Эксперт-архитектор Юрий Эхин: Развитие только крупных и крупнейших городов России в пределе может привести к угрозе государственной безопасности

Эксперт-архитектор Юрий Эхин: Развитие только крупных и крупнейших городов России в пределе может привести к угрозе государственной безопасности
Честный чиновник: так бывает? Бюджетные места в вузах. Лжебанкиры. Россия и ПАСЕ. Производство мёда и чая
Александр Михайлов и Алексей Бинецкий. Коррупция в России: каков её реальный объем и возможна ли продуктивная борьба с ней?
Евгений Гонтмахер: Освободив от подоходного налога тех, кто получает меньше двух прожиточных минимумов, мы хотя бы чуть-чуть приблизимся к социальной справедливости
«Мы – деревнеобразующее предприятие, и этим гордимся!». Основатель компании «Медовый дом» Антон Георгиев
«Мы в значительной степени сами недорабатываем в ПАСЕ». Эксперт Александр Гусев – о необходимости активного членства России в Ассамблее
Лжебанкиры: как их вычислить по телефонному звонку? Рекомендации эксперта Дмитрия Ибрагимова
Сокращение бюджетных мест идет за счёт заочного образования. И это вполне правильно, потому что оно во многом было некачественным
Могут ли люди во власти работать честно?
Реальные цифры: траты на еду. Экономика и новые налоги. Аграрная политика: развитие села. Перелёт как роскошь. Ситуация в Грузии
Сергей Лесков: Компании вкладывают огромные деньги в социальную сферу не из гуманитарных соображений. Просто так оказалось выгодно
Гости
Юрий Эхин
эксперт по жилищной политике, член Союза архитекторов России
Сергей Ермак
руководитель прикладных исследовательских проектов Высшей школы экономики и менеджмента Уральского федерального университета (г. Екатеринбург)

Города будущего. Президент поручил правительству подготовить предложения о переходе в мегаполисах от генплана к новой стратегии развития. Как изменятся после этого наши города и что важнее: дорога или национальный парк? И кто это будет решать?

Анастасия Урнова: Начнем нашу программу с темы, которая заглядывает в будущее. Как будут выглядеть наши города? Президент поручил правительству подготовить предложение о переходе в крупных городах от генплана к новой стратегии развития. Старые генпланы приходится корректировать, прописывая новые пути развития. Почему возникает такая необходимость и грозит ли это строительство новых объектов экологической катастрофой?

Александр Денисов: Вообще ощущение, что наши городские генпланы существуют сами по себе, а вот реальное строительство – само по себе. Взять к примеру, нашумевшую историю с парком «Лосиный остров», по которому планируют пустить дублер Щелковского шоссе, а также Северо-восточную хорду. Очевидно, что зеленую зону надо сберечь. С другой стороны, где еще строить, если уже негде? Как тут совместить прописанные в генплане гарантирую на комфортную жизнь с зелеными зонами и социальные гарантии на транспортную доступность?

Анастасия Урнова: По предварительным оценкам, для модернизации Щелковского шоссе потребуется изъять у Лосиного острова около 100 га, из которых 32 придется вырубить. Взамен парку обещают компенсацию – часть парка «Сокольники» и 2000 га лесных угодий в Московской области.

Александр Денисов: Протяженность дублера Щелковского шоссе, который как раз пройдет по парку «Лосиный остров» - 19 км. Строительство обойдется в 47 млрд рублей. Строительство предполагают начать в 2021 году. Ну и напоминаем, уважаемые телезрители. Все темы мы обсуждаем вместе с вами.

Анастасия Урнова: Связаться с нами можно любым удобным для вас способом. Есть бесплатный телефон, по которому вы можете позвонить нам прямо в прямой эфир, задать свои вопросы, высказать свое мнение. А также у нас есть социальные сети. Как нам написать в них, вы можете посмотреть. На экране вы видите эти самые адреса. И, конечно, не забывайте, что нам совершенно неважно, каким именно будет ваше мнение. Нам очень важно его услышать.

Александр Денисов: Да. И у нас в гостях сегодня Юрий Брониславович Эхин, эксперт по жилищной политике, член Союза архитекторов России. Юрий Брониславович, здравствуйте.

Юрий Эхин: Здравствуйте.

Александр Денисов: Мы начали с парка «Лосиный остров». Возможно, не все жители России (да и наверняка не все) знают, что это такое. Это гигантский парк. Можно даже сказать, глухой. Его площадь 100 с чем-то квадратных километров. То есть большой массив. И у меня история недавно с приятелем. Он пошел туда гулять с дочкой. А в сумерках уже там жутковато находиться. И он вдруг видит, что что-то сквозь ветки там ломится, глаза светятся. Он перепугался. Настолько хороший парк. И он думал, что лось бежит, потому что они там водятся. А выбежала маленькая собачка с электроошейником. Он вздохнул облегченно. Я к чему?

Очевидно, что парки нужно сберечь. Но и Щелковское шоссе, по-моему, самое загруженное в России. Как тут компромисс найти? Пусть они стоят в пробках, а мы будем гулять по парку, или что? Или нам пожертвовать парком в такой ситуации?

Юрий Эхин: Жертвовать парком целиком, я думаю, не придется. Но, с другой стороны, градостроительная транспортная ситуация в этом районе настолько сложная. Это вторая, по-моему, по загруженности магистраль в городе Москве – Щелковское шоссе. Что без серьезного расширения этой транспортной артерии решить проблему транспорта в городе Москве невозможно. Это правда.

Те люди, которые живут не в Москве, чтоб вы понимали, «Лосиный остров» - это национальный парк, который заходит на территорию города Москвы из Московской области и является одним из легких города Москвы.

Александр Денисов: Так и называют – «Легкие Москвы».

Юрий Эхин: В этом парке есть несколько зон, которые нельзя трогать вообще. Есть зоны так называемые «учебно-экскурсионные», есть зоны рекреационные. И есть зоны, в которые уже так или иначе заходят городские застройки. Они имеют разный характер, в том числе не принадлежащий этому парку.

Так вот, есть несколько вариантов расширения Щелковского шоссе. Один из вариантов, который выглядит с точки зрения властей наиболее удобным – это постройка того самого дублера Щелковского шоссе, чтобы эту транспортную артерию расширить.

Тут нужно говорить о том, что сейчас, на данном этапе ситуации сказать, что есть какой-то удобный выход, вообще невозможно. Потому что, конечно, нужно было, на мой взгляд и на взгляд всех специалистов, нужно было смотреть на ситуацию гораздо раньше – 10, 20 и даже 30 лет тому назад, особенно в 1990-2000-е годы, когда ускоренными темпами велась застройка, и все сложилось таким образом…

Александр Денисов: Того же Щелково, Балашихи, из-за чего нагрузка такая и легла на эту трассу.

Юрий Эхин: Не только Москвы, а и ближнего…

Александр Денисов: В целом агломерации.

Юрий Эхин: Агломерации – может быть, не очень точное слово в данном случае, но ближнее Подмосковье развивалось, застраивалось, и поэтому транспортные потоки увеличились резко.

Анастасия Урнова: Юрий Брониславович, прошу прощения, у нас очень много звонков. Потому что ситуация вообще во всей стране. Не только Москва страдает от такой стихийной застройки (много новых домов), но и в городах России похожая ситуация. К нам дозвонился Михаил из Казани. Давайте узнаем у него, как обстоит там ситуация. Михаил, здравствуйте.

Зритель: Вы обсуждаете города будущего в данный момент. Но дело в том, что настоящего у города нет. Я проживаю с семьей. Я пенсионер, жена пенсионерка. В ближайшем окружении стадион «Казань Арена», Дворец водных видов спорта, магазины, торговые центры, офисные помещения. Но, увы, нет ни школы в этом микрорайоне, ни поликлиники взрослой. До этого пытался записать жену в поликлинику. Но, увы, три недели записывал жену, чтобы попасть к терапевту. А вы обсуждаете города будущего. А если в настоящих городах нет этого.

Анастасия Урнова: Понятно, Михаил. Спасибо. Ясна ваша позиция. Действительно, сейчас многие испытывают много проблем из-за того, что не хватает инфраструктуры. Где-то она наоборот очень сильно разрастается, а где-то ее нет совсем. Как учесть эту пропорцию? Что можно сделать в ближайшее время, чтобы как-то ситуацию выровнять?

Юрий Эхин: Есть один-единственный способ, как ситуацию разрулить – это грамотно подойти к корректировке генеральных планов городов. А самое главное – не делать акцента на развитии только крупных и крупнейших городов России. Эта тенденция, которая на взгляд всех специалистов и на мой личный взгляд, приведет только к ухудшению ситуации. Больше того, в пределе, к которому стремятся, это может привести ни больше ни меньше к угрозе государственной безопасности.

Александр Денисов: Казань – это немаленький город. Это тоже крупный. И там такие проблемы. Как могло вообще сложиться? Я думал, он достаточно развитый город, учитывая, сколько туда денег вложено, сколько крупных соревнований прошло. И вдруг выясняется…

Юрий Эхин: Тем более. Очень хорошо, что позвонил именно житель Казани. Дело в том, что Казань вообще является лидером в благоустройстве городов. Если уж в Казани такие вопросы возникают, ее житель первым позвонил, то нам имеет смысл серьезно поговорить на эту тему вообще.

Кроме Казани, можно еще назвать Белгород в числе лидеров. А все остальные города так или иначе имеют очень большие проблемы. Проблемы связаны с тем, что, во-первых, как-то сначала подспудно, а теперь уже явно называют тенденцию, ведущую к увеличению роста численности крупных городов. Это ведет к целому букету негативных последствий. Начнем с того, что, во-первых, стягиваются жители из окрестных малых городов, из сел. Таким образом усиливается тенденция депопуляции. Вторая проблема в том, что промышленность в городах, как правило, не развивается. Город Москва, в котором мы с вами живем – прекрасный тому пример.

Более того, заводы сносятся. Это значит происходит уменьшение рабочих мест. И таким образом при увеличении численности населения происходит уменьшение рабочих мест и наносится удар по промышленности, по индустрии. Потому что термин «постиндустриальное общество» по сути не означает уничтожение промышленности.

Александр Денисов: Юрий Брониславович, извините, вас тормозну. Мне кажется, главную проблему затронули – экономическую. Потому что сколько дорог ни строй, их все равно не хватит, если у нас, грубо говоря, в одном месте густо намазано, в другом пусто. Если со всей (я употреблю ваше нелюбимое слово) агломерации стягиваются в одну точку утром все население гигантской агломерации под названием Москва, а вечером разъезжается, то тут не построишь. Хоть в 10 рядов стройте эстакады – проблема не решится. То же самое с Казанью, с Екатеринбургом, с Петербургом. Как в такой ситуации вообще выкручиваться? И как генпланы писать?

Юрий Эхин: Отличный вопрос. Это первое, что приходит в голову любому мыслящему человеку – зачем делается так, что людей становится больше в одном каком-то небольшом месте? Рабочих мест меньше. И при этом волей или неволей создаются все те самые проблемы по транспорту, по благоустройству.

Александр Денисов: Со школами и поликлиниками, конечно.

Юрий Эхин: Совершенно верно. Которые следуют прямым образом из того, что пропагандируется, что провозглашается как государственная политика.

Ответ, если говорить коротко, в том, что для решения этих проблем, как правило, не приглашают архитекторов. Более того, тенденция такова, и есть свежие примеры, что архитекторов не только отстраняются от проектирования, от руководства этим процессом, а других специалистов не существует…

Александр Денисов: Что, генпланы без вас пишут, что ли?

Юрий Эхин: Генпланы корректируют таким образом, что опытные специалисты, которые посвятили этому десятилетия и которые профессионально подготовлены, не участвуют в их разработке. Все делается под экономику. При этом под экономикой понимается усиленный рост жилищного строительства как цель. И при этом забываются или отбрасываются все остальные сопутствующие темы.

Анастасия Урнова: Давайте проиллюстрируем как раз эту вашу описанную картину. У нас есть сюжет из города Кудрово. Это один из самых плотно застроенных городов во Всеволжском районе. Он расположен рядом с Санкт-Петербургом. Но, к сожалению, инфраструктуры социальной там почти нет. Давайте посмотрим сюжет.

Александр Денисов: В этом городе нет поликлиник. Их мало. Нет пожарной части, полиции. За порядком следит единственный участковый. За всеми социальными услугами, в школу, а также на работу жители Кудрово ездят в Петербург, потому что в часы пик на выезде и въезде из микрорайона огромные пробки. Примерно 800 школьников каждый день выезжают в Петербург рано утром, вечером возвращаются. А 1000 детей ждет своей очереди, чтобы устроиться в детский сад. В Кудрове нас всех мест не хватает. Там 3 школы, 7 садов.

СЮЖЕТ

Анастасия Урнова: По официальным данным, сейчас в Кудрово проживает 50 000 человек. Но по подсчетам местной группы активистов – гораздо больше, примерно 80 000. И в будущем в Кудрово собираются построить еще около 40 000 квартир.

Александр Денисов: Юрий Брониславович, вот наглядный пример, иллюстрация. Такое ощущение… вы говорили, что архитекторов не приглашают для корректировки генплана. Мне кажется, там один бизнес сидит на корректировках генплана. Они говорят: «Мы хотим построить вот эти гигантские мегадворы со свечками, похожие на градусники дома». Им никто не задает вопрос: «А парковки у вас будут? А поликлиники будут или нет?» То есть их как-то социально не нагружают решением этих попутных проблем. Почему?

Юрий Эхин: Мне тоже хотелось бы понять, почему. Я могу предложить свою версию. Она не очень короткая. Но в процессе нашей передачи, я думаю, удастся ее раскрыть.

Начать следует с того, что к разработке градостроительного кодекса, который был принят в 2004 году, не пригласили архитекторов и градостроителей вообще. Больше того, в этом градостроительном кодексе нет понятия города. А есть очень много разных понятий, в том числе говорящих о том, что если кто-то (в частности, инвестор) захотел построить что-то на каком-то земельном участке, то ему это делатся по сути дела без экспертизы. Вот он захотел вложить деньги – и ему дают разрешение. Один этот момент дает возможность понять, насколько все хаотично развивается.

Больше того, в градостроительный кодекс за прошедшее время принято уже 118 поправок. И сейчас на рассмотрении еще две поправки в градостроительный кодекс. В среднем каждый месяц принимается федеральный закон без участия архитекторов и градостроителей, которые так или иначе корректируют градостроительный кодекс, как правило, в худшую сторону. И таким образом создается законодательное поле, согласно которому архитектуры отстранены вообще от процесса. Больше того, главный архитектор (это должность, которая отвечает за качество проекта) теперь по градостроительному кодексу может быть не архитектор по образованию.

Александр Денисов: А кто?

Юрий Эхин: Он может быть сантехником, он может быть просто строителем, который знает, как класть кирпич.

Анастасия Урнова: Как-то это не совпадает с предложением нашего президента подготовить те самые документы, которые будут определять стратегию и направление. Как сантехник может определить стратегию?

Юрий Эхин: Мне тоже интересно. Но этот вопрос лучше задать президенту, правда ведь? Не мне. У меня нет таких компетенций. Я могу только догадываться, почему. Тут еще очень важный вопрос – что именно имел президент под тем, что вы сейчас зачитали? Это важно понимать. Если мы в этом не разберемся, то ответа не получим.

Александр Денисов: Давайте разберемся.

Юрий Эхин: На мой взгляд, Владимир Владимирович Путин говорит о том, что нужно строить больше жилья. И именно под эту единственную и главную цель нужно производить любые изменения, как бы их ни назвать. И то, что он говорит под корректировкой генерального плана, на мой взгляд, означает следующее. Это значит нужно, во-первых, уничтожить промышленное производство. Потому что в нацпроекте «Жилье и городская среда», который в себя включает несколько федеральных проектов, это прямо прописано, что нужно… Я не помню точную формулировку. Но смысл в том, что нужно оптимизировать использование земельных участков. Что такое оптимизация земельных участков? Мы видим на примере завода «ЗИЛ».

Александр Денисов: Вот этот комплекс «ЗИЛАРТ».

Юрий Эхин: Крупнейшее производство, известное не только в стране, но и по всему миру, вдруг снесли. Неизвестно, куда дели миллионы тонн мусора. И застраивают очень плотно жильем.

Второй пример. Сейчас добирался в студию мимо завода «Серп и молот». Крупнейшее производство снесено, стоят здания. И при этом улицы в «ЗИЛАРТе» называют именами известных архитекторов? Как, почему, зачем? Почему на нас, на архитекторов, вешают такую разрушительную тенденцию, я не понимаю.

Анастасия Урнова: Очень много вопросов. Давайте дадим слово нашим зрителям. Валентина из Московской области, здравствуйте, мы вас слушаем.

Зритель: Здравствуйте. Я очень рада. Люблю вашу передачу. И как вы сегодня подняли злободневный вопрос. Гостю большое спасибо за его справедливость. Он правильно говорит о всех недостатках, о нашей бесконтрольности со стороны администрации.

Вот я живу – город Королев, поселок Первомайский. Застраиваться начал наш поселок… Старое жилье, строят новые дома. Но дело все в том, что школа одна на весь поселок. Поселок большой. Застраивают, застраивают. В отношении школы пока никаких сдвигов нет. В детский сад устроить детей целая проблема. А как застроен город? Вы знаете, любой маленький клочочек земли уже застраивается жилыми домами. Вот смотришь на все это – насколько обидно. Мне 81 год. И когда я смотрю на весь этот беспорядок, на бесконтрольность… Я вам откровенно говорю от души. Мне настолько жалко бюджетные деньги, которые расходуются бесконтрольно. Вот делали тротуар по нашему поселку. Как его сделали? Это выброшены бюджетные деньги. Осенью делали. На следующую весну его ремонтировали. Сейчас все рушится, разваливается. Сейчас весна, все заливается водяными потопами.

Вы знаете, что? Мы не один раз обращались в администрацию. Но мне кажется, что наша администрация мало обращает на нас внимания. А что касается транспорта – около дороги пройти невозможно. С ног до головы обливают грязью.

Анастасия Урнова: Валентина, понятно. Спасибо вам большое за звонок. Это ситуация в Московской области. А давайте сразу перейдем к городам в регионах – Екатеринбург и Краснодар. Давайте посмотрим сюжет наших корреспондентов оттуда.

СЮЖЕТ

Александр Денисов: Юрий Брониславович, вот житель Екатеринбурга рассказывал про драки. На самом деле это везде есть. Во всех подмосковных спальных гетто – там видно. Балашиха по утрам. Действительно, люди дерутся, потому что один другого запер, нужно ехать на работу. Выходят – и начинается. Может быть, это бизнес заставляет так людей в такую ситуацию загонять, потому что рядом стоят платные гаражи, в которых продаются боксы. У человека нет выбора. Он взял кредит на квартиру, ставить машину негде. Он еще возьмет кредит на этот бокс, полмиллиона или миллион. Может, у них стратегия такая продуманная, что они загоняют в такие условия тяжелые?

Юрий Эхин: Стратегия у бизнеса?

Александр Денисов: Да.

Юрий Эхин: Да, безусловно. Но тут есть два аспекта. Во-первых, бизнес, как правило, непрофессиональный. А если профессиональный, то он, к сожалению, делает все, для того чтобы была именно такая ситуация. А, во-вторых, бизнес по всему миру бизнес. Но нигде, кроме как у нас, такой ситуации нет. Взять самые великолепный, известный всему миру пример – Швеция. Казалось бы, капиталистическая страна. Там большинство жилья за последние 40 лет строится за счет бюджета в виде беспроцентных кредитов, в виде управления застройкой. И там нет таких правил, что, например, жилые дома строились бы выше 7 этажей. Потому что уже давно, лет 40 тому назад, было доказано, что многоэтажная застройка не дает ничего, кроме высоких прибылей застройщикам, а в данном случае – еще администрации городов. Это наша российская специфика. Потому что эти процессы связаны. В Москве, например, никто не имеет права построить ничего без тесных контактов с московской администрацией, с мэрией города Москвы. Это та самая связка, которая дает такие результаты.

Анастасия Урнова: А давайте как раз тоже к нашей беседе подключим города. У нас на связи по Скайпу Сергей Владимирович Ермак, руководитель прикладных исследовательских проектов Высшей школы экономики и менеджмента Уральского федерального университета. Сергей Владимирович, как ситуацию в Екатеринбурге, на ваш взгляд, можно решить?

Сергей Ермак: Смотря ситуацию с чем решать.

Анастасия Урнова: Вот с такой застройкой плотной и с развитием инфраструктуры.

Сергей Ермак: Это очень тяжелый вопрос. В конце первой декады 2000-х почему-то власти приняли решение о том, что в Екатеринбурге очень мало места и, безусловно, необходимо развиваться вовне, то есть осваивать поля. И появилось сразу 3 или 4 крупных проекта. Академический – только один из них. Есть еще несколько на несколько миллионов квадратных метров жилья. И, с моей точки зрения, это решение было во многом ошибочным, потому что совершенно очевидно было уже тогда, что город не справится со строительством инфраструктуры в эти новые районы.

Александр Денисов: Сергей, извините, перебью. А почему в итоге наткнулись на такие проблемы, если даже мы не разбираемся, мы не архитектуры, но мы понимаем, что должна быть поликлиника, дорога, парковка, школа? То есть очевидные вещи. То есть что, в администрации закрывали глаза и вопросы не задавали? «Пожалуйста, стройте».

Сергей Ермак: Смотрите, какая ситуация. Я думаю, что Екатеринбург здесь не одинок. И во многих городах России такая ситуация. Здесь есть две вещи. Первое – это излишний оптимизм администрации. И дальше говорить и продолжать эту мысль не буду.

А второе – это, безусловно, установка федеральной власти… И сейчас же это очень видно, что мы 120 миллионов должны построить к 2024 году. Должны строить каждый год. И установка идет сверху – строить больше. И неважно, успеваешь ли ты строить детские сады или не успеваешь ты строить школы. Но, тем не менее, ты отчитываешься, что ты построил 1 млн квадратных метров жилья. В Екатеринбурге каждый год сдается. А все остальные вопросы (со школами, детскими садами, парковками), что вы здесь обсуждали, идут уже потом.

Александр Денисов: Сергей, но это же, как бумеранг, прилетит обратно тебе в голову. То есть тебе же придется ломать потом над этим голову и думать: «Что делать то?» Это же очевидно.

Сергей Ермак: Именно над этим сейчас все голову и ломают. Если говорить про тот же Академический, 9 лет назад там говорили о том, что туда проведут скоростной трамвай. Вот прошло 9 лет. Этот скоростной трамвай только-только начали проектировать. Ну, да, это прилетает обратно. Но, тем не менее, есть веселые отчеты, в которых мы сдаем по 1 миллиону квадратных метров жилья.

Безусловно, это неправильная ситуация. Если вы меня спросите, правильно это или нет. Нет, это неправильно. Безусловно, инфраструктура должна идти вперед жилья. А в России жилье идет вперед инфраструктуры. И числа и цифры до сих пор, кто бы как ни говорил, идут впереди качества. Конечно, это безобразие.

Александр Денисов: Спасибо, на связи был Сергей Владимирович Ермак, руководитель прикладных исследовательских проектов Высшей школы экономики и менеджмента Уральского федерального университета. Из Екатеринбурга. Спасибо, Сергей.

Анастасия Урнова: Спасибо вам большое. Давайте сразу выслушаем еще один звонок. Из Хакасии Ольга давно ждет возможности задать вопрос или поделиться мнением. Ольга, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Мне хотелось поговорить не о больших городах, а о моногородах. Есть ли у них какое-нибудь будущее? Мне кажется, без развития экономики там не спасут нас уже ни дороги, ни парковки. Хотя у нас таких проблем нет. У нас нет пробок. Нет развития промышленности, нет рабочих мест. Депрессивное настроение у всех.

Александр Денисов: Спасибо. Логичный вопрос – сколько на эту Северо-западную хорду в Москве через Лосиный остров планируется потратить? 47 млрд. С большим трудом. Какие-то общественные слушания. Непонятно – утвердят, не утвердят. Может быть, мы построим там, где нужно, а не будем спорить с людьми, где они не хотят, чтоб была дорога.

Юрий Эхин: Давайте сразу по Москве, чтобы закрыть нам эту тему. Дело в том, что город Москва в 7 или 8 раз отстает по обеспечению дорогами от таких городов, как Токио и Париж при сравнимых объемах. В 7 или 8 раз. У нас в Москве 4000 км протяженность автомобильных дорог. В Токио 27 000 километров. Вот представьте разницу. То есть дороги – это самая насущная проблема, которая существует в городе Москве.

И это в существующей ситуации. И тем более в Москве нельзя увеличить строительство жилья, то есть увеличить количество жителей. Потому что мы таким образом только усугубим ситуацию. Вот это та самая тема, которая на самом деле стоит, на мой взгляд, просто на первом плане. И именно эту проблему нужно решать, но никак не строить жилье, не заниматься реновацией, когда сносят низкоплотную или среднеплотную застройку и строят 20-25-этажные дома окна в окна. Вот это та самая ситуация, которая приведет только к ухудшению. И мы с вами через 5 лет будем говорить не только про Лосиный остров, а про очень многие и многие места в городе Москве, потому что невозможно городу развиваться бесконечно. Город – это живой организм. Город Москва – самый крупный город в Европе сейчас. И дальше нет смысла его развивать. Потому что, повторяю, промышленность не развивается. И все люди, которые приезжают из малых городов, из моногородов, из сел, они покидают те города, территория становится безлюдной, особенно за Уралом (Сибирь и Дальний Восток), которые кому, извините, достанутся?

И это все так или иначе власть сама стимулирует, возможно, не понимая этого. А я приведу примеры того, что нет понимания на самых высоких уровнях, на простом примере. Вот цифра, которая сегодня прозвучала и которая звучит очень часто – «Нужно к 2024 году строить по 120 миллионов квадратных метров жилья ежегодно». Смотрим.

Во-первых, эта цифра сразу или подспудно так или иначе… Это стимулируется строительство именно в крупных городах. Называют 12 крупнейших городов, где должны быть построены так называемые агломерации, то есть крупный областной центр и вокруг него связка городов. Повторяю, промышленность не развивается абсолютно нигде. А население стягивают в эти города. Что за этим следует? Вот, на мой взгляд, специалиста, очевидная совершенно вещь. Бюджетная территория, поскольку численность населения у нас, извините, не растет, а в прошлом году даже пошла на спад. Мы с огромной нашей территории, страны стягиваем население в крупные города. Работы там нет. А экологические и транспортные проблемы есть. При этом жилье, которое строится, сводится к размерам даже меньше, чем были так называемые хрущевки, которые сейчас сносят. Потому что строят те же самые квартиры плюс строят так называемые апартаменты, где площадь 30 квадратных метров. И за этим стоят только цифры.

Если гнаться за голыми цифрами, то, во-первых, мы теряем миллионы квадратных метров в малых и средних городах, в деревне. По подсчетам, там примерно 60 миллионов в год будет брошено жилья. А мы 120 миллионов в год будем строить в крупных городах.

Александр Денисов: Так вот, возвращаясь. Может быть, нам дорогу построить в малом городе у звонившей зрительницы, чем тут мы будем? Все равно мы не решим проблему.

Юрий Эхин: Нет, в Москве строить дороги надо. Но другое дело, что нужно говорить, что нельзя постоянно развивать крупные города, невозможно это делать. А там, в малых и средних городах, нужно строить и дороги, и благоустройство, и самое главное – развивать промышленность. Потому что только таким образом развиваются города. Посмотрим, например, Китай – как там развиваются города и почему расширяются крупнейшие агломерации? Сначала развивается промышленность, потом люди приезжают из сел. И таким образом строится для них жилье и все остальное. Это естественный способ развития городов. У нас все наоборот. Во-первых, промышленности нет, а людей стягивают. Зачем? Мы с вами создаем проблемы, которые невозможно будет решить, но мы стоим перед угрозой потери территории страны. Вот, как стоит вопрос.

Анастасия Урнова: Давайте выслушаем еще один вопрос от нашего зрителя. Анатолий из Оренбурга до нас дозвонился. Анатолий, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу сказать, что у нас идет строительство… Дети уже школу кончили, школу построили 2 года назад. У нас сначала все обещают, а потом ничего нету. Во-вторых, построили микрорайон, место есть, и сразу строят между домой еще дома. Потом детских площадок делать негде. У нас такой район… Народ встал. Они говорят: «Действительно, мало места. Взяли… мы 12 поставим». А место-то заняли. Во-вторых, очень много строят офисных зданий. Везде офисные здания. А они непотребны. Их приглашают, а их никто не берет. И офисные здания строят около дороги, а к ним подъехать практически невозможно.

Во-вторых, у нас сейчас большая проблема в городе идет. У нас дачные участки, люди живут на дачах. Там идет высоковольтная электропередача. Эти дачи строились в начале 1960-х годов. Сейчас их всех заставляют… снести, потому что нельзя жить около электропроводов. А я задавал вопрос: «Когда строили электропровода, о чем они думали? Почему сейчас виноват народ? Почему у нас везде народ виноват?»

Не народ бежит в город. А нужда его заставляет идти в город. В деревнях народу нету. 2-3 человека остается.

Анастасия Урнова: Спасибо вам большое. У нас очень мало времени остается. Поэтому хочется спросить. Юрий Брониславович, конечно, ситуация печальная. Но, может быть, есть какой-то пример строительства, который можно взять на вооружение, где-то все-таки как раз есть надежда, что будет соответствовать и застройка, и развитие промышленности. Вот вы имеете такие примеры на своем опыте?

Александр Денисов: Может быть, что-то построили?

Анастасия Урнова: Нет. Я, идя на передачу, был готов назвать пример Казани. Во-первых, звонок был из Казани, где человек совершенно четко сказал, что ничего не строят – ни детские сады, ни школы, и так далее. На мой взгляд, в России таких примеров нет. И, к сожалению, на мой взгляд, не будет в ближайшее время точно. Потому что эта самая задача, которая ставится на самых высоких уровнях – строительство 120 миллионов квадратных метров… Во-первых, такая вещь.

Я сразу, как эта цифра прозвучала, она же прозвучала в связке с другой цифрой: «Нужно обеспечить минимум 5 миллионов семей жильем в год». Я сразу делю одно на другое. Получается 24 квадратных метра на семью. Средняя семья у нас в России 3,2 человека. То есть по 7,5 квадратных метра на человека. У нас сейчас, извините, социальная норма – 18 квадратных метров на человека. Это каким образом увязаны эти цифры? А звучат они на самых высоких уровнях. Они записаны в национальных проектах. Это звучит в послании президента Федеральному Собранию. Я не понимаю как специалист, откуда берутся эти цифры и как они собираются решать эту проблему.

Анастасия Урнова: А есть ли у вас свое решение этой проблемы?

Юрий Эхин: Есть. Но это не сейчас. У нас осталось 5 минут эфира. Дело в том, что можно действительно строить 120 миллионов квадратных метров жилья, но это должно быть строительство не в крупных городах и не индустриальное жилье. Возьмем хотя бы пример середины 1950-х годов, когда был пик жилищного строительства. Мы все время ссылаемся – Хрущев, решили жилищную проблему, расселили подвалы, бараки и сараи. Но тогда большая часть жилья строилась не в городах, а в деревнях, извините. То есть сельским жителям выдавали право рубить лес бесплатно. И помогали техникой, стройматериалами, для того чтобы они строили жилье.

Вот каким образом можно решить жилищную проблему и достигнуть этой цифры 120 миллионов квадратных метров в год, не уничтожая промышленность и не приводя к обезлюживанию территорий.

Александр Денисов: Короткий вопрос. Меня испугало ваше высказывание – угроза потери территории страны. Что имели в виду?

Юрий Эхин: Я имею в виду, что если посмотреть на демографическую карту России, то мы увидим подобие головастика, как специалисты это называют, когда голова находится в Москве и вокруг Москвы в европейской части, в том числе южнее Краснодар, а длинный тонкий хвост тянется вдоль всей территории за Урал на Дальний Восток. И вот если те районы за Уралом и Дальним Востоком еще убить или привести к депопуляции за счет так называемой урбанизации, стягивания населения в крупные города, эти территории невозможно будет защитить даже с помощью современной российской армии и современных вооружений. Это для специалистов совершенно ясная взаимозависимость. Если люди не живут на территории, то эта территория рано или поздно (скорее рано, чем поздно в нашем случае) будет потеряна.

Александр Денисов: Телезрители нам тоже пишут. Активно обсуждают тему.

Анастасия Урнова: Пишут очень много вопросов: «Что делать? Купили. Обещали построить школу, обещали построить детский сад». Может быть, можно дать какой-то совет, как обратиться. Может быть, есть какие-то полномочия у жителей, которые приобретают квартиру, все-таки настоять на том, чтобы обещанная инфраструктура появилась?

Александр Денисов: Настаивать единственным способом – писать петиции, обращаться, какие-то акции проводить. Других способов не существует. Я внимательно прочитал национальный проект, вот это жилье «Городская среда», вернее, его паспорт, поскольку проект в нашем градостроительном смысле не существует. Есть так называемый паспорт этого нацпроекта. Так вот, там совершенно четко написано, что несмотря на то, что цели строительства дорог в городах пишутся каждый год… Например, в 2017 году на дороги в городах не было выделено из федеральных бюджетов вообще ничего. При этом педалируется сотнями миллионов квадратных метров строительство жилья. Власти сами, понимая, не понимая… Например, в Министерстве строительства и ЖКХ нет градостроителей. В правительстве вообще нет градостроителей.

Больше того, градостроители выжимаются из всех региональных правительств. Прекрасный пример, который мы видели недавно – когда одновременно президент Путин проводит вроде обсуждение способов реализации нацпроекта «Жилье» и одновременно крутится картинка о том, что в городе Ростов-на-Дону арестовали главного архитектора области и главного архитектора города.

Александр Денисов: Недавно совсем это было.

Юрий Эхин: И это постоянно. Идет картинка, выступает президент, и идет «архитектор виноват». Мы стали разбираться, в чем дело. Оказывается, там были виноваты 66 человек как минимум. Показали только архитекторов. Дальше. У главного архитектора города и области сейчас нет полномочий руководить архитектурным строительным контролем. Раньше был надзор. И таким образом те минусы, которые приводили даже на экране, их невозможно вменить в вину главным архитекторам городов и области.

Александр Денисов: Вы знаете, Юрий Брониславович, тема интересная, запутанная. К сожалению, времени у нас мало. Спасибо, что пришли. Мы выяснили, что градостроительная политика России может привести к угрозе потери территории страны. Мы обсуждали с Юрием Брониславовичем Эхиным, экспертом по жилищной политике, членом Союза архитекторов России. Спасибо вам.

Анастасия Урнова: Спасибо большое.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (2)
Эгон Ольсен
Очевидно, что политика властей является сознательным вредительством, где геноцид жителей крупных городов успешно сочетается с подрывом национальной безопасности всей страны. Нельзя допускать дилетантов или резидентов к управлению государством.
Леонид
В продолжении темы и в точном соответствии с этой передачей, приглашаю Вас приехать к нам в район Москвы и взять интервью у жителей зеленого двора, в котором власти города собираются выстроить 25-этажный дом-монстр. Готовы дать уточнения и договориться о встрече. Контактный телефон 8-916-572-42-58. Леонид.

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео