Все «любительские» яблоки не пригодны для продажи. Торговля требует стандарта

Все «любительские» яблоки не пригодны для продажи. Торговля требует стандарта
Олег Бадера: Объективно количество камер на дорогах будет расти
Алексей Парамонов: Наша страна первая в мире по заболеваемости панкреатитом. На самом деле, это неправда. Просто фонд ОМС платит за него лучше, чем за аналогичные диагнозы
Провал в первичном звене: как из него выбраться?
Одна поликлиника – на 150 тысяч человек. Как в Миассе справляются с нехваткой медиков?
Смартфоны в школах – запретить? Экологический сбор. Блокировка банковских карт. Квоты на лов редких рыб. Страны-должники России
Мобильные телефоны: запретить их в школе или использовать в учебном процессе?
Александр Баунов: Месседж Макрона Европе прост. Поскольку Россия - не убираемая с доски фигура, надо по возможности включить ее в собственные партии
Кредиты, которые мы даём другим странам, конечно, неэффективны. Это подарки, которые обеспечивают лояльность к кредитору
Российские банки хотят получить право блокировать карты при обнаружении подозрительных транзакций
Коренным и малочисленным народам дают квоты на лов даже редких пород рыб, а на обычные породы квоты вообще не нужны
Гости
Андрей Туманов
председатель Общероссийской общественной организации «Садоводы России»

Тамара Шорникова: Сейчас вкусная тема. В России в этом году небывалый урожай яблок. По крайней мере, сами дачники так говорят. В буквальном смысле не знают, что с ними делать: одаривают ими друзей, родственников, знакомых. Кто-то пытается продавать, кто-то осваивает технологию освоения сидра. А кто-то в порыве полного отчаяния сваливает остатки урожая в компостные ямвопрос

Иван Князев: И все это на фоне того, что Россельхознадзор отменил запрет на ввоз яблок из Беларуси и ввел его на фрукты из Китая. То есть фактически наши яблоки девать некуда, но мы их будем покупать у Беларуси. Звучит абсурдно, но это действительно так.

Тамара Шорникова: И не только у Беларуси. По данным таможни, яблоки в числе самых импортируемых продуктов – вместе с экзотическими бананами и цитрусовыми.

Иван Князев: Яблок в стране много, но цены в магазинах растут. С начала года яблоки подорожали почти на 30%, правда, вместе с луком, картошкой и морковью. В некоторых регионах они вообще космические. Я про цены. На Ямале, к примеру, яблоки продают по 1000 рублей за килограмм. Это вообще сложно представить. Из ряда вон.

Тамара Шорникова: Более того, в России работает программа поддержки отечественного садоводства. И через несколько лет, если все пойдет, как надо, обещают нам, отечественные яблоки вполне могут стать конкурентоспособными и на нашем рынке, и, возможно, даже за рубежом. От импорта яблок, по прогнозам Минсельхоза, Россия сможет отказаться к 2023 году. Но спрашивается: почему так долго? Чего ждем?

Иван Князев: Почему все-таки сейчас Россия импортирует более 1 млн тонн яблок, хотя они растут на каждой даче? Наши коллеги сегодня, я не успел зайти на работу, готовился к эфиру, принесли, угостили яблочками. Это прекрасно. Так вот, яблок много. А садоводам на прилавки магазинов не пробиться. Пытаются как угодно от них избавляться.

Тамара Шорникова: Ждем ваших историй. Садоводы, звоните, пишите. В студии обсудим эту тему с Андреем Владимировичем Тумановым.

Иван Князев: Что делаете с яблоками?

Тамара Шорникова: Председателем Общероссийской общественной организации «Садоводы России». Здравствуйте.

Андрей Туманов: Здравствуйте.

Иван Князев: Действительно так много яблок?

Андрей Туманов: Яблок море. И не только в этом году, но и в прошлом, и в позапрошлом. В принципе каждый год. Кто говорит, что яблочный неурожай, это не оттого, что неурожай, а оттого, как правило, что садовод плохой. То есть яблоки – та культура, которая должна плодоносить ежегодно, а не через год и не через два (у хорошего хозяина).

Теперь я немножечко остановлю ваш патриотический порыв: «У нас яблок много. Да мы сейчас всех закидаем, завалим яблоками». Давайте разделим яблоки, которые растут на даче, от яблок, которые продаются в магазинах, в супермаркетах. Это две большие разницы.

Тамара Шорникова: Давайте. На даче же лучше, вкуснее, чем эти одинаковые пластиковые.

Андрей Туманов: На даче вкуснее. Вот я привык вот эти невзрачные яблочки сейчас. Это сказка. Трудно передать по телевизору запах. Но, я думаю, меня понимают.

Иван Князев: Уже слюни текут.

Андрей Туманов: Что у меня тут? Классический Штрефлинг, сорт «Солнышко», тут есть Лобо. И очень необычный сорт. Я сейчас его разрежу. Видите, красномясое яблоко, с красным соком.

Тамара Шорникова: На нектарин похоже.

Андрей Туманов: Да. Оно не очень, между нами говоря, вкусное, но зато очень красивое, эффектное. Я сам фактически вывел сеянец на основе парадизки краснолистной. Посмотрите. Яблоко вкусное, яблоко шикарное. Видите, на нем есть некие такие потертости, побитости. То есть это традиционно для любительских яблок. Все любительские вкусные яблоки не для продажи. Потому что, дойдя до торговой сети, они превратятся уже в не очень товарный продукт. И поэтому для сетей, для магазинов есть небольшой набор яблок. Самое известное у нас японское яблоко сорта Фуджи, которое продается около 50% в мире.

Но те яблоки, которые в торговле, во-первых, определенные сорта с очень твердой мякотью. Не надо думать, что они несъедобные и пластиковые. Они вкусные, нормальные. Как, например, сорт Гала новозеландский, или Red Delicious, Golden Delicious. Вот эти сорта. Там их буквально десяток сортов. Они по всему миру продаются. То есть эти яблоки, наши, родные, вкусные, ароматные – они для торговли не подходят, как бы мы сейчас ни заходились в патриотическом порыве. То есть их сети не возьмут. Это первое.

Второе. Для того, чтобы яблоки продавались, допустим, от мелкого фермера… Представьте, у нас надо пройти определенную процедуру. Потому что выращивают яблоки по-разному. Кто-то выращивает правильно. Я знал старушку, которая огурцы раз в день опрыскивала поликарбоцином и фундазолом. Представьте. Причем, старушка – божий одуванчик. «Ой, они чистенькие, прекрасненькие». Люди разные. И для того, чтобы как-то это было одинаковое выращивание, есть в Бельгии, в Голландии сельхозкооперативы. Я могу очень коротко рассказать, как функционируют сельхозкооперативы. Там человек входит в сельхозкооператив, и дальше он уже не мудрит с сортами яблок. То есть ему те яблоки, которые будут продаваться (а продажей занимается сельхозкооператив), ему просто привозят саженцы, и далее он не может выйти за рамки определенной… Ему сельхозкооператив делает определенную… первое, второе, третье, что надо сделать и когда сделать. Потому что, допустим, опрыскивания, какие-то подкормки – это тоже специалист, агроном, агрохимик из сельхозкооператива ему все расписывает. То есть он делает это все по плану, по графику, по часам, по минутам, а не так, что яблоко на даче растет, само по себе растет. Когда приспичило, мы его опрыскиваем, а то и не опрыскиваем. И это мы пошли куда-то пытаться продавать. Максимум, куда эти мои прекрасные яблочки возьмут, тот же самый бесподобный штрейфлинг…

Тамара Шорникова: Вы знаете, я сейчас использую служебное положение и попрошу режиссеров показать сюжет, за время которого я это яблоко смогу съесть. В Подмосковье яблок так много, что дачники раздают их бесплатно или вообще выбрасывают. Садоводы и рады бы сдать излишки оптом даже за символические деньги, но девать некуда. Давайте посмотрим, что все-таки придумывают.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Приморский край пишет: «Местные яблоки везите к нам в Приморье. Нас китайские достали». Дословно сейчас прочитал. Действительно, уважаемый гость, шутки шутками, а как-то сбывать такой урожай все-таки нужно. Мы много надежд возлагали на различные ярмарки выходного дня и фермерские ярмарки. Сейчас это оправдано или нет?

Андрей Туманов: Нет, это путь в тупик. Все равно эти мелкие партии нестандартных яблок не будут продаваться. То есть просто приедет либо Россельхознадзор и запретит продавать. Потому что, опять же, как они выращивались, никто не знает. Опрыскивались они, не опрыскивались. По стандарту, кстати, сейчас я вам покажу, видите, это яблоко в парше. Парша – это грибковое заболевание. Во всем мире яблоки с паршой запрещено продавать. А у нас, извините, половина сортов поражается этой болезнью, если не опрыскивать.

Есть сорта иммунные, которые не надо опрыскивать. Но большинство пока еще старых сортов. Поэтому мы можем не призывать кого-то… «Давайте принимать». Надо менять полностью, то есть создавать кооперативы, которые будут уже саженцы либо раздавать, либо продавать тех самых сортов, которые они готовы принимать.

Иван Князев: Нельзя же всю страну высадить одни и те же сорта одних и тех же яблок, которые будут востребованы в магазинах или которых Россельхознадзор…

Андрей Туманов: К сожалению, торговля требует стандарта. Мы, садоводы-любители, можем себя порадовать.

Иван Князев: А в детские дома, в сады, в школы предлагают?

Андрей Туманов: Это предлагают люди, которые никогда не пробовали это делать. Потому что чтобы в детский дом сдать, там знаете, какая масса справок? Просто от частника в детский дом не примут никакую продукцию. Так что это уже многократно пробовалось.

Тамара Шорникова: Хорошо. Как зарубежный опыт, может быть, говорит? Или что мы все-таки можем сделать? Это садоводы должны объединиться, сказать: «Смотрите, у нас огромное количество яблок. Мы готовы работать по стандартам, принимать ваши саженцы, опрыскивать 2 раза в неделю. Что нам нужно сделать?» Или это государство должно сказать: «По-моему, у нас очень много своих яблок, которые мы неправильно используем. Давайте мы вам такие условия создадим».

Андрей Туманов: Вообще у нас министерство сельского хозяйства, которое должно не призывать организовывать кооперативы, а сделать почву, для того чтобы они начали организовываться с привлечением, допустим, того же голландского, бельгийского опыта. Там сельхозкооперативы работают как частники. Представьте, маленькая Голландия, Бельгия – они снабжают пол-Европы теми же яблоками, грушами именно за счет таких мелких производителей. Их только надо объединить. Нужно, чтобы продукция у них была стандартизирована, чтобы были предприятия, которые потом фасуют эти яблоки.

Навалом же тоже так грязные яблоки никуда не привезете. У всех сельхозкооперативов есть предприятия, где все это моется, стандартизируется, что-то отбраковывается, фасуется. И все. И дальше уже продажа. И продажа не на рынках и не на ярмарках выходного дня. Когда в этом предприятии уже упаковали яблоки, оно выезжает просто. И там менеджер на биржу отправляет заявку. И пока едет эта фура, она уже продана и ей там говорят: «Едем туда, сюда».

Тамара Шорникова: Но это фура, это складские помещения. Это определенная инфраструктура. Она у нас хотя бы в потенциале каком-то есть, или это все нужно строить с нуля, чтобы систему запустить?

Андрей Туманов: Это нужно, чтобы государство помогало это делать. Почему в Польше возник яблочный бум? Вы думаете, просто так? Просто сами крестьяне польские начали сажать яблоки? Нет. Польское правительство стало строить хранилища. А для яблок очень важно хранилище. Особенно для тех, которые должны полежать месяц, три месяца, пять месяцев. Так вот, бесплатно это хранилище передавалось. Для того, чтобы это бесплатное капитализировать, пришлось сажать сады, вкладываться, брать кредиты, и тогда эта связка стала выгодной. И теперь Польша – основной производитель в Европе именно яблок. Понимаете, в данном случае мы должны понять, что мудрость чиновников и правительства может привести к нормальному развитию событий, как и наоборот.

Иван Князев: Мы помним, когда мы закрыли границы для Польши, что у них там творилось. Давайте послушаем все-таки наших телезрителей. Любовь из Тверской области нам дозвонилась. Любовь, здравствуйте. У вас, видимо, тоже большой урожай яблок?

Зритель: Да, у меня много яблок. Но у меня, знаете, самое интересное, мне кажется, нашу страну на самом деле опустили. Понимаете, яблоки, которые продают в магазине, они годами хранятся, потому что они… Детям их опасно давать. Наши яблоки, которые ничем не поливаются, а водой поливаются. Это большой плюс нашей экономике. Если сами люди, которые держат поросят, всякого зверья… Не дают продавать. Только все у нас одни бизнесмены. А простой смертный пенсионер живет на 10 000 и думает, как сказали в Госдуме… на 3500. Она бутылку виски может выжрать за сутки. А человек всю жизнь работал, пенсию заработал копеечную. А теперь даже не может свой труд… Огурцы тоже нигде не дают продавать. Ни яблоки, никакие фрукты.

Тамара Шорникова: Обида понятна. Спасибо. И следом Федор из Волгоградской области. Давайте сравним, какой урожай в этом регионе.

Иван Князев: Здравствуйте, Федор.

Зритель: Петр Николаевич. Здравствуйте. Вот правильно женщину я услышал по телефону. Я со Сталинграда. У нас, во-первых, тоже гоняют пенсионеров. Гонят на рынок. На рынке 300-500 рублей место стоит. А у меня товары, допустим, на 200 рублей. Но это ладно.

Я что хочу сказать? У нас есть такая фабрика «Дары Приволжья». У нас, можно сказать, рядом дачный поселок. Вот хоть бы раз в неделю они организовали машину и ездили по дачам, за бесценок скупали бы эти яблоки и все. Многие люди не умеют ни продавать, ничего. И не несут никуда. Просто закапывают в яму. А это взяли, организовали, допустим… Написали объявление: «В субботу по даче проедет машина. Ведро стоит 20 рублей». И люди бы с удовольствием отдавали эти яблоки, не закапывали их в яму.

Тамара Шорникова: Понятно, Федор. Спасибо большое. Вполне рациональное положение. Почему сейчас…

Андрей Туманов: Не будет это работать.

Иван Князев: А почему не будет? Раньше с молоком такая же история была. Ездили по маленьким хозяйствам, собирали.

Андрей Туманов: Вы думаете, если этому хозяйству этого предприятия выгодно, оно не будет ездить? Но по каким-то причинам оно не ездит. Наверное, это делать невыгодно. Представьте, даже ко мне приедут. Я же должен свои яблоки по сортам рассортировать. У меня, допустим, 30-40 сортов. Это не подходит для, допустим, предприятия. Кто на предприятии будет сидеть? Специальный разборщик? Отделять, допустим, яблоки, пораженные плодожоркой, битые. В основном это же падалица идет. Эти яблоки могут максимально принять только на какие-то технические нужды. На мармелад, на пастилу, на переработку – это максимум. И то предприятиям выгоднее работать с каким-то крупным поставщиком, а не с мелким поставщиком. Еще раз, дорогие друзья, я пытаюсь объяснить. Сейчас мы призываем: «А давайте кто-то организует». Понимаете, не будет этого. Потому что это прошлый век. Давайте думать о том, как сделать, чтобы это действительно работало по типу тех же бельгийских сельхозкооперативов, когда сажаются именно те яблони тех сортов, которые будут востребованы. Тогда да. И сами садоводы будут ухаживать по определенному плану. И тогда получается стандарт. Тогда эти яблоки будут стоить. Вот этот путь, единственный путь, по которому мы можем пойти, чтобы мы, садоводы-любители, были востребованы с нашими яблоками. Пока никакие призывы, никакая обида не поможет.

Иван Князев: Как вы жестко сказали – «тех сортов, которые востребованы». Я помню, в детстве я душу был готов продать за «белый налив», особенно когда они раньше всех…

Андрей Туманов: «Белый налив» - прекрасный сорт, но он не востребован в торговле. Сколько «Белый налив» хранится? 1.5 недели. «Белый налив» наливается. А налив плодов уже считается браком.

Тамара Шорникова: Еще одна история у нас есть из Екатеринбурга. Давайте посмотрим, как в этом регионе с ситуацией справляемся. И успеем еще поговорить о перспективах, о программах поддержки.

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: Хорошо. Как бы мы ни любили наши сочные дачные яблоки, для торговых сетей они не подходят. Нужно, как в Бельгии, стандарт и так далее. Какой вариант? Бельгийский, российский, китайский предлагает Минсельхоз в своей программе поддержки садоводов? Что обещают? Сколько денег потратят? И хватит ли их?

Андрей Туманов: Садоводов – здесь имеются в виду те, кто сажает сады, то есть фермеры. Не садоводов-любителей. В данном случае предлагается вспоможествование на посадку садов. Потому что посадка садов – дело затратное, окупает себя через несколько лет. Но здесь я бы упор еще сделал на том, что надо сажать технологичные сады, современные сады. У нас, кстати, технологии очень отстали. У нас сажаются, допустим, высокорослые деревья. Высокорослые деревья в мире сажают только любители. То есть промышленные сады не бывают высокорослыми. Они очень затратны. За ними трудно ухаживать. Карлики, иногда полукарлики. То есть нужно в данном случае развивать, тащить со всего мира, копировать, если это надо, именно технологии. Если, к сожалению, своя научная база сейчас хромает. О научной базе я бы еще поговорил. И я бы на месте Минсельхоза сейчас по максимуму вложился бы в науку – в селекционеров, в технологов, в плодовые станции, в станции защиты растений. Тогда действительно будет база и будут расти прекрасные российские яблоки. Мы вообще можем всю Европу, весь мир завалить яблоками. У нас яблоки прекрасно растут, замечательные яблоки.

Тамара Шорникова: К 2023 году – это, по-вашему, выполнимый план?

Андрей Туманов: Нет. К сожалению, это не все так просто. Понимаете, все, что мы сегодня слышим – и от Минсельхоза, и от граждан – это чаще всего бывает такое упрощение: «Давайте мы сейчас так ап – и все у нас будет хорошо». Понимаете, это довольно трудная, тяжелая работа, для которой нужны специалисты. Где они, специалисты? Их практически нет. Так что, дорогие друзья, давайте не упрощать. Давайте работать и не ждать, что оно само, яблочко, к нам придет и поселится в наших магазинах. Для этого нужно много сделать.

Иван Князев: А пока люди вот что делают. Тверская область нам пишет: «Не выбрасываем. Сушим, варим варенье, закатываем компоты, готовим мармелад, повидло, пюре, пастилу, соки. Раздаем бесплатно или за символическую плату. Выбрасывать – это не выход». Так что, друзья, делайте компоты, варите варенье.

Андрей Туманов: Я могу мешочек выставить. У меня машина-то стоит. Если возьмете.

Иван Князев: Это взятка? Спасибо большое. Андрей Владимирович Туманов был у нас в гостях. Председатель Общероссийской общественной организации «Садоводы России».

Тамара Шорникова: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски