Юлия Котовская: Диспансеризация граждан старше 75 лет будет включать скрининг на наличие когнитивных изменений

Юлия Котовская: Диспансеризация граждан старше 75 лет будет включать скрининг на наличие когнитивных изменений
Честный чиновник: так бывает? Бюджетные места в вузах. Лжебанкиры. Россия и ПАСЕ. Производство мёда и чая
Александр Михайлов и Алексей Бинецкий. Коррупция в России: каков её реальный объем и возможна ли продуктивная борьба с ней?
Евгений Гонтмахер: Освободив от подоходного налога тех, кто получает меньше двух прожиточных минимумов, мы хотя бы чуть-чуть приблизимся к социальной справедливости
«Мы – деревнеобразующее предприятие, и этим гордимся!». Основатель компании «Медовый дом» Антон Георгиев
«Мы в значительной степени сами недорабатываем в ПАСЕ». Эксперт Александр Гусев – о необходимости активного членства России в Ассамблее
Лжебанкиры: как их вычислить по телефонному звонку? Рекомендации эксперта Дмитрия Ибрагимова
Сокращение бюджетных мест идет за счёт заочного образования. И это вполне правильно, потому что оно во многом было некачественным
Могут ли люди во власти работать честно?
Реальные цифры: траты на еду. Экономика и новые налоги. Аграрная политика: развитие села. Перелёт как роскошь. Ситуация в Грузии
Сергей Лесков: Компании вкладывают огромные деньги в социальную сферу не из гуманитарных соображений. Просто так оказалось выгодно
Гости
Юлия Котовская
доктор медицинских наук, профессор, Заместитель директора по научной работе Российского геронтологического научно-клинического центра Российского национального исследовательского медицинского университета им. Н.И. Пирогова Минздрава России

Тамара Шорникова: Ну а сейчас – наша рубрика «Телемедицина». В ней сегодня говорим о деменции. По данным ВОЗ (Всемирной организации здравоохранения), в России насчитывается около 2 миллионов пациентов с деменцией. У нас есть российские данные о больных с болезнью Альцгеймера – это болезнь, которая чаще всего к деменции приводит. По официальной российской статистике, их 8 800 человек. Конечно, данные очень сильно разнятся с международными. Будем выяснять, сколько же все-таки у нас больных деменцией.

Виталий Млечин: Да и вообще – что это такое? Об этом будем говорить в ближайшие полчаса.

Тамара Шорникова: Подключайтесь к разговору.

Виталий Млечин: Да, присоединяйтесь к нашей беседе, пожалуйста, пишите нам и звоните.

А мы представим нашего гостя – это Юлия Котовская, доктор медицинских наук, профессор, заместитель директора по науке РНИМУ имени Пирогова. Юлия Викторовна, здравствуйте.

Юлия Котовская: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Давайте, наверное, начнем с того, что определимся, что же такое деменция, потому что ну не все знают. Кто-то считает, что это то же самое, что болезнь Альцгеймера. Кто-то вообще не очень хорошо себе представляет, что это такое. Это же не болезнь на самом деле.

Юлия Котовская: Ну, деменция – это действительно синдром, который является проявлением определенных заболеваний, в том числе болезни Альцгеймера. И если дать такое короткое определение деменции, то это нарушение высшей нервной деятельности человека, функций головного мозга, которое приводит к невозможности… или затруднениям в повседневной жизни, нарушает повседневную деятельность человека. Болезнь Альцгеймера является наиболее распространенной причиной деменции – в принципе, снижение когнитивных функций, познавательных функций головного мозга в пожилом и старческом возрасте. Это действительно так.

Тамара Шорникова: Какие симптомы должны сказать о том, что у вашего родственника деменция?

Юлия Котовская: Ну, наверное, все-таки начнем с когнитивных нарушений, потому что деменция – это уже некая стадия нарушений познавательной деятельности и функций головного мозга. Все-таки, наверное, если мы говорим о болезни Альцгеймера… Наверное, правильнее говорить прежде всего о ней и, возможно, о сосудистых нарушениях, приводящих к когнитивным дисфункциям и к деменции.

Нужно говорить, что прежде всего нарушается, конечно, функция памяти. Пациент становится забывчивым, пациент не может… иногда не ориентируется в окружающей обстановке, меняется характер пациента, меняется способность ориентироваться даже в уже знакомой местности. И конечно, все это мешает жизнедеятельности и накладывает определенный груз на родственников пациента.

Виталий Млечин: Юлия Викторовна, мы все время от времени что-то забываем. Вот в какой момент стоит уже начинать нервничать? Вот как эту грань определить – ну, забыл и забыл, ничего страшного, или все-таки уже какие-то звоночки звучат?

Юлия Котовская: Знаете, в молодом возрасте, наверное, нас беспокоит снижение памяти, потому что мы действительно на это обращаем внимание. При этом это перегрузка информацией, занятость на работе, вообще жизнь в таком напряженном информационном поле может быть этому причиной.

Если мы говорим о деменции, то это четко возраст-ассоциированное заболевание. И если в возрасте от 60 до 70 лет распространенность деменции составляет около 2%, то в возрасте после 80 лет – уже больше 20%, а в 90 и старше может достигать риск развития деменции 45%. То есть вы чувствуете разницу между молодым состоянием и этой возрастной ассоциированностью?

Но при этом что важно отметить? Что нередко вот эти изменения в функциях человека – в запоминании, в ориентации – воспринимаются как проявление старения, и не обращается на это внимание. «Что вы хотите? Вам столько много лет». Да?

Виталий Млечин: Если даже врачи так говорят.

Юлия Котовская: Да. Но так говорить нельзя. И нужно обращать на это внимание, прежде всего у своего пожилого родственника. Да, вы вынуждены много раз повторять. Он вам задает один и тот же вопрос – и вы начинаете раздражаться, что он вас спрашивает об одном и том же, что он забывает. А это может быть первыми признаками заболевания. Поэтому тут очень важно быть очень внимательным к своим старшим родственникам.

Тамара Шорникова: К телезрителям обратимся. Звоните и пишите, если у вас есть вопросы на эту тему. Вы можете получить квалифицированный ответ от опытного эксперта, если, например, ваши родственники… вы понимаете, что у них деменция. Если вы ухаживаете за такими родственниками, то как это делаете? Во сколько это вам обходится? Какие у вас проблемы с этим связаны? Звоните, спрашивайте.

И вот действительно, если даже врач говорит о том, что «это возрастные изменения, поэтому не тревожьтесь», – ну, как бы уже желать чего-то другого глупо в этой ситуации. К кому идти тогда дальше, к какому другому специалисту, чтобы подтвердить или развеять опасения?

Юлия Котовская: В нашей стране несколько специалистов занимаются проблемами когнитивных нарушений и проблемами деменции – это психиатры, неврологи и, поскольку мы говорим о людях пожилого возраста, это гериатры (это относительно новая для нашей страны специальность). Нужно идти, конечно, за советом прежде всего к этим врачам.

Но надо сказать, что в последние годы, наверное, больше внимания (и все идет к этому) будут уделять и другие врачи: терапевты, врачи общей практики, семейные врачи. Я сейчас поясню – почему. Потому что… Вы знаете такое понятие «диспансеризация», да? И для пациентов 75 лет и старше, для граждан 75 лет и старше введены особые правила диспансеризации, в которую в том числе включен и скрининг на возможное наличие когнитивных нарушений и деменции. Поэтому есть надежда, что мы будем выявлять это раньше, на ранних стадиях. Это очень важно.

Виталий Млечин: А как это работает? Что проверяют?

Юлия Котовская: Проверяют очень простой тест. Называется этот тест – тест рисования часов, тест Mini-Cog, если быть точнее. Для молодых людей он, наверное, покажется совершенно преодолимым и смешным. Пациента предупреждают, что сейчас его попросят запомнить три слова. Называют ему не связанные три слова, например: ключ, лимон, шар. После этого убеждаются, что пациент запомнил, пациент должен это повторить. И, как правило, если у пациента грубые нарушения, уже на этой стадии можно увидеть проблему. После этого пациента просят нарисовать круглые часы, расставить все цифры на циферблате, которые должны быть и указать какое-нибудь время – ну, например, 14 часов 10 минут, десять минут третьего. А после этого…

Виталий Млечин: Спрашивают слова.

Юлия Котовская: Смотрят, как он нарисовал часы, и вновь спрашивают слова. И если человек воспроизводит менее трех слов, то это уже сигнал того, что есть серьезная проблема с памятью, и нужно продолжать обследование. Это скрининг, это не диагноз еще, этот тест. Конечно, требуется дальнейшее и нейропсихологическое тестирование, и визуализирующие методики. Да, требуется дальнейшее обследование пациента.

Тамара Шорникова: Давайте телефонный звонок послушаем.

Виталий Млечин: Да, конечно.

Тамара Шорникова: Татьяна дозвонилась к нам, Краснодарский край. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете, я хотела бы вам сказать о том, что у моей мамы была тяжелейшая деменция, тяжелейшая просто! Она уходила из дома. Она бросила спичку, она пыталась мне как бы разогреть чайник и бросила спичку на тапочки. Тапочки загорелись, она стала гореть. В общем, позвала меня поздно. Короче говоря, вызвали «скорую», и она попала в ожоговое отделение, операция. Это невозможно! Я пыталась ее устроить в платное отделение психиатрической больницы, у нас в Краснодаре есть такое. Мне отказали в этом, потому что сказали, что она дестабилизирует в отделении всю обстановку. В общем-то, мне пришлось бросить работу.

Вот вы говорите абсолютно верно. Все, что вы говорите… Ну конечно, вы большой специалист. Мне очень жаль, что таких мало. К сожалению, мне пришлось бросить работу. Я нанимала медсестру, платила деньги. То, что ей назначали в начальной… ну, не в начальной… Два инсульта у нее было. После второго инсульта нам назначили лечение. Мы пытались… Ну, как мне сказал врач-невропатолог, весной и осенью нужно проходить эту профилактическую терапию, чтобы не было высокого давления, чтобы сердце работало. Я все это делала.

Но вы абсолютно правы… Я хотела бы подчеркнуть, что люди, родственники, которые ухаживают, я не знаю… Ну, к сожалению, я не могла ее бросить, вообще бросить. Я не могла пойти… Ну, то есть это деньги. Вот говорят, что деньги, уход оплачивают. Ничего этого я не смогла сделать, потому что мне нельзя было ее оставлять. Она выплевывала таблетки. В общем-то, мне нужно было как-то ее уговаривать.

У меня терпения, простите… Вот вы абсолютно правы, у меня не хватало иногда терпения, я на нее кричала. Я себе этого никогда не прощу. Ну, я хотела, чтобы она поскорее поправилась, чтобы ей было легче. В конце концов, у нее было высокое давление, и она уже ослепла, почти не слышала. В принципе, я вызвала терапевта, и терапевт не пришла на вызов. Мы вызвали «скорую», «скорая» нас привезла. В общем, через четыре дня моя мама умерла.

Но я хочу сказать: помогите, пожалуйста, тем, кто ухаживает за этими людьми. Те, кто страдают деменцией… Сердце разрывается смотреть на это! Ну, это близкий твой человек, и ты ничего не можешь сделать. Ничего!

Тамара Шорникова: Татьяна, все понятно. Вы говорили о том, что пробовали устроить в какое-то учреждение. В чем сложность была основная?

Зритель: Сказали, что она с ее этим поведением, ну, деменцией, она дестабилизирует всю обстановку в отделении.

Виталий Млечин: Ну понятно. А кому охота возиться с человеком? Естественно. Спасибо вам огромное за то, что вы позвонили и рассказали. Душераздирающая совершенно история, ужасная, когда еще врач не приходит, когда невозможно помощь получить.

Как быть в такой ситуации?

Юлия Котовская: На самом деле эта ситуация действительно очень печальная, но она отражает очень многие проблемы, с которыми сталкиваются люди, у которых родственник начинает страдать деменцией, болеет деменцией. Это и проблема ухода, и помещение в специализированное учреждение, но прежде всего – обеспечение ухода на дому. Почему? Может показаться кому-нибудь странным, но ведь для пациентов с деменцией иногда вот это перемещение, помещение в другую обстановку, к тому же в обстановку больницы, может оказаться практически фатальным и дестабилизировать, ускорить в принципе течение заболевания и ухудшение состояния.

Виталий Млечин: Ну, вообще пожилым людям сложно что-то менять, а если еще…

Юлия Котовская: Ну, в принципе – да. А если есть такие нарушения, то еще больше.

Тамара Шорникова: Но ведь бывают случаи, когда нахождение с таким человеком просто опасно: человек может действительно включить газ, зажечь спичку…

Юлия Котовская: Вот здесь вы совершенно правы. Вот в этом-то, собственно говоря, и вся проблема, что необходимо создание системы помощи таким людям. И эта система у нас в стране начинает создаваться. Это и социальная поддержка, это и специально подготовленный персонал для ухода. И в принципе, тут очень много наша телезрительница сейчас описала момента.

Что хочется еще сказать? Что если деменция выявляется на ранних стадиях, мы имеем возможности замедлить ее течение. Действительно, не существует сейчас лекарства, которое излечит, вылечит полностью, но оно может сделать течение деменции более мягким, менее прогрессирующим, с большей сохранностью функций человека и его способности к самообслуживанию, к жизни дома. Соответственно, значительно снижает, конечно, нагрузку на родственников.

Существуют даже специальные сообщества людей, которые являются родственниками пациентов с деменцией. Это знаменитый сайт «Мемини», где люди общаются, обмениваются опытом, дают друг другу советы. Существуют книги, которые описывают, как нужно подходить к пациенту с деменцией. Существуют прекрасные фильмы, которые… Понятно, они не устранят все проблемы, но они дают посыл, как нужно общаться с пациентом с деменцией.

Конечно, это огромная психологическая нагрузка на родственников, это огромная материальная нагрузка, но тем не менее это все-таки пациенты, это наши родственники, за которыми нужно ухаживать и которым нужно обеспечить (и себе тоже) комфортное существование.

Тамара Шорникова: Давайте посмотрим видеоматериал…

Виталий Млечин: Сюжет.

Тамара Шорникова: Есть у нас подготовленный репортаж. Как раз там есть и мнения родственников, которые считают, что часто для тех, кто страдает деменцией, лучшее место – это специализированный пансионат, потому что там им окажут должный уход. Вот о жизни в одном из таких специальных учреждений и расскажет наш корреспондент Маргарита Твердова.

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: 2–3 тысячи в день не все могут позволить.

Виталий Млечин: Да, хорошее место, уход, еда, ЛФК – все что угодно.

Юлия Котовская: Ну, практически идеально.

Виталий Млечин: Да. Но вот…

Тамара Шорникова: Почему нет государственных учреждений? Либо их не хватает? Что делать тем, у кого нет таких денег?

Юлия Котовская: Ну, еще раз, я начала уже немножечко об этом говорить. Действительно, сейчас предпринимаются усилия, чтобы это все стало более доступно. И многие изменения, скажем так, в подходах к финансированию такого рода услуг сейчас будут меняться. Конечно, в любой стране мира такого рода учреждения не являются полностью бесплатными. Все равно какую-то часть – в разных странах по-разному – платят либо родственники пациента, либо это из его, скажем так, каких-то средств оплачивается.

Виталий Млечин: Скажем, если бы пенсии хотя бы хватало на это, то, конечно, вполне вероятно, что они охотно бы отдавали пенсию.

Тамара Шорникова: Возможно, есть программы, которые действительно помогают, субсидируют такие учреждения или, соответственно, платят часть, обеспечивают часть содержания такого родственника? Есть ли такие программы?

Юлия Котовская: Вы знаете, сейчас в России разрабатывается, уже близок, скажем так, и внедряется так называемый антидементный план действий. И вопросы финансирования, разработки системы финансирования такого рода учреждений и такого вида помощи сейчас там занимают центральное место. Я не могу сейчас вам сказать, как это идеально будет выглядеть. Ну, просто поверьте, что над этим очень активно работает и Министерство здравоохранения, и Министерство труда, к ведению которого, в общем-то, эти учреждения, социальные учреждения и относятся.

Тамара Шорникова: Звонок успеем принять.

Виталий Млечин: Успеем, успеем, однозначно совершенно. Тульская область. Надежда, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Мы слушаем вас.

Зритель: У меня такая ситуация. У меня бабушке недавно исполнилось 82 года. Мама больше как полгода оставила ее на меня. У меня у самой эпилепсия. А мне она сказала, что у нее как бы старческий маразм после того, как ей сделали операцию на глазе. И глаз у нее сейчас не видит уже четыре или пять лет. Она все забывает, все рвет, ничего нормально сделать не может. По сто раз объяснять это все. У меня не хватает терпения ей объяснять по сто раз на дню. Я за ней и убираю все, и делаю, пытаюсь ей рассказать, что нужно, а что не нужно. Она все равно это делает. Она уже даже забыла, что я ее внучка, и называет меня по имени мамы моей.

Тамара Шорникова: Надежда, вы получаете какую-то помощь от врачей, от соцслужб? Обращались ли вы?

Зритель: Я обращалась, но мама спрятала все ее документы у себя и мне их не отдает.

Виталий Млечин: А как-то чем-то аргументирует это?

Зритель: Она ее пенсию забирает. Моя бабушка получает 23 700. Она эту пенсию забирает. Я ей говорю только: «Ну, купи бабушке, это надо и это надо». Она может привезти ей что-то поесть. Но главное, чтобы я готовила, убирала, все делала.

Виталий Млечин: Понятно.

Тамара Шорникова: Хорошо.

Виталий Млечин: Какая-то очень сложная у вас ситуация. А если бы была возможность, отправили бы бабушку свою в какой-то специализированный центр?

Зритель: Да, с удовольствием, чтобы она хоть немножко в себя пришла.

Виталий Млечин: Понятно, спасибо вам большое.

Тамара Шорникова: Ну и успеем ответить на пару таких практических вопросов. Спрашивают, если, допустим, послеинсультное состояние, то это может привести к деменции? Потому что симптомы действительно очень похожие – та же потеря памяти и так далее.

Юлия Котовская: Постинсультное состояние – там повышается риск развития деменции, но это немножечко другие механизмы. И очень многое зависит от программы реабилитации после инсульта, которая должна быть практически пожизненной. И восстановление функций после инсульта во многом зависит от этого.

Виталий Млечин: А диагноз «деменция» вообще ставят? Или это какие-то другие диагнозы?

Юлия Котовская: Нет, диагноз «деменция»… Ставится заболевание, которое привело к развитию деменции. Деменция – как проявление того или иного заболевания. Например, болезнь Альцгеймера и, соответственно, соответствующая стадия деменции.

Виталий Млечин: Ну и давайте последний вопрос, а то время наше заканчивается. Как себя поддержать, если люди даже в раннем возрасте задумываются о том, что они хотят прожить много лет и не иметь проблем? Есть ли какие-то рецепты? Может быть, что-то можно делать, чтобы минимизировать риск?

Юлия Котовская: Вы знаете, если мы все-таки говорим о причинах деменции, о факторах риска, которые приводят, то прежде всего хочется сразу грешить на генетику, что все генетически обусловлено, ничего исправить нельзя. Но это не так. Во-первых, эти генетические изменения некоторые есть, но они крайне редки. И далеко не у всех пациентов, у которых имеются эти генетические определенные гены, развивается деменция.

Сейчас достаточно хорошо доказано, что очень многие факторы могут привести к когнитивным расстройствам и последующему развитию деменции: малоподвижный образ жизни, курение, плохо леченная артериальная гипертония, сахарный диабет… Ну, вы чувствуете, что это, в общем-то, все вопросы, к которым адресован здоровый образ жизни.

Если мы говорим о пациентах пожилого возраста, то большое внимание нужно уделять коррекции снижения зрения, коррекции снижения слуха, потому что простое такое вмешательство может значительно снизить риск развития деменции.

Поэтому для молодежи – физическая активность, не курить, контроль за своими факторами риска, здоровое питание. Для пожилых людей – физическая активность и тоже внимание к своему здоровью.

Виталий Млечин: Спасибо вам большое за этот четкий рецепт, за то, что ответили на все наши вопросы. У нас в гостях была доктор медицинских наук, профессор, заместитель директора по науке РНИМУ имени Пирогова Юлия Котовская. Мы беседовали о деменции. Вернемся через пару минут.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Александр
Когда наши умники перестанут засорять русскую речь иностранщиной?? Или мадам хочет выглядеть очень умной? А по русски сказать слабо??

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео