Выросло число россиян, желающих отрыть своё дело

Гости
Елена Дыбова
вице-президент Торгово-промышленной палаты России
Валерий Оськин
председатель Правления национальной конфедерации «Развитие человеческого капитала»

Оксана Галькевич: Ну а теперь, друзья, о том, что у нашей страны огромный, можно даже сказать, огромнейший потенциал! Как вы думаете, в какой сфере? В бизнесе. Оказывается, больше 20 миллионов россиян хотели бы заниматься предпринимательской деятельностью – а это, на секундочку, 14% жителей нашей страны. В прошлом году число увлеченных идеями собственного дела резко выросло – в три раза, и, между прочим, Константин, до сих пор держится на этом уровне, несмотря на пандемию, на все прочие проблемы с коронавирусом.

Константин Чуриков: Ну, мы держимся, нам так сказали. Кстати, в бизнес нас тоже когда-то пригласили.

Но в основном, конечно, свое дело хочет открыть молодежь. И это вполне логично. В общем, когда ты молод, тебе хочется бросить вызов всему новому, дерзать, пробовать себя. Ну, причины, по которым люди не хотят «работать на дядю»: возможность заниматься интересным делом; возможность хорошо заработать, то есть подняться; а также независимость от начальников.

Оксана Галькевич: Ну, 20 миллионов все-таки мечтающих. Но это еще не означает, что все эти 20 миллионов к мечте будут на деле стремиться. Только треть желающих считают, что в стране сейчас действительно есть благоприятные условия для открытия своего дела. Надо сказать, что опасения имеют определенные основания. Вот смотрите. По отдельным рейтингам мы уступаем в этом смысле многим государствам – даже Польше с Индией, и тем уступаем.

Константин Чуриков: Что касается внутренних страхов у тех, кто мог бы потенциально заняться бизнесом, то это отсутствие стартового капитала, высокая конкуренция. А еще многие люди боятся риска, боятся наших высоких налогов или чего-нибудь еще, что придумают у нас. Ну и нестабильности в экономике тоже боятся.

Оксана Галькевич: Вот выходит, что потенциал-то у нас есть, и достаточно высокий, но хорошо, если мы используем только малую его часть. Вот как нужно делать так, чтобы КПД этой энергии, заряженной на бизнес-идеях людей, работало на благо страны, окружающих людей, в том числе на самом деле на благо этих самых людей? Вот что нужно сделать, друзья? Делитесь своими соображениями, мыслями по этому поводу.

Константин Чуриков: Уважаемые зрители, те, кто из вас серьезно думает чем-то заняться или уже есть какое-то свое дело, расскажите, чем именно вы занимаетесь или о чем мечтаете, как это вам удалось, какие у вас сложности. В низу экрана указано, как с нами связаться.

Оксана Галькевич: Ну а у нас на связи сейчас первый собеседник – вице-президент Торгово-промышленной палаты России Елена Дыбова. Елена Николаевна, здравствуйте.

Елена Дыбова: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Елена Николаевна, а для вас эти данные – в принципе не открытие? Вот эти 20 миллионов человек в нашей стране – 14% населения – готовых, желающих, мечтающих заняться бизнесом. Вы знаете об этом?

Елена Дыбова: Вы знаете, скажу так: мы это ожидаем, потому что… Ну, во-первых, в прошлом году стартовал национальный проект, который как раз подразумевал достаточно серьезную работу по популяризации предпринимательства. Это раз.

Второе – мы проанализировали определенные периоды. Вы знаете, когда в экономике кризис, доля тех, кто хочет заниматься бизнесом, всегда возрастает.

Константин Чуриков: Елена Николаевна, понятно. Но удачный ли сейчас для этого момент? Я думаю, что любой человек, у которого есть какие-то знакомые в малом бизнесе, сейчас подтвердит, что как-то не время этим заниматься: «И так еле-еле выживаем. На соседней улице вторая парикмахерская. И как нам вообще всем разместиться и выжить?»

Елена Дыбова: Вы знаете, я вам хочу сказать, что не то что на соседней улице, а иногда в одном доме по две парикмахерские или по два магазина. И вся эта конкуренция очень близко.

Вы знаете, у вас очень хорошая цифра была: 52% сказали, что нет стартового капитала. На самом деле сейчас, к сожалению, стартуют те бизнесы, которые стартуют без капитала, то есть самые простые такие. Ну, назовем это – примитивные бизнесы.

А стране нужны высокотехнологичные бизнесы. Но – нет денег. Нет программ, которые бы позволяли этим бизнесам запускаться. Поэтому у нас очень высокая конкуренция в сфере услуг для населения, очень высокая конкуренция в торговле, кафе и рестораны. И совсем недостаточно производственных предприятий, мы здесь очень сильно отстаем. Здесь у нас малого бизнеса совсем мало, потому что нет денег для старта, не на что, по большому счету, зачастую покупать оборудование, расходные материалы и так далее, и так далее.

Оксана Галькевич: Ну подождите. Я думаю, что на самом деле мы здесь не слишком оригинальны. Наверное, все-таки стартапы, в том числе и высокотехнологичные, не только у нас начинаются иногда зачастую с гаража. Знаете, эта история, как Google в свое время начинался. Тоже, я думаю, они там сидели вдвоем не с большими деньгами в карманах.

Ну хорошо. А если говорить о стартовом капитале, то как тогда нужно эту проблему решать? Как нужно этим людям помогать финансово? Кто это должен делать? Это банки должны под ноль процентов выдавать? Это Торгово-промышленная палата должна их куда-то отправлять?

Елена Дыбова: Смотрите. Банки – это точно не институты развития. Банки – это такие же коммерческие организации. И мы это видим на протяжении многих лет, когда мы видим, что бизнес получает деньги под очень высокие проценты. Поэтому банки из списка убираем сразу.

И я хочу обратиться ко всем, кто рассчитывает начинать бизнес: только не ходите в банк, потому что это сразу серьезная нагрузка, это большие деньги. И надо очень хорошо посчитать вообще свою бизнес-модель, чтобы начинать с банковских кредитов.

Оксана Галькевич: А куда идти-то?

Елена Дыбова: Вот я вам сейчас и расскажу. Есть несколько фондов, которые созданы государством. У нас есть Фонд Бортника, где можно получить деньги как раз на технологичные бизнесы. Конечно, самая идеальная схема, которая работает во всем мире, – это поиск инвестора. И очень многие экономики начинали с того, что бизнес стартует с инвестором…

Константин Чуриков: Ой, у нас связь зависла. Сейчас попробуем восстановить соединение. А пока – звонок.

Оксана Галькевич: А пока почитаем сообщения и послушаем наших зрителей.

У нас звонок от Александра из Санкт-Петербурга опять. Александр, здравствуйте.

Зритель: Добрый день. Спасибо, что вы поднимаете эту тему. Я хотел бы вот на чем заострить ваше внимание. Вы знаете, у нас нет структуры экономики. Если бы была отработана структура экономики и последовательная взаимосвязь экономических структур, тогда бы и средний, и малый бизнес внутри большой экономики себя развивал. Этого, к сожалению, нет.

Я вам скажу по Петербургу. Вчера и сегодня, в течение года муссируется вопрос открытия и закрытия «наливаек», каких-то кафе, маленьких баров и так далее, и так далее. Законодательное собрание приняло решение, губернатор должен его до 1 января подписать. И вот третий день идет дискуссия. В течение последних пяти лет никто не сказал о том, что в городе нет ни одного детского кафе, ни одного кафе мороженого для детей и родителей, ни одного детского клуба не открыто, ни одного какого-то сказочного (ну, я утрирую) клуба не открыто; какое количество рухнуло в пандемию, что приближается социальная пандемия практически на средину сентября и так далее, тогда.

Вот крутятся вокруг этих питейных учреждений, преподнося как будто это бизнес. Это не бизнес, а это элемент спаивания людей. Понимаете? А если бы в том же Петербурге были отработаны хотя бы наполовину структуры экономики, ранее существующие, то тогда бы место имели и для столовых, и для кафе, для этих предприятий, тогда бы место имели и для каких-то детских клубов. Ну, я условно говорю. То есть гуманизации бизнеса нет.

Константин Чуриков: Александр, вы хотите сказать, что у предпринимателей какой-то дурной вкус в плане выбора направления, да?

Оксана Галькевич: Ну, на самом деле есть и детские клубы, и детские развлекательные учреждения, и детские парикмахерские в Петербурге…

Зритель: Не надо, не надо, Оксана, нам говорить, что есть. Ничего нет! Вы даже не знаете, что есть.

Оксана Галькевич: Ну ладно, Александр…

Константин Чуриков: Петербурженка, Александр.

Оксана Галькевич: Ну что вы?

Константин Чуриков: Землячка ваша.

Зритель: Не надо мне возражать.

Константин Чуриков: Спасибо за звонок.

Елена Николаевна, что с предпринимателями не так, что они все «наливайки» открывают, какие-то непонятные заведения?

Зритель: Я не понимаю, откуда вообще взялась эта история по поводу «наливаек». Если уж на то пошло, то у нас огромное количество именно детских кафе, детских клубов, социальных учреждений, социального бизнеса. Нельзя говорить, что у нас вообще бизнес только «наливайками» занимается. Это абсолютно точно неправда.

И я вам хочу сказать, что сейчас Минэкономразвития составляло Реестр социально ориентированных организаций. Ведь огромное количество бизнесов, которые закрывают вообще очень много тех сфер, где государство вообще не участвует и ничего не делает. Поэтому эта тема… точно нельзя об этом говорить.

Другое дело, что (еще раз вернусь к своей теме) бизнес уже закрыл сферу услуг, там высокая конкуренция. У нас сейчас созрела ситуация, когда бизнес должен идти в производство. И здесь, конечно, нужен четкий заказ от государства, чтобы эта сфера развивалась.

Оксана Галькевич: Вот видите, просто нам зрители пишут о том, что из желающих открыть бизнес 90% хотят наращивать ногти, а 10% – открыть пивной ларек. Ну действительно, есть определенный тренд. Картина просто перед глазами, чего мы больше видим.

Константин Чуриков: Ну, может быть, нам просто зритель звонил с улицы Марата или Рубинштейна, вот оттуда.

Оксана Галькевич: Там из детских заведений… McDonald’s рядом.

Елена Дыбова: Просто все думают, что вот сейчас они придут… Еще раз, это проблема стартового капитала. Это проблема жесткой конкуренции и вообще определенного непонимания, чем заниматься. Многие, очень многие предприниматели, которые сейчас уже, допустим, отработали определенное количество лет, наоборот, они понимают, что надо уходить из сферы услуг и надо переходить в другие виды бизнеса, которые действительно еще не настолько жестко конкурируют внутри себя.

Поэтому мы думаем, что у нас все в парикмахерских сидят. Но у нас на самом деле, смотрите, уже много своих отечественных производителей одежды, у нас уже очень хорошие появляются производители мебели, различных товаров народного потребления. Мы закрыли полностью… у нас переработка пищевой продукции практически вся отечественная.

Поэтому, нет, бизнес сейчас старается максимально искать те ниши, где вообще еще есть возможность зарабатывать, где нет такой жесткой конкуренции.

Константин Чуриков: Будем ждать, когда мы увидим вообще это в массовом таком формате. Спасибо большое. Елена Дыбова, вице-президент Торгово-промышленной палаты.

Оксана Галькевич: А Петербург – это, между прочим, столица не только индустрии развлечений и ресторанного бизнеса, но и русского дизайна, я так думаю. Звоночек примем?

Константин Чуриков: Ну, у вас там прекрасный вкус в Петербурге.

Оксана Галькевич: Примем еще один звонок. У нас Евгений на связи из Воронежской области. Здравствуйте, Евгений.

Зритель: Здравствуйте. Я очень давно собираюсь с вами поговорить и сказать, что у нас бизнесу развиваться практически невозможно. Почему? Очень большая стоимость электроносителей, электроэнергии. Вот в Китае электроэнергия в три раза дешевле. В Китае дают на пять лет кредит беспроцентный, и потом только начинаешь платить. У нас же…

Я в 92-м году открыл фермерское хозяйство. В общем, «Жигули» стоили 7,5 тысячи. Нам дали по 500 тысяч кредита. Мы начали развиваться, начали работать. Один год поработали, второй год начали работать – дали кредит. Рассчитались мы с кредитом. Но потом, чтобы получить кредит – бесполезно! Я пытался, но мне так и не дали.

Оксана Галькевич: Второй уже не дали, да?

Зритель: Не дали. Есть «Россельхозбанк». Вот сейчас у меня рабочие были. Чтобы получить кредит, нужно заложить дом. А дома в деревне вообще ничего не стоят. И оформили их без документов. Почему? Потому что дом стоит 20 тысяч, а оформление – 50. А многие имеют землю, паи. И вот под эти паи надо давать кредиты. Почему-то не дают. Крупным холдингам дают кредит под 1–2%, а рядовым фермерам дают под 15–20%. Ну, это гроб.

Константин Чуриков: Евгений, понимаем и совершенно разделяем ваше возмущение. Неоднократно об этом говорили в эфире – как раз по поводу крупных холдингов, которым все, и небольших фермеров, которым практически ничего.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Давайте сейчас по поводу реальных историй.

Оксана Галькевич: Да, посмотрим сюжет как раз из Курской и Липецкой областей – истории нескольких предпринимателей, истории их трудностей.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Вы знаете, мы сейчас с Оксаной, пока смотрели сюжет, тоже между собой посовещались и поняли, что, несмотря на пандемию, ну хочется что-то свое сделать. Правда?

Оксана Галькевич: Да, да, да.

Константин Чуриков: Ну сколько можно? Давайте!

Оксана Галькевич: А что ты умеешь, Костя? Ты в музыке разбираешься.

Константин Чуриков: Я бы мог радиостанцию открыть с мелодичной джазовой музыкой, например. Ну, в интернете, конечно.

Оксана Галькевич: А я хлеб наконец научилась печь.

Константин Чуриков: Ну и все! Не пропадем.

А у нас сейчас на связи Валерий Оськин, председатель правления национальной конфедерации «Развитие человеческого капитала». Валерий Валентинович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Валерий Валентинович.

Валерий Оськин: Рад видеть вас, Константин и Оксана.

Константин Чуриков: Давно не виделись.

Оксана Галькевич: Взаимно, да.

Константин Чуриков: Валерий Валентинович, что вы скажете по поводу разницы между этим желанием, хотением что-то запустить и реальными намерениями? В чем она заключается?

Валерий Оськин: Ну, я не слышал всех ваших разговоров, но там, наверное, речь шла о намерениях, которые нам измерили, да?

Константин Чуриков: Да. Как сделать так, чтобы вот эти, скажем так, желания перешли в конкретные действия? Человеку для этого что нужно?

Валерий Оськин: Ну, для этого я бы вспомнил для начала очень уважаемого мною Махатму Ганди, который сказал: «Найди цель, а ресурсы найдутся». Но я скорее бы отнес это сейчас не к человеку конкретному.

Вот я послушал тех людей, кто выходил к вам на связь, – и аж больно в сердце! Люди хотят работать, люди готовы работать, люди готовы двигаться, но поддержки такой, которую надо бы сейчас дать, нет. Сейчас весь государственный аппарат надо повернуть на поддержку этих 14%, чтобы у них не пропало это намерение.

Оксана Галькевич: Валерий Валентинович, давайте конкретно: что должно делать государство? В общем, собственно говоря, не самый новый вопрос, не самый новый поворот, но тем не менее. На пальцах давайте просто.

Валерий Оськин: Давайте. Палец первый. Только что вы обсуждали с госпожой Дыбовой: деньги выделяются, они зависают в финансовом секторе, потому что финансовый сектор – это тоже бизнес, ему невыгодно под маленькие проценты передавать эти деньги предпринимателям. Так? Есть палец первый?

Константин Чуриков: Да, есть.

Валерий Оськин: Палец второй – поддержка бизнеса на местах. То, о чем отчитываются наверх, в том числе наши регионы, – это не совсем совпадает с той ситуацией, которая есть, по поддержке предпринимателей. Только что человек вам об этом рассказывал. Пообещали – бросился в сельское хозяйство делать, а деньги так и не получил. Палец второй загнули?

Константин Чуриков: Загнули.

Валерий Оськин: Поехали дальше! Третий. Когда мы говорим, что люди сейчас идут, готовы идти в предпринимательство, надо разобраться, почему они идут. Может быть, они идут потому, что просто им больше деться некуда. Количество рабочих мест уменьшилось. Ситуация на «удаленке» у многих стала ну очень неудачной, согласитесь, люди работают зачастую больше.

Вот я с интересом наблюдаю одну компанию. Очень прогрессивная компания, работает в сфере дистанционного бухгалтерского обслуживания. И я вижу, как сегодня эта компания теряет свои позиции за счет того, что там не научились мотивировать людей на «удаленке».

Оксана Галькевич: Валерий Валентинович, если люди идут в бизнес из-за того, что они потеряли какую-то свою работу, то это на самом деле, по крайней мере, характеризует их как людей, которые готовы что-то придумывать новое, что-то искать и не боятся рисковать. Даже если у них не все получится на самом деле, то это все-таки их как неких пассионарных личностей характеризует – что уже есть хорошо.

Валерий Оськин: Оксана, как бы я хотел с вами согласиться! Но люди идут туда зачастую из-за того, что другого выхода нет. Ну, не с топором же на улицу, правда?

Оксана Галькевич: Кстати, некоторые идут с топором улицу, а некоторые лежат на диване.

Валерий Оськин: Не буду осуждать тех, кто лежит на диване, потому что… Кстати, в тех же исследованиях, которые сейчас были, там не мелькнула информация о том, сколько людей и каких людей относятся… То есть с доверием к тому, что сейчас можно раскрутить, относится большое количество молодых людей. Примерно треть предпринимателей, которые говорят: «Да, сейчас мы раскрутим!» – среди них половина, больше половины – это те люди, которые молодые предприниматели, у которых еще все горит, они готовы прыгать. А больше половины вообще считают, что ситуация может вернуться в нормальное положение, как до кризиса, только через год. А еще 15% считают, что через два-три года. Потому что люди прошли уже эти ситуации кризисные.

И слава богу, что есть такие, которые готовы скакать и прыгать. И они пробьют, многие из них пробьют. Я искренне желаю им успеха. Но при этом людям надо помогать, и помогать всячески, защищать их. И это в силах властей – и местных, и федеральных. Ну, мы видим по примеру денег, которые наконец отследили, поток денег, который шел к медикам. До президента дошло! Ну, раз у нас так, давайте тогда мы такие же дела будем решать на уровне…

Константин Чуриков: Валерий Валентинович, у нас буквально есть еще полторы минуты, минутка. Мне кажется, сейчас очень многие молодые люди увлечены все-таки темой создания бизнеса. Они в метро едут, читают эти книжки – Джобса, Роббинса. Почему мы не видим, как количество желающих открыть бизнес переходить уже как бы в качество?

Оксана Галькевич: Потому что они только дочитывают, Костя.

Валерий Оськин: Оксана, это хорошая версия. Кстати, насчет Джобса тоже надо посмотреть и почитать, потому что ситуация с гаражом Джобса – это выдуманная ситуация. Не так все происходило, совсем не так. Сейчас можно уже заглянуть в некую литературу и увидеть это.

Но надо одобрить и поддержать тех молодых, которые… Пусть они и не дочитали, но надо дать им возможность. Отчасти такие возможности им даются, но это не 14%, к моему великому сожалению.

Константин Чуриков: Это гораздо меньше. Раза в три?

Валерий Оськин: Я думаю, в десять.

Константин Чуриков: Спасибо.

Валерий Оськин: И это в лучшем случае.

Константин Чуриков: Валерий Оськин, председатель правления национальной конфедерации «Развитие человеческого капитала».

Говорили мы о бизнесе, о тех, кто хочет его открыть. Нам зритель молодой пишет, прямо тебе и мне: «Точняк! Идите в YouTube, там весь движ». Мы, кстати, в YouTube тоже есть, да?

Оксана Галькевич: Костя, вот где надо радиостанции запускать – на YouTube.

Друзья, впереди большой выпуск новостей. Сразу после этого мы вернемся. В эфире будет человек, которого вы всю неделю ждали – обозреватель ОТР Сергей Лесков. Ну а в финале мы поговорим о том, почему пенсионеры у нас работают, работают и никак не могу уйти на заслуженный отдых.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Что ими движет, а что пугает?