Алёна Попова: Наше государство помогало мужчине говорить жене: «Сиди дома!»

Алёна Попова: Наше государство помогало мужчине говорить жене: «Сиди дома!» | Программа: ЗаДело! | ОТР

Куда и на кого идти учиться девушкам, чтобы найти достойную работу? Как пандемия повлияла на женскую безработицу?

2021-03-05T20:56:00+03:00
Алёна Попова: Наше государство помогало мужчине говорить жене: «Сиди дома!»
Куда идти? В IT!
Постковид
Вернулась из Канады, чтобы обустроить родное село…
Учма – место силы
Как в селе Аксиньино восстанавливают уникальный храм с архангелом на куполе. Сюжет
Любовь к неуютным уголкам своей родины
Соль. Почему современная синтетика - самый страшный наркотик?
Как девушка с синдромом Крузона неожиданно для себя стала звездой ТikTok. СЮЖЕТ о Софии Лебедевой
Сергей Кутовой: Мог блог – про искренность
Особенная многодетная мама Юлия Ставрова-Скрипник: Я много косячу в воспитании детей, но не скрываю этого!
Гости
Алёна Попова
сооснователь проекта «Ты не одна»

Илья Тарасов: Портрет среднестатистического человека, который находится за чертой бедности, это женщина с ребенком одинокая?

Алена Попова: Да, 67% среди 21 миллиона нищих в стране это женщины с детьми.

Илья Тарасов: В прошлом году пришла пандемия, которая выкосила рабочие места, у женщин в частности.

Алена Попова: В основном, у женщин, потому что женщины трудозаняты были ровно в тех отраслях, в большинстве своем, которые скосило... Это общепит, в котором женщины 70% являются кадрами, и владельцами ресторанов. Мы помогаем сейчас, стараемся женщинам переобучаться на такие профессии как сммщика или таргетолога, или создателя контента, которые хоть как-то востребованы.

Илья Тарасов: Вообще почему в России право на труд не реализовано?

Алена Попова: Оно очень странно реализовано. Ты знаешь, государство считает, что у нас социальное государство, поэтому оно все и так уже сделало, будь добра или будь добр сам уж как-нибудь справляться со своей бедностью или нищетой. У нас 16 миллионов женщин и 12 миллионов мужчин имеют высшее образование. Дальше, после пяти лет, в среднем, после выпуска из университета женщина выходит замуж или рожает первого ребенка, трудоустраивается на первую работу и, в том числе, рожает первого ребенка, то есть уходит в декрет. Когда она находится в декрете, наше прекраснейшее государство промоутирует эту мысль, что женщина должна сидеть дома, воспитывать ребенка, а мужик должен зарабатывать.

Дальше у нас страна 14 лет первая по количеству разводов среди стран ООН, это что значит. Первые две причины развода - это (инициаторами, в основном являются женщины) измена или экономическая причина.

Берем экономическую причину. Мужчина содержал семью, у него какие-то перетрубации там на работе, и он не может обеспечить предыдущий уровень дохода. Начинается в семье совершенно понятная история, потому что женщина вправе рассчитывать на то, что ее дети будут в безопасности, семья будет в безопасности. А он же сам говорил: «Сиди дома». И государство помогало ему это говорить. Она потеряла свои трудовые навыки, и если она хочет вернуться на работу, то она очень тяжело будет искать работу и, скорее всего, на очень маленькие деньги при очень высокой плотности задач. Государство не обеспечивает ясли, детские сады.

И вот случился, значит, развод у них, и государство оставило детей с ней. Дальше цепочку доматываем. У нас больше 100 миллиардов долгов по алиментам, то есть второй родитель не выплачивает никакие средства...

Илья Тарасов: Не помогает никаким образом.

Алена Попова: Да, на существование ребенка. И при этом женщина и мужчина получают разницу очень большую в зарплатах, то есть женщина получает на 30% зарплату ниже, чем мужчина на аналогичной должности. Это у нас закреплено в национальной стратегии в интересах женщин. Вот ты вот так выбиваешься из сил, работаешь, содержишь ребенка и скатываешься резко в эту воронку нищеты.

Илья Тарасов: Сейчас в связи с пандемией насколько реально все хуже стало?

Алена Попова: Сильно хуже, потому что люди остались без работы, у них не пропали обязательства по выплате кредитов, по налогам. Мы всех сейчас агитируем, вот сделали даже в рамках нашего проекта «Шаг за шагом» - это такая инициатива, которая помогает найти работу как раз. Помогаем правильно составить резюме, помогаем найти работодателя, который тебя переучит на ту сферу, которая принесет тебе доход желаемый, помогаем переобучиться, чтобы доход был все-таки хотя бы тот, который был до пандемии. Ну, и в целом, там очень хорошая история с тем, что еще есть психологи, которые помогают внутренние вот эти силы собрать в себе, то есть понять, что нет, ничего не потеряно, да, мы в болоте, но, как говорил Мюнхгаузен: «Мыслящий человек просто время от времени обязан себя вытаскивать из болота за волосы сам».

Илья Тарасов: Куда людям, которые потеряли работу, которые живут не в Москве, не в крупном городе, в регионе, которые просто реально не знают, на что им есть, где им искать работу или хотя бы подсказку, на какую работу можно устроиться?

Алена Попова: Значит, можно пойти к нам на «Ты не одна» и вот проект «Шаг за шагом», можно найти наших коллег в Новосибирске «One day - one step» - это проект, который позволяет как раз переобучаться на профессии, которые вот в данную конкретную секунду могут приносить ну хоть какой-то значимый доход. Значимый для кого-то - это пять тысяч рублей, для кого-то - сто тысяч рублей, то есть там ты сама можешь варьировать, сколько часов ты работаешь.

Илья Тарасов: Что не так с российским трудовым законодательством?

Алена Попова: Да с ним много не так, например, если у тебя на работе случились домогательства, то это не работодатель будет доказывать, что этих домогательств не было, а ты будешь доказывать, что эти домогательства были. И это, конечно, жуть. Мы помним все дело «Аэрофлота». Мы помним все дело о домогательствах. По-моему, это у нас Владивосток, когда пришлось работнице, в случае «Аэрофлота», доказывать дискриминацию, домогательство это тоже дискриминация. В другом случае доказывать именно сам факт домогательств. И в том, и в другом кейсе в суде в первой инстанции дела были проиграны и выиграны только в апелляции, только усилием большой общественной публичной компании.

Илья Тарасов: Но это законодательство или правоприменительная практика?

Алена Попова: Законодательство дурацкое в этом плане тоже. Оно, еще раз, со всех сторон идиотское: и со стороны работодателя, и со стороны работника. Работодатель, например, не может уволить работника, который плохо работает, а работник не может рассчитывать на нормальную трудовую защиту, если что-то происходит, как сейчас в кризис было. Работников вызывают и говорят: «Давай, пиши по собственному желанию, потому что иначе будет хуже, так хотя бы что-то получишь».

Илья Тарасов: Вот как вообще людям в этой ситуации поступать, как вообще и куда им жаловаться на это?

Алена Попова: Есть Центр социально-трудовых прав Лены Герасимовой, всем советую зайти на сайт посмотреть, и там очень хорошо прямо расшифрованы нормы, когда вас не могут уволить, если на вас давят, что вам предпринимать, например, вам можно вызвать трудовую комиссию, чтобы она пришла и посмотрела, что у вас там происходит. На самом деле нужно знать, и Лена, и еще команда, у них есть телефоны, по которым можно звонить, задавать любые вопросы. Есть на сайте, можно к ним обращаться.

Илья Тарасов: Что бы ты исправила в нашей стране, чтобы, мы сегодня про сферу трудоустройства говорим, вот хотя бы в этой сфере? Не то, что закрыть все проблемы, но чтобы вектор был направлен вверх уже решения этих проблем, и чтобы все, да... Мы сделали первые шаги, и все начало становиться хорошо. Вот что бы ты сделала? Любое.

Алена Попова: Значит, первое - это нужно, чтобы был все-таки минимальный неснижаемый уровень заработной платы. Второе - это надо думать о базовом доходе. Тот доход, который минимально имеют все граждане государства, просто потому что они граждане самой богатой страны. Сегодня самая крупная страна в мире, богатая ресурсами, и мы одни из лидеров по количеству миллиардеров. Базовый доход - прекрасная история.

Но если опускаться на землю, то это обязательство компаниям выровнять доходы между мужчинами и женщинами. Да, сейчас это 30% - это очень большая разница. Безусловно, это программы освобождения от налогов мам полностью, которые работают, имея детей до трех лет. Безусловно, это помощь семьям, которые приближаются к границам бедности - это освобождение от налогов, а не налоговые каникулы, вот эта чушь.

Я бы, безусловно, сделала эти банки проектов, которым помогают муниципалитеты. Еще я бы ввела селективные налоги - это система, о которой давно говорит декан экономического факультета МГУ Александр Александрович Аузан. Это когда ты платишь налоги, а дальше у тебя есть такой списочек, если налоги уходят в муниципалитет. Потому что у нас же налоги уходят на федеральный уровень, на муниципальный уровень, на региональный уровень. Вот, допустим, это муниципальный уровень, и ты выбираешь, куда ты хочешь, чтобы пошли твои налоги. Но я бы сделала еще и федеральные налоги тоже. Например, я не хочу, чтобы у нас новые ядерные боеголовки появлялись, а я хочу, чтобы у нас мамы и папы, семьи не попадали в воронку бедности.

Илья Тарасов: Или на закупки новых Toyota Camry для чиновников.

Алена Попова: Прокуратуры, например, да, или золотые ершики, унитазы. Примерно вот это самое.

Плюс я бы еще поменяла важную вещь. Я бы полностью переложила налоговое бремя с работодателей на граждан, чтобы в марте все мы взяли и посчитали, сколько дерет с нас государство. Потому что сейчас, например, работники не знают и у них ощущение, что государство им помогает. Вот это ужасная вещь, когда работник говорит: «Государство мне помогло». Моя бабушка говорит: «Мне, как Герою труда, государство добавило сто пятьдесят рублей, оно мне помогло». Вот если бы в марте каждый из нас пошел сдавать налоговую декларацию, увидел бы сумму, я думаю, что отношение к государству резко бы изменилось, то есть люди стали бы требовать благ тех, которые они заслуживают за свои деньги, больше.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Куда и на кого идти учиться девушкам, чтобы найти достойную работу? Как пандемия повлияла на женскую безработицу?