Блог на благо

Блог на благо
Современные технологии против социальных барьеров
Самые креативные сувениры: как «Простые вещи» помогают людям с ментальными особенностями
Руслан Шекуров: Если говорить о мотивации, то самое крутое в донорстве – контроль твоего здоровья
Право на красоту для женщин с онкологией
Эксперт в области социального предпринимательства Владимир Вайнер - о том, почему люди занимаются бизнесом, который не про деньги, а про решение проблем?
Социальное предпринимательство
«Мы показываем, что Сава живет, как обычные дети, люди. И в этом наша поддержка другим таким же семьям». Семья Тюленевых – о «солнечных» детях
«Среду надо переделывать под коляску, а не людей». Мама приёмных детей на коляске Ольга Комарова
«Жизнь в темноте»: как незрячий блогер Иван Ерхов покоряет YouTube
«Бабуля Пуля»: как стать звездой Instagram в 70 лет
Гости
Галина Спасская
видеоблогер
Ольга Комарова
блогер, приёмная мама
Виталий Тюленев
многодетный папа
Оксана Тюленева
многодетная мама
Иван Ерхов
блогер

Современные социальные сети оказывают огромное влияние на популяризацию благотворительности и развитие социальной сферы. В этом выпуске мы расскажем о том, как завести свой успешный блог, поговорим с лидерами мнений и познакомим зрителя с начинающими, но очень перспективными блогерами.

Илья Тарасов: Добрый день! Меня зовут Илья Тарасов. И вы смотрите программу «ЗаДело!». Мы говорим о самых острых социальных проблемах и даем инструкции по их решению.

В этом выпуске мы познакомим вас с несколькими популярными блогерами – но не с теми, кто выкладывает в Сеть фотографии своего завтрака или себя в купальнике, а с такими блогерами, кто интересно рассказывает про социальную сферу, помогает другим и вдохновляет.

Сегодня в программе. Зачем приемной семье блог и кто его читает? «Жизнь в темноте»: как незрячий блогер покоряет YouTube. «Бабуля Пуля»: как стать звездой Instagram в 70 лет.

Они не гонятся за лайками и не покупают подписчиков, на их страницах нет гламура и рекламы luxury style, но аудитории эти люди все равно интересны, потому что их проекты меняют общество. В Сеть пришли блогеры, у которых главная тема – социалка. Истории про нас, снятые часто на телефон и подкупающие своей правдой, с миллионами просмотров. То, о чем не напишут газеты, промолчит радио и не заметит телевидение, эти ребята расскажут на своих YouTube- и Telegram-каналах. А мы, в свою очередь, покажем вам, кто и как делает такой контент.

Илья Тарасов: Что делать, если тебе 70 лет? Правильно! Начать заниматься спортом, путешествовать и завести свой инстаграм – так, как сделала наша следующая героиня.

Голос за кадром: Почти 18 тысяч подписчиков в Instagram – и это в 70 лет. Галина Романовна Спасская, или GR – так любимого педагога называют ученики. Больше 20 лет она работает школьным психологом в подмосковном лицее. Под таким псевдонимом и появилась полтора года назад в популярной соцсети. Она активно путешествует по миру, занимается спортом и правильно питается. А еще внук завел Галине Романовне канал на YouTube – теперь она и видеоблогер, смотрит популярные в Сети клипы рэперов и записывает на них обзоры. На ее канал «Бабуля Пуля» подписаны 6 тысяч человек.

Илья Тарасов: Вы по-прежнему смотрите программу «ЗаДело!». И у нас в гостях – Галина Спасская. Мое почтение и уважение! Галя, 18 тысяч в Instagram. Каждый ученик в школе, где ты… Можно же на «ты», да?

Галина Спасская: Да, конечно. Только на «ты».

Илья Тарасов: Молодежь у нас в Instagram. Ты работаешь. Знаю, что у тебя подписчиков больше, чем у каждого из них. Правильно?

Галина Спасская: Да.

Илья Тарасов: Это большой респект от молодежи?

Галина Спасская: Да. Они прямо спрашивают: «GR, почему я такая молодая и красивая, а у меня подписчиков двести, а у тебя – вон сколько?» Ну и тут я становлюсь учительшей такой совсем и говорю: «Знаешь, Лелька, у тебя так мало подписчиков, а у меня больше, по одной простой причине – я профессионально умею работать с информацией. Учись».

Илья Тарасов: Когда пришла идея завести инстаграм?

Галина Спасская: Примерно полтора года назад. Идея пришла совершенно непроизвольно. Дети сидят в Instagram. Мы, учителя, боремся: «Телефоны запретить! Instagram не разрешать!» Ну а я человек какой-то такой вредный, и я думаю: «Ну, они же сидят в Instagram. Что они там ищут-то? Надо посмотреть, что они ищут».

И тут я вдруг раскрыла для себя огромную сферу общения. Эта площадка мне вообще очень понравилась. И я заметила сразу, что дети по-другому стали ко мне относиться.

Илья Тарасов: Вот это стандартные посты, которые выходят: с едой, с шашлычками…

Галина Спасская: Я питаюсь по определенной системе – я готовлю грилем, не жарю, а на гриле обязательно или делаю на мангале. И с большим удовольствием это ем и делюсь своими рецептами.

Кстати, вы знаете, вот любопытная такая вещь. Приезжал ко мне один мой подписчик из Испании. Он сам баск, изучает русский язык. Он приезжал ко мне в гости, ну прямо на Новый год.

Илья Тарасов: Подписчик из Испании?

Галина Спасская: Подписчик из Испании, да. А что тут особенного? И он научил меня национальной еде испанской. Это такая яичница с картошкой, очень вкусная. Зятю очень нравится!

Илья Тарасов: А часто вообще подписчики переходят на личное общение?

Галина Спасская: Конечно. Я же ведь, понимаешь, не совсем современный человек, я человек из прошлого века, даже из первой половины прошлого века, и поэтому, естественно, вот такое простое общение, живое общение для меня очень важно. И у меня есть несколько вот таких программ, которые как раз… Например, «Вместе с GR». Я кричу, в инстаграме выбрасываю: «Еду в Пушкинский музей на такую-то выставку. Кто со мной – собираемся там-то во столько-то». Приходят человек десять. Может прийти один, которому нужно посоветоваться со мной как с психологом, например.

Эта фотография – вот такой я была.

Илья Тарасов: Это когда было?

Галина Спасская: Ой, больше пяти лет назад.

Илья Тарасов: Похудели на 30 килограмм!

Галина Спасская: На больше.

Илья Тарасов: Больше?!

Галина Спасская: 115 было, сейчас 73. Прилично похудела. Но я не считаю. Знаешь, там так трудно! Я не математик, я гуманитарий.

Начал развиваться сахарный диабет, я вообще не обращала внимания. Не обращала внимания, что есть отдышка, что ноги побаливают, то-сё. И вдруг – сахар. Ну что? Нужно чем-то заниматься. Начала стараться ограничивать какую-то еду, худеть. Пока не попала в хороший центр, в хорошую…

Илья Тарасов: …программу.

Галина Спасская: …в программу, да. И под руководством врача я очень хорошо похудела, избавилась от лекарств полностью, я не пью лекарства. Я вылезла из этих килограммов своих, отдышка ушла. На третий этаж я взлетаю, как птичка, ровесников обгоняю.

Илья Тарасов: Люди пишут, обращаются: «А как мне теперь избавиться от диабета? Что делать?»

Галина Спасская: Да, да. Понимаешь, у меня есть твердое правило: человек должен додуматься до того, что ему нужно в чем-то себя ограничить и пойти на то, чтобы лечиться. Ну а многим ведь легче пойти на инвалидность, чем заставить себя, предположим, не есть на ночь.

Илья Тарасов: А с чем еще люди обращаются?

Галина Спасская: Уже спрашивают рецепты, потому что у меня как бы…

Илья Тарасов: Ну понятно.

Галина Спасская: …накопилось полного всего.

Илья Тарасов: Опыт есть.

Галина Спасская: Я с большим удовольствием делюсь. Обращаются и так просто ко мне. Обращаются с психологическими вещами. Многие обращаются в трудные моменты, когда нужно помочь, подсказать. Лично обращаются, когда ищут себя. Вот есть такое время – примерно сорокалетние (или около этого возраста) женщины, которые вдруг начинают себя искать заново.

Илья Тарасов: Путешествия по миру. Был кастинг на «Орел и решка» даже?

Галина Спасская: Ну, я так думаю, что я не доросла до этого кастинга. Неважно. Ну решила: попробую! В общем-то, я не очень много зарабатываю денег в школе и вообще, пенсия там какая-то. Я жила в такое время, когда мир увидеть было трудно. А сейчас возможности – пожалуйста, поезжай. И поехал!

Илья Тарасов: Берешь билет и полетел.

Галина Спасская: Да. А нам, старушкам, еще дают надолго-то эту визу, Шенген, поэтому мы, мои приятельницы (одна меня постарше на 10 лет, 81 ей исполнилось), мы с ней пользуемся этими всякими бюджетными вещами. Во-первых, мы едем куда-то во время не туристское. Ватикан, мы приехали не вовремя. Мы сидели в Сикстинской мадонне… ой, в Сикстинской…

Илья Тарасов: …капелле.

Галина Спасская: …капелле, смотрели, рассматривали эти потолки, детали. Наслаждались! Понимаешь, у нас было время.

Илья Тарасов: Но все у нас в стране говорят: «Пенсионеры нищие, есть нечего. Как куда-то поехать?» Вот мы смотрим, как иностранцы к нам приезжают, все ходят, гуляют. Наши никуда не могут выехать. Это неправда? Могут? Просто не хотят? Или как?

Галина Спасская: Ты знаешь, какое дело? Вот такая вещь. Ну, много лет я живу на свете – и никогда не было, чтобы денег было достаточно, сколько бы я ни получила. Ну никогда не было! Просто нужно хотеть.

В прошлом году мы в Прагу с приятельницей моей, вот этой Маргаритой, слетали – 8 тысяч на неделю: самолет туда-обратно, гостиница и даже завтраки. И не воспользоваться этим? Можно. Даже с пенсии можно поднакопить спокойно.

Илья Тарасов: А инстаграмом зарабатывать получается?

Галина Спасская: Ну, получается немножко. Можно было бы больше. Но, чтобы больше зарабатывать, нужно больше и работать.

Илья Тарасов: Кроме Instagram, какие еще социальные сети, какие еще площадки? YouTube?

Галина Спасская: YouTube, да.

Илья Тарасов: Что на YouTube?

Галина Спасская: Но это не совсем мой канал. Понимаешь, это меня дети втянули в этот канал, это детский канал. Они меня позвали оценивать рэп.

Илья Тарасов: Рэп?

Галина Спасская: Да. Не знаю, как вы, а вот люди моего возраста рэп не слушают, они его просто отвергают, не хотят слушать.

Илья Тарасов: «Какая-то фигня», – говорят, да?

Галина Спасская: Да. А нужно прислушаться. И вот они меня посадили, включили. MiyaGi я обожаю просто!

Илья Тарасов: MiyaGi?

Галина Спасская: Да, очень многие вещи мне у них нравятся.

Илья Тарасов: А как Дудь?

Галина Спасская: Обожаю Дудя, обожаю!

Илья Тарасов: Да?

Галина Спасская: Конечно.

Илья Тарасов: А Парфенов?

Галина Спасская: Да, да.

Илья Тарасов: Что это все дает в плане личностного роста и развития?

Галина Спасская: Что интересного? Да мир весь открыт!

Илья Тарасов: Какие страны? Кто откуда? Какие подписчики пишут? Ну, кроме Подольска.

Галина Спасская: В России полно. Великолепная из Ирака у меня есть вещь… Уникальный человек! Он читал мне Хайяма на фарси. Оказывается, он совсем по-другому звучит, не так, как на русском языке. Там музыка другая, ритмика другая. Чуть не за фарси садись, чтобы понять Омара Хайяма. Значит, откуда? Австралия, Бразилия, Испания…

Илья Тарасов: Какие планы на Instagram дальше? Сколько хочется подписчиков? И какие сроки будем ставить?

Галина Спасская: Я хочу, в общем, Instagram сделать доступным многим людям, которые сейчас этого не понимают, не чувствуют. Вообще блогерство. Понимаешь? Потому что это мир открыт, действительно мир открыт. Человек перестает быть одиноким. Вот я многих старушек знаю, которые одинокие, и все.

Я ставлю такую программу «Блогинг без границ» – для пенсионеров, людей пожилых. Вот меня пригласили читать в центр, в центр социальной помощи тем пенсионерам, которые не понимают, когда им молодежь рассказывает, как пользоваться обычным компьютером. А я понимаю, почему они не понимают. Я думаю так же, как и они, потому что я из того же века. Почему же мне им не помочь? С большим удовольствием!

Я уже по блогингу читала лекции, семинар проводила для людей с ограниченными возможностями. Для них это очень важно. Это и способ заработать, и способ пообщаться, понимаете, при ограниченных возможностях-то.

Илья Тарасов: Ребята, прямо на ваших экранах инстаграм Галины Спасской, подписывайтесь на него. Можете обращаться с любыми вопросами в директ. И будьте позитивны!

А вам большое спасибо, вы нас зарядили. И заряжайте своих подписчиков. Я надеюсь, их только будет становиться все больше и больше. Успехов!

Галина Спасская: Ну, я буду только рада общаться со всеми, кто придет ко мне в инстаграм.

Илья Тарасов: Спасибо.

Илья Тарасов: В этом инстаграме нет миллионного трафика. Он, как сейчас принято говорить, достаточно ламповый, там всего 18 тысяч подписчиков. Завела его Ольга Комарова, приемная мама двоих ребят на колясках.

Голос за кадром: Саше одиннадцать лет, Ангелине – два с половиной. Диагноз один и тот же – spina bifida, тяжелый врожденный порок позвоночника. О том, как они живут, их приемная мама Ольга рассказывает на своей странице в Instagram, фиксирует все моменты. Вот Саша занимается хоккеем, вот учится в школе, а вот Ангелина вместе с ними в саду на прогулке. Посты и сториз – каждый день. И сотни комментариев от подписчиков.

Илья Тарасов: Вы смотрите программу «ЗаДело!». У нас в гостях – Ольга Комарова, блогер и приемная мама. Оля, привет.

Ольга Комарова: Здравствуйте.

Илья Тарасов: Завела блог или взяла детей – что первое было?

Ольга Комарова: Завела ну не то чтобы блог. У меня был личный инстаграм, в котором было порядка 100 подписчиков, не больше. Около двух лет он существовал, я его не воспринимала как блог, ну, просто как какой-то архив личных фотографий.

А потом я съездила за приемным ребенком. И со мной вместе ездила приемная мама с Питера, и у нее была уже очень большая аудитория – ну, несколько сотен тысяч подписчиков уже было на тот момент. В общем, я уснула со 100 подписчиками, а проснулась с 6 тысячами, неожиданно поняв, что меня комментируют и читают какие-то чужие люди, что они пишут, я не знаю, по 200–300 комментариев под постами с тысячами лайков. Это было, в принципе, достаточно неожиданно.

Илья Тарасов: У нас есть фотографии, сейчас мы их посмотрим, ты познакомишь нас со своими приемными детьми, расскажешь про них поподробнее и вообще про инстаграм.

Ольга Комарова: Давайте.

Илья Тарасов: Вот такая заходная, да?

Ольга Комарова: Да, это Саша и Ангелина. Саша со мной уже около двух лет, чуть больше двух лет. То есть когда я Сашу взяла, ему было уже восемь. А Ангелина всего лишь полтора месяца как дома, то есть мы только 2 августа прилетели. Саша из Перми, а Ангелина из Нижнего Тагила. При этом они очень похожи внешне – что отмечают все. То есть как бы дети не родственники друг другу, они однозначно не родственники, при этом они очень похожи.

Илья Тарасов: Почему оттуда?

Ольга Комарова: Я на Сашу на самом деле наткнулась в питерской больнице. Я поехала в гости, мои друзья заболели, и я пошла их навещать в больницу. И в соседней палате наткнулась на совершенно потрясающие голубые глаза. Сашка лежал достаточно укрытый, поэтому там не было понятно о серьезных проблемах по здоровью.

Поскольку в нашей стране не положено выдавать информацию чужим людям о здоровье детей-сирот, то мне как бы врачи на мой вопрос: «А что не так с мальчиком?» – сказали: «Ну, там почки». Я подумала: «Что, я в Москве почки не вылечу, что ли?» И пошла собирать документы.

На тот момент, когда я собрала документы… То есть как бы подробно про серьезный диагноз, про инвалидную коляску я узнала, когда уже было готово все фактически, поэтому было поздно, как говорится. Коляска – значит коляска.

Илья Тарасов: А вообще решение взять приемных детей – как оно пришло?

Ольга Комарова: Ну, я до этого довольно много ездила в детдома и волонтером, и всячески… Жалко было всех. Ну, такое ощущение, что аист промахнулся, когда стоишь, смотришь на ребенка и думаешь: «Ну надо же, какой косой был аист!» Вот оно было первый раз. Я не могу как-то внятно это объяснить. Я такой достаточно несуеверный, нерелигиозный человек. Была бы религиозным, сказала бы, что это провидение, наверное.

Илья Тарасов: У тебя прямо так и написано в шапке профиля, что «мама приемных детей на коляске».

Ольга Комарова: Это я, естественно, добавила, уже когда поняла, что это блог. Почему подчеркиваю, что на коляске? На мой взгляд, это очень важно, чтобы как можно больше людей узнало, что коляска – это не приговор. Но не приговор это только тогда, если ты кому-то нужен. Для ребенка в детском доме коляска – это приговор, потому что это обучение по коррекционной программе, это лишение дееспособности в 14 лет и перевод в ПНИ (психоневрологический интернат) со сроком дожития, без права выхода за забор.

При этом очень много деток на инвалидных колясках с абсолютно сохранным интеллектом, с сохранным верхним плечевым поясом. То есть это люди, которые потенциально абсолютно самостоятельные. Когда вырастут, они могут быть самостоятельными. Коляска – ну, это коляска. Среду надо переделывать под коляску, как говорится, а не людей.

Илья Тарасов: Что тебе говорили перед тем, как ты… в тот момент, когда ты оформляла документы?

Ольга Комарова: Довольно часто пишут люди, которые советуются. Они хотят принять ребенка, думают о ребенке с диагнозом spina bifida, достаточно сложным, как у Саши и Ангелины. И я сейчас, такая вся умная, говорю: «Надо обязательно оценить свои силы. Вы должны понимать, что это потенциальный колясочник. Даже если он сейчас ходит, маленький, он все равно, скорее всего, сядет в коляску, когда вырастет».

Но на момент принятия Саши я не вникала в диагнозы, будем честны. Я слушала медиков и говорила: «Угу». Ну, если бы они сказали, что у него вырастут жабры к 18 годам и рог посреди лба, я бы все равно сказала: «Угу». То есть это были такие очень мощные розовые очки на самом деле на момент именно принятия.

Мне в детском доме сказали: «Не рассчитывайте на высшее образование. Не рассчитывайте на то, что он будет учиться, на то, что он сможет работать».

Илья Тарасов: А это что за кубок?

Ольга Комарова: Это кубок следж-хоккея. Это паралимпийский вариант хоккея, когда детки на санях. У них две клюшки с зубьями, они этими клюшками отталкиваются и этими же клюшками бьют и играют. Саша занимается очень активно спортом, да.

Со школой у нас есть определенные трудности. Саша учится по массовой программе. То есть за два года прорыв колоссальный, но это седой маминой косой достигается и большими Сашиными… Ну, Саша не то чтобы старается, к сожалению, мотивации ноль. В общем, нет выбора у бедного Саши. Саша учится, прогресс есть.

А со спортом у Сашки все очень круто, он большой молодец. Он действительно талантлив в этом. Ему 11 лет, но он закончил… Сейчас он во втором классе всего. Его правильнее оценивать именно как второклашку, воспринимать его уровень развития.

Илья Тарасов: Когда ты решила взять второго ребенка? Одного мало?

Ольга Комарова: Я хотела девочку. И я наткнулась на ребенка с совершенно Сашкиными глазами. Я, наткнувшись в интернете на фотографию, подумала: «Ну надо же! Не убрали Сашину фотографию из базы. Два года ребенок дома, а до сих пор в базе фото висит. Что за безобразие?» Я полезла на сайт по ссылкам и обнаружила, что это не Саша, а что это Ангелина.

Илья Тарасов: Они не родственники.

Ольга Комарова: Они не родственники. При этом у них одинаковый диагноз, к сожалению. Ну, я уже хорошо ориентируюсь, с чем это едят, где лечить, что делать.

Илья Тарасов: Оба ребенка – отказники?

Ольга Комарова: Да, от них обоих отказались при рождении.

Илья Тарасов: Из-за диагноза, скорее всего? Почему ты ведешь блог?

Ольга Комарова: Ну, во-первых, мне нравится. То есть изначально я писала просто для себя. То есть я блог вела на самом деле с текстами и до того, как появились дети, даже когда их никто особо не читал.

Сейчас я веду блог, потому что есть огромное количество людей, которым блог нужен. Это прежде всего люди, которые думают о принятии ребенка на инвалидной коляске в семью и вообще о принятии отказников с рождения. Я часто говорю, что коляска – это не главная наша проблема. Это вершина айсберга, ребятки, но это самая-самая вершинка, а айсберг – он под водой. И если бы проблемы с приемным ребенком заканчивались на инвалидной коляске – господи, это такая фигня! Ну ей-богу!

Гораздо сложнее именно… Девять лет детского дома – это пропасть, пропасть в голове, в душе, в сердце, которую, наверное, никогда не заштопать на самом деле. Идея родителей приемных: «Да ладно! Какое расстройство привязанности? Возьму ребенка и любить буду. Все. Ребенок – он ребенок». Все так, но не совсем.

У ребенка, которого изъяли из семьи, гораздо больше шансов быть психологически душевно сохранным, чем у отказника с рождения, даже если его в этой семье обижали, даже если его там били, наказывали, не знаю, он ел под столом и ел из кошачьей миски. Потому что у него в голове, в сердце есть точечки, крючочки, которые называют «дом», «мама», «семья», к ним есть ниточка. Ниточка эта грязная, да, она может быть рваная и какашками измазанная. Но вы возьмете ребенка домой, отмоете, отчистите, накрутите свои цветные ленточки – и ребенок привяжется к вам, вот на этот крючочек он зацепит привязанность к вам. Он поймет, что вот теперь вы мама, теперь дома его не обижают, кормят, кошку он гладит, а ест из отдельной тарелки. Жизнь удалась.

Когда вы берете ребенка из детского дома, отказника с рождения, то у него гладкая хрустальная стена. Она очень чистая, на ней нет какашек, но она просто хрустальная, чистая и скользкая. И вы никакую ленточку к ней не прицепите.

Илья Тарасов: Не приколотите.

Ольга Комарова: Вы пытаетесь туда что-то – а она бьется, условно говоря. Вы туда гвоздик – а она рассыпается! Человек не понимает близости и принятия. То есть кто рядом сидит – тот и друг. Кто дал конфету – тот и мама.

Илья Тарасов: Сколько твоих подписчиков взяли детей?

Ольга Комарова: Я не могу сказать точно. Я могу сказать, что я знаю как минимум человек шесть, наверное, даже семь уже. Вот одни сейчас, я очень надеюсь… Вот сейчас они принимают решение. Это из тех, с кем я общалась, и они взяли потом деток, прислали фотографии. То есть те, кому я как бы рассказывала, помогала в каком-то таком… Ну, в чем-то поддерживала.

Наверное, прозвучит странно, но я также очень рада, что есть значительное количество людей, которые не взяли детей после разговора со мной, потому что хуже, чем детский дом, только возврат в детский дом. Сашу, кстати, до меня брали и через месяц вернули обратно.

Илья Тарасов: Свои дети есть?

Ольга Комарова: Нет.

Илья Тарасов: Не хочешь?

Ольга Комарова: Не могу.

Илья Тарасов: Все говорят, что в Instagram… Тебе по-любому пишут: «Зарабатываете деньги, лопатой гребете!»

Ольга Комарова: На самом деле зачем мне инстаграм? «Я живу в Москве, у меня такие пособия, что мне ничего не надо!» Это тоже очень популярная версия.

Если говорить о правде, во-первых, в Москве действительно хорошие пособия, да. Они хорошие, если сравнивать с регионами или со здоровым ребенком. Любой человек, который попробует жить с ребенком на инвалидной коляске и с реабилитацией ребенка после девяти лет детского дома, поймет, что жить чисто на пособие не выйдет.

Илья Тарасов: Как вы живете?

Ольга Комарова: Как мы живем? Ну, во-первых, я работаю, у меня частично дистанционная работа. Плюс у меня небольшое свое дело, ИП, мы с сестрой занимаемся пряничными домиками, детскими мастер-классами. Плюс у меня оба ребенка в приемной семье – соответственно, я получаю от государства пособие на содержание ребенка и я получаю зарплату как приемный родитель.

Илья Тарасов: Сколько, если не секрет?

Ольга Комарова: 24 500 – зарплата приемного родителя, и 27 500 – на содержание ребенка.

Илья Тарасов: Каждого?

Ольга Комарова: Каждого. Ну, на это вполне можно жить.

Илья Тарасов: Плюс твоя…

Ольга Комарова: Плюс моя зарплата.

Илья Тарасов: И в Таиланд можно съездить.

Ольга Комарова: Безусловно.

Илья Тарасов: Как тебя найти в Сети? И как на тебя подписаться?

Ольга Комарова: У меня ник russianscarlett. У меня выложен номер телефона в WhatsApp, на который я отвечаю. Поэтому, если у людей есть какие-то конкретные вопросы, если вы думаете про ребенка, в частности со spina bifida или вообще про ребенка-колясочника, я буду рада видеть в WhatsApp, я буду рада помочь, подсказать, пообщаться.

Илья Тарасов: Прямо сейчас на ваших экранах указан инстаграм. Заходите, подписывайтесь, обращайтесь – вам обязательно ответят. Спасибо.

Ольга Комарова: Спасибо и вам.

Илья Тарасов: Тот, кто смотрит программу «ЗаДело!» уже не первый год, легко узнает следующих гостей – это семья Тюленевых. Два года назад у них родился мальчик Савелий с синдромом Дауна. И сразу после этого глава семьи завел инстаграм-аккаунт, который неожиданно стал очень популярным.

Голос за кадром: Когда в жизни Виталия Тюленева появился Сава, его четвертый ребенок, отец не понимал, как дальше жить.

Виталий Тюленев: Я столкнулся с проблемой психологической. То есть в этом плане мне было, скажем так, ну непросто.

Голос за кадром: Принять и полюбить своего ребенка таким, каким он есть, помогла встреча с режиссером и продюсером Александром Семиным. Его пятилетний сын Сема с синдромом Дауна уже был звездой Instagram – за жизнью «солнечного ребенка» следили больше 200 тысяч подписчиков. Александр и его супруга Эвелина Блёданс вели его страничку в популярной соцсети, чтобы изменить отношение общества к детям с особенностями развития.

С тех пор Виталий с Савой не расстается ни на минуту. На их общей странице в Instagram он почти каждый день делится моментами из жизни их семьи. Улыбчивый и окруженный любовью родителей Сава в считанные дни завоевал любовь подписчиков, и теперь за тем, как он растет и развивается, наблюдают 15 тысяч человек.

Илья Тарасов: Вы по-прежнему смотрите программу «ЗаДело!». И у нас в гостях – великолепная семья Тюленевых, которая уже стала нашими друзьями. В какой раз вы к нам уже приходите?

Виталий Тюленев: В третий.

Илья Тарасов: Точно в третий, да?

Виталий Тюленев: Да.

Илья Тарасов: Как у вас дела?

Виталий Тюленев: Да сейчас на самом деле все просто, все гораздо проще.

Илья Тарасов: Вообще изначально рассказ о Саве миру начался с того, что тяжело было семье принять, что родился ребенок с синдромом Дауна. Были вопросы какие-то, на которые не было ответов. Были какие-то, ну, не сомнения, но вообще все было сложно. Правильно?

Оксана Тюленева: Но – недолго. У меня принятие было достаточно быстрое – ну не знаю, месяц-два. У папы – немножко подольше.

Илья Тарасов: И Instagram – это был шаг к принятию, правильно?

Виталий Тюленев: Да, мы уже на какой-то волне другой. То есть тот шаг, тот момент, когда людям как-то сложно все это осознать, тяжело, – мы уже просто перешагнули его.

Илья Тарасов: Мои друзья, у которых сейчас появляются дети, они: «Так, ну мы по-любому до трех лет ребенка в Сеть не выкладываем. Это табу. Мало ли что, кто-то там залезет, что-то еще».

Виталий Тюленев: Да, есть такое.

Илья Тарасов: У вас, я думаю, такой штуки не было, да?

Виталий Тюленев: По этому поводу вообще…

Оксана Тюленева: Мы не суеверные.

Виталий Тюленев: Мы, во-первых, не суеверные абсолютно. Нам смешно становится, когда нам говорят: «Да вы что? Нельзя!»

Оксана Тюленева: «Счастье любит тишину».

Виталий Тюленев: «Счастье любит тишину. Да вы что? Да надо прятать! Вы такие счастливые, вы такие хорошие. Зачем вы это все показываете?» Мы будем показывать. Мы будем это показывать!

Илья Тарасов: Зачем?

Виталий Тюленев: Во-первых, потому, что очень много народу мне пишет, очень много людей пишет. Они сталкиваются с этой проблемой. Это не проблема. Они пишут: «Вот а как? А что? У нас мальчик (девочка) родился. У нас родственники еще не знают, что у нас с синдромом Дауна. Ему уже полгода». И ты такой думаешь: «Ребята, да вы о чем вообще говорите?! Ребенку уже полгода, а еще ваши родственники…» – «Нет, ну а как? Там же видно». Ну, видно – это раз. А во-вторых, вы оттягиваете это все – а дальше что? Ну, наоборот – вы показывайте.

Вот Сава. Вот папа. Вот мама. Вот еще наши дети. Да мы живем! Мы просто радуемся, что он есть. Не знаю, у нас, наверное, проблемы какие-то? Да нет их! Ну их просто тупо нет! Мы с ним ходим и по улице. Я даже, наоборот, начал всем… Мы куда-нибудь в магазин, еще куда-то и берем его с собой, чтобы все видели. «Зачем вы его показываете? Зачем вы с собой его таскаете?» Я буду таскать его с собой. Я буду показывать всем, что жизнь на этом не заканчивается и синдром Дауна – это не приговор.

Илья Тарасов: Помимо Савы, сколько детей в семье?

Виталий Тюленев: Нас в семье… Сейчас. Буквально… Раз, два, три, четыре. И мы ждем еще одного. Ребятушки, этого никто не знает. И все, которые нам говорили: «Мама, у вас живот большой. Она, наверное, жирная», – ребята, она не жирная! Мы просто ждем ребеночка всего лишь навсего.

Илья Тарасов: Поздравляю!

Виталий Тюленев: Мы будем счастливы, опять-таки какой бы он там ни был. Дай бог, конечно, чтобы у нас все было хорошо. Вообще все равно!

Илья Тарасов: Виталий, у тебя 15 тысяч…

Виталий Тюленев: Да, 15 тысяч с небольшим.

Илья Тарасов: И постоянно пишут люди, да?

Виталий Тюленев: Да. Всех больше волнует: «Когда пошел? Когда ползать начал? Когда он у вас сел? А вот наш еще не сидит. А вот наш еще не ползет. А вот наш еще не идет». Ребята, они все пойдут.

Илья Тарасов: Оксана, не мешает Instagram семье? Или, наоборот, это уже какая-то часть?

Оксана Тюленева: Ну, это даже скорее превратилось не только в хобби, в какое-то времяпрепровождение, да? Это отчасти уже часть жизни.

Илья Тарасов: Ваш инстаграм кому-то изменил жизнь, кому-то помог?

Оксана Тюленева: Да я уверена, что помог обязательно, конечно. Если даже одному-двум людям мы помогли – это очень много значит.

Виталий Тюленев: У нас очень много видео с какими-то танцами, шутками-прибаутками. И народ просто очень много пишет: «Ребята, я захожу каждое утро в ваш аккаунт – и мне хочется жить дальше». Блин, да за это можно просто сказать: «Господи, я живу не зря».

То есть мы кому-то хоть как-то помогаем – психологически. Если бы у меня было больше шансов, возможностей, я не знаю, денег, то эта помощь была бы, наверное, еще больше. Ну, хотя бы словом добрым, хотя бы какой-то помощью, допустим, где какой-то центр реаби…

Илья Тарасов: Реабилитационный.

Виталий Тюленев: Реабилитационный, да. Господи, пока скажешь, весь язык поломаешь! То есть где-то какой-то адрес скажем, где-то – тот же «Даунсайд Ап», допустим. «А вы где что берете? Где какую литературу? Где какие курсы вы проходите? Где какие занятия?» И вот это все рассказываешь и говоришь: «Вот мы туда ходим, мы туда ходим».

Оксана Тюленева: Ну, информационная помощь.

Виталий Тюленев: Да. То есть мы даем то, что…

Оксана Тюленева: Поддержка.

Виталий Тюленев: Поддержка больше, да.

Оксана Тюленева: Люди считают, что все-таки…

Виталий Тюленев: Хотя многие: «Может быть, вам фонд какой-то создать?» Ну какой фонд, ребята? Ну о чем вы? Мы простые люди и живем обычной и простой жизнью, как и многие.

Оксана Тюленева: Скажем, поддержка заключается в том, что мы просто показываем, что он есть, он живет, как обычные дети, люди. И люди именно благодарят за это, вот за эту поддержку: «Вы есть, вы живете. Класс! Значит, мы тоже так можем».

Илья Тарасов: Ребята, если вы хотите позитива, если у вас есть какие-то вопросы, вдруг в вашей семье или у ваших знакомых родился ребенок с синдромом Дауна и вы не знаете, как с этим жить и что делать, вы плачете, льете слезы и думаете, что все, жизнь кончилась, – пожалуйста, вот перед вами аккаунт: «Виталий Красный Перец» (vit_red_pepper), семья Тюленевых. Заходите сюда. Здесь вы можете обратиться за помощью и поймете, что жизнь не заканчивается, а она только начинается. Спасибо вам за позитив!

Виталий Тюленев: Спасибо.

Илья Тарасов: Можно ли быть блогером, вести свой YouTube-канал и при этом быть полностью незрячим? Вы скажете: нет. А я и герой нашего сюжета Иван Ерхов говорим вам: да!

СЮЖЕТ

Илья Тарасов: Прямо сейчас на ваших экранах аккаунты всех тех героев, которые сегодня были в нашей программе. Также среди них есть инстаграм-аккаунт программы «ЗаДело!». Смело на него подписывайтесь! Там вы можете следить за новостями, планами, а также через директ связаться напрямую с нашей редакцией.

Это была программа «ЗаДело!». Увидимся ровно через неделю. Пока!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски
ЗаДело!
Сантехник года
Полный выпуск
ЗаДело!
Олина любовь
Полный выпуск
ЗаДело!
Олина любовь
Полный выпуск