Вячеслав Яковлев: Западные компании чувствуют себя здесь прекрасно - на их стороне деньги, опыт, инженерная школа. На нашей - только фанатизм

Вячеслав Яковлев: Западные компании чувствуют себя здесь прекрасно - на их стороне деньги, опыт, инженерная школа. На нашей - только фанатизм | Программа: ОТРажение | ОТР

промышленность, предприятие, производство, бизнес

2019-12-24T22:17:00+03:00
Вячеслав Яковлев: Западные компании чувствуют себя здесь прекрасно - на их стороне деньги, опыт, инженерная школа. На нашей - только фанатизм
Губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко в прямом эфире отвечает на вопросы жителей региона
Длинные майские праздники – хорошо это или плохо?
Ипотека на всю жизнь
Бездельники на работе
Валежник: что это и как его собирать
Новые ужесточения для водителей
Что нового? Магадан, Бийск, Астрахань
Газификация: 90% к 2025 году. Мусорная реформа – на «тройку»? Саммит по климату. Центры занятости по-новому. Техосмотр под камеру
Александр Бузгалин: Советский Союз мог быть интеграцией только на основе социалистического проекта. На основе капиталистического проекта его создать нельзя. Это урок и Ленину, и стране
Встреча по-соседски
Гости
Вячеслав Яковлев
акционер завода «Кубаньжелдормаш»

Анастасия Сорокина: Рубрика «Личное мнение», сегодня у нас акционер завода «Кубаньжелдормаш» Вячеслав Яковлев. Он разъяснит, в чем причина технологического отставания России, чего нам не хватает для рывка, людей или промышленных роботов.

Александр Денисов: Или грамотных управленцев?

Анастасия Сорокина: Или грамотных управленцев.

Вячеслав Яковлев: Добрый вечер.

Александр Денисов: Да, Вячеслав Владимирович, поскольку вы акционер и директор торгового дома, будем к вам так обращаться, человек вы довольно, сейчас зрителям поясним, интересный…

Вячеслав Яковлев: Да.

Александр Денисов: Такой… За словом в карман не лезет. Мы сейчас расспрашивали как раз, что за дела вас привели в Москву, вы так спокойно подивились над нашей такой наивностью, что мы не знаем, как делаются дела, что приходится с фирмами-посредниками дела иметь. Вот расскажите, чем занимались сегодня в Москве, какие дела решали.

Вячеслав Яковлев: Да я сегодня ничем не занимался, сегодня я ездил в Подмосковье станки смотрел бэушные, которые уже выбрасывают. Не потому, что выбрасывают, станки отличные, заводы просто уже все, разоренные, я ездил смотрел станки, вот чем я сегодня занимался.

Александр Денисов: То есть прошлись по пепелищам промышленным?

Вячеслав Яковлев: Ну да.

Александр Денисов: А что за заводы? Что за станки?

Вячеслав Яковлев: Ну, не могу говорить об этом, конечно.

Анастасия Сорокина: А с какой целью?

Вячеслав Яковлев: Да потому что я не успею, другие выкупят, да, или распилят. За каждый советский станок сейчас борьба.

Александр Денисов: А как же вы узнали? Навели справки, да?

Вячеслав Яковлев: Так я этим занимаюсь 25 лет, конечно, меня уже все знают, кто продает станки эти все. Там же… Это кажется, что рынок большой, а на самом деле там 3–4, 10 человек, которые этим занимаются, они знают, то во Владивостоке станок, то в Подмосковье, где он появляется, у кого и так далее.

Александр Денисов: Сразу давайте зрителям объясним, чем занимается «Кубаньжелдормаш», то есть это техника для вагонов, домкраты…

Вячеслав Яковлев: Из названия: завод железнодорожного машиностроения.

Александр Денисов: Да.

Вячеслав Яковлев: Домкраты для всех вагонов, локомотивов, путевой инструмент для обслуживания железнодорожных путей, тормозное оборудование для подвижного состава… Много всего делаем., и сейчас сельхозтехнику начали делать: бороны, культиваторы, скоро будем сеялки делать, всю линейку.

Анастасия Сорокина: Вы были уже в студии программы «ОТРажение»…

Вячеслав Яковлев: Да, был год назад примерно.

Анастасия Сорокина: ...рассказывали о том, что как раз сельская техника появилась у вас, сельскохозяйственная техника, когда не было долгое время заказов от…

Вячеслав Яковлев: Нет-нет-нет, заказы всегда есть, хоть какие-то, но есть. Появилась, потому что новый рынок надо искать, чтобы яйца не складывать в одну корзину, в разные. Сельхозтехника, пневматика, мы в разные идем…

Анастасия Сорокина: Как сейчас развивается ваша работа?

Вячеслав Яковлев: Медленно, но потихоньку.

Анастасия Сорокина: Вы сетовали на то, что очень много удобных возможностей для иностранных компаний, что для них созданы условия.

Вячеслав Яковлев: Да, конечно.

Анастасия Сорокина: Вот как сейчас оцениваете? Придерживаетесь того же мнения?

Вячеслав Яковлев: Да так же абсолютно, конечно. А чего не придерживаться? Западные компании себя как дома здесь чувствуют, во-первых, потому что у них деньги есть по сравнению с нами, мы-то бедные все. У них деньги есть, у них есть очень большой опыт в производстве, у них инженерная школа, на их стороне вообще все. На нашей стороне, я думаю, только фанатизм, больше ничего.

Александр Денисов: Про контракты, чтобы тему, так сказать, закрыть: у вас контракт с «РЖД»…

Вячеслав Яковлев: Да, конечно.

Александр Денисов: И с кем еще? С какими крупными заказчиками?

Вячеслав Яковлев: «РЖД»… Нет, наш основной потребитель – это «РЖД», все остальное – это дочерние предприятия, потом частные компании, промышленные предприятия все потребляют железнодорожную технику. Казахстан, бывший весь фактически соцлагерь, в Чехию поставили, в Словакию поставили, в Новую Гвинею поставили, Норвегия… Но это все мелочь, то есть экспортом это назвать нельзя, это 0,001%. Конечно, вы-то донесете с телевидения, что у нас 100% экспорта, скачок, я не знаю, что еще, – нет, экспорт наш, грубо говоря, погрешность.

Александр Денисов: Так вот к контрактам – напрямую контракты невозможно заключить? Расскажите, как это сейчас бизнес устроен.

Вячеслав Яковлев: Нет, почему? Возможно.

Александр Денисов: Вы говорите, что приходится к фирме-«прокладке» обращаться некой.

Вячеслав Яковлев: Да не фирмы-«прокладки». Возможно поставлять напрямую, но просто условия обычно создаются такие, что предприятия вряд ли могут на них пойти. То есть создаются такие условия, что ни одно предприятие в здравом рассудке на эти условия не пойдет, вот и все.

Александр Денисов: Ну приведите пример, что за условия, и почему вам к фирме-«прокладке» приходится обращаться.

Вячеслав Яковлев: Ну вы прямо такой деликатный вопрос задаете сходу…

Александр Денисов: Прямой, прямой, такой же, как вы, прямой, я такой же человек.

Вячеслав Яковлев: Ну если прямой, то в принципе смотрите. Вот вы поставляете оборудование, конкурс объявляется на 100 миллионов рублей, мы должны заплатить вперед 10 миллионов рублей, потом сделать продукцию, потом отгрузить продукцию, потом 2 месяца прождать, и потом с вами рассчитаются, и потом вам вернут эти 10 миллионов, которые вы внесли, чтобы участвовать в конкурсе. Ну это как бы, как это сказать, это условия, которые создаются, грубо говоря, которые по сути все предприятия поэтому и умерли, потому что так или иначе все сводится к тому, что поставщики, грубо говоря, организации какие-то, которые этим занимаются, которые на этом профилируются, у которых есть доступы в банки, у которых есть доступы к дешевым деньгам и так далее.

А предприятия – они что? У них же очень большие расходы свои операционные, а фирмы, которые на этом как бы зарабатывают и чей хлеб, они только финансовыми инструментами орудуют, а мы орудуем живым, у нас коллективы, у нас расходы постоянные, ты хочешь не хочешь, а каждый месяц только операционных расходов, которые просто чтобы завод не загнулся, 15–20 миллионов вынь да положь.

Александр Денисов: А в фирму-«прокладку» вы обращаетесь, то есть они эти 10 миллионов внесут, а вы уже спокойно работаете, да?

Вячеслав Яковлев: Конечно, они вносят и 10 миллионов, у них деньги есть, потому что они же при банках практически все. Мы же последние в цепочке пищевой, все предприятия в конце самом, мы никому не нужны, у нас слишком большая затратная часть, на предприятии работать надо, представляете, да? А чтобы сидеть на предприятии сверху, работать не надо.

Александр Денисов: Сколько вам лет, такой вопрос тоже прямой?

Вячеслав Яковлев: Сорок два.

Александр Денисов: Сорок два. Вы такой молодой и такой дерзкий, бесцеремонно так, спокойно про все рассказываете. Обычно кто из бизнеса, они там осторожничают, все как-то тишина…

Вячеслав Яковлев: Да я тоже осторожничаю, почему?

Александр Денисов: Сейчас не сказать по вам, что вы так…

Анастасия Сорокина: Ну, взяться за предприятие, которое находится в упадочном состоянии, – это не осторожность? Почему вы решились на этот поступок?

Вячеслав Яковлев: Ну подождите, предприятие предприятию рознь. Предприятие работает, оно если работает, значит, какую-то деятельность ведет, а дальше уже нужно просто заниматься, чтобы оно работало. То есть вы не можете работать… Нет, понятно, что у нас сегодня… Вот вы задали вопрос про управленцев – вот 99 из 100 сегодняшних управленцев…

Александр Денисов: В промышленности.

Вячеслав Яковлев: Да, на любое предприятие придут самое прибыльное, эффективное, какое бы оно ни было, они его похоронят за полгода, 99 из 100, я думаю, 100 из 100, если честно, я даже одного так оставил, но я думаю, что 100 из 100.

Анастасия Сорокина: Почему?

Вячеслав Яковлев: Потому что нет управленцев. Управленец того же предприятия машиностроения должен ведь вырасти, это не один месяц и не год, это 10 лет, это опыт, который ему передается другими управленцами, которые уже все эти ошибки набрали, плюс свои нужно набивать шишки и так далее. Готовый управленец – это намного круче, чем летчик военный.

Александр Денисов: Это вы про себя сейчас?

Вячеслав Яковлев: Да почему про себя? Вы думаете… Есть по всему государству, люди раскиданы, именно энтузиасты-фанатики, потому что сегодня здравомыслящими людей, которые занимаются промышленностью, назвать нельзя. Ну у меня в этом году 28 вызовов, налоговая, УБЭП и так далее, 28 вызовов – ну какие нервы будут у нормального человека? Поэтому любой нормальный человек в нашей стране все продал и уехал, все, вот весь бизнес.

Анастасия Сорокина: То есть вы считаете, что сейчас начать бизнес с нуля в принципе…

Вячеслав Яковлев: А с нуля сегодня бизнес вообще нереален, ну это только какие-то или стартапы в области высоких технологий, я думаю, что это, скорее всего, приложения к телефонам и так далее, которые требуют таких затрат, как компьютер и один человек. А чтобы бизнес…

Александр Денисов: Стул и бутерброд с колбасой.

Вячеслав Яковлев: Ну это да. Малый бизнес, конечно, можно открыть, но я не представляю, если честно. Очень много же примеров, когда человек говорит, что он еще не открылся, еще не заработал, а ему уже 25 вызовов, заплати за это, заплати за то, а он еще толком денег даже не заработал, а его уже, понимаете, по всем…

Александр Денисов: Чувствуется, у вас бездна информации, сведений. Давайте тогда в целом про промышленность России поговорим. Вот президенту на пресс-конференции практически один из самых первых вопросов был про промышленность, что, мол, мы проедаем остатки былого советского величия…

Вячеслав Яковлев: Проели.

Александр Денисов: Президент ответил, что 75% всей промышленности создано в начале нулевых, то есть все это новое, а не то самое старое. Что это за промышленность, созданная с начала нулевых? Можем мы ею гордиться?

Вячеслав Яковлев: Я, честно, не знаю. Ему, наверное, виднее, я этой промышленности не вижу. Я занимаюсь машиностроением обычным, не военным, не ВПК, я обычное машиностроение. Все, что я езжу, – это упадничество и полный развал по всей стране. Я не вижу.

Нет, могут показать красивый завод и так далее, но если вы подноготную возьмете этого завода, то окажется, что туда вгрохали 6 миллиардов и выпустили техники на 200 миллионов. А дальше они приходят в бюджет и говорят: дайте нам еще 500 миллионов, чтобы мы создали видимость, что мы работаем, что мы эффективные, что у нас инновации. Что мы внедрим какое-нибудь программное обеспечение, которое повысит производительность грузчиков в 6 раз, которые в принципе что сегодня тонну поднимали, что завтра будут тонну поднимать, но они на них будут показывать, что благодаря внедрению, что на него датчик повесили и на это выделили 500 миллионов, он теперь поднимает не тонну, а тонну и 16 граммов, – ну вот он, рост. Потом сравнили это все с 1937 годом, и получилось 16% роста. А если 16% не получается, получается 0%, значит, создадим новую методику, а по новой методике будет уже 44% роста, примерно так.

Александр Денисов: Вы так возмущенно говорите. Что, прямо всюду сплошное… ?

Вячеслав Яковлев: Да нет, я просто… Понимаете, я как машиностроительное предприятие, которое через себя все пропускает, все, я потребляю воду, газ потребляю, я потребляю кислород сжатый, грубо говоря, жидкий, я потребляю, что еще, электричество, ну все, пользуюсь всем, плюс ко мне заходит все, от древесины до металла, то есть… Я не просто реальный сектор, я реальный сектор, который через себя пропускает все, что наше государство создает для нашего, скажем так, роста, развития и так далее. Так вот я вам могу сказать, что ничего не было создано, чтобы нам помочь в росте, ну ничего, все только усложняется. Мы теперь на дерево делаем кучу отчетов, как мы потребили дерево, как мы израсходовали дерево, то есть везде только обкладывается, обкладывается, обкладывается.

Но это абсолютно закономерно, когда чиновничий аппарат растет в разы, он же должен имитировать деятельность, он и имитирует деятельность: все больше указов, все больше указаний, все больше поправок, ты должен делать, делать, делать. А я-то это все фактически выполняю, но меня как производителя никто… То есть приходят и говорят, как должна работать промышленность, объясняет тот, кто поставляет этой промышленности электричество; как работает промышленность, ее учит тот, кто поставляет промышленности газ; как работает промышленность, тот, кто поставляет ей воду. А саму промышленность никто не спрашивает.

Александр Денисов: То есть монополисты вас учат?

Вячеслав Яковлев: Конечно, у нас только госмонополии, госмонополии учат, как работать промышленности. Собственно, промышленности уже и нет.

Александр Денисов: А каким образом они вас учат? Что они вам втолковывают?

Вячеслав Яковлев: Тарифом, нас всегда учат тарифом. Далеко ходить не надо – электричество, мы сегодня потребляем 6 рублей без НДС, газ мы потребляем 5,92–5,95, не суть, средняя цена, или тот же самый… То есть это же все тарифы. Налоговую возьмите систему, мы же зарплату платим сколько, 54% в общей сложности набегает? То есть вы на каждые 100 рублей зарплаты еще 54 сверху платите.

Александр Денисов: Ну да, там на социальные, прочие.

Вячеслав Владимирович, у нас сейчас…

Анастасия Сорокина: Хочется спросить, как… Нет, Саш, подожди, просто поражает то количество проблем, с которыми сталкиваешься, препятствия, преграды, вызовы, о которых вы говорите.

Вячеслав Яковлев: Да. Ну?

Анастасия Сорокина: Только фанатизм вам помогает все это преодолевать?

Вячеслав Яковлев: Ем много и ногти грызу, больше мне ничего не помогает. Я даже не пью, понимаете?

Анастасия Сорокина: А зачем вам это надо?

Вячеслав Яковлев: Ну потому что я вырос в этом, в машиностроении, у меня как бы в крови это, вот и все. Это, понимаете, кто-то вырос, я не знаю, следователем, кто-то вырос, не знаю, учителем, понимаете, педагог, актер и так далее, каждый в своей среде. Вот я в промышленности, поэтому у меня это нерв, потому что для меня состояние нашей промышленности – это больной вопрос, это не праздный вопрос задали, вам сказали, что все развивается, все хорошо, скачок, рывок. Но я-то его не вижу, понимаете?

У меня даже внутри нашего края промышленность, я вот был недавно на совещании по промышленности у губернатора, там же смешно: отчитываются, что поставили 212 миллиардов рублей товарной продукции в городе, где вообще максимум на 500 миллионов. Вопрос задаю: слушайте, а где вы эти цифры берете? Ну согласен, 95% – это перевалка нефти, просто они объединили это все в кучу, в том числе и продажу электричества населению, газа населению, и вот она получилась картинка, 200 миллиардов продукции сделали. Но это нефть, грубо говоря, прошла Новый Уренгой, пошла, вот она идет, и она на каждом этапе, где она проходит, они показывают у себя вот такую промышленность. Ну слушайте, я бы на месте, грубо говоря, президента, когда слушал такие цифры, я бы тоже сидел и думал: «Надо же, как все развивается».

Александр Денисов: Вот, Вячеслав Владимирович, не могу не задать вопрос. Если так диктуют вам правила игры и монополии, и все так непросто, и с посредниками нужно иметь дело, с фирмами-«прокладками», которые вас контрактом только так и подпускают…

Вячеслав Яковлев: Фирмы-«прокладки» не факт, что плохо, они деньги дают.

Александр Денисов: Да, я понял, не факт, что плохо, они только помогают вам.

Вячеслав Яковлев: Да, они-то деньги дают.

Александр Денисов: Да, но тем не менее какой-то кусок отгрызают, понятное дело. Но вы же тут сидите перед нами, предприятие у вас существует успешное, контракты есть. Раз выживаете, значит, не так все плохо?

Вячеслав Яковлев: «Пациент перед смертью потел?» – «Потел». – «Хорошо», – вот вам ответ.

Анастасия Сорокина: Дадим слово нашим зрителям, уже хотят высказаться они.

Вячеслав Яковлев: Хорошо.

Анастасия Сорокина: Первый звонок будет из Кировской области, Виктория на связи. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вообще хочу выразить признательность каналу ОТР за то, что приглашают таких молодых людей. И отдельно благодарность и восхищение вашему гостю, мы его слушаем не первый раз. Я очень рада, что в нашей стране есть такие молодые люди, как вы, Вячеслав.

Вячеслав Яковлев: Спасибо.

Зритель: Мы вас уже второй раз слушаем, восхищены вообще вашим выступлением, вашей позицией.

Ну и прежде всего я хочу сказать о том, что вообще сейчас, на данный момент мы проживаем в сельской местности, уже более 13 лет мы горожане, купили дом в сельской местности, занимаемся сельским хозяйством, и с сожалением констатируем о том, что сельское хозяйство медленно, но верно умирает.

Вообще вот вы свою продукцию поточную, с кем вы контактируете, куда вы ее поставляете? Потому что вот раньше у нас были военные заводы, вы сказали, что вы не военная, конечно, промышленность, был челябинский у нас завод тракторный, был у нас алтайский завод, они занимались все именно побочной продукцией, которая шла в сельское хозяйство. Что вы конкретно поставляете в сельское хозяйство и с кем вам удается наладить контакты? Всем вам доброго, здоровья, здоровья и здоровья! Молодцы вы! Мы за вас очень рады.

Вячеслав Яковлев: Спасибо, спасибо большое.

Мы поставляем стандартные: бороны, культиваторы, сейчас комбинированные культиваторы. Но если это речь идет о небольшом хозяйстве, то, конечно, у нас минимальная 2-метровая, это как раз основной рынок Белоруссия, потому что большие машины, большие сельхозорудия потребляют в основном тяжелые аграрные холдинги, которые вот сидят при государстве, получают всю помощь и тратят на западную технику, они покупают большие машины, потому что они возделывают очень большие территории.

А маленькие хозяйства да, мы поэтому в линейку и идем, у нас борона от метра начинается, потому что чуть ли не можно там всей семьей ее запрячь и тащить. Я просто к тому, что мы делаем технику от маленькой и к большой идем, не наоборот, большой все-таки рынок, с европейцами тяжело пока тягаться, но я думаю, что это вопрос времени, будем бороться.

Александр Денисов: Вам не кажется, что вот все мы так кивали на госуправление, что оно неэффективное, а вот те люди, которые пришли, частные собственники, они оказались еще неэффективнее? Вот пример, в Ярославской области я бывал на предприятии, льнокомбинат, заглох вообще напрочь, прекрасное предприятие, нитки застряли в станках, то есть все остановилось. Купили люди, решили, что они будут там развивать, потом они подумали: ну зачем, тут земля, можно разделить, уже прибыль, а тут что-то ломай голову…

Вячеслав Яковлев: Подождите, так это же неэффективное руководство.

Александр Денисов: Вот, люди купили, не зная зачем, и бросили, то есть для них это оказалось проще, чем его развивать. Госуправление все-таки было эффективнее, чем вот такие собственники, понимаете?

Вячеслав Яковлев: Почему вы решили? А что же, если оно эффективнее, что же оно продало?

Александр Денисов: Ну, вот такая тенденция пошла, мы все начали приватизировать, вот вам пример.

Вячеслав Яковлев: Это вы 1990-е гг. имеете в виду или когда?

Александр Денисов: Рубеж 1990-х – 2000-х гг., этот комбинат.

Вячеслав Яковлев: Слушайте, ну это же, понимаете… Вы же тоже не можете…

Александр Денисов: Это не один такой случай, тьма таких.

Вячеслав Яковлев: Конечно, это по всей стране, были красные директора, но они же не бизнесмены. Красный директор – это такое понятие, это скорее хозяйственник, это крепкий хозяйственник, который знал, как работает его предприятие, вот оно работает от и до, но он не бизнесмен. А в 1990 году, когда фактически сменилась вообще вся система госуправления и финансовые потоки полностью были разрушены, кооперация, все было разрушено… Кстати, президент верно сказал, это реально была геополитическая катастрофа, я тут согласен, потому что развал СССР – это жуткая катастрофа была для всех.

Александр Денисов: Ну да, он говорил, 25 миллионов оказались…

Вячеслав Яковлев: И фактически все предприятия, каждое искало свой путь. Не каждый нашел свой путь, не каждый смог уберечь свой рынок и так далее, это не так просто. Я к чему? Управлять даже и комбинатом, я не знаю, который лен…

Александр Денисов: Льнокомбинат.

Вячеслав Яковлев: Да, им тоже управлять не так просто.

Александр Денисов: Еще бог с ними, с красными директорами, они как раз и разбираются, знают и технологию, вот как вы от и до проработали, они все нормально. Приходят люди в пиджаках, ну как я, молодые, вот он окончил какие-то курсы МВА, ему хочется быстрого выхлопа, как они говорят, купил – все, прибыль.

Вячеслав Яковлев: Я вам пример могу сказать.

Александр Денисов: А тут выхлоп долгий, и бог его, пусть этот завод…

Вячеслав Яковлев: Я вам намного лучше пример. Вот сейчас отвели компанию, чтобы «Северный поток» строить, отвели 3 судна, которые его строили.

Александр Денисов: Три судна швейцарские.

Вячеслав Яковлев: Сегодня руководитель одной из госкорпораций прямо заявил: «Мы сделаем такой же за 3 года». Слушайте, ну я, знаете, если честно, прямо даже я уже не смеюсь. Просто я зашел, глянул его биографию, все стало понятно: министерство одно, министерство второе, министерство третье. Ну вот такой вот встал солдат и говорит, что за 3 года сделаем, вы бы на месте генерала что сказали? – «молодец», понимаете? Это не Наполеон, который на лошади под Тулоном, по которому стреляли сначала в лошадь, а потом ногу проткнули, вот он встает и говорит: «Сделаем за 3 года». Да я 3 года регенерацию, систему, песок просто чистить не могу ввести, 3 года уходит, потому что это специалисты, это подключение, а тут за 3 года построим корабль.

Александр Денисов: А он судно.

Я к чему? Вот я про этих людей в пиджаках, как у меня, точнее у них дороже, не как у меня, – они вот точно так же собираются на форумах, завалив всю нашу промышленность, прибрав ее к рукам, потом неэффективно уткнувшись, что тут нужно сидеть на этом заводе безвылазно, чтобы он работал…

Вячеслав Яковлев: Конечно.

Александр Денисов: Не справившись с этим, они собираются на форумах на гайдаровских и прочих…

Вячеслав Яковлев: На всех.

Александр Денисов: …и начинается вот такая же песня, ну вы-то, может…

Вячеслав Яковлев: Почему на гайдаровских? Любой форум возьмите.

Александр Денисов: Про налоги, что их там душат, про проверки, что их нужно от всех административных, от всего избавить.

Вячеслав Яковлев: Ну?

Александр Денисов: Люди сами не умеют работать, не справляются, не могут тянуть этот воз тяжелый, неподъемный.

Вячеслав Яковлев: Согласен, я согласен, что не правительство…

Александр Денисов: А жалуются на тяжелую жизнь, что им кто-то не устроил.

Вячеслав Яковлев: Не правительство разрушает предприятия, предприятия разрушают собственники. Но вопрос в другом: правительство и не делает ничего, чтобы предприятиям стало легче, не делает, я вам прямо говорю, ничего не делает.

Анастасия Сорокина: А что должно?

Вячеслав Яковлев: Длинные дешевые деньги, условия, грубо говоря, на те же самые конкурсы и так далее, где можно создать условия, при которых предприятия реально могут хотя бы участвовать, принимать активное участие. Понимаете, изменить порядок финансирования, когда у нас все деньги скидываться в конце года. Понимаете, да там можно делать… Там вот куда ни возьмись сейчас, там все сделано, понимаете, как будто нам…

Я уже говорил, что, если на Западе решил разрушить нашу промышленность, вот он создал 200 пунктов, вот наши действуют ровно, прямо пункт за пунктом идут, все душат, душат, душат, то есть в конце уже остались настолько живучие, понимаете, то есть это уже просто, я не знаю, мастодонты. Вот те, кто сегодня работает в любом государстве, которое вообще занимается своим будущем, которое занимается фундаментальными отраслями целыми, их на руках носили бы, а у нас их душат до последнего. Вот пока он последнее не выдаст… Понимаете, ведь у меня, грубо говоря, когда приходишь куда-то, первый же вопрос: «Ну мы вот вам предприятие закроем».

Александр Денисов: С какой стати они вам это говорят?

Вячеслав Яковлев: Слушайте, да у нас, вы понимаете, у нас создана такая вся база, что, если ты занимаешься делом, ты уже виноват. То есть ты в принципе еще не начал ничего делать, ты только решил заняться делом, уже виноват, а если ты еще и шаг сделал, ну ты уже фактически, над тобой дамоклов меч висит.

Александр Денисов: Давайте конкретно, кто вам это говорит.

Вячеслав Яковлев: Ну, слушайте, я потом, может быть, когда-нибудь напишу, знаете, если доживу до старости, напишу мемуары.

Александр Денисов: Как вы там говорите, предприятие – это корова, которая стоит в чистом поле и окружена шакалами?

Вячеслав Яковлев: Шакалами, конечно.

Александр Денисов: И что, много шакалов вокруг вас?

Вячеслав Яковлев: Тысячи, тысячи, в том числе и все, которые в пиджаках на форумах. Вы что думаете, они просто так номер отбывают? Нет, конечно, они все достаточно мастеровитые уже, набили руку, работать не умеют, они умеют только паразитировать.

Александр Денисов: Ну что, такая история только у нас? Наверняка…

Анастасия Сорокина: Везде жалуются.

Вячеслав Яковлев: Да это во всем мире так.

Александр Денисов: Любую страну ни возьми, тоже предприятие и шакалы.

Вячеслав Яковлев: Только мы-то обсуждаем промышленность свою, мы же не обсуждаем промышленность Германии, которая все делает.

Александр Денисов: Согласен.

Вячеслав Яковлев: Мы не обсуждаем промышленность Китая, которая сегодня делает вообще все, что делает Германия, только в 10 раз больше. Мы не обсуждаем США, которое тоже все делает. Это нам говорят, что они ничего не делают, они игрушки елочные, может быть, там не делают, а США на самом деле очень много всего делает, высокие технологии практически все они делают у себя сами, понимаете? То же самое NASA и так далее, они же все у себя делают, не нужно заблуждаться, никто серьезные технологии не отдает. В Китай свели в основном ширпотреб либо там, где прибыли уже нет, то есть просто за счет массовости, и вредное производство, все.

Ну а мы… Мы вообще и ни там, и ни там. Корея смотрите, как поднимается, молодцы Корея, ну просто на ровном месте раз! – и стартуют. Они сегодня уже у Китая идут по пятам, а они по сути действуют между, грубо говоря, дешевым китайским товаром и дорогим японским. То есть они на своем азиатском рынке место нашли и развиваются, просто они этим занимаются. А у нас сегодня только газ и нефть, все, все остальное… Ну зачем промышленность, если мы нефть продали, газ продали и купили?

Александр Денисов: Почему? Зерно, у нас ваше плодородие будь здоров в этом году.

Вячеслав Яковлев: Вы знаете, я же сельхозтехнику теперь делаю, я теперь вот рост сельского хозяйства не очень склонен обсуждать, честно.

Александр Денисов: Почему? Рекордные же экспортные поставки.

Анастасия Сорокина: Мы же слышим такие цифры.

Вячеслав Яковлев: Рекордные чего?

Александр Денисов: Зерна.

Вячеслав Яковлев: Зерна? Куда? Какое зерно мы поставляем и какую культуру мы погубили в угоду другой культур? Вы же понимаете, поле 100 гектаров, вы не можете на этих 100 гектарах сегодня собирать 50 тонн урожая, грубо говоря, завтра 70, послезавтра 100. Вы эти 100 гектаров либо сегодня засеиваете пшеницей, либо вы там земле даете отдохнуть, даете еще что-то и так далее, но они у вас не будут, либо вы пичкаете пестицидами, тогда у вас будут рекордные урожаи, либо вы должны вводить новые территории, грубо говоря, скажем так, обслуживать, культивировать и так далее. Но у нас этого всего не наблюдается. Поэтому у нас статистика такая… Если честно, я как бы в стороне. Знаете, у нас есть ложь, есть это, а есть статистика, я как бы не склонен.

Александр Денисов: Ну как вы в стороне, если вы сельхозтехнику делаете? Давайте, рассказывайте уж.

Вячеслав Яковлев: А мне достаточно, когда я включаю телевизор и мне говорят, что промышленность развивается, мне в принципе достаточно.

Я всегда говорю, что пусть премьер-министр, пусть президент просто едет и заедет на любой завод, просто едет, завод ему называют, и он туда не по распорядку, а просто решил заехать. Вот он заедет туда, глянет живьем, вот тогда он вызовет министра промышленности и скажет: «Слушай, а что ты мне приносишь за справки?» – понимаете? А пока его везут, где ковровая дорожка, пока он провел, розами все постелили и показали робот, поставили фонок «робот» и так далее, потом который на «Avito» продается, потому что они не знают, что с ним делать. Тогда вот, вот она, вся промышленность наша.

Подождите, знаете, я просто так, что все плохо, все плохо. Какая-то промышленность наверняка есть, развивается, в конце концов, я же работаю.

Александр Денисов: А я и говорю, вы подтверждение.

Вячеслав Яковлев: Да, я работаю, есть другие люди, которые занимаются, и так далее. Я просто, к сожалению… Да вот мы здесь сидим в студии у вас – у вас же ничего российского нет, ничего. А вы представляете, какая это колоссальная промышленность вообще, свет делать, линзы делать…

Александр Денисов: Да прорва денег.

Вячеслав Яковлев: Да, мы лампочки не делаем, у нас все лампочки «Сделано в России» – все в Китае делается. У нас теперь научились, как у американцев, «разработано в России, сделано в Китае». Мы же вообще ничего не делаем, ничего, мы бумагу не делаем. Завтра война начнется, мы будем дощечкой, на ней вышкрябывать надписи, указатели, куда ехать, потому что у нас печатную промышленность похоронили, вообще нет никакой печатной промышленности. Раньше еще был новосибирский у нас завод, который делал машины печатные, – все, нет его. Про краски и все остальное вообще молчу, этого вообще нет ничего, понимаете, вообще ничего. Что, хну? Вот хна у нас, у женщин заберем и будем ею надписи делать, вот наша промышленность.

Но мы при этом все ходим и делаем вид, что у нас все хорошо, у нас промышленность развивается, сколько там процентов роста, 12%? Если неправильная статистика, поменяем руководителя; если смена руководителя не помогла, методику поменяем; если методика не помогает, давайте переподчиним Росстат, не этим будут подчиняться, а вот этому, и все. А там раз! – и через 3 месяца уже и рост промышленности пошел, и так далее. Да вы по предприятиям поездите, посмотрите живьем, понимаете? Я же всегда говорю, я говорю Владимиру Владимировичу: приезжайте на завод в Армавир, день пробудьте на заводе, вы выйдете, вы вообще поймете, как все работает.

Александр Денисов: Ну вот приехал бы к вам и убедился, что все хорошо у вас-то.

Вячеслав Яковлев: Не убедился. Он бы увидел вообще ворох проблем, с которыми сталкивается каждый день руководитель предприятия, с которыми вообще сталкивается предприятие, и он поймет, что 90% проблем высосаны из пальца.

Александр Денисов: Давайте конкретно, что бы он увидел вот у вас в Армавире.

Вячеслав Яковлев: Ну, у меня в Армавире он бы увидел налоговую систему, как работает у нас, грубо говоря, какие мы… Когда мы, грубо говоря, по отчетам прибыльные, а по факту на расчетном счете денег никогда нет. Я думаю, это поймут только те, кто занимаются производством постоянно, потому что… Он увидит, сколько мы платим тарифов, он увидит потом, увидя, какие мы платим тарифы, он может посмотреть, как проводят время наши все руководители этих ОГК и так далее, их подчиненные до двадцать седьмого колена.

Александр Денисов: Госкорпорации имеете в виду?

Вячеслав Яковлев: Да, госкорпорации. Он увидит, и он поймет, откуда такие-то тарифы-то, понятно. То есть они же к нему приходят и говорят про виртуальную электроэнергию, реальную электроэнергию, реактивные затраты на передачу и так далее. А по факту у нас на оптовом рынке электроэнергия 50 копеек, а к нам она приходит по 7 рублей, понимаете? Они же находят объяснение. Слушайте, да это просто нужно посмотреть и все. Тут не совсем удачный пример, потому что действительно он ко мне может приехать, скажет: «Слушай, да у тебя отличные дела», – я после этого вообще окончательно загнусь. Надо приехать на предприятие, которое…

Александр Денисов: Я вот думаю, у вас вообще попрет.

Анастасия Сорокина: Слушайте, вот тут уже такие предложения, вас и в президенты, и вот женщина из Ульяновской области, что от вас нужно рожать всем уже просто поголовно, чтобы менялась наша страна.

Вячеслав Яковлев: М-да…

Анастасия Сорокина: Давайте выслушаем зрителя из Воронежской области, Татьяна на связи. Здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте. Я из Воронежской области. Можно говорить?

Анастасия Сорокина: Говорите, пожалуйста.

Зритель: Я сама технический работник, и мне очень нравится ваша передача… А что-то другая табличка идет на эфире, Станислав там написано, это что такое? Алло? А, вот.

Анастасия Сорокина: Татьяна, вы не обращайте внимания на экран.

Зритель: А, вот сейчас вижу, Татьяна, Воронежская область. Я технический работник, и мне очень нравится, что ваша передача даже в преддверии Нового года не занимается лакировкой действительности и прекрасно рассказывает о состоянии промышленности ваш гость. Я знаю по своей специальности, что основа любой промышленности – это станкостроение и машиностроение. У нас оно разрушено практически полностью, без него невозможно развитие никаких других отраслей.

Вот конкретно: в нашей Воронежской области загублено так много, но сейчас почему-то начали развивать никелевое месторождение, это Хоперский заповедник. Лежит там этот никель, титан и прочие давно вместе с радиоактивными запасами, сейчас даже из пробных скважин пошла радиоактивная вода, а будет уменьшен уровень грунтовых вод, пропадет рыба и прочее. Развивают для чего? Никель нужен только в станкостроительной области, которой у нас нет, значит, все повезется за рубеж. Нам в Воронежской области вместо Воронежского заповедника достанется отрава с радиацией.

И большое спасибо вашему гостю и вашей передаче, что вы поднимаете такие очень серьезные темы. Без промышленности, на одних углеводородах, с нефтью и газом наша страна пропадает, и она пропадет. И вот эти лакировочные отчеты, конференции президента, выступления премьера – это все, извините, только показуха. Большое разочарование доставило выступление президента.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Татьяна.

Александр Денисов: Да.

Вот про добычу никеля и прочего. Я вот где-то полгода назад прочитал в газете, что Прохоров, человек живет за границей, Россию он там…

Вячеслав Яковлев: И «Бизнесмен года» он здесь у нас, кстати.

Александр Денисов: Да-да-да, и он открывает, по-моему, как раз вот эти месторождения, он как раз занимается, там еще где-то, в Красноярском крае, они там добывают металлы. И что он просит? Прежде всего чтобы государство проспонсировало, дорогу построило, протянули всю инфраструктуру…

Вячеслав Яковлев: Конечно.

Александр Денисов: …провода, электричество.

Вячеслав Яковлев: Это стандартная у нас схема: все расходы на государство, а доходы в карман.

Александр Денисов: И вот интересно… Да, вот кстати, то есть государство им все это построй, а они будут прибыль получать, странная такая вот схема у нас крупного русского бизнеса.

Вячеслав Яковлев: Да обычная схема, почему странная?

Александр Денисов: Да?

Вячеслав Яковлев: Это не русский бизнес, потому что русский бизнес и русские купцы – это не те люди. Вы обратите внимание на более серьезные вещи. Обратите внимание, у нас раньше были производители пива, соков появились и так далее.

Александр Денисов: Отличное пиво, кстати, было, куда делось?

Вячеслав Яковлев: Нет, оно все осталось, вопрос не в этом. Вы обратите внимание, что весь русский бизнес ушел, все компании сегодня под «PepsiCo», под «Heineken» и так далее, все западные европейские компании, наших никого не осталось. Вы задумайтесь об этом, почему наш бизнес не купил, например, завод в Польше, а вот польский завод купил наш здесь? Почему, грубо говоря… Это притом что эти бизнесмены были удачливые, достаточно хорошо они на всю страну торговали, и где они сегодня? Все подошли под международные компании, наших никого не осталось. То есть у нас… Понимаете, вы если рассматриваете бизнес…

Александр Денисов: В Лебедяни уперся парень, он не захотел продавать.

Вячеслав Яковлев: Да нет «Я» давно, их давно, они тоже под всеми.

Александр Денисов: Тоже под всеми? А зачем они продают?

Вячеслав Яковлев: Просто смотрите пример самый обычный. Вот эти 3, я вернусь к «Северному потоку», 3 корабля отвели, понятно, санкции включили, они отвели. Но вопрос в другом: а почему вы за эти корабли… Кстати, они были сделаны в Южной Корее. А почему за 20 лет мы не купили себе такие корабли? Ладно не сделали…

Александр Денисов: Мы купили за 1 миллиард евро.

Вячеслав Яковлев: Это французские.

Александр Денисов: «Академик Черский».

Вячеслав Яковлев: А, «Академик Черский»? Для чего? Для трубоукладки?

Александр Денисов: С Дальнего Востока, да, для трубоукладки.

Вячеслав Яковлев: Ну? А что, он не подходит здесь?

Александр Денисов: Да, но ему нужно там месяц или два идти, но вроде он подходит.

Вячеслав Яковлев: Нет, ну если он подойдет один… А что, один для такого огромного государства, как наше, один корабль? Мы что, не могли в той же Корее? Если мы сами не можем сделать, ну купите 3. Мы не можем сегодня до сих пор, у нас же нет аварийного корабля, если вдруг произошло несчастье…

Александр Денисов: Согласен, зная, что нам строить придется.

Вячеслав Яковлев: …чтобы поднять. Конечно, у нас непаханое поле для промышленности. Но если у нас промышленность возглавляет социолог, что вы от промышленности хотите? Вы вдумайтесь, кто у нас сегодня управляет промышленностью.

Александр Денисов: Мантуров социолог?

Вячеслав Яковлев: Конечно, по образованию да. А вы думали, он что, от сохи, с токарного станка вышел?

Александр Денисов: Нет, ну точно не от сохи, конечно…

Вячеслав Яковлев: Ну конечно, нет. Вот он управляет сегодня промышленностью, вот такая и промышленность у нас. Станкостроение все с Запада, все с Запада, у нас из своего станкостроения одна, я не знаю, «Саста» существует еще, может быть, в Новосибирске тяжелый еще работает, все остальные все, легли, никого. Все завозим, наклейку сделали, вот оно, российское станкостроение. А если кто-то говорит – так вы поедьте туда. На меня, вон, в суд подал товарищ, когда я ему сказал, что он из себя представляет, возмутился.

Александр Денисов: Кто?

Вячеслав Яковлев: Да этот, я не помню, как… СТАН. Он на меня в суд сказал, когда я сказал, что из себя представляет СТАН. А когда выяснилось, вот сейчас у него были там, все на свете на него прибежали, оказалось, что там завозилось импортное и так далее, когда притом, что у него Стерлитамакский завод достаточно живой был, сегодня не знаю, может быть, работает там, потому что губернатор Башкирии за них борется. Я просто к тому, что, понимаете… Мне кажется, я уже наговорил на пять сроков.

Александр Денисов: Давайте вернемся в прошлое. Вот вы говорите, что закупаем станки, – смотрите, в период, накануне большого промышленного скачка мы тоже закупали оборудование, в том числе после голод был…

Вячеслав Яковлев: А когда скачок-то был?

Александр Денисов: Ну в 1930-е гг. в СССР.

Вячеслав Яковлев: А, да.

Александр Денисов: Почему голод был? Мы за зерно покупали зарубежное оборудование.

Вячеслав Яковлев: Отдавали за оборудование, да.

Александр Денисов: Тем не менее зарубежное оборудование нам помогло, и мы действительно не просто прыгнули вперед, это неплохой путь.

Вячеслав Яковлев: Мы провели индустриализацию и не только. Я хочу сказать, что больше даже, мы инженеров фактически тогда привлекали западных.

Александр Денисов: Американцы даже приезжали к нам.

Вячеслав Яковлев: Конечно, да. Ну потому что люди думали о будущем, все очень просто. Сталин при всех его, конечно, не хочу это обсуждать, но при всех он думал о будущем, он думал о том, что эта страна будет из себя представлять через 50 лет, через 100. Фактически то, что он тогда заложил, мы до сих пор этим пользуемся. Мы же сегодня, к сожалению, ничего не создаем, мы сегодня только пользуемся, понимаете?

Металл, который мы льем, мы льем… Ну, может быть, станы новые ставят, конечно, и так далее, но по сути… Я металл на сельхозорудия, на ответственные детали я покупаю за границей, то есть даже на раму ответственные детали мы покупаем заграничный металл, потому что наш металл, к сожалению, не соответствует. Рельсы тоже, я так понимаю, все бы хотели покупать японские, но они дорогие, а наши предприятия не стремятся их делать лучше, понимаете?

Александр Денисов: Что, заводы Усманова не могут нормальный металл отлить?

Вячеслав Яковлев: Вы знаете, тут на персоналии переходить… Я слишком мелкий, чтобы тут кого-то обсуждать…

Александр Денисов: Но у него же крупнейшие меткомбинаты.

Вячеслав Яковлев: Я не знаю, наверное, могут.

Александр Денисов: Чего же вы там не купите?

Вячеслав Яковлев: Не знаю, это к ним вопрос надо задавать. Я вот на своем рынке, где я воюю с немцами, с французами, я на своем рынке землю грызу, чтобы не уступить им, чтобы делать не хуже, чем они, и то мне очень тяжело.

Александр Денисов: У Лисина тоже плохой металл, Липецкий меткомбинат?

Вячеслав Яковлев: Слушайте, вы понимаете, у вас металл – это просто металл.

Александр Денисов: Ну конкретно.

Вячеслав Яковлев: А вы знаете, сколько марок металла? Тысячи. И у нас сегодня в основном все комбинаты к арматуре пришли, потому что спецсталь и все остальное, которые делали подмосковные «Электросталь», «Днепроспецсталь» и так далее, куча же предприятий, которые делали спецстали. У нас же сегодня Р-19 вы не найдете вообще нигде, даже уже в загашниках не найдете, там «Воткинский» кусочек остался где-то еще, и тот на фрезу пустили, понимаете? А эти вещи, это как раз технологии.

Технология – это не когда вы по телефону перевод делаете с одного телефона на другой, технология – это когда вы делаете сталь, которая применяется, тонкие или, грубо говоря, эти все редкоземельные материалы, из которых все это добывается и потом используется в высоких технологиях, понимаете? А мы все вот меряем, какая бы ни была… Понимаете, вот нужно понимать, что высокие технологии – это самая-самая вершина айсберга, а сам айсберг внизу, он стоит на металлургии, он стоит на машиностроении, он стоит на приборостроении, он стоит на станкостроении, понимаете? То есть это монстры, которые внизу и которые вот они, на огромных плечах, и там наверху где-то высокие технологии.

А у нас сегодня все наоборот: у нас наверху цифровые облака, а внизу у нас, понимаете, ничего, король-то голый, понимаете? Вот как наша промышленность сегодня выглядит. Я пытаюсь смягчить, да.

Анастасия Сорокина: Хочется…

Александр Денисов: Ну вы лихо смягчили.

Тем не менее ваше-то предприятие, вернемся, пример показывает позитивный.

Вячеслав Яковлев: Да, позитивный, я за 3 года купил 106 станков с советских времен, у меня позитивный, да, 106 станков, потому что это для завода все равно роскошь. У меня нет денег, мне никто не даст денег никогда, поэтому я езжу и покупаю вот эти станки по всей стране, в том числе и сам. А как по-другому? Потому что эти станки иначе на лом и в Турцию отправили, сегодня вроде бы пытаются запретить туда лом, понимаете? Но это недолго, я думаю, продержатся такие решения.

Я просто к тому, что да, я покупаю один новый, два новых покупаю, но на один новый я покупаю 30 советских станков 1980-х гг., потому что литье драть и так далее… Слушайте, у меня нет просто денег на новое оборудование, вот и все, потому что там же цены сумасшедшие. Наше станкостроение убили, и дальше европейцы уже на рынке полностью верховодят.

Александр Денисов: Что же, мы вам желаем купить вот те станки…

Анастасия Сорокина: И мы, и наши зрители, просто огромный шквал сообщений с поддержкой вас, с благодарностью за слова, которые вы сегодня в этой студии произнесли.

Вячеслав Яковлев: Спасибо, спасибо.

Анастасия Сорокина: Здоровья вам, успехов и дальнейшего развития. Приходите, пожалуйста, к нам еще.

Вячеслав Яковлев: Да, спасибо.

Александр Денисов: И главное, чтобы станки в Подмосковье на брошенных предприятиях никто не перехватил, купите их все-таки.

Вячеслав Яковлев: Постараюсь.

Александр Денисов: Вам они нужнее.

Вячеслав Яковлев: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Вячеслав Владимирович Яковлев, акционер завода «Кубаньжелдормаш», был у нас сегодня в студии.

Никуда не уходите, скоро вернемся.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (15)
Елена Полознякова, 50 лет. Свердловская обл.
Я хочу выразить свое восхищение и благодарность Вячеславу Яковлеву. Сколько осталось таких людей в России? Людей, у которых еще не отбили желание заниматься производством. Который работает не "благодаря" "помощи" государства, а вопреки... На сколько хватит его экстремальной выживаемости? Сколько еще пройдет времени,прежде чем он опустит руки, устав от борьбы за свое дело? Нужное для людей дело. Нужное для страны... И эта страна делает все, чтобы усложнить жизнь предпринимателям. Уничтожить. Слишком много шакалов... Обложили.
Сергей
ОТР на первую кнопку, орт в мусоропровод.
Владимир Березовский
Я давно ждал именно такого гостя в студии "ОТР"! Я не экономист - художник и работяга до невозможности, но образ вот такого уродливого существа, в которое превратил Россию правящий режим, вижу отчётливо и давно! Как же я обогатился, слушая и вникая в уродливую, воровскую и построенную на несусветно-бесстыдной лжи "конструкцию" этой "полированной рухляди" - РФ! Во мнении Вячеслава я чётко узрел оценку всего, сказанного президентом во время пресс-конференции - поток ЛЖИ и ПОДТАСОВОК!
Яков Владимир Березовский
На ОТР было ещё одно с Яковлевым, посмотрите тоже, оно в топ-30 *за всё время* на их ютуб-канале.
Татьяна
Красавчик Вячеслав Яковлев! Побольше бы таких людей в нашей стране!!!!
Анатолий
Если бы такие компетентные люди, как Вячеслав Яковлев возглавляли бы Минпромторг, тогда и рост ВВП был бы выше и страна развивалась бы быстрее. А пока мы только топчемся на месте, усугубляя плачевное состояние нашей промышленности. А статистика подгоняется и не соответствует действительности.
Андрей
Спасибо за эту передачу. Огромное уважение И восхищение Вячеславу. Я сам занимаюсь производством и подтверждаю каждое слово вашего гостя. Из России сделали колонию и планомерно её уничтожают. Такие передачи вселяют надежду , что мы всё таки не позволим это осуществить.
Светлана
Несколько раз смотрела передачу именно с В. Яковлевым. Спасибо за правду. Спасибо, что вы есть!
Светлана
В моем окружении все смотрят только ОТР! Остальные каналы не включаем.
Людмила
А можно передать Яковлеву,что у меня в гараже простаивает токарный станок?
Васса
Спасибо, Вячеслав, за честность и мужество. Это очень жирный крест на нашем рывке....
Сергей Анатольевич
Сразу стало понятно, где мы находимся и почему. У Путина нет таких управленцев, там честные профессиналы и патриоты просто не нужны!
Вадим Четвертаков
КЖДМ жив, потому что у него заказы от РЖД, это основа производственной загрузки. Яковлев ищет новую рыночную нишу-сельхозтехнику делает,производство автопогрузчика осваивает.... Но заказчик без лизинга(а это помощь от Гос-ва! только если так) не купит,т.к. бедный, а рынок жесткий . К примеру- Предприятие в Хакасии,такой же производственной структуры как и КЖДМ , загнулось когда от них ушел заказчик главный - МЧС. В связи с олимпиадой 2014 МЧСу урезали бюджет на гусеничную технику для тушения пожаров. Предприятие,практически остановилось, новых заказов для себя не нашли. А пожары этого года тушить было "экономически нецелесообразно" так это озвучили в правительстве РФ когда Сибирь полыхала от огня.
Владимир
Насколько же Яковлев прав!!!!!!! И говорит так возбуждённо только потому, что понимает, что он сегодня в меньшинстве. И меньшинство это с каждым днём сужается. А в конце тоннеля не свет, а взрыв, под который попадут и "в дорогих костюмах", и такие труженики и фанатики, как Яковлев! Страшно, что не те люди сегодня носят "дорогие костюмы".
Владимир Лозовой
Я работал около года с Яковлевым. Полностью согласен с ним в оценке состояния нашей машиностроительной промышленности и условий её существования. Ценю его усилия по сохранению и развитию Желдормаша - единственного серьёзного оставшегося завода машиностроительной отрасли в Армавире. Хотелось бы надеяться, что ему удастся развить этот завод в одно из ведущих предприятий машиностроения Краснодарского края. Знаю о катастрофической нехватке квалифицированных кадров на всех уровнях от рабочего и выше. Желаю удачи ему и всему коллективу Желдормаша в их нелёгком пути к успеху.