Благотворительность в сети

Гости
Ник Хабулиани
продюсер «Абракадабра ТВ»

Илья Тарасов: Добрый день! Меня зовут Илья Тарасов. И вы смотрите программу «ЗаДело!». Мы говорим о самых острых социальных проблемах и даем инструкции по их решению.

Социальные сети по уровню охвата и вовлеченности уже давно обогнали телевидение. Ежедневно создаются тысячи блогов, публикуются миллионы фотографий и видеозаписей. Сегодня каждый может написать пост, поделиться информацией или высказать свою точку зрения. И если твои публикации действительно интересны людям, то вокруг них начинает формироваться аудитория – и с этого момента тебя называют блогером.

Сегодня в программе. Интернет на страже добрых дел: самые популярные блоги на социальную тематику. «Солнечный инстаграм»: зачем Александр Семин завел блог своему сыну? Как правильно помогать животным с помощью YouTube и «Одноклассников»? Все это и многое другое смотрите прямо сейчас в программе «ЗаДело!» на Общественном телевидении России.

Илья Тарасов: В одном из прошлых выпусков к нам в студию приходила замечательная семья Тюленевых со своим тогда еще шестимесячным сыном, у которого синдром Дауна. Сейчас у Тюленевых все просто супер: глава семейства Виталий ведет свой блог в Instagram, за которым мы пристально следим. Кстати, тогда на съемке Виталий очень эмоционально рассказывал нам о своих переживаниях. И еще он сказал, что ему очень сильно помог один известный человек, просто с ним поговорив. Кто этот человек – он нам не сказал. А вот мы догадались сами.

Александр Семин – режиссер, сценарист, продюсер. Шесть лет ведет в Instagram блог папы особенного ребенка. На своей страничке Александр рассказывает о наиболее ярких событиях жизни своего шестилетнего сына Семы, который родился с синдромом Дауна. У папы Семы больше 250 тысяч подписчиков. Он мечтает изменить отношение общества к людям с особенностями развития и помочь родителям «солнечных детей» избавиться от комплекса жертвы и социальной изоляции. Вдохновленный успехами сына три года назад вместе с Эвелиной Бледанс, мамой мальчика, создал интернет-ресурс «МедиаСема», где публикует видеоуроки для родителей особенных детей. Лично работает с семьями и регулярно выезжает в родильные дома с целью уговорить родителей не отказываться от детей с синдромом Дауна.

Илья Тарасов: Вы по-прежнему смотрите программу «ЗаДело!». И у нас в гостях Александр Семин. Саша, привет.

Александр Семин: Привет.

Илья Тарасов: Я подписался вчера на инстаграм, вот вчера подписался, посмотрел.

Александр Семин: На Сему?

Илья Тарасов: Да, подписался на Сему, посмотрел несколько десятков постов. В отличие от всех остальных инстаграмов, на которые я подписан, где странички ведут мамы, тексты у тебя минимальные. Ну, он такой хороший, хлесткий, емкий. Мне нравится.

Александр Семин: Instagram – это абсолютно такая история от скуки. Короче говоря, это не про долгие тексты. Хотя маркетологи говорят, что надо сейчас писать побольше.

Илья Тарасов: Надо развивать. Ну, куда развивать тебе инстаграм? Сколько? На мой взгляд… Ой, не помню сейчас.

Александр Семин: 252.

Илья Тарасов: Да, 252 тысячи подписчиков. Но начнем, наверное, не с твоего инстаграма, а с инстаграма нашего друга Виталия Тюленева. Расскажи, как ты с ним познакомился, как это было?

Александр Семин: Помимо развлекательной функции, духовно-нравственной, образовывающей, Instagram выполняет самую главную – это горячая линия. В общем-то, люди, которые понимают, что им нужна какая-то помощь, совет, комментарий, поддержка, они пишут в директ, который я проверяю значительно чаще, чем аккаунты, на которые я подписан в принципе в Instagram.

И вот так мы познакомились с Виталиком, который еще тогда, не будучи Виталиком, которого я знаю, обратился за помощью. Можно спокойно об этом говорить, потому что он уже человек, принявший нашу веру – веру нормальности. Он, конечно, молодец. Потому что папы же сразу сваливают, они пугаются.

Фрагмент программы «ЗаДело!» от 27 октября 2017 года

Виталий Тюленев: «Когда мне сказали, что он у нас с синдромом Дауна, я был, честно говоря, в шоке. Я понял: «Так, стоп, стоп! Нет-нет-нет! Надо с этим что-то делать!» Я бился в какие-то стенки, двери, я кому-то что-то пытался: "Ребята, помогите! Как с этим жить?»

Александр Семин: Самое главное проявление мужской силы – это когда ты можешь признать свою беспомощность и слабость. А это нормально – пугаться. Я тоже испугался. Когда Сема родился, я тоже… У меня часто всплывает в голове эта метафора, что снег был реально другого цвета.

Это нормально, потому что мы все ждем идеального ребенка. Потом этого идеального ребенка нет. Его нет, а тебе надо как-то с ним проститься. Проститься и пооплакивать отсутствие идеального ребенка ты не можешь, потому что у тебя лежит твой ребенок. И здесь возникает дико неловкое чувство. И вообще это очень любопытная история для анализа. И он написал как есть. Потом мы с ним созвонились.

Фрагмент программы «ЗаДело!» от 27 октября 2017 года

Виталий Тюленев: «Мне повстречался один человек, у него такой же ребенок, и он достаточно известный человек. Мы с ним встретились. И буквально за полчаса общения в кафе, мягко говоря, мы ржали вот над этими всеми проблемами – якобы проблемами».

Александр Семин: А мы встретились, и там не было вот этого: «Давайте подержу за руку. Смотри, твоя жизнь поменялась, и теперь…» А он же, поскольку парень веселый… И веселым парням вообще легче жить. И мы с ним на эту тему вышли, и я говорю: «Давайте посмотрим инстаграм, Сему. Я расскажу, как теперь на самом деле».

Мне не хочется говорить, какие мы с ним хорошие и какие мы созидательные, но надо… Еще раз: я ценю его за то, что он не побоялся признаться, что ему страшно. И как только он в этом признался – он победил. И сейчас я просто наслаждаюсь его инстаграмом. Я говорю: «Все, у нас с тобой будет бартер – я тебя вытаскиваю из пучины уныния, а ты меня учишь всему вот этому своему ремеслу». Пока…

Илья Тарасов: Виталик, где ты?

Александр Семин: Нет, он просто выкладывает свои видосы со своей бицухой – и просто кладет меня с комплексами обратно к себе туда. Так что нормально.

Илья Тарасов: А почему Instagram? Ты же начал вести Instagram. Почему? Почему именно Instagram, не Facebook, не что-то другое, а именно это?

Александр Семин: А мне тогда показалось, что это гораздо проще. Вот исключительно потому, что проще. Во-вторых, мне нравилось, что нам в Instagram рассказывают истории через картинки. А почему картинки важны? Потому что действительно особенные дети – с точки зрения картинки, это страшновато, ну, как бы людей. Сразу видно, что вот он – больной ребенок.

Хороший пример. У всех есть четкая ассоциация, что больной ребенок, а особенно с синдромом Дауна – это ребенок с высунутым языком. Да? То есть захочешь показать какого-нибудь больного или покривляться – ты обязательно сделаешь что-то вроде языка. А когда ты знаешь как родитель и как уже разбирающийся человек, что это только потому, что просто у синдрома большой язык… Кому-то достается при рождении определенные другие большие части тела.

Илья Тарасов: Уши.

Александр Семин: Да, уши. Кому-то…

Илья Тарасов: Не будем.

Александр Семин: Понимаешь, да? А вот дети с синдромом Дауна – у них большой язык, и он просто не умещается. Вообще он будет отличным любовником, мне кажется. Короче, язык не умещается.

И только Instagram может позволить тебе взять ребенка, посадить рядом Эвелину, маму, себя, высунуть языки и запустить процесс нормальной и естественной самоиронии: «Ребята, ну не умещаются языки!» А другой потом начинает заниматься этим – не операбельно, а просто тренироваться: «Убираем, убираем, убираем». Все. И вот его почти уже нет.

Вот Facebook – наверное, это больше для прокачанных, образованных, ну серьезно, людей, которые готовы к тексту, к интерпретации.

Илья Тарасов: Читать.

Александр Семин: А поскольку это ежедневная бытовая летопись твоей жизни, нет ничего лучшего воспитывать в себе иммунитет к страху по синдрому через ежедневную какую-то историю. Как рассказать, как растет ребенок? Только инстаграмчиком рассказываешь и показываешь, что происходит.

И я больше скажу, не было никогда задачи: «Сейчас мы сделаем из тебя блогера». Была одна задача – показать и вместе с вами смотреть, как это все происходит. И вы не найдете никогда нравоучительства в этом инстаграме. Это тоже…

Илья Тарасов: Там его нет.

Александр Семин: Наоборот, я всячески пытаюсь приглушать рассерженный гнев родителей, которые начинают: «Вот нас оскорбили, обидели», – и так далее, и так далее.

Илья Тарасов: Как ты борешься с негативом? Много негатива?

Александр Семин: Раньше было очень много. Жизнь меняется на лестничной клетке. Она не меняется, потому что есть закон. Она не меняется, потому что есть какая-то государственная воля. Она меняется, если соседи твои по лестничной клетке улыбаются и не показывают пальцем.

А самое главное, когда ты заходишь в свою лестничную клетку или на детскую площадку – и тебе вообще пофигу. Это принцип на самом деле собачьих стай, вот честно. Когда начинают ребенка стесняться, когда мама или папа его стесняется… Вот это жесткий, абсолютно точный закон. Если родитель не стесняется, если он обожает, вот происходит удивительная химическая реакция – все вокруг, у них пропадает вот этот момент, ухватиться за какую-то неточность. Прелесть особенности в детях – то, что в любви их как бы недостаток становится обаянием.

Илья Тарасов: То есть – как мы относимся сами, так и все остальные?

Александр Семин: Конечно. Если ты приходишь, и тебе неловко за своего ребенка, потому что у него язык, условно, обещаю – все будут замечать язык. Но если ты приходишь и говоришь: «Да, у меня такое вот странное создание. Пускай оно с языком, с крыльями, но – мое! Зато у нас лучшие крылья, которые вы могли найти на этой детской площадке».

Илья Тарасов: Мне кажется, юмор – это то, что нужно.

Александр Семин: Мы сделали два ролика. Мы как-то решили прикольнуться и сделали ролик про то, что да, у нас действительно есть, живет в семье особенный ребенок. Один ролик про то, что этот ребенок ворует чихи. Вот никогда не задумывался? Когда хочешь чихнуть, а потом что-то тебя отвлекает…

Илья Тарасов: Либо тебе говорят, что…

Александр Семин: Да-да. И это самый обломный момент!

Видео с сайта instagram.com, пользователь: semensemin

Александр Семин: Вот Сема ворует чихи. И мы начинаем с этой всей серьезностью особенного момента…

Илья Тарасов: Рассказывать.

Александр Семин: Рассказывать, да. И есть ролик, где он высушивает сказки.

Видео с сайта instagram.com, пользователь: semensemin

Александр Семин: Жить с осушителем сказок – вот это реальная особенность. Это тебе не синдром Дауна, это тебе не лишняя хромосома. А жить с вором чихов – это вообще страшно! Вообще страшно, когда твой ребенок ворует чихи! Посмотри, как он может повлиять на общество.

Я сейчас даю специально тебе фразы, которые есть в комментариях. Понимаешь? «Как же так? Вы портите…» Ну, там же много всего. Раньше я очень, конечно, горевал, потому что я папа, живой папа живого ребенка, типа это наезд на меня. А потом, когда этого становится очень много, ты перестаешь относиться к этому, как к личному. Ну, если бы ты меня сейчас послал, условно, я бы расстроился. А если бы сейчас все ребята начали меня посылать, я бы задумался над какой-то хренью классной, то есть в этом была бы игра. Здесь такой же эффект.

И всем, кто пытается вести и бороться с хейтерами, нужно понимать одну вещь: чем больше, тем вам должно быть легче. Это сразу превращается в какой-то очень любопытный гон. И мне несколько раз такие вещи говорили, типа: «Как вы с ним живете? Он же ненормальный». И я дальше ему рассказываю, как сложно жить: «Вы действительно правы, очень сложно жить».

Главная моя любимая история, что какашки особенного ребенка принципиально другие и отличаются от какашек здорового ребенка. Я говорю: «Вот с этим главная проблема». А чего ты смеешься? Была история…

Илья Тарасов: Ха-ха-ха!

Александр Семин: Была история. Я ее очень люблю, и люблю рассказывать. Я хочу ее рассказать.

Паре 19 лет, пишут также, «горячая линия». Я к ним приезжаю, встречаюсь недалеко в ресторанчике одном. В глазах… А уже рожать, прямо совсем рожать. Молодые. Это к вопросу, что старородящие. Молодые, 19 лет ребятам, хорошие. Вот опять же – то, что они попросили о помощи, означает, что они хотят. Сомневающиеся, да? Но в глазах страх такой! Красивые ребята ждут ребенка первого, и уже поставили синдром Дауна. И я понимаю, что очень страшно, и надо как-то выкручиваться. А ты уже сказал, что юмор – это наше все. И я им говорю: «Ребята, вы уже купили специальную мебель?» У них еще глаза…

Илья Тарасов: «Так, мебель…»

Александр Семин: «А вы уже одежду специальную, игрушки подобрали? А специальные памперсы? Ну, вы должны понимать, что рождение особенного ребенка… Ну, я не буду говорить уже про квартиру, но должна быть специальная мебель».

И возникает эта пауза, в которой происходит чудо. Оно абсолютно божественное, потому что ни книги не надо читать, ни, простите, молитвы за то, что… Вот этот момент. Господи, какая же это чушь! Вот представьте себе улыбку здорового ребенка и улыбку нездорового ребенка. Вот сравни эти улыбки и пойми, чем они отличаются.

Илья Тарасов: Ничем.

Александр Семин: И в этот момент произошло… У них сейчас охренительный инстаграм! У них уже есть еще ребенок. Они фантастические родители! Честно, они из моих таких любимчиков. Знаешь, вот такие ученики, на которых поглядываешь и думаешь: «Блин! Молодцы, молодцы». Так что…

Илья Тарасов: А к тебе можно обратиться за помощью?

Александр Семин: Обязательно. Именно для этого… Вот единственное, что я делаю регулярно, кроме… Я думал, что буду делать зарядку регулярно, а делаю регулярно точно – я проверяю директ, потому что для меня это очень важно. Я знаю, что я могу сказать. И я знаю, что это работает.

И это, к счастью, история не только с Виталиком. Очень много тех, кого вы можете увидеть в Instagram, уже каким-то образом признали то, что они хотят попросить помощи. Вообще нельзя стесняться просить помочь, а особенно тем, кто…

Я не знаю, как помогать родителям детей, которым даже на год больше, чем Семе. Вот я не знаю, что будет дальше. Я не знаю, как устраивать личную жизнь Семе. Я не знаю, что связано с работой. Я узнаю это потом, когда придет время. Но все, что касается от момента рождения до шестилетия – come on! Все расскажу.

Илья Тарасов: Welcome!

Александр Семин: Да. Поэтому…

Илья Тарасов: Поэтому, ребята, не бойтесь! Подписывайтесь на инстаграм, пишите в директ. И самое главное – помните, что юмор и самоирония спасут мир. Это правда?

Александр Семин: Это абсолютно точно.

Илья Тарасов: Спасибо.

Смотрите далее. История Рустама: блог приемной семьи. Дарья Кузнецова расскажет, зачем ей пять страниц в Instagram и какие блоги людей с особенностями самые популярные в России. Как правильно помогать животным с помощью YouTube и «Одноклассников»? Почему ютуб-блогеры помогают бездомным? Все это и многое другое смотрите прямо сейчас в программе «ЗаДело!» на Общественном телевидении России.

Дарья Кузнецова – профессиональный фотограф, блогер. После автомобильной аварии уже десять лет прикована к инвалидной коляске. Автор социального фотопроекта, посвященного успешным женщинам с инвалидностью. В сети Дарья популяризирует идеи здорового и динамичного образа жизни, активной гражданской позиции и раскрытия внутреннего потенциала людей с ограниченными возможностями. Сегодня у Дарьи более 8 тысяч подписчиков. На своих страницах в Instagram девушка делится важными событиями из личной жизни, освещает мероприятия созданного ей фонда помощи инвалидам «Активная жизнь». В 2013-м научилась водить карт и в том же году запустила ежегодный проект «Картинг без границ» – настоящие гонки на картах на скоростном треке для инвалидов-колясочников.

Илья Тарасов: Вы по-прежнему смотрите программу «ЗаДело!». И сейчас у нас в гостях Дарья Кузнецова. Даша, привет.

Дарья Кузнецова: Привет.

Илья Тарасов: Часто тебя к нам заносит в гости, это хорошо. Пять страниц в Instagram у тебя только?

Дарья Кузнецова: Да.

Илья Тарасов: Почему пять?

Дарья Кузнецова: Ну, потому что порой я открываю какие-то проекты или у меня возникают какие-то идеи, и посвящать этому только свою страницу… Ну, у меня уже просто не хватает ресурсов. Я понимаю, что есть самодостаточные страницы, которые уже… ну, то есть я их запускаю, и они живут без привязки ко мне, а просто продолжают, например, наполняться интересным контентом.

Илья Тарасов: Какая аудитория получается у тебя?

Дарья Кузнецова: Моя личная – где-то 8 тысяч человек. Но главное – это то, куда прибавляются люди в проектах. По крайней мере, для меня это очень важно. Я этому много времени уделяю.

Илья Тарасов: О чем блоги твои, пять штук?

Дарья Кузнецова: Мы открыли страницу на Facebook и наполняем ее не только таким развлекательным, а скорее – содержательным контентом, чтобы люди с инвалидностью могли разобраться и найти такую навигацию по полезным, например, тренажерным залам для инвалидов, где пойти учиться с инклюзивными программами, какие-то интересные событийные новости, мероприятия – все что угодно.

К большому сожалению, пока я не завела личную страницу и не стала рассказывать о том, кто я, чем я занимаюсь, и привлекать через это внимание к благотворительности, к социальным проектам, вот этот КПД был очень низким. У меня есть такие, скажем, страницы без меня, как, например, Travelinawheelchair в Instagram – это информация о путешествия на коляске: куда поехать, где будет удобно, будь то рестораны, торговые центры, пляжи, дома отдыха или санатории, или отели. То есть люди делятся своими впечатлениями. Меня там вообще нет, я просто координирую эту работу.

Илья Тарасов: Зря. А остальные страницы?

Дарья Кузнецова: Ну, например, «Право на парковку». До того, как у нас и приняли законы о парковочных местах для инвалидов и собственно ввели сейчас знаки персонализированные, ситуация обстояла таким образом, что куда бы ты ни приехал на своей машине с инвалидным знаком, все места были заняты. И для этого мы вот такую просветительскую страницу открыли, где рассказывали, почему не надо игнорировать эти правила.

Видео с сайта youtube.com, пользователь: Дарья Кузнецова

Дарья Кузнецова: Поначалу частым ответом было: «Да вас там нет. Вас, инвалидов, нет».

Илья Тарасов: «Вы не выезжаете».

Дарья Кузнецова: Да. Мы есть. И, конечно, то, что такие места будут появляться – это как раз будет помогать людям выбраться из дома и быть уверенным, что он куда-то доедет и там сможет открыть дверь своей машины, вытащить коляску и поехать работать, учиться или встретиться с друзьями, родными. Сейчас благодаря тому, что эта интернет-сфера развивается, нам всем стало проще. Мы можем коммуницировать, мы можем собираться на каких-то форумах или фестивалях, обмениваться мнениями. Это вообще новая страница возможностей.

Илья Тарасов: Плюс самовыражение – человек теперь может рассказать о себе.

Дарья Кузнецова: Да.

Илья Тарасов: Можно вести блог, не выходя из дома.

Дарья Кузнецова: Это очень важно – выходить из дома. И я думаю, что именно пример других уже, более таких социализированных инвалидов, он и помогает людям поверить в себя.

Илья Тарасов: Кого ты знаешь из ребят с особенностями, которые сделали, наверное, блог частью своей жизни, частью своей работы? Кто у нас сейчас в стране?

Дарья Кузнецова: У нас таких очень много. Наташа Каптелинина из Питера. Мика Арм из Краснодара. Ксюша Безуглова, конечно, из Москвы. Это по колясочникам.

Очень много ребят на протезах, которые становятся… Ну, я их называю «киборги», потому что это сочетание биологического и механического. Это привлекает внимание. Это, конечно, новый совершенно уровень реабилитационных технических средств.

Илья Тарасов: Блог – это тяжело? Все просто думают: «Так, что мне – учиться идти? Ну, что-то не очень… Работать? Ну, я заведу блог сейчас, соберу себе 100 тысяч подписчиков и буду зарабатывать на рекламе – и все, дело в шляпе».

Дарья Кузнецова: Вообще прекрасный план!

Илья Тарасов: Вперед, да? Вперед!

Дарья Кузнецова: Прекрасный план! Вперед, да. Вести блог – это такая же работа.

Илья Тарасов: Насчет людей, кстати. От аудитории какая отдача? Это просто доброе слово? Или бывает физическая поддержка, или, не знаю, материальная, ну, какая угодно, если мы говорим о каких-то проектах или о конкретных ситуациях?

Дарья Кузнецова: Какие-то моменты позволяют мне привлечь внимание, от себя перевести его, например, на проект «Картинг без границ», на «Окрыленных мечтой». Благодаря этому вниманию мы можем делать это не только в Москве, но теперь и в разных городах. Для меня это, конечно, очень приятно, когда говорят, что это вдохновляет, что мой пример помогает кому-то не сдаваться. Сталкиваясь с какими-то сложностями, не надо опускать руки. Нужно просто найти какую-то силу в себе. Когда ты справляешься со сложностями, ты определенно становишься круче и мощнее.

Был недавно случай: одна девушка мне писала, что… Ну, такой крик души. Она села в кресло, у нее какое-то специфическое заболевание, и она не видит смысла выходить из дома. Она боится того, что ее не примут, что вот она сейчас пойдет… Она хочет пойти в салон красоты, но там не приспособлено. Она боится, что на нее не так посмотрят. И мы с ней долго разговаривали, ну, переписывались. Я постаралась ей донести: «Не так важно, как тебя там оценят. Поставь в приоритет саму себя, во главу угла, и сделай то, что ты хочешь в этой жизни, то, что принесет тебе радость».

Сейчас эту девушку не узнать! Для меня это такой кайф, когда я слежу за ее страницей. Она уже меняет и цвет волос, рассказывает, как справляться с жизнью. Она стала настоящим блогером – она рассказывает уже другим, как не бояться и не сдаваться в этой ситуации. Ходит в тренажерный зал. И вообще по всему видно, что ей уже по барабану, кто что скажет, что она на коляске. Она живет своей жизнью.

Вот что самое главное в моих соцсетях. Живите, не бойтесь, двигайтесь вперед, занимайтесь своей жизнью, не грустите, выходите из дома – и все у вас получится!

Смотрите далее. Как правильно помогать животным через социальные сети? История Рустама: блог приемной семьи. Почему ютуб-блогеры помогают бездомным? Все это и многое другое смотрите прямо сейчас в программе «ЗаДело!» на Общественном телевидении России.

Александр Орлов – автор и создатель популярного ютуб-канала ABRACADABRA TV. В своих роликах Александр помогает бездомным людям и пенсионерам, заработанные от рекламы деньги тратит на своих подопечных. Так у бездомного Саида появился собственный гараж, где он собирается устроить мастерскую, бабушки ушли из супермаркета с продуктами, за которые заплатил Александр, а пенсионеры, вынужденные просить милостыню, получили по тысяче рублей. В своих роликах блогер скрывает лицо, информации в сети о нем очень мало. Известно лишь, что ютуб-канал – единственный заработок молодого человека, он женат и имеет маленького ребенка.

Илья Тарасов: Вы по-прежнему смотрите программу «ЗаДело!». У нас в гостях Николай. Ник, привет. Ник – продюсер канала ABRACADABRA, а также еще нескольких других ютуб-каналов.

История про бабушку. Бабушка в лесу собирала дрова, потому что у нее просто нечем топить дома.

Ник Хабулиани: Не хватало.

Илья Тарасов: И этот репортаж показали по одному из региональных телеканалов. Вот человек увидел это в интернете, решил поехать к бабушке и исполнить ее мечту. Помимо того, что он привез ей две огромные телеги дров, что еще было?

Ник Хабулиани: В этом же видео он оставил реквизиты, грубо говоря, помочь бабушке. С помощью людей, которым была интересна эта история, помогли бабушке. Откликнувшиеся собрали действительно сумму, которой хватило как раз, чтобы купить квартиру.

Видео с сайта youtube.com, пользователь: ABRACADABRA TV

Илья Тарасов: Бабушка не верит, что происходит.

Ник Хабулиани: Да многие не верят.

Илья Тарасов: В чем смысл канала ABRACADABRA? Как получилось, что теперь этот канал стал такой социально направленный?

Ник Хабулиани: Был элемент такой социальной направленности. Например, бездомный дедушка, известный очень сейчас, Саид, ему подарил фургон. Он же был бездомным, жить негде было. Он поселился как раз в этом фургоне. И это был первый такой масштабный, как говорится, хайповый проект, о котором начали говорить все. Стало заметно, что надо это развивать. Появился гараж.

Илья Тарасов: Кто этот сам товарищ, который ведет ABRACADABRA? Кто он?

Ник Хабулиани: Ну, обычный человек.

Илья Тарасов: То есть многие думают: «Вот он добавил денег, купил фургон. Видимо, какой-то богатый парень, у которого куча денег, которые некуда девать». Или это не так?

Ник Хабулиани: Нет-нет, такого никогда не было. Он не раскидывается деньгами по факту. Он, грубо говоря, пошел, раздал деньги бездомным. За счет просмотров он эти деньги возвращает – и опять идет раздавать. Это такой замкнутый круг.

Илья Тарасов: На канале за миллион подписчиков. Кто эти люди? Мужчины, женщины? Возраст и так далее. Кто основной подписчик?

Ник Хабулиани: Возрастные люди смотрят в основном, от 18+.

Илья Тарасов: Помогает сам, без участия благотворительных фондов?

Ник Хабулиани: Да, конечно.

Илья Тарасов: Почему?

Ник Хабулиани: Он не хочет давать каким-то фондам деньги, когда он своими руками, сам видит, что деньги идут куда надо, и он это лично контролирует.

Илья Тарасов: Ему доверяют, люди переводят ему деньги. Есть ли отчетность? Или люди просто ему доверяют?

Ник Хабулиани: Он выкладывал в общий доступ сумму, которую удалось собрать совместными усилиями. Поэтому, зная, что будет такая большая огласка, ну невозможно сделать что-то, что как-то… ну, подводить аудиторию и их ожидания. Поэтому все в порядке, все делается как раз в нужное русло.

Илья Тарасов: А что люди пишут?

Ник Хабулиани: Люди поддерживают. Ну, всегда найдутся и люди, которые будут негатив какой-то вносить.

Илья Тарасов: «Зачем? Ага, вы себе!»

Ник Хабулиани: Хейтеры, да, как говорится. На YouTube есть такая тема, как хайп: что модно, то и надо делать. Если человек заходит на тот же канал ABRACADABRA и он видит, что бездомному дедушке помогать здорово (в плане просмотров), он тоже пойдет помогать, потому что тоже хочет какие-то просмотры собрать. Опять же…

Илья Тарасов: Супер! Хороший хайп.

Ник Хабулиани: Это – да. Это не спиннеры. Канал SetPos, например, он очень долго помогал бездомному дедушке. Он из Сургута, там был как раз дедушка Сергей. Он сделал роликов тридцать, наверное, именно про то, как он ему помогает, одевает, покупает, снимает квартиру.

Илья Тарасов: Как нашим телезрителям включиться в помощь, которую оказывает Саша на своем канале ABRACADABRA? Что им нужно сделать?

Ник Хабулиани: Открыть YouTube, найти канал – и там все есть. В описании к видео реквизиты есть, туда можно направлять средства. Они будут использовать на дальнейшие проекты.

Илья Тарасов: Успехов! Я надеюсь, что наша аудитория не просто уйдет от нас и придет к вам, а просто будет теперь работать на два фронта и смотреть нас по-прежнему в эфире и полезные проекты YouTube, естественно, на YouTube. Спасибо.

Ник Хабулиани: И вам спасибо.

Илья Тарасов: Сейчас многие мечтают завести свой блог, чтобы было как можно больше подписчиков, славы, популярности, узнавания. Но есть и те, кто, регистрируя свой аккаунт, абсолютно не знали и не догадывались, что их блог станет популярным.

Ника Злобина – приемная мама, блогер. Больше года ведет популярную страницу в Instagram, где рассказывает о жизни в семье своего приемного сына Рустама, рожденного не таким, как все. Со своими подписчиками в сети Ника делится радостями и трудностями, с которыми сталкиваются приемные родители и их новые члены семьи. О насыщенной событиями жизни Рустама читает больше 140 тысяч человек. Ника надеется, что пример мальчика поможет ее читателям стать терпимее и добрее к людям, не похожим на других. Ее пост с хештегом «я учусь видеть душу», посвященный встрече с приемным сыном, собрал больше 25 тысяч отметок «нравиться» и 3 тысячи репостов.

Илья Тарасов: Вы по-прежнему смотрите программу «ЗаДело!». И у нас в гостях Ника Злобина. Ника, привет.

Ника Злобина: Всем здравствуйте.

Илья Тарасов: Я так понял, что твоему блогу примерно чуть больше года. Первый пост…

Ника Злобина: Чуть больше полутора лет.

Илья Тарасов: Да. Первый пост датирован – май 2017 года. Ты его помнишь?

Ника Злобина: Помню. Там было всего лишь несколько строчек. Я написала о том, что мы подписали согласие на Рустама.

Илья Тарасов: Расскажи, пожалуйста, почему ты решила завести блог?

Ника Злобина: Когда я собирала документы на Рустама, соцсети… То есть к нему туда приехали волонтеры в его детский дом и его снимали на видео, и это видео попало в Instagram. И я как-то по ссылкам, ну, кликая по ссылкам, я попала на это видео в Instagram и начала читать то, что писали под этим видео. И у меня, если честно, как-то все перевернулось внутри, я не знаю, зашевелились волосы на голове. От чего? Я думаю: как такое вообще могут писать люди, мамы?

Илья Тарасов: А что писали?

Ника Злобина: Ну, писали, что он урод, что он вообще никому не нужен, как такое можно вообще выставлять в Instagram. Я тогда немножко окунулась в сам Instagram, что это такое вообще. Думаю: на самом деле выставляют… ну, красивые девушки, красивые фотографии, то есть свою какую-то красивую жизнь выставляют. И вот тогда я как-то поняла, что мы будем с Рустамом, наверное, разбавлять немножечко инстаграмные такие мимишные посты и фотографии, и если подпишем на него согласие, если его заберем, то я буду рассказывать о нашей жизни, как он меняется, и все это будем показывать в Instagram, фотографии.

Илья Тарасов: Почему Рустам? Почему Череповец?

Ника Злобина: У меня было несколько детей, которые мне нравились, из всей базы. И я по нескольким детям прозванивала время от времени, также звонила по Рустаму. Там мне говорили: «Ну да, у нас есть такой мальчик, но его документы уже готовы для перевода в дом инвалидов».

И вот тогда, собственно, мы зашевелились, решили не ждать, а уже оформлять документы именно на Рустама, поехать и посмотреть, потому что умственной отсталости я как-то и не видела по фотографиям, если честно. Спасибо огромное, конечно, главврачу и тем людям, которые там работают, в этом доме ребенке, потому что мы приехали, и она нам как-то про него так рассказала прямо в таком положительном ключе. Она же для него сделала комиссию, потому что изначально его отправляли в дом инвалидов для умственно отсталых. Она добилась того, что его в обычный дом инвалидов отправляли.

Как-то мы его увидели, и мы сразу поняли, что если не мы, то никто его не заберет. То есть мы для него – это первый и последний шанс. Потому что за все четыре с половиной года по нему вообще никто не звонил, не узнавал. Ну, о том, чтобы приехать к нему, вообще даже речи не было. Познакомились с ним, погуляли. И решение мы приняли буквально за два часа, что нельзя ему там оставаться, что мы его заберем.

Илья Тарасов: Я прочитал весь твой инстаграм. И я просто рекомендую всем тем, кто подписывается на страницу Ники… Вот как ты мне рассказывала, обычно люди подписываются и начинают задавать вопросы: что, как и почему? Пролистайте всю ленту до конца и начните читать сначала.

Ника Злобина: Раньше я больше писала, подробнее писала.

Илья Тарасов: Я вот читал, читал – и мне очень понравилось! Мне кажется, надо это отдельной книгой издавать.

Ника Злобина: Были предложения.

Илья Тарасов: Были предложения?

Ника Злобина: Были.

Илья Тарасов: Вот надо соглашаться. Социальные сети – как они повлияли вообще на вашу жизнь?

Ника Злобина: Instagram – ну как? – он мне немножечко, я бы сказала, подистрепал, конечно, мою нервную систему и закалил в то же время, потому что люди-то, сами понимаете, разные. Я сначала чистила каждую ночь от гневных сообщений. Как их называют? Хейтеры?

Илья Тарасов: Хейтеры, да.

Ника Злобина: Потом я внесла все это в премодерацию, все эти грубые и ужасные какие-то слова. У меня там даже есть «хвостик», потому что люди мне пишут: «Ага! Сейчас вы хвостик сделали, а завтра вы платье ему оденет».

Я на самом деле не ожидала, какая это будет поддержка для людей, у которых дети с особенностью развития. То есть мне писали одно время мамочки, у которых дети с ДЦП. Видимо, очень сложное ДЦП такое. И они говорят: «Ника, после вашего блога мы стали с детьми выходить на улицу». Говорили и говорят «спасибо» до сих пор и за мой блог.

Илья Тарасов: Больше «спасибо» или больше все-таки вот этих хейтеров?

Ника Злобина: Сейчас мне говорят о том, что я пиарюсь за счет Рустама, зарабатываю деньги на нем, на своем влоге. Хотя такого нет. Ну, я все это пропускаю мимо ушей. Ну а что? Как? Рты я им, что ли, закрою? Ну, пусть думают так, значит. Я не буду их как-то переубеждать: «Нет, это не так!» – как-то оправдываться за все это. Нет.

Илья Тарасов: Как Рустам? Как он поменялся за это время?

Ника Злобина: Рустам начал меняться буквально, наверное, на следующий день. То есть мы его привезли – и он стал прямо напитываться нами, нашей семьей. Он очень много от нас перенял мимики, жестов, не знаю, наших каких-то таких дурачеств. Сейчас его вообще не узнать. То есть изначально он был зациклен на одежде, то есть в чем его забирали, в костюме Adidas…

Илья Тарасов: Да, Adidas. Я все помню, читал. Синий, насколько я помню.

Ника Злобина: Да, вот этот костюм. То есть мы его одевали и одевали постоянно. То есть для него… вот эти его вещи должны были мы ему одевать каждый день. Сейчас – нет. «Мама, ты что? Я же вчера ходил, – я не помню, что-то он выдавал, – в этой кофте. И мы опять, что ли, будем ее одевать?» То есть он по-другому уже начал…

Ну и вообще он очень вырос. Он вырос не только в физическом плане, но и в умственном, и в эмоциональном. Мы его забирали с развитием на два с половиной года, ну, где-то два, наверное, максимум два, два с половиной. То есть на тот момент ему было четыре с половиной года, а развитие у него было на два, то есть он отставал очень сильно. А в физическом плане – так вообще. На момент, когда мы его забирали, у него не было протеза, то есть его не вертикализировали, он не ходил, он ползал. Он не знал, что такое вообще ходить и как это.

Илья Тарасов: Что делали со здоровьем? Как за полтора года эта ситуация поменялась?

Ника Злобина: Ну как? Мы его поставили на протез. У него случай достаточно необычный и сложный – у него недоразвитие стопы, как это называется. И у него в ноге нет кости, то есть у него недоразвитый тазобедренный сустав, у него нога просто несформированная вся.

И мы обратились в первую «протезку», и нам там сказали… то есть нам сразу обрезали и сказали, что ему поставить протез нельзя. Я просто не поверила в это! Куда мы только ни ездили, куда мы только ни обращались. Мы все это время проходили всевозможные консультации, вообще можно ли ему это сделать или нельзя.

И то врачи пошли на риск. Как нам говорили, что есть риск сломать вот эту тазобедренную косточку – и тогда будет вообще инвалидное кресло и памперсы на всю жизнь. Мы пошли на риск этот. И Рустам буквально за месяц научился ходить на протезе. Сейчас, слава богу, все хорошо, у него развилась кость, выросла, сформировалась. И там выросло колено, в этой ноге недоразвитой. То есть в дальнейшем, в будущем для него огромный плюс в том, что можно будет сделать, сформировать нормальную культю – и это возможность для более навороченного протеза.

Илья Тарасов: Рустама, когда вы забирали его из детского дома, ты его не понимала. Как сейчас?

Ника Злобина: Изначально, да, мы его не понимали. Он говорил мало, но общался в основном жестами. Потом он начал больше от нас фраз как-то ловить, начал больше разговаривать, но дополнял это опять жестами. Сейчас он говорит полностью все, огромными предложениями.

Бывает, конечно, что недопонимаем в связи с тем, что у него появляются новые слова, новые обороты, и из-за этого, конечно, происходит какое-то такое недопонимание. Но это он объясняет быстро, по-другому даже пытается нам объяснить, что он сказал. В принципе, сейчас у нас проблемы такой вообще нет, что мы его не понимаем.

Илья Тарасов: В чем основные трудности были?

Ника Злобина: Я за свою старшую дочку переживала, думала, что у нее какая-то то ли ревность будет, ну, неприятие. Такого вообще не было. То есть он влился как сын, как внук, как брат. Вот он полностью занял свою эту ячейку в нашей семье. Нам сложно вообще не было, адаптации у нас вообще не было.

А у него была адаптация, и сильная, конечно. Ну как? Не то что сильная, но была. Все-таки из детского дома сохраняются какие-то такие… Вот он качался, и качался очень сильно.

Илья Тарасов: Депривации.

Ника Злобина: Кричал сильно. Я думала, что соседи уже, наверное, и опеку вызовут, потому что он не плакал, а он просто орал. Вот что-то не по его, он хотел что-то свое, причем в этот момент… Были такие моменты, когда он сам себя доводил до такого состояния, чтобы сесть и поорать. У нас было место для орания. Он мог по часу орать.

Илья Тарасов: У тебя большая аудитория – 138 тысяч человек подписаны на твой блог. Твоя аудитория тебе как-то помогала? Помогает сейчас, может быть?

Ника Злобина: Ну, слова поддержки мне каждый день пишут. Они бывают разные, да. Когда устаешь сильно, сядешь, почитаешь – и вроде как-то хорошо сразу становится. Поддерживают очень сильно, именно в моральном каком-то плане.

Илья Тарасов: То есть ты делала блог, чтобы поддерживать кого-то морально, а теперь это такая взаимность?

Ника Злобина: Нет, я делала для него.

Илья Тарасов: Только для него?

Ника Злобина: Ну, для него делала и для людей, что не только все такие голубоглазые блондины, а еще и вот такие особенные дети, которые нужны, которых любят, которых понимают, развивают, и со временем… То есть я хотела людям как-то показать вообще другую сторону особенного такого приемства. Потому что таких, как Рустам, в детском доме на самом деле их очень много, которые с сохранным интеллектом, но у которых что-то не так физически либо что-то не так с лицом, и они отправляются в дом инвалидов для умственно отсталых. Представляете, да? Для людей, для детей особенно, который сохранен полностью, но он в доме инвалидов находится. Это очень такая тема, конечно, тяжелая, я бы сказала.

Илья Тарасов: Что дальше? У тебя есть какие-то планы? Или вы просто будете продолжать жить, выкладывать фотографии и писать посты? Никаких конкретных планов нет, «хочу миллион»?

Ника Злобина: Сейчас – нет. У меня вообще конкретных планов нет. Пока просто показываем частичку нашей жизни с Рустамом, пока так. Дальше? Не знаю, что дальше. А какой миллион? Не знаю.

Илья Тарасов: Миллион подписчиков – я имею в виду.

Ника Злобина: Ой! Вы что?

Илья Тарасов: Или ты за этим не гонишься?

Ника Злобина: Нет конечно! Вы говорите – 138 тысяч. Для меня это вообще просто цифра. Я это так не воспринимаю. Не знаю, я не гонюсь за подписчиками.

Илья Тарасов: Это хорошо. Это прямо самый лучший ответ, который я только мог бы себе представить. Поэтому я просто тебе хочу сказать большое спасибо. Я уже подписан. Не прекращай, пиши, фотографируй, выкладывай.

Ника Злобина: Спасибо вам.

Илья Тарасов: Это то, что действительно нужно. Спасибо тебе большое.

Ника Злобина: Спасибо и вам.

Как правильно помогать животным с помощью YouTube и «Одноклассников»? Все это смотрите прямо сейчас в программе «ЗаДело!» на Общественном телевидении России.

Илья Тарасов: Многие люди становятся блогерами абсолютно случайно. Вот, например, Саша Мезенцев из Нижневартовска – обычный парень, занимается строительным бизнесом. Казалось бы, какой YouTube, какой Instagram? Но стоило ему сделать пару роликов о помощи бездомным собакам – и они стали набирать миллионы просмотров.

Александр Мезенцев – волонтер, блогер из Нижневартовска. Его страница в Instagram, где молодой человек рассказывает о спасении бездомных собак, обгоняет по популярности некоторых звезд шоу-бизнеса. Доходы от рекламы он тратит на помощь животным и мечтает сделать мир добрее. Непростые, а иногда шокирующие истории о животных Александр снимает на видео и выкладывает на собственном ютуб-канале «Веселая собака», чтобы показать – даже после страшных травм и бездомной жизни животные могут быть счастливыми. Количество просмотров авторских видеороликов переваливает за 10 миллионов.

Илья Тарасов: Вы по-прежнему смотрите программу «ЗаДело!». И сейчас у нас на связи Нижневартовск, Александр Мезенцев. Саша, привет.

Александр Мезенцев (по Skype): Привет, студия, ведущий! Здравствуйте.

Илья Тарасов: А сколько лет ты собаками занимаешься?

Александр Мезенцев: Началось два с половиной года назад. Сейчас я пристроил десятки животных, помогаю приютам.

Илья Тарасов: Какая у тебя аудитория, сколько человек сейчас? И какие ресурсы ты задействуешь?

Александр Мезенцев: YouTube – основной. Там у меня подписчиков где-то 175–177 тысяч. Также я выкладываю параллельно в Facebook, в «Одноклассники» и «ВКонтакте» – там еще набираются десятки тысяч просмотров. Так как «Одноклассники» – это люди взрослые, и они, как правило, такие сентиментальные и задумываются больше о духовном, они постоянно репостят мои видео. Также попал на полторы секунды в клип Linkin Park, вот получилось.

Илья Тарасов: Да ты что?!

Александр Мезенцев: Повод был такой, конечно, грустный. Вот когда Честер умер…

Илья Тарасов: Солист.

Александр Мезенцев: …солист, главный, они делали памятный ролик себе на ютуб-канал, в каких странах провожают Честера. Я делал хештег у себя под видео, где я гулял со своей слепой собакой по набережной, а в это время на набережной девушка рисовала портрет Честера маслом. Мой слепой Бим подошел к ней и лизнул ей щеку. Я это запечатлел. Им понравилась эта часть, и они вставили в прощальный ролик, посвященный Честеру.

Илья Тарасов: Сколько у тебя собак?

Александр Мезенцев: У меня пять собак сейчас – три бездомные, инвалиды, и две овчарки мои.

Илья Тарасов: Что за инвалиды? Расскажи мне про собачек-инвалидов.

Александр Мезенцев: Ну, есть у меня спаниель, которого я взял с улицы. У него была сломана лапа, она срослась неправильно, кости срослись буквой «Г». Я этого спаниеля взял, вылечил, мы сделали ему лапку – и теперь он бегает, замечательно себя чувствует. Этот ролик набрал в «Одноклассниках» 12 миллионов просмотров за 10 дней. У людей это откладывается, и они как-то мотивируются тоже на подобные поступки, становятся добрее не только к животным, но и друг к другу.

Илья Тарасов: Какой отклик, и как ты его получаешь? Пишут к тебе, обращаются, ты читаешь, фотки присылают?

Александр Мезенцев: Мне пишут родители, говорят: «Саша, мои дети смотрят твой канал. Я очень рада, что через такие видео они становятся добрее к животным и к окружающим». У меня в Нижневартовске происходит что-то, я это показываю, и это смотрят по всему миру: в Австралии, в Германии, в США. Очень круто, что я могу так на всех воздействовать. Даже в школах показывают учителя на уроках.

Илья Тарасов: А как каждый зритель может помочь бездомным животным? Куда им заходить? Что и как?

Александр Мезенцев: Некоторые считают, что помощь могут оказать, покормив собаку. Но я объясняю: покормить – да, это хорошо. Если в лютые морозы, чтобы собака не мерзла, достаточно, чтобы она была сытой – тогда он может и минус 30 перетерпеть, и минус 35, с голоду не умереть и так далее. Но еще большая помощь будет, если прохожий, увидев собаку, поможет в ее пристройстве, то есть сфотографировав, сняв видео на телефон и выложив у себя в соцсети либо предложив выложить в группы фондов во «ВКонтакте» и в других социальных сетях.

Илья Тарасов: Почему бездомное животное, которое взяли в семью, – это прямо вот то, что нужно?

Александр Мезенцев: Во-первых, лучше брать взрослую собаку, так как они уже состоявшиеся животные со своими какими-то взглядами. Их можно сразу понять, какие они по характеру – добрые, агрессивные, игривые; как с ними будет жить вместе в доме. Они ничего не грызут, как щенки. Во-вторых, бездомные животные – как правило, дворняги, и у них иммунитет лучше. Благодарные. Если они оказываются в добре, в тепле и в заботе, то они отдают в ответ свою любовь.

Видео с сайта youtube.com, пользователь: Sobaka Fun

Илья Тарасов: Видео – там рассказывалась история о собаке, которой сделали два протеза. Как так? Как все это получилось так круто?

Александр Мезенцев: Я в течение года снимал эту собаку. Ее принесли в клинику на усыпление. Собака отморозила из-за людей нос, хвост, лапы и уши, у нее 40 дробинок в теле, то есть в нее стреляли из пневматики. Принесли ее на усыпление, но местные врачи – наши, нижневартовские – не стали ее усыплять, а решили ею заняться, дать ей вторую жизнь.

Я решил помочь ей. Мы начали интересоваться, где лучше поставить импланты. Даже отсматривали варианты за границей, где делают эту операцию. Но оказалось, что у нас в России, в Новосибирске, есть одни из лучших, а может быть, даже самые лучшие протезисты. Ребята делают какое-то волшебство, какие-то такие вещи нереальные и ставят на лапы самых сложных собак. Мы заранее высылали трехмерную модель лап, костей. Они там проецировали эти титановые штифты, потом отправляли в Москву. В Москве печатали на 3D-принтере, который печатает металлом, титаном.

Илья Тарасов: У Джексона теперь титановые ноги?

Александр Мезенцев: Да, да. Сделали Джексону операцию. Все, импланты поставили, протезы на них зацепили, лапки сами. И Джексон сейчас бегает самостоятельно по улице, ходит, по лестницам забирается. Вообще это огромное счастье для нас. Мы очень переживали, как операция пройдет. И главная загвоздка там была – приживутся ли они? У нашей клиники новосибирский самый лучший результат в мире по приживаемости лап.

Илья Тарасов: Вот они молодцы какие, ребята в Новосибирске! Сколько таких историй еще?

Александр Мезенцев: Если про них все рассказывать, то, не знаю, день, наверное, уйдет точно, часов десять надо будет рассказывать. Я показываю не только животных и их судьбы, но и людей, которые мне по пути помогают, волонтеров, просто неравнодушных.

Илья Тарасов: Просто людей.

Александр Мезенцев: Да, да. То есть что у нас есть добрые, душевные. И в основном это все молодые ребята, красивые девчонки и красивые ребята, такие прямо со стержнем.

Илья Тарасов: Это просто мегакруто! Спасибо тебе большое. Я надеюсь, что мы с тобой все-таки увидимся и сделаем что-нибудь полезное и доброе. А всем я желаю – просто возьмите и подпишитесь на все социальные сети, которые ведет Саша, и будет вам счастье! Причем не только подпишитесь, но и присылайте ему предложения о помощи. Это очень важно.

Обязательно подпишитесь на всех наших сегодняшних гостей. А если у вас есть собственная идея о том, как с помощью интернета сделать мир вокруг себя лучше, добрее и позитивнее – заводите свой блог. Ну или просто смотрите нашу программу. Кстати, у нас тоже есть социальные сети, и вы должны обязательно на них подписаться.

Это была программа «ЗаДело!». Увидимся ровно через неделю. Пока!


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Интернет на страже добрых дел. Солнечный Instagram. Как правильно помогать животным через YouTube и «Одноклассники»

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Сюжеты
  • Полный выпуск
    ЗаДело!
    Ты не одна
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    ЗаДело!
    После рабства
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    ЗаДело!
    После рабства