Зоны без наблюдения

Гости
Андрей Масалович
президент консорциума «Инфорус», специалист по кибербезопасности

Ксения Сакурова: И еще одна новость. Систему распознавания лиц пора ограничить, так считают правозащитники. По мнению экспертов проекта «Сетевые свободы», в законодательство нужно внести понятие разрешенных и запрещенных зон для применения подобных технологий и установить предельный срок хранения видеозаписей. В противном случае риск утечки информации заставит забыть о какой-либо приватности.

Петр Кузнецов: Власти признают, что вопрос требует внимания, однако от уже висящих камер вряд ли кто-то откажется. Например, в московской мэрии отметили, что видеонаблюдение используют при расследовании 70% преступлений, также оно помогает городским службам контролировать качество, например, уборки дворов или улиц.

Ксения Сакурова: По итогам первого полугодия этого года Россия вышла уже на второе место в мире по темпам подключения камер видеонаблюдения. Число камер в стране выросло более чем на 10%. Впереди нас по этому показателю только Южная Корея, там рост составил почти 30%. На третьем месте Великобритания с 10%-м приростом.

Петр Кузнецов: Ну а по общему числу камер Россия занимает третье место в мире. За первые 6 месяцев у нас подключили более 1 миллиона камер, их общее число достигло более 15 миллионов; для сравнения, у Китая, который лидирует по количеству камер, их более 204 миллионов, у США более 54 миллионов. Соответственно, Россия также находится на третьем же месте по количеству камер на тысячу человек, а индекс безопасности в стране выше, чем в США или во Франции.

Ксения Сакурова: Оправдано ли такое количество камер, или все-таки пора их немножко ограничить, мы будем говорить с экспертом. У нас на связи Андрей Масалович, президент Консорциума «Инфорус», специалист по кибербезопасности. Андрей Игоревич, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Андрей Масалович: Здравствуйте.

Ксения Сакурова: Вот мы жалуемся на камеры, что их слишком много, что мы все время под прицелом. С другой стороны, если верить исследованиям, в нашей стране жить безопаснее, чем даже во Франции. Может быть, нам действительно стоит смириться с этим дивным новым миром и привыкнуть к тому, что нет у нас приватности, зато безопасно живем?

Андрей Масалович: Ну, здесь я бы слово «смириться» отодвинул вот почему. Когда происходят какие-то новые процессы, они начинают очень быстро развиваться, если они кому-то выгодны, и эта сила начинает давить остальные силы. Сейчас, слава богу, несколько лет мы как люди, как личности были просто бесправны… Ну, если вы показали цифры, сколько камер в Китае или в Штатах, это уже не дивный новый мир, это цифровой концлагерь, вот. То есть я рад, что появляются силы, которые начинают хоть какие-то целенаправленные шаги, борьбу за наши права.

Потому что, с одной стороны, все, кто ставят камеры, могут очень много хороших аргументов привести, они правда нужны, они помогают в раскрываемости преступлений. С другой стороны, еще буквально 3–5 лет назад, когда, извините, в туалете вешали шуточку «Видеозапись в туалете ведется для вашей безопасности», это была шутка, а сейчас это шуткой быть перестало, вот. То есть действительно нужны приватные зоны, нужно ограничение хранения, нужны регламенты, когда какая информация в какие базы должна попадать, нужна возможность контроля. То есть нам предстоит пройти долгий-долгий путь, это зависит от того, насколько у нас соберутся вот люди, которые будут за наши права сражаться.

Ксения Сакурова: Тут еще вопрос, действительно ли это помогает нашей безопасности. Вот мы связывались с корреспондентами в регионах, там реальная ситуация, случай, подростки на самокатах повредили автомобиль, есть запись происшествия на камере видеонаблюдения, но, конечно, никто личность этих подростков установить на этом видео не может, ну проехали двое довольно быстро. Да, есть запись, пожалуйста, можно с ней куда-то прийти, но помогает ли это?

Петр Кузнецов: Нет, ну при желании можно все-таки, самое главное, что они попали туда.

Андрей Масалович: Ну смотрите, тут по двум аспектам не совсем так. Первое: сами камеры видеонаблюдения счастливее не делают, они должны быть собраны в системы, системы должны быть настроены на решение определенных задач. То есть в определенных случаях надо ставить дорогие камеры с хорошим разрешением, в других случаях можно обойтись совсем дешевыми, которые просто фиксируют движение предмета или движение человека, присутствие человека. И они должны быть упакованы в некоторые алгоритмы, которые распознают поведение участников. Ну то есть первая часть: если одна камера показала каких-то подростков и их распознать нельзя, значит, система должна была быть построена так, чтобы они с неизбежностью проехали лицом близко перед другими камерами, ну именно при анализе системном их выловить можно, это раз. Второе: в таких системах нужно делать алгоритмы использования. Например, человек зашел на автостоянку, подошел к своему автомобилю к одному, постоял и уехал – это нормально; человек зашел на автостоянку, подошел к одному автомобилю, второму, третьему – это уже ненормально, даже если мы его не опознали, мы должны сигнал тревоги получить. То есть сейчас проблема не в том, что мало камер, проблема в том, что они не собраны в системы и эти системы не настроены на задачи.

Петр Кузнецов: Да. «Живем по Оруэллу», – начали писать наши телезрители. А ведь первые же пойдут, если велосипед у подъезда украдут, в полицию просить посмотреть камеры видеонаблюдения у подъезда в таком случае. Вот здесь вот вопрос все-таки, Андрей Игоревич, один из основных: тут важно понять, когда мы определяем зоны слепые и зоны, где камеры нужны, все-таки где заканчивается забота о нашей безопасности и начинается та самая слежка.

Андрей Масалович: Ну, как во всякой физике, равнодействующая нескольких сил, то есть не будем давить мы – продавят нас, то есть наши права будут соблюдаться до той степени, на которой мы сумеем их отстоять, ну точнее кто-то, кто будет сейчас собираться вечерами в сельской библиотеке, выпускать газету «Искра» новую и бороться, делать такие революционные ячейки за права жителей. Ну, кстати, сейчас Оруэлла вспоминают реже, чем другую книжку, «Этот дивный мир»…

Петр Кузнецов: Да я удивился, что так поздно вспомнили в этой теме, думал, что сразу же начнут.

Раз уж на то пошло, а чего все-таки бояться обычным гражданам? Кто ими может реально интересоваться? Зачем кому-то нужны их перемещения? То есть круг интересантов.

Андрей Масалович: Ну вот перед вами сидит один пострадавший, у меня есть непутевый однофамилец по фамилии Масалович, у которого когда-то было 6 месяцев колонии-поселения за разжигание национальной розни. И по нерасторопности наших правоохранителей в его карточку, ну он нежелательная персона, его видеосистемы должны фиксировать в местах скопления людей, ну чтобы он… То есть проверять, если он явится на какой-нибудь, не знаю, Чемпионат мира по футболу, вот. И по недосмотру МВД в его карточку попала моя фотография, потому что фамилия та же, персона публичная, мою фотографию найти легче, и меня пару раз уже на улице тормозили, вот. Так что я понимаю, что где-то надо, пределы нужны, то есть из баз иметь возможность удалить, и по времени, чтобы они сами удалялись.

Ксения Сакурова: Но, насколько я понимаю современную букву закона, сейчас любое общественное место может быть оборудовано видеонаблюдением без предупреждения и это нормально.

Андрей Масалович: Это так. Но существует… Вот, помните, был момент, когда мелькнули, потом пропали очки Google Glass? Очень многие бары, рестораны, клубы специально заявляли, что к ним в этих очках нельзя, у них зоны приватные, хотя это вроде бы ресторан, это публичное место, но тем не менее шпионить у них не надо, то есть средства видеофиксации не нужны. Поэтому вопрос тоньше, публичная или не публичная зона, наверное, какие-то правила встречные, что «а я считаю, что вот вокруг меня должна быть приватность на три метра», тоже надо учитывать.

Ксения Сакурова: Но тут, наверное, не бывает каких-то исключений, тут, наверное, должны быть какие-то общие правила. Ну давайте попробуем их найти. Подъезд, например, это приватное или публичное пространство? Подъезд жилого дома, двор жилого дома – это приватное или публичное пространство?

Андрей Масалович: Ну, опыт показывает, что в самом подъезде происходит довольно много преступлений, в подъезде и в лифте, поэтому я не против того, например, чтобы в подъезде и в лифте стояли камеры, это раз. Второе: довольно много преступлений, ну мелких, можно предотвратить просто одной камерой на входе в подъезд, потому что, во-первых, если туда заходят на одну-две минуты какие-то странные молодые люди, там, наверное, закладка, ну наркота. Если туда заходит, извините, мужчина на полчаса-час, там, наверное, притон в этом подъезде, вот. Если там топчутся какие-то мошенники, которые постояли у одного подъезда, перешли к другому, – это, наверное, мошенники. То есть просто камера на подъезде позволяет как раз преступления предотвращать, а вот камера в лифте или внутри подъезда уже расследовать, кто был, что делал…

Ксения Сакурова: То есть все-таки там они нужны?

Андрей Масалович: Они нужны, да. Другое дело, я не готов ответить про камеры в туалетах публичных зон, не знаю, какого-нибудь офисного центра, вернее торгового центра, не знаю. Чисто по-человечески их не должно быть.

Петр Кузнецов: Но, с другой стороны, там тоже много чего происходит, в кабинках-то, да.

«Нормальным людям камеры наблюдения не мешают», – пишет наш телезритель из Смоленской области. То есть, судя по всему, имеют в виду, что если ты законопослушный гражданин, тебе все равно, где тебя снимают. Согласны с этим?

Андрей Масалович: Ну, не согласен. Все-таки такой, как это сказать, природный стыд остается, какие-то зоны приватности должны быть.

Петр Кузнецов: Да и к тому же вот, Андрей Игоревич, законопослушный гражданин, все равно на улице останавливают, потому что есть незаконопослушный Масалович, как выяснилось, на этой планете.

Андрей Масалович: Да, да.

Петр Кузнецов: «Нравится не нравится, это деньги немалые, ждем реальной помощи». Да, кстати, это же вопрос, тут еще спрашивают, во сколько обходятся нам все эти системы, нам как обычным гражданам.

Андрей Масалович: Эти системы стоят действительно дорого. Но хочу подчеркнуть, что вот есть случаи, где экономить не надо, потому что мне когда-то (давно, правда) знакомая, которая занимается экспертизой для МВД, жаловалась, что ей часто приносят на экспертизу результаты записи с видеокамер, установленных на банкоматах, а раньше на них экономили. Она говорит: «Я по этой камере, а там человек наклоняется против света. Я по этой записи могу сделать экспертизу, это был человек или обезьяна, но опознать человека нельзя». Поэтому лучше… Есть места, где не надо экономить.

Ксения Сакурова: Да, ну это то, о чем мы начали разговаривать. Спасибо большое. Андрей Масалович был с нами на связи, президент Консорциума «Инфорус», специалист по кибербезопасности.

Петр Кузнецов: Это был первый информационный насыщенный час дневного «ОТРажения». Оставайтесь с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)