Взрослые дети, живущие с родителями, больше не считаются неудачниками

Взрослые дети, живущие с родителями, больше не считаются неудачниками | Программы | ОТР

Что происходит?

2020-08-24T19:21:00+03:00
Взрослые дети, живущие с родителями, больше не считаются неудачниками
Новые схемы обмана с банковскими картами. Вакцинация продолжается. На что тратим деньги. «Всё включено» по-русски. Как сдержать цены? Чем питаются школьники. Отмена крепостного права. Цифровая школа
Как сдержать цены?
Наталья Починок: Никакие профессии не умрут, они просто будут иметь всё большую цифровую составляющую
Внимание – мошенники!
Россию XVIII века от любой европейской страны отличал громадный культурный раскол общества, в котором одна часть не понимает, как живет другая
Что у школьника в тарелке?
ТЕМА ДНЯ: Продукты накрыло цунами цен
«Всё включено» по-русски
Траты растут! Покупаем больше или платим дороже?
Прививка от ограничений
Гости
Ольга Симонова
социолог, доцент ВШЭ
Наталья Панфилова
семейный психолог, преподаватель Московского института психоанализа

Иван Гостев: Добрый вечер, уважаемые телезрители! Это по-прежнему программа «ОТРажение», по-прежнему в студии Ольга Арсланова и Иван Гостев. И вот тема у нас сейчас будет новая.

Ольга Арсланова: Да. Совсем скоро у нас большая «Тема дня», мы поговорим о том, будет ли вторая волна коронавируса, о том, что сейчас происходит в российских регионах, какая статистика. Все последние новости будем обсуждать вместе с вами. Как всегда у нас прямой эфир, у нас прямая, открытая дискуссия с нашими зрителями, поэтому телефон работает специально для вас. У нас есть SMS-портал, наш сайт otr-online.ru, и сейчас вы видите адреса наших групп в социальных сетях. Мы продолжаем.

Иван Гостев: Да, так что, пожалуйста, пишите и звоните нам.

Ольга Арсланова: Давайте вот о чем поговорим. Живут до преклонных лет с родителями и больше этого не стесняются: самоизоляция повлияла на многие сферы нашей жизни, и вот исследователи в Европе и США заметили, что за это время многие взрослые дети переехали жить к своим пожилым родителям или так и не съехали от них, чтобы начать самостоятельную жизнь.

Иван Гостев: Почему взрослые дети в России и за рубежом до сих пор живут с родителями? Это такая вынужденная необходимость или мода? Вы живете с родителями? Расскажите нам, позвоните или напишите, поделитесь своим мнением.

Ольга Арсланова: Да, что это такое? Действительно, это от бедности так происходит, например в России? Это инфантилизм, или это возвращение к каким-то традиционным семейным ценностям и устоям? Наши корреспонденты побывали в некоторых российских семьях, где под одной крышей уживаются 3 поколения, давайте посмотрим, как они живут.

СЮЖЕТ

Ольга Арсланова: Пишут нам родители вот таких великовозрастных детей: «Дочь, 35 лет, живет с нами, ее жизнь спокойна и беспечна. Пусть живет, мы с мужем не против». Но мы хотим подробнее это явление изучить, посмотреть, какие особенности у него есть в мире и какие в России, так что ждем ваших историй в прямом эфире.

Иван Гостев: Да, подключайтесь к нам. А мы сейчас подключаем нашего первого эксперта Ольгу Симонову, социолога, доцента Высшей школы экономики. Ольга Александровна, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Ольга Симонова: Всем добрый день.

Ольга Арсланова: Расскажите, пожалуйста, как в современном мире меняется отношение к детям взрослым, живущим с родителями. Меняется ли вообще оно?

Ольга Симонова: Вы знаете, я что хочу сказать? Вот вы говорили как бы о новой моде или тенденции такой. Я вот посмотрела даже вот последние публикации, эта тенденция на самом деле наблюдается с 2008 года, когда начался мировой кризис. И собственно говоря, вот этот вот исход, что ли, или, наоборот, жизнь под одной крышей с родителями – это, конечно... Первая и самая главная причина – это просто экономически выгодно.

Но за этим стоят еще очень интересные тенденции, которые в современных обществах наблюдаются. Это то, что действительно дети, скажем так, очень медленно взрослеют, то есть вот этот феномен отложенной взрослости. Поэтому, конечно, вот этот отель «Мама», который в их распоряжении, это очень выгодно, это позволяет сохранить деньги и, собственно говоря, пока поработать на себя, отучиться и так далее. То есть вот непонятно, с какого момента, собственно говоря, съезжать от родителей.

Ну а если мы говорим, допустим, о пандемии или вообще каких-то крупных событиях, то это совершенно понятно, почему дети часто возвращаются под одну крышу, – потому что действительно наблюдаются такие кризисные явления.

Ольга Арсланова: Ольга, смотрите, какая история. Вот раньше, в традиционном обществе, в России даже, жили часто под одной крышей, потому что это экономически действительно выгодно, небогатые семьи, это удобно, общее хозяйство. Но в основном младшие заботились о старших, то есть дети поддерживали своих пожилых родителей, помогали им по хозяйству, или своих более старших родственников. А сейчас в современной России часто бывает так, что родители пенсионеры и они на свою еще нищенскую пенсию вынуждены вот этих взрослых детей поддерживать. То есть что происходит? Становятся более инфантильными вот эти дети взрослые?

Ольга Симонова: Да, безусловно, я уже сказала об этой тенденции. Просто действительно сейчас молодым человеком быть можно лет до 45, собственно говоря, ну и продолжительность жизни такая. Действительно, вы совершенно правы, но я думаю, что это не тренд такой, что за счет родителей жить, что молодые, скажем, менее состоятельны и так далее. Нет, я думаю, здесь немного другое, то, что вот эти вот противоречия мы наблюдаем.

Абсолютное большинство, кстати, россиян считает, что дети должны жить отдельно, что они так лучше приучаются к самостоятельности и так далее. Но с другой стороны, именно российские родители проявляют очень высокую тревожность о своих детях, да, и поэтому огромная тоже часть родителей боится за них, тревожится, поэтому оставляет около себя. Действительно, вот это вот противоречие, когда, в общем-то, родители хотят, чтобы дети начали самостоятельно жить, но при этом сильно о них тревожатся и приучают их… Да, вот это благополучие, что мы себе, скажем, будем во всем отказывать, мы сыночку или доченьке ипотеку сделаем, – вот это вот типичная история для России.

И вот, собственно говоря, вот этот детоцентризм современный столкнулся с этими, скажем, глобальными событиями и усилил этот тренд, когда дети живут со взрослыми родителями и, скажем так, не всегда спешат им помогать. То есть они заняты собой, индивидуалисты, но... То есть вот эта традиция теряется заботы о старших, ну не совсем, конечно, но да, молодежь у нас, конечно, стала очень, в общем-то, самостоятельной в принципе, стремится к свободе и независимости, но на самом деле, когда они сталкиваются вот с такими большими трудностями, эти заявления так и остаются такими декларативными, и на деле дети остаются жить с родителями.

Иван Гостев: Ольга Александровна, вот у меня такой вопрос. Это же проблема не только наша, в России, в Европе тоже люди сталкиваются с этим. Вот интересно, что в Италии, я когда готовился к эфиру, с удивлением узнал, что даже собирались принять закон, министр инноваций сказал, что дети, которым исполнилось 18 лет, они должны жить отдельно от родителей, потому что в этом случае они инфантильны, они не работают, это тормозит экономику. Как вы считаете, это действительно вот такая проблема масштабная, которая затрагивает по сути экономику целого государства, или все-таки решать каждой отдельной семье, как они хотят жить?

Ольга Симонова: Вы знаете, ну конечно, скажем так, проблема масштабна. Об инфантилизме вот этих молодых поколений уже давно говорят, что их благополучие привело к тому, что они ищут себя, им даже не так важно хозяйство и вот эти все признаки, значит, такой вот экономической успешности, им главное самовыражение, поэтому достаточно и у родителей жить. Вы совершенно правы, во многих странах, меня поразили цифры особенно, например, в Германии почти 43%, вот я смотрю, в прошлом году жили с родителями вместе, и в целом по Европе практически половина, 48%.

Вы знаете, только я совершенно, скажем так, далека от мысли, что это может действительно привести к каким-то существенным проблемам. Я боюсь, что детям все равно придется зарабатывать, потому что родители не вечны, собственно говоря... И сами-то родители… Вы знаете, вот другой тренд не забывайте, что и сами родители на самом деле не очень-то рады взрослым детям. Потому что вот эти вот два режима, которые со взрослым человеком когда живешь, они очень часто не совпадают, поэтому здесь очень большая проблема.

Ольга Арсланова: Но вопрос, как в разных обществах действительно к этому относятся. Даже та же Европа очень неоднородная. Вот, например, французы не любят жить со взрослыми детьми, а любят их в 18 лет отправлять учиться и зарабатывать, в Скандинавии тоже такой же тренд. Совершенно другая история в Греции. В России... Вот что мы пытаемся понять – можно ли что-то сказать об обществе, о его состоятельности, о его экономическом процветании по вот этому фактору? Потому что, если мы посмотрим даже российские города, ну в Москве, наверное, в основном рано уходят от родителей, а где-нибудь в деревне, где пенсия этих родителей является единственным источником дохода, конечно, семьи будут вместе жить. Вот это какой-то симптом?

Ольга Симонова: Да, к сожалению, отчасти это и признак неблагополучия экономического, что дети не могут жить самостоятельно, то есть они не могут найти работу, которая позволила бы им жить отдельно, то есть самим накопить на ипотеку, выплачивать или квартиру покупать. Это признак несостоятельности, действительно. Вы знаете, вот в европейских странах несмотря на то, что вот дети все-таки остаются жить с родителями, на самом деле там жестче позиция у самих родителей: они, может быть, и принимают это, но для них дети вернувшиеся или оставшиеся в семье – это признак неуспеха вообще, в повседневной жизни. Поэтому...

Иван Гостев: То есть такое социальное клеймо как бы, да, что неудавшийся человек?

Ольга Симонова: Да, раз их дети вернулись, не могут жить самостоятельно, значит, признак неуспеха. Я боюсь, что для некоторых российских граждан это то же самое. Но в целом большинство людей вам, если вы к ним пойдете домой, они будут говорить, что да, проблема есть, но они как-то уживаются, – ну потому что что тут скажешь, потому что нет возможности жить отдельно. И поэтому, конечно, вот такие традиционные возвращаются практики, традиционное распределение ролей и так далее между... Потому что других-то еще пока не создано. Поэтому, значит, выглядит все так довольно традиционно.

Ольга Арсланова: Да. Давайте истории как раз россиян послушаем, наших зрителей. У нас на связи Борис. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Гостев: Борис, вы живете с родителями или отдельно?

Зритель: Значит, я живу с мамой. У меня такая ситуация: в 2000 году я развелся, и у меня как раз у мамы случился инфаркт и инсульт, вот. Ну, с женой мы как бы разошлись, она осталась в Воронеже, а я 20 лет живу с мамой. В последнее время у мамы пошатнулось здоровье, и я ее везде подстраховываю, то есть я хожу в магазин, сопровождаю ее в поликлинику, в парикмахерскую и так далее, вот так. Ну, у меня такая немножко вынужденная ситуация...

Ольга Арсланова: То есть вы живете вместе, чтобы заботиться о вашей пожилой маме?

Зритель: Да, я живу вместе, чтобы заботиться о маме. Иногда приезжает... Алло?

Ольга Арсланова: Да-да-да.

Иван Гостев: Слушаем.

Зритель: Иногда приезжает моя бывшая жена, мы меняемся, я в Воронеж уезжаю, а она здесь, скажем, вместе с дочкой за мамой смотрит. Вот такая у меня ситуация.

Иван Гостев: Ну да, понятно, в общем, такая вынужденная мера.

Ольга Арсланова: Спасибо, да. Давайте еще одну историю сразу послушаем, Ирина из Ивановской области.

Иван Гостев: Да.

Ольга Арсланова: Я так понимаю, что Ирина как раз родитель, с которым живет взрослый ребенок. Все верно, да, Ирина?

Иван Гостев: Ирина, здравствуйте.

Зритель: Алло?

Ольга Арсланова: Да, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Не из Ивановской, а из Северодвинска, Архангельска вас беспокоят.

Ольга Арсланова: Ага, да, извините.

Зритель: Хочу сказать, что у нас столько холостых мужчин, которые живут с мамами, потому что, в общем, не могут найти себе пару либо нашли и разошлись. Им просто удобно жить с родителями. Вот у нас, например, была еще одна квартира, мы ее продали, досталась по наследству. У меня сын вместо... В общем, мы завели собак.

Иван Гостев: Собак решили завести?

Зритель: Вот, да, мы завели собак, это он хочет, сын, ему 31 год. Просто, вы понимаете, у нас столько много холостых ребят, всю Ивановскую область можно переженить, вот. Я что хочу сказать?

Иван Гостев: Говорят, город невест...

Зритель: И поэтому же, потому что удобно, за ними ухаживают, понимаете? А женщины сейчас знают три заветных слова: дай, хочу и обязан. К сожалению, это правда.

Ольга Арсланова: Ну это, знаете ли, как искать.

Иван Гостев: Ищите получше, Ирина.

Ольга Арсланова: Ирина, а вас не напрягает то, что взрослый уже мужик, ваш сын, с вами живет?

Зритель: Меня не напрягает, он сам решает свою жизнь, сам, он сам так решил, дело не в этом. Дело в том, что у него были девушки, именно с этих трех... Эллочки-людоедочки. Вы поймите, каждый мужчина серьезный хочет детей и семью.

Иван Гостев: Ну да. Ирина, а вот у меня какой вопрос. Скажите, а вы не заметили, что ваш сын с того момента, как он стал жить с вами, стал как бы более инфантильным?

Зритель: Нет, он вообще стал очень активным. Во-первых, он уехал после армии в Питер, поработал там в Питере, приехал из Питера, сюда устроился, работает – наоборот, не инфантильный.

Ольга Арсланова: Ну понятно.

Зритель: Купили машину... Наоборот, ему... Понимаете, он работает, ему где искать девушку-то?

Ольга Арсланова: Ну, взрослый человек как-нибудь решит, мы надеемся.

Иван Гостев: Удачи.

Ольга Арсланова: Спасибо за ваш звонок.

Иван Гостев: Сообщения, может?

Ольга Арсланова: Ольга Александровна, смотрите, какой вопрос по поводу... Ну то есть разные ситуации, очевидно разные ситуации. Вот чисто российская какая-то, да, видимо, особенность родителей участвовать вот так серьезно, эмоционально в жизни взрослых детей. Что это говорит о нашем обществе, о наших отношениях между детьми и родителями?

Ольга Симонова: Ну, я уже говорила, что действительно родители в России проявляют очень высокую тревожность, значит, хлопают крыльями буквально над своими детьми, и мы видим это по родительским практикам, когда родители практически все вкладывают в своих детей, то есть вот это вот...

Ольга Арсланова: Да, просто хотела понять, насколько эта тревога обоснована. Ну вот в России, действительно, считается непростой жизнь, постоянные кризисы, постоянно что-то происходит. Они тревожные почему?

Ольга Симонова: Ну... Я что могу сказать? Наверное, это один из способов самореализации, например, для родителей и женщин. Когда твои дети добиваются успеха, значит, ты сам состоятельный, то есть это замена собственной самореализации, потому что это один из способов реализоваться, собственно говоря.

Иван Гостев: Ага.

Ольга Симонова: Потому что вот родители, которые, кстати, очень тактичные, я почитала, они когда не хотят, чтобы дети жили с ними, это, значит, родители, которые сами чем-то себя заняли, то есть им не до этого, и детям самим часто бывает неинтересно с такими родителями жить. А те, значит, матери… Вот видите, как заботятся о сыне. И собственно говоря, конечно, ему трудно найти замену, потому что женщины в России, конечно, становятся все более независимыми. Дело даже не в том, что они ходят чего-то, «дай», они просто хотят жить по-другому, то есть они не хотят ухаживать, они хотят полагаться на сервисы какие-то, то есть они не заменят этому мужчине мать.

Ну вот, кстати, о состоянии общества что говорит? Вот наш первый герой, который звонил, он вынужден жить с мамой, что вообще-то он, может быть, и не жил, но вот поскольку маме очень плохо, он ухаживает за ней. Это тоже ведь говорит о состоянии того, что у нас... Я не могу сказать, что у нас плохо, но просто не развиты вот эти сервисы, которые могли бы помогать пожилым родителям.

Ольга Арсланова: Слушайте, ну а может быть, это и неплохо, что дети сами заботятся о своих пожилых родителях, а не отдают их в дом престарелых, пусть даже и самый хороший, дорогой?

Ольга Симонова: Это неплохо, конечно, неплохо, но дело в том, что бывает, что ведь надо же работать при этом, ты же не можешь, допустим, посвятить всю жизнь пожилым родителям, у тебя свои, допустим...

Иван Гостев: Своя личная жизнь должна быть, конечно, да?

Ольга Симонова: Конечно.

Иван Гостев: А вот подскажите, пожалуйста, из Башкортостана нам пишут: «Сыну 38, есть работа, квартира своя, хорошая машина и не женится, не уходит». Ну вот, может быть... Действительно, почему мы считаем, что жить одному благо? Может быть, можно жить и под одной крышей в большом доме и в этом смысле не быть автономными, быть независимым и помогать своим родителям, а можно жить отдельно и постоянно у них деньги брать.

Ольга Симонова: Безусловно, формы жизни могут быть какие угодно. Но то, что вот... Понимаете, действительно, вот это новое поколение очень долго себя чувствует именно, скажем, молодыми, поэтому им кажется, пока они сами не обрели, допустим, собственную семью, они вполне могут жить с родителями, и ничего такого нет. Кстати, опросы это подтверждают, что большинство и родителей, и детей считают, что до брака они поживут, а потом, когда собственная семья появится, они уйдут.

Я, честно говоря, не могу сказать, что вот хорошо жить отдельно, ответственно, или хорошо жить вместе, или плохо жить вместе, у меня нет никакой оценки. Но просто совершенно очевиден тренд, что, когда ресурсов не хватает или происходят глобальные события, вот этот состав семьи постоянно начинает варьироваться, то есть в зависимости от тех проблем, с которыми люди сталкиваются. И конечно, в крупных городах, когда здесь есть больше возможностей, вы же понимаете, соответственно, люди, если они имеют возможность, они живут отдельно. Потому что общества очень индивидуалистические современные, и российское в том числе, просто нет возможности, допустим, финансово эту независимость уже, индивидуализм как-то закрепить.

А так, конечно, в больших семьях тоже ничего плохого нет. Но другое дело, что труднее сегодня уживаться вместе. Если еще когда-то люди это воспринимали как данность, как необходимость, вообще непреложность, иначе-то просто нельзя, то сейчас все говорят о том, как бы хорошо устроить наше совместное, вот так случилось… Ищут даже психологической поддержки: вы посмотрите, в интернете куча сервисов, которые вам рассказывают, как научиться жить с родителями или как научиться уехать от них. Вот, собственно говоря, вот это, мне кажется, характеризует современное общество, что ничего плохого, да, но надо научиться жить вместе.

Ольга Арсланова: Да. Спасибо за ваш комментарий. Социолог, доцент Высшей школы экономики Ольга Симонова.

У нас тут ответ от женщин, вот пишут: «Познакомлюсь с тем одиноким мужчиной из Северодвинска!» – пишет наша зрительница мужчине, который с мамой живет до сих пор. «Встречалась с парнем несколько лет, жениться он не хочет, с мамой ему удобно и комфортно», – так тоже бывает.

Иван Гостев: Вот из Краснодарского края пишут: «В России живут с родителями от бедности, на Западе, в Азии это традиция».

Ольга Арсланова: Да. «В советское время была шутка, что плох тот родитель, который не довел ребенка до пенсии», – ну вот современная интерпретация, опять актуально.

Послушаем Ирину из Волгограда. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Я считаю, что нужно не выгонять, а рассказывать детям, что нужно покидать родительский дом, добиваться самостоятельности. Я уехала учиться, сама из глубинки, уехала учиться, училась, получила два образования, оба медицинские. И ребенку своему я говорю неоднократно, что я очень люблю своих детей, поэтому хочу, чтобы они жили отдельно. Потому что все-таки самостоятельность, чтобы она могла выйти из любой ситуации самостоятельно, чтобы она имела свое личное мнение, не подстраивалась под чье-то. Так что я считаю, что нужно настаивать.

И даже вот вы здесь обсуждаете, что в глубинке сложнее с самостоятельностью, – нет, ничего подобного, нужно стремиться выстраивать свою голову, свои мысли, настраиваться так, что нужно ехать в город, в поселок городского типа. Нужно к чему-то стремиться, нужно не заседать на шее у родителей и говорить, что вот нет работы... Нет работы у того, кто не ищет ее, для тех нет работы, а работа есть всегда.

Ольга Арсланова: Спасибо вам за это мнение.

К нашей беседе присоединяется Наталья Панфилова, семейный психолог, профессиональный медиатор, преподаватель Московского института психоанализа. Здравствуйте, Наталья.

Наталья Панфилова: Да, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Понятно, что любые обобщения неправильны, но все-таки взрослый человек, которому 30 и больше, живущий с родителями, – можно его какой-то усредненный психологический портрет составить?

Наталья Панфилова: Ну, знаете как? Вообще сейчас такое время непростое... То есть, наверное, если мы возьмем то, что было 20 лет назад, или то, что было 10 лет назад, это одна картинка. Но если мы говорим вот прямо про текущий момент, то, конечно, много чего происходит такого, что вызывает у людей сильный стресс, и как раз вот этот сильный стресс, вот пандемия, заставляет обратно семьи объединяться. То есть многие считают, что это временная мера, кто-то не считает, что это временная мера, а вот считает, что, наверное, правильнее объединиться, ну и, не знаю, на сколько получится, столько и будет семья в таком вот расширенном виде существовать, многопоколенном, то есть им так легче выживать сейчас. Наверное, собственно говоря, про это надо...

Ольга Арсланова: Но с психологической точки зрения это проще, чем существовать одному, или это сложнее? Что лучше формирует человека психологически? Какие могут быть проблемы и в первом, и во втором случае?

Наталья Панфилова: Ну смотрите как, вообще если говорить про сепарацию, как это любят психологи такой термин употреблять, то есть отсоединение родителей от детей или детей от родителей, то есть здесь же это такой обоюдный процесс, и родители должны быть готовы отпустить своих детей, и дети должны быть готовы и хотеть этой самостоятельности. Потому что очень часто проблемы возникают именно тогда, когда одна сторона хочет, а вторая нет. Например, родители говорят: «Уже отсоединяйтесь от нас, уже давайте съезжайте», а дети говорят: «Да нет, нам и тут замечательно», – вот это плохо, это как раз про инфантильность, это про незрелость, это про какой-то пользовательский интерес к родителям, это нехорошо.

Иван Гостев: А бывает так, что и родители, наоборот, говорят: «Ну куда ты поедешь? У тебя ни зарплаты, ни работы. Вот когда вырастешь, вот когда встанешь на ноги, тогда и можешь жить отдельно». Вот вопрос – а что значит вот это вот «встанешь на ноги», которое нам вечно говорят родители? Есть ли какой-то вот этот вот возраст, я не знаю, или состояние финансовой независимости?

Наталья Панфилова: Ну смотрите как, как только мы слышим про то, что «ты еще не можешь, у тебя не получится, ты еще должен побольше зарабатывать или быть лучше образован, пока не закончишь…». Ну как любят иногда родители говорить: «Получишь образование, а потом женись, выходи замуж».

Иван Гостев: Ну да.

Наталья Панфилова: Ну то есть, понимаете, это все родительские такие уловки, если хотите, когда родитель не может напрямую сказать, что «мне без тебя будет плохо», ну я не знаю, «грустно, не с кем будет прогуляться, не с кем чаю попить, не с кем поговорить», «я не хочу, чтобы ты от меня уезжал/уезжала». Родитель такое впрямую не говорит, но не отпускает своего ребенка по каким-то другим причинам, но объясняет это тем, что «тебе надо доучиться», «тебе нужно встать на ноги» или что-то еще. То есть это такая действительно серьезная психологическая проблема, когда родитель вцепляется в своего ребенка и не отпускает его от себя.

Ольга Арсланова: А у детей смотрите, какие бывают истории. «Мне 40 лет, – пишет зрительница из Саратовской области, – я хочу жить с родителями. Они мне купили дом, но я все равно хожу завтракать и ужинать к ним в семью. Одной все время плохо, чувствую себя одиноко», – то есть не может человек в 40 лет эмоционально сепарироваться от родителей.

Наталья Панфилова: Ну да, бывает такая проблема. Тоже это бывает на фоне того, что, например, у этой женщины произошла какая-то личная история, например, у нее складывается личная жизнь, произошло какое-то расставание. Конечно, ей хочется, чтобы родители ее отогрели, чтобы они ее как-то приласкали, чтобы они ее поддержали психологически.

Ольга Арсланова: Ну то есть в 40 лет человек не научился сам себя поддерживать психологически, – это нормально? Как вам кажется?

Наталья Панфилова: Смотрите как, если этот период длится недолго, то в этом ничего страшного нет, так во все времена, то есть раненый ребенок всегда приходит к родителю залечивать раны, это нормально. Но если он там годами залечивает раны, то это речь уже идет не про раны, а про то, что он сидит на шее у родителей, ноги свесил и слезать оттуда не хочет.

Иван Гостев: Ну да, когда уже растянулось такое состояние.

Ольга Арсланова: Когда ран очень много.

Иван Гостев: Когда ран очень много, да, не все сразу залечишь.

Давайте послушаем звонок, у нас есть Дмитрий из Московской области.

Ольга Арсланова: Да, у нас Дмитрий, Московская область. Здравствуйте, добрый вечер.

Зритель: Алло, здравствуйте. Слышно?

Иван Гостев: Да, слушаем. Расскажите, пожалуйста, свою историю.

Зритель: Я считаю, что надо жить отдельно, потому что родители, ну как бы..., неважно, со своими либо жены, … влезает, это, ну, получается, в семью, дает советы ненужные, из-за этого получаются скандалы, как то, что получилось у меня, и получаются разводы.

Иван Гостев: То есть вы развелись с женой из-за того, что родители лезли в ваши взаимоотношения, да?

Зритель: Ну да, как бы и поэтому... Сейчас я живу отдельно, у моей матери своя квартира, у меня своя квартира, и как бы нет желания вместе жить. Я просто так вот слушаю вас, и получается то, что...

Ольга Арсланова: Да, спасибо вам. При этом другой наш зритель из Владимирской области пишет: «Зачем мне женщина, которая не сможет ужиться с моими родителями?»

Скажите, пожалуйста, если семья молодая, новая семья продолжает жить с родительской семьей, по статистике это портит их личную жизнь? Или при правильном подходе, наоборот, может даже укрепить?

Наталья Панфилова: Ну, здесь понимаете как, я, например, все-таки за то, чтобы семья жила отдельно, не зря же, как это, отлепись от отца, матери своих.

Ольга Арсланова: Да.

Наталья Панфилова: Собственно говоря, пусть рядышком, но в отдельном доме, все-таки не на одной территории, так легче все-таки выстраивать отношения со своей супругой или со своим мужем, действительно это легче, потому что родители всегда на стороне своего ребенка. Ну, бывают, конечно, такие родители, которые, в общем, всячески чмырят своего ребенка и говорят: «Посмотри, какой у тебя замечательный муж» или «Посмотри, какая у тебя замечательная жена, а ты такой кривой-косой», – это тоже еще то испытание на самом деле. Поэтому на самом деле чем ближе дистанция, тем легче родителям снести эти границы и начать своих детей доставать.

Безусловно, есть истории, когда все очень здорово, родители помогают с детьми, они там как-то дают какие-то правильные советы, но для этого должен быть, наверное, определенный патриархальный уклад и внутри человек должен быть к этому готов. Вот большинство современных людей не готовы к такому патриархальному укладу, потому что пирожки не бесплатные, то есть здесь мы тебе поможем, здесь мы тебя поддержим, а в чем-то ты нас слушайся и уважай иерархию. Для современных людей это такая не совсем приятная история.

Иван Гостев: Наталья Александровна, давайте вот, коротко попрошу вас ответить на вопрос. Раньше по крайней мере на Западе было ощущение, что если живет со своими родителями взрослый уже сын или дочь, значит, они, в общем, какие-то такие неудачники...

Ольга Арсланова: Лузеры.

Иван Гостев: То есть сложно найти пару себе. Вот сейчас этот стереотип изменился, или до сих пор считается, что, если живешь с родителями, значит, ты вот не состоялся в жизни?

Наталья Панфилова: Ну, есть... В крупных городах, безусловно, наверное, это прямо ярко выражено, то есть если ребенок живет с родителями достаточно взрослый, то это некий маркер того, что с ним что-то не так.

Если мы говорим про какие-то регионы, если мы говорим про людей из сельской местности, наверное, они как привыкли жить в одном доме... Но представляете, если, например, трехэтажный дом какой-то деревенский, то почему бы там не жить патриархальной семьей? Может, они там по этажам разошлись и как-то нормально себя чувствуют. Может быть, здесь территориальная вот эта вот разобщенность помогает жить с родителями так, чтобы это не вредило ни одной, ни другой стороне.

Поэтому я бы не подводила прямо такой знаменатель, не навешивала бы ярлыки. Еще раз повторюсь, в лихую годину дети рассчитывают на помощь родителей и родители тоже рассчитывают на помощь детей.

Ольга Арсланова: Рассчитывают на помощь детей, кстати. Тоже не стоит забывать о том, что в самоизоляции многие приехали к своим пожилым родителям просто чтобы о них заботиться.

Наталья Панфилова: Вот-вот-вот.

Ольга Арсланова: Спасибо за ваш комментарий. Наталья Панфилова, семейный психолог, была у нас на связи.

Иван Гостев: А мы скоро вернемся к следующей теме.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)