Как врачи-волонтёры бесплатно проводят операции детям с челюстно-лицевыми дефектами

Как врачи-волонтёры бесплатно проводят операции детям с челюстно-лицевыми дефектами
Современные технологии против социальных барьеров
Самые креативные сувениры: как «Простые вещи» помогают людям с ментальными особенностями
Руслан Шекуров: Если говорить о мотивации, то самое крутое в донорстве – контроль твоего здоровья
Право на красоту для женщин с онкологией
Эксперт в области социального предпринимательства Владимир Вайнер - о том, почему люди занимаются бизнесом, который не про деньги, а про решение проблем?
Социальное предпринимательство
«Мы показываем, что Сава живет, как обычные дети, люди. И в этом наша поддержка другим таким же семьям». Семья Тюленевых – о «солнечных» детях
«Среду надо переделывать под коляску, а не людей». Мама приёмных детей на коляске Ольга Комарова
«Жизнь в темноте»: как незрячий блогер Иван Ерхов покоряет YouTube
«Бабуля Пуля»: как стать звездой Instagram в 70 лет
Гости
Тамара Шухова
исполнительный директор БФ «Операция Улыбка»
Андрей Останин
волонтёр «Операции Улыбка», челюстно-лицевой хирург
Екатерина Останина
волонтёр «Операции Улыбка», врач-педиатр

Илья Тарасов: Мы продолжаем рассказывать об участниках конкурса «Активные люди». И следующие наши гости – это волонтеры и сотрудники благотворительного фонда «Операция Улыбка». Это врачи, педиатры, хирурги и просто неравнодушные люди, которые несколько раз в год в свой личный отпуск во всех уголках страны абсолютно бесплатно проводят операции детям со сложными деформациями лица.

Вы работаете в России с 94-го года, насколько я понимаю. Чем вы занимаетесь?

Тамара Шухова: Мы привозим к детям, которым нужны операции, связанные с врожденными патологиями лица, замечательных специалистов, замечательных хирургов, которые прямо в регионе их проживания могут им сделать очень качественные операции.

Илья Тарасов: Операции делает Андрей, правильно?

Тамара Шухова: Да.

Андрей Останин: Ну, в частности и я тоже.

Илья Тарасов: Андрей – челюстно-лицевой хирург.

Андрей Останин: Да.

Илья Тарасов: Екатерина?

Екатерина Останина: А я врач-педиатр.

Илья Тарасов: Тоже волонтер?

Екатерина Останина: Да.

Илья Тарасов: Как вообще врачи попадают в волонтеры?

Тамара Шухова: У нас очень большая волонтерская организация, порядка 100 человек. Мы приезжаем командой, которая способна решить все проблемы, связанные с проведением операции.

Илья Тарасов: С какими проблемами вы боретесь?

Андрей Останин: Оперируем детей с врожденными расщелинами лица. Как правило, это врожденные расщелины губы, врожденные расщелины неба.

Илья Тарасов: «Заячья губа» – это оно?

Андрей Останин: Ну да, это оно. Но на самом деле мы не очень любим это название, оно такое немножко примитивное. В России ежегодно рождается 1 ребенок на 700 новорожденных с такой проблемой. То есть проблема достаточно актуальная, проблема требует очень качественной оперативной помощи на этапах лечения.

Илья Тарасов: А в связи с чем возникают эти расщелины?

Андрей Останин: Приблизительно 30% – это наследственно-обусловленная проблема. А 70% – это какая-то случайная ошибка по время беременности мамы, на восьмой-двенадцатой неделе чаще всего, когда мама или заболела, или подверглась влиянию каких-то вредных факторов. Иногда мы даже не можем отследить, от чего это.

Илья Тарасов: Катя, а как ты оказалась в фонде?

Екатерина Останина: Команде нужен педиатр. Наша задача – осмотреть ребенка в предоперационном периоде, в послеоперационном периоде, посмотреть его анамнез жизни, все анализы, подготовить к операции.

Илья Тарасов: А работы мало в обычной жизни? Еще и волонтерить надо? Как пришла к этому?

Екатерина Останина: Я узнала об этой организации от своих друзей, меня пригласили поработать. И когда я попала первый раз на свою первую акцию, то я поняла (это было семь лет назад), что я отсюда уже никуда не уйду.

Илья Тарасов: Ты отпуск берешь?

Екатерина Останина: Да, я беру отпуск на основной работе и еду волонтерить.

Илья Тарасов: Вы выбираете город, регион и всей командой приезжаете туда на определенный срок. К вам приходят люди или заранее подают какие-то заявки. Ну, вы сейчас меня поправите, если я неправ. И вы, находясь в этом городе, прямо потоком делаете операции, да?

Тамара Шухова: Мы приезжаем в тот город, куда нас зовут на самом деле. И обычно зовут нас наши же коллеги, которые понимают, что они по каким-то причинам одни не могут с этим справиться. И по большому счету, у нас уже достаточно много регионов, с которыми налажены очень тесные контакты. Наша акция начинается всегда в воскресенье. И в воскресенье мы принимаем поток пациентов. Наши хирурги говорят: «Вот этим, вот этим, вот этим и вот этим детям, да, нужна наша помощь». Следующие пять дней мы потоком оперируем детей.

Илья Тарасов: Андрей, сколько операций за пять дней обычно в среднем проходит?

Андрей Останин: Ну, если это один операционный стол, то порядка двадцати; если два операционных стола, то порядка сорока. Ну, какой-то плюс-минус. Обычно расчет такой.

Илья Тарасов: Ничего себе!

Андрей Останин: То есть четыре-пять операций в день на операционный стол. Ну, это такой совершенно нормальный ритм.

Илья Тарасов: А это сложная операция вообще, с медицинской точки зрения? И вопрос: если она не суперсложная, почему должны приезжать вы и ее делать, а ее не делают на месте местные хирурги и так далее?

Андрей Останин: Вопрос первый. Да, эти операции иногда очень непростые. Почему приезжаем именно мы? Ну, все дело в том, что врожденная патология в любой хирургической специальности – это всегда самый тяжелый раздел, потому что она не всегда предсказуемая. И из-за того, что Россия огромная, у нас большое количество регионов, а количество челюстно-лицевых хирургов рассчитывается как бы на процент населения…

Илья Тарасов: На регион.

Андрей Останин: …да, на регион, есть регионы, в которых просто нет опытных челюстно-лицевых хирургов, которые знакомы с врожденной патологией. Те, которые владеют этими знаниями и умениями, в каких-то федеральных центрах в Москве, в Петербурге, в Екатеринбурге, они тоже не могут взять на себя всю страну, потому что это определенные сложности для семьи уже – приехать из Улан-Удэ в город Москву, привезти ребенка на операцию. Даже если это бесплатно, по квотам, все равно это целое приключение. Вы можете себе представить. В нашей команде действительно очень опытные хирурги.

Илья Тарасов: Как вообще заманили хирургов?

Тамара Шухова: Вы не представляете…

Илья Тарасов: Надо прийти к хорошему хирургу и сказать: «Слушай, давай бесплатно будем ездить вообще по стране, оперировать». – «О, конечно! Мне же делать нечего. Давайте ездить». Или как это происходит?

Тамара Шухова: Дело в том, что все наоборот – у нас хирурги стоять в очереди на то, чтобы поехать на акции.

Андрей Останин: В 2004 году я в первый раз принял участие в акции. Это был город Новосибирск, мы прооперировали там какое-то огромное количество детей. Я посмотрел на все, как это делается, и я сказал: «Да, я хочу быть с вами, ребята».

Илья Тарасов: Но это, наверное, такая медицинская история, потому что это опыт, который можно приобрести.

Андрей Останин: Да, безусловно, это медицинская история. Я, наверное, с одной стороны, типичный представитель, но, с другой стороны, могу сказать просто про себя. Хирургия для меня – все на самом деле. И если взять мою супругу, то она очень долго привыкала к тому, что у меня работа на первом месте. И слава богу, с этим нет никаких проблем, она понимает. Просто для меня это действительно настоящая жизнь, когда рядом с операционным столом.

И все мои коллеги на самом деле точно такие же. Когда ты работаешь просто в обычной государственной больнице и где бы то ни было ты работаешь, все равно существует масса вопросов, которые тебе нужно параллельно решать с хирургией: какая-то бюрократия, какие-то личностные терки или еще что-то. В рамках нашей организации этого ничего нет.

Илья Тарасов: Я понял! Я через свою призму смотрю, я понимаю. Ты едешь туда, где ты просто занимаешься любимым делом, оперируешь – и все круто!

Андрей Останин: Совершенно верно. И в роскошных условиях.

Тамара Шухова: Понимаете, технология всей акции выстроена так, что всем, кто в ней участвует, удобно. У каждого есть своя роль, он не занимается никакой фигней, а занимается делом.

Илья Тарасов: Это как называется?

Андрей Останин: Это врожденная неполная расщелина верхней губы, двусторонняя расщелина верхней губы.

Илья Тарасов: Это до и после?

Андрей Останин: Да. Вот так ребенок выглядит после операции. У него совершенно нормальная губа, абсолютно нормальная улыбка, мимика.

Илья Тарасов: А где шрамы?

Тамара Шухова: У него была неполная, поэтому так удачно получилось.

Андрей Останин: Ну, удачно получилось, потому что хорошо прооперировали.

Илья Тарасов: А это?

Андрей Останин: Ну, это очень похожая проблема, тоже двусторонняя неполная расщелина.

Тамара Шухова: Это в Грозном, по-моему.

Илья Тарасов: В Грозном?

Андрей Останин: Вот тоже молодой человек после операции.

Илья Тарасов: А это посерьезнее, посложнее, да?

Андрей Останин: Да, это немножко посложнее, потому что здесь расщелина полная, она захватывает и дно носа. Здесь деформация не только губы, но и носа. Похоже, там еще и расщелина неба. То есть достаточно серьезный дефект.

Илья Тарасов: А это после операции?

Андрей Останин: Да, после операции.

Илья Тарасов: Я в повседневной жизни не встречал людей…

Андрей Останин: Вы просто не видите.

Илья Тарасов: Да, я не видел никогда. Какие особенности, если не прооперировать, это накладывает?

Андрей Останин: Вы понимаете, что такой человек – сразу изгой в обществе, он не найдет себе нормальную работу. Когда мы поездили по миру на самом деле и посмотрели, как живут эти люди в странах третьего мира… Например, я в Марокко видел сорокалетних людей с неоперированными расщелинами губы и неба, двусторонними.

Тамара Шухова: Проблемы с дыханием, проблемы с приемом пищи.

Андрей Останин: Когда мы были в Эфиопии, например, мы прооперировали человек семьдесят, и из них только три или четыре – это были расщелины неба. Потому что, да, с расщелиной губы они выживают, а с расщелиной неба – нет.

Илья Тарасов: Почему?

Андрей Останин: Они просто умирают в младенчестве. Никто не знает, как их кормить. Медицина не предоставляет никакого патронажа, ничего. И когда в семье в джунглях одиннадцать детей и кто-то вдруг родится с расщелиной неба, то он обречен.

Илья Тарасов: Это Спарта.

Андрей Останин: Да. Ну, близко к тому.

Екатерина Останина: Самая ранняя проблема – это проблема кормления, потому что когда нет неба, то пища выливается через нос. Родители неграмотные этого сильно пугаются. Медсестры или медицинский персонал начинают ставить ребенку зонд, ребенок кормится через зонд. Поэтому, конечно, проблема очень большая.

Сначала – вскармливание. Потом – формирование речи, потому что небо участвует в формировании речи. Дети до трех лет, если они с расщелиной неба, они не говорят. Чем позднее дети начинают говорить, тем позднее формируются социальные связи у них. В общем-то, эти дети могут остаться умственно отсталыми в итоге, если этим не заниматься.

Илья Тарасов: А отказы бывают, да?

Екатерина Останина: Бывают отказы. Ну, в последнее время реже отказы. А бывает еще такое, что врач по УЗИ на стадии беременности видит у ребенка развитие патологии и говорит маме, что надо прерывать беременность. Это совершенно ужасно, потому что эта патология сейчас лечится.

Илья Тарасов: А как часто акции проводятся?

Тамара Шухова: За год мы делаем шесть акций.

Илья Тарасов: Когда в следующий раз и куда поедете?

Тамара Шухова: В конце октября у нас в Астрахани будет мастер-класс. Потом у нас будет большая акция в Дагестане в ноябре.

Илья Тарасов: Вот я воспитываю ребенка, у него такая проблема, я живу, не знаю, в каком-нибудь Альметьевске, ну неважно, где-то далеко. Я только что увидел по телевизору, в первый раз услышал об этой акции. Куда обращаться, чтобы в мой город люди приехали, и записаться в очередь? Как это все происходит?

Тамара Шухова: Ну, проще всего пациенту, вернее, его родителям, поскольку мы говорим о детях, позвонить по тем телефонам, которые есть на нашем сайте. Сайт у нас называется operationsmile.org.ru, «Операция Улыбка». И вообще «благотворительный фонд операция улыбка» – и вы нас найдете в интернете. Там есть сайт нашего медицинского директора и мой… телефон я имею в виду. Лучше обращаться к Игорю Войцеховскому, нашему медицинскому директору, потому что сразу можно будет и обсудить саму медицинскую проблему, и Игорь сориентирует, где будет ближайшая акция, когда и так далее.

Если возникнет у специалистов какого-то региона желание с нами связаться и желание, может быть, пригласить наших специалистов для проведения мастер-классов, то можно тоже связываться либо с Игорем, либо со мной. Мы удовольствием этот вопрос обсудим.

Илья Тарасов: Прямо сейчас на ваших экранах адрес сайта благотворительного фонда «Операция Улыбка». Все вопросы можно задавать туда. Там вы найдете контакты, по которым можете связаться с врачами, с руководителями и либо обратиться за помощью, либо обратиться за консультацией, либо предложить свою помощь и свои услуги. Главное – не оставайтесь равнодушными. Вам спасибо и успехов!

Тамара Шухова: Спасибо.

Екатерина Останина: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски
ЗаДело!
Сантехник года
Полный выпуск
ЗаДело!
Олина любовь
Полный выпуск
ЗаДело!
Олина любовь
Полный выпуск