Юрий Шуваев: Органы лесного хозяйства должны решать вопросы обеспечения населения топливом вместе с Соцзащитой

Юрий Шуваев: Органы лесного хозяйства должны решать вопросы обеспечения населения топливом вместе с Соцзащитой
Что делать, если на первом этаже дома открыли магазин, бар или круглосуточный офис?
Александр Бражко: Роспотребнадзор практически самоустранился от контроля за содержимым и товарной этикеткой
Мать-одиночку из-за частых больничных перевели на работу за 130 км от дома. По её мнению, это принуждение к увольнению
«Собственность - это не только право, но и обязанности по ее содержанию». За сорняки будут отбирать землю
Безопасный загар - миф или реальность? Советы онколога. Что такое паспорт кожи и зачем он нужен
Онкология. Блокировка банковских счетов. Рынок подержанных авто. Бензин. Работа для подростков. Промышленная политика
Рак: каждый имеет право на бесплатное обследование, лечение и реабилитацию по ОМС в крупных центрах
Алексей Рощин: Ранний детский труд поможет. Потому что хорошее образование приобрести трудно, а вот навыки пойдут на пользу
Как производят вентиляционное оборудование и системы отопления на заводе в Бронницах
Бензин снова дорожает. Это несмотря на соглашение между правительством и нефтяными компаниями
Гости
Юрий Шуваев
заместитель председателя Комитета ТПП РФ по природопользованию и экологии

Тамара Шорникова: Ну а у нас новая тема. Пришел в лес, собрал валежник, заплатил штраф: такие сообщения приходят из разных регионов страны. По закону мы теперь можем собирать валежник в лесу (если хотим, конечно), но оказывается, не все, что там лежит, можно унести с собой. Поваленное дерево может оказаться сухостоем, за него как раз и могут оштрафовать.

Виталий Млечин: Прямо сейчас попробуем составить гид по лесу и разобраться, как обезопасить себя от незапланированных трат. Естественно, будем разбираться вместе, поэтому поучаствуйте в нашей программе, если вы этого до сих пор не сделали, позвоните нам или напишите, будем на конкретных ваших примерах тоже разбираться, что же можно, а чего нельзя.

Приветствуем нашего гостя – это Юрий Шуваев, заместитель председателя Комитета Торгово-промышленной палаты России по природопользованию и экологии. Юрий Петрович, здравствуйте.

Юрий Шуваев: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Давайте сразу попробуем разобраться. Правильный валежник, тот, который можно собирать и не получать за это штраф, – что это такое? Есть ли четкое определение?

Юрий Шуваев: Да. Валежник четко определен федеральным законодательством. Поправки закона №77 от 18 апреля 2018 года, внесли поправки в Лесной кодекс в статью 32-ю, где определили понятие, что такое валежник. Валежник – это то, что лежит на земле. Сломанное дерево, лежащее на земле, без рубки его, то есть без следов рубки, то есть не то, что срубили и положили, это будет уже считаться сортиментом и не относится к понятию валежника. Валежник также отнесен и к недревесным продуктам леса, такие как грибы, ягоды, это все в одной категории лесных даров, что ли, природы. Вот если говорить о понятии, то оно такое.

Конкретные правила правоприменения, порядок сбора – все регламентируется законодательством субъекта Российской Федерации. То есть невозможно ведь здесь с московских, как говорится, высот рассказать, как собирать, что собирать в Карелии или на Дальнем Востоке, на Урале или в Алтае.

Виталий Млечин: А сколько сильно могут различаться правила в разных субъектах?

Тамара Шорникова: И главное чем?

Юрий Шуваев: В принципе они могут различаться только особыми условиями региона, а так они ничем не отличаются и не должны отличаться. Например, вот в Московской области в принципе подошли к тому, что, как записано в федеральном законодательстве, эти правила и сохранили: каждый имеет право собирать. Но при этом, еще раз повторюсь, не должно быть срублено дерево или собрано, валежник должен быть собран без механического воздействия.

Тамара Шорникова: То есть без пил, топоров.

Юрий Шуваев: Без пил, топор возможен, а вот без бензопил и так далее, машин, погрузка и так далее, все это должно… Ну вы можете мне возразить, сказать: ну а как же без этого сделать, как же поднять этот валежник, если не распилить? В данном случае это говорится, такое ограничение субъекты делают в том случае, если есть элементы хищения или будем говорить незаконного изъятия ресурса из леса. Потому что если я приехал с бензопилой на тракторе, взял одно дерево, которое лежит, второе дерево, которое растет, никто же не видит, а потом я должен доказать, что я не спилил, а вот взял срубленное дерево или ранее упавшее дерево и так далее… Вот здесь, для того чтобы было полное понимание этого вопроса, субъекты эти нюансы и расписывают у себя.

В Алтайском крае они прямо, четко написали, расписали, что можно, когда можно, круглогодично, в какое время можно, сколько можно и так далее. Но при этом, конечно, официально брать какое-то разрешение нет необходимости. Но уведомить органы лесного хозяйства о том, где же такой валежник есть, куда можно сходить, прежде чем идти в лес, можно прийти и спросить, уточнить, где этот валежник, где прошли вот эти неприятности и так далее.

Тамара Шорникова: Давайте про неприятности подробнее поговорим, а дальше уже правила начнем, так сказать, по порядку расписывать.

Юрий Шуваев: Пожалуйста.

Тамара Шорникова: Потому что у нас есть примеры из разных регионов, давайте посмотрим. В Бурятии, например, госинспекторы Агентства лесного хозяйства начали штрафовать тех, кто собирает валежник в неположенном месте. Они провели рейд по Заудинскому лесничеству и задержали двух нарушителей, местные жители собирали пни и остатки стволов деревьев там, где это делать запрещено. Как выяснилось, они не до конца поняли суть закона о сборе валежника, но их все равно ждут штрафы.

– Я не рубил, я собирал.

– Если собирали, статья «Кража», это уголовная статья.

– Нет, а для чего тогда закон этот выпустили? Я ничего не пойму.

– Закон какой?

– Ну какой? О сухостое, валежнике. Там же валежник один.

Тамара Шорникова: Инспекторы раздают памятки о том, где и как собирать валежник, иначе можно нарваться на наказание по трем статьям: сбор валежника могут расценить как мелкое хищение, кражу или самовольное использование лесов. Это грозит штрафом как минимум в 500 рублей.

Виталий Млечин: Ну и еще один пример на острове Юршинский, это в Рыбинском водохранилище, новые правила население восприняло неоднозначно. Остров небольшой, там живут 32 человека, в основном это те, кто давно перешагнул пенсионный возраст. Сбор валежника для них занятие трудное. Вот Людмиле Дмитриевне топить печку приходится дважды в день, по утрам температура в ее доме максимум плюс 10, но ходить и собирать сухие ветки хоть и бесплатно пенсионерка сама не готова.

Людмила Рябинина: Утром топишь и вечером топишь, иначе замерзнешь к лешему. И так вот на себя всего надеваю. Пускай создают бригады, пускай собирают, пилят, а мы купим эти дрова.

Виталий Млечин: Больше всего жителей расстраивает то, что собирать валежник с помощью специальных устройств запрещено, а по-другому им уже здоровье не позволяет.

Юрий Петрович, для чего так жестко прописали все эти правила? И самое главное, вот эта грань между тем, что можно делать и чего нельзя делать, оказалась все-таки размытой, потому что люди, как мы видим, попадаются. Может быть, как-то облегчить стоило бы этот процесс? Все-таки…

Тамара Шорникова: Потому что сердитых SMS очень много у нас: «Разрешили вроде бы, но опять ничего нельзя сделать».

Юрий Шуваев: В принципе в самом начале правового регулирования лесопользования в России, конечно, было много огрехов, я имею в виду когда принимали Лесной кодекс в 2007 году, тогда было много непонятного. Потом правоприменение, а будем говорить про практику лесопользования, подсказывает нам о том, что нужно некоторые вопросы регулировать. И именно с Алтайского края и с Республики Алтай стали поступать предложения о том, чтобы разрешить сбор этого валежника бесплатно без того процесса правового регулирования, который был, а именно без аренды участков леса, без разработки соответствующих концессионных предложений и так далее. Поэтому и подошли к этому – не для того чтобы навязать какие-то правила, какие-то ограничения для сбора, а наоборот, разъяснения. И российское законодательство дало только разрешение и направление.

Я уже повторюсь, скажу о том, что все вопросы решаются нормативными актами субъекта федерации. И вот здесь правильно говорят жители, особенно жители преклонного возраста, которые уже не в силах сами и правильно, и неправильно физически выполнить эту работу. Есть выход из этого положения, а именно вместе с органами соцзащиты, лесного хозяйства начинают рассматривать вопрос, как это сделать. Либо основной заготовитель, который работает на этом участке, его на определенных условиях с доплатой через соцзащиту обеспечивает топливом местное население, или же предприятие, допустим, какое-то на этой территории находится в ведении, населенный пункт, к которому приписан, будем так говорить, он тоже по определенной цене заготавливает дрова и так далее, – не валежник, а вообще производство дров.

И еще, уважаемые телезрители, хотел бы обратить внимание на то, что сейчас рассматривается вопрос, чтобы всем органам лесного хозяйства, районным лесничествам, участковым лесничествам разрешить возможность заготавливать древесину при проведении рубок ухода, при проведении санитарных мероприятий в лесу, а это сбор как раз вот этих захламленностей, валежников, буреломов, ветровалов, но профессионально, чтобы не пускать, не обременять людей на такие неприятности. Допустим, человек пошел с пилой в лес, начал рубить сухостой, а это, как правило, опасно, и получили летальный исход. Вот это чтобы делали профессионалы, разрешить им такое.

Но для этого нужно урегулировать вопрос в Лесном кодексе, чтобы восстановить лесную охрану, которая помогала тоже регулировать эти вопросы. Она сегодня есть, но она малочисленна. Сегодня эти вопросы рассматриваются и Министерством природных ресурсов, мы активное участие в этом принимаем тоже, рассматриваем эти вопросы у себя на заседаниях и поддерживаем этот вопрос, чтобы урегулировать те моменты, которые сегодня возникают у населения.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем телефонные звонки.

Виталий Млечин: Первым был Алексей из Екатеринбурга. Здравствуйте, Алексей.

Зритель: Здравствуйте-здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем.

Зритель: У меня такой вопрос. Вот раньше охотничьи общества занимались сбором валежника, это входило в их отработку, охотник, рыболов обязан отрабатывать какие-то там часы. Они занимались сбором. Можно сейчас это восстановить или как-то решить этот вопрос?

Тамара Шорникова: Этот вопрос вас почему интересует?

Зритель: Ну как почему интересует? Потому что…

Тамара Шорникова: Вы бы хотели принять участие? Или вы считаете, что лес в плачевном состоянии?

Зритель: В плачевном состоянии.

Тамара Шорникова: Хорошо, понятно, спасибо.

Виталий Млечин: Спасибо, Алексей.

Юрий Шуваев: Очень правильный вопрос, мы его частично затронули и полностью поддерживаем. Если при заключении договора аренды или при заключении договора на использование ресурсов, в данном случае биоохотничьих ресурсов, если он возьмет на себя право на заготовку древесины, официальное право, ему никто возражать не будет. Но пока инициативы мало идет, чтобы выполнять эти работы, хотя там, где были леспромхозы, там, где были предприятия, которые занимались заготовкой и переработкой древесины, там это вполне возможно, потому что остались еще люди, остались еще специалисты, которые могут этим делом заниматься. Совершенно невозможно рассчитывать на то, что если завтра придут у нас люди, особенно которые из других регионов, из других государств, и начнут готовить для нас дрова, на это рассчитывать, наверное, не приходится.

Виталий Млечин: Ирина из Самарской области ждет своей очереди. Ирина, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас, Ирина.

Зритель: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, говорите, пожалуйста.

Зритель: Да вот я хотела такой же вопрос задать, что валежник, сухостой нельзя спиливать. У нас в 2010 году погибла береза в лесу, почти вся погибла, но ее спиливать нельзя, а она когда сгниет и упадет, она даже на дрова негодна, потому что ее уже ни распилить, ни расколоть, ничего нельзя будет, она просто рассыпется в прах. По лесу (у нас село окружено лесом) пройти невозможно, за грибами пойти, там сухостой, и от этого пожары, леса горят. Сколько у нас уже лесов здесь погорело, но сухостой спиливать опять говорят, что нельзя. Зачем его держать до тех пор, пока он свалится?

Виталий Млечин: Понятно, вопрос понятен.

Тамара Шорникова: Спасибо. Важный вопрос.

Юрий Шуваев: Вы абсолютно правильно затронули вопрос. Был я в Самарской области, знаю хорошо этот регион. Нельзя спиливать… Понятие «нельзя спиливать»… Его можно спиливать, но должны спиливать профессионалы, потому что каждый пойдет и будет спиливать, он просто навредит себе. То есть он…

Виталий Млечин: Нет, ну люди же не совсем идиоты, все-таки если они пойдут спиливать, то они как-то подготовятся к этому обычно.

Юрий Шуваев: Хорошо, абсолютно правильно. Вот и я говорю: обращаются в лесное хозяйство и говорят, что будут выполнять работы по очистке лесов от захламленности, – пожалуйста, есть такой вид работы, можно его по договору, допустим… Никакой оплаты нет, но это все должно быть зафиксировано.

Тамара Шорникова: А они себе смогут этот лес забрать?

Юрий Шуваев: Конечно, конечно!

Тамара Шорникова: Или они должны будут отдать его куда-то, почистить и отдать?

Юрий Шуваев: Безусловно. Я это поясняю только лишь потому, в чем же разница? Когда мы говорим про сбор валежника, вот я захотел, допустим, утром проснулся и пошел в лес, собрал этот валежник, срубил что-то. Если срубил, мне скажут, что я нарушил, инспектор уже будет рассматривать этот вопрос. А если не срубил, так вот не нарушил. Так вот здесь срубить-то можно, нужно, но по тем правилам, которые сегодня установлены, то есть это должен быть заявительный принцип, декларированный принцип. Пожалуйста, никто запрещать не будет, но все это должно делаться под контролем.

Тамара Шорникова: Проще: к кому приходить, какие документы подавать?

Юрий Шуваев: В органы лесного хозяйства.

Тамара Шорникова: Что оформлять?

Юрий Шуваев: В органы лесного хозяйства, там заключается договор, это они уже подскажут. В принципе это делается во многих регионах без каких-то конкурсов, без каких-то таких процедур организационных, без аукционов, просто люди приходят и начинают проводить эту заготовку.

Еще один момент, на который мне в данном случае хотелось бы обратить внимание. Многие люди считают, что да, у нас здесь упали деревья, здесь у нас сухостой на этом участке, а нам не разрешают туда или не дай бог я пойду, мне говорят, сюда нельзя. Да, действительно, если этот участок передан в аренду арендатору и арендатор несет всю полноту ответственности за заготовку древесины, за восстановление леса, за расчистку, за выполнение всех противопожарных мероприятий, чтобы не было, и так далее, он за все несет, он за это платит деньги, он изымает ресурс, получает соответственно прибыль и так далее. Вот здесь момент такой, что на этих участках без согласия арендатора, конечно, невозможно собирать ни валежник, ни сухостой, и так далее, потому что он выполняет эти виды работ.

Виталий Млечин: А почему вообще идет об этом речь? Почему вообще нам надо регулировать, можно ли вынести валежник, сухостой из леса? Понятно, когда в промышленных масштабах идет заготовка, это одно, но когда человек приходит, спилил себе какое-то дерево и потом его сжег у себя в печке, чтобы обогреться, – почему нам нужно вообще это регулировать?

Юрий Шуваев: Значит, здесь два основных момента. Первый момент – это просто некоторое такое недопонимание, не входит в органы лесного хозяйства решать вопросы сегодня, по действующему законодательству они в принципе не занимаются хозяйственной деятельностью, не должны заниматься. А мы говорим, что этим надо заниматься, тогда они будут иметь право заниматься и решать эти вопросы, первое.

Второе. Вот выступали жительницы Самары, говорили о том, что нельзя рубить, как вот надо бы срубить, – все это можно, все это можно делать, но организованно, не просто хаотично.

Виталий Млечин: А почему, почему нельзя просто пойти в лес и срубить себе дерево, чтобы им топиться потом? Почему?

Юрий Шуваев: Я еще раз говорю: это можно, но не срубить, а собрать. А в понимании этого, значит, то, что лежит… Мне вот сегодня уже возразили, что то, что лежит, береза полежит, допустим, один год и ей топить уже не нужно.

Тамара Шорникова: Вот, смотрите, Вологодская область: «Валежник – это сырые гнилушки, которыми печку не натопишь».

Юрий Шуваев: Да.

Тамара Шорникова: Действительно так.

Юрий Шуваев: Да, совершенно верно. Более того, в Вологодской области, где очень много осиновых насаждений, она никому не нужна. Понимаете, она оставляется на лесосеках, мало кто ее забирает. Берите, пожалуйста, но люди не берут, потому что говорят, что осина не горит без керосина, такая поговорка в лесу.

Тамара Шорникова: Ну хорошо, в Вологде действительно, были недавно в командировке, сыро, болотистая местность и так далее.

Юрий Шуваев: Да-да.

Тамара Шорникова: Но получается, что действительно пока это дерево не начнет рассыпаться, его лучше не собирать, потому что штрафов не оберешься.

Юрий Шуваев: Нет-нет, почему? Вот все эти случаи, все эти будем так говорить вершинки и так далее, вот это все можно собирать без вопросов.

Тамара Шорникова: То есть с учебником ходить, вершинка, цепляется дерево корнями за землю или нет?

Юрий Шуваев: Нет-нет, это просто мы вот сегодня с вами говорим, может быть, не всем понятно, что такое вершинка, что такое комель, что такое сортимент и так далее. Это понятно, что это остатки от заготовительной деятельности, когда дерево срубили, деловую часть и дровяную часть забрали, часть оставили, вот и все. Все эти вершинки, сучья – это можно собирать без проблем. В отношении дров я сказал, что эта проблема существует и ее надо решать безотлагательно. Как решать, я тоже сказал: этим должны заниматься органы лесного хозяйства, органы соцзащиты, потому что здесь надо компенсационные какие-то затраты на бензин, на все это. Вот так это можно решить на уровне нормативных актов субъектов Российской Федерации.

Тамара Шорникова: Звонок от Константина, Архангельская область. Константин, у нас очень мало времени, емко, если можно.

Зритель: Да, здравствуйте. Короткий вопрос. У меня деревня находится рядом с Государственным резервным фондом, никакого леса в аренде рядом нет. Сухостой бог с ним, пилить, естественно, не будем, чтобы нас не поубивало. Имеется валежник, его вывернуло с корнем, не сплошь, а так, некоторые деревья лежат друг от друга на приличном расстоянии. Сейчас снег, то есть валежник, который уже упал, грубо говоря, полугнилой… Представляете, что такое глубокий снег? Его не видно просто.

Юрий Шуваев: Да-да.

Зритель: Взять можно то, что более-менее видно. Но если его нельзя пилить, рубить, вопрос: зачем тогда этот закон издавали? Зачем такая помпа была? Зачем его трясли таким образом?

Виталий Млечин: Понятно, спасибо большое.

Тамара Шорникова: Спасибо, понятен ваш вопрос. Как действительно вывозить?

Юрий Шуваев: Вот вывозить эти сортименты, будем так говорить, или же сваленные деревья. Конечно, их так никто не поднимет, их надо, конечно, раскряжевывать. Но здесь уведомительный характер: обратитесь в районное лесничество или участковое лесничество, пишете декларацию и решаете вопрос по изъятию этого ресурса.

Виталий Млечин: Понятно, спасибо большое.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Виталий Млечин: Константин, попробуйте сделать это, а потом позвоните и расскажите, нам очень интересно будет ваш опыт услышать.

У нас в гостях был заместитель председателя Комитета Торгово-промышленной палаты России по природопользованию и экологии Юрий Шуваев, мы беседовали о валежнике правильном и неправильном.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео