Как личная трагедия Ольги Селиверстовой и ее сына Димы помогли сотням других детей?

Как личная трагедия Ольги Селиверстовой и ее сына Димы помогли сотням других детей?
Новогодний рейд с фондом продовольствия «Русь» к многодетной семье погорельцев
Дед Мороз в белом халате. Могут ли врачи быть волонтерами?
Фонд «Линия жизни» помогает маленькому Андрею собрать средства на борьбу с серьезным недугом
Чем порадовать пенсионеров? Новогодний продуктовый рейд
Как семилетняя девочка из Челябинска с помощью валенок помогает пациентам из паллиативного отделения?
Что такое «банк еды» и как он помогает малоимущим семьям?
Новогодние проделки. «Банк еды» - что это такое? Валенки в паллиативное отделение. Новогодний продуктовый рейд. Дед Мороз в белом халате
Маленькие люди. Актриса Аня Каст
Маленькие люди. Спортсменка Ульяна Подпальная
Маленькие люди. Победитель конкурса «Голос» Даниил Плужников
Гости
Ольга Селиверстова
волонтер фондов «Шередарь» и «Подари жизнь»

Илья Тарасов: Часто, когда люди сталкиваются с какими-либо проблемами и решают их, они больше после этого не хотят к этому возвращаться и вообще хотят забыть все как страшный сон. Наша следующая героиня – Ольга Селиверстова – не из таких. Когда-то она оказалась в ситуации, когда ее ребенок находился между жизнью и смертью. К счастью, все благополучно завершилось, но после этого Ольга решила посвятить всю свою жизнь помощи другим детям.

У нас в гостях Ольги Селиверстова. Ольга волонтер, притом сразу двух фондов – фонда «Подари жизнь» и фонда «Шередарь». Напомню, что сегодня мы подводим итоги нашего совместного конкурса Общественного телевидения России и Агентства социальной информации, конкурс называется «Активный гражданин». И ваша история победила. Мы сейчас попросим всю эту историю нам рассказать. С чего вообще началась (я не побоюсь этого слова) работа волонтером?

Ольга Селиверстова: Несколько лет тому назад сыну был поставлен диагноз «онкология», «нейроонкология». Конечно, это было сложно принять. Это сложный диагноз. Конечно, когда говорили, что будет сложное лечение, мы говорили: «Да, конечно, мы готовы пройти все это». Но, когда оно было, мы поняли, насколько оно было сложным.

Илья Тарасов: Что такое нейроонкология? В двух словах.

Ольга Селиверстова: Это опухоль головного мозга.

Илья Тарасов: Сколько ему здесь?

Ольга Селиверстова: Это у нас одиннадцатый класс.

Илья Тарасов: Как его зовут?

Ольга Селиверстова: Дмитрий.

Илья Тарасов: Дима. Одиннадцатый класс? Это уже после всего?

Ольга Селиверстова: Да.

Илья Тарасов: В каком классе он пошел лечиться, получается?

Ольга Селиверстова: Заканчивал седьмой, переходил в восьмой.

Илья Тарасов: То есть он вообще на год практически выпал из школьной жизни, да?

Ольга Селиверстова: Да.

Илья Тарасов: Вообще, по статистике (я буквально недавно читал), на самом деле 75% детской онкологии успешно лечатся, если все это вовремя начинать и делать.

Ольга Селиверстова: Да, так оно и получилось, потому что прогнозы у врачей были довольно-таки оптимистичные. Это было сделано все вовремя. Была операция, была лучевая терапия, была химиотерапия, то есть полный протокол по лечению мы прошли. Я ушла полностью с работы, потому что я не могла совмещать и работу, и лечение сына.

Илья Тарасов: Сын как изменился! Вы, кстати, суперпохожие с ним!

Ольга Селиверстова: На фотографии – это мы занимаемся коллекционированием. Кстати, то, что он увлекался, собирал модельки…

Илья Тарасов: Он их сам не собирал?

Ольга Селиверстова: Он их не собирал, он просто их коллекционировал. Пошла эта история с детства, когда они с бабушкой приходили из магазина с кучей машинок. Я говорю: «Надо куда-то направить. Давайте будем одну линейку собирать – либо Mercedes, либо Audi, либо наш советский автопром».

Илья Тарасов: Судя по всему, не остановились на одной линейке.

Ольга Селиверстова: Нет. Кстати, у нас практически весь советский автопром. Даже миниатюра есть.

Илья Тарасов: Это кто?

Ольга Селиверстова: Владимир Владимирович Путин.

Илья Тарасов: Так я и знал.

Ольга Селиверстова: Машина соответствующая.

Илья Тарасов: Машина Путина здесь, соответственно.

Ольга Селиверстова: Поэтому вся линейка нашего советского автопрома у него собрана, начиная от первых и заканчивая нашими более современными. Единственный момент – он никак не может найти, чтобы была машина Фоменко Marussia.

Илья Тарасов: Ребята, вот у кого она есть, кто сейчас нас смотрит, давайте пишите-ка нам быстрее в директ в Instagram. Если у вас есть такая машина, срочно ею делитесь! Мы об этом что-нибудь даже и снимем.

Многие люди, которые пережили это, выздоровели, прошли реабилитацию, вообще к этой теме стараются не возвращаться, не то что волонтером или еще кем-то. То есть прошло, забыли – и до свидания. А вы решили вернуться, и не просто вернуться, а помогать. Почему?

Ольга Селиверстова: В принципе, когда мы были на лечении, мы увидели, кто такие волонтеры. Люди приходили и свое свободное время посвящали детям. Это были либо мастер-классы, либо просто какие-то игры с детьми. И мы тогда восхищались: как можно после работы приходить и видеть, как нам непросто, и нам давать какие-то эмоции, радость? В голове, конечно, засело то, что если когда-то я буду иметь свободе время (а я буду его искать), наверное, я тоже приду и буду точно так же помогать.

Потому что я именно изнутри знала, как сложно находиться в больнице, когда поговорить не с кем, когда тяжелая и давящая обстановка, когда у тебя руки опускаются. И тут приходит человечек, и он может с тобой просто посидеть или просто с твоим ребенком поиграть. И ты понимаешь, что все нормально же идет, все своим чередом, все хорошо. И у тебя откуда-то силы берутся.

Илья Тарасов: Как это работает? То есть сколько раз в неделю?

Ольга Селиверстова: Хочется, конечно, приезжать чуть ли не каждый день, но я стараюсь приезжать раз в неделю, два раза в неделю – как получается.

Илья Тарасов: Куда?

Ольга Селиверстова: В Балашиху, в детское отделение. Я занимаюсь с детьми. Мы плетем браслеты из шнуров, из бусин. Это очень нравится. Мальчики даже очень сильно этим увлекаются. Потом бегают и показывают, как у них красиво на руке.

Илья Тарасов: О, сразу!

Ольга Селиверстова: Это девочки у нас делают из бусин. Они придумывают.

Илья Тарасов: Паракорд, да?

Ольга Селиверстова: Да, паракорд. У них сейчас это очень модно, такая тема крутая.

Илья Тарасов: Да-да-да.

Ольга Селиверстова: Здесь девочка делала из бусин и из паракорда.

У нас есть друзья наши, альпинисты. Это у нас был «День улыбки», и хотелось просто детям неожиданно сделать сюрприз. Они спускались по тросам, стучали в окна – им открывали с той стороны. Они дарили небольшие подарки и шарики.

Илья Тарасов: Круто!

Ольга Селиверстова: Вот такие наши друзья-альпинисты. Это очень здорово, эмоционально. Нравится это и взрослым, и дети визжат и пищат, потому что это необычно, это как-то по-новому.

Илья Тарасов: Также, помимо этого, вы волонтерите в «Шередаре».

Ольга Селиверстова: Я мечтала поехать в «Шередарь». У меня сын был на двух сменах. И когда он уезжал, мне было страшно его отпустить. Это моя гиперопека за ним. Я понимаю, что он должен как-то в этой жизни все равно двигаться, шагать, он должен самостоятельным быть. И я понимаю, что что-то здесь я очень сильно перегибаю своей гиперопекой. Думаю: если есть возможность психологической реабилитации, нужно обязательно его туда отправлять.

Первая наша поездка была, конечно, для меня очень сложна – в плане того, что я 24 часа при нем, с ним, а тут он уезжает. Как он? Что он? Возвращается абсолютно другой эмоционально: у него глаза горят, какие-то идеи, что-то напевает. Обычно сдержанный на эмоции, а тут весь открытый такой! Что там с ним сделали? Как его там перевернули? У меня тогда закрался такой момент: там дают то, чего мы недодаем в семье.

Вторая поездка (успели мы дважды побывать в «Шередаре»), он уже ехал целенаправленно. Плюс еще знакомым ребятам позвонили, которые прошли лечение и тоже поехали на эту смену. Было очень здорово, что у него там есть еще и знакомые. То есть опять смена состоялась на ура.

Я подала заявку в «Шередарь», прошла одна смена. Я подала документы, прошла комиссию в фонд «Подари жизнь», пришла в детское отделение Это было очень интересно. Вот как раз фотография, где как раз мы встречали наш домик 11-й, готовились основательно. Было волнительно из-за того, что сын взрослый, а нужно как-то вспоминать взаимодействие с малышами. Ну, ничего страшного, потому что перед самой программой проходят тренинги и обговариваются все возрастные моменты.

Илья Тарасов: Это в «Шередаре», да?

Ольга Селиверстова: Это в «Шередаре». Это семейная программа. Помимо детских программ и подростковых, есть еще семейная программа, где приезжает семья с ребенком, который переболел, от нуля до шести. Огромная благодарность «Шередарю» за эти программы. То есть за этот период родитель точно так же начинает понимать, что у ребенка должна идти своя социальная жизнь.

Илья Тарасов: В чем кайф быть волонтером?

Ольга Селиверстова: Мне нравится делиться тем, что я могу. Если я могу проводить мастер-класс и научить чему-то, то для меня это очень здорово. То есть я ощущаю свою полезность. Когда дети, которые сидят, грустят, они начинают прыгать, скакать, смеяться, ты понимаешь, что дело сделано. Мы и хотим, чтобы у них не было того, что жизнь проходит за окном. У них то же самое, как и там, как и везде. Закончится период, и все будет замечательно.

Илья Тарасов: Легко стать волонтером?

Ольга Селиверстова: На сайте фонда «Подари жизнь» есть весь поэтапный путь прохождения. Ты приходишь в то отделение, которое ты выбрал, если ты идешь больничным волонтером. Проходишь собеседование с координатором. Обязательное прохождение медкомиссии. В фонде «Шередарь» то же самое: вы заполняете анкету, проходите собеседование и ждете звонка. Там только рады. И всегда нужны волонтеры.

Илья Тарасов: На ваших экранах адреса сайтов фонда «Шередарь» и фонда «Подари жизнь». Заходите и читайте о том, как можно стать волонтеров этих фондов.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски
Полный выпуск
ЗаДело!
Олина любовь