Спор вокруг Курил когда-нибудь разрешится?

Спор вокруг Курил когда-нибудь разрешится?
Пенсионеры на работе. Качество хлеба. Диспансеризация. Главные страхи россиян. Будущее российского автомобилестроения. Малый бизнес в России
Трудовая старость: каждый пятый россиянин после выхода на пенсию продолжает работать
Сергей Лесков: Информационные технологии сейчас - это направление главного удара для прогресса человечества
Выросло число россиян, желающих отрыть своё дело
Автомобили: сделано в России
Чего мы боимся?
Медосмотр с пользой, а не для галочки
Пенсионеры на работе
«Не хочу расслабляться». Почему учительница из Чебоксар, выйдя на пенсию, продолжает работать в школе. СЮЖЕТ
Детские игрушки опасны
Гости
Дмитрий Стрельцов
ведущий научный сотрудник Центра японских исследований Института востоковедения РАН

Ольга Арсланова: «Россия имеет право на любые исследования на своей территории близ Курил», – вот такое заявление сделал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. И вот почему.

Петр Кузнецов: Правительство Японии ранее выразило недовольство геологическими разработками в Охотском море. Исследования должны проводиться в том числе в водах рядом с южной частью Курильской гряды. В Токио считают, что маршрут следования российского судна проходит через эксклюзивную экономическую зону Японии.

Ольга Арсланова: В нашем посольстве также подчеркнули, что Южные Курилы под суверенитетом России остаются на законных основаниях.

История эта очень давняя, спор давний. Москва и Токио с середины прошлого века ведут консультации о выработке мирного договора по итогам Второй мировой войны. И основное препятствие – как раз вопрос о принадлежности южной части Курил. Есть ли конец этим распрям? Давайте выяснять прямо сейчас.

Петр Кузнецов: Дмитрий Стрельцов, ведущий научный сотрудник Центра японских исследований Института востоковедения РАН, с нами на связи. Дмитрий Викторович, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Дмитрий Стрельцов: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Дмитрий Викторович, мы понимаем, что у нас времени не очень много остается, но давайте начнем все-таки с краткого ввода в историю. Советско-японская декларация 56-го года – мы так понимаем, что стороны как раз на нее ссылаются. В чем же здесь дело? Они по-разному видят ее?

Дмитрий Стрельцов: Да, у нас есть разногласия по поводу интерпретации этого документа. Ну, есть текст этого документа, но японская сторона считает, что… вернее, долгое время считала, что это не окончательное решение территориального спора и что после выполнения условий этой декларации, то есть выполнения пункта 9, согласно которому Советский Союз передает Японии два острова, территориальные переговоры будут продолжены. Когда Советский Союз заключал эту декларацию, он имел в виду, что это будет окончательным решением спора и больше уже к этому вопросу стороны не вернутся.

Но сейчас, если взять настоящее время, Россия признает действенность этой декларации, потому что она является единственным документом в наших отношениях, который имеет юридическую силу, и он имеет силу международного права. В общем-то, он заложил основу наших отношений на годы вперед. И сейчас, в общем-то, другого подобного документа в основе наших отношений нет.

Но нужно сказать, что Россия считает, что, чтобы вернуться к обсуждению этого 9-го пункта или 9-й статьи декларации, стороны должны прийти к общему пониманию итогов Второй мировой войны. То есть Япония должна признать, что Южные Курилы перешли к Советскому Союзу на законных основаниях и Советский Союз имеет суверенитет в отношении всех Курил, включая и Южные. Япония с этим категорически не согласна, поэтому здесь есть такой базовый пункт противоречий, который преодолеть фактически невозможно. В общем, в этом смысле переговоры у нас буксуют. Хотя они и продолжаются, но выхода из такого тупика не просматривается.

Ольга Арсланова: Многие эксперты говорят, что поправки, новые поправки в Конституцию наконец поставят точку в этом споре, потому что они закрепляют неотделимость российских территорий раз и навсегда. Но будет ли это аргументом в случае применения международного права? И будет ли это аргументом для Японии, если все-таки эти поправки примут?

Дмитрий Стрельцов: Ну, вы знаете, в Конституции есть специальная оговорка, что эти поправки не касаются вопроса о делимитации границ. В данном случае как раз это тот самый случай, когда вот этот пункт о неделимости территорий, о суверенитете не работает, потому что речь идет об уточнении линии границы. Как раз у нас идут переговоры не о территориальном споре, а именно о пограничной проблеме, то есть о прохождении линии границы. Здесь, мне кажется, есть определенный простор для дипломатического маневрирования.

Другое дело, что у нас, повторяю, есть принципиальные разногласия по поводу того, как решать эту проблему, что должно быть впереди, а что – позади; в общем, на каких условиях нам заключать мирный договор. Россия предлагает заключить мирный договор безо всяких условий. Япония на это не согласна. В общем, здесь продолжается такой пинг-понг, которому не видно какого-то конца.

Мне кажется, что в обозримой перспективе этот спор будет продолжать стоять в повестке дня наших отношений. Единственный путь, который можно порекомендовать, – это этот спор сдвинуть с центра нашей повестки дня, то есть сосредоточиться на позитиве, на сотрудничестве. И одновременно стоило бы, наверное, заключить какой-то базовый договор о двусторонних отношениях, который не был бы привязан к территориальному спору, к пограничному спору. В общем-то, этот договор бы позволил нам построить такие более доверительные отношения, доброжелательные отношения, добрососедские отношения.

Петр Кузнецов: Вот я как раз об этом и хотел спросить. То есть кардинально что-то не изменит в наших отношениях решение этого вопроса?

Дмитрий Стрельцов: Я думаю, что если бы такой базовый договор о двухсторонних отношениях был бы подписан, то, конечно, это бы существенно улучшило климат в наших отношениях. У нас есть множество таких «скелетов в шкафу», проблемы исторического прошлого, взаимное недоверие, множество случаев… В общественном мнении преобладает негативная оценка, особенно это касается Японии в отношении России. И так далее. И здесь как раз такую ситуацию, наверное, должны исправить политики в первую очередь.

Петр Кузнецов: Дмитрий Викторович, очень коротко, если можно, буквально 30 секунд у нас на это есть. Возвращаюсь к инфоповоду. Геологоразведка – очередной повод выразить протест. Вот эти случаи с регулярными протестами с их стороны – они про что? Они только отдаляют решение этого вопроса? Или наоборот?

Дмитрий Стрельцов: Нет, вы знаете, в общем, это такой белый шум, который продолжается уже много-много лет. И если мы посмотрим историю, то японцы всегда выражали какие-то протесты: когда Медведев приезжал и в ранге президента, и будучи премьер-министром; когда там что-то строили военные, казармы строили. Даже когда мы строили оптоволоконную линию, пришли китайские инвесторы, то Япония тоже выражала протест. То есть это дежурный, я бы сказал, демарш. И ничего не изменится и не менялось, потому что это, в общем-то, базовая позиция Японии.

Петр Кузнецов: Понятно.

Ольга Арсланова: Ну, по сути, никакой юридической силы вот такие заявления не имеют? Это просто выражение несогласия, и на этом все заканчивается?

Петр Кузнецов: Еще раз напоминание.

Дмитрий Стрельцов: Ну конечно. У нас различаются базовые позиции по данному вопросу, поэтому мы здесь, конечно, вынуждены жить в таких условиях.

Петр Кузнецов: Они просто не могут не напомнить, учитывая свою жесткую позицию.

Ольга Арсланова: Спасибо вам.

Петр Кузнецов: Дмитрий Стрельцов, спасибо большое.

И еще одну тему успеем обсудить. Как обычно бывает, напоследок о погоде.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)