Якутию не могут потушить...

Гости
Роман Кутуков
корреспондент ОТР (г. Якутск)
Гульнара Алексеева
сопредседатель общественного добровольческого оперштаба по борьбе с лесными пожарами в республике Саха
Алексей Ярошенко
руководитель лесного отдела «Гринпис»
Айыл Дьулурга
руководитель добровольных пожарных бригад

Оксана Галькевич: Знаете, как бывает. Новостям каким-то просто нет конца. Ты думаешь, сезон сейчас, конечно, все пойдет на спад, а становится все только хуже. Давайте просто сейчас посмотрим на карту, я попрошу наших режиссеров вывести экран моего компьютера. Мы, конечно, все знаем о том, что сейчас в Турции пожары, только что показывали это в наших новостях.

Константин Чуриков: Мы даже Турции помогали.

Оксана Галькевич: Но вы посмотрите, что у нас происходит в нашей стране. И там наши люди не отпуск проводят, куда, в принципе, в ситуации какой чрезвычайной можно не лететь, не ехать. Там наши люди живут. Самый кошмар, самый ужас это уже которую неделю в Якутии происходит, все в огне. Посмотрите, эта территория – это Якутия, Дальний Восток, это Восточная Сибирь.

Константин Чуриков: Это огромная территория нашей страны.

Оксана Галькевич: Огромная территория нашей страны. Там все в дыму. Уже который день люди просто день от ночи не отличают.

Константин Чуриков: Дым настолько плотный, что сложно, практически невозможно задействовать авиацию, собственно, сегодня это было уже официально заявлено. Это означает, что огонь беспрепятственно продолжает пожирать и тайгу, и лесотундру, и тундру. Природа севера, как мы знаем, очень хрупкая. Сколько лет теперь все это будет восстанавливаться, одному богу известно. А дотла уже выгорело больше четырех миллионов гектаров. По площади это сопоставимо с Данией или со Швейцарией. Так раз и сгорела, предположим, целая страна. Такие цифры, конечно, не объять разумом. Эксперты говорят, что пик бедствия даже не пройден.

Оксана Галькевич: Вы знаете, я снова к этой карте обращаюсь на самом деле. Если кликнуть, там показывает, сколько крупных пожаров сейчас на территории Якутии. 26 тысяч термоточек, крупных пожаров 268. Это что-то просто невероятно. Видео, которые размещают жители в социальных сетях, вы сейчас видите эти кадры, огонь где-то стеной, самолеты на взлетной полосе в плотном дыму. Ничего не видно на расстоянии буквально нескольких метров.

Константин Чуриков: А я предлагаю сейчас режиссерам показать уже мой компьютер. Оксан, я открыл ту же самую карту. Специально отдалил, и тут мы на самом деле видим то, что это сейчас, по сути, крупнейший пожар в мире, уважаемые наши зрители.

Оксана Галькевич: Друзья, мы призываем вас тоже высказываться на эту тему. Звоните, пишите, что у вас в регионе происходит. Может у вас есть какие-то связи с Якутией. Но не важно. Я думаю так или иначе мы все, конечно же, переживаем за людей, которые там живут. И мы сейчас постарались связаться с местными жителями.

Константин Чуриков: У нас сейчас на связи Айыл Дьулурга, руководитель добровольных пожарных бригад из Якутии. Айыл, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Айыл.

Айыл Дьулурга: Добрый день, Оксана, Константин.

Константин Чуриков: У вас уже там глубокая ночь, сколько, уже почти два часа ночи, да?

Айыл Дьулурга: Да, да, да, уже второй час ночи.

Константин Чуриков: Что вы видите вокруг себя? Где вы находитесь? И что видите перед собой?

Айыл Дьулурга: Мы сейчас находимся недалеко от села Магарас, возвращаемся с села Кюерелях. Многие из нас уже 42 часа не спали. Вчера должны были эвакуироваться, но огонь не позволил нам сразу уехать, оставить все в том состоянии, поэтому нужна была наша помощь, и мы отстояли свою вахту, локализовали огонь, проводили окарауливание. Все это мы делаем по доброй воле под руководством профессионалов «Якутлесресурс».

Оксана Галькевич: Айыл, а расскажите, как вы работаете? Вы и ваши люди, добровольцы, правильно я понимаю, которые также как и вы по доброй воле это делают? Как вы работаете? Какое у вас снаряжение? Какие задачи вы выполняете? Вы что-то окапываете? Или у вас какие-то рюкзаки с водой? Как это все выглядит, как происходит?

Айыл Дьулурга: Все как раз-таки так, как вы сказали. Мы вначале идем за трактором, который пытается вспахать ров. Не всегда у него получается, земля заворачивается обратно, мы своими лопаты раскидываем эту землю. Первое – это мы делаем препятствие, но не всегда трактора нам помогают, потому что трактора выходят из строя. В муниципальных образованиях трактора очень старые, мобилизуется вся тракторная техника, ее просто практические не хватает. Второе, что мы делаем. После того, как мы сделали ров, мы окарауливаем, т.е. берем эти самые ранцы с водой, лопаты и стоим на страже этих границ огня и живого леса.

Оксана Галькевич: Айыл, скажите, а этот ранец, там воды насколько хватает? И где воду берете?

Айыл Дьулурга: У нас есть емкости, в которые мы набираем заранее воду, подгоняем ее чуть поближе к месту очага, и бегаем туда, заправляем свои ранцы. Есть ранцы по 15 литров, есть ранцы по 23 литра. Но это, конечно, не легкая задача с собой таскать и прыскать.

Константин Чуриков: Айыл, вы руководите добровольными пожарными бригадами. Профессионалы где, когда они прибудут? Что слышно?

Айыл Дьулурга: Мы как раз работаем под руководством этих самых профессионалов, нас самих мы к этому не подпустили. Если вначале мы делали только просто окарауливание, копали рвы, то сейчас нас позволяют делать более сложные вещи, там участвовать в отжиге. Самый эффективный способ – это встречный отжиг.

Оксана Галькевич: Так даже. Это как, расскажите.

Айыл Дьулурга: Если мы чувствуем, что идет пламя, трактор в этом пламя, конечно, не влезет, остановить каким-то другим способом очень сложно, поэтому просто упреждается место, куда направляется пламя, выкапывается ров. И напротив отжигается земля. Мы забираем пищу для огня, и он просто останавливается.

Константин Чуриков: Айыл, сейчас, как сказать, лучшие умы ученых бьются, знаете, ученые спорят, это сухие грозы виноваты или это все-таки человеческий фактор. Вам, наверное, там как-то с земли виднее, яснее. Сухие грозы вы видели там?

Айыл Дьулурга: Официальная звучит информация, что это действительно были сухие грозы. Что виноваты небрежные туристы. Но я думаю, что все-таки в республике Саха люди в этом плане немножко подкованы, многие прошли советскую школу, как костер развести, как это все обезопасить. У нас бытуют разные мнения, я не могу утверждать, но есть мнение, что это расчистка под какие-то будущие проекты по недропользованию или попытка уйти от компенсации какого-то ущерба.

Константин Чуриков: А вы лично слышали, чтобы там гром гремел, вы видели эту сухую грозу?

Айыл Дьулурга: Я не видел. Да, я не видел. Но у нас вообще очень долго время не было осадков, температура средняя, по-моему, даже намного выше, чем в предыдущие годы. Поэтому объективно обстановка такая, что она способствует тому, чтобы быстро все это вспыхивало, не останавливалось. И ветер все время меняется, это самое страшное для нас, конечно.

Оксана Галькевич: Айыл, скажите, на вашей памяти такие сильные пожары, бывало такое или впервые? И, кстати, вы первый раз тоже стали добровольцем, тушите пожары или уже тоже давно этим занимаетесь?

Айыл Дьулурга: Вообще ситуация такая получилась, что в последние годы очень часто стало и задымление, часто мы видим пожары. Но в наших социальных сетях недавно, как недавно, в начале июля были кадры, когда люди с криками «За родину», «Вперед» просто бросались на борьбу с этой огненной стихией. И это очень сильно задело очень многих патриотов. Значит, с Гульнарой Алексеевой на это очень сильно среагировали, обратились в социальных сетях, и очень много добровольцев поддержало нас. Но перед тем, как к ним обратиться, я, конечно, посоветовался с руководителями «Якутлесресурс», нужны ли вообще добровольцы.

Константин Чуриков: Знаете, судя по тем кадрам, которые мы видим, это всей страной надо тушить. Все нужны.

Айыл Дьулурга: Да, но, к сожалению, у нас, видите, не тракторной техники не хватает. Что делали, собирали деньги у населения, у тех, кто был неравнодушен к нам, к этой проблеме. Отправляли на нас счет, допустим, наша IT-компания «Майтона» нам отправила два миллиона рублей.

Константин Чуриков: Айыл, скажите, пожалуйста, сколько вас сейчас там, где вы находитесь в этом селении, сколько вас борется с огнем численно?

Айыл Дьулурга: Те, кто сегодня с поля боя выехали, которые в наш микроавтобус влезли, это семь бойцов. А так нас, конечно, около 200. А вообще через нас прошло очень много добровольцев, сейчас я цифру, к сожалению, сказать не могу, не владею.

Константин Чуриков: Айыл, очень уже время позднее, отсыпайтесь, высыпайтесь и по новой бороться. Спасибо большое вам.

Оксана Галькевич: Спасибо вам огромное, что вы вышли к нам эфир, несмотря на такой час поздний. Люди уже просто используют такие выражения, когда с поля боя вышли. Спасибо большое. У нас еще один человек на связи.

Константин Чуриков: Но я можно сейчас еще смс-ку прочту все-таки. Это не будет преувеличением, так пишут нам очень многие зрители. Если у нас пожары тушить, то кто будет тушить пожары в Турции, Италии. Давайте сейчас все-таки про нас поговорим.

Оксана Галькевич: Только что в новостях прозвучало, что в Турции работает российская авиагруппа, 11 вертолетов и самолетов. Давайте поговорим еще с Гульнарой Алексеевой, сопредседателем общественного добровольческого оперштаба по борьбе с лесными пожарами в республике Саха. Здравствуйте, Гульнара.

Константин Чуриков: Здравствуйте, сейчас нам звук выведут.

Оксана Галькевич: Вам тоже большое спасибо, что глубокой ночью выходите с нами на связь. Просто иначе, понимаете, это всей стране не рассказать и не показать.

Константин Чуриков: Мы видим эти кадры совершенно жуткие. Мы можем себе только представить, насколько действительно страшно там внутри находиться. Во-первых, дышать этим всем, и когда это все подходит к тебе. Скажите, пожалуйста, перед лицом этой действительно такой неслыханной опасности, насколько сейчас ресурсов достаточно?

Гульнара Алексеева: Здравствуйте, добрый вечер. Я хочу сказать, что ресурсов, конечно, не хватает. Площадь пожаров очень большая, и население республики оно всего включает миллион жителей, получается. И тех, которые могут пойти тушить пожары, конечно, их не так много. Но мы пытаемся работать, привлекаем, как можем.

Оксана Галькевич: Гульнара, скажите, как вы привлекаете людей? Как люди к вам приходят, добровольцы? Как они становятся добровольцами? Как вы распределяете работу? Ведь есть новички, которые первый раз, есть люди более опытные. Как вы эту работу строите?

Гульнара Алексеева: Штаб у нас уже существует с 19 июля. За это время через наш штаб отправлено 567 человек, в близлежащие районы в основном были. Но сейчас у нас движение наших бригад уже увеличивается. Все у нас стихийно началось, и сейчас более-менее у нас систематизировалось. Мы живем и приобретаем средства пожаротушения. За мной есть, сегодня поступили ранцы по пожаротушению ермак-15, которые очень активно используются нашими добровольцами на местах пожаров. Мы формируем, мы привлекаем через соцсети, к нам приходят люди. В общем, работаем, как можем.

Константин Чуриков: Гульнара, вы знаете, у нас здесь в Москве складывается ощущение, что вы добровольцы как будто тет-а-тет, один на один с этой стихией брошены. А чем занимаются там органы государственной власти, профильные министерства, ведомства, там МЧС, авиалесохрана?

Гульнара Алексеева: По нашему времени у нас всегда идет планерка с оперативным штабом республики. Поэтому мы естественно совместно работаем, как можем. И получается на данный момент, естественно, наши добровольцы в огонь не идут, они идут именно на окарауливание, на контроль потушенных очагов и т.д. Но вы сами понимаете, что пожар нас, конечно, не слушает. Если погода поменялась, если идут ветра, то это может разгореться в любую минуту. И может оказаться очень опасным, конечно.

Оксана Галькевич: Гульнара, вы сказали, что у вас 567 человек прошло с 19 июля через ваш штаб. Скажите, как вообще люди? Все в порядке, никто не пострадал, пострадавших нет? Потому что это опасная работа в любом случае.

Гульнара Алексеева: Да, естественно никто не пострадал у нас, слава богу. У нас проводится инструктаж. Приходят с МЧС у нас сотрудники, которые помогают, проводят инструктаж по первой помощи, как вести себя в лесу, при появлении диких животных и т.д. Естественно, работа у нас идет достаточно уже сейчас слаженно. Очень много получается у нас идут добровольные от граждан, уже от России начинают поступать. У нас есть сайт, есть инстаграм страничка, где мы ежедневно отсчитывается по каждому потраченному добровольческому поступлению. На данный момент у нас около шести миллионов 860 тысяч поступило. Из них уже израсходовано пять миллионов 250 тысяч. На это куплено у нас, вы можете увидеть, лопаты, бензопилы, мотопомпы, ранцы для тушения, москитные шляпы, спецодежда, респираторы в очень большом количестве, медикаменты и т.д. Все мы оснащаем, и наши группы полностью экипированы, полностью подготовлены, выезжают на места под руководством уже специалистов.

Константин Чуриков: Гульнара, спасибо вам большое. Будем надеяться, что все-таки удастся переломить эту очень сложную, действительно тяжелую ситуация. Гульнара Алексеева, сопредседатель общественного добровольческого оперштаба.

Оксана Галькевич: Друзья, вы слышали, Гульнара сказала, что есть сайт, есть группы в социальных сетях, страница в инстаграме, можете найти. И если вы можете, действительно подключайтесь к этой помощи.

Константин Чуриков: Ленинградская область нам пишет: пока они будут искать и судить поджигателей, это не прекратится. Самара пишет: люди помолитесь о дожде в Якутии.

Оксана Галькевич: Роман Кутуков, наш корреспондент из Якутска тоже выходит с нами на связь. Роман, доброй ночи. Мы сегодня всех так приветствуем в первой части нашего эфира.

Роман Кутуков: Здравствуйте, Оксана. Здравствуйте, Константин.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: По той картине, которую мы наблюдаем, действительно уже сколько времени это продолжается, ситуация лучше-то не становится. И эксперты говорят, что пик-то еще и не пройден. Вы о динамике расскажите. Как меняется, допустим, группировка тех сил, которая работает на месте? Как силы распределяются внутри республики? Об этом.

Роман Кутуков: Прежде всего, разрешите вас поблагодарить, что подняли такую актуальную проблему в эфире федерального телеканала. Очень хорошо, что вы это освещаете. Даже есть, сейчас вспомнил, как вы освещали паводок в Иркутской области в прошлом году. Прямо приезжали, что-то раздавали, какую-то помощь.

Оксана Галькевич: Это 2019 год.

Константин Чуриков: В позапрошлый год.

Роман Кутуков: В позапрошлый, прошу прощения. Что касается динамики, знаете, в этом году довольно рано пожары начались. С 25 мая, я помню, лесной пожар у нас возник по вине людей. И потом эта динамика, человеческий фактор начал уходить в сторону, появились эти злосчастные сухие грозы. И уже после того, как прошла серия сухих гроз, начали наращивать группировку сил с соседних регионов сначала, потом из центральной части России, а потом уже присоединились Минобороны, МЧС и т.д.

Оксана Галькевич: Соседние регионы обычно тоже традиционно подключаются, должны были к вам и Новосибирск прилететь, и там, не знаю, иркутяне, если они сами справляются. Так бывает обычно, соседние регионы первыми подключаются.

Роман Кутуков: Да, все верно. Амурская область, Хабаровский край. Ребята приехали, очень хорошую помощь они оказали. Прямо показали, как надо тушить. Даже на съемках пересекся, знаете, с группой, которая в мае чуть не сгорела в центральной части России, они спасались от верхового огня в водоеме. Возможно, вы помните эту историю. Эти ребята нынче приехали тушить пожары на Ленских столбах. Рассказывали, делились впечатлениями.

Оксана Галькевич: Памятник природы, если я не ошибаюсь, да?

Роман Кутуков: Да, все верно, внесенные в список всемирного наследия ЮНЕСКО.

Константин Чуриков: Роман, мы показывали карту несколько минут назад, по данным сайта fires.ru, сейчас еще раз можно показать с моего компьютера. Насколько это все так? Может это все не соответствует реальности. Какая часть Якутии? Я видел сообщение, что западная часть Якутии особенно сильно сейчас в дыму и там все горит. А по карте я вижу, что это все-таки восток.

Роман Кутуков: Нет, Константин, это все правильно, карта вам не врет. Ситуация сложная у нас и на западе, и на востоке республики. В центральной части более-менее мы справляемся, а сильные задымление и сильные пожары как раз в Мирнинском, Сунтарском районах Якутии, Верхневилюйском, и на востоке в Кобяйском и Усть-Алданском районах. В Усть-Алданском районе сегодня верховой пожар чуть не зашел прямо в село Кылайы Усть-Алданского района, там буквально в 50 метрах от села остановили верховой пожар встречным отжигом, на помощь прилетел вертолет министерства обороны, удалось отстоять село. Там настоящие герои. Местное население эвакуировали пожилых, детей в соседние села, в районный центр. Кадры вы показывали, именно с того села.

Оксана Галькевич: Роман, вы знаете, я подумала, вы сейчас такие душераздирающие совершенно подробности такие, истории рассказываете. Но я подумала еще о чем. Ведь у вас там огромная территория не просто тайга, не просто тундра, лесотундра, это заповедники, это заповедные леса, заповедные территории. И это все тоже горит, это все затронуто огнем.

Роман Кутуков: Да, все верно, это все горит, все затронуто огнем.

Оксана Галькевич: Это просто потеря же национального состояния.

Роман Кутуков: Мы спрашивали у директора Ленинских столбов, когда вы будете подсчитывать ущерб, есть ли информация о сгоревших каких-то краснокнижных животных, краснокнижных растениях. Директор сказал что да, эндемика, так называемые, эндемичные растения серьезно пострадали. Насчет животных ничего не сказали, но ущерб будет подсчитываться, к сожалению, после тушения пожаров, а это значит осенью. Поэтому об ущербе нам еще предстоит узнать.

Оксана Галькевич: Роман, спасибо вам большое. Извините тоже, что мы вам спать не даем. Но ситуация она такая. Спасибо. Роман Кутуков, корреспондент общественного телевидения в Якутске был у нас на связи.

Константин Чуриков: Да, 1:38 в Якутске. Наши зрители спрашивают, вообще говорят, отмечают на смс портале, что сейчас много где, скажем так, в мире жара, в Европе в частности, но не все горит. Как это объяснить? У нас сейчас на связи Алексей Ярошенко, руководитель лесного отдела «Гринпис». Алексей Юрьевич, здравствуйте, добрый вечер.

Алексей Ярошенко: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Мы с вами обсуждали эту тему, но видите такое развитие, видимо никто не ожидал, что так все долго это будет длиться, продолжаться. Почему в других частях Евразии, где жара, нет таких лесных пожаров?

Алексей Ярошенко: В других частях Евразии нет таких площадей неохраняемых лесов. У нас примерно половина лесов страны это неохраняемые леса. Больше 40% это, так называемые, зоны контроля лесных пожаров, где по закону разрешается не тушить. В Якутии таких лесов примерно 90%. И плюс к этому добавляются леса, у которых нет ясного правового статуса, в основном это леса на землях сельхоз назначения, которые, поскольку на бумаге леса нет, за его сохранность никто не отвечает. И есть некоторые положения в законодательстве, которые мотивируют людей к тому, чтобы эти леса поджигать. И из этого вытекает наша сложная ситуация. Если мы не охраняем половину своих лесов, не приходится удивляться, что в какой-то момент они начинают так безудержно гореть.

Оксана Галькевич: Вы имеете в виду какие положения в законодательстве? Это проще заплатить за какой-то очаг огня, чем за неубранную территорию? Или наоборот что-то? Поясните.

Алексей Ярошенко: Я имею в виду, что если говорить, например, о сельхоз землях, а у нас ведь не только Якутия катастрофически в этом году горела, еще Тюмень, Новосибирск, Омск. Там как раз львиная доля пожаров пришлась на сельхоз земли. Там ситуация такая, что если на заброшенной сельхоз земле растет лес, а у земли есть собственник и ясная граница, то за само существование леса собственника могут оштрафовать. Если это человек, гражданин – до 50 тысяч рублей, если организация – до 700 тысяч рублей.

Оксана Галькевич: Понятно.

Константин Чуриков: Нам звонит Давид из Москвы. Давид, здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте. Я учился в 132-й военно-пожарной школе младших специалистов в городе Кронштадте и волею судеб был направлен на Дальний Восток в Хабаровский край. Конкретно в город Советская Гавань. Там как раз подобные пожары случались не редко. И задымление было, и все. Силами наземных войск удавалось справляться с этими пожарами, но данная конкретная ситуация показывает нам, что поскольку применение авиации невозможно при сильном задымлении, необходимо применить наземные войска с тяжелой техникой, и применять метод подрыва для того, чтобы прекращать дальнейшее наступление огня.

Константин Чуриков: Давид, а как это сделать с учетом огромной территории Якутии?

Зритель: Я знаю, знаю, что Якутия. Столько девственных лесов погибает. И в данном случае федеральные власти молчат. Это преступно. Необходимо применение войск в данном случае. Только войска с тяжелой техникой помогут прекратить дальнейшее наступление огня.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо. Алексей Юрьевич, что, уже пора армию привлекать, поможет ли это?

Константин Чуриков: Кстати говоря, глава Якутии признал, что из-за позднего реагирования ситуация ухудшилась в ряде районов республики, т.е. поздно спохватились.

Алексей Ярошенко: Привлекать-то, наверное, пора, но, к сожалению, при таких масштабов пожаров, как сейчас, а реально горит уже по данным дистанционного мониторинга больше четырех миллионов гектаров земель лесного фонда, невозможно ни армией, ни тяжелой техникой это потушить, это слишком большие масштабы. На самом деле очень важно сделать из этого выводы, и готовиться к тому, чтобы такой катастрофы не было в будущем.

Оксана Галькевич: Алексей Юрьевич, слушайте, объясните. Вы тоже ведь наблюдаете за этой ситуацией. А как там с этим реагированием произошло? Ведь регион должен заявить о своей проблеме, когда она возникает. Или это федералы сидят и наблюдают, справятся или не справятся. Как в этой ситуации было? Там местные власти что-то пытались может не сразу выносить на федеральный уровень? Или средств не хватает? Как это происходит?

Алексей Ярошенко: У нас почти всегда местные власти пытаются тянуть и не сразу выносить все на федеральный уровень, потому что так устроена у нас система управления лесами, что руководитель отвечает, прежде всего, за красивую отчетность. Да, задержки были с признанием пожаров, но надо сказать, что в этом году в целом Якутия реагировала на пожары очень, все познается в сравнении, по сравнению с прошлыми годами были сделано действительно почти все возможное, чтобы пожары остановить. С небольшими задержками, в общем-то, достаточно оперативно. Просто когда сил нет, да. Понимаете, чтобы пожар эффективно тушить, на него надо реагировать буквально в первые часы, потому что при засухе он разрастается очень быстро. Чтобы реагировать в первые часы, здесь не поможет ни армия, ни федеральный резерв, никто. Должны быть люди, работающие в лесу, знающие этот лес.

Оксана Галькевич: Местные. На постоянной основе там работающие.

Алексей Ярошенко: Да. То есть единственный способ вообще сохранить леса от пожаров, это восстанавливать нормальную лесную охрану, чтобы было достаточное количество людей, которые знают лес, которые работают прямо там или рядом, и понимают, что делать.

Константин Чуриков: Спасибо большое, Алексей Юрьевич. Это то, о чем мы говорим в каждой нашей программе, когда обсуждаем подобное.

Оксана Галькевич: Спасибо. Алексей Ярошенко, руководитель лесного отдела «Гринпис» был у нас на связи.

Константин Чуриков: Мы продолжим через пару минут. Будем говорить о том, почему Россия выбрасывает тонны еды.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)