Не стрелять!

Гости
Николай Земцов
депутат Госдумы Российской Федерации

Иван Князев: Депутаты Государственной Думы разработали поправки об ужесточении правил оборота оружия. Строже наказывать будут за утрату и несвоевременную постановку на учет, а также хранение, оборот пневматического оружия, газового. Плюс оштрафуют, если расскажешь в интернете как изготовить бомбу или выложишь инструкцию к сборке автомата и т.д. и т.п. Депутаты отреагировали быстро на трагедию в Казани. Вопрос, что из этих поправок реально сможет предотвращать подобные ужасные происшествия. Об этом поговорим с экспертом.

Марина Калинина: У нас на связи Николай Земцов, депутат Госдумы. Здравствуйте, Николай Георгиевич.

Иван Князев: Николай Георгиевич, самый главный вопрос - действительно, достаточны ли эти меры?

Николай Земцов: Давайте определим, что является оружием, потому что оружием является больная психика человека. То есть стреляет-то не ружье. Мы вчера встречались с представителями Федерации практической стрельбы. И в 2019 году после керченского стрелка мы тоже с ними встречались и говорили о том, что культуры владения оружием у нас, к сожалению, нет, то есть разрушена инфраструктура.

Марина Калинина: Тогда после керченского стрелка уже была такая инициатива, что резко ужесточить оборот оружия и т.д. Ужесточить правила получения этого оружия.

Иван Князев: Хранения и проверки.

Марина Калинина: Хранения, проверки, но ничего не произошло. Вот сейчас опять такая же ситуация. Что будет дальше? Поговорили, разошлись или что?

Николай Земцов: Нет, не поговорили, разошлись, но, к сожалению, бюрократический наш аппарат, машина государственная - она реагирует на такие болевые импульсы. К сожалению, она так устроена. Это ужасно, поскольку мы все равно опаздываем. То есть сейчас будут меры по ужесточению и владения оружием, и, скажем, правил выдачи. Я, кстати, свой травматический пистолет, я его отдаю, потому что это совершенно бессмысленная игрушка. Она настолько сложна в получении разрешений, настолько неэффективна, что вот я ее, например, сдаю.

Но дело не в этом даже. Еще раз повторяю. У нас не существует среды, в которой молодой человек может научиться владеть таким ружьем, которое купил вот этот молодой человек в Казани. Послушайте, если к вам придет 18-летний, только что отпраздновавший день рождения молодой человек, и приобретет 450 картечных патронов, вы что подумаете? А что подумал этот продавец. А он ничего не подумал, потому что все формально по закону. Понимаете? И ружье это скорострельное не нужно 18-летнему подростку ни для чего.

Но другой момент, что все это возникает в голове после нахождения долгое время вот этой среде, где компьютерные игры и социальные сети.

Иван Князев: Николай Георгиевич, давайте мы пока психологию отставим в сторонку, просто очень хочется понять. Вот вы сказали, что будут приниматься меры по ужесточению, я не знаю, способов получения...

Марина Калинина: Вань, я тебе знаешь, что предлагаю. Давайте вот разберемся, что сейчас нужно для того, чтобы мне... прийти и купить оружие.

Иван Князев: Ну там, по-моему, не слишком большой список условий.

Марина Калинина: К примеру, какие сейчас правила?

Николай Земцов: Вам нужно подойти к начальной стадии конвейера, которая выдает справки, и на него наступить. Он вас сам пронесет по всем этим... Если вы обладаете небольшой суммой денег, вы можете в одну точку пространства прийти, и вам психоневрологический и наркологический диспансеры - все вы получите в одном месте. Стоит это пять тысяч рублей.

Иван Князев: То есть фактически такую жесткую проверку на вменяемость человек, который хочет получить оружие, не проходит?

Николай Земцов: Не проходит, никто не анализирует его социальные сети, его портрет цифровой, где он, в чем он отметился. Все психологи, которые выдают эти справки, они действуют по формальному признаку. У них есть контрольный вопрос.

Иван Князев: Понятно, да, тесты там дал и т.д. Николай Георгиевич, хорошо. Психология. Дальше он прошел проверку, уже немножко вперед забежим.

Марина Калинина: Пришел со справками.

Иван Князев: Получил уже оружие. Потом его когда-нибудь проверяют? Просто очень хочется понять, как работает эта система у нас.

Марина Калинина: Вот сейчас, на данный момент.

Николай Земцов: Никто его не проверяет. Его проверяют на наличие сейфа, когда он его приобретает. Но это тоже небольшая проблема...

Иван Князев: Как часто сейф проверяют?

Николай Земцов: Мне его проверили один раз, когда я приобрел гладкоствольное оружие. Все.

Иван Князев: Давно это было?

Николай Земцов: Это было 10 лет назад, больше ко мне никто не приходил.

Иван Князев: То есть фактически, грубо говоря, если бы вы потеряли ключи, доступ случайному постороннему лицу к вашему сейфу мог бы быть спокойно.

Николай Земцов: Теоретически, если взломать мою квартиру, но это любой человек эту опасность может...

Иван Князев: Ребенок ваш мог бы получить доступ к этому сейфу.

Николай Земцов: Нет, ну вы сейчас такой придумываете...

Иван Князев: Я просто пытаюсь понять, как у нас сейчас работает система контроля.

Николай Земцов: Проходя мимо полицейского, можно попытаться отобрать у него автомат. Мы же не рассматриваем эту ситуацию, понимаете, в чем дело? Мы говорим о том, что отсутствует среда, в которой молодого человека учат обращению с оружием.

Иван Князев: Нет, мне, честно говоря, тут вообще интересно, зачем нужна такая среда, чтобы молодых людей учили обращению с оружием, когда у нас есть срочная служба, и, по-моему, этого достаточно.

Николай Земцов: Не совсем то. Не совсем то. Мы же даем доступ молодому человеку приобрести охотничье оружие. И, как мы сейчас с вами выяснили, руководствуемся только формальными справками, да? Он справку получил - оружие купил. А если бы он находился в среде охотников, которые владеют этим оружием, сходил бы на охоту, они бы на него посмотрели, так сказать, существуют какие-то охотколлективы. Или это спортивное владение оружием, но опять же на него нужно посмотреть.

Иван Князев: Это какие-то коллективы, какие-то сообщества.

Марина Калинина: Николай Георгиевич, скажите пожалуйста, в тех поправках, которые вы сейчас предлагаете, внесено такое предложение, что оружие не может быть выдано человеку, который не прошел обучение в таких вот центрах, ну каких-то.

Николай Земцов: К сожалению, я вам хочу сказать, что до сих пор это пока все достаточно формально.

Иван Князев: Нет, ну формально там есть период, когда вам покажут, с какой стороны к оружию подходить, но не более. Я просто еще хочу вернуться. Николай Георгиевич, сейчас нужно получать характеристику от, не знаю, охотничьего коллектива, чтобы тебе дали разрешение на оружие, от стрелкового какого-то коллектива или нет?

Николай Земцов: Я, к сожалению... Когда я получал свой охотничий билет, это было такое общество охотников-рыболовов. Потом мне дали охотничий билет, я не проходил в этом смысле.

Иван Князев: Но вы, как минимум, сначала получили охотничий билет?

Николай Земцов: Сперва был участником общества охотников-рыболовов, потом получил охотничий билет, да.

Марина Калинина: Николай Георгиевич, давайте вместе послушаем звонок. Из Новосибирска Валентин нам дозвонился. Валентин, здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Марина Калинина: Слушаем вас.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Вы слушаете меня?

Марина Калинина: Да.

Зритель: Алло.

Марина Калинина: Да, говорите пожалуйста.

Зритель: Я хочу сказать следующее. Я уже человек в возрасте. Вот говорите по поводу получения оружия. Ну у нас есть и холодное оружие, и огнестрельное оружие. Что к этому относится, понятно. Я человек военный, и когда я хотел приобрести себе ружье, то мне его не дали.

Марина Калинина: Почему?

Зритель: Мне сказали, что нужно сначала вступить в охотничий коллектив. Я туда вступил. Я там прошел полгода обучения, ходил, присутствовал, смотрел. Получил охотничий билет. После этого мне дали направление в магазин, где продавали оружие. Я туда пришел, выбрал. В охотничий билет мне записали номер того оружия 12-го калибра. Чтобы получить охотничий нож, я тоже приобрел его, и также было все это записано.

Я к чему это говорю. Все это учитывалось в охотничьих билетах и в охотничьих коллективах, и государство тогда все это отслеживало. А сейчас все это отдано на откуп Министерству внутренних дел, имею в виду, у нас в каждом регионе.

Николай Земцов: А у меня вопрос есть.

Зритель: И каждый, кто хочет, конечно, он проходит медицинскую справку, все прочее-прочее, он не может даже обращаться с оружием, приходит и берет его.

Николай Земцов: Если вы решите...

Зритель: А я военный профессиональный, чтобы получить это ружье, купить, более полугода ходил и обучался в охотничьем коллективе.

Марина Калинина: Да, Валентин, нам понятен ваш вопрос. Николай Георгиевич, ваш комментарий.

Иван Князев: Спасибо, Валентин.

Николай Земцов: Я хочу сказать, что самым страшным оружием является среда, которая воздействует на психику детей. Это страшнее, чем ружье, поверьте. Можно взять топор, мачете, можно изучить инструкции, которые, к сожалению, доступны в интернете и собрать бомбу. Поэтому ограничивать доступ к ружью для молодых людей и думать, что это панацея - это невозможно. Понимаете, лучше социальные сети причешем на предмет деструктивного контента и групп смерти, которые наполнены шпионами, социальными инженерами, которые ищут молодых людей для того, чтобы подвести их вот к этому терракту.

Иван Князев: Николай Георгиевич, если все-таки подводить итог, вот эти поправки, которые сейчас уже предложены, которые уже обсуждаются, они исключают так или иначе доступ к оружию случайных людей, случайным людям? Или дальше нужно будет еще работать, и пока этого недостаточно?

Николай Земцов: Они приведут в больший порядок систему выдачи разрешений на получение гладкоствольного и травматического оружия. Например, в 2019 году у меня была инициатива поднять возраст до 21 года приобретения гладкоствола. Но это же очевидно, почему в 21 год можно купить травматический пистолет, а в 18 лет можно купить скорострельный гладкоствол? Что ему нужно, этому подростку, с таким мощным оружием? Вот поэтому это тоже, я надеюсь, сейчас будет отрегулировано.

Но еще раз подчеркиваю, у нас, к сожалению, этот сценарий становится...

Иван Князев: Традиционным становится у нас этот сценарий.

Марина Калинина: По вашему... все понятно.

Иван Князев: Да, поэтому мы и хотим понять, вот после этих поправок, после этой реакции депутатов Государственной думы что у нас еще изменится?

Марина Калинина: Спасибо.

Иван Князев: Спасибо.

Марина Калинина: Николай Земцов, депутат Государственной Думы России.

Иван Князев: Вот, что пишут наши телезрители. Из Пензенской области: «А что делать, если с течением времени у владельца оружия крыша поехала?» Тоже интересный момент, пытались мы выяснить, как часто проходят психиатрические экспертизы - те, у кого уже есть ружье. Из Московской области: «Никому вообще не выдавать оружие, только военным». И опять же из Московской области: «Друзья продали дом в деревне только потому, что соседи стреляли когда и куда, и сколько хотели».

Марина Калинина: К другой теме пора переходить. Давайте это сделаем.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)