Жизнь в России – «сахар»

Гости
Алексей Егармин
сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей
Александр Патарая
директор компании по переработке и фасовке сахара «НАДЕЖДА»
Александр Бражко
координатор федерального проекта «За честные продукты»

Константин Чуриков: Жизнь в России – это... сахар. Действительно, каждый день мы узнаем о нем что-то новое, мы уже знаем его просто по крупицам. Вот сегодня сообщают: производители сахара приостановили его продажи торговым сетям, поскольку ждут обещанных компенсаций от государства.

Марина Калинина: А государство обещало дать им по 5 рублей за каждый килограмм сахара, проданный по фиксированной цене, это 36 рублей за килограмм. Кстати, напишите вы нам, сколько у вас в рознице стоит сахар в ваших магазинах в том месте, где вы живете.

Константин Чуриков: Да. Но это еще не все: буквально через считанные минуты после того, как вот эта новость прозвучала, посыпались опровержения. Минсельхоз: «Ситуация стабильная, дефицита не будет!» ФАС: «Внимательно следим за ситуацией, перебоев нет». И вот как раз в этот момент мы поняли, что тему обсуждать надо, как говорится, 1 апреля, никому не верим.

У нас сейчас на связи с нами Александр Патарая, директор компании по переработке и фасовке сахара «Надежда», вот символично. Александр, здравствуйте.

Александр Патарая: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Ну вот действительно, какая-то прямо вот нужна надежда, потому что вот чем дальше, тем страшнее, как в сказке.

Александр Патарая: Ну, не совсем с вами соглашусь. На самом деле страшного ничего нет, ну это жизнь, реалии, к ним нужно приспосабливаться. Ну вот о том, что вы говорите, что в данный момент какие-то перебои с сахаром, – ну не знаю, мы по себе не видим никаких перебоев. Пожалуйста, сахар и на полке в магазине, и с завода в любом количестве, по крайней мере мы не ощущаем...

Константин Чуриков: Я сейчас можно вас перебью на секунду? Я сегодня даже начал перепроверять это по региональным изданиям. Есть такое агентство РИАМО, это как бы информационное агентство Московской области, сообщают, что производители сказали, вернее торговые сети, что запасов сахара им хватит на 2 недели, Подмосковье. То есть можно подумать, что это все шуточки и фейк.

Марина Калинина: Они вот так посчитали.

Александр Патарая: Ну, в любом случае надо, наверное, понимать, что в любой ситуации кто-то хочет воспользоваться. Вы зайдите... Я по своему региону могу сказать вам уверенно, вы зайдите, пожалуйста, в любой магазин, сахар разной фасовки, от разных производителей в любом количестве. Даже я знаю... Самые сложные промежутки времени, когда так же поднималась там какая-то волна дефицита, с поставками проблем не было.

Марина Калинина: Тогда что сейчас происходит, вот эти вот телодвижения вокруг сахара с одной стороны, с другой стороны? Вы как человек, находящийся внутри этой индустрии, как вы можете это объяснить?

Александр Патарая: Ну, надо понимать, что в любом случае к концу марта оканчивалось само соглашение, и люди в преддверии, может быть, какого-то непонимания ситуации не совсем верно оценивали ситуацию. Ну и вот… в какой-то мере и повлияло на вот этот непонятный ажиотаж, скажем так, или спрос.

Константин Чуриков: Так, хорошо.

Александр Патарая: Но без всякого сейчас в интернете есть свободные ресурсы, на которые, кстати, обращают внимания производители типа нас, там на этих ресурсах цены по всем субъектам Российской Федерации отражены беспроблемно. Там даже есть ссылки на то, что лица, которые подписали ценовое соглашение, они, пожалуйста, по 36 рублей за килограмм сахара, берите его.

Марина Калинина: Александр, а 36 рублей – это адекватная цена вот с точки зрения производителя?

Александр Патарая: Ну, я вам скажу так: 36 рублей для производителя именно сахара, вполне возможно, это адекватная цена, потому что, если историю посмотреть, в прошлом году сахар 24 рубля стоил, вот. Другой момент, нужно понимать, много нюансов, много издержек, которые мы с вами просто так не понимаем, и нужно правильно...

Константин Чуриков: Нет, ну мы не понимаем, вы понимаете, наверное, да.

Марина Калинина: Поэтому вы и объясните, что там.

Александр Патарая: Простите, плохо слышно.

Марина Калинина: Если мы не понимаем, а вы понимаете, расскажите, чтобы мы тоже понимали.

Константин Чуриков: Да. Какие издержки? Вот объективно, из-за чего, собственно, все это началось? Потому что мы помним, какой, извините, такой уже в жанре хоррор был сериал зимой, в начале зимы с сахаром, даже Путину пришлось вмешаться. Вот расскажите, чего мы не понимаем.

Александр Патарая: Ну, в любом случае нам нужно понимать, что рынок диктует свои условия. В частности, экспорт имеет очень большое значение. Если продавать за границу интереснее, понятно, будут какие-то перетоки и здесь на месте на цене в любом случае это отразится. Но мы как видим, государство в любом случае вмешивается. Для конечного потребителя, для человека, который идет в магазин и покупает сахар, ситуация наилучшим образом сложилась. Да, нам, бизнесу, сейчас чуть-чуть сложнее, но когда легко, как говорится.

Константин Чуриков: Да, естественно. Александр, понимаете, вот в чем дело еще. За сахар взялись, за масло растительное взялись, и тут тревожит то, что возникают вот эти сообщения, поэтому мы к вам обращаемся. Ну хорошо, отрегулировали цены на это, но остальное-то растет и ползет-ползет, двузначные значения инфляции. Я вот тоже думаю, а не получится ли так, что мы останемся, да, с сахаром, да, с растительным маслом, ну и все? Остальное просто себе люди позволить не смогут.

Александр Патарая: Нужно понимать составляющие. Допустим, если это мы говорим, в частности, о сахаре, то для производства сахара, да, какие-то ингредиенты используются, мы сейчас говорим о сырье, которое завозится из-за границы и в валюте покупается, да, это может иметь какое-то...

Константин Чуриков: Так, у нас связь пропадает...

Марина Калинина: Александр?

Александр Патарая: ...отражение на цене. То, что вы имеете в виду, что остальные продукты дорожают...

Константин Чуриков: Да.

Александр Патарая: Ну, есть, видно, какие-то объективные причины. Но тут нужно понимать, что тот же рост на металлы продиктован очень высоким спросом. Мы буквально сегодня касались...

Константин Чуриков: Александр, вы знаете, спасибо вам большое. Александр Патарая, директор компании по переработке и фасовке сахара «Надежда».

Просто я вот вдогонку Александру и всем зрителям скажу, просто вот сейчас к чему все идет? Мы должны вот столько всего понимать, чтобы просто понять, а почему такие цены, а почему там чего-то нет, чего-то не хватает или дороже становится, мы должны теперь понимать, значит, разбираться в металлургии, в чем, в тарифообразовании...

Марина Калинина: ...в издержках...

Константин Чуриков: ...в издержках; мы должны понимать вообще, какая налоговая политика в государстве. Ну извините, времени на это нет, а зарплата прежняя.

Марина Калинина: А сахара хочется.

Константин Чуриков: А сахара кому-то хочется.

Марина Калинина: Александр Бражко с нами на связи, координатор федерального проекта «За честные продукты». Александр Анатольевич, здравствуйте.

Александр Бражко: Коллеги, добрый вечер.

Константин Чуриков: Александр Анатольевич, мы готовы к тому, что участники рынка немножко так не понимают, о чем мы спрашиваем, и мы тоже понимаем их опасения, потому что у них опасения, так сказать, навлечь на себя беду. Но вы скажите как координатор федерального проекта «За честные продукты», что нас ждет, каков сценарий вот этой очередной ситуации: производители предупреждают, торговые сети предупреждают, Минсельхоз говорит, что нет, все в порядке, ФАС говорит, что нет, все в порядке.

Александр Бражко: Коллеги, информация прозвучала достаточно прямая, то есть вот как угроза, на мой взгляд, правительству, что производители и торговые сети нас предупреждают о том, что цены вырастут.

А теперь давайте на несколько месяцев назад вернемся. Ну объективная цена, себестоимость сахара, наверное, на уровне 15–16 рублей за 1 килограмм. 20 рублей – это та цена, по которой любое предприятие совершенно спокойно продает, и отрасль рентабельная. В результате совместных действий цены выгнали до 40% в оптовом звене, то есть 100% рентабельности. Понятно, что отказываться от этих цифр достаточно тяжело, и, к большому сожалению, правительство пошло на поводу у популистов, цену зафиксировали на уровне 36 рублей, плюс 5 рублей дает правительство в качестве компенсации, таким образом ничего не нужно делать, то есть вы просто получаете 100% прибыли. То есть...

Марина Калинина: Александр Анатольевич, смотрите, ну вот 36 рублей, предыдущий спикер, который у нас был в эфире, он сказал, что 36 рублей – это в принципе для производителя адекватная цена. Тогда чего они сейчас сидят и капризничают, ждут от государства еще 5 рублей доплаты?

Александр Бражко: Послушайте, они не капризничают, они хотят получить не 15%, не 20% рентабельности, хотят получить 100–150%. И тут как раз проблема нашего общего так называемого логистического рынка. Если бы ситуация была конкурентная, то есть у нас отсутствовал так называемый «монополизм» со стороны федеральных и региональных розничных торговых сетей, то никаких проблем бы не было.

Но что у нас происходит? У нас достаточно именно, скажем так, чуть-чуть где-то эту систему подвинуть, и она начинает полностью рушиться. Поэтому это сигнал для Министерства промышленности и торговли, что необходимо четко заниматься всеми секторами, что ситуация на самом деле зашла уже за определенную грань и необходимо долю сетевой торговли в ближайшие год-два значительным образом сокращать, то есть возвращать к тому уровню, какой есть в тех же самых европейских странах.

Константин Чуриков: Александр Анатольевич, давайте сейчас послушаем наших зрителей, наконец-то нам выводят их в эфир, потому что зрители звонят, просто у нас там возникли даже перебои из-за того, что очень много звонков. Нина из Карелии, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Пожалуйста, высказывайтесь.

Зритель: Сегодня я пошла в «Пятерочку», и они очень меня «порадовали» ценой на сахар.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Вчера еще сахар стоил 46 рублей, а сегодня уже почти 62 рубля.

Константин Чуриков: В этом смысле, вы хотите сказать, вы иронизируете. Так.

Зритель: Вот как понимать?

Константин Чуриков: Слушайте, вот это очень странно. То есть, подождите, еще раз, 46 и 62, да? Слушайте, ну это круто.

Зритель: 46 вчера было, сегодня 61 с копейками.

Константин Чуриков: Да... Нам до этого только что участник рынка говорил, что нам всем все показалось.

Марина Калинина: Саратовская область: «Осенью сахар стоил 27 рублей, а когда государство остановило рост цен, стал 50». Калининград: «56 рублей за килограмм». Из Тверской области: «Сахар за неделю был 46 рублей, стал 53».

Константин Чуриков: Я позволю себе немножко так разрядить обстановку, тем более зрители к этому готовы, Нижегородская область пишет: «Полстраны диабетчиков, зачем нам сахар?» Москва пишет: «Жизнь в России – это сахар, а сахар – это белая смерть».

Марина Калинина: «Сахар – это сладкая смерть», – как говорилось в одном фильме.

Константин Чуриков: Да. Александр Анатольевич, хорошо, значит, как вы объясните такие вот резкие рывки? Это тоже шантаж? Это кто шантажирует? Вот было 46, стало 61, как нам зрительница сказала, – это где? Это производители это делают, или это магазины начинают тоже давить туда, на правительство, туда же?

Александр Бражко: Ну, на мой взгляд, конечно, у нас достаточно слабые производители, поэтому как бы их руками профессионалы рынка, то есть этим должны заниматься даже не Федеральная антимонопольная служба, а, скорее всего, Следственный комитет.

Константин Чуриков: Ой.

Александр Бражко: То есть вот именно профессионалы рынка, получив огромную маржу за последние полгода, пытаются действовать уже не то что недобросовестно, а уже аморально. Коллеги, понимаете, когда мы прошли с вами ситуацию с лимонами по 600–800 рублей за 1 килограмм и никто в нашей стране не получил за это реальный судебный срок, понятно то, что жуликов и прохиндеев, желающих попробовать раскачать ситуацию в преддверии тех же самых выборов, у нас хоть отбавляй.

Марина Калинина: Слушайте, ну это вообще такие масштабы, это же делается на уровне всей страны.

Александр Бражко: Да. И проблема сегодняшнего дня, что без наличия согласия с крупнейшими федеральными, региональными розничными сетями, с крупнейшими производителями сахара невозможно эту историю запустить.

Константин Чуриков: Ага. Александр Анатольевич, вы говорите о желании раскачать ситуацию перед выборами в нашей стране, но я как-то вот с трудом верю, что сегодня вот эта, значит, карельская «Пятерочка», повысив цену на сахар, решила раскачать ситуацию, или там кто-то в Карелии или где-то в другом регионе. Может быть, все проще? Может, просто вот эти люди хотят и дальше зарабатывать деньги, да? Что происходит с зарплатами, что с доходами, что с социальной какой-то напряженностью, безысходностью, плевать, продолжаем работать?

Александр Бражко: Коллеги, когда розничные сети «договаривались» с профильными министерствами о том, что их доля вырастет, они обещали нам торговый социализм. То есть они говорили так: «Мы крупные, мы будем давить производителей, будет большое количество товаров по минимальным ценам». Сейчас мы с вами видим то, что происходит. Поэтому ни одна «Пятерочка» никогда не позволит себе повысить цены выше, чем тот уровень, который установлен в постановлении правительства, а насколько я помню, на сахар он был на уровне 45–50 рублей, а вы говорите о том, что у нас, оказывается, уже легко сеть нарушает, напрямую нарушает соглашение, которое подписала... Ну так вот, вот вся эта ситуация – это серьезный сигнал. То есть вместо того, чтобы сидеть за столом и договариваться, мы сейчас чувствуем именно мощное огромное давление среди, ну как бы со стороны капитала. Ну а то, что финансовый капитал, конечно, на своем пути абсолютно все сметает, мы это видим по ситуации во многих странах.

Константин Чуриков: Александр Анатольевич, я понял вашу мысль. Наверное, тут все-таки надо реагировать не Следственным комитетом, как вы говорите, а какими-то, может быть, более просто системными действиями? Потому что можно разово кого-то, как говорится, прищучить, схватить за руку, но системно будет то же самое по другим наименованиям продуктов, в других каких-то магазинах и в других ситуациях. Это то, о чем мы будем говорить сегодня уже после 9 вечера, о таком дремучем, голом, диком капитализме.

Сейчас у нас еще один звонок. Александр, Нижегородская область, здравствуйте. Здравствуйте, Александр.

Зритель: Алло?

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте-здравствуйте, добрый вечер.

Марина Калинина: Добрый вечер.

Зритель: Хотелось бы пожелать всем здоровья в самой умной передаче в нашей стране.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Самая умная передача в День дурака, да? Благодарим, спасибо.

Зритель: Ну, я не шучу, конечно, я забыл, что сегодня 1-е.

Вопрос очень серьезный, это всех касается нас. И я думаю, пока вверху и во власти, и в бизнесе этим будут заниматься одни и те же люди, мы никогда не увидим ни понижений на цены, ни улучшения жизни, ни повышения зарплат, пенсий, ни-че-го. То есть виноват...

Константин Чуриков: Подождите, Александр, куда вы... Александр, вернитесь к нам! Александр?

Марина Калинина: Что-то прервалось.

Константин Чуриков: Что со связью, господи... На самом деле интересном месте.

Марина Калинина: Ладно, мысль понятна.

Скажите, Александр, а может быть, не надо было государству вообще вмешиваться в регулирование цен, фиксировать эту цену в 36 рублей? Ну шло бы оно так плавненько, а сейчас вообще получаются какие-то скачки с ценами.

Александр Бражко: Вы знаете, вот на монопольных рынках, я считаю, что у нас ситуация в торговле нездоровая, то есть у нас именно сегмент магазинов рядом с домом, так называемых малых точек, он за последние годы достаточно серьезно разрушен... Вот когда у вас крупные системы, то вы обязаны именно на них воздействовать, и в этом была как бы идея строительства, регулирования этой системы. То есть у нас агрохолдинги огромные, большие производят большое количество «дешевых» продуктов, потом через крупные логистические центры данная продукция доходит до массового потребителя.

Поэтому, на мой взгляд, конечно, ну как бы мы поймем через год-два, какие были причины, почему правительство согласилось зафиксировать цены не на том уровне, на котором сказал президент, потому что президент сказал вернуть цены. То есть если бы их зафиксировали на уровне 20–25 рублей на сахар, то никаких вопросов бы не было. Но почему-то сделали опять все за счет покупателя. То есть мы с вами с декабря вынуждены покупать по повышенной цене и сахар, и подсолнечное масло...

Константин Чуриков: Да все на свете, да.

Александр Бражко: И нам еще рассказывают о том, что мы, покупатели, как бы и виноваты, что вот есть же мировые цены, то есть там якобы что-то выросло. Коллеги, не вопрос. Если бы на сахарном заводе повысили заработную плату хотя бы до 3–5 тысяч евро в месяц, если бы мы понимали, что в розничном магазине работник торгового зала или на кассе получает 2–2,5 опять же тысячи евро в месяц, ну тогда да, это было бы справедливо, то есть как бы то, что деньги собираются, идет непосредственно людям.

Но что вы слышите? Разве у нас всплеск по росту уровня заработной платы за последний год? Нет, это не наблюдается. Значит, куда пошли эти деньги? Разве они достались государству? Тоже практически ничего не идет в бюджет. Где они оседают? С этими вопросами не сможет справиться ни губернатор, ни министр сельского хозяйства, это вопрос Счетной палаты и, соответственно, Следственного комитета. Почему? Потому что эти цепочки выстраиваются профессиональными командами, которые имеют не одно высшее образование.

Константин Чуриков: Да, спасибо вам большое.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Александр Бражко, координатор федерального проекта «За честные продукты». Я просто еще раз проанонсирую, что вот где эти люди и зачем они это делают, об этом сегодня после 9 вечера, когда будем говорить о диком капитализме. Звонок у нас есть.

Марина Калинина: Звонок из Санкт-Петербурга, да, Сергей с нами на связи. Сергей, здравствуйте.

Константин Чуриков: Так, Сергей уже сорвался.

Очень много у нас сообщений. Так, смотрите, Омск: «А что, мы один сахар едим?» – так в том-то и дело, Омск, что дорожает-то и все остальное, на что-то зафиксировали цены, а вот на остальное-то нет, на картошку бы так, подсказываю, на картошку уже в принципе пора, можно. Нижний Новгород: «Пачка чая 100 граммов стоила 110 рублей, сейчас 186». «Отмените антисанкции, и цены стабилизируются», – тоже любопытно. Ну что, приглашаем в эфир нашего эксперта?

Марина Калинина: Следующий эксперт у нас на связи – Алексей Егармин, сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей. Алексей Викторович, добрый вечер.

Алексей Егармин: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Алексей Викторович, какая-то такая, скажем так, тревожная ситуация, ну здесь вот, по эту сторону, так сказать, экрана. Там в министерствах говорят, что все хорошо. Что делать? Санкции отменять? Я не знаю, что, что придумать, чтобы зажили как раньше? Даже не надо как до 2014 года, пускай где-то вот так, знаете, как в 2017 году, сейчас уже смотришь, думаешь: «Ой, здорово было!» В 2018-м, вот где-нибудь там остаться.

Алексей Егармин: Ну, действительно, ситуация тревожная, и тот вопрос, который поднимается, и поднимается в вашей передаче, он, конечно, беспокоит практически всех. И здесь что делать? Здесь, знаете, что делать, на этот вопрос не ответишь односложно. Ведь что привело к такой ситуации? Это многоуровневые, многогодовые ошибки, ошибки тех людей, которые руководят экономикой, они показали свою несостоятельность.

Марина Калинина: Но они же продолжают это делать.

Алексей Егармин: Но мы же не можем объединиться в рамках этой передачи и завтра сказать: «Ну-ка уходите отсюда, дайте место молодым», – так не произойдет, понимаете. С другой стороны, вот весь этот дискурс, который возникает сейчас и в средствах массовой информации, у вас в эфире и в других местах, – это попытка этих людей сбросить эту тематику обсуждения вот на этот уровень потребителей, и мы становимся такими заложниками, мы сами себя разогреваем: проблема есть, мы ее обсуждаем, потом мы даже делаем вид, что мы как-то в ней участвуем. Но на самом деле эти дяди и тети дальше решают свои какие-то задачи прикладные и мы пожинаем такой же отрицательный результат, понимаете.

На самом деле кроме говорильни пока ничего не сделано. Вот вы приводили пример сахара, вот говорил президент, что надо решить вопрос; его не решили, и опять все хорошо отдыхают, завтра не пойдут на работу, через какое-то время пойдут получать зарплату, и вроде бы как никто от этого не пострадал. С предыдущим оратором я согласен, что действительно ситуация требует жесткого какого-то вмешательства, регулирования, уже это из ряда вон. Вот сахар мы уже устали обсуждать, там существуют еще молоко, колбасные изделия, мясная группа товаров, курица, в конце концов, вообще все подорожало.

Константин Чуриков: Да, прежде всего курица.

Александр Викторович, нам вот зрители пишут: а вот мы сейчас перестанем покупать сахар? Но я боюсь, что это не испугает, ведь производители даже обрадуются: господи, зачем тогда этим (то есть нам) что-то продавать, можно просто вообще все за рубеж, вообще просто все.

Алексей Егармин: Ну, производители, как вы сами верно заметили, – это люди коммерческие, они просто зарабатывают деньги, поэтому в этой формуле, когда все должны зарабатывать деньги, нам как потребителям тоже нужно их зарабатывать. Для этого нужна экономика, которая дерегулируется и должна быть дерегулирована, простите. И тогда мы будем зарабатывать ровно столько, чтобы удовлетворить запросы производителей, а производители будут, в общем-то, комфортно себя чувствовать, зарабатывать деньги, ну и мы тоже будем зарабатывать вот те самые тысячи евро, как предыдущий оратор сказал, это было бы неплохо.

Поэтому производители, да, они заняли неконструктивную позицию, но это следовало ожидать, потому что вот их пытаются уговорами, какими-то, значит, мантрами сподобить на то, чтобы они не повышали цены. Ну они думают: «А что не повышать-то их, когда само по себе все складывается? Набьем карман денежками, пока можно набить, потому что в другие времена может этого не получиться, и все, а дальше будь что будет», – вот и все.

Константин Чуриков: Ну да, делай, что привык делать, и будь что будет.

Марина Калинина: Да.

Константин Чуриков: Галина, Вологодская область.

Марина Калинина: Галина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я тоже по ценам. Меня как бы сахар не волнует, я его покупаю мало, потребляю тоже немного.

Константин Чуриков: Правильно.

Зритель: Но вот рядышком со мной магазин «Пятерочка», я посещаю его ну регулярно, каждый день. И получается, в понедельник и вторник для пенсионеров скидка 10%, ну как бы все пенсионеры стараются в эти дни посетить магазин. Сегодня я прихожу в магазин, в понедельник молоко наше «Вологжанка» было 39 рублей 90 копеек, сегодня молока стоит в коробке полно, ценника нет. Спрашиваю продавца, сколько стоит молоко, нет ценника; она посмотрела и говорит, что 49 рублей 90 копеек. Вот представляете, на 10 рублей с понедельника по четверг. Я думаю, посчитала, это 25%.

Константин Чуриков: Секунду, секунду, сейчас, вот, значит, молоко. Мы ровно в понедельник об этом говорили, тоже были опровержения.

Марина Калинина: Да.

Константин Чуриков: Вот из тех же самых ведомств практически, может быть, там ФАС не опровергал, тоже все в порядке, по молоку все нормально.

Марина Калинина: Цена на молоко не поднимется.

Константин Чуриков: Вот +10 рублей. Так?

Зритель: Да. И понимаете, в то же время я на кассе прохожу, говорю: «Скидочку мне сделали?» – «Да, 5%». Я говорю: «А почему 5%? Сегодня четверг, 10%». – «Сняли».

Константин Чуриков: Вот так.

Зритель: Получается, только в понедельник 10%, а во все остальные дни... Так мне объяснила кассир. И вот понимаете, ну «Пятерочка» что-то у нас... Мне кажется, я вот захожу, меняются чуть ли не каждый день эти ценники, меняют. Девушка говорит: «Вот видите, все меняется». Но я подумала, возможно, действительно цены повысились, потому что с 1 апреля бывает такое. Но сегодня 1 апреля, и потом, ну слушайте, на 10 рублей с понедельника по четверг, это 25%. А вот что масло подсолнечное, что сахар, вот мы как бы...

Константин Чуриков: Галина, а вы на какие деньги вообще живете? Вот в месяц у вас, если не секрет... ?

Зритель: Я пенсионер, я пенсионерка.

Марина Калинина: А какая у вас пенсия?

Зритель: 20.

Марина Калинина: Ага.

Константин Чуриков: Спасибо, Галина из Вологодской области.

Алексей Викторович, напоследок хочется просто понять, с кем мы воюем. Может быть, мы, не знаю, сами с собой воюем, потому что всем все равно? Может быть, я не знаю, там чиновники не знают, как с большими бизнесменами разговаривать? Как действовать?

Алексей Егармин: Нет, воюем, конечно, сами с собой, причем одни вот эти самые чиновники разделились на один лагерь, а мы, вот все потребители, разделились на другой лагерь. И у нас произошло нарушение консенсуса, что у нас решения принимаются без какой-либо общественной значимости. Вот то, что говорит Галина, говорила Галина только что, – это практически под этим подпишутся все пенсионеры Российской Федерации, за исключением, может быть, тех, которые в прошлом были какие-то тоже большие чиновники и каким-то образом «намутили» себе хорошую пенсию. Поэтому, конечно, людей жалко.

Мы должны этот общественный консенсус найти, чтобы вот эти вот все решения не просто были определенной трепологией, которая там годами льется уже, но заставили наших представителей, депутатов принять ряд законов, которые, значит, выравнивают все, заставить ведомства, чтобы они оживили все-таки нашу экономику, все-таки оживили предпринимательство, и тогда у нас была бы бо́льшая конкурентность, ну сделать ряд решений, порой даже системных, понимаете.

Мы сейчас в рамках этой передачи, да я и не огромный специалист на все вопросы, мы не сможем добиться такого решения, но мы должны к этому стремиться, мы должны начинать с малого, заставлять людей работать, прежде всего чиновников, чтобы Галина нам больше не звонила в эфир и не говорила, что ее пытаются обмануть, по сути дела это с ней сделали, понимаете? Ну что такое за бред, сегодня была скидка, завтра не была скидка, вводили в заблуждение, чтобы специально она в этот магазин ходила; потом ей взяли и хотели впарить молока задорого. Это неправильно, просто неправильно.

А «Пятерочка» знаете, куда деньги отвезет, чтобы знали все? «Пятерочка» – это иностранная организация, она отвезет деньги в Европу, в которой получает свою основную прибыль, и будет дальше покупать за наши деньги яхты, корабли, самолеты, пароходы и недвижимость, а нам оттуда махать ручкой: как вы там, не натрепались еще на своем телевидении? Трепитесь дальше, мы еще...

Константин Чуриков: Алексей Викторович, а это прямо вот такая публичная информация, открытая? Это вот известно? Просто я не уточнял, честно.

Алексей Егармин: Насчет «Пятерочки» известно, конечно. «Пятерочка» – это зарубежный холдинг, она находится в Нидерландах. Открытая информация, конечно.

Константин Чуриков: Спасибо за информацию.

Марина Калинина: Понятно. Интересно.

Константин Чуриков: Алексей Викторович Егармин был у нас в эфире, сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей. Будем следить за тем, как нас защищают, кто нас защищает и что в итоге из этого получится.

Через пару минут продолжим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Производители сахара якобы приостановили его продажи торговым сетям. Минсельхоз и ФАС это опровергают