Возьмут ли пенсионера на работу?

Гости
Сергей Звенигородский
независимый пенсионный консультант
Алексей Мазуров
директор по персоналу компании «Ратимир»

Иван Князев: Как устроиться на работу, если ты уже немолод, а пенсия либо на горизонте, либо уже наступила? Портал Superjob провел исследования и выяснил, что чуть больше 40% компаний все же готовы рассматривать кандидатов пенсионного возраста наравне с молодыми, а вот 28% говорят категорически нет, коло 30% трудоустраивают пожилых только в качестве исключения.

Еще важно понять, куда все же берут пенсионеров и предпенсионеров: транспорт и логистика, строительство, производство, малый и крупный бизнес. В этих сферах достаточно лояльно начальство к таким сотрудникам – около половины из них готовы нанимать людей в возрасте, как говорится.

Ксения Сакурова: Ну, а что же остальные отрасли? Почему они не хотят брать пенсионеров на работу, какие приводят аргументы? Узнаем, каковы шансы пенсионеров и предпенсионеров устроиться на нормальную работу у экспертов. И вас, конечно, тоже спрашиваем: легко ли трудоустроиться человеку в пожилом возрасте? Звоните, рассказывайте свои истории. А кроме того мы запускаем опрос.

Иван Князев: Да, конкретный вопрос: ваше начальство берет на работу пенсионеров? Да или нет. 5445 – это номер для ваших смс, для вашего голосования. В конце обсуждения, в конце этой получасовки посчитаем.

Ксения Сакурова: А прямо сейчас посмотрим конкретные примеры, как пенсионеры искали работу, в репортаже Елены Типоновой.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Сейчас подключаем к разговору наших экспертов. Алексей Мазуров на связи, эксперт в области управления персоналом. Здравствуйте, Алексей Михайлович.

Алексей Мазуров: Здравствуйте, Ксения. Здравствуйте, Иван.

Иван Князев: Алексей Михайлович, смотрите, какая история. Уже ни для кого не секрет, демографы это подтверждают – население в мире стареет. В России точно такая же тенденция – трудоспособное население стареет. Пора уже, мне кажется, пришло такое время, когда пора менять отношение к тому, кого мы нанимаем на работу. Пора перестраивать, мне кажется, все модели управления персоналом. Вот сейчас какие настроения, какие предубеждения, может быть, царят в головах работодателей?

Алексей Мазуров: Как вы увидели сами по тому анализу, который вам предоставил Superjob, разные настроения на самом деле, в зависимости от той работы, которая требуется, и определенным функциональным требованиям по-разному относятся к возрасту. На самом деле да, такое есть у нас предубеждение, что пенсионных, предпенсионных сотрудников не берут. Но об этом, мне кажется, больше говорят. В нормальных компаниях, в серьезных компаниях в первую очередь обращают внимание на профессиональные навыки и на опыт.

Другое дело, что этот опыт и эти навыки надо разбавлять. И, соответственно, для успешной работы компании... Хороший пример был со школой, правильно сказал директор, по-моему, она была, что сплав молодости и опыта приводит к самому хорошему результату. В принципе, мне кажется, и сейчас сам вижу, что такая ситуация во многих компаниях есть. Действительно есть предубеждения, действительно будет меняться во временем, потому что наше поколение сейчас в этой ситуации – в стране люди стареют и, соответственно, будут брать. Пока еще остается такое клише, что надо брать молодых, но, наигравшись с молодыми, берут потом опытных.

Иван Князев: Вот смотрите, что пишут уже. Ленинградская область: «45 лет и старше устроиться на работу невозможно. В прошлом году три месяца искала, никуда не взяли. Вернулась на завод, там всегда есть вакансии». Тут же видите, наверное, еще важно понимать, в каких отраслях какая картина. И второй момент – хорошо, когда работают люди и, работая, выходят на пенсию и остаются. А ведь попробуй приди устройся, когда ты только ищешь работу, а ты уже пенсионер.

Алексей Мазуров: Согласен с вами, и это действительно проблема. Тут еще надо тоже делать поблажку, что звонят те, кто не нашел работу. Это первые пишут. И второе. Сейчас вообще ситуация на рынке такая, что и молодые, и пожилые – да любые, и среднего возраста – ищут работу долго. Да, сейчас на рынке такая ситуация, она своеобразная. То есть работодатели не могут найти работников, работники не могут найти работу. Такого рынка на моей памяти за более, чем 20 лет работы, я не встречал. То есть либо бывает спрос больше на работников, либо работодатели диктуют свои условия. Но сейчас нет ни тех, ни других.

Вот такая ситуация сейчас на рынке у нас. Просто увеличился период поиска работы. Если раньше можно было за месяц, за три максимум найти хорошую работу, то сейчас это растянулось от трех месяцев до года.

Ксения Сакурова: А почему при всем при этом, если мы говорим, что работодатели не могут найти сотрудников, они не готовы брать людей с опытом? Ну, и, соответственно, в возрасте.

Алексей Мазуров: Понимаете, тут еще такая тенденция. Как правило, люди с опытом, в возрасте, они крепче держатся за место и реже увольняются. То есть если они уже устроились, они сидят и работают. «Сидят» я, наверное, неправильно сказал. Занимают рабочую клетку и работают. И молодые больше подвержены перемене мест, и, соответственно, они чаще оказываются в ситуации поиска работы. При этом у них больше навыков в поисках этой работы, потому что поиск работы – это тоже своеобразная работа, это надо уметь делать.

Люди более старшего поколения, тем более которые много просидели в одной компании, проработали, у них меньше навыков именно в поиске работы. Они неправильно себя ведут на собеседованиях, неправильно составляют резюме, считают неважным демонстрировать свои навыки, умения, рассказывать о себе подробно, как-то продавать себя. Они этого просто не умеют, и за счет этого они дольше ищут работу.

Иван Князев: Но это с одной стороны, хотя, мне кажется, современные предпенсионеры – это люди около 60 лет. Я думаю, что они уже научились заполнять резюме. Ну да, вот вы руку тянете, тоже уже, наверное, в этом возрасте. В принципе, резюме заполнять уже, размещать научились. Тут все-таки очень важно понять причины. Почему такое предубеждение? Ну что, пожилые в поликлинику будут чаще ходить что ли, заболевать?

Алексей Мазуров: Нет, предубеждения тут другие. Почему-то многие работодатели уверены в том, что у более возрастных лиц меньше креатива, что они не могут многому научиться новому. И это имеет под собой корни, это действительно такая ситуация есть. Многие у нас, не только у нас, я в вообще в целом говорю, работники в каком-то периоде своей карьеры начинают останавливаться в развитии и говорить: «Я вот все знаю, я умею, да я так делал, у меня было хорошо». И, как правило, вот я так делал сто раз в той компании, но это не всегда работает. Ситуация меняется, новые появляются какие-то технологии, процессы меняются. Но у многих в головах сидит: «Вот я раньше так делал, и всегда это работало». Это вот первая такая инерционная вещь.

Вторая – то, что работодатели, да, в этом они абсолютно уверены и считают, что мы же в долгую, у нас большая стратегия, ну сколько он там до пенсии проработает, а нам надо, чтобы человек долго работал. Тоже заблуждение на самом деле, потому что у нас работники меняют работу сейчас 3-5 лет. Максимум кого можно найти, кто отработал в какой-то компании – это минимум, это мало таких работников на самом деле. Но инерция вот эта, клише вот это, оно до сих пор действует.

Извините, пожалуйста, Ксения, секундочку. Я сам работаю в управлении персоналом. Раньше часто сталкивался с такой ситуацией, когда работодатель ограничивает возраст. Я говорю: «Почему?» «Ну, а зачем нам такие?» То есть нет определенного даже понимания, это просто наработано – не старше такого-то возраста и все.

Ксения Сакурова: Вы знаете, у меня складывается впечатление, что работодателям не хватает какой-то мобильности внутренней не только по отношению к пенсионерам, но и вообще, в принципе, по отношению к работникам, а у работников-то как раз запрос на эту мобильность есть. То есть у нас есть мамы с детьми – категория работников, которым нужны определенные условия. Давайте мы уже это признаем и как-то подстроимся под это. У нас есть ориентированные на карьеру молодые люди, которые будут, скорее всего, менять работу каждые два года. И тоже это факт. У нас есть пенсионеры, у них свои потребности. Но рынок труда и работодатели ведут себя так, как будто бы как в советские времена пришел человек на завод и в 55-60 лет оттуда вышел. Все же изменилось уже очень давно.

Алексей Мазуров: Очень давно изменилось, но понимаете, вот эти все социальные инструменты... Я не знаю, как это правильно сейчас выразить, у нас просто во Владивостоке уже вечер, подустал, подобрать слово не могу. Инерция работает. Инерция и у работников и, в первую очередь, у работодателей. Какие-то сложились у них в головах свои восприятия, слава Богу не у всех, у некоторых, скажем так, что если женщина молодая, с колясками, она будет ходить на больничный. Хотя сейчас очень много и часто сидят мужчины с декрете, если девушка, допустим, хорошо зарабатывает, или он не может найти работу. Соответственно, по пожилым говорят, что они не креативят, но мы знаем с вами много людей в медийной сфере.

Иван Князев: Не особо креативные, только слова умные выучили и т.п. Алексей Михайлович, еще немножко вас помучаем и отпустим отдыхать. Смотрите, что пишет человек из Чувашии, наш телезритель: «Пенсионерку главврач сместила на 0,75 ставки за тот же объем работы». Вот не первый раз я натыкаюсь на подобного рода смс, когда заведомо снижают заработную плату, такие условия выдвигают, что не пойдет человек.

Алексей Мазуров: Если позволите, я просто скажу. Это свинство поступать так с работником, который там проработал несколько, а некоторые несколько десятков лет, который в принципе... Я понимаю, да, хирург, у него там если начинается определенный тремор в руках, ему нельзя работать. Но если физически человек соответствует работе, если у него нет никаких этих, то снижать ставку просто потому, что он достиг пенсионного возраста, в моем понимании это неправильно. Слава Богу, я сейчас здесь работаю и раньше работал в компании, где такого практически не встречал в своей жизни. Как правило, относятся к таким людям с большим уважением и бережливостью. Потому что у нас много и других работодателей. Понятно, что слышно и видно про, скажем, и такие случае. Но есть и другие, слава Богу.

Ксения Сакурова: Я все-таки возвращаюсь к своему вопросу. К чему это все? Вот в Японии, например (это нация, которая у нас стареет быстрее всех), они уже давным-давно смирились с этой ситуации и поняли, что им никуда не деться от зрелых и людей пенсионного возраста на рынке труда. Они для них создают условия, то есть они действительно думают о том, как приспособить этот рынок труда под потребности 60+: гибкий рабочий график, там удаленная работа и т.д.

Иван Князев: Больше отдыха.

Ксения Сакурова: Больше отдыха. То есть там, в принципе, даже на государственном уровне есть такие программы. Может быть, нам тоже нужно в эту сторону смотреть?

Алексей Мазуров: Смотрите, у нас, к сожалению, может быть, к счастью, рынок не регулируется государством. Он регулируется сам по себе. В той же Японии есть определенный сложившийся менталитет и определенные традиции бизнеса, которые сложились у нас в стране. У нас в стране они несколько другие, у нас всегда намного спокойнее относились к людям, с меньшим пиететом, и к возрастным тоже, да, к сожалению теперь уже. Но я думаю, сам рынок и ситуация на рынке, они приведут к тому, что и у нас это будет меняться.

Да, можно взять молодых, креативных, которые так накреативят, что ваш бизнес полетит просто в тартарары. Нужны люди, которые будут сдерживать и на основании своего опыта помогать решать какие-то задачи рядом с такими креативными. Да мне кажется, многие люди в возрасте тоже неплохо креативят, неплохо развиваются. И условия создаваться, если отвечать на ваш вопрос, Ксения, будут. В обязательном порядке будут, просто для этого нужно время.

Иван Князев: Только они будут вынужденными. Хотелось бы, конечно, чтобы они все-таки чуть раньше в головах наших работодателей, такие идеи созревали. Спасибо вам огромное. Алексей Мазуров, эксперт в области управления персоналом.

Ксения Сакурова: Спасибо. Есть у нас звонки от наших зрителей. Елена на связи из Санкт-Петербурга. Нет, Владимир, прошу прощения. Владимир, здравствуйте.

Иван Князев: У нас огромное количество звонков просто.

Ксения Сакурова: Владимир, да, мы вас слушаем.

Зритель: Да-да, здравствуйте, уважаемая передача.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Я вот именно по вашему вопросу, принимают ли пенсионеров на работу. Да, мы живем в рабочем поселке. Пенсионеров принимают на такие работы: и кочегарами работают, и в ЖКХ слесарями работают. Есть профессии, в которых нуждаются предприятия. А почему? Потому что молодежь-то не идет работать. «Низкие зарплаты», - говорят, зато они на биржу становятся, не работают, получают какое-то довольствие и говорят: «Я лучше на довольствии буду сидеть, чем за такую зарплату работать буду».

Иван Князев: Такая тенденция тоже присутствует. Владимир, скажите, пожалуйста, а платят-то хорошо пенсионерам, куда берут?

Зритель: Ну как платят? В котельной я знаю, что в районе 25 тысяч платят кочегарам. Это мой друг работает, я точно знаю.

Ксения Сакурова: Это полный рабочий день, да? Восемь часов.

Зритель: Да, он смену выходит и работает в свою смену.

Ксения Сакурова: А у него молодые коллеги есть, молодежь? Или он один?

Зритель: Обязательно. Три там нормальные, молодые люди. А он четвертый пенсионер.

Ксения Сакурова: Так, а начальство как относится? Вот он пенсионер, и рядом с ним два молодых сотрудника. К кому больше доверия, кого больше ценят?

Зритель: Нет, вы не поняли меня. Они в одно лицо работают. Один кочегар в смене. Но я думаю, что хорошо. Он очень ответственный человек, еще советской закалки: он не бросит, не уйдет, не напьется и отремонтирует вовремя, поэтому его каждый раз приглашают на сезон – работает.

Иван Князев: В общем, котел будет в безопасности. Спасибо вам большое.

Ксения Сакурова: Спасибо.

Иван Князев: Еще один телефонный звонок. Анна, Санкт-Петербург.

Зритель: Да, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Зритель: Я из Санкт-Петербурга. Я пенсионер. Я уже много времени ищу работу. Могу сказать так: на работу берут, но если приходят... Вот совсем недавно я устраивалась, буквально неделю назад. Но приходит следом молодежь, они как конвейером набирают, пенсионерам просто говорят: «Вы уволены». Вот пенсионеров увольняют, на место пенсионеров принимают молодых.

Еще такой вопрос.

Иван Князев: И ничего не объясняют при этом?

Зритель: Нет, не объясняют. Когда звонишь, устраиваешься на работу, спрашивают, сколько тебе лет. Мне 60. «О, нет». Я, простите, пыталась устроиться даже гардеробщиком в учреждение. Такое ощущение, что я проходила конкурс красоты.

Ксения Сакурова: Спасибо большое, Анна.

Иван Князев: Да, спасибо вам, Анна.

Еще один эксперт у нас на связи. Сергей Звенигородский, независимый пенсионный консультант. Сергей Юрьевич, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте. Сергей Юрьевич, что можно было бы посоветовать вот, например, Анна? 60 лет, даже разговаривать не хотят.

Сергей Звенигородский: Тут, конечно, сложный очень вопрос. Надо смотреть ситуацию, смотреть, что у нее за стаж, кем работала. К сожалению, тут варианта два. Первый – это биржа труда, как вы понимаете, не очень хороший вариант. Второй вариант – это свой бизнес.

Иван Князев: Тоже не очень хороший вариант, когда ты на пенсии и никогда этим не занимался.

Сергей Звенигородский: Оба варианты не идеальны.

Иван Князев: Сергей Юрьевич, хорошо. Тогда если в целом. Не конкретный случай, а в целом. Какая стратегия вообще у пенсионера, у предпенсионера должна быть, чтобы вот все-таки устроиться на работу? Что и как нужно делать? Как разговаривать в конечном итоге?

Сергей Звенигородский: Начнем все-таки немножко от другого. У предпенсионеров и пенсионеров можно разделить спрос. Вот то, что имеется на открытом рынке труда, вакансии – это же не все вакансии, которые там имеются. Часть вакансий проходит у нас, как обычно, по связям. Назовем это так. И там абсолютно спокойно берут человека любого возраста, если за него кто-то поручился. Если же за него никто не поручился на Headhunter, допустим, то есть человек самостоятельно ищет работу, то ему нужно выкладываться на все 100%, и не вариант, как мы знаем, что человек устроится.

Действительно, имеется ограничение по возрасту, и, как мы знаем, к сожалению, структура экономики у нас сейчас смещается в сторону сферы услуг. В сфере услуг большое количество работодателей, я бы сказал большинство, - это все-таки люди в районе 40 лет. То есть те люди, которые старше 40 лет, для собственника, которому меньше по возрасту, они бывают психологически неудобны. Бывает, особенно если это малый бизнес, имеется вопрос в перетоке, скажем так, клиентской базы формирования другого бизнеса. То есть то поколение, которое сейчас сложилось в экономике, которое является собственниками (я говорю сейчас про малый, средний бизнес), они насторожено относятся к старшему поколению с точки зрения самостоятельности работы, опыта и т.д. Что могут и переключиться, опять же, требуют больше средств.

Если говорим про тех граждан, у которых стаж большой, но опыт достаточно однобокий, либо работа не требует большого профессионализма, к сожалению, для них вариантов, конечно же, не много. То есть это переучиваться. Для предпенсионеров много вариантов, много вакансий, но заменить их, скажем так мягко, на относительно хорошую зарплату очень сложно.

Ксения Сакурова: Да, сложно, спасибо.

Иван Князев: Спасибо. Сергей Звенигородский, независимый пенсионный консультант.

Ксения Сакурова: И итоги нашего опроса. Спрашивали: «Ваше начальство берет на работу пенсионеров или нет?» «Да» - ответили 17%. 83% написали, что нет, их начальство пенсионеров на работу не берет. Вот такие результаты.

Иван Князев: Мы скоро продолжим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Действительно ли рынок труда серьезно «постарел» из-за нехватки мигрантов во многих отраслях?