Возврату не подлежит

Возврату не подлежит | Программы | ОТР

Россиянам хотят запретить возвращать товары, купленный онлайн

2020-08-28T15:46:00+03:00
Возврату не подлежит
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Алексей Егармин
сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей

Петр Кузнецов: Я бы добавил – за кружки под глазами от непонимания того, как потом и кто будет выплачивать эти пенсии. Ну у нас реакция первая такая – запретить, а дальше посмотрим.

Дарья Шулик: А там разберемся.

Петр Кузнецов: Да. Или, можно сказать, назад пути нет. Это уже к нашей следующей теме. Россиянам запретят возвращать товары, купленные в интернете. Многие из нас сейчас это делают. На первых порах речь будет идти о смартфонах. Нельзя будет возвращать. Косметику нельзя будет возвращать. Парфюмерия, нижнее белье и сложную бытовую технику. Естественно, если речь идет об отсутствии каких-то откровенных браков и изъянов. Ну то есть, как мы понимаем, заказал размер вроде бы свой (XL, например), привозят – XL у каждого разный. Маломерка. Ты хочешь вернуть, потому что тебе хочется XXL, а тебе говорят: «Нет, друг. Все. Качественный? Качественный. Распечатал? Распечатал. Не примем».

Дарья Шулик: Тут говорилось о косметике. Тут не размер. А вот заказал косметику, а там цвет помады не подошел. Вот и все. Хочу вернуть. Кстати, сегодня такой запрет действует и для стационарной розницы. Но онлайн просит Минпромторг распространить это же правило и на виртуальную продажу. И в Союзе потребителей уверены, что установленные, кстати, 28 лет тому назад правила возврата помогли бурному росту дистанционной торговли. А нынешнее предложение противоречит закону.

Петр Кузнецов: То есть 28 лет назад был принят закон, когда только дистанционная торговля начинала развиваться.

Дарья Шулик: На заре, можно сказать.

Петр Кузнецов: Разгрузить, собственно, розницу, помочь. Потому что есть спрос. Предложений мало. Появился вот такой инструмент. И одним из важных факторов было то, что в дистанционной торговле можно товар вернуть. А теперь интернет-торговля настолько обнаглела, видимо, почувствовав свои силы, особенно на карантине, качает права в эту сторону.

Хорошо, давайте представим, что это произошло. Будете ли вы покупать в таком случае невозвратный товар? Вот вы уже знаете, что его вернуть нельзя. Точечно только. Да или нет. Соответственно, речь идет о том, что вернуть можно, если там откровенный брак. А во всех других случаях нельзя, как сейчас. Будете ли вы покупать невозвратный товар? Пожалуйста, напишите «да» или «нет» на наш короткий СМС-номер. Алексей Егармин, сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей, с нами на связи. Здравствуйте.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Алексей Егармин: Добрый день.

Дарья Шулик: Здравствуйте, Алексей. Как, по-вашему, новые правила вступят в силу. А что, собственно говоря, будет дальше? А захотят ли покупатели вообще пользоваться онлайн-продажами? Не убегут ли они обратно в стационарные места?

Алексей Егармин: Какая-то часть убежит, безусловно. Ведь вы понимаете, что онлайн-продажи и продажи в магазине – это вещи, которые серьезно отличаются. В магазине можно пощупать, попробовать его качество, понять, что это такое. Соответствие декларации продавца и реального потребительского качества тоже можно проверить. В онлайне это проверить нельзя. И если это отменить, те совершенно здоровые и здравые приоритеты покупателя, что он может что-то вернуть, то мы рискуем получить весь рынок онлайн-торговли как большой-большой прототип или подобие китайской барахолки AliExpress, где очень много проблем, где люди покупают то, что на фотографиях выглядит красиво, а по факту это выглядит совершенно непотребно. Не из того материала, не те размеры.

Бывают товары, которые, там, ну, являются нательным бельем или что-то такое. Они вообще имеют резкий химический запах. Это надо иметь в виду, что мы не обладаем такими технологиями, которые бы заменили нам наши ощущения в магазине. Поэтому, конечно, с учетом таких особенностей приоритеты покупателя должны быть иные в отделе покупки в онлайне. То есть надо оставить эти нормы. Я больше того скажу – эти нормы надо, наоборот, расширить, чтобы не было возможности людей обманывать. Потому что онлайн-торговля – это самый проблемный сектор торговли, и там самое большое количество обмана, введения покупателя в заблуждение, дальнейших разбирательств, судов, поиска этих предпринимателей с полицией и так далее.

Петр Кузнецов: Вот. Как раз в связи с этим вопрос следующий, Алексей. Есть ли у вас данные вообще по проценту возврата? Часто ли у нас возвращают именно не бракованный, а по другим причинам… Не подошел.

Алексей Егармин: … чтобы это являлось проблемой. Конечно, если людям приносят такие товары (например, одежду), которые явно не соответствуют тому, что они ожидали, они ее пытаются вернуть. Подчеркиваю, в этом вопросе очень много обмана.

Если это телефоны, если это какие-то компьютерные устройства, то их возвращают реже, потому что люди более осознанные покупки. Они предварительно изучают это все. И, соответственно, проблемы, я считаю, в этом нет. И никаких ущемлений прав продавцов уж точно здесь не существует.

Поэтому я думаю, что, конечно, целесообразно, как минимум, оставить это как есть, а, как максимум, все-таки крен в сторону покупателей и потребителей должен быть.

Петр Кузнецов: Это серьезные все-таки издержки для них? То есть когда приходит какая-то книга, допустим, просто чтобы пример был показательный, мы ее распечатываем – все, она уже считается вскрытой. Тем не менее, я возвращаю… Потеряла товарный вид. Я ее возвращаю еще по нынешним правилам. Продавец ее дальше принимает. Деньги мне выплачивает. А вот что он дальше делает с распечатанной книгой по закону. Он может ее перепродать? Или он ее со скидкой…

Алексей Егармин: Конечно, может. Закон о торговле и закон о защите прав потребителей совершенно определенные полномочия дает продавцу. И он может, как минимум, соразмерно уменьшить цену товара. Что называется, витринные образцы продаются и без каких-либо проблем. Либо он ее может просто не уменьшать, а сказать, что вот этот экземпляр распечатанный. Есть желающие? Давайте его купим. Там масса вариантов. Даже их сейчас обсуждать бессмысленно. И эти полномочия очень большие.

И продавец совершенно точно может использовать этот товар. Конечно, мы говорим о добросовестном вот этом обмене, когда товар не повредили, что-то с ним не случилось, не разорвали, не поломали. Тогда никаких проблем здесь нет. И поверьте, что все-таки это бизнес, понимаете, и невозможно построить этот бизнес (я имею в виду прежде всего бизнес торговли) так, что у вас вообще никаких издержек нет.

Петр Кузнецов: Тем более, что, извините, нам кажется, что все-таки вот эти возможные потери все равно в конечную стоимость зашивают.

Алексей Егармин: Это с самого начала в бизнес-модели зашивается в стоимость. Конечно, я с вами согласен. Я еще раз говорю. Поверьте, все, что продают – это для потребителя. И если мы потребителя будем ограничивать, то какая-то странная торговля получается. Торговля для чего? Для того, чтоб магазины себя чувствовали хорошо? Такую торговлю нам не надо. Это как общественное явление вообще неприемлемо.

Петр Кузнецов: Ну да. Тем более, что сейчас онлайн-магазины явно чувствуют себя очень-очень хорошо. Уж кто не пострадал в период пандемии, так это они.

Алексей Егармин: Однозначно.

Дарья Шулик: То есть вообще в целом при действующему законодательстве, которое пока все еще действует, все равно в выигрыше в любом случае со всех сторон находился продавец, а не покупатель.

Алексей Егармин: Естественно. Продавцы никаких страдальцев из себя не представляют. И проблем, поверьте, нет.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, интернет-торговля, интернет-покупки – это сейчас больше для крупных центров, или регионы тоже предпочитают покупать в интернете сейчас? То есть это распространено уже, ушло на всю страну?

Алексей Егармин: Как явление оно, скорее, распространено везде. В городах есть определенный крен в качестве ассортимента. В отдаленных регионах другие предпочтения. Но в целом развитие этого сектора идет примерно равномерно. Нельзя сказать, что существуют какие-то определенные вопросы такие, которые делят село, город и регионы. Это общая тенденция, которая позволяет, как ни крути, упростить отношения. И ее надо развивать, конечно, но развивать надо для потребителя, понимаете? Чтоб он в этом вопросе… Кстати говоря, в этом вопросе потребитель защищен меньше. Потому что я в начале говорил, что огромное количество проблем от таких мошеннических схем недобросовестных предпринимателей. Каждый год такие или иные изощренные схемы разбираем. И, в общем-то, конечно, сектор нормальный, он должен развиваться. Но крен в защиту прав потребителей обязательно должен быть.

Дарья Шулик: Помимо мошеннических схем, вот нам пишут в чат, Нижегородская область, такое мнение: «По онлайн весь товар – сплошной брак или подделка». Мы, кстати, только вчера говорили о торговле подделок в сети. Мы говорили об одежде. Это же тоже, наверное большая проблема, когда, ладно, ты купил, заплатил, тебе пришло, но качество, которое пришло, мягко говоря, не совсем то, которое было заявлено на красивой фотографии и не так красиво оказалось, как расписывалось под этой фотографией.

Алексей Егармин: Именно про это я и делал акцент, что это такой прием недобросовестных продавцов. И нельзя превращать именно по этой причине интернет в такую барахолку, когда ты сбываешь товар, а дальше потребитель остается сам наедине со своими проблемами. А те, кто продал пальто без воротника, без рукавов и так далее, они остаются в приоритете, и ты еще ходишь и доказываешь. То есть у них там никаких разниц нет между обычной торговлей. Обязательно должна быть разница. Обязательно.

Петр Кузнецов: Про некачественно – это Нижегородская, да, написала?

Дарья Шулик: Нижегородская.

Петр Кузнецов: Просто чтобы мы понимали разницу Москвы и всех остальных. Как раз столица пишет: «В интернете все самое лучшее». Кстати, пришло сообщение также из Рязанской области: «Мы не настолько богаты, чтобы покупать через интернет». Вот это не совсем понимаю. Все-таки считается, что в интернете так или иначе пониже. О чем здесь?

Алексей Егармин: Это известные крылатые слова. Просто захотели зафиксировать свое внимание к данной передаче.

Петр Кузнецов: Да. Спасибо, что, Алексей, за меня это сказали. Скажите, пожалуйста , все-таки, давайте предположим, у нас просто в связи с этим и голосование, сейчас мы его итоги подведем, но перед этим ваше мнение. Отток покупателей будет с новыми правилами? Если да, то насколько существенный?

Алексей Егармин: Какой-то будет, но я не могу сказать в процентах. Знаете, регионы разные, и будут разные проценты. В Москве он будет один, в отдаленных регионах другой. Кстати, в отдаленных регионах, скорее всего, меньше, потому что там достаточно сложно купить те товары такого большого ассортимента. Они активнее пользуются онлайном. Какой-то будет. Но люди будут привыкать, выходить из этого положения. Будет активно защита прав потребителей работать. Будет больше претензий, больше судов, больше…

Петр Кузнецов: И в конечном итоге нагрузки на интернет-магазины возрастут. Алексей Егармин, сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей. Будете ли вы покупать невозвратные товары, если эти правила примут? «Да» - 2%, «Нет» - 98%. Все очевидно.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Непутин
Зато точно подлежат возврату краденные народные богатства. Пусть начинают грабить с себя.