• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Юрий Свешников: На самом высшем уровне в нашей стране нужно договориться, у нас социально ориентированные тарифы или экономически обоснованные

Юрий Свешников: На самом высшем уровне в нашей стране нужно договориться, у нас социально ориентированные тарифы или экономически обоснованные

Гости
Юрий Свешников
президент Московского транспортного союза

Виталий Млечин: А теперь весьма серьезный вопрос: какой вид общественного транспорта самый опасный? Маршрутное такси – это результаты опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения, так ответил каждый второй респондент.

Тамара Шорникова: Если быть точным, то 47% россиян считают маршрутное такси самым опасным видом транспорта, причем среди москвичей и жителей Санкт-Петербурга эта доля выше, 59%. Оно и понятно: трафик больше, опаснее, и парк, конечно, существеннее. По мнению 31% респондентов, именно аварии по вине водителей являются основным таким страхом в маршрутке.

Виталий Млечин: Да, то есть водители не очень профессиональны и часто создают какие-то аварийные ситуации на дорогах, соответственно, опасность от них исходит, так считает 31% респондентов.

Тамара Шорникова: Интересно, что на втором месте по опасности несмотря на статистику реальных происшествий оказались самолеты, далее следуют междугородние автобусы.

Виталий Млечин: Кстати, да, почему самолеты оказались на втором месте, не очень понятно, ведь статистика говорит о том, что на самолете летать очень безопасно. Видимо, просто сказывается аэрофобия.

Ну и вот что касается популярности среди видов общественного транспорта. Маршрутки оказались на втором месте, на них в течение последнего года ездили 63% россиян. На городских автобусах, троллейбусах и трамваях, судя по результатам опроса, ездит чуть-чуть побольше наших сограждан, более 70%.

Так заслуженно ли мы считаем маршрутки самым опасным видом общественного транспорта? Естественно, ждем вашего мнения, можете нам написать или позвонить в нашу студию, обсудим. Ну и этот же вопрос адресуем нашему гостю, президенту Московского транспортного союза Юрию Свешникову, – Юрий Юрьевич, здравствуйте.

Юрий Свешников: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Вы согласны с этим мнением? Маршрутка – это самый опасный вид транспорта?

Юрий Свешников: Давайте я развею сразу все те посылы, с которых мы начали сегодня. Во-первых, такого вида, как маршрутное такси, уже лет 10 как в транспортном законодательстве Российской Федерации не существует.

Виталий Млечин: Ну мы как-то по старинке это назвали.

Юрий Свешников: Это жаргон, поэтому давайте называть так, как называют…

Тамара Шорникова: Маршрутный автобус?

Юрий Свешников: Нет, давайте так: у нас все транспортные средства, которые оборудованы для перевозки более 8 пассажиров, называются автобусами. Это может быть и «Газель», это может быть 18-метровый сочлененный, это все равно автобусы.

Тамара Шорникова: То есть бюрократическим языком оно, конечно же, чиновникам удобнее разговаривать, просто…

Юрий Свешников: Нет, когда вы говорите про городской автобус и маршрутку, вы такой как бы барьер ставите, что вот это одно, а вот это другое. А что такое маршрутка?

Тамара Шорникова: Потому что зачастую это так.

Юрий Свешников: Вот маршрутка в вашем понимании есть что?

Тамара Шорникова: Маршрутка – это, знаете, такого желтого или синего цвета…

Юрий Свешников: А если зеленого, это не маршрутка?

Виталий Млечин: Вот, собственно, за вашей спиной.

Юрий Свешников: А если зеленого, то не маршрутка?

Тамара Шорникова: Маршрутка, вы не дослушали, а дальше обязательно вот эти все атрибуты…

Юрий Свешников: Какие?

Тамара Шорникова: Отваливающаяся дверь, плохие сиденья…

Виталий Млечин: …радио «Шансон».

Тамара Шорникова: Радио, вот этот комплект.

Юрий Свешников: Вы говорили про московских, в Москве тоже было… В Москве уже 3 года маршруток нет, как заявляют нам городские власти. Значит, все те негосударственные перевозчики, которые ездят на синих автобусах средней и малой вместимости, все работают по государственным контрактам, по установленным городом тарифам, принимают все формы оплаты, которые принимаются во всех видах транспорта. Они маршрутки или нет?

Тамара Шорникова: Они маршрутки. Но как часто мы говорим в нашей программе, вернее как часто пишут нам зрители, Москва – это все-таки отдельное государство, и вот таких работающих по Москве…

Юрий Свешников: Нет, ну ваша статистика по Москве была?

Виталий Млечин: Да.

Тамара Шорникова: По Москве в том числе была.

Юрий Свешников: Да, и опять недовольны. То есть государственные контракты, полный государственный контроль. Более того, 20 дней назад президент России подписал новый федеральный закон о том, что под лицензионные требования попадают вообще все виды пассажирских перевозок, осуществляемых именно на автобусах, под автобус все это подпадает.

И еще одному вам цифру приведу в ту статистику. Как бы наши зрители и пассажиры ни относились, но есть официальная многолетняя статистика: в ДТП с участием лицензируемых автобусов по вине перевозчика в год погибает в среднем 178 человек на всей территории Российской Федерации. При этом перевозится по-разному: по официальной статистике Минтранса 11.5 миллиардов пассажиров (именно миллиардов), по нашей экспертной оценке 17.5 миллиардов пассажиров. Вы понимаете, на 17.5 миллиардов перевезенных пассажиров в среднем погибает 178 человек. Это не только пассажиры: это и пассажиры, и просто пешеходы, и водители третьих транспортных средств. Это многолетняя статистика, и она, кстати, сейчас имеет тенденцию к снижению, у нас общее количество погибших на улично-дорожной сети существенно сократилось за последние годы. Если у нас там еще 15 лет назад было 34 тысячи, то сейчас это примерно 19 тысяч человек.

Виталий Млечин: То есть, в общем, в своих машинах людей гибнет гораздо больше.

Юрий Свешников: Да-да, я еще раз повторяю, 178 на всю страну в год, притом что перевозится 17.5 миллиардов пассажиров.

Виталий Млечин: Давайте сейчас запустим наш SMS-опрос, как мы это всегда делаем: вы ездите на маршрутках? Мы назовем их маршрутками, ладно?

Юрий Свешников: Ну хорошо, чтобы всем было понятно.

Виталий Млечин: Да, чтобы именно было понятно, что речь идет не о 18-метровом большом автобусе все-таки, а о «Газелях» и прочих небольших микроавтобусах, которые все-таки по старой памяти мы еще называем маршрутками.

Юрий Свешников: Они, кстати, тоже лицензируемые, они попадают в эту статистику, которую я сказал. Все регулярные перевозки пассажиров на территории Российской Федерации – это лицензируемый вид деятельности, они все имеют лицензии.

Тамара Шорникова: Про то, что и куда еще попадает. Очень часто те самые аварии с маршрутками попадают в заголовки новостей, в новости как видеоролики, потому что действительно, возможно, по статистике таких случаев гораздо меньше, чем с частным автомобильным транспортом…

Юрий Свешников: Когда ваши коллеги с утра до вечера нам показывают какой-то автобус в кювете один и тот же, несколько раз это показывают, то у зрителей создается впечатление, что это каждый день происходит с разными автобусами. Вот у меня маленькая такая претензия. Причем никогда не рассказывают, по чьей вине произошло это ДТП.

Давайте маленькое отступление. Вот лет 15 лет назад тоже с вашими коллегами работал, вот читаю утром газеты: «Газель» на боку, «Газель» допрыгалась (тогда «Газели» были в основном маршрутки). И я уже потом когда на телевидение пришел, в прямом эфире то же самое говорил: надо обратиться в Общество защиты животных, потому что если с газелью происходят такие вещи…

Тамара Шорникова: Послушайте, вы когда в последний раз ездили в маршрутке?

Юрий Свешников: Ну недели 2 назад на вот этой вот.

Тамара Шорникова: Но в Москве, на синей, государственной, с лицензированием.

Юрий Свешников: Да, но они не государственные, а принадлежат негосударственной компании.

Тамара Шорникова: Летом в Волгограде, не в Москве, проезжая в маршрутке как раз, я серьезно переживала за свою жизнь, потому что тот самый водитель этого маршрутного автобуса, такси, как угодно его можно называть, ехал с двумя телефонами в руке: по одному телефону он говорил со своими родственниками, а по другому переговаривался с таксистом, который ехал на той же линии, они, значит, решали, кого…

Юрий Свешников: Делили пассажиров.

Тамара Шорникова: Да, кого нужно обогнать, чтобы собрать больше пассажиров и так далее. Ну реально такие есть.

Юрий Свешников: Такое вот мое вступление не значит, что проблем нет. Проблемы есть. Наверное, можно две главные проблемы выделить сегодня в области автобусных перевозок регулярных, нерегулярных. Первая – это катастрофическое старение подвижного состава. По официальной статистике опять-таки Минтранса, 65% всех автобусов на территории Российской Федерации старше 10 лет. Если старше 10 лет, то старше 15, а может быть, и старше 20. Это первая проблема, старение подвижного состава и отсутствие сегодня каких-то вразумительных источников финансирования, обновления этого подвижного состава как у государства, так и у бизнеса. И вторая проблема – это, скажем так, не очень высокая квалификация наших водителей.

Тамара Шорникова: Ну здесь мы в первую очередь, для того чтобы подумать и вместе с вами обсудить, как такие проблемы можно решить.

Юрий Свешников: А я вам рассказываю, как ее решить, потому что все эти две проблемы утыкаются в одно простое понятие – экономика пассажирского транспорта.

Тамара Шорникова: Думаю, разговор, конечно, как всегда оказывается гораздо более сложным…

Юрий Свешников: Нет-нет, давайте так. Квалификация водителя зависит от его зарплаты. Если мы хотим высококвалифицированного водителя, у него должна быть высокая зарплата. Зарплата водителя откуда берется? Она берется из тех денег, которые зарабатывают перевозчик. А эти деньги откуда? – из тарифа. Тарифы сегодня в основном, может быть, за исключением московского региона, питерского региона, может быть, немножко Казани существенно ниже, иногда доходит, что даже в 2 раза ниже себестоимости этих перевозок. Смотрите, бензин все время растет, даже президент уже сегодня занимается проблемами роста цен на бензин и как это сократить.

Виталий Млечин: Так он же тоже ездит на машине, конечно.

Юрий Свешников: Ну там у него другие потребления бензина. Расходные обязательства перевозчиков пассажирского транспорта все время растут, день ото дня, месяц от месяца, год от года, а тарифы не успевают расти, в большинстве регионов они просто заморожены.

Виталий Млечин: Ну так а что, маршруточный бизнес убыточный, что ли? Просто есть статистика, что это очень выгодно.

Юрий Свешников: Давайте так. Мне недавно позвонила одна коллега из Иркутской области, там есть город, где до сих пор проезд на автобусе стоит 11 рублей. Вот в Москве разовая поездка, если покупать разовый билет, 55 рублей стоит, в одном из городов Иркутской области 11 рублей. Вот в чем разница, если бензин одинаковый, машины одинаковые? То есть, наверное, органы власти, которые сегодня устанавливают тарифы на эти перевозки, поступают правильно, потому что они устанавливают тарифы, доступные для покупательной способности того населения, которое проживает в их регионах и в их городах. Это мэры и губернаторы сегодня устанавливают тарифы. Но они не учитывают все время возрастающие расходные обязательства перевозчиков: топливо растет, страховка растет, автобусы растут, запчасти растут, зарплату водителям надо повышать и так далее.

Виталий Млечин: Если в этом городе, где сейчас 11 рублей стоит разовый билет, поднять завтра до 55, там обновится сразу парк и водители?

Юрий Свешников: Нет, там просто никто не поедет. Это очень сложный рыночный механизм. Здесь с одной стороны есть вопрос тарифного регулирования государством, а с другой стороны есть некие рыночные механизмы и действительно реальная покупательная способность. Я уже недавно в этой же студии очень простую вещь сказал, это, по-моему, цитировать начали, что на самом высшем уровне в нашей стране нужно договориться, у нас социально ориентированные тарифы или экономически обоснованные. Вот сегодня они в большей степени социально ориентированные. Но тогда по законам экономики и по законам вообще разницу между рыночными тарифами или рыночной ценой и тем, что устанавливает государство, нужно компенсировать. Нет сегодня, к сожалению, у регионов эти денег, для того чтобы компенсировать разницу, вот эту практически двукратную разницу даже до себестоимости, о рентабельности даже уже никто не говорит. Поэтому откуда взяться обновлению подвижного состава, если у тебя нерентабельный…

Виталий Млечин: А зачем же бизнесмены тогда этим занимаются, если это невыгодно?

Юрий Свешников: Ну они хотят… Если они до этого занимались 10-20 лет, они и остаются на этом рынке.

Виталий Млечин: То есть они себе в убыток работают несмотря ни на что?

Юрий Свешников: Они начинают экономить. На чем можно сэкономить? Сэкономить на безопасности, на режиме труда и отдыха водителя, на не тех сроках проведения плановых и внеплановых ремонтов, на не том качестве запасных частей, которые необходимо поставить, и это все сказывается на безопасности.

Виталий Млечин: Да, и мы имеем то, что имеем.

Давайте узнаем, как в Волгоградской области дела. Александр, вы в эфире, здравствуйте, говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Виталий Млечин: Мы вас слушаем внимательнейшим образом.

Зритель: Вот у нас в Волгоградской области раньше были автоколонны, ходили автобусы до областного центра. Теперь автоколонны позакрывали, ходят эти маршрутки, до хутора добраться невозможно, с хутора люди не могут в районный центр приехать. Один или два раза в неделю ходит в больницу, – как человеку попасть в поликлинику? Зачем? Куда смотрит правительство наше? Зачем вот это все сделано? Зачем они нужны, эти маршрутки? Раньше в автоколонне водители проходили медосмотр, медкомиссию, чтобы поехать, машины технически проверяли. А теперь я сажусь в маршрутку, я откуда знаю, какая она есть? Он мне что, предъявляет? Он мне ничего не предъявляет. И так же: в автобус заходишь, было место, сел ты на 12-е место, а сейчас в маршрутке кто куда захотел, тот туда и сел, и все.

Виталий Млечин: Понятно. Александр, спасибо вам большое. Тут как-то можно прокомментировать эту историю?

Юрий Свешников: А куда исчезли это бывшие государственные колонны?

Виталий Млечин: Да, куда они исчезли?

Юрий Свешников: Были же государственные компании, раньше вообще весь транспорт в советское время был государственным, поэтому когда вы говорите «городские автобусы», даже само по себе название «общественный транспорт» тоже не совсем сегодня корректно, потому что исходя из действующего законодательства надо говорить про перевозки транспортом общего пользования. Общественный транспорт как раз показывал из советских времен принадлежность к общественным фондам потребления, то есть это государственная была структура, не было частного транспорта.

Поэтому когда 25 лет назад появились первые негосударственные перевозчики, вот тогда и возникло слово «маршрутка», потому что никто не знал, как их назвать. Назвать их городскими автобусами? – это как-то не так, потому что городской транспорт всегда был государственный, а тут вдруг частники появились. И вот вытащили опять-таки из советского времени, действительно были маршрутные такси, они стоили 15 копеек, я это еще застал, и вот слово «маршрутка» тогда, 25 лет назад, и закрепилось за этим видом транспорта, показывало, что это негосударственный транспорт. Государственный – это городские автобусы, трамваи, троллейбусы, а это какой-то такой другой вид транспорта, «частник» так уничижительно.

Поэтому почему исчезли государственные? Потому что они обанкротились реально. То есть те расходы и тот неоптимальный, видимо, стиль руководства, экономики и большие накладные расходы, которые были у этих транспортных компаний, не позволили в сегодняшних рыночных условиях им продолжать работать в таком же режиме, в каком они работали 30-40 лет назад.

Виталий Млечин: То есть это мы опять упираемся в то, чтобы низкий тариф?

Юрий Свешников: Ну да. Поэтому опять… Вот тему тарифообразования мы, эксперты бизнес-сообщества, поднимаем еще с 2016 году, аж с 2011 года поднимаем. В 2016 году при подготовке к Госсовету по безопасности дорожного движения нам удалось достучаться до президента с этой проблемой, и президент дал поручение Министерству транспорта Российской Федерации разработать методику расчета НМЦК – начальной и максимальной цены контракта. Но если перевести на простой язык, то есть это методика расчета минимальных затрат, которые обязан понести перевозчик, для того чтобы выполнить все транспортное законодательство. И эта методика в 2016-2017-х гг. была утверждена приказом Минтранса, она сегодня с 1 июля этого года обязательна для всех органов власти всех субъектов Российской Федерации. Вот они начали считать по этой методике, нет денег в регионах.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем еще один телефонный звонок. Татьяна из Московской области к нам дозвонилась. Татьяна, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Татьяна.

Зритель: Здравствуйте. Я вот по какому вопросу. У меня дети сейчас в Балашихе живут, и я часто езжу к ним, навещаю их. И вот у меня такой вопрос: почему сейчас нет русских водителей? В основном водители все из ближнего зарубежья.

Виталий Млечин: А вы паспорта у них спрашиваете?

Зритель: Ну я вижу: или узбеки, или таджики. Я ничего против не имею, но в основном они всегда, всю дорогу или по телефону разговаривают, или свою музыку национальную включают на весь салон, ездят… В общем, мне страшно по идее с ними ездить, потому что они объезжают всегда две полосы, они на третью выезжают. Едем под 45 градусов по каким-то там по этим, лишь бы только обогнать. Вот почему у нас нет русских водителей?

Тамара Шорникова: Давайте уйдем от национальности. Расскажите, у вас есть альтернатива маршрутке? Вы можете добраться…

Зритель: Да, 11-й маршрут. Я езжу от Зари до Балашихи на 11-й маршрутке до Алексеевской рощи.

Тамара Шорникова: Вы добраться можете на автобусе, например, на электричке?

Виталий Млечин: Да, может быть, какой-то автобус?

Зритель: На автобусе нет, я с платформы съезжаю на 11-й маршрутке.

Тамара Шорникова: То есть вы вынуждены добираться таким способом?

Зритель: Я вынуждена, да, добираться именно так.

Тамара Шорникова: Да, понятно, спасибо.

Зритель: И вот русских вообще нет, хоть бы один русский…

Виталий Млечин: Простите, про русских мы не будем обсуждать, а вот что касается…

Юрий Свешников: Нет, давайте так. Есть законодательство, федеральный закон 196-й о безопасности дорожного движения. Он четко говорит, что все водители, которые работают по найму, в том числе и пассажирских перевозчиков, должны иметь российские национальные водительские удостоверения, о гражданстве ничего не говорится. Единственное, где говорится о гражданстве, – там, где исключения для этого правила: исключения для граждан Белоруссии, Казахстана и тех государств, где русский язык является вторым государственным. Вот для тех граждан тех стран, там прямо слово «граждан» написано, сделано исключение по наличию российских национальных водительских удостоверений. То есть это в рамках закона.

Виталий Млечин: То есть, в общем, права они получают российские, да? Но вот то, что они ездят плохо, куда-то это контролирует?

Юрий Свешников: Ну раз они получают российские права, значит, они прошли обучение. Они же не просто так пришли их и получили в каком-то окошке: они прошли обучение, они сдали экзамен как минимум в автошколе, в ГИБДД и получили опять-таки в ГИБДД эти права. Кто несет ответственность?

Тамара Шорникова: Хорошо. Сначала звонок, потом SMS, потому что они тоже копятся на нашем SMS-портале. Сейчас Николай из Краснодарского края.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Зритель: Я много говорить не буду, я не оратор. Но я вот смотрю на этого товарища, который там руками размахивает и говорит, что у нас зарплаты, водители. Я одно-единственное скажу, что у нас водители не подготовлены. Во-первых, технически неграмотные, бездари, я вам серьезно говорю. Я сам водитель, 42 года отработал, все было, и на автобусе. Но у нас учились совсем по-другому, не так, как сейчас – понаставили штампов, категорий и езжай. Он не ответственный, не соображает ни черта, что людей везет, дрова везет.

У нас прежде чем… Я учился, третий класс получил, потом я должен отработать 3 года на грузовых машинах; потом учился на второй класс, и если 5 лет стажа у меня было, меня сажали на автобус, на маршрутку сейчас уже. И я когда людей вез, я ответственный, и… на новых машинах поездить, а на старых мы ездили. И так же, прежде чем садиться, я сам заглядывал под машину, лазил, не ждал механика, чтобы мне толкал… Просто у нас нет ответственности, и вы эту ерунду не городите, я это и вам, ведущим.

Виталий Млечин: Спасибо.

Тамара Шорникова: Да, спасибо большое. Про ответственность хочу поддержать, потому что действительно очень много сообщений. Например, Краснодарский край сомневается по поводу того, что более высокий тариф что-то исправит: «Автобусы грязные, кондукторы грубияны, а некоторые не знают наименования остановок, водитель играет в планшете. Сколько ни поднимай тариф, не будет лучше и чище, бизнес хочет заработать». Далее Омск: «Езжу на маршрутке, всегда опасаюсь. Многие изношенные, видно по внешнему виду, не меняются водители, разговаривают по телефону, громкая музыка и так далее». Очень много таких SMS.

Даже если взять во внимание, что, допустим, где-то тарифы искусственно заморожены, они должны быть выше и бедные бизнесмены вынуждены просто экономить на всем подряд, в том числе на наших жизнях, может быть, все-таки не нужно позволять им это делать? Потому что это действительно бизнес, ты либо можешь его тянуть…

Юрий Свешников: Тогда нужно прекратить перевозки.

Тамара Шорникова: Или заменить их чем-то.

Юрий Свешников: Чем?

Тамара Шорникова: Ну, например, рейсовыми автобусами.

Юрий Свешников: Где взять деньги на покупку рейсовых автобусов и где взять водителей, которые поедут на этих рейсовых автобусах?

Тамара Шорникова: Где взять деньги на лечение после, например, травм в маршрутке?

Юрий Свешников: Нет, ну давайте так. У нас в соответствии с 131-м и 184-м федеральными законами о разделении полномочий между федеральным центром, субъектами Российской Федерации и муниципальными образованиями четко совершенно написано: орган власти субъекта Российской Федерации отвечает за организацию транспортного обслуживания населения на своей территории. Орган власти отвечает, орган власти в соответствии с другим законодательством формирует маршрутную сеть, организовывает маршруты и приглашает перевозчиков на определенных условиях (конкурсных, как правило, либо аукционных) эксплуатировать эти маршруты.

То есть разговор о том, что в какую-то деревню, в какую-то станицу не могут доехать, – это претензия не к перевозчику, это претензия к органу власти: он не организовал туда маршрут, он не нашел денег, он не провел конкурс на приглашение перевозчика работать. Не знаю, действительно, может быть, там две бабушки живет, которым нужно будет поехать, но такой маршрут все равно должен быть. У нас все граждане Российской Федерации одинаковые имеют права в транспортной доступности, в транспортном передвижении, две бабушки это или это 200 тысяч народу, совершенно неважно, и тем, и другим мы должны обеспечить транспортную подвижность и транспортную доступность. Это задача органа власти.

Виталий Млечин: Давайте посмотрим небольшой сюжет и потом обсудим, что же все-таки делать, подведем итог, скажем так. Наши корреспонденты в нескольких российских городах задавали вопрос жителям, боятся ли они ездить на маршрутках.

ОПРОС

Виталий Млечин: Ну и сразу звонок из Приморья.

Тамара Шорникова: Да, давай.

Виталий Млечин: Татьяна, здравствуйте. Что вы думаете по этому поводу?

Зритель: Здравствуйте. Я вам просто хотела сказать. Вот товарищ говорит, что органы власти должны отвечать за состояние. Я не знаю, какие органы отвечают у нас и не только у нас. Я в этом году ездила в отпуск, наконец накопила денег несчастных, перелет для нищих вот этот вот, плоские тарифы, 9 часов отстояв за билетом, я поехала. Здесь в Приморье 30 минут ехать, автобус сломался, подушки полетели. Вначале он ехал боком, на один бок, потом вообще задымил, люди вышли.

Собралась, поехала в аэропорт, в аэропорт нас не довезли, нас ехало в большом автобусе всего 5-7 человек, автобус большой. Зачем, я не понимаю? Он нас до аэропорта не смог довезти, с Находки до Артема, смех да и только. Думаю: ну что же такое? То ли у нас… Они действительно такие страшные, они вообще… Вот слышно, что они сломанные, там пройти невозможно в них. Думаю, это у нас в Приморье все так, у нас органы такие, видимо. Приехала в Новосибирск, еду на автобусе, тот, который купили у побежденных немцев, видимо, ему, наверное, уже лет 30-40, а может быть, все 50, немцы уже выкатали его и продали победителям…

Виталий Млечин: Немцев мы давно уже видели… Татьяна, спасибо вам большое, ваша мысль ясна.

Давайте подводить итоги, у нас две минутки осталось.

Юрий Свешников: Да, видите, это те проблемы, с которых мы начали: и старение, и квалификация водителей.

Виталий Млечин: Именно. Есть ли способ в наших реалиях сегодня победить эти проблемы?

Юрий Свешников: Вот у меня сразу было бы предложение. Я вам говорил, что нужно навести порядок в экономике отрасли, потому что…

Виталий Млечин: Каким образом? Что надо сделать?

Юрий Свешников: Нужно разыскать… Если в региональных бюджетах нет таких денег, для того чтобы нормально содержать и оплачивать перевозчикам весь объем транспортной работы исходя из действующего законодательства, значит, надо каким-то образом в федеральном бюджете находить соответствующие трансферты, для того чтобы помогать регионам.

Виталий Млечин: Это вопрос денег: найдутся деньги – проблемы решаться?

Юрий Свешников: Да. И второе: опять же активность ваших зрителей, наших зрителей… Я хочу пример Москвы привести. Вот сегодня на московских автобусах написан такой стикер: «Я соблюдаю ПДД?» – и дальше телефон горячей линии. То есть каждый желающий, будь то водитель, будь то пассажир, будь то пешеход, может на эту горячую линию позвонить, указать номер маршрута, номер, и я уверен, что с этим водителем очень серьезно потом разберутся, если он там будет пересекать две сплошные полосы, если он будет ехать с неположенной скоростью, не там, где надо, останавливаться и так далее. Совершенно дешевый способ, я думаю, что все субъекты федерации, все наши города могут этим воспользоваться – какая проблема наклеить эти стикеры и включить население, включить большую часть пассажиров в процесс контроля за качеством и безопасностью перевозок?

Тамара Шорникова: Очень хочется прочитать эту SMS из Белгородской области, просто действительно она единственная, по-моему, из всего нашего потока SMS-сообщений: «Спасибо новооскольским маршрутчикам, опытные и вежливые». И такое тоже бывает.

Юрий Свешников: И вообще то, что вы показывали… Положительных эмоций, положительных откликов было не меньше, чем отрицательных, видимо, все-таки это привязано к региону, в пределах одного региона, а вот если в сумме взять, то 50 на 50.

Виталий Млечин: Но это еще вопрос отношения. Вот там молодая пара, дама сказала, что у них как-то колесо отвалилось, но они похихикали и дальше пошли, а для кого-то трагедия могла бы быть, так что тут вопрос, как к этому относиться.

Давайте подводить итоги нашего опроса. Мы спрашивали у вас, ездите ли вы на маршрутках, и 67% ответили, что да, ездят, 33% не ездят. Так что это, наверное, просто лишнее подтверждение того, что тема, которую мы выбрали сегодня для обсуждения, актуальна для наших зрителей.

У нас в гостях был президент Московского транспортного союза Юрий Свешников. Юрий Юрьевич, большое вам спасибо за то, что пришли и ответили на наши вопросы. А мы сейчас должны рассказать всем нашим зрителям, о чем пойдет речь в вечернем блоке программы «Отражение».


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты