Анор Тукаева: «Я знала, что храм стремительно разрушается. И понимала, что, вероятно, скоро его уже не будет». Как восстанавливают храм-маяк в затопленной деревне

Анор Тукаева: «Я знала, что храм стремительно разрушается. И понимала, что, вероятно, скоро его уже не будет». Как восстанавливают храм-маяк в затопленной деревне
Как работают региональные благотворительные фонды. Интересный пример красноярского «Добро24.ру»
Спинальная мышечная атрофия у двух детей в одной семье из Красноярска
Руслану Мокроусову 33 года. Вместе с женой они родители-наставники шестерых приёмных детей
Почему в психоневрологические интернаты попадают здоровые дети? Как им жить с диагнозом в карточке?
Волонтерская экспедиция в Красноярск. Часть вторая. Какие фонды города помогают детям
Любой человек может поехать на две недели в волонтерский лагерь в любую страну
«Пришивали снятые скальпы, зашивали раны от мачете, роды принимали». Врачи-волонтеры Ксения и Яна о работе в больнице Health & Help в горах Гватемалы
Меняющие мир: истории людей, которые не остались равнодушными
Безопасность детей
Ксения Кнорре-Дмитриева: Самая страшная заявка на поиск детей – когда пропал маленький ребенок, а рядом был водоем
Гости
Анор Тукаева
директор благотворительного фонда культурных инициатив «ПроНаследие»

Илья Тарасов: Вы смотрите программу «ЗаДело!». У нас в гостях – Анор Тукаева, директор благотворительного фонда культурных инициатив «ПроНаследие». Привет.

Голос за кадром: Анор Тукаева – в одной из поездок по Вологодской области увидели развалины древнего храма. Церковь Рождества Христова была построена в XVIII веке в поселке Крохино, на месте которого в 1961-м создали Шекснинское водохранилище, затопив десятки деревень. Спасение храма стало делом ее жизни. Анор призвала добровольцев прийти на помощь. Силами волонтеров удалось построить дамба вокруг храма и спасти его от полного разрушения. В 2010-м Анор создала благотворительный фонд «Центр возрождения культурного наследия «Крохино». Сегодня организация носит название «ПроНаследие» и помогает сохранять исторические памятники в разных уголках России.

Илья Тарасов: Почему «ПроНаследие»? «Крохино»! Мы же о церкви сегодня говорим.

Анор Тукаева: Ну, сегодня мы говорим о церкви, но в целом мы пришли к тому, что нужно систематизировать работу и работать не только с одним памятником, а скорее с проблемой. А проблема касается не только Крохино. Вот поэтому.

Илья Тарасов: Четыре года назад, примерно в это же время, по-моему, в это же время…

Анор Тукаева: В июне.

Илья Тарасов: …да, мы как раз ездили, я ездил в Крохино, мы делали репортаж. Что изменилось за четыре года?

Анор Тукаева: На самом острове никаких изменений не произошло. И это как раз очень хорошая новость.

Илья Тарасов: Задача была – законсервировать?

Анор Тукаева: Задача была – остановить разрушение. И это произошло благодаря тому, что волонтеры построили такую микродамбу, которая окружает храм и остров. Потом мы еще, получается, перекинули такие мостки на берег и вынесли лагерь собственно на остров.

Но, помимо этого, мы продвинулись в инженерной плоскости. Во-первых, мы провели все инженерные изыскания за это время на народные средства, которые мы собирали на Planeta. И потом… Это произошло в прошлом году – мы выиграли специальный приз Русского географического общества, и Фонд Михалкова пообещал нам выделить 2 миллиона рублей.

Илья Тарасов: Пообещал выделить Фонд Михалкова. Не выделил пока.

Анор Тукаева: Да. Ну, это связано с тем, что как раз работы запланированы на июнь. И мы надеемся, что все состоится. Мы нашли прекрасных гидрогеологов и инженеров-строителей, которые смогут построить берегоукрепление. Это шпунтовая стенка. И это, по сути, первые вот такие серьезные инженерные работы, не волонтерские. Поэтому у нас довольно много хороших новостей.

Илья Тарасов: Я всю историю помню. Для телезрителей нужно напомнить. Каким образом ты, которая живет не в той области даже, в другом городе, решила заниматься вот этой церковью? Что произошло и когда?

Анор Тукаева: В 2009 году я впервые побывала в Крохино. Я поехала туда с достаточно праздным интересом. Очень была сжатой информация, представленная в интернете тогда, об этом месте и об этом храме. Мне было интересно увидеть. Я знала, что храм очень стремительно разрушается. И я понимала, что, вероятно, скоро его уже не будет. А вот эта тема затопленных городов меня тогда очень интересовала. Ну, мне было 23 года, и поэтому у меня был такой любительский интерес путешественника-фотографа, скорее так. Ну, я туда приехала, а уехать уже не смогла.

Я не знаю, как это объяснить. Ну, видимо, я там нашла себя, наверное, в каком-то смысле. И действительно профессионально у меня траектория пошла вообще в другую сторону. Потому что я работала в сфере государственно-муниципального управления, в консалтинге, а я сейчас занимаюсь профессионально только сохранением культурного наследия. И я очень рада этому.

Илья Тарасов: Крохинская церковь – какие у вас планы на ближайшее время? И что вообще должно быть на этом месте?

Анор Тукаева: История этого места такова, что храм был сохранен как маяк зоны затопления. И несмотря на то, что наша цель – это консервация храма, мы продумывали сам проект, у нас уже есть визуализация этого проекта. Мы как раз думали о том, что здесь должен быть маяк, по крайней мере стилизация маяка. Потому что восстановленный храм здесь никому не нужен, приход здесь невозможно возродить, потому что нет людей. Поэтому мы подумали, что это может быть стилизация маяка, как со светом и так далее. Может быть, даже будет и колокол, но это скорее будет такая корабельная рында, потому что сейчас это храм-корабль, по большому счету, который стоит прямо посреди Шексны.

Илья Тарасов: И мимо него…

Анор Тукаева: И мимо него каждые пять минут проплывают суда.

Илья Тарасов: И вообще, на самом деле, мне кажется, это не только маяк, но это такой символ вообще эпохи… Сколько деревень было затоплено?

Анор Тукаева: По разным данным – больше 700 сельских поселений, в том числе городов. Мелкие деревни иногда просто в счет не шли, совсем мелкие деревушки. Допустим, история затопления на Белом озере никем как-то подробно и фундаментально не изучалась. И сел затопленных было от 13 до 20. И это еще предстоит узнать.

Илья Тарасов: В этом году у вас будет очередная экспедиция. Когда и сколько человек поедет? И что вы будете делать?

Анор Тукаева: В этом году работы начнутся с того самого берегоукрепления и возведения шпунтовой стенки, и этим будут заниматься профессионалы. Но волонтерам здесь нужно, естественно, помогать. С одной стороны, быть такими помощниками добровольными. С другой стороны, у нас параллельно ведется строительство волонтерского кампуса. Мы купили дом, и этот дом станет такой волонтерской базой, а в будущем, я надеюсь, таким кампусом волонтеров.

Илья Тарасов: Что будет представлять из себя кампус? Это место, куда можно приехать, чему-то научиться и поучаствовать в работах?

Анор Тукаева: Да, это место, где можно будет приехать и поучаствовать в конкретных экспедициях в Крохино. Но, помимо этого, мы надеемся развивать волонтерство и в самом городе. То есть – волонтерство для города. Там есть где приложить усилия. И мне кажется, если бы это была коллаборация приезжих волонтеров и горожан – вот это была бы совсем другая история, она была бы очень классная.

Илья Тарасов: Когда я был четыре года назад, насколько я помню, среди местных… Там волонтеров, наверное, человек пятнадцать всего было, а среди местных волонтер был один. Ситуация сейчас поменялась?

Анор Тукаева: Ситуация не поменялась, нет.

Илья Тарасов: Он один до сих пор? Или теперь вообще никого нет?

Анор Тукаева: Когда есть у него возможность, он присоединяется к нам, а когда нет – нет.

Илья Тарасов: На это лето кого вы ждете, кто к вам может приехать, какие условия, на сколько дней? И как это можно сделать? Где найти информацию?

Анор Тукаева: Информацию можно найти в наших соцсетях. Ждем мы по-прежнему всех. Но надо сказать честно, что в этом сезоне у нас довольно тяжелые и аскетические условия проживания, потому что волонтерский кампус еще в стадии стройки. Я должна вам сказать об этом честно, что каких-то комфортных условий нет. Ну, у нас их не было и раньше.

Илья Тарасов: Ребята, не было раньше и в этом году не будет. Будут в следующем, но надо подождать.

Анор Тукаева: Да-да.

Илья Тарасов: Я был четыре года назад. Говорили, что нет условий. Отличные условия! Крыша над головой есть, отлично кормят, на лодочке довозят. Шикарно! И погода летом там стоит просто замечательная. Поэтому не надо антирекламу делать. Нормальные условия.

Анор Тукаева: Лагерь теперь на берегу, комаров там чуть больше, чем на острове.

Илья Тарасов: Сколько человек? Какие будут работы? Что нужно будет делать?

Анор Тукаева: Я думаю, что в этом сезоне, поскольку период экспедиционный будет просто целый месяц (с середины июня до середины июля), то это будет, наверное, такой вахтовый метод, получается, когда люди друг друга просто сменяют. Когда будет возведена шпунтовая стенка (а она будет возведена буквой «Г» с южной стороны острова и с западной), пространство между стенкой и храмом нужно будет засыпать. Будет привезен песок, этот песок нужно будет тачками туда высыпать. Это то, что касается работ конкретно на храмовом острове. То, что у нас творится на волонтерском участке – ну, это просто стройка. То есть там совершенно бардак. И там…

Илья Тарасов: Нужно будет пилить, строгать…

Анор Тукаева: Убирать мусор, да.

Илья Тарасов: Если я очень хочу помочь вашему проекту, но не могу поехать, каким образом я могу это сделать?

Анор Тукаева: Прямо сейчас у нас идет сбор на Planeta, по поиску «Крохино» легко будет найти. Мы собираем недостающие средства на возведение шпунтовой стенки, потому что Фонд Михалкова выделяет нам 2 миллиона, а сами работы будут стоить 2,5 миллиона. Вот эти 500 тысяч недостающие мы как раз собираем. Можно всегда пожертвовать деньги не только через краудфандинг, но и через наш сайт krokhino.ru.

Можно быть еще и интеллектуальным волонтером, потому что у нас, помимо каких-то работ на храмовом острове и работ, связанных с обустройством волонтерского кампуса, есть еще виртуальный музей. Мы начали раскручивать исследовательскую работу с переселенцами, с бывшими жителями Крохино и других затопленных деревень Белого озера. Поэтому это работа с аудиоинтервью вот этих людей, они все уже пожилые. И это очень ценная информация. Можно сейчас еще, что называется, в последний вагон вскочить и успеть записать. Люди очень быстро уходят. То есть это очень важная работа. Здесь можно заниматься и расшифровкой интервью, и обработкой фотографий. И все это можно делать в совершенно дистанционном режиме. У нас есть волонтеры, которые живут в Челябинской области, в Новосибирске и нам помогают таким образом. Приехать им, конечно, тяжело, но дистанционно помогать они тем не менее могут.

Илья Тарасов: Всех ждем! Не забудьте палатки, спальные мешки, пару баночек тушенки, сгущенки, хорошее настроение. А работы хватит всем. Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск