Юрий Кобзев: Либо мы самоизолируемся и прервём передачу вируса от человека к человеку, либо через 10 дней получим вспышку

Юрий Кобзев: Либо мы самоизолируемся и прервём передачу вируса от человека к человеку, либо через 10 дней получим вспышку | Программы | ОТР

самоизоляция, карантин, нерабочая неделя, эпидемия, вспышка

2020-03-30T19:11:00+03:00
Юрий Кобзев: Либо мы самоизолируемся и прервём передачу вируса от человека к человеку, либо через 10 дней получим вспышку
Льготы: все в одно окно
На селе денег нет
Источник доходов один – кладбище… СЮЖЕТ
ТЕМА ДНЯ: Пандемия лишила доходов
Автомобиль становится роскошью
Пенсии для работающих: какой будет индексация?
Что нового? Хабаровск, Уфа, Волгоград
Бизнес после пандемии. Как подготовиться к пенсии. Долги за «коммуналку». Отпуск-2021
Гольфстрим стал очень медленным
Инвестпортфель на старость
Гости
Юрий Кобзев
член комитета Государственной Думы по охране здоровья

Оксана Галькевич: О чем может быть наша первая тема на этой неделе? «Оставайтесь дома!» – это сейчас из каждого телевизора, из каждой радиоточки звучит. Об этом просил президент. Неделя эта объявлена нерабочей. Просим и мы вас, уважаемые телезрители, повторяем вслед за президентом и всеми-всеми-всеми, кто об этом говорит: неделя нерабочая не для прогулок, а именно для того, чтобы максимально сократить передвижения ваши по городу, населенному пункту и ваши социальные контракты… контакты.

Константин Чуриков: Контакты. И контракты, возможно, тоже. Оксана, оговорка-то правдивая. Ну и самое главное – остановить распространение этого коварного и опасного вируса. Но, конечно, просьб, очевидно, уже недостаточно. Чуть позже пока покажем, как провела выходные наша столица. А пока лишь скажем, что по итогам этих выходных в Москве объявлены уже более строгие правила карантина. Ну а следом к самоизоляции стали уже переходить и другие субъекты федерации. Они сейчас будут перед вами на экране. Кстати, этот список постоянно пополняется.

Оксана Галькевич: Там есть, кстати, список регионов, которые перешли к этим новым правилам, и тех, которые собираются вводить. Где-то строже, где-то проще – всюду по-разному. Правила зависят от конкретного региона. Вот Чечня, например: там ограничен въезд тех, кто не живет в этом регионе, то есть официально не прописан. Получается так. Из Ленинградской области буквально перед нашим выпуском пришли новости о том, что там запретили передвижение между населенными пунктами, муниципальными образованиями. Выезжать за пределы можно только в том случае, если вам нужно на работу. Но на этот случай необходима справка от работодателя. Новая реальность.

Константин Чуриков: Ну да. Мы тоже сегодня вышли из дома, правда, в очень ограниченном составе. Эфир обеспечиваем усеченными силами нашей ударной бригады режиссеров, редакторов и ведущих.

Оксана Галькевич: Ну, еще операторов ты забыл, Константин. Без них никуда все-таки.

Константин Чуриков: Еще операторы, конечно. Всем операторам привет!

Вот сегодня, сейчас хотим спросить вас, уважаемые зрители: вы сегодня выходили из дома? Пожалуйста, отвечайте «да» или «нет» – 5445. В конце этой получасовки подведем итоги. Естественно, все сообщения анонимные, мы никому не скажем, если что.

Оксана Галькевич: Абсолютно, да. Ну, мы только скажем, кто у нас в студии сегодня. Это человек, который по уважительной причине к нам в эфир приехал, вышел из дома. Депутат, член Комитета Государственной Думы Российской Федерации по охране здоровья Юрий Кобзев. Здравствуйте, Юрий Викторович.

Юрий Кобзев: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте. Юрий Викторович, и все-таки действительно ли эта карантинизация, самоизоляция людей, закрытие, как в Ленинградской области, перемещения между различными населенными пунктами одного региона, между какими-то районами поможет избежать всплеска эпидемии?

Юрий Кобзев: Ну, я считаю – да. Потому что, с точки зрения эпидемиологии, это тот самый шанс, который сейчас у нас есть. И как мы консолидированно, вместе вся страна поступит… Мы либо самоизолируемся и выдержим этот карантин – и прорвем тогда случаи передачи от одного человека к другому. Либо как показывали в эфирах центральных каналов, когда люди на выходных организованными группами выходили на природу и совершенно несамоизолированно себя вели. Тогда идет передача вируса, запускается новый этап его латентного развития. Соответственно, через десять дней мы можем получить вспышку, если не будем соблюдать правила. У нас говорят, что правила эпидемиологии написаны кровью предыдущих эпидемий.

Оксана Галькевич: Юрий Викторович, кстати, по поводу прежних эпидемий. На самом деле это ведь не первый случай уже эпидемии, даже пандемия не первая. Тогда ведь справлялись каким-то образом без таких жестких карантинных мер. И в советское время были разные эпидемии: и холера бушевала, и были случаи дизентерии. Разное.

Юрий Кобзев: Ну что значит «справлялись»? Когда объявляется эпидемия и против нее… Ну, пандемия и эпидемия – это немножко разные вещи.

Оксана Галькевич: Конечно, разные.

Юрий Кобзев: …и против нее есть готовое средство, лекарство, то это одна история. Мы понимаем, что делать и как делать. Сейчас у нас с вами есть шанс просто прервать распространение вируса, чтобы он, скажем так, инактивировался в организме тех самых молодых и здоровых, а не перешел на наших родителей, на стариков. А для них он действительно очень часто оказывается фатальным. Поэтому он, попадая в наш организм… Кто-то с ним справляется, и это все проходит без последствий. А кому-то приходится очень тяжело. Наша с вами задача – исключить этот путь передачи.

Оксана Галькевич: На самом деле, по последним данным, в группе риска уже не только пожилые люди, не только те, кому за 65.

Константин Чуриков: В Москве уже все больше молодых, до 40 лет.

Оксана Галькевич: На самом деле достаточно большой процент, уважаемые телезрители, людей среднего возраста, так скажем. Да, это правда.

Юрий Кобзев: Этому есть объяснение. Потому что никто не отменял правило: однократный контакт приводит к одному… А если ты находишься в очаге, как врачи, молодые врачи в Италии. Они ведь из-за чего? Потому что они постоянно находились… Ну, вообще медицинские работники – это группа риска. Они постоянно находятся в огромном количестве вирусов.

Поэтому призываю всех. У нас не очень много врачей. Берегите себя и берегите тех, кто стоит на страже вашего здоровья.

Константин Чуриков: Я напомню нашим зрителям, что сегодня премьер Мишустин призвал все остальные регионы распространить подобный опыт, как в Москве, как в Подмосковье, и тоже ввести некую полную самоизоляцию всех граждан, независимо от возраста.

Давайте сейчас с помощью наших региональных коллег-корреспондентов узнаем, что творится в регионах. У нас сейчас на связи из Челябинска Татьяна Авдеева, из Краснодара – Ирина Коваленко, а из Петербурга – Александр Чиженок. Коллеги, здравствуйте, добрый вечер, если вы нас слышите.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, коллеги.

Константин Чуриков: Здравствуйте! Ирина, давайте начнем с вас. В Краснодаре какие меры принимают региональные власти?

Ирина Коваленко: У нас закрыты все торгово-развлекательные центры, кафе, рестораны, гостиницы. И с завтрашнего дня будут закрыты парки, скверы.

Оксана Галькевич: Ирина, я в социальных сетях смотрела, ну, видела много комментариев от жителей вашего региона. Они, так скажем, озабочены, озадачены и недовольны тем, что в эти нерабочие выходные дни к вам ринулись москвичи и жители других регионов, которые решили, что это как раз то самое время, когда можно хорошо провести несколько дней рядом с морем. Как вообще они размещаются? Где? Гостиницы работают, какие-то развлекательные точки инфраструктуры туристической?

Ирина Коваленко: Да, действительно, приток такой был. Говорили о том, что спрос повысился на 30%. Из-за этого и закрыли все отели на побережье. Те, кто забронировал заранее и жил уже в отелях, те могут закончить свое пребывание. А остальные… Да, бронь остановлена, новых не заселяют.

Оксана Галькевич: То есть выселять никого не выселяли, но и заселять не заселяли?

Ирина Коваленко: В Сочи был прецедент, что начали выселять из отелей людей. Но, насколько я знаю, это остановилось и дали людям дожить.

Константин Чуриков: Да, спасибо. Это Ирина Коваленко из Краснодара.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Далее – Татьяна Авдеева. Татьяна, здравствуйте. Сколько сейчас, на данный момент на Южном Урале, в Челябинской области заболевших? Какие меры власти предпринимают?

Татьяна Авдеева: По Челябинской вместе с жителями города и области – 21 человек считается зараженным. Но сегодня пришла последняя информация о том, что 12 из них все-таки оказались здоровыми. Они были, естественно, на карантине. Последние данные, анализы подтвердили, что эти люди здоровы. Но пока их не выписали.

Вообще, в принципе, те, кто находятся сейчас под подозрением и лечением, в любом случае проходит заболевание довольно-таки легко, у некоторых даже почти бессимптомно.

Константин Чуриков: Очень хорошо, слава богу. Татьяна, вот сейчас президент дал полпредам поручение – скажем так, к полной готовности привести медучреждения. Что со стационарами в Челябинской области? Койко-мест хватает?

Татьяна Авдеева: Койко-мест, конечно, хватает. В Челябинске вообще прекрасно развита медицина, медицинское обслуживание. Я могу сказать, что в одном районе города городскую больницу полностью перепрофилируют под обсерваторию… под обсервацию, извините, под общежитие для медицинских работников. Но пока это только готовится, пока такой необходимости нет. Просто власти города пытаются сыграть на опережение и как-то подстраховаться.

Константин Чуриков: Хорошо, спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо. Ну а сейчас у нас на связи Санкт-Петербург, Александр Чиженок. На самом деле мы часто говорим о том, что в эпицентре, так скажем, наибольшую опасность представляет Москва, наверное, как крупный логистический центр. Но Петербург – тоже крупный такой узел. Александр, вы знаете, мы сегодня видели сообщения на информационных лентах о том, что соседний регион – Ленинградская область – уже предпринимает достаточно решительные шаги, ограничено движение между населенными пунктами. А Северная столица что предпринимает, что делает?

Александр Чиженок: Ну, у нас ситуация чуть менее напряженная, чем в Москве, и такого жесткого карантина, как в Москве и в Ленинградской области, не объявлено, во всяком случае пока. Признаюсь, я сегодня, но исключительно по вашему заданию, все-таки нарушил самоизоляцию и поехал в город, чтобы снять и показать зрителям ОТР, как выглядит Петербург в этом режиме.

Картина непривычная. Центр города опустел, но не абсолютно. То есть ощущение такое, как ранним воскресным летним утром. Ну, единственное, что немножко похолоднее. То есть на целый квартал два-три пешехода на Невском. Магазины всей в центре действительно закрыты. Я имею в виду, что закрыты магазины непродовольственные и не аптеки. На каждом висит объявление, на магазинах, на кафе. Пожалуй, самое креативное объявление на Гостином дворе – там написано: «Впервые за 235 лет нас закрыли». Знаменитая кондитерская «Север» объявляет, что в эти дни они работают в режиме магазина. То есть пирожные купил – и иди домой пить кофе. Вот примерно так.

Оксана Галькевич: Александр, у меня к вам вопрос в том числе и как крупной туристической точке нашей страны. У вас поток не меньше, чем в Краснодар. Вот мы разговаривали с коллегой только что оттуда, с Ириной Коваленко. Как у вас с заселением? Мы же знаем, что очень многие на самом деле тоже любят в нерабочие дни, в выходные отправиться в Петербург. Как с этим?

Александр Чиженок: Туристов на улице практически не видно. Это уже последние недели, скажем так. Очень страдают продавцы сувениров. Магазины, которые продавали янтарь китайским туристам, у них вообще катастрофа. Там скидки 90%, но никто туда уже не заходил.

Что меня сегодня порадовало? Наконец исчезли с улицы вот эти аниматоры – ростовые куклы, разные люди, переодетые в царей и цариц, раскрашенные красками.

Константин Чуриков: Понятно.

Александр Чиженок: Еще буквально позавчера я видел, как они приставали с обнимашками к прохожим, хотя это были уже явно не туристы, или с предложениями сфотографироваться. Я не знаю, сами они это решили или все-таки им как-то подсказали, что надо…

Оксана Галькевич: Социальное дистанцирование, в том числе и для всех этих аниматоров. В первую очередь сейчас об этом надо думать.

Константин Чуриков: Да. Уважаемые коллеги – Александр, Татьяна и Ирина, – будем надеяться, что все это ненадолго, но в любом случае будем следовать правилам. Спасибо большое. Татьяна Авдеева, Ирина Коваленко, Александр Чиженок.

Юрий Викторович, тем временем поступает очень много сообщений на портал. Значит, тут нам пишут, что вообще… Вот смотрите, зритель Яков пишет: «Конечно, выходил, – имеется в виду, что сегодня на улицу. – Если мне потребуется, буду еще выходить, чтобы купить продукты, сходить в банк и даже прогуляться, чтобы дать физическую нагрузку». Вот он пишет, что эти решения считает незаконными. «Что толку от изоляции, – пишет Архангельская область, – если нет лекарства от вируса?» Что вы ответите нашим некоторым зрителям?

Юрий Кобзев: Начнем со второго вопроса: «Что толку от изоляции, если нет лекарства от вируса?» Это единственный момент, который может прервать развитие эпидемии на территории Российской Федерации. Плюс соответствующие меры гигиены. Они все перечислены на портале стопкоронавирус.рф.

По поводу первого высказывания. Ну, это неответственное заявление. Многие выбегают на пробежки. Понимаете, когда вирус себя проявляет и человек уже болен, он уже до этого несколько дней выделяет его во внешнюю среду. Поэтому если ваш партнер по бегу пробежал рядом с вами и чихнул, а вы на глубоком вдохе получили данный инфекционный агент, и он сразу попал глубоко в легкие – ну, ваши шансы получить более тяжелое течение данной инфекции увеличиваются.

За преднамеренное нарушение карантина ответственности нет. Но он глубоко заблуждается, потому что у нас есть и постановление главного государственного санитарного врача, и я уверен, что завтра в первом чтении Государственная Дума все-таки примет закон, ну, законопроект об ужесточении мер.

У нас по карантину (а он прописан в законе о санэпидблагополучии населения), действительно, ответственности в настоящий момент нет. Но там есть ответственность по другим, скажем так, преднамеренным действиям, когда всеми методами доведена информация об опасности твоих деяний, а ты все равно совершаешь такие деяния. Ну, с завтрашнего дня, думаю, появится строка уже в законе о таких действиях.

Оксана Галькевич: Но этот закон можно будет применить только уже после его принятия к тем, кто нарушит закон после принятия закона, потому что обратной силы он не имеет. Я правильно понимаю?

Юрий Кобзев: Да, совершенно верно.

Оксана Галькевич: Чтобы люди собрались и сделали выводы.

Юрий Кобзев: Но и в настоящий момент можно сделать… Уже есть судебные прецеденты, когда к людям, преднамеренно нарушившим карантин, применяются меры. Мы можем сделать очень просто и насильно – поместить их в инфекционный стационар. Выбирайте: либо дома…

Оксана Галькевич: Нет, ну слушайте, это уже прямо пытка какая-то.

Юрий Кобзев: Это законно.

Оксана Галькевич: Зачем здорового человека?

Юрий Кобзев: Стоп! Это законно. Уже изменения внесены в постановление. Коронавирус внесен в список, в перечень особо опасных инфекций. Пожалуйста. Это законно. Если ты извещен и нарушил режим карантина, то тебя могут поместить в инфекционный стационар и спокойно обеспечить там пребывание.

Оксана Галькевич: Краснодарский край. Давайте выслушаем наших зрителей. Виктор, здравствуйте.

Зритель: Алло. Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Говорите, пожалуйста.

Зритель: Алло. Девочки, подскажите, пожалуйста…

Константин Чуриков: Тут вообще мальчиков больше в студии. Ну ладно. Оксана будет за девочек.

Зритель: Вы извините меня. Вот вступил закон, чтобы все магазины были непродовольственные закрыты. Сегодня проехал по Тимашевску – все магазины открыты, «Мастер», «Кредо». То есть им наплевать на все. Почему такое халатное отношение?

Константин Чуриков: Подождите. А чем торгуют эти магазины?

Зритель: Ну, магазин «Мастер» – бытовая техника. Магазин «Кредо» – линолеум. И тому подобное.

Оксана Галькевич: Это разрешено?

Юрий Кобзев: Сейчас я отвечу.

Зритель: То есть непродовольственные магазины все работают.

Константин Чуриков: Да, спасибо за сигнал, Виктор.

Как прокомментируйте?

Оксана Галькевич: Виктор, есть у нашего гостя объяснение по некоторым моментам.

Юрий Кобзев: Есть перечень, который установлен Правительством Российской Федерации, называется «Перечень товаров первой необходимости». Туда попадают не только продукты, лекарства, средства гигиены, но туда в том числе попадают электролампочки, бытовые приборы, свечи. И если данные товарные группы находятся в реализации в этих магазинах, то они имеют право держать открытыми эти отделы. Сами понимаете, если у вас что-то сломалось, а частники чаще всего… Тимашевск – город больше частных домов. Мы с вами соседи, Ростовская область. Соответственно, вам необходимо это восстанавливать. Это мера вашего жизнеобеспечения, жизнедеятельности. Поэтому все, что в этом перечне, можно продавать.

Константин Чуриков: Еще звонок Александра из Твери. Александр, здравствуйте. Что у вас? Какие наблюдения? Какие, может быть, вопросы?

Оксана Галькевич: Кстати, Виктор из Краснодарского края выходил.

Зритель: У нас, казалось бы, выходная неделя, но нас на производстве заставляют выходить на работу. Никакого приказа о том, что по приказу мы работаем на заводе, нет, однако нас заставляют выходить на работу.

Константин Чуриков: А что производит ваш завод, простите?

Зритель: Наш завод производит в основном синтетическую нитку. Но есть и другая работа, тоже связанная с производством.

Константин Чуриков: Видимо, какая-то секретная продукция.

Зритель: Алло!

Оксана Галькевич: Да, мы слышим вас.

Юрий Викторович, может быть, эти производства тоже в перечне?

Зритель: Есть некоторые товары, которые нежелательно афишировать.

Константин Чуриков: Вот видите? Вы сами и ответили на ваш вопрос.

Оксана Галькевич: Секретные.

Константин Чуриков: Ведь это касается как раз таки стратегически важных отраслей, это касается непрерывных производств. Видимо, вопрос снимается.

Юрий Кобзев: Конечно.

Оксана Галькевич: Очень много у нас сообщений на SMS-портале. Саратовская область пишет: «Масок в аптеках нет, перчаток нет. Маски продают в продуктовых сетевых магазинах по 40 рублей за штуку». Друзья из Саратовской области, да это за счастье! Сегодня коллеги в Москве покупали – 690 стоит маска. Правда, многоразовая, но тем не менее.

Кировская область: «Надо жестче с теми, кто нарушает закон. Они не включают голову». «А почему ведущие ближе двух метров?» Так, отодвинься от меня, Константин, пожалуйста!

Константин Чуриков: Это требования размещения в студии.

Оксана Галькевич: Обрадовался Краснодарский край, что отдых у них с оплатой. Саха (Якутия): «Сидим дома с женой, наслаждается друг другом и тишиной».

Константин Чуриков: Вот так и надо, между прочим.

Юрий Викторович, по поводу масок – от 40 рублей, от 650. Вот как прокомментируете? Это вообще нормально? Здесь вроде бы уже есть право у Правительства вводить предельно допустимые цены на медизделия. Нет?

Юрий Кобзев: У губернаторов появляется право контролировать эти вопросы. Но мы еще в законе так детально это все не прописали. Он прошел в первом чтении и еще не подписан президентом.

Конечно, это вопрос морали и этики. Но если нам завысили цену международные поставщики, то нам на будущее надо задуматься, что производство этих тканей было на территории Российской Федерации, производство бактерицидной лампы было на территории Российской Федерации. Никакое ВТО нам тут не поможет, к сожалению.

Оксана Галькевич: Ну, пандемия на самом деле, я так понимаю, перенастроит этот фокус, да?

Юрий Кобзев: Хотелось бы верить.

Оксана Галькевич: Мы будем концентрировать свое внимание… Кстати, как вы думаете – импортозамещение ускорится в связи с этим?

Юрий Кобзев: Хотелось бы верить. Потому что в данном случае импортозамещение – это, как оказалось, элемент стратегической безопасности. Я уверен, что новое Правительство пересмотрит свои позиции в отношении определенных товарных групп.

Оксана Галькевич: Юрий Викторович, любите вопрос на засыпку?

Юрий Кобзев: Давайте.

Оксана Галькевич: Как будет, собственно говоря, соблюдаться, проверяться соблюдение карантина? Вот нам люди пишут: «А у меня, допустим, ксива прапорщика спецназа. И что? Кто мне что запретит?»

Константин Чуриков: Кстати, да.

Оксана Галькевич: Так и написал, кстати, друзья.

Юрий Кобзев: Если прапорщик спецназа не участвует в спецоперации… Объявлен на территории режим повышенной готовности. В рамках режиме уже объявлен карантин, выход запрещен для всех. И ксива ему в настоящий момент не поможет, потому что на эту ксиву есть прокурор. А прокурору всех субъектов уже получили особое распоряжение по соблюдению правил карантина.

Константин Чуриков: По поводу ксив, прокуроров, законов, ужесточений. Давайте сейчас посмотрим сюжет о том, как наша столица провела эти выходные.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Юрий Викторович, как все-таки медик, специалист (вы же врач) скажите, а сколько вообще нужно сидеть дома? На какой срок должны эти меры быть продлены, чтобы они подействовали?

Оксана Галькевич: Ты намекаешь – к чему нам готовиться?

Константин Чуриков: Да.

Юрий Кобзев: Ну, вообще глобально должно быть две недели. После того как мы закрылись, за десять дней в среднем пройдет инкубационный период. Все контакты мы должны проверить. И по распоряжению главного госсанэпидврача через десять дней мы проверяем контакты. Если результат отрицательный, то еще четыре дня на всякое. И можно сказать с вероятностью 99%, что в данной группе прервалось развитие данного вируса.

Оксана Галькевич: А может быть так, что у этого вируса, допустим, иной инкубационный период?

Юрий Кобзев: Да может быть все что угодно, потому что… Ну, мы говорим о популяционных вещах. Понимаете, если, не дай господь, полыхнет столица нашей Родины, где проживает огромное количество людей, то все остальные истории нам покажутся…

Оксана Галькевич: Понятно, ерундой покажутся. Юрий Викторович, скажите, раз уж вы возглавляете… вы член Комитета по охране здоровья в Государственной Думе… Я вижу, что у вас на руке такой приборчик – шагомер. Сейчас очень распространенный, да? Мы многие сейчас используем для того, чтобы как раз какую-то двигательную активность поддерживать, чтобы как-то здоровье свое в нормальном состоянии поддерживать. Что делать? Люди оказываются запертыми в четырех стенах. Как не сойти с ума, не набрать лишние килограммы?

Юрий Кобзев: Вы знаете, работа по дому, если засечь ее по шагомеру, она дает такое количество шагов, что вы будете крайне удивлены, если займетесь просто домашней работой.

Константин Чуриков: Но это если квартира большая.

Юрий Кобзев: Ну, две комнаты, вот я живу в Москве. Меньше 10 тысяч не получается находить из комнаты в комнату, когда ты за каждый предметом… Ну, есть масса занятий. Извините, у нас страна сейчас стала буквально онлайн доступна, все музеи, все показы. В настоящий момент можно подключиться практически к любой культурной точке притяжения нашей страны, посмотреть экспозиции, музеи. Ну, у вас на это появляется время, которое вам еще, извините, государство…

Константин Чуриков: Посмотреть наконец на парк «Серебряный бор» дистанционно, как он там сейчас без людей.

Оксана Галькевич: И как другие несознательные граждане жарят шашлыки.

Юрий Кобзев: Без людей, да. Для меня было удивление сегодня, когда я с утра рано поехал на работу. Мы в настоящий момент готовимся к заседанию завтрашнему. И на Тверской я увидел только двух человек. За свою жизнь я такого не помню.

Константин Чуриков: Вот! Юрий Викторович, тем более что у нас и зрители очень сознательные. На наш вопрос «Выходили ли вы сегодня из дома?» ответили «нет» – 67%. То есть подавляющее большинство все-таки сидит дома.

Юрий Кобзев: Появляется надежда.

Константин Чуриков: Да, будем надеяться, что все будет хорошо. Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо. Будем надеяться. У нас в студии сегодня был Юрий Кобзев, депутат, член Комитета Государственной Думы по охране здоровье. Здоровья всем, друзья!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)