нас?

Владимир Кузнецов: Ну как? Оправдание такое нелепое…

Александр Денисов: Мол, контракты не заключили, да, у нас еще 3 года они будут идти.

Владимир Кузнецов: Там нелепое оправдание, дескать, нет у нас своих территорий, где можно было бы это захоранивать. Мне казалось, ну хорошо, захоранивать не можете, организуйте раздельный сбор, у нас сознательные граждане, это горожане, они все готовы, уже показал эксперимент, что 60% с лишним готовы разделять.

Александр Денисов: Да я у себя во дворе вижу для пластика контейнеры.

Владимир Кузнецов: Нет проблем никаких, нет никаких проблем, пожалуйста. Но мы видели обратную картину, что у нас сносятся пункты раздельного сбора отходов, а ставятся какие-то сетки, которые думают, что они заменят.

Александр Денисов: То есть попросту не хотят?

Владимир Кузнецов: Ну не хотят, во многом не хотят, потому что им нужны объемы и тонны, километры.

Оксана Галькевич: Ну слушайте, в рамках Москвы, Петербурга, в рамках Севастополя, тоже немаленький город, объемы будут обеспечены моментально.

Владимир Кузнецов: Им хотелось бы, чтобы они не упали, теперь остается только эти объемы вывезти на Луну, вот и все.

Оксана Галькевич: Елена из Пермского края, давайте с ней побеседуем. Елена, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот кое-как до вас дозвонилась в течение 7 лет. Ваша передача очень нравится, задевает такие конкретные вопросы. Вот конкретно по своей пятиэтажке, где я сейчас прописана, вчетвером прописаны, но сын, сноха и внук временно прописаны, до 2020 года, в Перми, и с меня берут за мусор. Я написала в управляющую компанию, чтобы сделали перерасчет за 3 года, документы предоставила, все, что они прописаны в Перми. Но у нас есть такой Захаров В.П., который мне отказал в данной ситуации.

Александр Денисов: А пересчет…

Зритель: Сказал: «Живешь не живешь, но платить должен».

Александр Денисов: Да-да, а сколько, какая сумма у вас указана в платежном документе? Какую сумму вы хотели пересчитать?

Зритель: Вы знаете, сумма не указана, но это все написано как содержание и ремонт жилья, это, видимо, все обхвачено этой суммой.

Владимир Кузнецов: Квадратные метры.

Александр Денисов: Спасибо.

Зритель: У нас подразделения такого нет, не подразделяется ничего.

Александр Денисов: Я понял, спасибо. Почему не стали пересчитывать?

Владимир Кузнецов: Во-первых, многие путают. У нас от проживающих, не прописанных, не зарегистрированных, а проживающих.

Александр Денисов: Ну где как, где исходя из квадратного метра, где… По-разному.

Владимир Кузнецов: Да-да, но вот если по жителям, с человека, то проживающих, а вот кто определяет этих проживающих, – очевидно, участковый с каким-нибудь старшим по дому или по подъезду, я не представляю, как это делается, пока непонятно.

Оксана Галькевич: Я все-таки думаю, что, может быть, из зарегистрированных, нет?

Александр Денисов: Конечно, по количеству зарегистрированных?

Владимир Кузнецов: Нет, проживающих.

Оксана Галькевич: Кто же там проживающих будет считать?

Владимир Кузнецов: Проживающих, даже временно проживающих считается.

Александр Денисов: И как они узнают?

Владимир Кузнецов: Ну вот это уже второй вопрос, понимаете? Пока, к сожалению, я не видел документов или регламентов каких-то, которые позволяют определить, как это делается.

Александр Денисов: Вот у меня…

Оксана Галькевич: Владимир Сергеевич, как вы считаете, вы человек, который давно в этой сфере работает, – у вас вообще какой самый сложный сезон для работы, для сбора, перевозки мусора? Лето, осень, зима, весна?

Владимир Кузнецов: Вы знаете, каждый по-своему: если летом это объемы, то зимой, например, все, что касается города, это подъезд.

Оксана Галькевич: Вот я в связи с этим хочу спросить: как вы считаете, время для старта, сезон для старта этой реформы в принципе удачно выбран, или это вообще не имеет значения? Вот смотрите, у нас с 1 января: во-первых, каникулы длительные, во-вторых, эти горы мусора завалило снегом, не подъехать, не подойти. Может быть, это надо было делать где-нибудь осенью, весной, может быть, летом?

Владимир Кузнецов: Не соглашусь.

Оксана Галькевич: Нет, я не высказываю никакой точки зрения, я вас спрашиваю.

Владимир Кузнецов: По практике как раз я не соглашусь. Самое хорошее время – это когда людей нет, жителей нет, у нас, так сказать, все отдыхают. Пик объемов отходов, конечно, приходится на декабрь, безусловно, все праздничные дни, особенно это торговля и все, что связано с подарками, активность жителей и так далее. А вот что касается января, это мертвый сезон для мусора, благодарное время, и можно было бы за это время что-то сделать. Но ведь подготовительная фаза все равно идет до этого, это как раз хотя бы 3 месяца надо на это, хотя бы 3 месяца, чтобы подготовиться к январю. Но январь правильно выбран.

Александр Денисов: Владимир Сергеевич, вопрос: почему такая сумятица, почему, например, только сейчас ввели единого регулятора, по всей стране будут создавать его? Почему раньше нельзя было назначить единого регулятора, определить единые тарифы? Потому что это непонятно, почему там исходя из квадратного метра, здесь исходя из количества прописанных, где-то еще исходя из кубометров, сколько мусора люди производят; со льготами непонятно что, в Московской области они будут, где-то их не было. Почему нельзя было ввести единые правила игры по всей стране? Что, это какая-то такая…

Владимир Кузнецов: Нет, по всей стране, я согласен, это не совсем верно, потому что каждый регион имеет свои особенности, в том числе и конкретно место захоронения, и способ утилизации, и так далее.

Александр Денисов: То есть вы имеете в виду расстояние?

Владимир Кузнецов: В том числе. Вы понимаете, это так же, как по воде: водозабор может быть за 10 километров, а у кого-то он здесь.

Александр Денисов: Понятно, тут тариф, естественно, больше будет.

Владимир Кузнецов: Конечно, поэтому так же и здесь. Если место захоронения… К сожалению, невозможно, но даже как у нас в Москве уже поняли, что в Москве и в Московской области нигде ничего нельзя, надо уходить…

Александр Денисов: Слушайте, а вот предложение в Архангельской области – сколько бы мы платили тогда?

Владимир Кузнецов: Ну это вообще совершенно непонятная я бы сказал афера какая-то по Архангельской области.

Александр Денисов: Вы же слышали эту историю, что, оказывается, там документы просочились железнодорожные, куда уже собирались загружать и вывозить в брикетах?

Владимир Кузнецов: Ну конечно, конечно.

Александр Денисов: И так стало известно.

Владимир Кузнецов: Да-да.

Александр Денисов: То есть уже готовы были его везти.

Владимир Кузнецов: Да. Ну, к сожалению, так действуют некоторые представители нашей власти, они нам известны особенно в Москве. Это вообще просто афера, на мой взгляд это афера, потому что все прекрасно понимают…

Оксана Галькевич: Но подождите, в рамках реформы мы же не должны плодить новые свалки, мы если что-то и будем куда-то отвозить и складировать, мы должны это делать на полигоне, а полигон – это инженерное сооружение.

Владимир Кузнецов: Они говорят, что там… Что вы, там все будет очень здорово: они сейчас их забрикетируют, обернут их в пленку специальную, которая имеет возможность длительный период времени эти тюки или блоки складировать и так далее; потом можно будет уже построить что-то и дальше их перерабатывать и так далее. Понимаете, это надо было что-то сейчас решать, что-то надо было сейчас решать, что-то показать, поэтому так сейчас сделали в Москве. Тем более неоправданно было сделано закрывать полигоны, нельзя было закрывать так поспешно полигоны, вначале надо было подготовиться…

Александр Денисов: Вы жителей спросите, которые вокруг там, Волоколамск, Кучино…

Оксана Галькевич: Давайте спросим жителей Ростовской области, Любовь у нас как раз на связи. Любовь, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Да, я вот хочу сказать такое. У нас, я из города Шахты, цены подняли, это естественно. Но мусор у нас не вывозят уже с сентября месяца. Вот куда мы только ни звонили, это поселок Фрунзе, кстати. Я дозвонилась и в редакцию газеты «К Вашим услугам», и по горячей линии. По горячей линии мне сказали: «Ну что делать? Не знаем». Я говорю: «Я платить не буду, я пенсионерка, на пенсии», – тем более у меня очень маленькая пенсия. А мне ответили: «Да нет, платить вы будете, а с мусором что-нибудь придумаем». Ну вы же думаете думают с сентября месяца, вы же не думали доллар повышать, повысили и все, а вывозить вы думаете. Вот мы так.

Что мы делаем? Вот собираем, тут улица Некрасова у нас, собираем в мешки, выносим, собаки растаскивают. Потом тут в основном на улице одни пенсионеры, выносят, потом начинаем утром лазить, собирать все. Все, никому до этого дела нет, ничего, ничего не можем дозвониться. Единственное, что только что дозвонились к вам, очень рады.

Оксана Галькевич: Да, спасибо вам большое.

Владимир Кузнецов: Ситуация понятная. Я думаю, что она очень простая. Все знали уже о том, что да, готовится реформа, да, будет региональный оператор, и та мусоровывозящая компания, которая работала, я думаю, что она во многом работала в кредит, на доверии местных властей, у них были отношения какие-то, – она узнала, что будет новый региональный оператор, она просто разорвала договор и бросила работу.

Александр Денисов: Владимир Сергеевич, вопрос короткий. Вот почему я спрашивал про единые тарифы? Когда нет четкой, понятной схемы, есть возможность для спекуляций, для всяких необоснованных завышений.

Владимир Кузнецов: Конечно.

Александр Денисов: У нас даже был случай, не с мусором уже связанный, а предприниматель из Якутии говорил: «Вы знаете, я вынужден поднять цены на 10%, потому что у меня выросли тарифы на вывоз мусора». Что у него там за мусор, еще надо разобраться, какие объемы, как они у него выросли, тоже никто не знает, а четкая цифра в 10% у него уже есть. Вот это как вообще?

Владимир Кузнецов: Я вполне допускаю, смотря какой у него вид деятельности, потому что сейчас…

Александр Денисов: У него магазин продуктов, небольшой магазинчик.

Владимир Кузнецов: Ну нет, это, конечно, не может быть, хотя ужесточились требования по отчетности, действительно в год он должен чуть ли не 14 раз в течение года отчитаться по всем видам деятельности, по экологическим требованиям…

Александр Денисов: Для подорожания 10%-го явно повода нет?

Владимир Кузнецов: Я думаю, что… Действительно это спекуляция, так сказать, обстановкой. Это нормально, бизнес пытается…

Александр Денисов: Для бизнеса нормально, согласен.

Владимир Кузнецов: …поймать свое, да.

Оксана Галькевич: Звонок еще один давайте послушаем, Сания, Московская область. Здравствуйте, Сания.

Зритель: Здравствуйте. Я вас из города Жуковского беспокою.

Оксана Галькевич: Очень рады.

Зритель: Вы понимаете, тоже я сейчас по тарифам оплатила за мусор за этот новый. Но меня удивило то, что за содержание квартиры, там же автоматически идет тариф тоже за сбор мусора (где-то около 200 рублей). Он у меня не уменьшился при оплате. Я дозвонилась до…, где я оплачивала за мусор, за все за квартиру, они мне ответили, что должна была управляющая компания, теплоцентраль пересчитать. И вы думаете, я дозвонилась до теплоцентрали? У них автоответчик. Мне легче было до вас дозвониться. Вот скажите, пожалуйста, как по двум тарифам я, пенсионерка, могу платить за квадратные метры за двойной мусор?

Владимир Кузнецов: Да, действительно…

Оксана Галькевич: Это что за история?

Зритель: Вот это меня интересует.

Оксана Галькевич: Да, спасибо, Сания. Давайте послушаем Владимира Сергеевича.

Владимир Кузнецов: Опять же не объяснили жителям о том, что часть услуг по обращению с отходами (их всего там 6 видов деятельности на всей цепочке обращения с отходами), например, накопление отходов, остается в квадратном метре, это опять не объяснили жителям, хотя в документах это прописано. Даже специалисту трудно это выбрать и действительно понять это. В 354-м это все прописано, но только там даже, в 354-м, тяжело это узнать, что да, часть видов деятельности, все, что касается органов местного самоуправления, где они должны – агитация, пропаганда, экологическое воспитание – остаются за ними, содержание контейнерной площадки, прилегающей территории остаются за ними, мусорокамеры за ними, ствол, если есть там соответственно ствол, остается за ними и так далее. Это все в квадратном метре, это опять не сказали жителям, что действительно ничего не изменилось по квадратному метро. Должно быть, казалось бы, перевели если на человека, должно в квадратном метре это…

Александр Денисов: …все быть заложено.

Владимир Кузнецов: Конечно, сразу должно быть ощутимо изменение, – нет, там все осталось, как и было.

Оксана Галькевич: Владимир Сергеевич, а у меня вот такой вопрос. Если, вы говорите, так все сложно, специалист не всегда разберется, вообще мы еще не понимаем на самом деле, за что мы платим, обсчет реформы ведь производился, да?

Владимир Кузнецов: Я не думаю.

Оксана Галькевич: Как? Пардон, нет, пардон, обсчет должен был производиться, если нам уже назначены тарифы. Если назначены тарифы, стало быть, должно быть понятно, во что эти суммы потом складываются и на что они будут направлены.

Владимир Кузнецов: Нет-нет, здесь надо понять, что тариф есть тариф. Он все-таки понятен с точки зрения видов работ…

Оксана Галькевич: Он из потребностей, из целей исходит, понимаете, моя логика такая, а иначе как назначить…

Владимир Кузнецов: Ну это у вас как у потребителя, да.

Оксана Галькевич: Нет, подождите, цена товара есть, она такая, она в себя включает себестоимость, какие-то издержки, транспорт, логистика и так далее, все это складывается в цену, все заложено. Вот в этот тариф что заложено?

Владимир Кузнецов: А сколько вы как потребитель видите из этой услуги? Вы видите, что приехал мусоровоз, вы видите контейнерную площадку, он забрал, уехал. Дальше вы ничего не знаете, а дальше может быть то же мусоросжигание, которое значительно дороже, чем захоронение, к примеру. Или полигон, на котором находится, в Архангельской области, вы же этого не знаете. Поэтому говорить о том, как просчитано и вы должны все знать, – этого не может быть. Вы знаете, к сожалению, только вот свой кусочек.

Оксана Галькевич: Ну кто-то же знает.

Владимир Кузнецов: Кто-то знает, но я думаю, что эти люди…

Оксана Галькевич: И кто этот «кто-то»?

Владимир Кузнецов: Я думаю, что это люди, ну как вам сказать, ограниченный круг, и то который может предполагать даже.

Александр Денисов: Чтобы подвести итог беседы, мы уже заканчиваем, – может быть, этому одно объяснение? Вот эти все многочисленные митинги, недовольство свалками, требование закрыть и вызвали такой резкий скачок, с наскока давайте реформу делать? Может быть, этим все объясняется?

Владимир Кузнецов: Нет.

Александр Денисов: Почему все не продумано?

Владимир Кузнецов: Нет, то, что те же, как вы говорите, митинги были кем-то и подготовлены в том числе, я в этом не сомневаюсь, потому что надо было позакрывать полигоны, хотя я считаю, мое мнение как специалиста, полигоны надо было закрыть, допустим, подмосковные или какие-то для Москвы, Москва могла бы у себя много оставлять полезных фракций, у нее есть, и половину мусора сразу уменьшить, и мусор совсем бы был другой, если нормально подойти к этому.

Оксана Галькевич: Владимир Сергеевич, мы все время какой-то конспирологией занимаемся, а предел терпению человеческому есть?

Владимир Кузнецов: Есть.

Оксана Галькевич: Когда вот, простите, я знаю, что у меня «зеленое» сознание, условно говоря, я нормальный просто человек, у меня дети, я знаю, что этот полигон работает уже 20 лет, свыше своего срока, а самосвалы идут и идут, а у меня дети растут и растут.

Владимир Кузнецов: И везут, и везут все подряд.

Оксана Галькевич: А люди вокруг болеют и болеют. Ну какие силы-то? Простите, страшные силы организовали митинги, – а какие страшные силы не закрыли полигоны и не закрыли доступ туда самосвалам, а? Ну что мы говорим?

Владимир Кузнецов: Я уже не раз говорил, что вопрос мусорный – это вопрос реформы власти. Не будет реформы власти – мы, к сожалению, будем получать такие результаты.

Александр Денисов: Муниципальной. Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Давайте скажем «спасибо» всем нашим телезрителям. Это был Владимир Сергеевич Кузнецов в нашей студии, генеральный директор Центра экологических инициатив. Дальше мы продолжаем прямой эфир, друзья, оставайтесь с нами.

Александр Денисов: Да, рубрика «Автомобили» и «Несерьезные новости».


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты